Глава 4. Предложение

Пятница наступила внезапно, хотя Мануэль, казалось, прожил в ожидании целую вечность. За кулисами «Echoes» затихала музыка предыдущей группы и нарастал гул толпы, пока он смотрел в щель между занавесами. Клуб поражал масштабом. Ничего общего с тесными пабами, где они обычно играли. Многометровые потолки растворялись во мраке, откуда свисали созвездия софитов, заливавшие танцпол всеми цветами радуги. Лазерные лучи кроили густой туман, то и дело высвечивая портреты рок-звезд на стенах. Мануэль нервно ощупывал гитару, пытаясь в ней заземлиться. Здесь все было реально. Если не налажают, в «Echoes» их ждало настоящее будущее. — Блин, меня сейчас вывернет, — Финн согнулся и приложил руку ко рту. — Только посмей, — Мануэль толкнул его в плечо. — Нам еще выступать, придурок. — Две минуты, — бросил охранник. Сара вжалась в стену и беззвучно двигала губами, закрыв глаза: то ли молилась, то ли прогоняла партии. Джейк, наоборот, метался туда-сюда, с остервенением разминая руки и плечи. — Эй, принцесса, — он подмигнул Мануэлю. — Спорим, я сегодня не накосячу? Мануэль закатил глаза: — Если накосячишь, клянусь, я эти палочки тебе… — А теперь встречайте «Titans of Tomorrow»! — взорвался динамик, обрывая перепалку. Мануэль со свистом втянул воздух: — Ну что, порвем их? Толпа встретила их криками поддержки. Свет ударил по глазам белой вспышкой, но он уже различал лица в зале: сотни глаз, устремленные на них. В глубине темнел силуэт Дэниела. Опершись о барную стойку, он неторопливо покачивал бокал в руке. — Привет, «Echoes»! — выкрикнул Мануэль, и зрители взревели в ответ. — Мы «Titans of Tomorrow» и собираемся разнести это место к чертям! Он выдохнул и заставил все лишнее уйти. Остались только он и гитара. Медиатор дернул струны, и первый рифф прозвучал остро и чисто. Джейк подхватил ритм, вбивая бит. Бас Сары прокатился низкой волной, от которой завибрировал пол. А потом Финн запел, и зал затих. Люди у сцены заинтересованно подались вперед. Музыка текла сквозь Мануэля. Пальцы яростно бегали по грифу: быстрее, жестче, чтобы услышали все. На припеве его голос сплелся с голосом Финна и разнесся в пространстве — акустика была потрясная. Толпа колыхалась и прыгала, заряжаясь их энергией. Какая-то девушка расталкивала людей, пробираясь ближе к сцене. Парень в салатовой футболке неистово мотал головой. Даже бармен замер с бутылкой в руке и смотрел в их сторону. Последний проигрыш Мануэль вывел, запрокинув голову. Прозвучал финальный аккорд, и аплодисменты грянули без задержки, кто-то свистел, кто-то кричал: — Еще! Мануэль откинул мокрые волосы с лица. Улыбка растягивала щеки. Они сделали это. Чертов «Echoes» был у их ног. — Спасибо! — выдохнул он в микрофон. — Вы охренительно круты! За кулисами эйфория била через край. Мануэля трясло от переизбытка энергии. — Вашу мать, ребята! — Финн сгреб их в объятия. — Мы сделали это! — А ты сомневался? — ухмыльнулся Джейк. Сара просто улыбалась, слишком потрясенная, чтобы говорить. — Вы разорвали, — Дэниел вошел в подсобку. — Я знал, что вы хороши, но это… впечатляет. Мануэль почувствовал, как от похвалы загорелись щеки, и не сразу сообразил с ответом. — Спасибо за шанс, — выручила Сара. — Это было нереально. Дэниел улыбнулся: — Это только начало. Если готовы пахать, можем замутить что-то действительно большое. Он повернулся к Мануэлю: — Отличная энергия. Такой страсти не научишь. Она либо есть здесь, — он постучал по груди, — либо… — он развел руками, как бы говоря: ничего не поделаешь. — Спасибо, — Мануэль встретил его взгляд, стараясь говорить ровно. — Я знаю, что могу больше, и готов вкалывать. Дэниел одобрительно кивнул, сверкнув глазами: — Вот это настрой. С таким далеко пойдешь. — Он хлопнул в ладоши: — Ладно, ребята, ловите момент, празднуйте. Вы заслужили. А завтра… — он сделал многозначительную паузу, — завтра начнем работать над тем, чтобы ваше шоу срывало крышу. Когда его шаги стихли, Джейк присвистнул: — Ого, кажется, мы впечатлили большого босса. — Он правда верит в нас? — Финн все еще выглядел оглушенным. — Похоже на то, — пожала плечами Сара. — После такого концерта я готова поверить во что угодно. Мануэль молчал, переваривая произошедшее. Восторг от выступления мешался со странным трепетом от слов Дэниела. Что-то сдвинулось сегодня в его мире, и это было одновременно упоительно и жутко.

