Глава 1

— Кто ты и что ты сделала с моей сестрой? Белль, только что зашнуровав кроссовок, подняла глаза, удивленно посмотрев на брата, облокотившегося на косяк двери в ее спальне. По взгляду Вайза можно было сказать, что он увидел перед собой говорящую кошку, не меньше. — О чем ты? — девушка нахмурила брови. — Еще только 7 утра, а ты уже сбегаешь из дома. Не припоминаю, чтобы ты добровольно вставала в такую рань, — парень покачал головой. Если и есть что-то, что способно поднять его драгоценную сестру в ее же собственный выходной раньше десяти часов дня, то это что-то должно было иметь слишком большую для нее ценность. — Еду на пост Скотт, — улыбнулась Вайзу Белль, натягивая впопыхах на себя куртку и попадая мимо рукава, — буду сопровождать очередную зачистку в качестве независимого исследователя. Вайз только сейчас обратил внимание, что сестра уже подготовила Эоса к поездке, и теперь банбу нетерпеливо топтался рядом с девушкой. — Последнее время ездишь туда, как на работу, — укоризненно покачал головой брат, уязвленный тем, что она не удосужилась даже сказать ему об этом. — Ты же знаешь, что они хорошо платят, да и на остальные ресурсы не скупятся. Энцо жаловался, что сейчас не найдешь хороших запчастей для починки банбу. Так что мы не можем позволить себе упустить такую хорошую возможность подзаработать. Парень вздохнул. Иногда в его сестре просыпалась какая-то неуёмная жадность. — Будь осторожнее, пожалуйста. Я волнуюсь, что ты слишком много времени проводишь с этими военными. Они могут догадаться, что ты прокси. Вайз понимал, что если Белль что-то задумала, то остановить ее будет очень сложно, поэтому ему оставалось только смириться. Но это не значит, что он не будет переживать за нее. — Не волнуйся, ты же знаешь, я всегда начеку. Девушка лучезарно улыбнулась, помахав брату рукой, после чего практически сбежала по лестнице, хлопнув дверью, ведущей на парковку. Эос изо всех сил перебирал своими коротенькими ножками, пытаясь успеть за прокси.

***

На посту Скотт как обычно было очень многолюдно. Вооруженный постовой пропустил ее дребезжащий всеми своими частями старенький минивэн, скользнув взглядом по пропуску, болтающемуся на лобовом стекле. Белль дружелюбно улыбнулась мужчине, заруливая на небольшую стоянку. Она почувствовала себя настоящим спецагентом, когда капитан Роланд выдал ей пропуск на автомобиль, чтобы не приходилось ожидать на контрольно-пропускном пункте, пока охранники сверятся со списком. По пути к штабу Белль практически столкнулась с небольшой группой технических специалистов, которые ожесточенно спорили около непонятной груды покореженного металла с кучей микросхем и торчащих в разные стороны цветных проводов. Видимо, эти обломки ранее были каким-то важным механизмом, потому что, судя по горестным вздохам работников, «эту невосполнимую потерю просто невозможно пережить». В палатке, которая служила временным штабом на этом рубеже обороны, все было как обычно. Только капитана Роланда не было на своем рабочем месте. Белль вздохнула. Она так боялась опоздать, что кажется, проехала на последнем светофоре на красный свет. Оставалось только молиться, чтобы ей не пришел очередной штраф, иначе опять придется выслушивать многочасовый бубнеж брата на тему ее невнимательного вождения. И вот теперь, когда она практически подвергла свое ментальное здоровье опасности в лице Вайза, капитан где-то нагло шлялся. Нет, она, конечно, понимала, что у него много работы, и скорее всего он проводит очередной инструктаж, но мог хотя бы предупредить, чтобы прокси не нужно было лететь через весь город со скоростью метеора, даже если эта прокси сама виновата, потому что долго возилась перед зеркалом. Сегодня ей особенно не удавался макияж, а стрелки на веках и вовсе никак не хотели быть