Часть 27

— Олег! Олег! — Сабина в четвертый раз окликнула Валенцова, который все так же не обращал на нее никакого внимания, который день исчезая куда-то по своим делам после тренировок. — Да постой же ты, Валенцов!             Сабина завелась не на шутку. Почему она должна носиться по коридорам, словно дурочка, за парнем? Пусть он даже и капитан команды!             Наконец, Олег обернулся, словно вынырнул из транса и раздраженно уставился на пресс-секретаря команды, которая пыталась отдышаться после продолжительной погони за заряженным хоккеистом. — Сабина, я все понимаю, но ничем не могу тебе помочь, — предугадывая наперед ее вопрос, отрапортовал Валенцов, — У меня срочное дело, еду к тетке.             Он то и дело поглядывал на часы, словно опаздывал на важнейшее событие в своей жизни. — У тебя который день одна и та же отговорка, Олег! Но нам же нужно закончить с новой порцией постов! — Ростовская выглядела уставшей, под глазами залегли синяки, хотя аккуратно нанесенный макияж и маскировал их отчасти. — Тебе нужно, Сабина, — буркнул Олег, — Так-то это твоя зона ответственности. Никак не могу остаться и помочь тебе с вычиткой текстов. Попроси кого-то из ребят, уверен, что они не откажут поучаствовать в работе над обновлением сайта. А я действительно очень занят.             Хоккеист развернулся и устремился прочь от разочарованной девушки. Сабину задела резкость, с которой была брошена фраза про зону ответственности. В груди царапнули кошки от раздражения. С чего он позволял себе разговаривать с ней в таком тоне! Ростовская на миг прикрыла глаза. Хотя она сама виновата. Зациклилась на Валенцове, а ведь действительно можно было попросить других ребят. Наверное, она просто расчитывала, что человек, с которым они раньше регулярно играли в настольные игры их скромным коллективом в лице Марины, Крепчука и Лизы не откажет в помощи товарищу. Они ведь могли себя так называть? — Все в порядке, — у нее за спиной выросла фигура Егорова. Он провожал фигуру Валенцова недовольным взглядом, скрестив руки на груди. На нем была командная толстовка с подмигивающей акулой.             Девушка обернулась, наткнулась взглядом на эмблему команды и лишь сильнее нахмурилась. — У меня горят все дедлайны, а капитан команды не может уделить десять минут своего времени на вычитку текста. Помимо этого, все довольно неплохо.             Кирилл мог съязвить на счет того, что она сама выбрала себе непутевого помощника, однако вместо этого предпочел ответить коротким: — Пойдем в буфет. Вычитаю твой текст.             Сабина согласно кивнула. Спорить не было ни сил, ни желания. Ей действительно нужно было мнение хоккеиста и члена команды. Они двинулись по коридору молча. Шаги глухо отдавались от плитки, где-то впереди хлопнула дверь, кто-то из ребят громко рассмеялся — обычная университетская суета, которая сейчас казалась слишком далёкой. Сабина шла чуть впереди, машинально придерживая ремешок сумки. Кирилл — рядом. Не слишком близко. Но и не на расстоянии. Комфортной дистанции между ними больше не существовало — любая казалась либо слишком маленькой, либо слишком большой.       Егоров кивнул на дальний столик у окна. Сабина извлекла из сумки ноутбук и принялась открывать все необходимые вкладки и документы. Она прикусила губу, когда не обнаружила в папке файла со вчерашними правками. Видимо, она забыла его перебросить с планшета на ноутбук. Какая досада!             Пока девушка лихорадочно припоминала, какие именно коррективы вносила вчера перед сном, перед ней материализовался стаканчик с флет-вайтом на кокосовом. Она сразу узнала этот запах. В прошлом году она только его и пила в здешних стенах. Кирилл не торопил, лишь молча дожидался момента, когда Сабина будет готова к обсуждению. Перед ним стояло блюдце с двумя круассанами без начинки. — Извини, я либо не сохранила вчерашние правки, либо не перекинула их с планшета сюда. Это не финальный вариант. Может занять чуть больше времени, чем я рассчитывала у тебя отнять. — Не страшно. Я не спешу, — длинные пальцы хоккеиста вертели один из круассанов, словно обдумывая что с ним делать.             