В Начале

            Детство – это не период с рождения до определенного возраста.

Ребенок вырастает и оставляет детские забавы.

Детство – это королевство, где никто не умирает.

Энда Сент-Винсент Миллей

      

Семья – это единственный принцип.

А правильно или неправильно – уже зависит от семьи.

Все остальное вторично.

      

Ю Несбё

      20 лет назад       Октябрь 1999 года              Из статьи Кармин Цуйгибер.       Первая полоса новостного обозревателя «Армагеддон Cегодня».              «…Раскол в Парадайз Прайм: семейная драма или удар по медиарынку?       Кто не знает историю Морнингстар-Феллов?       Короли британских телепередач и радиовещания, сегодня члены этой семьи решают, какие новости вы услышите за завтраком. Компания с характерным названием Парадайз Прайм взлетела до небес на новом рынке медиаиндустрии.       История этого успеха началась в мае 1984 года, когда Фрэнсис Морнингстар и ее второй супруг Дерек Дж. Фелл приобрели радиостанцию Нижнего Тадфилда, студия которой вплоть до сегодняшнего дня находится на территории Оксфордшира. За пятнадцать лет компания Парадайз Прайм расширила свое влияние в медиапространстве и обзавелась впечатляющей теле– и радиоаудиторией, вытеснив на периферию многочисленных конкурентов.       Между тем, на пути своего взлета компания переживала и кризисные моменты. Пресса хорошо помнит, как в октябре 1990 года произошло таинственное исчезновение основательницы Парадайз Прайм – Фрэнсис Морнингстар. Женщина пропала без видимых на то причин, оставив детей и бизнес на попечение своего мужа Дерека Дж. Фелла. Исчезновение Фрэнсис Морнингстар до сих пор остается загадкой для полиции Соединенного Королевства: тела женщины, равно как и свидетельств о ее возможном местопребывании, обнаружено не было. Официально миссис Морнингстар считается пропавшей без вести, однако ее близкие убеждены в самом печальном исходе:       «Будь Фрэн жива, она бы ни за что не бросила наших детей и своего старшего сына Люция, которому я прихожусь приемным отцом, – прокомментировал ситуацию единоличный глава компании Дерек Дж. Фелл спустя год после исчезновения супруги. – Сейчас непростые времена, как вы понимаете. Мне приходится управлять Парадайз в одиночку, Люций помогает мне, но он еще слишком молод. После гибели дорогой Фрэн моим единственным утешением остается вера в то, что однажды все ее дети достаточно повзрослеют, чтобы помочь мне продолжить дело Парадайз Прайм, как она бы того хотела».       Однако загадочное исчезновение Фрэнсис Морнингстар – дело давно устаревших газетных заголовков. Дерек Дж. Фелл и его наследники, несмотря на семейное несчастье, сумели вывести Парадайз Прайм на доминирующие позиции в мире медиарынка и заслужили признание миллионной аудитории.       Но, как недавно выяснилось, затишье в семье Морнингстар-Феллов оказалось временным. На этот раз внимание общественности к Парадайз Прайм привлек главный претендент на наследство компании.        Люций Морнингстар, как упоминалось выше, является сыном Фрэнсис Морнингстар от первого брака и приемным ребенком Дерека Дж. Фелла, ее второго супруга. После исчезновения матери он стал правой рукой своего отчима в делах управления компанией и, будучи совсем молодым человеком, успешно развивал телевизионные проекты Парадайз Прайм. Однако события последних недель привели к конфликту между ним и Дереком Дж. Феллом, произошедшим после того, как одним из работников компании были опубликованы документы, содержащие компрометирующие Парадайз Прайм материалы.       «Вымогательство, взятки, неприкрытые угрозы – это инструменты, с помощью которых всем известная компания собиралась расширить бизнес в Интернет-сервисах, используя возможности запуска цифрового аудиоконтента, – сообщает мистер П. Пульцифер, контролирующий развитие высокотехнологического оборудования при правительстве Соединенного Королевства. – Насколько мне известно, в Парадайз планировали приступить к производству подкастов о космических инновациях. Стоит признать, что для компании, чья основная бизнес-политика базируется на выпуске теленовостей, это явно очень перспективная идея – перейти границу Интернет-пространства. Но способ, к которому они прибегли для реализации своего плана, абсолютно незаконен и обесценивает любые прогрессивные стремления».       