симметричными. Да и волосы лежали совсем не так, как ей хотелось. Можно было бы плюнуть и пойти как обычно, но почему-то последнее время ей хотелось выйти из образа бунтарки-пацанки. Поэтому, вечно мятая юбка была идеально выглажена, футболка выстирана до бела, волосы уложены, а накрашенные ресницы кокетливо обрамляли подведенные глаза. И если хотя бы одна живая душа спросила сейчас у нее: «а зачем?», девушка и сама не смогла бы четко ответить на этот вопрос. А потому, что захотелось. И совсем не для того, чтобы зеленые глаза Роланда смотрели на нее как-то менее равнодушно, словно она была бесплатным приложением к Эосу. И не потому, что с Рэй у него были странные взаимоотношения, построенные на подколах, недоговорках и излишней заботе, когда как Белль была неизменной «госпожа независимая исследовательница» и никак иначе. Не то, чтобы она что-то хотела от мужчины, который был сильно старше ее, но каждый раз, приезжая на пост Скотт, испытывала какое-то непонятное волнение, словно собиралась прыгнуть с моста без страховки. — Доброе утро, доктор Рэй, — Белль приветствовала женщину, которая листала очередной журнал с непонятными для девушки закорючками и схемами. Та вздрогнула, словно очнувшись ото сна, подняв на прокси потухший взгляд. — А, это ты, независимая исследовательница, проходи, садись. Сегодня все вверх дном, придется подождать заместителя капитана, — Рэй неопределенно махнула рукой куда-то в сторону пары свободных стульев, которые не были завалены очередным суперважным барахлом. Прокси осторожно примостилась на край шаткого табурета, сложив руки на коленях, словно школьница-отличница. — А где капитан Роланд? Разве не он выдаст мне задание на сегодня? — робко поинтересовалась девушка, чувствуя неясное разочарование. Рэй вновь посмотрела на нее, и что-то в ее взгляде заставило Белль ощутить неприятный холодок, проползший по ее позвоночнику, словно маленькая змейка. — Роланд… капитан Роланд в госпитале. Он вчера выводил бойцов, попавших в засаду в каверне, и получил ранение. Его состояние крайне тяжелое, врачи пока не дают прогнозов, — женщина бессознательно сжала в руках журнал, помяв листы бумаги. Белль казалось, что она перестала дышать. Липкий страх скрутился в животе, сдавив солнечное сплетение и поднявшись до горла. Ладони вспотели, а из головы разом вылетели все мысли. — Но… Я же… вернее, мой банбу закрывает все опасные миссии, почему вчера меня не вызвали на задание? Рэй ничего не успела ей ответить, потому что в палатку штаба зашел высокий темноволосый мужчина – заместитель капитана.

***

В последствии Белль плохо помнила, как она смогла провести группу зачистки по каверне. Кажется, пару раз они даже заплутали. Уже по приезду домой, она со стеклянными глазами молча поднялась на второй этаж в свою комнату, напугав попутно Вайза, который безрезультатно пытался выяснить, что произошло. Завернувшись в одеяло, она свернулась калачиком, как делала в далеком детстве, прижав к себе игрушечного банбу. Горячие слезы текли по ее щекам, и она еще больше размазывала тушь, уткнувшись в подушку и пачкая ту черными разводами. Было нестерпимо больно где-то в районе груди, словно ее сдавило металлическим обручем, мешая свободно дышать. Брат был особенно назойлив, и Белль, кажется, даже рявкнула на него, чтобы ее оставили в покое, продолжая заливаться слезами и всхлипывать с подвыванием, как приведение из ужастика, который она недавно смотрела. Когда она смогла внятно объяснить, что произошло, то Вайз был несказанно удивлен ее реакцией. Конечно, его сестра была очень сопереживающей девушкой, но, чтобы настолько убиваться из-за малознакомого человека. Ему показалось, что Белль ему явно что-то не договаривает, но расспрашивать дальше не решился, и теперь капитан Роланд был помечен, как темная