⚒️

Чёрный экран. Из темноты появляется логотип кабельного телеканала и через пару секунд исчезает. За ним следует логотип продюсерской компании. Титр: «При поддержке Министерства межвидовых связей». Под бодрую музыку начинается заставка: отрисованные ИИ непролазные тропические джунгли с силуэтами причудливых магических существ, планомерно превращающиеся в джунгли городские с людьми в роли действующих лиц. Заставка резко прерывается. Друг за другом идут крупные планы участников шоу, что вылезают из автобуса, приближаются к оператору и по очереди представляются. РОЛАНД (смотрит по сторонам, потом куда-то за камеру, показывая на неё пальцем) Здравствуйте? (шёпотом) Мы же уже в эфире? (кивает) Супер! (машет бутылкой и оттопыривает мизинец и большой палец в известном жесте, чуть потряхивая кистью) Ха-ха, привет! Я — Роланд, и я знаю, как сделать, чтобы стало вкусно. Я хочу участвовать в этом шоу, потому что мои шаловливые руки найдут подход к кому угодно! РЕЖИССЁР (за кадром, неразборчиво) Бля-я-я… Следующий. КЕЙТЛИН (оправляет довольно короткое платье и улыбается) Привет! Я — Кейтлин. Я достойна участвовать в этом шоу и найти свою любовь, потому что я вежливая, умная и терпеливая… РЕЖИССЁР (за кадром, не особенно впечатлившись) Что-нибудь ещё? КЕЙТЛИН (улыбка на секунду исчезает, но потом расцветает с новой силой) Я… я умею садиться на шпагат! Девушка предпринимает попытку продемонстрировать, но камера не поспевает за её резким движением. На экране тут же откуда-то сбоку возникает типичная представительница золотой американской молодёжи, которая, протягивая руку, пресекает попытку показать гимнастические навыки Кейтлин — двумя пальцами останавливает движение камеры вниз и возвращает её в исходную позицию. ЭЛИСОН (снисходительно посмеиваясь) Мои глаза здесь, малыш! ЭЛИСОН (дует и лопает ярко-розовый пузырь из жвачки, пока накручивает локон, отливающий на солнце золотом, на палец) Привет! Я — Элисон. (приподнимает бровь, будто уверена, что её имя должно что-то сказать зрителю между строк) Я достойна участвовать в этом шоу, потому что у меня идеальные брови и потому что компания моего отца спонсирует это шоу… Элисон, подмигнув напоследок и взмахнув конским хвостом, уходит в сторону. РЕЖИССЁР (за кадром, шёпотом) Не забудьте вырезать этот пассаж. НЕКТО (за кадром, шёпотом) Не получится, сэр, мы в прямом эфире! РЕЖИССЁР (за кадром, расстроенным шёпотом) Бля-я-я-я, в смысле… Чёрт! Просто давайте следующего! Камера резко дёргается в сторону, выхватывая одного из будущих участников. КЕВИН (появляется в кадре с кислой миной, потому что не понял, что его уже снимают, но сразу же преображается) Привет! Я — Кевин! Я сгусток энергии, я могу тренироваться 16 часов в день и планирую выиграть главный приз… РЕЖИССЁР (за кадром, утомлённым голосом) Кевин, ты же в курсе, что это не спортивное шоу… КЕВИН (расплывается в улыбке от уха до уха) Это пока! Спорт есть в каждом из нас. Надо просто прислушаться к своему телу! РЕЖИССЁР (за кадром, шёпотом) Уже поздно убирать его из участников? НЕКТО (за кадром, шёпотом) Сэр! Это ваш сын, и вы сами настояли на его участии… КЕВИН (говорит всё громче, чтобы заглушить переговоры сотрудников съёмочной площадки) Я подготовил программу тренировок, и все участники смогут… РЕЖИССЁР (за кадром, шёпотом, переходящим в бас) Вот дерьмо, да уведите же его кто-нибудь!.. КЕВИН (даже не пытается извернуться, пока два представителя стаффа, подхватив под руки с двух сторон, оттаскивают его обратно в сторону автобуса) Я докажу вам, что наша жизнь ничто без спортивной нагрузки и соревновательного духа… Из автобуса выгоняют участников, до сих пор не представившихся, и заталкивают туда Кевина — для этого требуется несколько человек. КЕВИН (ловким обманным манёвром вырывается и почти успевает добежать до камеры) Каждый из вас может стать лучшей версией себя уже сегодня!.. Коллективно принимается решение не просто затолкать Кевина в автобус, но и закрыть двери, пока не представятся следующие участники. Но из оставшихся никто не спешит приближаться к оператору, пока некто, отдалённо напоминающий беспризорную шпану и смолящий прямо на съёмочной площадке, не выталкивает своего двойника вперёд. ААРОН (появляется перед камерой с такой же кислой миной, как и Кевин, с той лишь разницей, что улыбка так и не расцветает на его лице) Да я здесь вообще не по своей воле. Меня заста… (чуть дёргает головой, словно хочет обернуться, но в итоге передумывает) В общем, наш кузен — ведущий этой помо… этого шоу, и он сказал, что если мы согласимся участвовать, то нас будут бесплатно кормить и предоставят жильё… РЕЖИССЁР (за кадром, раздражённым шёпотом) У нас остались ещё участники, попавшие сюда не по блату?.. НЕКТО (за кадром, недоуменным шёпотом) Это ведь риторический вопрос, сэр? Аарон фыркает и, потеряв интерес, возвращается к своему двойнику, так как в двери автобуса по-прежнему ломится Кевин, стуча в них кулаками. В тишине слышно, что он всё ещё кричит что-то неразборчивое. Оператор, видимо, в надежде получить представление от второго близнеца приближается к парням, но в итоге непредставившийся брат пресекает эту попытку, выдыхая дым прямо в камеру и, пользуясь тем, что ничего не видно, тушит сигарету прямо о линзу. На экране так и остаётся след от бычка. РЕЖИССЁР (за кадром, ещё более раздражённым шёпотом) Чёрт возьми, Эндрю… Воспитание у тебя, как обычно, хромает. Всё, с меня хватит, пускайте перебивку. НЕКТО (за кадром, ещё более недоуменным шёпотом) Но, сэр, ещё не все участники представились… В сценарии сказано… РЕЖИССЁР (за кадром, устало) Да мне плевать, что там сказано, мне за это не платят. НЕКТО (за кадром, троекратно недоуменным шёпотом) Вообще-то платят, сэр… РЕЖИССЁР (за кадром, голосом, не терпящим возражений) Я режиссёр этой помо… этого шоу. И я сказал — ставить перебивку. А потом выпускайте кракена. Снова включается бодрый инструментальный трек; он звучит, пока идут практически статические дальние планы, заранее снятые с дронов. За ними следует быстрый пролёт камеры над цельным лесным массивом, из-за лёгкого утреннего тумана кажущегося скорее голубым, нежели зелёным. Музыка становится более классической и фоновой, на экранах — снова дальний план: перед П-образными воротами, напоминающими японские тории, собрались люди. На пустыре рядом — уже знакомый зрителям микроавтобус, в котором заперт Кевин. Видно, как из леса к ним присоединяется ещё одна персона, но становится на небольшом