На вопрос корреспондентов о степени вовлеченности Люция Морнингстара в теневую политику Парадайз Прайм мистер П. Пульцифер дал следующий ответ: «Я не хочу делать поспешных выводов. Я читал вскрывшиеся документы: официально имя мистера Морнингстара никоим образом не фигурирует на страницах, свидетельствующих о противозаконных действиях Парадайз. С другой стороны, все прекрасно знают, что мистер Дерек Дж. Фелл доверял новые проекты своему пасынку. Это вопрос, который требует детального разбирательства и показаний старшего мистера Фелла как главы компании. Виновные, безусловно, есть, но высокое положение Люция Морнингстара в Парадайз отнюдь не означает, что он совершал преступные действия».       Общественность ждала реакции руководителей компании в течение недели. И сегодня, 21 октября, в девять часов утра глава Парадайз Прайм Дерек Дж. Фелл наконец выступил с заявлением.       «Прежде всего, я приношу свои искренние извинения всем тем, кто тем или иным образом пострадал в этой возмутительной истории. В Парадайз Прайм всегда отстаивали принципы честного ведения дел, тем больнее для меня видеть, что наши принципы оказались запятнаны бесчестными сотрудниками. Компания с готовностью выплатит компенсацию за каждое нарушение и проведет тщательную проверку, чтобы выявить виновников произошедшего.       Но, боюсь, что больше всего ответственность лежит на мне. Ведь именно я доверил своему пасынку важнейшую часть бизнеса нашей семьи. Теленовости, развитие новых платформ для взаимодействия с аудиторией. Я был уверен в надежности Люция и с сожалением вынужден признать, что ошибся в нем. Все противозаконные действия, совершенные в Парадайз, имеют одну конкретную причину.       Последние несколько лет Люций стремился усилить свое влияние в Парадайз. Он нашел единомышленников внутри компании и убедил их поддержать его в осуществлении корыстных целей. Разумеется, я подозревал об амбициях Люция, но память о его покойной матери и моей жене Фрэнсис не позволяли мне отстранить ее старшего сына от дел Парадайз.       Однако последние события не заслуживают никакого оправдания. На этот раз речь идет не о наших семейных делах, а о репутации Парадайз Прайм. Компания больше не совершит ошибки. Сегодня утром я оформил необходимые бумаги, чтобы навсегда удалить Люция Морнингстара и его сподвижников из Парадайз. Никто из них не вернется, я вам обещаю. Люций лишен какой-либо доли наследства и предоставлен самому себе. Кто-то сказал мне, что такие санкции чересчур жестоки. И вот, что я вам отвечу: я никогда не был суровым отцом, но с сегодняшнего дня Люций Морнингстар мне не сын, а потому наказание будет соответствовать его поступкам.       Мои старшие дети – Гавриил и Микаэль Феллы – помогут мне вести дела Парадайз. Мы отказываемся от курса на сближение с Интернет-сервисами, вместо чего станем работать над выпуском печатных таблоидов.       Думаю, избавление от предателей-бунтовщиков и создание новых бизнес-ориентиров помогут компании продолжить развиваться в направлении, которое больше не поставит под сомнение надежность Парадайз Прайм».       Итак, заявление Дерека Дж. Фелла расставляет точки над i. То, что раньше считалось частным случаем семейной ссоры, оказалось конфликтом в стратегиях современной бизнес-индустрии. Нарушения сотрудников Парадайз Прайм вызваны попыткой радикального перехода на Интернет-контент, осуществленной Люцием Морнингстаром и теми, кто работал под его руководством.       На данный момент следствие о противозаконных действиях крупнейшей британской медиа-компании все еще ведется. Вполне возможно, что нарушители скоро будут объявлены. Люций Морнингстар не давал никаких комментариев и не появлялся в публичном пространстве.       Пока же можно утверждать, что семейная драма в семье Морнингстар-Феллов привела к серьезным внутренним переменам в компании, которые выразились не только в корректировке политики Парадайз Прайм, но и в существенной «чистке» ее сотрудников во главе с недавним руководителем Люцием Морнингстаром…»              5 дней спустя       Из репортажа BBC1 News.       