Часть 20

Лазарев, широко улыбаясь, шагал к своему кабинету. Рядом, дробно стуча каблучками, бежала Дубровская, радостно тараторя о перспективах, что их ждут, в связи с только что заключённой сделкой. — Кстати, на твоём столе документы на развод. Ты был прав: Покровская довольно легко согласилась подписать бумаги, стоило лишь озвучить сумму. — Отлично. Мне уже осточертело одергивать себя, чтобы не проговориться и не назвать Иришу женой. Дебильности ситуации добавляет то, что все слышали моё заявление на суде и прекрасно осведомлены о моих чувствах к ней. — Поздравляю! — Дубровская заулыбалась. — Вы оба заслужили право быть счастливыми. Кстати, это правда, что ты подарил Куликову свою машину? Или ты так шутишь? — Чистая правда. Принеси мне, кстати, документы на подпись, как подготовишь всё на официальном уровне. — Самодур, — хмыкнула юрист. — Ага. Знаю. Секретарша вскочила, завидев босса, испуганно округлив глаза: — Константин Германович, вас ожидают. — Кто? — миролюбиво уточнил Костя. — Эм… женщина… сказала, что вы её ждёте и… в общем, мне не удалось её остановить, она уже в кабинете. Лазарев распахнул дверь, недоуменно нахмурившись, но тут же вновь расцвёл улыбкой, когда увидел в комнате Павлову. — Всё в порядке. Этот ураган Ирина всего лишь моя жена. Отмени, пожалуйста, все встречи до конца дня, хорошо? Нин, до завтра. Оставив сотрудниц в коридоре, Лазарев захлопнул дверь и распахнул объятия: — Привет, малыш. Вопреки его ожиданиям, блондинка не спешила подходить. Лазарев прищурился, осматривая жену более внимательно. После вынесения оправдательного приговора они начали жить с чистого листа, купив новый дом и даже планировали первый совместный отдых, но он всё чаще замечал за Ирой не совсем здоровые настроения: жена замыкалась в себе, порой откровенно выпадала из действительности, не улавливая суть разговора, а в последние дни, Костя и вовсе стал замечать её заплаканные глаза, которые она безуспешно пыталась скрыть макияжем. Само собой, его расспросы не дали результатов. Павлова заверяла, что просто устала, а в остальном — полный порядок. Вот и сейчас, одетая в строгое чёрное платье от Шанель, с гладко уложенным строгим карэ, без грамма косметики, она выглядела маленькой, потерянной и испуганной женщиной. — Что случилось? — Лазарев старался, чтобы его голос звучал хотя бы ровно, но сердце упало куда-то вниз и противно заныло, от предвкушения беды. — Я хотела бы кое-что с тобой обсудить, — говоря это, Павлова достала из сумки бумаги и положила их на стол. — Что это? — напрягся Лазарев. — Документы на развод, — с абсолютно бесстрастным лицом ответила она. — Если ты посчитаешь нужным, мы подпишем их прямо сейчас и… и обещаю, я больше никогда не посмею беспокоить тебя… — С чего бы нам разводиться? — криво улыбнулся Лазарев, всё ещё надеясь, что Ира так шутит. — После того, что я расскажу тебе, очевидно, что у тебя возникнет необходимость обдумать вопрос о том, нужна ли тебе ТАКАЯ жена, — прошептала блондинка. — Нужна! — Не раздумывая, ответил мужчина. — Это я убила Аленикова, Кость. Той ночью он вернулся из бара и… я говорила, что он стал догадываться, но даже не могла предположить, что он зашёл гораздо дальше, наняв частного детектива. Мы были осторожными, но недостаточно. Толик бросился на меня с кулаками, швырнув в лицо фотографии и отчеты детектива. На них мы были такими… счастливыми, — глаза Иры наполнилось слезами, но она сдержалась. — Он просто сошёл с ума. Никогда в жизни мне не было так страшно, и я… этот нож для писем… понятия не имею, как он там оказался, мы ведь даже не читаем чертовы письма! Женщина сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, а затем продолжила, дрожа от каждого сказанного слова, но и испытывая чувство свободы. Наконец-то ей больше не нужно будет врать. — Я очнулась уже у его тела. Не понимаю, как… пыталась реанимировать, даже на помощь позвать, но из мира будто