лошадка в его списке тех, с кем общалась девушка. Дни ползли со скоростью улитки, переходящей оживленную автостраду. Белль на автомате работала в прокате, общалась с друзьями, выполняла миссии Фаэтона, ездила на пост Скотт и постоянно донимала Рэй вопросами о Роланде. Доктор ничем не могла порадовать прокси, да и сама ходила мрачнее тучи, поджимая губы и сухо отвечая, что состояние капитана без изменений. Каждый день открывая контакты в смартфоне, девушка смотрела на имя мужчины, которое все так же светилось offline. Она вздыхала, откладывала телефон, чтобы опять достать его и снова смотреть на ненавистный красный кружок, который, казалось, хотел свести ее с ума. По прошествии двух недель, этот ритуал со смартфоном был доведен до автоматизма. Проснуться, посмотреть в телефон, позавтракать, посмотреть в телефон, каждые двадцать минут – посмотреть в телефон. Вот и сегодня, открыв глаза, Белль первым делом потянулась к телефону, лежащему под подушкой, быстро клацнув пальцами по экрану. Зеленый кружок около имени Роланда приветливо мигнул ей, оповестив, что мужчина online. Прокси недоверчиво потерла глаза, а затем с криком раненной амазонки соскочила с кровати, запрыгав по комнате в одних трусах. Но уже через секунду ее радость потухла, когда шальная мысль о том, что случилось страшное, и телефоном Роланда мог воспользоваться кто-то из его родственников, накрыла ее с головой. Руки похолодели, а сердце бешено стучало в груди, когда Белль, не раздумывая набрала сообщение, нажав кнопку отправить, прежде чем успела усомниться в своих действиях. Б: «Капитан Роланд, вы там живой??? Доктор Рэй сказала, что вы в больнице.» Перечитав, прокси с ужасом подумала, что это было самое идиотское сообщение, которое только можно было написать. Несомненно, он еще больше утвердится в своих мыслях о том, что она тупая, как пробка. Ее сообщение было сразу же прочитано, но ответом послужила тишина. Прокси чувствовала, как ее начинает трясти от волнения, когда телефон вдруг противно пискнул. Р: «И Вам доброе утро, госпожа независимая исследовательница. Все в порядке.» Все в порядке. Сухо и по делу. Ни тебе: «спасибо, что волновались за меня», ни даже вежливого обращения. Обычная «госпожа независимая исследовательница», словно у нее и имени то нет. Белль села на кровать, уперевшись локтями в бедра и продолжая смотреть на экран. Вся радость как-то быстро сжалась, словно лопнувший шарик, оставив после себя неприятное чувство пустоты. А на что она рассчитывала? На длинный отчет о самочувствии? Их взаимодействие всегда ограничивалось сухим набором задач, которые Роланд выдавал прокси. И ни разу они не перекинулись и парой фраз, которые не касались работы. Девушка даже не знала, чем и как живет капитан в своей обычной гражданской жизни. Б: «Могу я навестить вас?» — напечатала она в ответ, глядя на незамысловатый текст и сомневаясь в том, чтобы отправить его. Она боялась отказа, боялась выглядеть глупой, боялась быть навязчивой. Боялась того, что он может подумать о ней, но еще больше боялась того, что он не думает о ней вообще. — Да блин, почему все так сложно?! — простонала девушка. Она откинулась обратно на кровать, раскинув руки, от чего ее телефон отлетел куда-то в бок. Прокси довольно долго смотрела в потолок, пока ее смартфон, печально завалившийся в щель между стеной и кроватью, не загудел, оповестив о новом сообщении. Секунду подумав, он пропищал еще раз. С трудом вытащив аппарат, Белль с ужасом поняла, что маленький электронный предатель умудрился отослать недописанное сообщение, когда отправился в полет. Р: «Да.» — простой и лаконичный ответ. Р: «Приходите сегодня с 15 до 17 в госпиталь по адресу…» Девушка придушенно пискнула, крепко зажмурившись и стукнув себя телефоном прямо по лбу. Какого черта она творит?!

