Глава 8: ИНТЕРЛЮДИЯ: Чхве Хан

С Кейлом Хенитьюзом что-то не так. – Сразись со мной. Чхве Хан проигнорировал назойливого Бикрокса - неужели этот парень не сдастся? - и закрыл глаза. Он вспомнил, как впервые встретил Кейла в темном переулке. Тогда у него слегка болела лодыжка, Чхве Хан быстро обратил внимание на присутствие рыжего. А как иначе? Это было не то место, куда ходят хорошо одетые люди. Это было не то место, куда должен был заходить кто-либо, особенно когда начинало темнеть. Не без скрытых мотивов. Чхве Хан должен быть начеку. Он не мог больше терять бдительность. Не после того, что случилось с жителями деревни Харрис. Он должен быть начеку - именно поэтому он сразу заметил, как рыжеволосый незнакомец вздрогнул при взгляде на Чхве Хана. ...приглядевшись, он понял, что что-то не так. Рыжий незнакомец вдруг почувствовал боль, что было подозрительно и даже тревожно, но Чхве Хан не придал этому значения. Это было неважно. Важно было сообщить о происшествии в деревне Харрис. Но... – Дай ему что-нибудь поесть. Он голоден. Рыжеволосый незнакомец был сыном графа, если учесть, что все обращались к нему как к «молодому господину». Он сказал повару накормить Чхве Хана, а затем просто ушел. Заместитель дворецкого действительно все уладил: Чхве Хану выделили комнату - его собственную комнату - в поместье, а также новую одежду. Его прежнюю одежду сшили заново, и даже предложили подарить ему новый меч. Их доброта была просто ошеломляющей. Он пришел сюда только для того, чтобы сообщить о случившемся, и все же... он получил гораздо больше, чем ожидал. (Дворецкий и повар, внезапно атаковавшие его, раздражали. Но Чхве Хан не волновался. Они были гораздо слабее его). Но вся эта доброта... вся эта доброта была дана ему так легко, без всяких раздумий. Прямо как жители деревни Харрис. И он мог думать только об одном человеке, стоящим за всем этим. Сын графа, Кейл Хенитьюз. Чхве Хан не мог не уважать его. Тем более когда Кейл попросил его о помощи, о... – Ты способен защищать людей, а не убивать их? Чхве Хан вспомнил сцену, которую он застал после того короткого похода в лес. Огонь (всё горело), предсмертные крики (громкие громкие громкие такие громкие, а потом- мёртвая тишина), совершенно неподвижные тела, как кто-то мог сделать что-то подобное, эти люди ничего не сделали, и при этом так много крови. Эти люди в черной униформе. Эти люди с окровавленным оружием в руках. Чхве Хан не оставил в живых ни одного из них. ...это было одним из самых больших его сожалений, потому что он не получил от них никакой информации. С этим сожалением почти не расставалось сожаление о том, что он подвёл людей, так тепло принявших его в новом и мирном мире. Он не смог защитить жителей деревни Харрис. В итоге он даже прикончил их убийц, так ничего и не выяснив. Как человек, подобный ему, мог защитить хоть кого-то? – Тогда ты должен уметь и защищать людей. И все же ему это сказали? – Это сложно. – Но сложно - не значит невозможно, — ответил Кейл, его тон не оставлял места для споров. Чхве Хан горько улыбнулся. – Наверное, это правда. Это будет сложно. Будет очень, очень сложно. Но... – Приезжай в столицу с этими людьми. Это твой способ расплатиться со мной. Розалин и Лок. Чхве Хан должен был защитить только этих двоих. А может, и не должен был. Но он сделает это. – Делай, что хочешь. Однако ты должен обязательно приехать в столицу. И ты должен встретиться со мной там, не будучи раненым,— Кейл смотрел на него, стоически и почти безразлично. И все же в этот момент он показался Чхве Хану теплым, – Ты ведь можешь хотя бы обезопасить себя? Верно. – Он сказал, что я способен кого-то защитить, — пробормотал Чхве Хан. Он перевел взгляд на Бикрокса и заговорил громче, – Он сказал, что даже я смогу это сделать. Он проигнорировал замешательство Бикрокса. Кейл- Кейл-ним сказал ему, что даже он сможет защитить кого-то. Он не подведёт его. Первая возможность представилась, когда разбойники напали на них из засады, всего через несколько минут после того, как они покинули территорию. Чхве Хан почти смеялся над безрассудством этих тупиц. Неужели они действительно думали, что кража сойдет им с рук? Причинение им вреда? Причинение вреда Кейл-ниму?  