Часть 7

Дима сел перед ноутбуком и глубоко вдохнул, настраиваясь на предстоящий разговор. Он с некоторой неуверенностью взглянул на блистер с таблетками, которые ему выписал психиатр на случай, если тревожность в какой-то момент начнет выходить из-под его контроля, но решил пока не прибегать к ним. Все же ему не слишком хотелось превратиться в законченного тревожника, который хватается за таблетки при самом незначительном волнении. Хотя, конечно, конкретно сейчас, справедливости ради, волнение переходило за границу небольшого. Почти весь день он прокручивал у себя в голове мысли о том, как может пройти самый важный созвон на сегодня, который по совместительству должен был стать заключительным на этой неделе. И при всем его старании мыслить хоть немного позитивнее, чем обычно, Дмитрию не удавалось убедить себя в том, что разговор может пойти хорошо. Морально он готовился к очередному краху, но все равно понимал необходимость предпринять еще одну, должно быть, последнюю попытку поговорить с Мико. После того, что Отто посоветовал ему сделать в больнице, Дима пришел к выводу о том, что это действительно не самый плохой вариант. Конечно, он больше склонялся к тому, что Мико, которая явно обозначила, что ей нужна вся компания, едва ли согласится на дележку, да еще и не в свою пользу. Но не попробуешь — не узнаешь? Так ведь? В конце концов, он уже столько наслушался от вздорной девицы с момента похорон Августа, что едва ли она придумает слова, которые ударят по нему еще больнее. Так что оставалось только подготовиться к очередному скандалу, попытаться поверить, что у него все же может что-то получиться, и хотя бы изображать внешнее спокойствие. По крайней мере, к тому, что Мико попытается вывести его на яркие эмоции, он уже точно был готов. И не собирался поддаваться на это. Сделав небольшой глоток ромашкового чая из чашки, Дмитрий отставил ее в сторону и открыл нужное приложение, скосив взгляд на часы. Он вздохнул и кликнул на окошко встречи, сразу мягко улыбнувшись Мико, которая уже ждала его. — Здравствуй, Мико. Спасибо, что согласилась со мной пообщаться, — негромко произнес он, твердо намерившись быть максимально вежливым и невозмутимым. — Я просто понадеялась, что ты наконец-то решил поступить разумно, отдать мне компанию и жить спокойно. Но, судя по твоей улыбочке, ты собираешься снова меня в чем-то убеждать, — Мико показательно закатила глаза в камеру и откинулась назад на спинку кресла, всем своим видом изображая безразличие к тому, что бы Дмитрий ей ни сказал. — Кстати, что ты сделал с собой? Тебе что, четырнадцать лет, чтобы ходить с такой прической и дырками в ушах? — Ты права, Мико, — решив пропустить замечания насчет небольшой смены образа, мягко ответил Дима, с удивлением для себя понимая, что ему не так уж и сложно не вестись на откровенные провокации. Возможно, он просто привык к этому. Возможно, после, с позволения сказать, инцидента, он немного переоценил взгляд на некоторые вещи. И понял, что не все заслуживает того, чтобы слишком сильно заострять на этом внимание и трепать себе небесконечные нервы. — Я очень сильно хочу просто жить спокойно. Поэтому решил пообщаться с тобой о Holt International, если, конечно, ты будешь так любезна меня выслушать. — Да говори уже, — Мико фыркнула и махнула рукой. — Сил нет выслушивать твои дежурные вежливости, ангел ты мой терпеливый, давай уже ближе к делу. А то я уже начинаю жалеть, что решила выделить время. — Как скажешь, — Дмитрий слегка кивнул и сделал еще один глоток чая. — Я предлагаю тебе поделить компанию. Не поровну, разумеется, уж прости. Я все еще считаю, что Август прекрасно знал, что делает, когда записал все на меня, — Дима ненадолго опустил глаза, чтобы собраться и говорить дальше. — Я готов отдать тебе 45 процентов, мне не нужно, чтобы ты их у меня выкупала. Это внушительная доля, на