расстоянии от основной группы. Камера приближается, показывает крупным планом последнего прибывшего — смуглый юноша лет двадцати пяти с блестящей шапкой тёмных, слегка вьющихся волос широко улыбается, оглядывая присутствующих. НИКОЛАС (всё ещё улыбаясь) Здравствуйте, я — Николас Хэммик, ваш комендант. Я объявляю телепроект Гном-2 открытым. Нарциссам, слабакам с избегающим типом привязанности и не умеющим любить лучше прямо сейчас отказаться от участия в проекте! Один из близнецов тут же делает шаг в сторону, к нему тянет руки кто-то из стаффа, но, получив в ответ взгляд, обещающий незамедлительное наказание тому, кто посмеет прикоснуться, примирительно поднимает ладони и что-то говорит. Близнец закатывает глаза и нехотя возвращается на место. НИКОЛАС (делая преувеличенно страшное лицо) Но если вы решитесь остаться на проекте, чтобы найти свою любовь, то муки и счастье вас ждут нечеловеческие. Уйти отсюда нельзя — можно только вылететь! (берёт драматичную паузу, а потом подмигивает в камеру и весело смеётся) На крыльях любви, разумеется! (на секунду подносит руку к уху и вслушивается во что-то, оглядывая участников шоу) Кстати, только что мне сообщили, что один участник опаздывает и подъедет прямиком к церемонии знакомства. Ну что, вы готовы? Участники (не все и не очень) воодушевлённо кричат и вскидывают руки вверх. НИКОЛАС (с энтузиазмом бóльшим, чем у всех участников вместе взятых) Тогда вперёд!

⨳

Ники был собственноручно (собственноустно?) награждён двумя званиями: гадалка лёгкого повидения и гражданин с крайне высокой социальной ответственностью. В принципе, эти два титула, которыми он гордился (правда, втайне — ибо никому о них, вопреки собственной болтливой природе, не рассказывал), были взаимосвязаны. Во-первых, Ники действительно был видящим. С самого детства, стоило ему познакомиться с кем-то и хоть немного проникнуться судьбою нового приятеля, он с лёгкостью мог предсказать, кого тому предстоит выбрать в спутники жизни. Вернее даже — кого стоило бы выбрать, Ники видел лучшие партии. И вот тут-то вступала в игру вторая ипостась. Та, которая высоко-социально-ответственная. Потому что чересчур чувствительный (от природы) прожить ни дня не мог без вовлечённости в чужие шуры-муры (любовь к чужой любви, надо полагать, у Николаса обострилась после антибесовских лагерей, во время пребывания в которых он был напрочь исключён из социума и куда его неустанно запихивал отец, веря в рекламки про избавление от магических способностей даже у самых оторванных от реальности личностей). Но то ли Ники был «оторваннее» среднестатистических шизиков-богоотступников, как их называл отец, то ли это просто не так работало. Да уж, юность Ники пришлась на тёмные времена — темнее некуда, как и полагается перед неизбежным рассветом. Таких, как его отец, шугающихся любых отклонений от некого канона, как следовало жить эту жизнь, было ужасающее количество — в особенности в южных штатах, где более низкий уровень образованности предполагал бóльшую зашоренность во многих вопросах. Но, как бы там ни было у других, итог манипуляций в семье Лютера Хэммика был довольно предсказуемым: видеть его сын так и не перестал, а вот от надежды прижиться в собственной семье, видимо, последовав примеру матери, которая божилась, что никаким даром не обладала (ага, а Ники, наверное, способность к видениям от мимо пролетавшего аиста досталась), пришлось отказаться. Впрочем, горевать времени не было; лишившись семьи, Ники отправился на поиски лучшей жизни (и возможно, новой семьи?), в которой ему не приходилось бы сталкиваться с дискриминацией из-за своих способностей. Благодаря отцу, который много лет подряд обед за обедом изрыгал хулу и насылал все известные ему библейские беды на «резервацию», Ники точно знал, где именно было место под понимающим и принимающим его природу солнцем. Сейчас, конечно, времена изменились. Резервация в их штате, назло всем врагам и завистникам, процветала. Ники процветал вместе с ней (и в какой-то мере даже обрёл реальную семью — один из шаманов указал ему, что у него вообще-то были кузены, которые оказались очень острыми занозами не только в нежной заднице Ники, но и в зачерствевших задницах друг друга). Жизнь Ники спорилась в попытках менеджерить (с разной степенью эффективности) свои новообретённые семейные связи и подработках там-сям: при необходимости он мог и картишки раскинуть, мог и за прилавком в «Зельях Аэгнора» постоять вместе с сыном владельца Роландом, да вообще много чего он ещё мог — всегда с неизменной улыбкой и душой нараспашку. Почти нараспашку — даже спустя годы Ники отчего-то продолжал хранить в страшном секрете свою способность видеть любовные интересы существ, с которыми его сталкивала жизнь. Во-первых, опасался, что пойдёт молва и это всё превратится в ещё больший сюр, которым и без того являлось (ну, не умел он по-другому). Во-вторых, Ники и сам не понимал до конца, как это работает. Видения давались ему легко, это правда; в отличие от многих других, обладавших подобным даром, Ники довольно точно запоминал привидевшиеся образы и при должной концентрации (и без единой капли аяуаски!) мог увидеть некоторые обстоятельства того, как свести предназначенных друг другу людей. В-третьих, он не мог себя лишить удовольствия быть эдаким серым кардиналом всея магической деревни. Разве кто-нибудь в их сказочном лесу мог вообразить, что милый симпатяга Николас, который, как думалось, вообще не обладал навыком держать язык за зубами (очень красивыми — это так, к слову пришлось) и был простым, как одноцентовый медяк, мог хранить такую тайну и влиять на жизни окружающих? Конечно нет, но Ники — мог и хранил. В этот же раз масштабы его влияния на судьбы окружающих его людей должны были превзойти всё вместе взятое, что ему удалось провернуть по сей день, и Ники очень надеялся, что подобный размах был ему по зубам (правда очень красивым). Ведь когда-то же был должен наступить момент, когда он достигнет своего уровня некомпетентности?.. Спустя некоторое время после их семейного воссоединения Ники стало видеться, что именно ему предстоит сделать, кого свести между собой (на секундочку, самых важных для него людей и ещё парочку мимо пробегавших — по счастливой, по скромному мнению Ники, для них случайности), и, заручившись силой собственной улыбки, принялся исполнять всё, что исправно подсматривал ночью в своих снах. Он знал, что ему придётся писать пространные письма о том, какие у него есть отличные идеи для развития недавно созданного Министерства межвидовых связей, составлять непонятные бизнес-планы для перезапуска старого шоу на местном кабельном (только теперь уже в масштабах штата), а потом ещё и убеждать продюсерскую команду, что он — лучший кандидат на роль ведущего. Последнее, впрочем, было проще всего — в конце концов, он много что умел, был неплох собой и болтать мог часами. И конечно же, Ники знал, что это, как бывало обычно, лишь малая часть дел, запланированных для него судьбой. К сожалению, на лишённые романтического флёра части быта способности Ники не распространялись и потому никак он не мог предвидеть, что…

