Часть 24

Из тяжелой дремы Баки вырвал сигнал коммуникатора. Он выскочил из угла каюты, в котором прятался от тех, кто мог войти незваным. Говорил Барнс. — Дорогу в рубку помнишь? Стартуй, Стив дома. И не только он, хех. До пункта управления Баки добежал за три минуты. Никто не пытался его остановить, агенты Гидры не тянулись к оружию незнакомой марки. Вход в рубку был закрыт панелью с замком, но тершийся там молодой агент, заметив несущегося на всех парах Баки, быстро воспользовался своей картой доступа и открыл для него дверь, как какой-то важной персоне. В командном пункте стояли четверо: озирающийся Земо, раздраженный Рамлоу, НеСтив и… Второй номер Страйка, Джек Роллинз, перекинутый через плечо Стива, как рюкзак с вещами. Только Рамлоу был облачен в форму, прочие трое щеголяли в мышино-серых тюремных робах. НеСтив отпустил ошарашенного Роллинза, подтолкнул его к выжидающему Рамлоу и развернулся к Баки. Тот нес ему кольцо на вытянутой руке. — О, спасибо, Бак… Не глядя ни на Роджерса, ни по сторонам, Баки взял Стива за запястье и аккуратно надел кольцо ему на безымянный палец. Он не видел, как переглянулись Барнс и Рамлоу. Но услышал, как шепчет тому Барнс: — Молчи, ради всех асгардских богов, не ляпни чего-нибудь. Баки поднял голову, осознав, что сделал на виду у всех. По лицу Роллинза никогда нельзя было прочесть, что тот испытывает или о чем думает. Рамлоу смотрел на него, сжав тонкогубый рот и прищурившись. Сам того не зная, НеСтив заслонил Баки от взгляда Рамлоу, когда обнял и похлопал по спине. Лицо, смуглое и волевое, неуловимо смягчилось, когда Рамлоу перевел острый взгляд на Стива. — Ваши указания, Капитан Гидра? — обратился тот к Стиву, сделав два шага к нему. Баки поперхнулся воздухом. Рамлоу — генерал Гидры, и все равно запрашивает приказ у капитана?! Стив действительно Капитан Гидра, глава Гидры! Тот что-то коротко ответил, но Баки не расслышал, все его внимание было обращено на улыбку Стива. Рамлоу выслушал ответ, и его желтоватые глаза хищно сверкнули. Жесткое лицо искривилось в недоброй усмешке, когда он повторил приказы для нижестоящих агентов. — Оцепить периметр! Разбомбить все в указанном квадрате! И уберите руку с моей задницы, экс-директор. Баки отстранился ровно настолько, чтобы по лицу Стива понять, что это такое говорит ему Рамлоу. Сам Рамлоу оглядел его сверху вниз (при том, что был ниже ростом) и развернулся к Стиву, который Баки так и не отпустил. — Сам будешь Активу объяснять, почему его теперь двое, — проговорил он едва слышно, без намека на субординацию. Стив схватил Рамлоу за форму на спине, сжав ткань в горсти, рывком притянул к себе и так страстно впился ртом в его кривящиеся губы, будто хотел душу высосать. У Баки отвисла челюсть, а на моменте, когда Стив вдобавок за задницу того ухватил, еще и глаза из орбит полезли. Стив целовал мужчину. Стив из всех мужчин притянул целовать именно Рамлоу. И делал это, черт побери, прижимая к себе Баки, то есть чуть ли не перед его носом! Баки попятился и спиной налетел на Роллинза, у которого были глаза человека, который видит перед собой конец мира. Рамлоу отвечал несколько секунд, а потом, словно опомнившись, прописал охнувшему Стиву по печени. — За что?! — не смог удержать защитный рефлекс Баки. — Мы не целуемся при подчиненных, это одно из правил! — Брок был зол. — Но я соскучился, — подал голос Стив. Он умильно складывал брови домиком и тянул руки, что вкупе с заново отросшей щетиной и серой робой заключенного выглядело забавно. А вот агенты Гидры в черной форме, глядящие на него с обожанием без скидок на возраст — совсем нет, скорее уж жутко. — Ты соскучился?! — зашипел Рамлоу. — Да я в третий раз поседел, пока тебя нашел! — А есть еще правила? — зачем-то спросил Баки. Барнс вибраниумной рукой взял переставшего моргать Роллинза за плечо и повел за собой. Тот то ли был пришиблен увиденным, то ли понимал, что со скованными руками против Зимнего Солдата много не навоюет, но медленно побрел с ним. — Давай, Второй, шагай, пока рано тебе такое слышать. Переоденем тебя, покормим, если