Часть 1. Возвращение в Понивиль

      Это было лучшее лето на памяти Свити Белль. Родители Бэбс Сид — мистер и миссис Оранж — были уже совсем не такими спесивыми и гордыми, как во время первого приезда к ним Эпплджек. Они научились ценить простые жизненные радости, но остались верны городской культуре и почти каждый день брали дочь и её подруг в музеи и театры, а также показывали им интересные места Мейнхэттена, вроде бара «Радужное убежище». Свити Белль и Бэбс было очень интересно, чем же этот бар так необычен, но взрослые сказали, что они ещё слишком маленькие для подобных заведений. Эпплблум и Свити Белль завели множество друзей — других жеребят — и даже помогли нескольким найти свои Знаки Отличия, но… как и всё хорошее, каникулы пролетели быстро. И вот уже за неделю до конца августа Эпплблум и Свити Белль вернулись в родной Понивиль.       — Ох, Эпплблум, — сказала единорожка, — это было невероятно… оказывается, дядя и тётя Оранж могут быть очень милыми. Но мне не терпится рассказать всё Рарити и Скуталу.       — Мне тоже не терпится поделиться впечатлениями с Эпплджек! Жаль, что наши сёстры приезжали в Мейнхэттен проведать нас не так часто.       — Вернулись? — Раздался знакомый голос на платформе понивильской станции. — А я всё не могу дождаться, когда же мелкая приедет…       Рейнбоу Дэш сидела на облаке и вглядывалась вдаль в ожидании поезда с Шарленки, куда Скуталу уехала на всё лето, чтобы пообщаться с родителями.       — Ам-м-м, Рейнбоу Дэш… — сказала Эпплблум нервно. — Я понимаю, что ты скучаешь по Скуталу, но она вернётся только завтра утром.       Рейнбоу зарылась мордочкой в облако и тяжело вздохнула.       — Вы правы… — сказала она печально. — Простите меня, девочки. Просто… когда Скуталу уезжала, я думала, что мы отдохнём друг от друга, позанимаемся каждая своими делами, но… мне всего одной недели хватило, чтобы понять, как я скучаю по Скут. Даже Спитфайр заметила, что я стала более задумчивой, вялой и не такой энергичной, как обычно.       — Ничего себе… — сказала Свити Белль. — Я знала, что Скуталу тебе дорога, но не думала, что настолько.       — Знаешь что… — сказала Эпплблум. — Вместо того, чтобы сидеть тут и ждать приезда Скуталу, лучше сходи в Сахарный Уголок и купи ей тортик.       — Или закажи билеты на какое-нибудь красивое и крутое шоу! Скажем, на выступление вашей любимой рок-группы, чтобы отметить долгожданную встречу и окончание лета, — сказала Свити Белль.       — А знаете, девочки… — сказала Рейнбоу. — Вы правы… к сожалению, никакие крутые группы сейчас не выступают, но я могу поговорить со Спитфайр по поводу выступления для нас со Скуталу. И возьму любимый торт моей «сестрёнки». Спасибо вам! И… может, вы тоже придёте встретить Скуталу завтра?       — Обязательно, — сказала Свити Белль. — Но мы не будем мешать вам проводить «сестринский день» вместе.

***

      Вскоре Эпплблум и Свити Белль расстались на перекрёстке, разделявшем их тропинки к домам. Обеим не терпелось рассказать своим сёстрам обо всех впечатлениях от лета, проведённого в Мейнхэттене.       — Пока, Эпплблум! — Крикнула Свити Белль, — думаю, нам надо организовать день лучших подруг после сестринского дня Рейнбоу Дэш.       — Прекрасная идея… — сказала красногривая. — Но сейчас мне хочется как можно скорее обнять Шугар Белль, Большого Маки, бабулю и в особенности Эпплджек!       Попрощавшись, две кобылки разбежались, каждая в сторону своего домика.