⨳

— Итак, я думаю, вы все помните шоу «Гном», выходившее год назад. Безусловно, это был прорыв с точки зрения репрезентации отличных от человеческого видов, населяющих наш славный округ, — берёт слово Эрик, когда они подходят ближе к основной съёмочной локации. Ники активно кивает, хотя до сих пор не понимает, почему эти реплики достались человеческому созданию. На втором ведущем настояли продюсеры, уточнив, что это отлично впишется в концепт шоу, хотя Ники уверен, что мог бы справиться и сам. В конце концов, у пресловутого «Гнома» ведущий был всего один, так что в душé он эгоистично намеревался блистать перед камерами в одиночку. Ну, не считая, конечно, участников шоу. Кто-то из них тоже кивает, как Ники, кто-то смотрит на Эрика практически равнодушным, ничего не выражающим взглядом, кто-то вообще не может прекратить оглядываться по сторонам, хотя на лобном месте, являющемся частью съёмочной площадки, не то чтобы было на что смотреть. — Впервые простые истории из жизни обитателей леса были показаны на телевидении в прайм-тайм и получили отличные рейтинги, которые мы бы очень хотели унаследовать. — Ну, по меньшей мере, вы унаследовали гномов, — раздаётся насмешливый голос, обладателя которого Ники не сразу удаётся вычислить — по той банальной причине, что среди сидящих вокруг участников его нет. Секунду спустя в кругу появляется темноволосый юноша. «Опоздавший участник!» — осознаёт Ники. Вообще-то, о том, что кто-то опаздывает, он узнал непосредственно в прямом эфире и крайне удивился, потому что он пересчитал присутствующих — и все были на месте (ровно десять особей, по пять с каждой стороны). Откуда взялся новоприбывший — для него, стыдно сказать, тайна за семью печатями. Он, конечно, не контролировал отбор будущих персонажей лично, но бóльшую их часть уже видел и даже выдал несколько своих предложений. Наверняка этот участник тоже попал сюда по блату, потому что вид у него — ну прямо-таки венценосный. Пришедшего, похоже, совершенно не интересует сценарий, по которому они тут вообще-то стараются работать. Он встаёт посреди лобного места чуть ли не в самый огонь и продолжает: — Магик Эвермора, миллиардер, мизантроп… Ники не успевает даже ахнуть на такую самопрезентацию на шоу, где вообще-то предполагается строить отношения меж видами, а не способствовать их розни, потому что Эндрю, недобро улыбнувшись, перебивает притворным шёпотом — который, естественно, слышат все: — И дай угадаю… Мудак? Ники смотрит на Эндрю и приоткрывает рот, чтобы пожурить кузена (ему вовсе не хочется, чтобы его — кто бы что ни говорил, это он всё тут придумал! — шоу превращалось в балаган), но не успевает. — Мо-ри-я-ма, — как ни в чём не бывало чеканит по слогам магик, довольно ухмыляясь, одаривая Эндрю отдельным взглядом с приподнятой бровью и делая выразительную паузу, а Ники небезосновательно думает, что в любви к театральщине у него только что появился достойный конкурент, — Рико Морияма. На некоторых присутствующих имя производит немедленное впечатление, но Ники оно ни о чём не говорит. Резервация «Эвермор» находится в другом штате — достаточно далеко, чтобы не поддерживать с местными никаких отношений. До этих пор, по крайней мере. Но самое удивительное — судя по реакциям, Рико Морияма по неведомым причинам известен именно людям. — Ты ведь сын сенатора Морияма? — заправляя прядь за ухо, интересуется Элисон. Рико не удосуживается ответить, но его самодовольный вид говорит сам за себя. Ники чувствует лёгкое недоумение — чтó сын сенатора, магик из Эвермора делает на непонятном шоу, на которое они наскребли участников чисто по сусекам своего сказочного леса? Каким ветром его сюда задуло?.. — Видимо, не самый любимый, — по-прежнему опасно скалясь, комментирует Эндрю, — раз ты оказался в этой помо… — Ники, несмотря на свою растерянность, умудряется бросить, как он надеется, испепеляющий взгляд на кузена, — на этом великолепном шоу. Прежде чем Рико смог бы продолжить перепалку, Ники решительно вскакивает со своего места, осознав, что помощи от стаффа ждать бесполезно (чёртовы охотники за рейтингами, им только скандалы подавай!). — Мы оставили тебе место, присаживайся, — он судорожно машет рукой в сторону свободного бревна, действительно предусмотренного для опоздавшего участника. — Пожалуй, я сяду, — Рико поворачивается в противоположную от указанной сторону, небрежно подходит к одному из участников и нависает над ним, заставляя уступить место, — здесь. Удобно устроившись и закинув ногу на ногу, он вальяжно машет рукой: — Можете продолжать, — и улыбается, не замечая, как Кевин на соседнем месте скукоживается как полежавший на солнце финик, превращаясь в жалкое подобие себя. Зато это замечает Ники, теряясь окончательно, пока Эрик в затянувшей паузе не окликает его по имени и не тянет за руку на место. Текст вспоминается с трудом. — Мы собираемся совершить ещё один прорыв, — поёрзав на бревне, с трудом выговаривает Ники и незаметно щиплет себя за руку, чтобы собраться. Это немного помогает. — Теперь, когда в нашем штате был принят закон о межвидовом гражданском и матримониальном партнёрстве, мы хотим показать всем, что время предрассудков и дискриминации осталось позади. Двойка в названии — не просто дань преемственности между нашими шоу, это также и отсылка к новому формату. — О, мне нравится цифра «два», — зачем-то комментирует Рико, глядя на своего соседа, заставляя того съёжиться ещё больше, а остальных — недоумевать. Один Эрик стойко продолжает делать свою работу: — Мы хотим, — уверенно подхватывает тот и обаятельно улыбается прямо в камеру, — чтобы шоу помогло вам получше приглядеться друг к другу и образовать пары, которые впоследствии смогут одними из первых в стране заключить межвидовое партнёрство. А теперь давайте уже наконец познакомимся!