***

Следующие недели слились в один бесконечный день, насыщенный музыкой и адреналином. Дэниел, с репутацией одного из самых успешных продюсеров новой волны, погрузился в работу с группой. После каждого шоу он анатомировал их выступление, щедро раздавая похвалу и критику. — Финн, твой вокал эволюционирует на глазах, — говорил он, жестикулируя бокалом. — Но ты должен трахать сцену, а не просто красиво стоять на ней. Его взгляд скользнул к Саре: — Твой бас — хребет всего звучания. Но не бойся иногда показать зубы, особенно в сольниках. — Джейк, — он повернулся к барабанщику, — ты бьешь как демон, но как насчет добавить немного точности в это адское варево? Когда очередь дошла до Мануэля, в глазах Дэниела вспыхнул хищный огонек: — Ману, твоя игра сегодня… Ты будто с цепи сорвался. — Я чувствовал, что сегодня все получится, — он вытер лоб, надеясь, что движение выглядит небрежным. — Публика была невероятная. — Не только публика, — Дэниел шагнул в его личное пространство. — Но знаешь, что сделало бы твое выступление убийственным? — Дай угадаю, больше пиротехники? — он усмехнулся. — Отпусти себя и дай волю самым темным желаниям. Зал почувствует этот голод. Мануэль сглотнул: — Звучит как-то пугающе. Ты часом не в секту меня вербуешь? — А ты боишься? — Дэниел прошелся пальцами по его плечу. — Или просто прячешься за шутками? Когда он отошел, Мануэль поймал на себе внимательный взгляд Сары и поспешно отвернулся, пряча лицо за волосами.

