Часть 11

Сделав глоток вина, Марина сдавленно застонала и уронила голову на стол. Ей хотелось плакать, кричать и рвать на себе волосы, но она лишь подлила себе вина. Тихий, но довольно настойчивый стук в дверь заставил ее раздраженно поморщиться. — Катись в задницу кто бы ты ни был. Стук повторился, но Марина продолжала сидеть на стуле, сжимая пальцами тонкую ножку бокала. Внезапно зазвонил сотовый, лежащий рядом. Бросив взгляд на экран, она выпрямилась, а затем ответила на вызов. — Марина Владимировна, я прошу прощения за столь поздний визит, но не могли бы вы открыть входную дверь? — Раздался спокойный голос Брагина. — Безусловно я мог бы и дальше стучать, но боюсь это не совсем устраивает ваших соседей. —Зачем вы пришли? — Я расследую покушение на вас и Павлову. Хотел бы поговорить не официально. — Сейчас. Тяжело вздохнув, адвокат поплелась открывать. Как только она показалась на пороге Брагин понял — он не вовремя. Однако назад пути не было, поэтому кивнув, вошёл в квартиру и закрыл за собой дверь. — Выпьете? — поинтересовалась Марина. — Нет, благодарю. — А я выпью. Фыркнув, блондинка подошла к столу и снова наполнила свой бокал. Олег молча сел на стул и огляделся. Квартирка Марины была небольшой, но уютной и стильной, а ещё здесь очень вкусно пахло. Наверное, где-то прячется аромолампа или что-то подобное. Медленно вдохнув, он прикрыл глаза: цитрусовые нотки и мята. Аромат, конечно, был более сложным, но так глубоко его рецепторы не работали. Ему здесь определенно нравилось. — Итак, Брагин, с чем пожаловали? Он посмотрел на адвоката. Без косметики, с собранными в низкий хвост волосами и одетая в забавную шёлковую пижаму с широкими штанинами и рукавами, Нарочинская выглядела очень молодо и беззащитно. Сердце Олега внезапно заныло от осознания, что сегодня её могло не стать и ему вдруг очень захотелось её обнять. Похоже, что она явно в этом нуждалась. Тем не менее он понимал, что подобный жест она вряд ли оценит поэтому лишь сказал. — Мне жаль, что так вышло. — Жаль? - Удивилась Марина, глядя в свой бокал. — Да, жаль, что тебе и Павловой пришлось через это пройти. То ли тон, которым это было сказано, то ли тот факт, что он внезапно перешёл на “ты” заставил Марину отвести взгляд. — Я найду того, кто это сделал, обещаю, но ты должна мне помочь. — И чем же? — Озвучь мне свои мысли. — Прости? - Марина вскинула брови. — Я хочу знать, о чем ты думаешь. — Все, о чем я сейчас думаю это о подруге, которая лежит в больнице, а ещё о тачке, которой у меня теперь нет, а автокредит остался. Я в бешенстве, расстроена, напугана и хочу напиться до беспамятства. — Понимаю твои чувства, правда, но самое главное, что вы обе живы. Пробормотав что-то себе под нос, она скрестила руки на груди и отвернулась к окну. Какое-то время они молчали и эта тишина, по мнению Олега, была на удивление комфортной. — Если ты хочешь знать мое мнение, то это жена Лазарева, Покровская. — Голос Марины звучал едва слышно. — Почему? — Она в ярости, она обижена, она осталась одна. Нет ничего опаснее брошенной женщины, готовой на все ради мести. Не думаю, что её целью была я, Саше нужна Ира. С её смертью она получит все: убитого горем Костю, который от неё отказался; деньги, которые после смерти Иры перейдут к ней как к единственному наследнику и, в конце концов, моральное удовлетворение. Откинувшись на спинку стула, Олег задумчиво хмыкнул. Признаться, он и сам первым делом подумал о Покровской. Осталось лишь найти исполнителя, который и выведет на заказчицу. — Можно просьбу? — внезапно спросила Марина. — Если я могу ее выполнить, то конечно. — Когда ты найдёшь того ублюдка, что взорвал мою машину, возьми меня с собой. Я хочу посмотреть ему в глаза. — В глаза ты ему посмотреть и в зале суда сможешь. — Это не то. Нарочинская снова повернулась к нему, и Олег вдруг четко осознал, что не может сопротивляться: её взгляд просто не оставил ему выбора. — Хорошо. — Ты… серьезно?! Возьмёшь? — блондинка даже рот открыла от удивления, явно не ожидая столь скорой победы. — Да. В данной ситуации ты потерпевшая сторона, так что… — Олег пожал плечами и улыбнулся. — Спасибо, — ошеломлённо добавила Марина. — Пока не за что, — он встал, — однако я благодарен тебе за версию. Поскольку у нас с тобой негласный договор, то хочу сказать, что и сам