Они просидели в тишине минут десять, прежде чем Егоров задал вопрос первым: — Тебе ведь не нравится заниматься сайтом команды, не так ли?             Ресницы девушки в удивлении взметнулись на него. — Я такого не говорила. — Тебе и не нужно. Я же помню с каким выражением лица ты читала «Гипотезу любви» или писала очередную главу рассказа. Сейчас ты напряжена, раздражена и мечтаешь поскорее расправиться с весьма несвоевременной задачей. Я не прав?             Рука девушки автоматически потянулась к кофе. Она сделала первый глоток. — Это не совсем так, — Ростовская запнулась, — Это весьма интересный опыт, но я полагаю, что нашлось куда больше людей, кто справились бы с поставленной задачей лучше.             Был отломан кусочек круассана. — Я люблю писать художественные рассказы, чаще всего фэнтези, а здесь и сейчас я должна создать посты про команду, чтобы заинтересовать людей. И раз уж я оказалась в это втянута, не хочется вас подвести. Но ни тематика, ни жанр в котором нужно творить, мне не близок. Я же не социолог или маркетолог, и уж тем более не фанатка хоккея. — Говорят, что полезно выходить из зоны комфорта, — когда от первого круассана ничего не осталось, Кирилл вернул нетронутый круассан на тарелку, пододвигая ее ближе к девушке. — Да, но… Я ощущаю себя не в своей тарелке. Да и темп учебы в последнее время выше обычного. Я только позавчера закрыла последний хвост. Из-за этого абсолютно не уверена в конечном результате. — Давай я все-таки прочитаю существующий вариант. Я не писатель, но могу оценить написанное с точки зрения фаната хоккея. Если что-то существенно не так, скажу. — Да-да, — пальцы девушки вновь застучали по клавиатуре, — Дай только внести еще пару правок.                         Так прошло еще минут десять, пока у Кирилла не закончилось терпение. Он невозмутимо накрыл руку девушки, управляющей мышкой, ладонью, призывая остановиться. — Сабин, выдохни, дай мне прочитать.             Сабина вздрогнула, будто обожглась, и поспешила убрать руку, разорвать контакт. Егоров лишь подтянул к себе ноутбук, возвращаясь на первую страницу документа. Он читал внимательно, прикусив губу, на лбу можно было заметить морщинку концентрации. Наконец, хоккеист оторвал взгляд от экрана, откинулся на спинку стула и выдал: — Публикуй. Парням понравится.             Девушка уставилась на него, будто он только что выдал несусветную глупость. — Публикуй? И все? — А что еще? — Кирилл, мне нужен более развернутый фидбек. Какие эмоции вызывают посты. Подходят ли фотографии или бы поменял заголовки… Не слишком ли текста перегружены информацией… Правильно ли использована терминология, в конце концов… — Сабина, — прервал ее Кирилл, на губах которого играла едва заметная улыбка, —Ты написала посты. Да, они не особо то похожи на классические посты про игроков. Но так даже лучше… Про каждого написана его мини-история, это мило. Парни оценят! Ты заморочилась. Если бы были ошибки в терминологии, я бы отметил, но их нет. Так что выдохни, опубликуй посты и не парься на счет фотографий. Ты художник и это твое видение проекта. Только и всего… — Но фотографии — наиболее эффективный способ привлечения внимания. Если они не цепляют, то и текста читать не будут. — Здесь на фотографии Федорцов с клюшкой и без формы вратаря защищает ворота. Если эта фотография не сможет привлечь людей, то ничего не сможет. Не в каждой команде есть игрок, который сменил позицию защитника на вратарскую аммуницию.             