Как смешно. Чхве Хан не думал, что Кейл-ним оценит убийство бандитов, поэтому он просто отрубил им конечности. Кому было дело до того, есть у них руки или нет? Может, в следующий раз это послужит им уроком, что нельзя воровать у других. Но этот «бой» закончился на довольно хорошей ноте: никто (из важных персон) не пострадал, деньги не были похищены, а наглый вице-капитан отстал. Это был хороший день. По крайней мере, так было до тех пор, пока Кейл-ниму внезапно не стало больно. В голове Чхве Хана зазвенели тревожные колокольчики. Я уже видел такое. В их первую встречу, когда Кейл-ним внезапно вздрогнул от боли без всякой причины... Это похоже. Чхве Хан пытался уговорить Кейл-нима поесть. В конце концов, ему это удалось. Чхве Хан почти расслабился. Но тут Кейл-нима стошнило. Что происходит? Тревога и беспокойство грозили подавить Чхве Хана, но он сдержал их, лишь слегка замешкавшись, прежде чем инстинктивно погладить Кейл-нима по спине. Кейл-ниму больно. Почему ему больно? Что случилось? Это нормально? Чхве Хан вернулся в нормальное общество лишь на короткое время до инцидента в деревне Харрис. Нормально ли это? Может, он и не знал многого, но был уверен, что это ненормально. Тогда почему Кейл-ниму больно? – Он, должно быть, пострадал от бандитов... — услышал Чхве Хан бормотание одного из рыцарей, – Молодой господин обычно просто швырял бутылки в таких, как они, но это первый раз, когда он действительно увидел их... Рыцарь говорил еще, но Чхве Хан уже услышал достаточно. Ах. – Как громко. ...бандиты были громкими. Очень, очень громкими, на самом деле. Это было практически невозможно для Кейл-нима - не услышать их крики боли. Тогда... Это моя вина? Неужели Чхве Хан, отрубив бандитам конечности, довел Кейл-нима до такого состояния? Неужели Чхве Хан навредил слабому сердцем(?) Кейл-ниму, сам того не желая? Он удивительно слабый человек. И не только физически, но и морально, похоже. Но это не так уж и плохо. Это означало, что Чхве Хан должен был сделать все возможное, чтобы защитить слабого Кейл-нима. Однако... – ...ты, кажется, привык к этому. Кейл-ним ничего не ответил. Чхве Хан и не ожидал от него ответа. Он наблюдал за реакцией Кейл-нима до и после того случая. Кейл-ним выглядел удивленным, да, но не шокированным. Это выглядело так, словно его удивили бандиты, но не сама боль. В голове Чхве Хана зародились подозрения. Пока что он отмахнулся от них. Я должен защитить его. Кейл-ним говорил, что полагается на силу окружающих его людей. На рыцарей, на дворецкого Рона и повара Бикрокса, на заместителя дворецкого Ганса, на Чхве Хана. Я должен стать сильнее. И... После этого все было хорошо. Во всяком случае, было, пока не появился этот ублюдок Венион Стэн. Пока Кейл-ним с трудом передвигался после того, как помог слабому и раненому старику. Пока они не спасли маленького, измученного черного дракона из той ужасной, ужасной пещеры. Кейл-ним выглядел так, словно ему было очень больно, и Чхве Хан почти боялся, что случится самое худшее. Это ненормально. Чхве Хан немного подвинулся, устраивая Кейл-нима на своей спине. Он гадал, не заснул ли его - друг (человек, который помог ему) (тот, кто дал мне так много) (член семьи, его сердце жаждало, игнорируя тихий голос в голове, который кричал скоро, слишком скоро-); его дыхание указывало на обратное, но рыжий был настолько тихим, что Чхве Хану стало не по себе. Кейл-ниму было очень больно на протяжении всей миссии. Слишком много боли. Что-то случилось. Вообще-то, с Кейл-нимом с самого начала что-то было не так. Чхве Хану и в голову не приходило, что об этом нужно беспокоиться. До поездки в столицу Кейл-ним всегда казался способным, если не сильным человеком. Тем, о ком Чхве Хану не нужно было особо беспокоиться. Тем, кто в тысячу раз надёжнее, чем Чхве Хан. И он, вероятно, был прав; множество взаимодействий доказали это. Но в то же время... – Кейл-ним, — тихо позвал он, – Ты в порядке? Сначала ответа не последовало. – ...