думал о Покровской, но нуждался во мнении со стороны. — Ты? Нуждался во мнении? Правда? — К ней вернулся сарказм. — Хочешь совет? — проигнорировал ее выпад Брагин. — Убери вино и ложись спать. Сейчас тебе кажется, что это поможет, но поверь, с утра будет паршиво и ты не отдохнёшь как этого требует ситуация. — Не уверена, что смогу заснуть, — обхватив себя руками, Марина передернула плечиками. — Заснёшь, поскольку, судя по количеству вина в бутылке нервы ты себе уже успокоила. Эта доза самое то, чтобы отправляться в кровать. — Ты прямо эксперт. — фыркнула Нарочинская. — Идём, закроешь за мной дверь. Олег вернулся в коридор и уже на пороге обернулся. Ему безумно хотелось остаться рядом с Мариной. Сжать её в объятиях и позволить расслабиться, ничего не бояться. — Понадобится помощь — звони. — Если не удастся уснуть обязательно, но только для того, чтобы сообщить, что твоя теория полный шлак. Они оба улыбнулись. Указав на свою скулу, она спросила: — Больно? Олег отзеркалил её жест, дотронувшись до пластыря уже на своём лице. — Всего лишь царапина. Спокойной ночи, Марина. Она закусила губу, внимательно глядя на него. На секунду Брагину показалось, что она ищет предлог, чтобы задержать его подольше, но затем она кивнула. — Спокойной ночи, Брагин. *** Лазарев осторожно, стараясь не создавать лишнего шума, потянулся на неудобном стуле. Несмотря на то, что палата для Иры была категории максимального комфорта, о посетителях здесь, судя по всему, не особо заботились. Он лишь на пару секунд прикрыл глаза, а проснулся от того, насколько сильно онемела шея. Костя встал и, скинув обувь, начал медленно прохаживаться по палате, разминая руки. Тихо чертыхнулся, когда кровь начала приливать к конечностям, вызывая покалывание. Дойдя до двери, выглянул в коридор: пусто и тихо. Парень перевёл взгляд на наручные часы и мысленно присвистнул — время давно перевалило за полночь. Значит, проспал он около двух часов. После покушения на Павлову и Нарочинскую всё смешалось в какой-то хаотичный шар, который катился и катился под откос, увлекая его за собой. Костя ненавидел это чувство беспомощности перед обстоятельствами. К счастью, ему удалось решить вопрос с наблюдением Иры в лучшей клинике города, куда её перевезли сразу после того, как убедились, что жизни ничего не угрожает. У неё было сотрясение мозга и при ударе о стену было получено множество ушибов, но в целом, при должном уходе, через пару дней они уже смогут поехать домой. В голове не укладывалось, как такое могло произойти прямо перед зданием прокуратуры. — Кость? Лазарев обернулся и облегченно вздохнул: Ира пришла в себя. — Ээээй, любовь моя, — заулыбался он, — ну как ты? — Кажется… в порядке. Больно… — блондинка поморщилась, пытаясь сесть. — Нет-нет! Вставать пока нельзя! — Лазарев осторожно заставил её вновь лечь. — Что произошло? — нахмурилась Ира. — Я в больнице? — А что ты помнишь? — Ну… мы были у Брагина. Марина настояла на том, чтобы рассказать о ссоре Толи и Саши, про наследство, — она нахмурилась, вспоминая. — Ага, знаю. Она мне говорила. Что потом? — Потом… там была собака… не пускала нас выйти, а потом… — она потёрла пальчиками лоб, — … не могу вспомнить… прости… голова ужасно болит… — Дальше нечего вспоминать, Ириш. Ты умница. Доктор просил обсудить с тобой последнее из оставшегося в памяти, но вижу, с этим проблем нет, — улыбнулся Лазарев, гладя её по голове. — Кто-то взорвал тачку Марины. Ты пострадала от взрывной волны. — А что?.. — Ира в ужасе округлила глаза. — С остальными полный порядок. Тебе досталось больше всех. — Но, Кость… как это возможно?! Слишком подозрительно для совпадения. Лазарев несколько секунд молчал, раздумывая, стоил ли обсуждать это сейчас, но затем решился: — Никаких совпадений. Кто-то целенаправленно желал вашей смерти. Твоей, если уж быть точнее. Вряд ли Нарочинская успела нажить себе врагов. — Но я… это ведь бессмыслица! Какой с меня толк?! И уж тем более выгода? — Ты, наверное, ещё не в курсе… — Лазарев вздохнул. — Марина просила пока придержать информацию до официального оглашения завещания… Алеников оставил всё тебе. — Что? — нервно рассмеялась Ира. — Всё, до последней копейки. Павлова прикрыла глаза: её резко замутило. Конечно, оба понимали, что это значит для стороны обвинения — ещё один мотив для убийства мужа.