⨳

Ники думал, что самым сложным будет убедить телеканал, продюсеров и иже с ними в том, что им крайне необходимо профинансировать и запустить шоу, где участники в закрытом поселении будут строить люкс-делюкс-лакшери хижину на дереве и искать свою любовь. В прошлом сезоне целые гномьи семьи долбили пещеры в копях, что мало того что являлось довольно устаревшей традицией этого народца, так ещё и было чересчур физически и финансово затратно, чтобы повторять. В конце концов, это должно быть развлекательное шоу, а не трудовой лагерь, где участники не разгибаются от зари до зари ради довольно сомнительной выгоды. Впрочем, при подготовке нового сезона получалось, что обивать пороги разных властных дяденек (пусть и метафорически — в современном мире всё решалось через электронные письма и бесконечные видеосозвоны) было просто цветочками по сравнению с тем, что Ники ожидало впереди. Менеджерить группу (казалось бы, уже вышедших из пубертата) существ превращалось в ту ещё задачку. Ники попеременно чувствовал себя воспитателем детской группы, их аниматором, а иногда и вовсе тираном и надзирателем — совсем уж не те профессии, о которых он когда-либо мечтал. Причём тот факт, что в шоу участвовали члены его семьи, совершенно не способствовал облегчению задачи. Скорее даже наоборот — Эндрю по большей части делал вид, что ему вообще параллельно на происходящее, а в остальное время едко зубоскалил, а Аарон был постоянно на взводе и ходил с кислой миной, но хотя бы в отличие от брата участвовал в непосредственном процессе строительства. Очевидно, помогать Ники своим активным участием и вовлечённостью в жизнь шоу кузены вовсе не собирались, хотя вообще-то всё это шоу было придумано только ради них (просто не говорите об этом продюсерам и самим кузенам, ладно?). Отнюдь не ради халявной жратвы и жилья, как кто-то там из них решил. Ники искренне не понимал, почему Аарон так тупил, если он практически столкнул их с Кейтлин лицом к лицу в закрытом пространстве (то есть выполнил всё, что предписывалось его снами), где тяжело не начать общаться. Обычно те, кого он сводил в нужных обстоятельствах, интересовались друг другом без лишних телодвижений со стороны Ники. Да, он был их счастливым случаем, но не более того. По всей вероятности, в этот раз он что-то недооценил, когда решил убить всех зайцев разом. Стоило Аарону оказаться где-то недалеко от девушки, Эндрю появлялся тут как тут — молчаливый, сосредоточенный и взирающий коршуном, зажав сигарету в зубах. О какой уж романтике тут говорить? Всё, на что хватало Эндрю в рамках самого шоу, — это развозить на электрокаре строительные материалы по площадке и выкуривать бесконечное количество сигарет за съёмочный день, лениво прислонившись к боку машины, не напрягая себя её разгрузкой. В какой-то момент появились небеспочвенные опасения, что Эндрю начнут вырезать из эфира из-за пагубной привычки (Ники не исключал, что именно это и могло быть целью несносного кузена). Но вдруг его вторая половинка должна была увидеть шоу по телевизору и влюбиться с первого взгляда? Тогда нулевой хронометраж персонажа Эндрю в большинстве выпусков стал бы полной катастрофой. Порой, когда помощь извозчика не требовалась, тот и вовсе пропадал где-то в периметре или за (хотя правилами это запрещалось), уходя с луком и стрелами, как только Кевин заводил волынку своих весёлых утренних стартов, и возвращаясь лишь к окончанию съёмок дневной стройки, чтобы снова стать ходячей рекламой табачного бизнеса (возможно, стоило предложить маркетологам связаться с какой-нибудь маркой сигарет, чтобы договориться о продакт-плейсменте?..). Как-то раз Ники даже вызвали на ковёр, чтобы поинтересоваться, как долго братья будут саботировать принципы шоу и блюсти свой странный криповатый, как обозвали это в соцсетях, образ. Потому что поведение братьев Миньярд (которых не без усилий Рико в твиттере окрестили хештэгом #2гном), мягко говоря, сводило на нет всю работу Министерства и саму идею шоу, заключающуюся в представлении магических существ как адекватных, воспитанных и социализированных членов мирового сообщества. Ники тогда краснел, потел и мямлил, что оба его кузена, хоть и имеют тяжёлый характер, однозначно принесут шоу популярность и помогут повысить охваты (он ведь широко известная в узких кругах гадалка, он так видел!). Вопрос «когда?», впрочем, оставался открытым даже для самого Ники: Аарон, несмотря на все карты в руках, долгое время совершенно не проявлял никакой инициативы, а пары Эндрю ещё даже не было на горизонте — увы, увидеть точные даты событий было невозможно. Прошлое шоу шло почти полгода, насколько долгоиграющим может оказаться этот сезон?.. Шесть месяцев он вполне сможет как-то прикрывать кузенов, вероятно, даже удастся женить Аарона за это время. Но вдруг «Гном-2» затянется лет на пятнадцать? Ники нервно хихикал перед сном, когда думал о такой несуразице, склоняясь всё же к варианту «невозможно». В столь тяжёлых стрессовых условиях приходилось довольствоваться мелочами. Например, Ники по достоинству ценил титанические усилия Эндрю на лобном месте — тот мог высидеть несколько часов, не берясь за пачку (хотя и дёргал рукой время от времени в сторону кармана толстовки), но через пару недель у Ники появились догадки, что в течение съёмочных пауз режиссёр шоу, с которым Эндрю общался почти нормально, снабжал того алкоголем в виде миниатюрных бутылочек, которые обычно можно найти в отельных мини-барах. Подтверждал наличие странного заговора и тот факт, что к концу таких съёмок Эндрю становился вялым и меньше контролировал ситуацию с братом — Ники несколько раз видел, как Аарон, тоже, вероятно, проанализировав положение дел, стал пропадать на некоторое время с Кейтлин где-то в лесу. В такие моменты Ники по-детски радовался тому, что участники не могут получить доступ к записи шоу, ибо что-то подсказывало ему, что Эндрю вряд ли бы обрадовался происходившей за его спиной крамоле. Ещё меньше он обрадовался бы желанию Ники влезть в его голову или заставить играть какую-то роль. И тут, конечно, жаль, что при всём своём лёгком повидении Ники никак не мог увидеть, что…