Я в порядке, Чхве Хан. Чхве Хан не был уверен, говорит ли Кейл-ним правду или нет. Но... он выглядел лучше после того, как исцелил дракона... ...исцелил дракона? Глаза Чхве Хана расширились, скрытые под покровом темноты. ...может ли быть? Первая встреча, инцидент с бандитами, старик, дракон... ...может ли быть так, что... Кейл-ним может чувствовать чужую боль...? Эта мысль не выходила из головы Чхве Хана все время, пока он был в поисках Розалин и Лока. – Что-то не так? Чхве Хан резко вынырнул из своих мыслей. Последние несколько дней он делал все возможное, чтобы не терять бдительности, но сейчас, похоже, потерялся в своих мыслях. – Ничего. – Неужели? — Розалин нахмурилась, обеспокоенная, – Ты выглядишь так, будто чем-то обеспокоен. – ...просто волнуюсь о... — Заткнись, это еще не слишком рано, – ...о члене моей семьи. Розалин просто кивнула в знак понимания. Она не спрашивала. За последние несколько дней они очень сблизились, легко называя друг друга семьей, и она уже знала, что он не любит много говорить о себе. – Я тоже беспокоюсь о членах своей семьи, — Чхве Хан слышал. Семья Розалин - не зря она решила остаться здесь, в этой стране - Королевстве Роан - вместо того, чтобы вернуться к ним, – Но они сильны. Они будут защищать друг друга. Чхве Хан закрыл глаза и хмыкнул. Ему не нравились ни Рон, ни Бикрокс, они раздражали. Но, по крайней мере, они защитят Кейл-нима, если это потребуется. Кейл-нима нужно защищать. Особенно если подозрения Чхве Хана окажутся правдой. Я не должен доставлять ему неприятности. Так думал Чхве Хан, пока Лок не свалился в конвульсиях на землю. – Зелья не действуют на племя волков! — Розалин закричала, почти завизжала. Чхве Хан уронил зелья, которые Кейл-ним старательно упаковал для него, и громко выругался, – Мы должны доставить его в безопасное место! В безопасное место? В голове Чхве Хана промелькнула мысль о гостинице. Но мы не можем привести Лока туда! Куда... Чхве Хан замер. Нет. – Чхве Хан? – Я... — он колебался. На кону стояла жизнь Лока, а он колебался. Но... – Я... я знаю одно место... Кейл-ним может чувствовать чужую боль. И Чхве Хан собирался принести страдания Лока к нему. Прости меня. Розалин использовала свою магию, чтобы телепортировать их в резиденцию, где, как знал Чхве Хан, остановился Кейл-ним. Сожаление и извинения заполнили все существо Чхве Хана, пока он бежал. Прости меня! – Прости, прости меня, Кейл-ним! Но ты единственный, к кому я мог бы пойти! И Чхве Хан понял, что был прав, когда Кейл-ним пошатнулся, увидев его, а затем с трудом удержался на ногах, заметив Лока. Прости меня...! – Просто... заходите. В голосе Кейл-нима звучала усталость. Настоящая усталость. Чхве Хану казалось, что мир рушится под его ногами. Но Кейл-ним успел объяснить ему и Розалин ситуацию с Локом и... – Положите Лока на носилки. Пойдёмте. ...что? – Кейл-ним, — беспокойство и чувство вины грозили захлестнуть Чхве Хана, – Ты должен остаться здесь. Кейл-ним мог чувствовать чужую боль. А Локу предстояло мучиться не менее двух часов. Чхве Хан и Розалин устанут через два часа. Чхве Хан вспомнил состояние Кейл-нима после спасения черного дракона. Рыжий был так измотан, что почти сразу уснул, как только они вернулись в гостиницу. Он не мог не нахмуриться. Но Кейл-ним все равно настаивал. – Все будет хорошо, Чхве Хан, — вздохнул он, – У меня еще есть несколько зелий. Никто из нас не пострадает. Чхве Хан согласился только из-за зелий. Вот почему, когда все было готово и Лок благополучно потерял сознание, Чхве Хан первым делом выпил зелье прямо на глазах у Кейл-нима. Он почувствовал, как с него тут же смывается усталость, и с немалым удовлетворением наблюдал, как Кейл-ним расслабился. Я был прав. Он уже понял это раньше, но... Чхве Хан был прав с самого начала. ...