надо, подлатаем. И меня вылечили, и тебя вылечат. Гельмут, не тормози. Земо все еще смотрел в никуда. Роллинз тормозил, пытался оглянуться на старших на всем хэлликариере офицеров. А еще через секунду и вовсе застыл на месте, позволив Барнсу силой тащить себя, услышав от бывшего командира следующее: — Еще я не сосу. Давно получил психологическую травму и до сих пор не попустило. Мы не милуемся при подчиненных. Я своими силами дослужился до звания генерала, а также директора американского отделения Гидры и не терплю сплетен об обратном. Пока Баки пытался переварить услышанное, Рамлоу наклонился и шепнул едва слышно: — Стив тебе потом объяснит, почему так и никак иначе. — Я не понимаю, Стив же женат! Рамлоу вполне узнаваемо раздраженно закатил глаза. Стив делал так же. Или наоборот? — Стив тебе все растреплет в первый же день. Лучше ты начнешь укладывать мысль о том, что мы вместе живем, немного раньше. — Но… кольцо же… Женитьба… Ты… Ты?! Рамлоу сунул ему под нос отставленный палец с тяжелым перстнем-печаткой. — Ну, я и не говорил, что в браке с женщиной, — развел руками Стив. — С Шэрон моей вселенной была затянувшаяся интрижка. — Мир новый, история старая, — закатил глаза Рамлоу. Баки никогда, никогда не видел такого простецкого жеста у своего хэндлера. — Трагизма хоть добавил? Рассказал, как она пыталась тебя ликвидировать у самого алтаря? Ничего святого не было у сучки. — Я не договаривал, — покаялся Стив, — умалчивал. Но лжи, как таковой, не было! Барнс ободряюще похлопал онемевшего Баки по плечу. — Лет за пять привыкнешь. Роллинз начал принимать реальность такой, как она есть, и встал у выхода из рубки, ожидая сопровождения. Шок от того, что двойник его погибшего командира спит с двойником Капитана, вытеснил ужас от вида сразу двух Зимних Солдат, еще и говорящих. Земо уже заглядывал в один из мониторов через плечо работающего молодого офицера с нашивками младшего лейтенанта. — Убрал руку! — рявкнул Брок и шлепнул Стива планшетом по груди. Тому удар был как слону дробина. — Четыре недели, Брок, — произнес он медленно. — Четыре недели на сухпайке. — Это эвфемизм? — догадался Баки, и это был тот редкий случай, когда он хотел быть менее прозорливым. Он сам не знал как: по вкрадчивому ли голосу или по ставшей крадущейся походке, но он понял, на что Стив намекает. Вернее, чего он желает. И именно от Рамлоу. Да как так-то?! — Бедный мой зад. Руки убрал, я сказал. Сиди тут, читай донесения. Да принесет уже кто-нибудь его Гидрейшеству комплект формы и пожрать, или и о таком надо отдельно приказывать? Господи, с кем работать приходится. Раньше командовал всего-то пятнадцатью идиотами и не понимал своего счастья! Агенты в черно-сером забегали, за минуты принеся комплект формы, включая обувь. Разомкнули усиленные наручники на руках Стива. Еще один агент ждал очереди, неся в руках поднос с тарелками. Стив, на ходу надевая куртку на голое тело (робу он разорвал), сел в кресло Рамлоу. Из пола выдвинулся, раскладываясь сам собой, небольшой столик, на который был поставлен поднос. Баки посмотрел на занятого Стива, на своего двойника, который собирал по рубке расползающихся спасенных, и рванул за вышедшим из рубки Рамлоу. Тот шел, не оглядываясь, встречающиеся агенты отдавали ему честь и спешили по своим обязанностям. Рамлоу остановился перед очередной каютой и постучал. Баки притих за углом, рассудив, что тот, к кому стучится старший на хэликэрриере офицер, либо очень опасен, либо важен. Только получив ответ и отошедшую в сторону дверь, Брок вошел в каюту. Баки расслышал смутно знакомый женский голос и решил ждать. Брок вышел через минуту в компании Ванды и… Наташи? Наташа, живая, снова рыжая, в неизменной черной форме, но без нашивки Гидры. Баки подумал было, что Стив будет счастлив узнать, что она выжила, но тут же оборвал себя. Ванда же была одета как королева и усыпана украшениями. Алые волосы венчала то ли корона, то ли диадема, а длинное, в пол платье с рукавами до запястий украшала сложная вышивка. На длинной белой шее висела тяжелая даже вид