Утренний выпуск новостей.              «…Как сообщалось ранее, следственными органами Соединенного Королевства были выявлены виновники многочисленных нарушений Парадайз Прайм. Наши журналисты прибыли к зданию полиции, куда сегодня утром доставили главных подозреваемых в преступной деятельности компании. О подробностях дела расскажет репортер BBC1 News Тереза Голдсмит:       – …Направь камеру сюда, дорогой. Да вот так, кхм. Чуть левее… Замечательно. Итак, мы находимся на Грейсчерч-стрит прямо перед отделением Скотленд-Ярда. Только что из этих дверей вывели подозреваемых в недавнем деле Парадайз Прайм. Среди них: начальник отдела финансов Фурфур Слейтер и – неожиданно для следствия – племянник основательницы компании Фрэнсис Морнингстар, Энтони Дж. Кроули.        На данный момент известно, что мистер Кроули курировал новый проект еженедельных подкастов об исследовании космоса. Его переход на цифровые платформы оказался связан с теневой политикой компании, сопровождавшейся финансовыми махинациями, шантажом и угрозами в адрес представителей британской бизнес-медиа индустрии. Мистеру Кроули, равно как и остальным обвиняемым, грозит уголовное наказание.       Что касается Люция Морнингстара, полиция заявляет, что его причастность к незаконным действиям Парадайз Прайм до сих пор не установлена.       Прямо сейчас мы видим, как к отделению Скотленд-Ярда подъезжает Гавриил Фелл, старший сын главы Парадайз Прайм. Напомню, что мистер Фелл оказал помощь следствию, проинформировав полицию о нелегальной деятельности Энн Кроули, старшей сестры Энтони Дж. Кроули, против которой выдвинуто обвинение в торговле наркотическими препаратами. По замечанию Гавриила Фелла, Энн Кроули страдает сильной зависимостью от морфина и имеет проблемы психологического характера, что поднимает вопрос о необходимости ее помещения в реабилитационный центр. Медицинский вердикт о состоянии Энн Кроули врачи вынесут в ближайшее время.       Пока это все, что удалось узнать о расследовании знаменитого «Раскола в Парадайз Прайм». Мы продолжаем внимательно следить за событиями и информировать вас. С вами была Тереза Голдсмит…»              2 года спустя              Из интервью Врана Соболя.       Нью-Йорк, Пятая авеню, комната звукозаписи.              «…В. Соболь: Ну что ж, друзья, как я вам и обещал, сегодня у нас необычный гость. Главный плохиш британских теленовостей, его называют – цитирую – «восставшим-из-пепла». Да-да, вы уже догадались. Люций Морнингстар. И скажу по секрету, обладатель самых сексуальных костюмов тройки, что мне доводилось видеть. Я сижу перед ним и могу оценить.       Л. Морнингстар (смеется): И это мне говорит икона стиля молодой Америки.       В. Соболь: Да брось, какая из меня икона стиля…       Л. Морнингстар: Я восхищаюсь твоей бородой, дружище.       В. Соболь: О, это все заслуга моего барбера. Одолжить его тебе?       Л. Морнингстар: Знаешь, я не уверен, что борода мне пойдет.       В. Соболь: Зато я знаю, что тебе точно пойдет, Люций. Новый логотип твоей компании. Не буду скрывать, мы в Америке трепещем от ваших страстей с Парадайз. Итак, Инферно-Стар. Я предположу, что название неслучайное?       Л. Морнингстар: Верно.       В. Соболь: Ага, библейский символизм! Обожаю. Тебя изгнали из семейной компании, а ты в ответ основал свою собственную… Расскажи нам об Инферно-Стар. Ведь знаешь, мы соскучились по тебе за последние два года. Слухов про Люция Морнингстара набралось с адский котел, но сам ты почти не выходил на связь.       Л. Морнингстар: Да, понимаю. Я дал себе время подумать, выстроить стратегию, чтобы оправиться после удара…       В. Соболь: Это был серьезный удар?       Л. Морнингстар: Конечно. Не буду скрывать, я многое вложил в Парадайз за годы управления компанией.       В. Соболь: Я слышал, ты начинал еще подростком.       Л. Морнингстар: Не совсем. Мне было девятнадцать, когда мою мать объявили пропавшей без вести. Что бы ни говорил в своем неуклюжем пиаре Джейкоб Фелл… Да, не удивляйся, он любит, чтобы его звали Джейкобом, а не Дереком. Так вот, что бы Джейкоб Фелл ни говорил, главой Парадайз всегда была мама. Ему стало туго после ее потери. И мне пришлось тащить компанию вместе с ним. Ты знаешь, я учился на ходу.       