пропали все звуки… я так и стояла с ножом в руках и… мне так жаль… знаю, ты верил в мою невиновность, а я… трусливая и жалкая… я не смогла сказать тебе правду тогда… Костя обнял её и улыбнулся, когда жена, обвив его талию руками, расплакалась. — Я знаю, маленькая. С самого начала знаю… — шептал он, укачивая Иру в объятьях. — Тебе незачем говорить все это. Я любил тебя тогда, люблю сейчас, а завтра будут любить ещё сильнее, если это возможно. Мне жаль, что тебе пришлось пройти через всё это, держать эту тайну внутри. Я ждал, когда ты будешь готова рассказать и очень надеялся, что это произойдёт раньше, чем чувство вины сведёт тебя в могилу. Иначе, пришлось бы начинать этот разговор самому… — И ты… все это время… а Марина? — Павлова подняла голову. — Что ж, с ней ситуация посложнее, — вздохнул Костя, утирая слезы с лица жены. — Она боролась за идею, в которую верила безоговорочно. С Мариной придётся объясниться… она, как никто, заслуживает правды… Поедем сейчас? — Да… — Ира с горечью продолжила: — Побудешь со мной, когда я буду признаваться лучшей подруге в убийстве? — Без вариантов! — Лазарев чмокнул её в кончик носа. — Только дай мне пару секунд. Хочу порвать документы на развод. Улыбка на лице жены стоила тысячи слов. *** Свернув к гаражу, Олег недоуменно уставился на зашедшегося лаем Арчи. Отстегнув ремень безопасности, он протянул руку и потрепал пса по голове. — Эй, мальчик, что такое? Тот не обратил на него никакого внимания, продолжая лаять и царапать стекло. Наклонив голову, Брагин сощурился, пытаясь рассмотреть в окно что же так взволновало собаку. Уже стемнело, но фонари на улице ещё не зажгли, поэтому ничего кроме тёмного пятна у крыльца Олег не разглядел. — Ладно, идём посмотрим кто там. Открыв дверь, он вышел на улицу и снова посмотрел в сторону крыльца. Ни черта не видно. Раздраженно выдохнув, Олег открыл дверь заднего сидения, выпуская Арчи. Пес рванул вперёд и в этот самый момент на улице зажглись фонари. — Арчи, СИДЕТЬ! — крикнул Брагин. Тот, не добежав до застывшей у крыльца Марины каких-то пару метров послушно шлёпнулся на землю и восторженно заскулил, глядя на адвоката. Захлопнув дверь машины Олег в несколько широких шагов оказался рядом с Нарочинской и без каких-либо слов сгрёб её в свои объятия. Она тут же обняла его в ответ и тихо расплакалась. — Почему не позвонила? Я бы приехал раньше, — шепнул он, уткнувшись носом в ее макушку и прикрыв от наслаждения глаза: Марина пахла его личным счастьем. — Прости меня, — она всхлипнула. — А ты меня прости. Надо было развивать наши отношения после того как Павлову оправдают, а не до. Не знаю, чем думал. Вернее, знаю и это мне чести вообще на делает. Забавно похрюкивая от избытка слёз Марина рассмеялась. Олег же ощутил, как все его внутренние органы вновь начали функционировать как надо, а то в последнее время он стал всерьёз подозревать, что своей пощёчиной Марина отключила все жизненно важные процессы в его организме. Ещё раз вдохнув запах её волос, Брагин немного отстранился. Взяв за подбородок, он приподнял голову девушки. Она доверчиво смотрела в его глаза, то и дело вытирая слёзы. — Я люблю тебя. — Четко произнёс Олег и почувствовал, как эти слова его освободили. Давно нужно было сказать ей это вслух. Быть настойчивее, смелее. — Мне жаль, что я не смог быть рядом. — Ира все мне рассказала, — тихо прошептала Марина. — Как ты себя чувствуешь? - Олег обнял ее крепче. — Поначалу была в бешенстве. Потом смеялась. Плакала ещё. Затем вспомнила сколько раз возила Иру в больницу, когда этот ублюдок её избивал и сказала ей, что она всё сделала верно. Сейчас немного растеряна, но думаю в конце концов я смогу уместить это в своей голове. Костя и Ира привезли меня сюда и какое-то время ждали со мной. Потом я отправила их домой, не зная, как ты отреагируешь на моё появление. — Хорошо. — И это всё что ты скажешь? - она удивлённо моргнула. — Всё. Улыбнувшись, Олег