мой взгляд. И также я все еще предлагаю тебе все те же условия, о которых говорил с тобой изначально. Ты будешь вести все дела компании, представлять меня на всех переговорах, если сочтешь это нужным. Но окончательные решения буду принимать я. И, Мико, я не собираюсь оспаривать каждое твое слово и каждое твое предложение, если ты переживаешь об этом. Я правда считаю, что ты разбираешься в таком деле лучше меня, так что я готов тебе довериться. Мне просто необходимо знать, что происходит в компании. Если тебе нужно время, чтобы это обдумать, мы можем обсудить мое предложение позже, — закончив, Дима удобнее и более расслабленно устроился в кресле и взял в руки чашку. Признаться, он был очень доволен собой, потому что смог совершенно спокойно произнести то, что собирался, ни разу не сбившись. Хотя под абсолютно уничижительным взглядом Мико держать себя в руках было тяжеловато. Впрочем, не то чтобы Мико смотрела на него так первый раз в жизни. К тому же тот факт, что девушка ни разу не перебила его за все то время, что он говорил, давало ему небольшую надежду, что ван дер Хольт все же хоть немного, но задумалась о том, что ей предложено. Дмитрий внимательно посмотрел на Мико, которая так же пристально смотрела на него, чуть склонив голову. — Мне не нужно об этом думать, — наконец, равнодушно сказала она, пожимая плечами. — Мое мнение не изменилось. Мне нужна вся компания. Пока ты не появился в нашей жизни, Август готовил меня, как свою наследницу. Так что ты забрал то, что принадлежит мне, — Мико фыркнула, бросив на Диму очередной озлобленный взгляд. — И твоя подачка в виде доли в компании мне не нужна. Мне нужно, чтобы ты вернул то, что должно быть моим. — Мико, — Дмитрий тихо вздохнул и покачал головой. — Мне очень жаль, что ты так думаешь. Но я ничего у тебя не отбирал, я никогда ничего не просил у Августа, все решения насчет того, что ему принадлежало, он принимал сам, без моего участия, — он потер переносицу. — Мико, если честно, мне просто сейчас очень нужна твоя помощь, — девушка вскинула брови, но, прежде чем она успела в очередной раз как-то поддеть его, Дима продолжил: Дагбаев угрожает мне, моей семье, моим близким. Я понимаю, что до тебя ему добраться практически невозможно, и ты в праве считать это не своей проблемой. Но я правда рад, что тебе ничего не угрожает. Все, о чем я могу попросить тебя, это принять мое предложение, чтобы наша с Августом дочь, твоя племянница, была в безопасности. Мы подпишем договор, что ни один из нас не может продать долю без согласия другого, ты будешь заниматься тем, что хотела, а Аврора будет в безопасности, потому что давить на меня одного будет просто бессмысленно. Пожалуйста, пойди мне навстречу, — он несколько устало посмотрел на Мико, понимая, что это действительно последний довод, чтобы убедить девушку. Диме хотелось верить, что, несмотря на показательную напускную колючесть и холодность, Мико еще не разучилась сочувствовать. Хотя бы членам своей семьи, пусть и она принципиально демонстративно предпочитала игнорировать тот факт, что Дима — муж ее старшего брата и на совместных встречах он не лишний. — С чего мне помогать твоей дочери? — Мико повела плечами, негромко хмыкнув. — Ты знаешь, что нужно сделать, чтобы господин Дагбаев перестал быть твоей проблемой. — Ты прекрасно знаешь, что Аврора такая же дочь Августа, как и моя, Мико, — не сдержал очередного вздоха Дима. — У нее его отчество и Август любил ее больше всего на свете. Я понимаю, что ты ничего не хочешь делать для меня, и я не виню тебя в этом. Но, думаю, Август бы поспорил с тем, что Аврора не твоя племянница. В этот раз пауза немного затянулась. Дима даже позволил себе допустить мысль, что сумел достучаться до совести или человечности, которые должны были оставаться в Мико. Даже если она будет просто из принципа стоять на своем, Дмитрий