Пролог

Кровь мягко стекала по израненным рукам, капая на холодный, неудобный для сидения пол, но для парня это была одна из самых наименьших проблем, в которых он оказался. Стеклянный взгляд алых глаз смутно осматривал свою импровизированную камеру заключения, уже выучив каждую трещинку в стене и на потолке, каждое пятнышко и следы крови, которые начали ему казаться странным произведением искусства в этой мрачной комнате, которая стала его персональным адом. Он уже потерял счет времени, сколько времени он провел в этой камере, отсчитывая секунды и минуты до прихода его мучителей. Его не собирались спасать эти, так называемые, «герои». И в какой-то степени он всегда знал, что это произойдет из-за двойных стандартов, которые применялись к нему на протяжении его жизни. И у него не было сил, чтобы сопротивляться или же пытаться сбежать, эти ублюдки действительно постарались над ним, что он даже не мог нормально двигаться. Но больше его пугало то, что периодически он терял сознание, и в другой ситуации это было бы благословлением, если бы не странные воспоминания, которые приходили к нему во время его бессознательного состояния. Было ли это очередной пыткой от Лиги Злодеев? Но даже эти странные воспоминания, иллюзии, которые он постоянно видел, были гораздо лучше, чем пытки злодеев. Которые почему-то решили, что будет хорошей идеей, если они будут его пытать, издеваться над ним. Заслужил ли он это? Возможно, так и есть. Из тяжелых, вялых раздумий его выдернул легкий удар по плечу. Но учитывая степень его травм, это действительно была агония. Значит, он все еще чувствовал боль, хоть это и было хорошо, в каком-то смысле, так как если бы он перестал ее чувствовать, то это был бы очень неприятный знак. Обманчиво мягкий голос восхищался тем, что он покрыт своей собственной кровью, небольшой нож начал давить на предплечья, разрезая нежную кожу, кровь снова хлынула наружу, стекая и так по израненным рукам. Это было неприятно, и так же вызывало смутное чувство замешательства от того, откуда в нем было так много крови, учитывая полузасохшую лужу, в которой он был вынужден сидеть, так как у него совсем не было сил чтобы двигаться, даже просто сидя на месте, у него действительно кружилась голова, и перед глазами периодически темнело. Его так же периодически била дрожь от холода. Сначала он думал, что это была очередная пытка для него, но потом он увидел своих похитителей в очередной раз, и до него окончательно дошло, что это было из-за его потери крови. Ну, учитывая эту внушительную лужу, он еще смутно задавался вопросом, как он еще не умер от потери крови. Возможно, Лига каким-то образом исцеляла его, чтобы помучить еще дольше? Он бы не удивился этому, так как они были больными ублюдками, злодеями… Злодеями… Возможно ли, что герои не спасали его из-за того, что считали, что он присоединился к Лиге? Он не был слепым и глухим, он видел мнение людей о нем. Они в глаза называли его злодеем после фестиваля, называя его монстром, неуправляемым зверем, агрессивным ребенком UA. Говорили, что он не был достоин того, чтобы быть героем, раз его собственные учителя заковали его в цепи, чтобы он получил это бесполезную, незаслуженную медаль за первое место. Почему к нему всегда применялись двойные стандарты? Почему другим можно было отказаться от участия в фестивале, а ему обязательно было нужно получить эту чертову медаль? Его буквально сковали цепями, заткнули рот намордником, чтобы он не производил слишком много шуму, лишь бы он получил эту медаль. Почему это было таким важным? Он не должен иметь своего собственного мнения? В этом чертовом обществе, порой казалось, что это было так. К голосу его нынешнего мучителя прибавилась еще пара голосов, он не мог разобрать, о чем они говорили, да и если честно, то не особо и хотелось, он наслушался еще в первое время, когда они похитили его, и когда начали пытать, так как он отказался присоединиться к их организации. Да и он точно не собирается к ним присоединяться, если не из чистого упрямства и злобы, то даже из-за того, что его они банально начали пытать. Какие же это возможные союзники, которые пытают, когда другой не согласен с их мнением? Он смутно слышал угрозы со стороны парня, с рукой на лице, который говорил о том, что его было бы проще убить, или же просто отдать на сырье для создания Ному, чтобы не терять такую хорошую сильную причуду. Сумасшедшая девушка, помешанная на крови скулила о том, что она хотела еще с ним поиграть, что он так мило смотрелся, истекая кровью. Будь он в более лучшем физическом и психическом состоянии, он бы пытался бороться с ними, огрызался бы, пытался освободиться. Но сейчас он находился далеко не в лучшем состоянии, да и он не верил в то, что его кто-то придет спасать. Он ведь Бакуго Кацуки, он не нуждался в помощи. Эта мысль теперь висела на нем как бремя, и как напоминание о том, что он был идиотом, самоуверенным, ничего не знающим идиотом, который верил в то, что сможет справиться со всем, во что его кидала жизнь. Не ожидая, что ему преподнесут такую судьбу. Умереть от рук злодеев не как герой, а как какая-то жертва, пленник. Он даже не окончил Академию, он не успел даже познать жизнь героя, и он собирался умереть здесь. Парень подавил хриплый вздох, он уже давно сорвал горло от пыток, которым его подвергали эти ублюдки. Слез уже давно не было, что действительно расстраивало эту сумасшедшую блондинку, которая бормотала о том, что со слезами на глазах он смотрелся мило, так беззащитно, что ей хотелось вновь пустить ему кровь. Он только беззвучно вскрикнул, почувствовав, как ему вновь прижигают раны причудой другого парня со скобами. Сознание начало медленно меркнуть. Это было слишком для него. Серьезно, он ведь был просто подростком, жизнь никогда не готовила его к похищению и пыткам, даже если считать то дерьмо, через которое ему все же пришлось пройти. Была ли это карма за то, что он был придурком? Будь он более добрым, хорошим человеком, избежал бы он этой судьбы? Хоть он всегда говорил о том, что он не собирается сдаваться, но сейчас он был невероятно близок к этому краю. Он просто хочет перестать чувствовать эту агонию, которая преследовала его после начала его мучений с Лигой… Бакуго Кацуки действительно устал от всего этого дерьма. Он… Он действительно предпочел сдаться, чем снова и снова переживать все эти пытки. Он был слишком слаб, чтобы сбежать, слишком ранен. Он даже причуду не мог использовать из-за своих травм. Эти ублюдки специально нацелились на его руки. Все же спортивный фестиваль обернулся против него, будучи развлечением для всей Японии, транслируя сражения студентов, показывая другим их сильные и слабые стороны. Он отдаленно задумался, а мог ли кто-то из других студентов попасть в ситуацию, похожую на его? Или это происходило из-за его вспыльчивого характера? Что даже злодеи думали о том, что он хорошо бы вписался в их группу, несмотря на то, что он являлся студентом геройского факультета? Его старания действительно ничего не стоили в этом мире, не так ли? Тогда ему действительно следует просто сдаться. Может быть в следующей жизни все будет лучше, чем в этой? Сознание полностью погасло, унося блондина в долгожданную темноту. Унося его прочь от его мучителей. Он надеялся на то, что больше ему не придется иметь дело с этими злодеями, что он наконец сможет отдохнуть в вечном небытии. Он просто отпустил свои остатки надежды, свои остатки борьбы за жизнь, когда это того не стоило… Бакуго Кацуки сдался.