***

Ровно в 15 часов дня Белль решительно зашла в фойе главного военного госпиталя. Вернее, ей хотелось бы зайти решительно, но на самом деле она приехала за 15 минут до начала посещения, долго топталась около входной двери под удивленные взгляды выходящих сотрудников, окончательно растеряла весь свой боевой настрой и теперь стояла перед стойкой регистратуры, дрожащей рукой протягивая удостоверение гражданина Нью-Эриду. Приветливая женщина среднего возраста достаточно быстро оформила пропуск и направила ее на третий этаж. И теперь, нервно теребя край юбки, прокси стояла перед входом в больничную палату номер 37, прикусив губу от волнения. Белль казалось, что она выглядит до ужаса нелепо в своем коротком белом платье и босоножках на невысоком каблуке. Весь ее сегодняшний образ был так чужд и некомфортен ей, что хотелось развернуться и убежать. Но отступать было уже некуда и поэтому, собрав крохи своей смелости, она толкнула заветную дверь. Солнечный свет проникал в палату сквозь открытые шторы, которые мягко покачивались от дуновений ветерка, влетающего через распахнутое окно. На больничной койке полулежал мужчина, наполовину укрытый легким одеялом. Черты лица его, и без того острые, заострились еще сильнее, а само лицо было бледное, словно обескровленное, под глазами залегли глубокие тени. Грудь его была полностью замотана тугим белоснежным бинтом. — Я уже думал, что вы так и будете стоять за дверью, госпожа независимая исследовательница, — Роланд открыл глаза, встретившись с Белль взглядом. Она вся вспыхнула, когда поняла, что он слышал ее метания в коридоре. Теперь идея навестить его казалась не просто глупой, а катастрофически идиотской. — Капитан Роланд, рада видеть вас… э… живым, — Белль окончательно смутилась, поняв, что сморозила очередную глупость. Она хотела бы сказать, что рада видеть его в добром здравии, но нынешнее состояние, в котором находился капитан, на здравие было похоже разве что очень отдаленно. Красноречие покинуло ее, когда она только перешагнула порог этой палаты, и теперь она молча стояла, как памятник самой себе, не зная, куда деть руки, продолжая все также нещадно мять многострадальный подол платья. — Вы прекрасно выглядите, госпожа независимая исследовательница, — капитан ободряюще улыбнулся ей, хотя улыбка выглядела вымучено, а голос звучал достаточно тихо и хрипло, — Может присядете, вряд ли вы проделали свой путь, чтобы просто стоять посреди палаты? Прокси торопливо подвинула к себе стул, стоявший около кровати. Она села, не в силах поднять взгляд на мужчину, нервно сведя коленки друг к другу, и чувствуя, как противно перекатывается ком в горле. Даже комплимент, который он неожиданно сделал ей, не смог придать ей и толики уверенности. — Белль, — нашла она в себе силы сказать хоть что-то. Роланд только удивленно повел бровью. — У меня есть имя. Меня зовут Белль, а не госпожа независимая исследовательница, — Белль все же смогла посмотреть прямо на капитана, и теперь ее глаза хаотично блуждали по его лицу, словно она пыталась найти для себя какой-то ответ. Сейчас, после того как он побывал на пороге смерти, еще более отчетливо стала видна их разница в возрасте. И если раньше Белль казалось это каким-то несущественным пустяком, то теперь она понимала, что ему хорошо за сорок, возможно в районе сорока пяти или даже старше, когда самой Белль только недавно исполнился двадцать один год. Ее вдруг начало подташнивать от волнения. — Хорошо, Белль, — Роланд мягко протянул ее имя, словно пробуя его на вкус. У Белль мурашки побежали по коже от того, как приятно звучало ее имя, сказанное его голосом. Ей до одури захотелось попросить повторить его, чтобы расслышать все оттенки тембра, но она с трудом сдержалась. — Доктор Рэй сказала, что банбу не смог вывести отряд из каверны, и вы прорывались с боем. Почему вы не взяли меня на эту миссию? — задала девушка вопрос, который крутился у нее в голове две бесконечные недели. — Доктор Рэй слишком много болтает о том, о чем не следовало бы, — Роланд попытался сесть, но резко поморщился, сжав челюсти, а потом вновь откинулся на