***

      Бутик «Карусель», находившийся в самом центре Понивиля, был самым ярким зданием маленького городка. Красивый домик напоминал сказочный замок: прекрасный и воздушный. Яркие цвета в его окраске сразу привлекали внимание и, может быть, он не был таким же большим, помпезным и красивым, как летняя резиденция принцессы Эквестрии Твайлайт Спаркл — знаменитый Замок Дружбы, — бутик «Карусель» был ближе и роднее для малышки Свити Белль, чем все дворцы и замки на свете.       К нему маленькая жеребёнка и направлялась. Слегка толкнув красивую покрытую белым лаком дверь, Свити Белль аккуратно вытерла копытца, памятуя о том, как Рарити чуть не сошла с ума, когда Свити Белль зашла в её прекрасный бутик с грязными копытами, и заглянула на кухню. Старшая единорожка сидела задумчивая и грустная.       Подойдя к старшей сестре, Свити Белль обняла её; это вывело модницу из задумчивости.       — Ох, моя маленькая Свити Белль, — сказала единорожка. — Ты уже вернулась?       — Да… — сказала единорожка, — но почему ты была грустной? Что-нибудь случилось?       — Что?! — Нервно спросила единорожка, — с чего ты взяла? Просто я вспомнила дедушку и бабушку… — Рарити сразу потускнела и тяжело вздохнула, — но хватит грусти… ты не голодная? У нас есть жареное сено и яйца, лютики ещё остались.       — Нет, спасибо, — сказала Свити Белль. — Мистер и Миссис Оранж накормили нас перед отъездом.       — Ну и как поживает твоя милая подруга? — Спросила Рарити, — извини, я не так часто навещала тебя в Мейнхэттене, просто… дел было много.       — Ничего, — сказала искательница знаков отличия, — Зато теперь я могу рассказать тебе обо всём, что случилось со мной за лето…

***

      Эпплблум толкнула дверь фермерского домика и вошла в знакомую с детства прихожую. Вытерев копытца, она услышала топот лап по полу и игриво улыбнулась.       «Три… два… один!» — мысленно отсчитала она. Сшибая стулья, сбивая пони с копыт, к ней неслась Вайнона.       — Тише… тише, Вайнона, — смеясь, говорила жеребёнка. — Ты меня сейчас совсем слижешь!       Вскоре с кухни выглянули и остальные члены семьи. Эпплджек помогла Эпплблум подняться и так крепко обняла сестрёнку, что у той глаза из орбит вылезли.       — Эпплблум, — говорила Эпплджек радостно, — сестрёнка. Я так тебе рада.       — Тише, Эпплджек… — сказала младшая из семьи Эппл. — Я тоже по тебе скучала.       Шугар Белль, которая тоже очень сильно привязалась к младшей золовке, обняла жеребёнку.       — Почему ты никому не сказала, когда приедешь? — Спросила она. — Мы бы тебя встретили.       — Просто хотела устроить всем сюрприз, — ответила Эпплблум. — Но, кажется, Вайнона сорвала мой план.       Она потрепала собаку по затылку, и та радостно тявкнула.       Эпплджек вообще не приезжала в Мейнхэттен, занимаясь делами на ферме; обычно Эпплблум и Свити Белль проведывала Рарити или Шугар Белль, с которой Эпплблум за это лето очень сблизилась. Наверное, поэтому Эпплджек сейчас не отходила от сестрёнки ни на шаг и обсуждала с ней всё: от новостей из Мейнхэттена до проблем на ферме. Шугар Белль лукаво усмехнулась и потянула Большого Маки за собой, намекая, что девочкам надо побыть вдвоём.       — А где бабуля? — Спросила Эпплблум встревоженно. — С ней всё в порядке?       — Да… — смущённо сказала Эпплджек, — просто, эм… понимаешь, она слегка приболела.       — Могу я её увидеть? — Спросила Эпплблум.       — Конечно… — сказала Эпплджек. — Просто сейчас бабуля спит. — А знаешь что… как насчёт того, чтобы заглянуть в Сахарный Уголок? У Пинки Пай только недавно в меню появилось мороженое. Что скажешь?       — Прекрасная идея… — сказала Эпплблум, и тут на втором этаже что-то стукнуло и раздался звонкий и весёлый смех Шугар Белль; Эпплблум чуть покраснела, представив, что делал старший брат со своей женой.       — Тем более Большому Маки и Шугар Белль надо побыть одним, — сказала Эпплджек.