***

Регулярные концерты в «Echoes» постепенно сделали «Titans of Tomorrow» местной сенсацией. У группы даже появились преданные фанаты, которые приходили на каждое шоу и знали песни наизусть. Они играли все слаженнее, а Мануэль на сцене будто перерождался: пальцы летали по струнам быстрее, чем он успевал думать, спина выпрямлялась, подбородок вздергивался. На ударных акцентах он вскидывал голову, отбрасывая волосы назад. Зал уже узнавал это движение, и Мануэль купался во внимании. Но в эпицентре происходящего всегда был темный взгляд Дэниела. После очередного сета, когда от успеха еще кружилась голова, продюсер поймал его в подсобке: — Загляни ко мне в офис через полчаса. Есть разговор. В назначенное время Мануэль стоял перед дверью. Было уже за полночь, и пустой, непривычно тихий клуб казался декорацией к фильму ужасов. — Входи, — окликнул Дэниел. Офис оказался храмом рок-музыки. Стены увешаны платиновыми дисками, в углу — древний проигрыватель для винила и стеллаж с пластинками, на полках — биографии музыкальных легенд и технические руководства по звукозаписи. Но главным было огромное окно во всю стену. Оно выходило в зал клуба и открывало полный вид на сцену и танцпол. Снаружи оно казалось зеркальным, но изнутри было полностью прозрачным. Идеальный наблюдательный пункт. Сейчас пространство освещала только настольная лампа, оставляя неосвещенными углы. Дэниел сидел за письменным столом, перед ним поблескивали два стакана и бутылка с янтарным напитком. — Присаживайся, — он наполнил бокалы. — Тебе ведь уже есть восемнадцать? Мануэль опустился на стул напротив. — Да, недавно стукнуло, — сказал он с пугающей легкостью. Что-то в этой интимной полутьме, в изучающем взгляде Дэниела толкнуло его солгать, хотя семнадцать исполнилось только на прошлой неделе. — А разве ты не в выпускном классе? — Дэниел прищурился. — В восемнадцать обычно уже со школой прощаются. — Год пропустил из-за болезни, — Мануэль пожал плечами. — Пневмония. Долго валялся в больнице. Дэниел удовлетворенно улыбнулся: — Прекрасно. Знаешь, что перед тобой? — Виски? — Мануэль изобразил скуку. — Доводилось пробовать. Дэниел хмыкнул, приподняв бровь: — Но не такой. Двадцатилетней выдержки. Попробуй. Мануэль неуверенно поднял стакан. Аромат оказался неожиданным: не та дешевая сивуха, что они тайком пили с ребятами. — Не торопись, прочувствуй букет, — голос Дэниела стал мягким. — Сложный и многослойный, как хорошая музыка. Мануэль сделал глоток и не сдержал гримасы. Дэниел усмехнулся с какой-то странной нежностью: — Непривычно, да? Это настоящий виски, малыш. Топливо для вдохновения. Он поднялся и направился к панорамному окну, жестом приглашая Мануэля следовать за собой. — Смотри, — его рука очертила пустой зал внизу. — Отсюда весь зал как на ладони, ничего не спрячешь. Чувствуешь себя почти богом, — в голосе проскользнула властная нотка. — Все под контролем. И однажды ты тоже сможешь так. Держать в кулаке целые стадионы, управлять их энергией. Мануэль стоял, завороженный картиной внизу, и представлял, как тысячи людей в обожании скандируют его имя. Ладонь Дэниела легла на плечо. — Ты растешь очень быстро. Твоя игра становится глубже и… опаснее. Мануэль повернулся. Дэниел стоял так близко, что можно было разглядеть все щетинки на его лице. Ближе, чем когда-либо раньше. — У тебя дар, который случается раз в поколение, — сказал он и поднял стакан. — За твой талант. Виски прокатился по горлу огнем, оставив тепло в груди и легкое головокружение. — Ладно, к делу, — Дэниел вернулся за стол и забарабанил пальцами по поверхности. — У меня предложение. Как насчет индивидуальных занятий? Мануэль поднял голову так быстро, что волосы хлестнули по щекам: — В смысле… только я? Глаза Дэниела вспыхнули в полумраке, когда он наклонился через стол: — Именно. Писать ты уже умеешь, а я научу цеплять. Чтобы после твоих песен людей колотило. Отточим технику, тексты, сценический образ, харизму… Я превращу тебя в легенду. Мануэль судорожно сглотнул. От этих слов, от хрипотцы в голосе Дэниела, от его близости внутри все вибрировало, но от ужаса или возбуждения, он уже не понимал. — А группа? — спросил он тихо. Дэниел повел плечом: — Они хороши, но… — его взгляд впился в Мануэля, — в тебе я вижу больше. Настоящее пламя. Хочу раздуть его в пожар. — И много таких… пожаров ты уже устроил? — пробормотал Мануэль, скрывая нервозность за слабой улыбкой. — Все они погасли слишком быстро, — Дэниел улыбнулся, и от этой улыбки сердце рухнуло куда-то в живот. — Так что скажешь? Позволишь вытащить наружу всех твоих демонов? Мануэль глубоко вдохнул. Он знал, это его билет. Тот самый шанс, о котором он молился годами. И он скорее сдохнет, чем упустит его. — Да, — ответил он. — Господи, да. Просто… насчет оплаты… Дэниел оборвал его взмахом руки: — Забудь о деньгах. Считай это… моей инвестицией в будущее. — Он снова придвинулся ближе: — Мы с тобой перевернем этот гребаный мир. За наше партнерство. — За… демонов, — отозвался Мануэль, поежившись. Они чокнулись, и на этот раз виски обжег горло почти приятно. То ли алкоголь начал действовать, то ли от того, как смотрел на него Дэниел, но Мануэль вдруг почувствовал себя всемогущим, будто весь мир лежал у его ног, ожидая, когда он соизволит им завладеть.