кровать, придержав рукой свежие швы на груди, перемотанной бинтами. — И все же? — Белль привстала, помогая капитану поправить сползшее одеяло, получив в награду благодарный взгляд. — Операцию курировало вышестоящее руководство. Не нужно было, чтобы о вас знали, — он ответил очень сухо, чуть прикрыв глаза. Видимо, ему пока было тяжело так долго разговаривать. — У вас могут быть неприятности из-за того, что вы привлекаете сторонних исследователей? — Нет, это у вас могут быть неприятности, госпожа Белль, — он вздохнул, с трудом открыв глаза и вновь посмотрев на девушку. — У меня? — Белль удивленно приоткрыла рот, собираясь уточнить, какие же именно неприятности могла ей сулить работа на посту Скотт, но Роланд перебил ее. — Не думаете ли вы, что ваш чудеснейший банбу, который так сильно отличается от любых разработок, которые ведутся в данной области, не вызвал бы интерес среди высших чинов вооруженных сил Нью-Эриду? Вы так хотите, чтобы все узнали о том, что вы – прокси? Это прозвучало, как гром среди ясного неба. Белль вздрогнула, непроизвольно вскочив со своего стула и прижав руки к груди. Ее захлестнул настоящий ужас, а паника мешала мыслить трезво. — Что вы говорите, капитан Роланд?! Я не… я никогда! — Не делайте из меня идиота, госпожа Белль. Я не первый год работаю в кавернах, чтобы мне можно было вешать подобную лапшу на уши. Именно по этой причине вас к той операции я привлекать не стал, чтобы не подвергать опасности. Роланд говорил тихо и спокойно, даже выражение его лица не поменялось. Прокси стояла, пытаясь унять дрожь в теле. Неужели он все это время догадывался о том, кто она такая? Но почему тогда не сдал ее? На прокси велась настоящая охота, а он не только знал о ней, но и активно привлекал к работе на посту Скотт, не скупившись на оплату. Хотя она была для него выгодным «вложением». Иметь под рукой собственного Фаэтона, означало хороший прирост к успеху выполнения операции. Он даже допустил ее до «Прополки» вместе с Секцией 6, и все ради «обожаемой» Рэй. При мысли о докторе Рэй, Белль ощутила противный укол ревности прямо в сердце. — Перестаньте смотреть на меня, словно мы разводимся после двадцати лет брака. Разве я хоть раз обидел вас в чем-то касательно нашего уговора по работе? — если Роланд сейчас о чем-то и жалел, то только о том, что не может встать с этой проклятой койки, а вести подобные беседы в горизонтальной плоскости было максимально некомфортно. Девушка нервно выдохнула, сцепив руки в замок, а потом все же села обратно на стул, продолжая смотреть на капитана напряженным взглядом. — Значит, вы не будете сдавать меня властям? — она решила все же уточнить на всякий случай. — Нет, Белль, я не буду сдавать вас властям, — капитан рассмеялся, тут же резко поморщившись и прижав руку к груди. Видимо, даже смех доставлял ему сильный дискомфорт. Белль потянулась к нему, собираясь помочь, но не знала, что нужно сделать. Поэтому она просто положила свою ладонь на его руку в успокаивающем жесте, как делала это для Вайза в детстве, когда тот сильно болел. Свет зеленых глаз Роланда был сейчас таким мягким и совсем не вязался с тем холодным и расчетливым взглядом, который Белль неизменно встречала на посту Скотт. Капитан поймал ее руку в тепло своей ладони, чуть погладив ее большим пальцем, и прокси почувствовала, как в районе живота что-то перевернулось, а дыхание стало таким частым, будто из палаты пропал весь воздух. Она так и застыла, наклонившись к мужчине, наслаждаясь тем теплом, которое он дарил ей, продолжая смотреть в его глаза, и казалось, что время вокруг них остановилось. Внезапно открывшаяся дверь заставила Белль резко отпрянуть в сторону, словно они делали что-то противозаконное. Ее щеки стали ярко-пунцовыми, когда она увидела появившуюся в дверном проеме доктора Рэй. Женщина удивленно уставилась на прокси. — Чувствую, что здесь скоро соберется весь пост Скотт, — устало сказал Роланд, глядя на посетительницу, — мой лечащий врач настаивал на том, что мне нужен покой. Рэй умела быть на удивление неуместной в его жизни, а сейчас, кажется, достигла вершины своего