Часть 3

— Мистер Поппернак. На минуточку, — Уокер строго кивнул, после чего добродушный пухленький помощник шерифа втянул голову в плечи, забавно округлил окуляры-глаза и засеменил к нему через все помещение. Вытянулся по струнке. — Рейнджер! Мистер Корделл! Я хотел сказать... Уокер... Да тьфу-ты ну-ты... Простите. Как правильно к рейнджерам обращаться? Я не привык. В Монтане их не водилось... Не водилось. Ну точно, как будто рейнджеры — какой-то особенный вид паразитов. Ну или на худой конец — еноты какие, на закате полощущие полосатые тельняшки в тазу на пыльном деревянном крыльце. Тьфу, пропасть... Откуда подобная чушь только в голову лезет? Не водилось, а в прошлый раз даже и не тушевался. — Можешь называть меня Уокер, — проговорил важно Корделл, наблюдая, как Поппернак торопливо слизывал сахарную пудру с губ и кончиков пальцев. Как можно все время что-то жевать и глотать, Корделл так и не понял. Те три коробки пончиков, купленные расторопным помощником в их с новым шерифом первый день в Остине для новых коллег, без труда поместились бы в него одного. И, вполне возможно, — еще до обеда. — Спасибо, шеф. Я запомню. Вы что-то хотели, шеф? — он неплохой, довольно радушный и очень улыбчивый малый. Хотя "малый" тут — исключительно фигура речи, конечно. Уокер, разумеется, видел и существенно более крупных людей, но Поппернак — он как-то умудрялся занимать собой все пространство. Не шумел особенно, вроде, не путался под ногами... Обычно тенью следовал за обожаемым боссом — вон даже после перевода за тем из Монтаны поперся. Как женушка примерная. Кстати, насчет следовать тенью... — Мистер Поппернак, а дозволено ли простому рейнджеру будет спросить, где шериф Арлен? Есть несколько важных вопросов, требующих его прямых указаний, и парочка согласований по операциям — отправка пары рейнджеров в Юту на операцию в рамках обмена, распределение патрулей и уточнение деталей облавы на банду… Ехидства в голосе рейнджера Поппернак не расслышал. Набрал в грудь воздуха, выдохнул шумно — будто рядом лопнул пузырь, и покрылся красными пятнами. — Бо... Шериф скоро вернется. У него срочное дело, не требующее отлагательств. Тоня Уолш и Донно вдруг объявились. Открыли здесь недалеко ресторан. Донно, конечно, готовит просто божественно, но ведь бандиты... — и осекся, смешался, уткнул глаза в пол, замолчал. — Бандиты прямиком из Монтаны, а личный состав — ни сном ни духом, — цокнул Уокер. — Как-то нехорошо, Поппернак. Мы-то с ребятами и капитаном Джеймсом считали, что когда большие боссы решили, что рейнджерам здесь на время нужен шериф после некоторых... последних событий... Что они знают, кого посылать... А, между тем, оказалось... Несчастный помощник яростно и очень несчастно кивал в ответ на каждое слово. Наверное, если бы он поднял глаза, рейнджер смог бы заметить в них заблестевшие слезы. Надо же... Уокер, кстати, не собирался. — Ай-яй-яй, Корди. Нехорошо запугивать моих подчиненных и близких друзей, — причмокнул от двери голос, чуть растягивающий гласные на манер янки. Уокер машинально сдвинул шляпу назад и незаметно смахнул со лба капли выступивших бисерин пота. Крупных, как виноград. Ледяная струя устремилась от затылка вдоль позвоночника. Он скосился на кондиционер — надо же, пашет в полную силу. Так что же такое? — Н-насколько близких друзей? — не подумав, ляпнул зачем-то и тут же заработал тихий смешок: — Достаточно близких, Уокер. Что за допрос? Бедняга Поппернак таращился с босса на рейнджера и обратно. То принимался моргать, то открывал рот, собираясь что-то сказать, но закрывал его снова. — Я... Это вырвалось... глупость. Я говорил не о том, — забормотал Корделл, как какой-то дремучий придурок, и закипая почти мгновенно от тонны понимания, немедленно проступившей в этих глазах. Зеленых, в мелкую крапинку... Как будто крошечные точки золотистых веснушек, рассыпанных щедро на носу, по щекам, попали и на