⨳

Ники, рискуя вместо горячей похлёбки пообедать собственными ногтями, проклинает свою идею повысить хронометраж Эндрю всеми правдами и неправдами, пока через всю съёмочную площадку бежит смотреть на то, как его желание воплощается в жизнь. Хотя… может же так быть, что идея сделать это, заслав кузена в сети лесного оракула, который на шоу будет выполнять роль типа-психолога, вовсе не такая уж и плохая? Дело в том, что некоторым на съёмочной площадке уже посчастливилось узнать, что в нарукавных повязках кузена запрятана целая коллекция холодного оружия. Эти обстоятельства — так себе, но Ники видел лично, что на встречу с терапевтом Эндрю хотя бы не взял с собой стрелы. Вот это уже определённо хорошо — тетиву тот натягивает молниеносно, а стреляет сказочно метко. Со стороны всегда кажется, что ему вообще не приходится для этого напрягаться. Потрясающая способность для человека, совершенно не заинтересованного в своей природе и проведшего практически всю сознательную жизнь среди людей. Да, отсутствие стрел, как ни крути, — это прекрасно. И вообще-то Ники собирается верить в благоразумие кузена так же, как в его талант лучника. Но на всякий случай всё же проконтролирует. — Что там у них происходит? — находясь на грани истерики, то ли умоляет, то ли приказывает Ники, вбегая в аппаратную, и смахивает каплю пота с виска, убеждаясь, что, пока он спешил, в специально возведённом шатре обошлось без драк и, кажется, даже без словесных оскорблений и сарказма. — Дайте мне сейчас же наушники! «Эндрю, это правда, что, находясь на шоу по поиску пары, ты запрещаешь брату встречаться с Кейтлин?» «Возможно? — незаинтересованно пожимает плечами Эндрю и похлопывает указательным пальцем по губам, словно в самом деле задумался. Прищурившись, он закидывает ноги на подлокотник кресла и поворачивается боком к собеседнице. — Что говорит ваш хрустальный шар на этот счёт?» В следующее мгновение он вытягивает одну ногу и легко дотрагивается мыском до одного из шаров, выставленных по линейке на стеллаже неподалёку. Все эти шары — лишь оформление интерьера (совершенно идиотское и дилетантское решение, если честно, но дизайнеры сказали, что людям нравится подобная эзотерическая атмосфера), но это вовсе не означает, что Эндрю позволено так себя вести. Тем более что он был знаком с Ниэр и до этих пор и знает, что все в лесу относятся к ней с уважением и почтением. Полученного толчка хватает, чтобы шар выскользнул из подставки и медленно покатился к краю. Ники задерживает дыхание, наблюдая за тем, как стеклянная сфера, бликуя от свечей, которыми заставлен павильон (ещё одно стереотипное решение), медленно, но верно ищет путь броситься в объятья гравитации, и, несмотря на неизбежность события, вздрагивает, когда это всё-таки случается. Госпожа Ниэр лишь мягко улыбается. «Бандури не пользуются хрустальными шарами. Мы слушаем природу, лес и их обитателей. Им всегда есть что рассказать. В глубине души у каждого спрятано что-то, чем бы хотелось поделиться». Эндрю недоверчиво морщится и несколько долгих секунд свободно и очень красноречиво молчит на языке скепсиса относительно всего происходящего, не отводя пристального взгляда от жрицы леса. «Вы же не думаете, что я на это куплюсь», — вот что написано у него на лице. Если это понимает Ники, то уж тем более понимает опытная Ниэр. Их напряжённое молчание прерывает свист чайника. Ниэр медленно поднимается со своего места и пробирается к столу между креслами, пуфиками и большими кашпо с причудливыми растениями, чтобы погасить огонь и взять пару кружек. Все её действия степенны и, на вкус Ники, несколько медлительны, но это черта большинства обитателей их леса — многие из них черпают свои способности и силу в природе, что не терпит спешки. Ники на их фоне всегда казался залётным живчиком с гиперактивностью. Эндрю не меняет своего положения и неотрывно следит за чужими действиями, пока на столике рядом с ним Ниэр не оставляет одну из кружек, забирая вторую себе и по-прежнему неспешно возвращаясь в кресло. «Какао?» — морщит брови Эндрю, когда по-собачьи ведёт носом в сторону тумбы, прислушиваясь. «Угу», — не раскрывая рта, отвечает Ниэр, а потом делает аккуратный, чуть громковатый из-за работающей у неё на шее петлички глоток — пример, которому Эндрю следует практически сразу. Некоторое время они сидят в тишине, и Ники уверен, что в следующий раз им не позволят так тупо терять съёмочное время и попытаются втюхать некое подобие сценария. Только вот Эндрю вряд ли согласится, значит, больше сеансов с бандури ему не дадут. В каком-то смысле даже жаль — все в лесу знали, что она хороша в наблюдении и помогает найти связь между сознательным и бессознательным, выполняя роль медиатора в решении внутренних конфликтов человека. Наверное, если бы она не была так предана лесу, то в самом деле легко бы получила лицензию психолога. «Ты знаешь, что в доколумбовы времена в Мезоамерике какао использовали в качестве валюты?» Эндрю ухмыляется. «Вы серьёзно собираетесь говорить об ацтеках на типа, — он показывает свободной рукой кавычки в воздухе, — психотерапевтических сеансах в