мастерства, разрушив волшебство момента. — И я тоже рада тебя видеть, Роланд. Пришла убедиться, что ты еще жив, старый пень, — доктор недовольно поджала губы, скрестила руки на груди и укоризненно глядя на капитана, уязвленная его колким замечанием, которое, видимо, было адресовано ей. Прокси со смешанными чувствами наблюдала за небольшой перебранкой старых товарищей, чувствуя себя третьей лишней. — Я, пожалуй, пойду. Не буду вам мешать, всего доброго, — пробормотала Белль, опустив взгляд в пол и выходя из палаты, с трудом сдерживаясь, чтобы не побежать. Если бы она обернулась, то заметила, что Роланд смотрит ей в след, пока за ней не закрылась дверь. Уже сидя в своем стареньком минивэне, Белль, наконец, дает волю эмоциям, уткнувшись головой в руль и ощущая, как по щекам начинают ползти горячие и непрошенные слезы. Она и сама не знает, почему плачет. Толи от того, что чувствует себя маленькой и глупой девочкой, пытающейся получить щепотку чужого тепла, толи от того, насколько приятными и нежными могут быть касания другого человека. Или же она плачет от неприятного щемящего чувства в груди, которое проснулось в ней, когда она увидела доктора Рэй. Ей хотелось остаться там, побыть с Роландом еще немного в том маленьком мирке, где он не смотрел на нее, как на пустое место.

***

Вечером ничего не ладилось. Помогая брату с работой в видеопрокате, Белль уронила целый ряд кассет со стеллажа, напугав парочку посетителей. Проводя оплату за кассой, рассыпала всю мелочь, а наливая чай, разбила любимую кружку. Вайз, вздохнув, отправил сестру смотреть фильмы на второй этаж, заверив, что он сам со всем справится, тем более что ущерба от девушки было гораздо больше, чем пользы. И теперь прокси сидела на небольшом диванчике в своей спальне, закинув ноги на низенький столик и с тоской глядя в экран мобильного телефона, листая новости. В голове навязчиво поселился зеленоглазый капитан, и теперь все мысли девушки крутились вокруг сегодняшней встречи. Даже новый ужастик, который она включила, не смог завладеть ее вниманием. Телефон резко загудел, оповестив о пришедшем уведомлении. Белль открыла диалоги и замерла, не веря своим глазам, увидев сообщение от Роланда. Р: «Белль, простите, что так вышло сегодня. Я не знал, что Рэй придет. Она бывает очень навязчива.» Ее сердце бешено застучало в груди, а во рту пересохло от волнения. Девушка совершенно не понимала, за что он извинялся, если она сама повела себя как дурочка, сбежав из палаты, будто воровка, пойманная на краже. Наверняка они решили, что у нее не все в порядке с головой. И все же, Роланд написал ей, он подумал о том, что она могла почувствовать себя неудобно. Б: «Все в порядке, капитан Роланд.» Прокси хотелось бы написать ему, что ничего на самом деле не в порядке и, кажется, уже достаточно давно. Что однажды, сидя на неудобном табурете в палатке штаба, от скуки разглядывая находящихся там людей, она заметила, какие красивые у него зеленые глаза в обрамлении темных ресниц. И лицо всегда такое серьезное и холодное, но стоит улыбке чуть тронуть его губы, как вокруг глаз разбегается паутинка морщин. И ей хочется коснуться их кончиками пальцев, провести по острым скулам, дотронуться рукой до светлых, всегда идеально уложенных волос. Хотелось нарушить эту идеальность, запустить в них ладони и узнать, насколько они мягкие. Тогда она впервые посмотрела на него не как на капитана вооруженных сил Нью-Эриду, а как на мужчину, и это открытие поразило Белль. Этот холодный, отстраненный и жесткий человек, который годился ей в отцы, вдруг стал центром ее интереса, занял все ее мысли, и даже, к ее стыду, стал ее ночными фантазиями, когда она металась по измятым простыням, представляя вместо своих рук его ладони, ласкающие ее тело. Но вместо этого Белль продолжала смотреть на экран своего смартфона, понимая, что никогда не сможет сказать Роланду о своих чувствах. Р: «Буду рад увидеть вас завтра, Белль. Конечно, если у вас еще осталось желание навестить меня.» Сердце пропустило удар, и девушка первый раз за свою жизнь поняла, что ощущают люди, когда говорят о бабочках в животе.