***

      В скором времени две сестры пришли к Сахарному Уголку. Красивый, будто бы пряничный домик находился в центре Понивиля. Сёстры быстро вошли внутрь и встретили там Рарити и Свити Белль. Впрочем… Рарити была где-то далеко мыслями и выглядела опечаленной.       — Что случилось, Рарити? — допытывалась Свити Белль. — И не говори, что ты вспомнила родителей. В четвёртый раз я не поверю…       — Извини, Свити Белль… — сказала единорожка. — Наверное, мне лучше уйти. Ты дойдёшь до дома одна?       — Конечно, — сказала с недоумением Свити Белль. — А что…       Но она не договорила; Рарити встала и с грустью, как будто в какой-то прострации, ушла из Сахарного Уголка.       — Что это с ней? — Удивилась Эпплблум.       — Кажется, она сегодня такая целый день… — сказала Свити Белль. — Но я не могу понять, почему. Она пытается убедить меня, что грустит и скучает по дедушке с бабушкой, но их не стало зимой, а сейчас самый конец лета.       Эпплджек вздохнула:       — Свити Белль, на твоём месте я бы не стала давить… — сказала она. — Рарити сама расскажет, когда будет готова, а сейчас почему бы вам двоим не взять по большой порции мороженого, а потом я провожу вас домой?       Две жеребёнки согласно кивнули.

***

      Вечер прошёл просто замечательно. Эпплблум и Свити Белль рассказали забавные истории из поездки в Мейнхэттен. Эпплджек очень сильно смеялась. Наконец кобылки разошлись по домам.       — Пока, Эпплблум… — сказала Свити Белль. — Ты ведь пойдёшь завтра встречать Скуталу?       — Прекрасная идея… — сказала Эпплджек. — Уверена, Скуталу будет рада видеть вас двоих, как и Рейнбоу; она ждёт её, по-моему, со дня отъезда.       Две жеребёнки и пони рассмеялись, а потом разошлись по домам.       — Готова к новому учебному году, Сахарок? — спросила Эпплджек.       — Конечно… — ответила Эпплблум. — Если честно, я очень скучала по мисс Чирайли.       — Говорят, в этом году у вас появится ещё один учитель, — сказала Эпплджек.       — Правда? — Удивилась Эпплблум.       — Да, — ответила Эпплджек. — Но не волнуйся, уверена, вы с ним поладите.       Вскоре сёстры вернулись на Яблочную Аллею, и Эпплблум сладко зевнула.       — Я, пожалуй, пойду сразу спать, — сказала она, — завтра вставать рано…       — Доброй ночи, Сахарок… — сказала Эпплджек, с нежностью посмотрев сестрёнке вслед.

***

      Свити Белль тоже ложилась спать- в этот день она жила у Рарити. Несколько лет назад её родители переехали в Троттингем и Свити Бэлль так не хотела уезжать и прощаться с Рарити что они позволили ей остаться в Понивиле. И теперь от далёких но таких любимых родителей осталось лишь фото. Фотография папы и мамы, стоявшая на тумбочке у кровати жеребёнки, обычно внушала Свити Бэлль чувство покоя и безопасности, но сейчас малышка очень сильно переживала за Рарити.       — Засыпай, мой маленький колокольчик, — сказала Рарити. — Завтра надо рано встать, чтобы встретить поезд, на котором приедет Скуталу.       — Рарити, — сказала Свити Белль, — я знаю, что это не моё дело, но можно спросить…       Рарити посмотрела на Свити Бэлль.       — Ты ведь скучаешь по нему, верно?       Рарити вздрогнула как от удара молнии. Полгода назад мысль о том, что она будет так сильно скучать по Спайки-Вайки, рассмешила бы её. Дракончик был замечательным другом — верным, щедрым и искренним, но романтические отношения с ним казались Рарити чем-то неправильным и невозможным. «Спайк всего лишь ребёнок, — думала она: по драконьим меркам он вообще младенец. Уверена, Спайк переболеет этой любовью». И Спайк, кажется, переболел.       Вот только Рарити этого уже совсем не хотела. Часто по ночам, когда никто не видел, она плакала, вспоминая, как Спайк совершенно бескорыстно, не рассчитывая на ответные чувства или хоть какую-то благодарность, помогал ей в бутике, как он отдал Рарити красивый Огненный Рубин, который собирался съесть, только ради её улыбки — Рарити до сих пор носила его, — как он остановил её, когда она оказалась под властью магии волшебной книги и научилась одним своим заклинанием превращать вещи во всё самое красивое, что она только могла представить.       Но чувства к дракончику у единорожки появились неожиданно — как снег на голову, — и поздно — несколько месяцев назад, во время празднования коронации Твайлайт.       — Свити Белль, я… — хотела сказать Рарити, но ответом ей было лишь мелодичное посапывание сестрёнки. — Засыпай, мой колокольчик… — шепнула Рарити и вышла из комнаты.