рамках реалити-шоу по поиску партнёра?» «Почему бы и нет? — благодушно спрашивает в ответ Ниэр, забираясь в кресло с ногами, подоткнув длинную юбку. — Раз тебе нечего мне рассказать, я буду говорить о том, что интересно мне». «А, так вот как это работает», — подбородок Эндрю скрыт чашкой с какао, но Ники уверен, что он скалится, как всегда делает, когда насмешничает. В шатре снова воцаряется тишина, прерываемая лишь звуками того, как эти двое, словно соревнуясь в своей нерасторопности, попивают какао. «Если какао — это деньги, — Ники даже вздрагивает от громкого голоса в наушниках, — какую услугу вы оплачиваете сейчас?» Ниэр награждает Эндрю в ответ долгим взглядом и улыбкой. «Высока вероятность, что я просто не фанатка хрустальных шаров». Эндрю смотрит на неё секунду, две, а потом внезапно разражается хохотом и так же внезапно замолкает. Ники закатывает глаза и думает, что высока вероятность, что Ниэр тоже больше не позовут вести эти недосессии. Эти опасения довольно быстро сменяются новыми — уже за жизнь служительницы леса, потому что спустя мгновение перед ней оказывается Эндрю с ножом в руке. «Ваш микрофон», — с совершенно невыразительной интонацией скорее констатирует он, нежели требует или просит. У этой ситуации тоже не получается привнести спешку в жизнь бандури — она церемонно отставляет кружку с какао и проходится руками по собственным многослойным одёжкам, пока не нащупывает петличку и, отследив пальцами по шнуру, передатчик, чтобы затем аккуратно вложить свои находки в протянутую к ней ладонь и вернуться к какао. Ники по старой памяти может поклясться, что Ниэр даже не вздрагивает, когда Эндрю, довольно улыбнувшись напоследок, отправляет несколько крохотных кинжалов в каждую из камер, размещённых в шатре. — Придурок, блядь, — скинув «уши», огрызается кто-то рядом с Ники по эту сторону экранов. — Десять камер за эту неделю, я выиграл, — сообщает другой голос, сидящий в углу, и Ники в отсутствие нужной картинки следит за тем, как один сотрудник передаёт другому скомканную десятку. Это вызывает недоумение, но оно всё равно несравнимо с тем, что он испытывает, когда в наушниках что-то долго хрустит, шкрябает и крякает, а потом раздаётся голос Эндрю. «Я пришёл сюда проконтролировать, что Аарон будет под присмотром 24/7 и перестанет жрать всякое дерьмище. Его матушка чересчур любила галлюциногены, очевидно, пытаясь усилить свои слишком слабые способности. Но с ними их у неё не было вообще. Какая ирония природы, правда? Жаль, она была слишком тупой, чтобы понять это». Ники прикрывает ладонью сам по себе открывшийся рот и, несмотря на охватившее его любопытство, стаскивает с себя наушники, а потом оглядывается вокруг — но никто, кроме него, похоже, не слушает этот канал в данный момент. Пожалуй, ему придётся немного злоупотребить своими рабочими возможностями и избавиться от записи. Возможно, вся эта история принесла бы неплохие рейтинги, но он уверен, что Эндрю, видимо, не обнаруживший все микрофоны, расставленные в этой локации, вряд ли бы был солидарен с маркетологами и сценаристами.

⨳

Следующее приглашение на ковёр происходит буквально спустя сутки после того, как в эфир пускают эпизод с визитом Эндрю к Ниэр. По дороге в офис (на деле это были тупо бытовки, где места едва хватало для того, чтобы расставить три стола с компами и тумбу с принтером в углу) Ники судорожно пытался придумать, почему его кузена следует оставить в шоу. К его собственному удивлению, ни одна из придуманных впопыхах отмазок не пригодилась — рейтинги эпизода поставили первый рекорд, а Эндрю получил статус нового плохиша шоу. До сего момента это народное звание было плотно закреплено за Рико, но тот в последнее время стал как-то тихариться перед камерами, что, по мнению Ники, было довольно подозрительно само по себе. Как и тот факт, что эверморский магик до сих пор так и не раскрыл, в чём именно заключались его способности (помимо удивительного снобизма и чувства собственной важности, разумеется). Что ж, по законам жанра зрителей всегда гораздо больше интересовали склоки, скандалы и интриги. Ники знал, что в сети с больши́м интересом перетряхнули грязное бельё Дэн и Мэтта — первой пары шоу, переселившейся в отдельный домик для влюблённых (один, к слову сказать, на самом верху занимал Эндрю вместе с Аароном, за это тоже пришлось отдельно отдуваться). Да, по своей природе Дэн всё ещё оставалась инкубом, а Мэтт славно отжигал по молодости, но когда люди поняли, что любопытное прошлое совершенно не влияло на настоящее, выделили им статус ролевых моделей и интерес к ним слегка поугас. Они не ругались, тем более не кидались друг в друга заклятьями или хотя бы посудой (шоураннеры, предложившие такой сценарий, очень расстроились, когда узнали, что телекинезом в лесу — да и в мире, если уж на то пошло, — не обладал никто). В свою очередь, Сет и Элисон, которые сошлись чуть ли не в первые же дни шоу, ссорились настолько часто и однообразно, что, помимо узкого круга фанатов, тоже были мало кому интересны. Стоило отдать должное Эндрю — его выходки умели удивлять. Таким образом, количество упоминаний его имени в соцсетях после выходки в психошатре (по этой же причине тут же переименованного в «псих-шатёр») возросло в несколько раз и в какой-то момент достигло пика — выше стояло только имя Кевина, который, несмотря на свою помешанность на физической подготовке (или благодаря ей), с первых дней стал практически лицом шоу — один известный спортивный бренд предложил ему рекламный контракт и даже согласился проспонсировать шоу, предоставив всем участникам кроссовки из новой линейки (абсурдно, но у этой