***

И вот Белль снова стоит перед дверью палаты №37. Руки дрожат от волнения, а в голове только звенящая пустота, словно там взорвалась звезда, образовав вакуум. И вновь она чувствует свою неуверенность. Ей не нравится ни нежно-голубое платье, туго обтягивающее стройную девичью фигуру, ни высокий каблук, делающий ее ноги пленительно длинными, но на которых она еле передвигается. Макияж кажется ей чересчур ярким, а мягкие кудри легкомысленными. Роланд сидит на кровати, откинувшись на подушку и читая книгу. Яркий солнечный свет падает на его лицо, смягчая острые черты и придавая ему выражение спокойной безмятежности. Сегодня он явно чувствует себя лучше. Улыбка легко трогает уголки его губ, когда он поднимает глаза на девушку. Прокси завороженно смотрит на капитана, позабыв заготовленное приветствие. И кажется, что весь мир вокруг нее исчез, и есть только эта улыбка, заставляющая учащенно биться ее сердце. — Доброго дня, Белль, рад вас видеть. Вы сегодня особенно прекрасны. Есть какой-то повод? — Роланд откладывает книгу, галантно указывая рукой на стул, — Простите, не могу за вами поухаживать. Девушке чудится, что это какой-то другой Роланд, которого она абсолютно не знает. Ведь капитан, которого она видела почти каждый день на посту Скотт, не улыбался ей так мягко, не делал комплиментов, и не пытался проявить и толику заботы. Его взгляд никогда не задерживался на ней дольше положенного, когда он коротко проводил инструктаж перед очередной миссией в каверне. Но сейчас его глаза скользили по ее лицу, то останавливаясь на губах, чуть тронутым бледно-розовым блеском, то вновь встречаясь с ее ярко-синими глазами. Прокси садится на стул, сдвинув вместе колени, коря себя за слишком короткую для посещения госпиталя юбку. Ей хочется поддаться вперед к человеку, сидящему перед ней, уткнуться лицом в его оголенную ключицу, которая проглядывает сквозь больничную рубашку, и почувствовать, что все происходящее с ней не сон. — Выглядите уже гораздо бодрее, капитан Роланд, — Белль смущенно улыбнулась, совершенно не зная, о чем разговаривать. — Раз уж мы не на работе, то просто Роланд, без капитана. — Хорошо… Роланд. Прокси чувствовала себя странно. С одной стороны, она была безумно рада его видеть, настолько, что сердце стучало в груди, как сумасшедшее. А с другой, большая разница в их возрасте пугала, заставляя чувствовать себя настолько неуверенно, что девушка не знала, как себя вести и о чем говорить с этим мужчиной. Они будто были с разных планет. Если говорить о Белль, как об отдельной человеческой единице, то она, несомненно, считала себя девушкой достаточно опытной. За 21 год жизни она успела завести и парочку отношений, которые, правда, ни к чему особо не привели, и в сексуальном плане была, как ей казалось, развитой. Но когда она пыталась сравнить себя с Роландом, то понимала, что выглядит на его фоне, как незрелая малолетка. Весь ее образ жизни, то, как она вела себя, разговаривала, одевалась, чем увлекалась и то, что нравилось ей, казалось таким далеким от него сейчас, и даже мысль о том, что Роланд мог бы обратить внимание на такую, как она, вызывала у нее внутренний диссонанс. — У вас все хорошо, Белль? Выглядите очень напряженно. Вас что-то беспокоит? Девушка прерывисто вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Капитан был либо слишком проницателен, либо у нее действительно все на лице написано. — Нет, все хорошо, ничего