Часть 4. Жажда

      «Хочу тебя», — пришло сообщение от вчерашнего охранника.       «Занят», — Андрей поерзал в кресле, чувствуя, как сдвинулась внутри пробка. Черная, ребристая, как раз такого размера, чтобы постоянно давить на простату. После близнецов обычного члена уже не хватало — хотелось быть заполненным постоянно, до предела, до дрожи.              — Прогноз продаж на следующий квартал… — менеджер что-то вещал, показывая графики.       Андрей сжал бедра, пытаясь сосредоточиться. Каждое движение заставляло пробку слегка сдвигаться, посылая искры удовольствия по позвоночнику. Член уже стоял колом, натягивая брюки. Соски затвердели, царапаясь о ткань рубашки.       «Блядь», — он закусил губу, когда пробка снова надавила на простату. До вечерней групповухи оставалось семь часов. Семь. Чертовых. Часов.       — Андрей Сергеевич, вы в порядке? — обеспокоенно спросила секретарша. — Вы какой-то красный…       — Да, просто… душно.       Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. По спине тек пот. Внутри все горело — от желания, от предвкушения, от этой чертовой пробки, которая дразнила, но не давала настоящего удовлетворения.       «Как ты?» — написал Димка.       «Еле сижу. Эта хрень внутри…»       «Шлюха. Готовишься к вечеру?»       «Издеваешься?»       К обеду Андрей был на грани. Член стоял не переставая, трусы промокли от смазки, а эта чертова пробка… Каждый шаг, каждое движение отдавалось волной удовольствия, от которого подкашивались ноги.       — У вас встреча через пять минут, — напомнила секретарша.       Андрей кивнул, вставая из-за стола. Пробка сдвинулась, и он едва сдержал стон. Блядь, как же хотелось настоящий член… Нет, много членов. Чтобы драли его по очереди, растягивали, заполняли…       «Ещё пять часов», — написал Димка. — «Держишься?»       «Еле-еле. Эта сука внутри с ума сводит.»       «Специально же вставил.»       «Хочу член. Много членов.»       «Вечером получишь. Всё, что захочешь.»       «Сдохну до вечера.»       «Не сдохнешь. Но помучаешься.»       К трем часам он уже не мог сидеть спокойно. Внутри всё горело, член болел от постоянного возбуждения. Пробка казалась издевательством — дразнила, но не давала настоящего удовлетворения.       «Как ты там, чудовище?» — написал Игорь.       «Умираю. Хочу члены.»       «Много?»       «Очень много.»       «Шлюха.»       «Твоя шлюха. Но сейчас возьму любой…»       «Потерпи. Скоро буду.»       «Не могу терпеть.»       «Можешь. Ради меня.»       В туалете он попытался подрочить, но это только сделало хуже. Оргазм получился жалким, смазанным — тело требовало члена, много членов, хотело быть растянутым, заполненным…       К вечеру он был уже в полубреду от возбуждения. Пробка превратилась в орудие пытки — постоянно дразнила простату, но не давала настоящего удовольствия.              «Время!» — написал Лёха.       «Еду», — руки дрожали, когда он набирал ответ.       В съемную квартиру он влетел, уже расстегивая рубашку. Пять пар глаз жадно следили за каждым его движением.       — Ну что, шлюшка, — Димка притянул его к себе. — Готов?       — Давно готов, — Андрей выгнулся, когда чьи-то руки скользнули под рубашку. — Вытащите эту суку из меня…       — О, — Лёха присвистнул, нащупав основание пробки. — Да ты подготовился.       — Весь день с ней ходил, — простонал Андрей. — Чуть не сдох…       — Сейчас полегчает, — кто-то уже расстегивал его брюки. — Покажем тебе настоящие члены…       Когда пробку наконец вытащили, Андрей всхлипнул. Дырка была хорошо растянута, но внутри было так пусто…       — Хочу всех, — выдохнул он, опускаясь на колени. — Сразу…       — Всё будет, — Димка погладил его по щеке. — Всю ночь впереди.       Первый член скользнул в рот — кажется, Лёхин, по знакомому вкусу латекса. Кто-то пристроился сзади, растягивая смазанными пальцами. Андрей застонал, подаваясь назад — быстрее, глубже…       — Течная сучка, — хмыкнул кто-то. — Ещё даже не начали, а он уже…       Член вошёл одним плавным движением. Андрей захлебнулся стоном — наконец-то настоящий, живой, горячий даже через презерватив… После целого дня с пробкой это было как глоток воды в пустыне.       — Давай поменяемся, — предложил кто-то из новеньких. — А то так до нас не дойдёт.       Они менялись местами, натягивая его с обеих сторон. Андрей плыл в ощущениях — члены в глотке и заднице, горячие руки на бёдрах, шлепки кожи о кожу… После мучительного дня каждое прикосновение отзывалось электрическими разрядами удовольствия.       — Бля, какой разработанный, — выдохнул кто-то, вколачиваясь в растянутую дырку. — Сколько членов сегодня принял?       — Только пробку, — простонал Андрей. — Целый день… Мучился…       — Сейчас наверстаем, — Димка потянул его за волосы. — Всю ночь тебя драть будем.       — Обещаешь?       Они имели его часами — по одному, по двое, всеми способами. Андрей потерял счет позам и оргазмам. Тело горело от прикосновений, задница пульсировала вокруг очередного члена, но внутри всё ещё ворочался голод — неутолимый, бесконечный…       — Ещё! — требовал он, насаживаясь на очередной ствол. — Сильнее!       К рассвету он едва мог шевелиться. Между ног хлюпало от смазки, на бедрах наливались синяки, задница горела огнем. Но даже сейчас, после стольких членов и оргазмов, внутри всё ещё пульсировало желание.       «Как ты там?» — написал Игорь.       «Еле живой.»       «Хорошо оттрахали?»       «Очень. Но всё равно мало.»       «Чудовище.»       «Твоё чудовище.»       «Знаю. Люблю тебя.»       «И я тебя.»       Андрей улыбнулся, откладывая телефон. В паху снова теплело — кто-то из мужиков начал возбуждаться по новой.       Вечный голод, который не унять ничем — ни пятью здоровыми мужиками, ни бесконечной сменой поз и партнеров, ни изматывающими оргазмами.       Всегда мало. Всегда хочется ещё.       «Может, повторим?» — шепнул кто-то, поглаживая его бедро.       — Всегда, — выдохнул Андрей, раздвигая ноги. — Только…       — Знаем-знаем, — в темноте блеснула упаковка презерватива. — Правила помним.       В конце концов, до возвращения Игоря оставалось ещё два дня. А значит…