В. Соболь: Ты был новатором в Парадайз, не так ли?       Л. Морнингстар: Наверное. Новаторы нужны в любой компании, иначе бизнес хиреет и покрывается плесенью. Другое дело, что не все понимают необходимость перемен.       В. Соболь: Кто-то вроде твоего отчима?       Л. Морнингстар: Не называй его так. Но да, я имею в виду Джейкоба Фелла. Он идет протоптанной дорогой: теленовости, радио… печатные таблоиды, черт бы их побрал. Он не мыслит глобально. Будущее в Интернете, в цифровых технологиях. Даже в компьютерных играх.       В. Соболь: Это то, что ты станешь развивать в Инферно-Стар?       Л. Морнингстар: Не только. Я все еще хочу оставить за собой право на новости. Пока не знаю, в каком формате, но время подскажет ответ. А я буду наготове. Я уже наготове, Вран.       В. Соболь: Фух, от тебя исходит жар, приятель. Чувствую, что придет день и Инферно-Стар завоюет медиарынок вашего Королевства.       Л. Морнингстар: Придет день и я приставлю пистолет к седому виску Джейкоба Фелла.       В. Соболь (смеется): В метафорическом смысле, надеюсь?       Л. Морнингстар: Разумеется.       В. Соболь: Твои ближайшие планы?       Л. Морнингстар: Вернуть старых друзей. Собрать команду, с которой я работал в Парадайз.       В. Соболь: Большинство из них отбывает наказание. Я помню, что Кроули-младший был обвинен…       Л. Морнингстар: Он много, в чем был обвинен. И все это брехня, Вран.       В. Соболь: Брехня?       Л. Морнингстар: Именно. Чистой воды брехня. Тони и его сестра выросли в нашем доме, я знаю их. Возможно, ты читал, что мой отец погиб в автокатастрофе. Вместе с ним разбились родители Энн и Тони. И… это очень личная история, ты же понимаешь, я не стал бы о ней говорить, если бы не бессовестная ложь Парадайз.        В. Соболь: Конечно, приятель, я понимаю. И я всецело на твоей стороне. Значит, Энн и Тони Кроули – твои кузены?       Л. Морнингстар: Да, их мать была мне родной тетей по отцовской линии. Знаешь, после той аварии моя мама проявляла истинную заботу к осиротевшим детям. Хоть Кроули и не приходились ей кровными родственниками, она часто забирала Энн и Тони от опекунов. В нашем старом доме мы проводили вместе летние каникулы и Рождество. Мы выросли вместе, все мы… я, кузены Кроули, мои сводные Феллы. Можешь представить себе дом, в котором шесть человек детей?       В. Соболь: С трудом.       Л. Морнингстар: Но это была наша жизнь. Счастливая жизнь, Вран. А потом мама исчезла и все изменилось.       В. Соболь: Да и дети выросли.       Л. Морнингстар: И это тоже. Правда в том, что Джейкоб Фелл всегда желал, чтобы Парадайз Прайм руководили лишь его отпрыски. Он не доверял мне. Что касается Энн и Тони, их Джейкоб вообще считал чужими в нашей семье. Все надуманные обвинения против них непростительны. Это предательство, Вран. Он избавился от нас. И его дети помогли ему это осуществить. Заточить Энн в клинику… Ублюдок Гавриил. Зато в награду получил телевидение. Его сестра Микаэль тоже в компании.        В. Соболь: Кажется, про нее писали в таблоидах.       Л. Морнингстар: Неудивительно. Она же за них отвечает в семейном бизнесе.       В. Соболь: Ох. Быстро освоились.       Л. Морнингстар: О том и речь. Не прошло и двух лет, а Феллы уже захватили позиции. Их младший пока учится в Оксфорде, однако чувствую, что и он скоро будет в деле.       В. Соболь: Так и хочется посмотреть, как любимцы Джейкоба Фелла будут грызть друг друга за его империю.       Л. Морнингстар: До этого не дойдет. Империи не останется, Инферно-Стар поглотит ее. Собственно, Вран, поэтому я пришел сегодня к тебе.       В. Соболь: Рассказать правду о Парадайз?       Л. Морнингстар (усмехается): Какая правда, Вран? Мы все лжецы. Нет, я пришел потому, что знаю: в Парадайз услышат наше интервью. Услышат мои слова. И я пришел предупредить их. Сказать, что я не остановлюсь ни перед чем. Пусть знают, что Инферно-Стар – это ответ на наше изгнание.       Пусть знают, что Инферно-Стар – это их смерть».