но это осознание не принесло ему никакого облегчения. Ведь это означало, что все это время Кейл-ним страдал не из-за того, что ему было больно, а из-за того, что было больно окружающим его людям. Чувствовать боль, которую испытывал другой человек... Это было несправедливо. Это было просто... совершенно несправедливо. Потом они оба оказались в Храме Бога Смерти, Кейл-ним ставил на кон свою жизнь ради обета, и... – Однако, Кейл-ним... пообещай мне еще кое-что. И вдруг у Чхве Хана появился шанс. Он доверял Кейл-ниму. Действительно доверял. Но дело было не в этом. Дело было в том... Можешь ли ты чувствовать чужую боль? Как? Почему? Как долго? Почему ты все равно помогал всем, несмотря на боль? Пожалуйста, расскажи мне. Пообещай, что когда-нибудь расскажешь. Чхве Хан хотел сказать все это, но... это было бы несправедливо. Кейл-ним был очень замкнутым человеком, и Чхве Хан быстро это заметил, ведь он сам ничем не отличался от других. Чхве Хан не хотел поступать с Кейл-нимом несправедливо. Он был членом его семьи (не так уж и рано, он теперь член моей семьи, черт побери...), человеком, который дал ему так много. Чхве Хан не хотел причинять ему боль. Затем... Эти твари, навредившие жителям деревни Харрис... Эти мудаки, ранившие семью Лока... Они собирались навредить еще большему количеству людей в будущем. Они могут причинить вред Кейл-ниму. Чхве Хан, конечно, заботился о жизни невинных людей, но еще больше он заботился о жизни Кейл-нима. Эта чертова организация может навредить Кейл-ниму в будущем. Чхве Хан не мог этого допустить. Он не допустит этого. Вместо того, чтобы спросить о подозрительном состоянии Кейл-нима... – Эта организация убила всех, кто помогал мне раньше. Поэтому, если ты когда-нибудь встретишься с этой организацией... — если они попытаются причинить тебе вред, – или если ты окажешься в опасности из-за них... пожалуйста, возьми меня с собой. Я защищу тебя. У Чхве Хана появилась новая семья. Но Розалин и сама могла о себе позаботиться. Как и Лок, он знал. А вот Кейл-ним не мог. Он был силен, но при этом совершенно, абсолютно слаб. Я защищу тебя. Клянусь своей жизнью, я буду защищать тебя до самого конца. Обет смерти Кейл-ним давал Чхве Хану, но это не означало, что Чхве Хан не мог дать свой собственный обет. Он думал, что теперь у них все будет хорошо. Но тут Кейл-ним потерял сознание, и Чхве Хан без колебаний вывел его на улицу. – Ты сегодня много работал, — Чхве Хан старался быть нежным, убирая волосы с лица Кейл-нима. Глаза Кейл-нима были затуманены и расфокусированы, и Чхве Хан почувствовал, что его сердце словно сжалось, – Прости, Кейл-ним. Должно быть, это больно. Рыжий удивленно посмотрел на него, и Чхве Хан не смог удержаться от грустной улыбки. – Тебе больно, Кейл-ним. Тебе было больно все это время, не так ли? Ты страдал так тихо, что я даже не сразу понял это. Чхве Хан не ослабит бдительность. Больше нет. Кейл-ним страдал от других людей, которые даже пальцем не трогали его, и хотя Чхве Хан не мог остановить боль, он вполне мог попытаться. – Поэтому, пожалуйста, если ты когда-нибудь узнаешь, что это за организация... скажи мне. Я не позволю им причинить кому-либо вред. Я не позволю им причинить вред тебе. Выяснение личности организации было его главной задачей. Но не теперь. Сейчас главным приоритетом была защита этого нового члена семьи. – Когда мы вернемся, пожалуйста, расскажи мне о предстоящем инциденте. Я сделаю все возможное, чтобы предотвратить его. Если отрубание голов и вырывание сердец - это то, что я должен сделать, чтобы защитить всех - чтобы защитить тебя - тогда я это сделаю. Даже лучше, если за террористическим актом в столице будет стоять тот же придурок, который пил кровь детей-волков. – Тогда я обязательно убью их. Болезненно. Очень болезненно. Конечно, без Кейл-нима рядом. Боль врага - это все равно боль. Если Кейл-нима не будет рядом, чтобы он не слышал и не видел этого ублюдка, то все будет просто замечательно. Я смогу играть с ними, сколько захочу. Это была очень приятная мысль.