нежно поцеловал её губы, однако Марина отстранилась и взяла его за руку, крепко сжав. — Тебе действительно всё равно? — требовательно спросила она. — Марин, — вздохнув, Брагин, прижавшись своим лбом к её, — конечно мне не всё равно. Ира твоя подруга и я рад, что теперь всё это не будет стоять между нами; рад, что ты знаешь правду и мне больше не нужно тебе её доказывать; рад, что все мы теперь можем двигаться дальше. Но больше всего я рад, что ты сейчас здесь, со мной. Всё остальное лишь приятное дополнение. — А ты сможешь… ну… сможешь дружить с Ирой и Костей? - глаза Нарочинской светились надеждой. — Смогу. По-моему, они прекрасные люди, я в этом убедился. Лазарев отличный мужик, правильный… — Но ведь… — Ты порой совсем меня не слушаешь, — Олег щёлкнул её по носу и улыбнулся ещё шире, — я ведь уже неоднократно говорил тебе, что не желаю Ирине зла. Я просто выполнял свою работу. Моя работа сделана, а всё что случилось дальше уже меня не волнует. По крайней мере в случае с Павловой. Её признали невиновной. Кто я такой чтобы спорить? Марина радостно рассмеялась и снова прижалась к нему, спрятав личико на его груди. Арчи, все это время, медленно подбирающийся ползком вопреки приказу хозяина, ткнулся носом между ними, пытаясь поместиться всем своим телом. — Эй, парень, это уже наглость несусветная! — возмутился Олег. — Кто тут мой сладкий мальчик? — заворковала Марина, присев перед псом на корточки и почесав его за ушком, — кто соскучился? — Я вообще-то, — проворчал Брагин. Запрокинув голову, адвокат звонко и от души расхохоталась. Затем вскочила на ноги и встав на носочки поцеловала Олега, прошептав: — И я люблю тебя, Брагин. — Да знаю я, — усмехнулся он, подхватив её на руки и шуточно нахмурил брови, — а теперь хватит уже всех этих разговоров. Идём в постель. Покажу тебе кто действительно соскучился. Уже поздно ночью, перебирая пальцами волосы дремавшей на его груди Марины, Олег тихо сказал. — Я определился с желанием. — Ммм… что? — сонно прошептала она, обвивая его шею руками. — Желание. Ты должна мне желание, помнишь? — А да, и что ты хочешь? — Тебя. Чтобы это не значило. Всю, без остатка. Навсегда. Нарочинская подняла голову и села. Заправив за ушки волосы, она слегка нахмурилась. — Ты ведь не заставишь меня бросить работу или что-то подобное ради возможности быть с тобой? — Нет. Но давай договоримся — больше вместе мы не работаем. Я люблю тебя, но Господи, ты же дьявол во плоти, когда дело касается твоих клиентов. Я подам официальный рапорт начальству где уведомлю о наших отношениях, чтобы избежать конфликта интересов. — А мне понравилось с тобой работать, — надула губки Марина. Фыркнув, Олег поманил её к себе и когда она оседлала его, уперев ладошки по обе стороны от его головы, Брагин спросил: — Ну так что, исполнишь моё желание? — С огромным удовольствием, Брагин. Закрепим нашу сделку? Облизнув губы, Олег ловко опрокинул её на спину, подмял смеющуюся Марину под себя и заглянул в любимые синие глаза. — Когда там следующий «Вечер лото»? — мурлыкнула Марина. — Завтра. И имей ввиду, я намерен тебя обыграть. — Это мы ещё посмотрим. Мне в последнее время феноменально везёт. Улыбнувшись в ответ на её улыбку, Олег прижался губами к женской шее и поставил для них время на паузу. *** Скинув туфли, Павлова погрузила ноги в тёплый песок и подставила лицо порывам соленого ветра. Оглянувшись и убедившись в том, что муж вот-вот её нагонит, блондинка побежала по пляжу, прямо к кромке воды. Костя что-то кричал, смеясь и неуклюже скидывая обувь, но она лишь улыбнулась в ответ и шагнула в море. Шаг, другой, третий… Нырнув, Ира задержала дыхание, а затем почувствовала, как сильные руки обнимают её талию и вытягивают на поверхность. Конечно, он не дал бы ей утонуть. Ни тогда, ни сейчас… Целуя мужа сладко-солёным поцелуем, Ирина улыбалась. Даже сейчас, спустя столько времени, любовь распускала в ней крылья.