       ***

             6 лет назад, район Ковент-Гарден              Этот сентябрьский день выдался особенно пасмурным. Лето оборвалось внезапно даже для синоптиков, обещавших теплую погоду весь первый осенний месяц. Благоприятные прогнозы были заранее рассчитаны и объявлены в новостях. Но в один момент – самым непостижимым образом – показатели метеорологических радаров дали крупный сбой. В Лондон пришла осень, когда улыбчивые ведущие утренних телепередач предрекали солнечные дни.       Воздух стал сырым и тяжелым, ветер – холодным. С Ист-Энда наползали низкие, плотные тучи. На восточной стороне города, там, где черно-синяя завеса окончательно затянула небо, раздавались гулкие громовые раскаты.       Однако дождь запаздывал и никак не начинался.       На заднем дворе роскошного многоэтажного здания стоял грузовик. Двое людей переносили в него аппаратуру: радиоприемники, микрофоны, киносъемочные камеры, комплекты модуляторов, многочисленные провода. Они торопились уехать, но причиной их спешки был отнюдь не надвигающийся ливень.       Мужчина в солнечных очках и черном приталенном пиджаке облокотился на стеклянную дверь служебного входа. Словно хищник, сторожащий добычу, он внимательно следил за суетливыми действиями людей, которые укладывали в грузовик последнее оборудование.       Следил за их побегом.       Кроули даже было жаль этих ребят. Его маленькое искушение обернулось уж слишком большим скандалом, и он не понимал, в чем подвох.       С одной стороны, ему удалось исполнить все в точности, как указал Люций. Босс хотел, чтобы новенький проект их конкурентов – медиаконгломерата Парадайз Прайм – влип в неприятности. По устройству неприятностей Кроули являлся непревзойденным профессионалом, поэтому очень скоро молодые и амбициозные IT-специалисты медиастудии Эдем получили весьма соблазнительное предложение воспользоваться утечкой данных одной американской корпорации. Все бы ничего, да вот корпорация, как выяснилось, отличалась логотипом в виде надкушенного яблока.       Утечка данных Apple так и не произошла, нарушителей вычислили и бросили на растерзание суду и прессе. Эдему не дали слова на оправдание.       Честно говоря, Кроули считал это непреднамеренной попыткой кражи. Он, как никто другой, умел подтасовывать информацию, упускать критические детали, вводить в заблуждение. Чудо-хакеры из Эдема толком и не поняли, в какую рискованную авантюру ввязались. Но искушение состоялось, теперь виновники несли наказание.       Во всей этой истории Кроули смущало другое. Ему никто не мешал. В Парадайз Прайм должны были глотки рвать за репутацию своего проекта. Но противники Инферно-Стар оставались безучастны. Если только… Кроули озлобленно прищурился. Если только руководители Парадайз сами не хотели избавиться от чересчур прогрессивно-либерального детища. Эдем был молод, хорош и непредсказуем. Последнее могло напрягать больших боссов из Парадайз.       Грузовик был готов отправляться. Работники Эдема, которые не попали под следствие, съезжали с прежней студии. Кроули мысленно поторапливал их: не дай Сатана, не успеют свалить до появления журналистов. Ему и самому пора бы сматываться.       Но едва Кроули посетила эта благая мысль, как он заметил еще одного наблюдателя. Тот стоял у противоположной стороны внутреннего перехода, прямо на открытой под дождливым небом площадке. Светлые кудри, невысокий рост, кашемировое пальто викторианского стиля.       Кроули узнал его. И тут же в изумлении поднял брови. Что здесь забыл младший сынок достославного сэра (черт бы его побрал) Джейкоба Фелла – главы Парадайз Прайм?       Кроули помнил имя этого денди, перепутавшего девятнадцатый век с двадцать первым. Азирафаэль. Кажется, последний раз они мельком виделись… да, очень давно. Будто бы в другой жизни.       Младший из Феллов нервно сжимал ладони. Осенний ветер подхватывал полы его молочного пальто, безжалостно трепал белоснежные кудри. Вот только Азирафаэль не обращал на непогоду ни малейшего внимания. Он, как и Кроули минутой ранее, следил за грузовиком.       «Его не должно быть здесь», – думал Кроули. Это так же неестественно, как увидеть полярную сову в авиарии для ворон. Как потомственного лорда в компании хиппи. Как антикварную Бентли среди новомодных тачек Феррари. Но Азирафаэль Фелл был здесь, провожал взглядом опальный Эдем и даже не прятался от возможного наплыва прессы. Благо журналистов пока нет, и тем не менее… Свой божественный имидж сотрудники Парадайз Прайм охраняли остервенело. Одной фотографии младшего Фелла вблизи здания накосячившей студии будет достаточно для сочного заголовка в новостях… С другой стороны, его семья и создавала новости, не так ли?       Кроули подкрался к нему со спины.       – Шутка не очень удалась.       Младший Фелл дернулся от неожиданного вторжения.       – Простите?       – Я сказал, шутка не очень удалась, – терпеливо повторил он. Интересно, долго ли Фелл рискнет простоять рядом с ним – Кроули – притчей во языцех из компании плохих ребят? Или сразу сбежит, чтобы ненароком не засветиться в обществе печально знаменитого Змия Инферно-Стар? – Ну попытались ребята проникнуть в базу данных. Не выгорело. С кем не бывает? Куда веселей вышло бы, умудрись эти умники и правда взломать Apple. Как минимум, вошли бы в историю.       Азирафаэль недовольно взглянул на него.       – Они и так в нее вошли. И не без чьей-то помощи, – с намеком произнес он. – Скандалы, освещение прессы, судебные разбирательства, – перечислял Азирафаэль. – А если и до уголовной ответственности дойдет…       – Не-а, – протянул Кроули. – Готов поспорить, что не дойдет. Ваши не позволят измарать себе репутацию. Умнут неприятности с законом и дело с концом. Недаром Эдем – всецело ваш проект, – последнюю фразу Кроули едва ли не прошипел.       Азирафаэль вдруг заинтересовался своими ладонями.       – Уже не наш.       – Как так? – Кроули усмехнулся. – Парадайз Прайм вновь расчищает палисадник и бросает виновников на произвол судьбы?       Фелл не заметил его иронии. Или сделал вид, что не заметил.       – После такого скандала в американских новостях… Я имею в виду, было бы немыслимо продолжить держать Эдем при себе. Это подорвало бы доверие инвесторов. И наших зрителей тоже. Мы скорее отпускаем Эдем эм… в свободное плаванье.       – Вы отпускаете их в шторм, – заметил Кроули. (Надо же Азирафаэль Фелл, сын говнюка Джейкоба, все еще не шарахался от него! Зная собственную репутацию, Кроули, будь на то его воля, сам бы держался подальше от себя) – Ни защиты покровителей, ни финансирования. Да еще парочка судебных тяжб в придачу. Ребятам не с чего начинать, они вышли в ноль. Хотя…       Тут Кроули замолк и поколебался пару секунд, но в итоге решил, что не нарушит уставов Люция, если чуток поделится слухами с Азирафаэлем, который (охренеть просто!) продолжал с ним разговаривать.       – До меня доходила информация, что Эдему якобы отдали богом забытую радиостудию в Тадфилде. Типа, чтобы ребята не прогорели совсем. Если источники не врут, конечно. Мне даже интересно, кто тот беспечный ангел в управлении, доверивший им пригородное радиовещание.       Чего Кроули не ожидал, так это заалевших щек Азирафаэля. И обиженного взгляда.       – Почему сразу беспечный? Риски минимальны. К тому же, каждый заслуживает возможности реабилитироваться и уж точно…       – Так это был ты?!. Ты отдал им Тадфилдское радио?       Кроули благословил судьбу, что предусмотрительно надел очки, спрятавшие его откровенно восторженный взгляд за черными стеклами. Неужели перед ним сейчас действительно родной сын Джейкоба Фелла? Один из претендентов на наследство Парадайз Прайм? Младший братишка ублюдка Гавриила и хладнокровной стервы Микаэль?       – Да, отдал! – ответил Азирафаэль с вызовом в голосе. – И что? Ты сам сказал, им нужна точка старта.       – Я не говорил такого, Ангел, я лишь констатировал ее отсутствие.       