золотая цепь с крупным кулоном, увенчанным зеленым камнем. — Стив на борту. Разок пальнем по РАФТу, пока не погрузился, и сразу валим домой. — Предвкушаешь жаркое воссоединение? — подколола Наташа и скабрезно подмигнула. — Не дождешься, рыжая, я на твоей безымянной могиле еще станцую. — Вы старше меня в несколько раз, — укорила Ванда царственным тоном, — но ведете себя, как подростки. Баки, не подслушивай. — Он еще и подглядывает, — хмыкнула Наташа. — Идем, а то заблудишься в этой громадине без нас. Баки вышел, глядя на улыбающуюся ему Наташу. Неуловимо построжевшая, все такая же стройная, но костюм обтягивает не так плотно, а высокий ворот закрывает шею. Волосы собраны в высокий пучок, но затылок и виски острижены и неокрашены, оставляя открытой взгляду белоснежную седину. — Наташа. Мисс Максимофф. Вблизи стало видно, что и Ванда стала старше. Уже не та молоденькая испуганная девушка с усталыми, как у старухи, глазами. Эта Ванда в алом блеске, молодая женщина не старше тридцати, смотрела устало, но спокойно. Она улыбнулась Баки мягче и рассмотрела его с тем же интересом, что и он ее. — Сколько тебе лет, молодой Баки Барнс? Баки от такой постановки вопроса аж моргнул. — Сто шесть. — А сколько из них ты работал или воевал? — М-много. — Пришло время тебе отдохнуть. Наташа, передай Стиву, чтобы не брал молодого Баки на миссии, даже если тот сам скажет, что ничего другого не умеет. Покой и исцеление принесет только мир и любовь. — Не учи ученого, — буркнул… Брок и пошел вперед. Баки догнал его, уже собирался схватить за плечо, остановить и прижать к стене, но Рамлоу не глядя отбил его руку с силой, которой не мог обладать обычный человек. — Рамлоу, как?.. — Конкретней задавай вопрос. Как течет время в разных мирах? Как Роджерс оказался Капитаном Кракеном? Как выглядит зарплата рядового, а больше тебе пока не светит, если не подтвердишь свое звание сержанта? — Почему Стив глава Гидры?! Что значит ты глава отделения? И сколько вас таких?! — Вскоре после исторической находки во льдах и разморозки Роджерс убил Пирса и нацелился на меня. У меня на выбор оказались восемь щупалец и я выбрал единственно верное. — Так ты не шутил про?.. — Нет. Суровая правда и выигрыш в сосательную лотерею. Не то чтобы я тогда в это дело умел, но на отсрочку для себя наработал. А там и карьера вверх пошла. — Как ты можешь так открыто говорить про… такое. Между мужчинами. Гидра же. — И что? Гидра не набирает только белых, только гетеросексуальных, только протестантов. А я слишком стар для жизни в шкафу. Баки вспомнил снисходительную улыбку седовласой Наташи. Рамлоу беспрепятственно прошел в рубку, и Баки вошел за ним. — Командир, сколько тебе лет? Рамлоу аж крякнул. — Ого, лет тридцать не слышал от тебя такого обращения. Положим, мне восемьдесят семь, из них более полувека работы на Гидру. На пенсию уходить пытался, но заскучал, едва два года минуло, и вернулся. Он ведь, — Брок указал на Стива, которому кто-то из снующих агентов Гидры принес очередную куртку с серой эмблемой Гидры, теперь по размеру, — беспомощный без меня и Барнса. Рамлоу подошел к Стиву. Тот моментально отвлекся от стопки планшетов и потянулся за поцелуем. Баки смотрел, как Стив привычно кладет ладонь Рамлоу на затылок, пригибая к себе, а после… малодушно отвернулся. С облегчением он позволил своему двойнику — мощному, длинноволосому и холеному — увести себя назад, в каюту. — Знаю, сейчас ты разочарован. Стив в Гидре, и ты, который я, на третьих ролях. Станет легче после отдыха где-нибудь на берегу моря или в доме посреди хвойного леса. Связь напрямую с Стивом, где бы тот ни оказался, доставка еды или режим радиомолчания и самообеспечение. Сперва стоит притормозить, пожить для себя. Только потом решишь, хочешь ли ты, как я, вернуться в строй и работать со Стивом, но в Гидре, или послать войну к черту и попытаться стать гражданским. Решаешь ты — Стив обеспечит. Давай, освежись, и дойдем вместе до столовой. Узнаешь, как я и Брок доставали аж троих заключенных из блока РАФТа, отведенного для содержания агентов Гидры.