обуви был свой хронометраж, как у ещё одного участника шоу, — суммарно за выпуск они должны были мелькать в кадре не меньше минуты). И всё было бы хорошо, если бы настойчивые продюсеры не заставляли Ники поговорить с Эндрю насчёт еженедельных сессий с их новоиспечённым терапевтом — они успели написать несколько «душещипательных историй», как новый плохиш шоу до жизни такой докатился, и придумать пару агрессивных выходок наподобие уже случившейся. «Все любят сложных персонажей. Всякие детские травмы, тяжёлые отношения с родителями или сверстниками, подростковый бунт, зависимости… у-у-у, — мечтательно объявил один из сценаристов шоу. — И всё это прикрывает нежное, как у спелого персика, нутро». Ники ругался редко, но тогда с трудом удержался, чтобы не сказать: «Вы не охуели часом?» Он бы ни в жизни (да и в посмертии тоже) не подошёл к Эндрю с таким предложением. И не только по той банальной причине, что мог бы случайно напороться на что-нибудь колюще-режущее. Проблема заключалась в том, что Ники подозревал (а где-то обладал точным знанием), что у его кузенов всего перечисленного хватало в достатке, но каким бы опекуном он стал в их глазах, если бы позволил обсасывать проблемы семьи в эфире? Никакие рейтинги не стоят того, чтобы лишиться маломальского доверия, которое удалось кое-как заработать за те годы, что они вместе жили в лесу. В общем, с учётом всех вводных пришлось пойти на обман — сказать продюсерам, что Эндрю отказался (вряд ли бы кто-то пошёл проверять, чужая меткость быстро отваживала всех непрошенных гостей). При этом, как знал Ники, Эндрю продолжал заглядывать к Ниэр, так сказать, мимо кассы. И именно в этот момент по неведомой причине сны Ники стали меняться — он всё ещё сосредоточивался каждый вечер на том, чтобы увидеть пару Эндрю и какие-нибудь новые обстоятельства их встречи, но впервые в жизни лёгкое повидение давало сбой. Он чётко видел Эндрю, но с каждым разом его пара всё больше размывалась, в некоторые ночи и вовсе напоминая какой-то бестелесный дух. Ники с таким никогда не сталкивался и не знал, как следовало интерпретировать подобное. Проконсультироваться ему тоже было не с кем. Обычно видения прекращались, когда половинки встречались в реальной жизни, но Ники был уверен в том, что этого не произошло. И всё же — разве такое возможно? Могло ли что-то пойти не так? Могла ли судьба Эндрю меняться прямо в этот момент? Или судьба его так называемой половинки? Может быть, сам Ники сделал что-то не так и навлёк на них какую-то беду? Занятый всеми эти измышлениями, съёмками и время от времени появлявшейся где-то на задворках сознания попыткой разгадать Рико, чьё относительное тихушничество также не давало покоя, Ники совсем приуныл и, если бы его соведущий как-то не взял его под локоть и не отвёл в сторону перед одним из эфиров на лобном месте, он совсем бы отстал от реальной жизни в лагере: — Мы уже можем в эфире говорить о том, что Эндрю и Роланд?.. — вежливо поинтересовался Эрик, перебирая карточки со сценарием на вечер. — Что ты этим хочешь сказать? — Ники нахмурился, не понимая, как эти понятные вроде бы слова могли увязаться в одно предложение. Тогда Эрик отвлёкся от бумажек и, приподняв бровь, перевёл взгляд на Ники, некоторое время молча смотря то в один глаз, то в другой, словно пытаясь найти в них какие-то ответы на свои невысказанные идеи. — Хочешь сказать, ты и не в курсе? — с нажимом произнёс Эрик и недоверчиво улыбнулся. — Я правда не понимаю, — Ники растерянно прижал руку к груди. — Ты же делал расклад Роланду пару недель назад. Вскользь вспомнились вытянутые тогда карты. Он время от времени раскладывал карты для участников, которые ещё не находились в паре и проявляли к этому интерес, — это было частью шоу. Кажется, тогда они не встретили ничего из ряда вон выходящего — много пентаклей, не шибко многообещающих с точки зрения планов на серьёзное любовное будущее, старшие арканы и вовсе сулили некую интрижку, где один из партнёров будет довольно скрытен. Ники невольно ужаснулся и прикрыл рот, что сам собой округлился, рукой. Мог ли Эндрю быть той самой скрытной зазнобой Роланда? — Не может быть, Роланд совсем не тот, кто нужен Эндрю… — Ники опасливо поднимает глаза на Эрика, понимая, что звучит в худшем случае как наседка, которая не одобряет выбора своего птенца. — Ты что-то не так понял. Во время последовавших за этим съёмок Ники вёл себя даже громче обычного и, не выдержав, отступил от сценария — в лоб спросил у участников, сбывается ли что-то из сделанных раскладов, и без того зная ответ. Плевать, что это выглядело так, словно он напрашивался на похвалу. В конце концов, он был достаточно компетентен в своём деле, уже долгое время работал со своей колодой и хорошо читал карты — расклады имели свойство сбываться частично или полностью. Так что к ответам он почти не прислушивался. Впрочем, ему не столько нужны были заверения Роланда, сколько интересовала реакция Эндрю. Но тот не проявил ни грамма внимания к обсуждаемой теме и всю дорогу занимался тем, что пинал ботинок сидящего рядом Кевина и тошнотворно сладко улыбался Рико, когда тот смотрел в его сторону. Той ночью привычных видений не было вообще. Лишь ближе к тревожно забрезжившему рассвету Ники наконец-то посетили более или менее оформившиеся видения, которые не факт, что не относились к обычным снам. В них силуэт худощавого юноши с тёмными медными волосами и почти прозрачными голубыми глазами, что раньше неоднократно приходил к Ники по ночам, постепенно размывался, а потом и вовсе превращался в Роланда. Утром Ники проснулся с мыслью, что ему бы уговорить Эндрю хоть несколько минут посидеть рядом, пока он будет тянуть карты. Но Эндрю, хотя и проживал среди подобных мистических практик, был совершенно индифферентен к подобным штукам. Впервые Ники был недоволен своими видениями, но даже если бы они не стали более мутными, он бы всё равно никак не смог предсказать, что…

