На даче у Шурки

*** Вся компания музыкантов ехала в небольшом форде. Разместились они так: двое спереди, а остальные трое сзади. Спереди были Шура и Миша, а сзади Яша, Андрей и Поручик. Маша не смогла поехать с парнями, так как ее неожиданно с собой в тур позвал Леша. Ренегат даже успел возревновать, но все же понял, что в этом есть и плюсы. Вместо работы проведет время на даче, теплым летом с приятной кампанией. — мы точно все взяли? — спросил Поручик, не отрывая взгляда от окна. — точно, Сань, — спокойно ответил ему Миша, улыбаясь уголками губ. — почему-то такое чувство, что что-то забыли, — хмуро донес свою мысль Щиголев. — выдохни, Поручик, — рассмеялся Андрей и хлопнул Сашу по плечу. В руках у Князева был небольшой блокнот с деревянной обложкой и желтыми страницами, а так же покусанный карандаш. Щиголев жалобно взглянул в глаза Князя и пожал плечами, сощурившись. Саша уже практически всю поездку выносит парням мозг, что они что-то забыли. — Дюх, что ты там все рисуешь? — развернулся к нему Миша, довольно поглядывая в его блокнот. — да так… — усмехнулся ласково Андрей, скромно поведя плечом и качнув головой. Резко со спины вылезла Яшкина рука, которая выхватила у Князева из рук его блокнот. Андрей моментально среагировал и обернулся на Цвиркунова. — Тебя он тут рисует! — заржал гитарист, глядя в блокнот. И впрямь, там был изображен Миша с сигаретой в зубах и гитарой в руках. Тут же остальные любопытные взгляды метнулись в блокнот. Поручик и Ренегат начали разглядывать рисунок. Даже Балунов оторвался от дороги, на секунду обернувшись к парням, но получил строгий взгляд от Миши, с которым спорить не очень то хотелось… Князев затих. Перестал бороться и просто смотрел на лица парней. Он скромно произнес: — это не доделано… — неплохо, — усмехнулся Ренегат, удерживая в приоткрытом окне двумя пальцами сигарету. — Дайте мне уже глянуть! — подал голос Миша и выгнулся через сиденье, отобрав блокнот из рук парней. Шура все-таки решился боковым взглядом посмотреть, что там нарисовал Андрей. Князев молчал, а на лице расцвела скромная улыбка. Горшенев тоже улыбнулся, довольно сощурившись. Балунов поднял взгляд в зеркало заднего вида и подмигнул Андрею, одобрительно кивнув. Князь перелез корпусом на первый ряд, забрав из рук Миши блокнот, а Горшок потрепал того по светлым и пушистым волосам, заржав. Андрей ласково поцеловал его висок и приземлился на сиденье. — Саныч, ты чо творишь? — заржал Яша, глядя, как Поручик копошится в багажнике, перегнувшись через сиденья. — да мы точно что-то забыли! — утверждал Щиголев. — сядь ты! — потянул того за край футболки Ренегат. Саня плюхнулся рядом и притих — ничего мы не забыли! Может ты что-то и забыл, но мы точно нет. Балу, еще долго? — нет, — кратко ответил Шура и кивнул в сторону лесополосы — сейчас туда свернем и выйдем в село, а там пять минут и на месте. Поручик, если ты не сядешь, я тебя привяжу к сиденью! — да все все… — поднял два руки Саша в знак примирения. Андрей лениво оглядел парней, устало усмехнувшись и качнув головой, и вновь погрузился в блокнот. Он смотрел на нарисованного Мишу, ласково улыбаясь ему. Большим пальцем он провел по его лицу и озадаченно отвел взгляд в окно. Машина затряслась. Парни выехали на тропинку в лесу. Ветки елей и берез скребли об окна машины. Вскоре показался маленький домик. Стандартная треугольная, деревянная крыша. Сам по себе дом был сделан из темного дерева, железной трубой, небольшой террасой, где стоял диван, две яблони, между которых был повешен гамак, баня, небольшой деревянный сарай. Если оглядеться, то можно увидеть соседние дома, выглядывающие из леса, высокие ели и березы. Парни с сумками в руках прошли на террасу, бросив там вещи. Миша довольно потянулся, а Шура пошел открывать дом, баню и сарай. — Порой сюда дикие звери с лесу забегают, — спокойно сказал Балунов, открытая входную дверь — если лиса, то просто прогоните, а если волк, то ружье в сарае прямо на стене. Музыканты переглянулись, не проронив ни слова. — да не бойтесь вы так! Они редко приходят. Только, если погода плохая, — усмехнулся Шура, увидев испуг на лицах друзей. Он прошел к бане с сараем по каменной дорожке, открывая и их. — Идем комнаты занимать, — кивнул в сторону двери Яшка, вновь схватив сумки. Парни последовали за ним. Перед ними открылась