Повисла неловкая пауза. Девушка вернула себе ноутбук и теперь сосредоточенно пролистывала документ, пытаясь отыскать малейшие огрехи. — Ты умеешь подмечать детали и красиво их преподносить. Людям захочется это прочитать, а потом и перечитать, чтобы точно ничего не пропустить, — Кирилл принялся вертеть кольцо на пальце, — Уверен, что Димон будет залипать на свой пост минут пять, как минимум. Потом еще цитировать начнет. Это запоминается. — А Саша? — Кто? — Саша Сокол. Ты сказал, что парням понравится. А ей? Думаешь, я недостаточно ее выделила? Стоит переделать? У меня было еще несколько вариантов, сейчас покажу, — засуетилась Ростовская, щелкая по очередной папке, — Вот.             Она развернула ноутбук к Кириллу, позволяя тому вновь углубиться в чтение. На этот раз он молчал дольше. Глаза бегали по строчкам, парень несколько раз переводил взгляд на девушку напротив и вновь возвращались к экрану. — Что думаешь?             Однако Кирилл молчал. Его лицо переменилось. — Ты написала десять версий поста про меня. Про остальных по два-три, не больше.            Голос Кирилла стал тише. Пальцы, державшие край ноутбука, чуть сжались — не резко, скорее машинально. Он медленно выдохнул. На лице исчезла привычная лёгкость. Осталась концентрация. И что-то ещё. Он пролистнул ещё один вариант. Потом ещё. Чуть задерживаясь на отдельных фразах. Будто узнавал себя заново — через её слова. Наконец Кирилл поднял взгляд на Сабину. Долго. Внимательно. Без давления. Без претензии. — Они… разные, — добавил он. — Не переписанные, а именно разные.             Пауза. Он провёл рукой по затылку, словно подбирая слова. — Как будто ты пыталась поймать… не знаю… разное ощущение. Я в них разный.             Сабина замерла. И на этот раз не стала прятаться за экран. Не стала отводить взгляд. — Ты такой и есть, Кирилл. С тобой никогда не получается «в одну строчку».             Слова прозвучали спокойно. Но слишком лично.             Взгляд на секунду скользнул в сторону — к окну, к столу, куда угодно, лишь бы не держать этот контакт слишком долго. Но всё равно вернулся к ней. Кирилл поднялся из-за стола резко. — Всей команде очень понравится. Ты правда постаралась.             Он исчез стремительно, даже не попрощавшись. Сабина осталась сидеть. Буквы расплывались. Смысл ускользал. Она медленно выдохнула и потерла переносицу. Ну конечно, отлично поговорили! Пальцы снова легли на клавиатуру, но двигаться не спешили. В голове крутились вовсе не правки. Девушка уже было потянулась за телефоном, чтобы открыть заметки, когда стул напротив с глухим звуком отодвинули. Чужая сумка опустилась на стол чуть громче, чем требовалось. Сабина подняла взгляд.       ТА САМАЯ. Из коридора. Барби-лицо, аккуратный макияж, уверенность в каждой детали. — Ты ведь Сабина, да? — без приветствия начала девушка.             Тон — ровный. Но в нём не было ни капли дружелюбия. — Допустим, — спокойно ответила Ростовская, закрывая ноутбук. — А ты? — Соня, — коротко. — Валенцова.             Сабина чуть приподняла бровь. — Чем обязана? — Я долго думала, подходить или нет, — начала она, постукивая ногтями по столу. — Но, кажется, лучше расставить всё сразу по местам.             Сабина молча ждала. — Ты вернулась, — продолжила Соня. — Это, конечно, прекрасно. Новый стиль, новая жизнь, всё такое…             Она чуть усмехнулась. — Но некоторые вещи лучше оставить в прошлом.             Слова легли на стол между ними. Сабина даже не изменилась в лице. Только чуть сильнее сжала пальцы на крышке ноутбука. — Не переживай, — ответила она. — У меня нет привычки возвращаться туда, где меня не выбирают. — Вот и отлично, — кивнула Валенцова, поднимаясь. — Значит, мы поняли друг друга.             Она закинула сумку на плечо и, уже отходя, добавила: — Просто держись от него подальше.             Сабина ничего не ответила. Лишь проводила её взглядом.