Часть 15

      Точка зрения Рене

      Я вела машину, а Изабелла сгорбилась не переднем сиденье, уставившись в окно. Я никогда не забуду ужас, который пережила, когда в четыре утра мне позвонил сотрудник патрульной службы.       Моя первая мысль была: «Нет, моя дочь никогда бы этого не сделала. Она спит наверху».       Оказалось, что моя дочь именно это и сделала. Теперь я была в шоке и в ярости настолько, что не могла подобрать слов. Хотелось, чтобы Фил сейчас был рядом, но он не смог отпроситься с тренировки.       Я припарковала машину, захлопнув дверь сильнее, чем требовалось, Изабелла вышла куда медленнее. Я отперла дверь и нетерпеливо ждала, пока она поднимется по ступенькам крыльца и войдёт в дом.       Внутри я усадила её на диван.       — А теперь мы поговорим о твоем поведении, юная леди.       Я наказала её на две недели. Никакого телефона, никакого компьютера, ничего. И я категорически запрещала ей видеться с Энтони. Ни при каких обстоятельствах.       Она выглядела раскаявшейся и не возражала. Но, когда я закончила и велела немедленно отправляться в её комнату, она замерла у подножия лестницы.       — Мама?       — Что?       — Я знаю, что ты злишься на меня, и ты совершенно права… но, может, ты немного смягчить домашний арест и позволишь мне навестить Линдси? Я хочу извиниться лично.       На мгновение передо мной стояла моя прежняя Белла, и я невольно кивнула.       — Да, Изабелла. Я подумаю об этом.       Она не сказала больше ни слова, спустя несколько мгновений я услышала, как дверь её комнаты тихо закрылась.       Я опустилась на диван, ощущая, как внезапно на меня навалилась усталость. Это было одним из главных отличий: раньше Белла никогда не вела себя, как типичный необузданный подросток, ведомый гормонами. Она всегда была не по годам взрослой, скорее моей сестрой, чем дочерью. Теперь же мне пришлось столкнуться с тем, чего не ожидала: с агрессивным подростковым бунтом. И я не была полностью уверена, что справляюсь достаточно хорошо.       Я размышляла о том момент в больнице, когда Изабелла напугала офицера. И, честно говоря, меня тоже.       Повинуясь импульсу, я достала телефон и набрала номер доктора Каллена. Он неизменно был внимательным и понимающим, и я знала, что до аварии Изабелла была очень близка с ним.       Три гудка, и его мягкий бархатный голос раздался в трубке:       — Алло, Карлайл Каллен слушает.       — Доктор Каллен? Здравствуйте, это Рене Дуаер. Мама Беллы.       — О, да, миссис Дуаер. Всё в порядке? — его тон сразу же стал обеспокоенным и настороженным.       — Вроде того, да, — устало ответила я. — Изабелла в порядке — по крайней мере, физически.       — Что случилось?       — Полагаю, она что-то вспомнить, — чуть помедлив, произнесла я. — Она попала в небольшую аварию, и пока находилась в отделении неотложной помощи, у Беллы сильно разболелась голова. Кажется, она вспомнила вас, во всяком случае, она назвала ваше имя. Это было лишь мгновение, а потом всё прошло, но…       — Авария? — его тревогу можно было отчётливо услышать даже через разделяющие нас километры.       Я вздохнула, тяжело откинувшись на спинку дивана       — Клянусь, доктор Каллен, я привезла домой незнакомку. Она была пьяна. Он был пьян. И они ехали по встречной полосе.       — Что?!