прихожая, соединенная с кухней. У входа небольшой стол и вокруг две длинные скамьи, на стене маленький телевизор, небольшой холодильник, а на нем хлебница. Газовая плита, возле небольшая раковина, а следом и белая столешница. Парни прошли дальше по небольшому коридоре, свернув направо и перед ними появилась настоящая белая печь, рядом с ней двуспальная кровать, а за шторкой, что висела слева, была комната с двумя раздельными кроватями, что стояли рядом. Небольшой письменные стол, рядом тумбочка и два стула. Окна, закрытые ставнями, были и в комнате с печкой, и в комнате с двумя кроватями. — Шура говорил, что наверху еще комната, — подметил Яшка, оглядываясь. Он хитро сощурился, глядя то на Андрея, то на Мишу, которые сразу поняли в чем дело. — Окей, мы возьмем комнату с печкой, — ласково усмехнулся Князев, выйдя из-за шторки и положив сумки рядом с двуспальной кроватью, не забыв забрать их и у Горшка. — Тогда вы с Поручиком можете занять эту, а мы с Шурой наверху, — улыбнулся Цвиркунов, рукой зарывшись в своих кудрявых волосах. Но увидев озадаченные взгляды Саш, то поспешно ответил — просто тут печка и вам тепло будет, а Шурка то явно выход найдет. — заботливый какой, — усмехнулся Леоньтев и согласно кивнул, обернувшись на задумчивого Поручика. Повисла пауза. Цвиркунов и Ренегат просто смотрели на Щиголева — ты все еще думаешь, что мы забыли? — тяжело вздохнул Реник. Поручик вздрогнул и огляделся. — что вы говорили? — неловко спросил он, нервно улыбаясь. — ничего, — закатил глаза Яшка — тут ваша с Реникоми комната. Цвиркунов похлопал Поручика по плечу и вышел из комнаты, поднявшись по крутой лестнице наверх. Он прошел по узкому коридору, сгорбившись, от того, как низко потолок, и очутился в небольшой комнате. Круглое окно у потолка, занавешенное бордовыми, порванными шторками. Две кровати, большая тумбочка, куда можно убрать вещи, комод с телевизором и в стене, неумело заклеенная обоями, дверь. Яша положил сумки в дверном проеме и поспешно ступил на лестницу. Он услышал, как открылась и закрылась входная дверь. — Шур, наша комната наверху! — крикнул Цвиркунов, перегнувшись через перила. Балунов прошел к лестнице, подняв глаза на Яшку: — ты аккуратнее, а то грохнешься еще, — подметил он, оценив состояние трухлявой лестницы, которая уже давно скрипела — я делаю угли? — крикнул он вглубь коридора, что вел в развилку двух комнат. — да! — раздался одобрительный голос Миши где-то вдали. — они заняли двуспальную кровать? — прошептал Балу и поднял глаза на Цвирка, довольно улыбаясь. Яшка часто закивал. Шура заржал в кулак и вышел из дома. Парни собрались делать шашлыки, поэтому Балунов тут же взялся за дело. Следом к нему вышел Ренегат и Андрей, помогающие с углями, а Яша любезно отдал парням замаринованное мясо. Все сидели на улице, что-то обсуждая, громко смеясь с общих шуток, порой играли что-то на гитаре, которую Миша привез с собой. Андрей вскоре смылся со своего ответственного дела и лег в гамак, наслаждаясь теплыми лучами летнего солнца. Он, как довольный кот, прикрыв глаза, довольно улыбался. Но рука сама потянулась в карман за его блокнотом. Князев открыл глаза и перелистал желтые страницы, словно стараясь в них найти что-то очень важное. Он все листал и листал, то возвращаясь назад, то вновь листая куда-то дальше. К нему подошел Миша и сел рядом, прямо на свежую траву, сложив руки на гамаке Андрея, а сверху положив подбородок. — Дюх, ты чего? — улыбнулся Горшенев, переведя взгляд на Князя. — да так, — отмахнулся Андрей, поглядев на Мишу. Они молча смотрели друг на друга и улыбались. Солнечные лучи красиво падали на лицо Горшка, а его лохматые волосы трепал теплый ветер. — покажи еще раз, — попросил Горшок, глазами сверля блокнот Андрея. Князев усмехнулся и медленно перелистал страницы на нужное ему изображение. Миша бережно взял из теплых рук Андрея блокнот и посмотрел на рисунок себя. Он улыбался уголками губ, все разглядывая и разглядывая. Горшок медленно поднял глаза на Князя, что неловко улыбался, поглядывая на солнце, отчего жмурился и хмурился. Миша рассмеялся и поцеловал его уголок губ, смазано и невесомо проехавшись до подбородка, и ушел к остальным парням, отдав блокнот Андрею. Князев проводил Горшенева взглядом, а после и сам ушел к остальным, по пути спрятав блокнот в карман.