Кроули и сам не понял, как обращение слетело с языка. Он не хотел, честно! Просто это мягкое, воздушное слово – Ангел – оно так подходило ему. Азирафаэлю.       Азирафаэлю из семьи Феллов, блядь! Кроули, ну о чем ты на хер думаешь?       – Да я к тому, – он попытался загладить колючую паузу. – В смысле, серьезно? Студия в Тадфилде? Ведь мы все… То есть, вы все с нее начинали.       Очередная оговорка Кроули имела причину. Много лет назад с покупкой Тадфилдской радиостанции начался совместный бизнес Морнингстар-Феллов. Еще до распада семьи. Азирафаэль, сволочь деликатная, снова сделал вид, что не заметил невольно брошенных Кроули слов.       – Это было очень давно, – мягко сказал он. – Сейчас про радио в Тадфилде никто и не помнит. Гавриил занят теленовостями, Микаэль – таблоидами.       «Неужели тебе досталось бесперспективное радио?» – думал Кроули, вглядываясь в младшего Фелла.       – Я сумел убедить Парадайз, что Эдему стоит дать второй шанс, – Азирафаэль совершенно искренне (и, может, даже не отдавая себе в том отчет) прижал руки к груди. – Надеюсь, это не выльется во что-то плохое.       Кроули пожал плечами.       – Смотря, что считать плохим. Как по мне, у ребят из Эдема есть потенциал. Другой вопрос, к чему он приведет в итоге.       И тут Кроули пришла в голову мысль. Мысль, настолько смелая и безрассудная, что он побоялся ее обдумывать и выпалил сгоряча:       – А впрочем, знаешь, за ними стоит наблюдать. За Эдемом.       В глазах младшего Фелла что-то блеснуло. Азирафаэль сразу же спохватившись, недоверчиво свел брови к переносице и всеми силами изобразил непонимание. Но слишком поздно. Кроули умел читать людей, и хулиганская искра в глазах Азирафаэля сказала ему гораздо больше, чем все его слова.       Кроули пошел ва-банк:       – Признайся, что тоже думал об этом.       – Разумеется, нет!       – Разумеется, да.       Азирафаэль застыл на миг, а потом, повернув голову, долго и внимательно всматривался Кроули в лицо. Это что? Такой психологический прием? Или Азирафаэль действительно думает, будто тоже сможет его прочитать? Какие серые у него глаза, совсем как у Люция.       Наконец, Азирафаэль кивнул:       – Немного, – он сглотнул, перевел взгляд на исчезающие вдали фары грузовика, который увозил скромную аппаратуру Эдема. – Я немного думал о подобном варианте.       На щеку Кроули упала ледяная капля, он задрал голову. Что ж, вот и долгожданный дождь. Над Вест-Эндом нависло непроглядное полотно набухших туч. Серая пелена с фиолетовыми вкраплениями, без единого проблеска чистого светлого неба.       Не успела вторая капля упасть на щеку Кроули, как темно-фиолетовый цвет над его головой сменился бежевым с кремовым оттенком. И странной, ничуть не стильной тартановой клеткой.       Азирафаэль раскрыл над ними зонт. Чуть подвинулся, чтобы Кроули шагнул ближе.       И Кроули шагнул.       – Возможно, мне удастся убедить своих в Парадайз продолжить приглядывать за Эдемом, – осторожно произнес Азирафаэль.       – Для этого вам нужен свой человек внутри системы, – подсказал Кроули и покосился на соседа по зонту. – Много ли найдется в Парадайз добровольцев?       – Один, может быть, и найдется.       Кроули выдал согласное «хм».       – Я вот тоже думаю, что от нас нужен человек. В конце концов, мы не меньше вашего поучаствовали в изгнании Эдема. Жаль бросать перспективный проект на радость конкурентам, – он чуть толкнул Азирафаэля локтем. – Здоровое соперничество никто не отменял, верно, Ангел?       И вот он снова сделал это. Не нарочно, просто соскользнуло с языка.       Но Азирафаэль, прекрасно расслышавший ангельское обращение, только улыбнулся. Лучисто и самую капельку озорно. Кроули нигде не встречал такой улыбки.       – Я Азирафаэль, – все-таки вежливо поправил он.       – Я помню.       И в ответ на вопросительно поднятые брови он добавил:       – Кроули. Можешь звать меня Кроули.