яркую, почти как в мультиках, радужку тоже. Да нахер! — Тогда о чем же? — в голосе — ни капли иронии или ехидства, лишь неподдельное любопытство. Искренний, доброжелательный и, мать его, удивительно добрый шериф. Кэсси, не согласись она на ту работенку с федералами, затянувшуюся уже на полгода, сказала бы — "Чувак, шериф — просто огонь. Настоящий плюшевый медвежонок. Милаха". И подмигнула бы с тем своим загадочным видом, как будто видит всех людей в мире насквозь. — О работе, конечно. Нам нужно обсудить план на неделю, вам — раздать указания. И у меня еще рапорт не писан, — выпалил Корделл и по искристым смешинкам, скачущим по расширившимся черным-черным зрачкам, тут же понял — новый промах. "Это фиаско, братан", — сказал бы Хойт. Хм... А Хойту бы понравился Арлен? Уокер сразу же разозлился. Какая разница, что подумал бы Хойт, если Арлен – просто мудак и зазнайка? — Карла уехала назад в Хьюстон вместе с Эмили. В участок вернулся постоянный шериф, и Бо решили перевести, — пискнул Поппернак из-под руки Арлена, когда пауза слишком уж затянулась. Тот перевел на помощника теплый взгляд. Считай, по загривку погладил. Поппернак ластился довольным котом. Заурчал бы еще. — Я не мог оставить Бо одного, отпустить его в новое место. Вдруг здесь маньяки... — Мо, речь была вообще о другом, — сказал мягко он, Уокера дернуло раздражением. — Рейнджер спросил про друзей, я пытался ответить, — простодушно развел руками Поппернак. — Ты спас мою жизнь там, в Монтане. Но другом мне ты стал не тогда. Даже не тогда, когда объявились твои девочки, и Эмили стала помощником детективов... — Карла и Эмили — это моя бывшая с дочкой. Запутанная история, рейнджер. Ну что, ты узнал все, что хотел? Или остались вопросы? А когда он улыбается, от глаз разбегаются такие лучики-складки, что хочется дольше смотреть на него. И вместе с ним улыбаться. Отбросить в сторону рыжеватые волосы, что мешают все разглядеть. На ощупь они, наверное, как сгустившийся, твердеющий воздух… Ногти впились в ладони, наверняка оставляя глубокие полукружия – следы от ногтей. — Да ничего я вообще не хотел, — буркнул Уокер и пулей вылетел прочь. Подхватил набегу шляпу, что не пойми как оказалась вдруг на столе. * — Не начинай даже, — отрезал он позже, почти на ходу запрыгивая в машину лучшего друга. Капитан Ларри Джеймс изо всех сил сдерживал смех, булькающий где-то в горле. Прорывающийся с каждым всхлипом-хрипом наружу. — Да что я такого сказал???? — взревел, не выдержав, Уокер. — "Насколько близких друзей?" Корди, ты это серьезно? Да и вообще — ты поперся к чуваку на разборки, утверждал, что из-за него стоит вся работа, а сам не написал даже рапорт. Да черт побери эти открытые окна и привычку Ларри невзначай подслушивать самые неловкие, мать их, разговоры. — Был занят! — Мы закрыли дело на прошлой неделе!!! Что ты делал все эти дни? Зазубривал личное дело шерифа? Капитан отклонился со смехом, когда в него полетел сапог и тут же — значок. — Эй, не разбрасывайся казенным имуществом! Загремишь под статью! — Угу, если раньше меня не посадят за убийство в состоянии аффекта, — сумрачно буркнул Уокер. – Думаю, все закончится вовсе не этим, – загадочно хохотнул Ларри Джеймс. Машина лихо рванула с места, водитель включил что-то в стиле кантри, музыка грянула из не поднятых окон. Шериф в это время стоял на крыльце, подперев плечом светлую стену и задумчиво разглядывая исчезающее вдали по дороге в клубах пыли авто. — Босс, о чем замечтался? — радостно выкатился вслед за ним Поппернак. — Может быть, лазанью на ужин? — Ты научился готовить? — притворно ужаснулся шериф. — Да делать мне нечего, — фыркнул сияющий, как рождественская елка, помощник. — Тут недалеко ресторанчик, рейнджеры там часто едят. Гарантирую, ты будешь в восторге. — О, дружище, я даже не сомневаюсь, — задумчиво пробормотал Бо, вглядываясь в уже далекие огни фар, постепенно тающие в клубах дорожной пыли.