такого, — она отвела взгляд, не в силах больше держать зрительный контакт, понимая, что лгунья из нее довольно опосредованная. — Вас беспокоит наш вчерашний разговор о том, что я знаю, кто вы такая? — Роланд подался чуть ближе к ней, протянув руку и ободряюще взяв ее ладонь в свою, — Обещаю, что не сделаю ничего, что могло бы навредить вам. Эта маленькая тайна останется только между нами. Белль чувствовала, как по ее руке словно пробегает электрический ток в тех местах, где мужчина касался ее кожи. Бабочки вновь вспорхнули внизу ее живота, заставляя забывать о том, что надо дышать, и она чуть приоткрыла губы, пытаясь втянуть хотя бы глоток воздуха. Пальцы капитана нежно поглаживали тыльную сторону ее ладони, и все внутри прокси трепетало от этой невинной ласки. — Нет, я… просто я очень волновалась за вас, Роланд. Эти две недели, пока от вас не было вестей, я места себе не находила, — честно ответила девушка, понимая, что не может удержать в себе собственные эмоции, и все выглядит слишком очевидно. Рука Роланда на секунду застыла, а потом чуть сильнее сжала ее ладонь, словно он не хотел ее отпускать. — Я совершенно не стою ваших душевных терзаний, Белль. Абсолютно спокойный голос, но в глазах, таких ярко-зеленых, словно молодая листва, блеснуло что-то, чему девушка не смогла дать определение. — А если стоите? — она сказала это раньше, чем успела подумать, и теперь меж ними повисла неловкая пауза. Они смотрели друг на друга пару минут, прежде чем Роланд сгладил возникшую тишину. — Если стою, тогда почту за честь, — он улыбнулся, подняв ладонь Белль выше, касаясь ее пальцев своими губами в невесомом поцелуе, от чего сердце прокси, и так истерзанное бурей эмоций, резко пропустило удар, — Как обстоят дела в вашем видеопрокате? Капитан явно сменил тему, отпустив руку девушки, от чего она с сожалением ощутила холодную пустоту в месте, где раньше соприкасалась с его кожей. Все оставшееся время они просто болтали обо всем на свете и ни о чем одновременно. Роланд задавал Белль вопросы о ее жизни, слушая с интересом, о себе же отвечая парой сухих и достаточно общих фраз, явно не собираясь посвящать девушку в подробности своей биографии. В конце их разговора прокси стало казаться, что он смог узнать о ней гораздо больше, чем даже ее хорошие друзья за пару лет дружбы. Сам же капитан так и оставался для нее загадкой. Когда в палату вошла медсестра, они так и сидели, склонившись друг к другу, пока Белль увлеченно рассказывала Роланду о том, как они вместе с братом открывали видеопрокат на Шестой улице. — Боюсь, что время посещений уже закончилось, — дружелюбно проговорила женщина, привлекая к себе внимание. — О, уже 17 часов? — прокси удивленно посмотрела на небольшие часы, украшающие стену в палате. — В вашей компании, Белль, время пролетело совершенно незаметно. В душе у девушки словно расцвел целый сад, когда она, вставая со стула, поймала улыбку Роланда, смотрящего на нее так, будто она сама была самым красивым цветком во всем Нью-Эриду. Сердце трепетало, как маленькая птичка, пойманная в ладони. Ей так хотелось остаться еще чуть-чуть, продлевая этот краткий миг тепла. — Вы придете завтра? Вопрос такой простой и прямой, но сколько в голосе слышалось ожидания и надежды. И глаза Белль засияли ярче самых ярких звезд на небосклоне, когда она ответила ему, пытаясь скрыть волнение в собственном голосе. — Я буду приходит к вам каждый день, Роланд.