⨳

— Это кто? — испуганно шепчет Ники, когда видит, как Эндрю, возвращаясь откуда-то из леса, тащит на своей спине… человека. — Что произошло? В аппаратной царит ажиотаж, слышно, как кто-то сообщает по рации, что на площадке происходит что-то странное. Ники ещё несколько раз повторяет свой бессмысленный вопрос на разный манер, но никто не в силах удовлетворить его любопытство. За то время, что они снимают реалити, Ники отлично изучил всю площадку и то, как разные локации выглядят на камерах (последнее время ему даже стало казаться, что он чаще видит участников на экране, нежели живьём, в чём виновата его дурацкая жажда разгадать, чем промышляют Эндрю, Аарон и Рико — порознь, разумеется). — Кто это? — спустя минут пять Ники, запыхавшийся после своей стремительной пробежки (Кевин бы им гордился) и предусмотрительно проверивший, отключён ли его микрофон, адресует всё тот же вопрос непосредственному участнику событий. — Ты что с ним сделал? В ответ Эндрю обходит его по касательной, одаряя таким красноречивым взглядом, какого Ники не припомнит даже в первые недели их совместного проживания. Что именно вызывает такую реакцию — попробуй догадайся, Ники уже даже не пытается, так что просто увязывается следом, рассматривает чужую ношу и совершенно не к месту радуется собственной находке, как будто она может сойти за оправдание его предыдущим словам, что бы Эндрю там про них себе ни надумал. — Но у него в кроссовке, — Ники обгоняет кузена и оттопыривает указательный палец, указывая на болтающуюся в воздухе ногу, — твоя стрела! Эндрю от этого немного расслабляется и на секунду кривит рот в усмешке. — Ага, — сообщает он. Кажется, сомнение на лице Ники расцветает чересчур явное, потому что Эндрю решает сжалиться над ним и выдать ещё одно невероятное откровение: — С ним всё в порядке, — следом он безразлично пожимает плечами, — это его слова, если что. Ники пару раз открывает рот, чтобы сказать что-то ещё, но мысли в его голове никак не хотят самоорганизовываться и складываться в нормальные предложения. — Сходи за бандури, — говорит Эндрю, когда они подходят к лагерю. — Но сейчас практически ночь, — в недоумении произносит Ники и растерянно смотрит на Эндрю, когда тот подходит к домикам. Он вот реально сейчас собирается лезть на свою верхотуру?.. Ответ на непрозвучавший вопрос появляется тут же — Эндрю перематывает кисти мальчишки верёвкой, чтобы тот не свалился с него, пока нет возможности держать его нормально, и начинает как ни в чём не бывало карабкаться наверх. Ники старается не думать о том, какими проблемами всё это может обернуться к утру, и, проводив взглядом фигуру Эндрю, бежит за Ниэр. Она — приходящий участник шоу, так что нужно шуровать за периметр и углубляться в лес. Ники немного страшно, но он всё же не рискует бежать по темноте, дабы не переломать себе ничего, и ориентируется лишь по скоплениям светлячков, которых становится тем больше, чем ближе он к Храму леса. Слава небесам, бандури не спит и легко соглашается на просьбу посетить лагерь, стоит только обмолвиться, что Эндрю нужна её помощь. Когда они наконец по очереди залезают на помост и откидывают полог, то обнаруживают дымящего сигаретой Эндрю, беспечно сидящего на оконной балке. Его ноша была не слишком аккуратно сброшена на кровать, и на двухместной громадине неизвестный юноша кажется совсем хрупким и беззащитным. Да ещё и эта торчащая из кроссовки стрела добавляет пикантности всей ситуации. Ники, бессознательно раскрыв рот, складывает руки на груди практически в молитвенном жесте и делает пару шагов ближе, но Эндрю тут же пресекает его попытку, перегораживая ему дорогу: — Тебе, кажется, пора, — не терпящим возражений тоном объявляет он, но Ники тоже не просто так тут тусуется. — Я единственный человек, который сможет помочь тебе разрулить эту ситуацию. — Здесь нечего разруливать. — О, правда? Я правильно понимаю, что к утру ноги его здесь не будет? — Вряд ли, — внезапно раздаётся голос Ниэр. — Сколько он без сознания? Эндрю несколько секунд сверлит взглядом Ники, но потом всё же отходит к окну и смотрит куда-то в лес. — Не знаю, часа полтора? — Полтора часа?! Он же не умер, правда? Он не может умереть сейчас, — почти кричит Ники, совершенно не заботясь о конфиденциальности, но, несмотря на громкость, на него никто не обращает внимания. — Ты уверен, что не хочешь обратиться к Эбби? Она отличная медсестра и сможет позаботиться о нём. Или можно отправить его в больницу? — Он сказал, что в порядке, — упрямо повторяет Эндрю и едва заметно дёргается. Переведя взгляд, Ники видит, как бандури аккуратно сдвигает чёлку, чтобы рассмотреть лицо. Оно в самом деле кажется смутно знакомым, хотя Ники не может не посмеяться, что до этих пор Эндрю и Аарон были единственными представителями негномьей расы с подобным ростом, встречавшимися ему в жизни. — Это потому что Эндрю стрелял в него! — нацепив на себя самый встревоженный вид, вновь подаёт голос Ники. — Обмороки не происходят просто потому, что кто-то проткнул тебе кроссовку, — Ники кажется, что в тоне бандури есть нотка сожаления, когда она продолжает: — Я не могу здесь помочь, Эндрю, надо разбудить Эбби. — Тогда спокойной ночи, Би, — даже не глядя в их сторону, говорит Эндрю и снова тянется за сигаретами, а потом с нажимом добавляет: — Вот теперь тебе точно пора, Ники.