посчитал своим успехом уже хотя бы то, что девушка не ответила ему сразу же резким отказом. Наконец, Мико плавно повела плечами. — Мне нужно время, — задумчиво протянула она, слегка прикусывая губу. — Я напишу тебе, когда буду готова дать ответ. — Спасибо, Мико, — с некоторым облегчением произнес Дима. Не успел он сказать что-то еще, девушка молча сбросила звонок, и Дмитрий шумно выдохнул. Он быстро допил уже прохладный чай и ненадолго прикрыл глаза, привычно потирая переносицу. Разговор дался ему очень нелегко, но Дима не мог мысленно не похвалить себя за то, что держался он с достоинством. Возможно, стоило попытаться вести себя так и раньше. Кажется, когда Мико поняла, что он не собирается остро реагировать на все ее колкости и жарко спорить с ней, она потеряла к этому интерес. И, наконец, стала готова к тому, чтобы обсудить все как взрослые люди. Во всяком случае, насколько это было возможно в случае Мико и ее тяжелого характера. Еще немного посидев в кресле, чтобы перевести дух и перестроиться с мыслей о работе, Дима спустился из кабинета в гостиную. И тут же заулыбался, когда Аврора, отвлекшаяся на него от игры, с радостным возгласом «папа!» уверенно пошагала ему навстречу. Дмитрий сделал несколько шагов к ней и сел на пол, расставляя руки. — Ави, моя милая, — ласково произнес он, когда девочка ткнулась в него, обнимая маленькими ручками. Дима ласково погладил ее по спине и поцеловал в макушку. — Как у вас тут дела? — он взглянул на Отто, когда дочка вернулась к своим игрушкам, разложенным на ковре. Он подобрался поближе, с интересом наблюдая, что делает Аврора. — Все хорошо, — Шрайбер чуть улыбнулся, не без удовольствия смотря на, кажется, вполне себе умиротворенного Диму. — Аврора хорошо поспала, мы с ней погуляли рядом с домом. — Спасибо, Отто, — Дима слегка кивнул и, не удержавшись, провел пальцами по светлым волосам дочери, с нежностью смотря на нее. — Надо будет нам съездить в парк на выходных. Ави, поедем завтра в парк смотреть на белочек? — он заулыбался, когда девочка уверенно закивала. И подумал о том, что можно будет пригласить Валика составить им компанию. — Как прошел Ваш разговор с Мико? Если хотите поговорить об этом, — негромко поинтересовался Отто, чуть склонившись вперед, сев ближе к краю дивана. — На удивление не так плохо, как я себе представлял, — чуть задумчиво произнес Дима. — Во всяком случае, она перестала принципиально резко говорить «нет» в ответ на все, что я ей предлагаю. И обещала подумать. Такой ответ я слышу от нее первый раз, — он усмехнулся. — Так что спасибо тебе за совет. — Не за что. Я рад слышать, что все сдвинулось с мертвой точки. Я не сомневался, что Вы сможете до нее достучаться, Дмитрий, — Шрайбер слегка кивнул, с некоторым облегчением думая о том, что есть неплохая перспектива того, что у его работодателя станет на один повод для беспокойства меньше. Дима чуть улыбнулся своему телохранителю и переключил свое внимание на Аврору, которая подобралась к нему поближе с книжкой. Увлекшись общением с дочерью, которая тыкала ему пальчиком в картинки с животными и выслушивала объяснения Димы, что это за зверек и как он говорит, он не сразу заметил, что что-то стало как-то не так. Мельком бросив взгляд на Отто, который с крайне хмурым видом уткнулся в телефон, что-то очень внимательно читая, Дима почти сразу вернулся к книжке и Авроре. Но совсем скоро понял, что такой взгляд для Шрайбера был совершенно не характерен. — Отто? — слегка обеспокоенно позвал его Дмитрий. — Все хорошо? — Да, все в порядке, — поспешно ответил Шрайбер, блокируя телефон. — Отто, ты не умеешь врать, — Дима посмотрел на своего телохранителя даже с некоторым осуждением. — Что ты там увидел? — Я просто не хотел волновать Вас раньше времени, Дмитрий, — Шрайбер негромко вздохнул. — Я увидел новость о том, что в «Зазеркалье» пожар. Пока не понятно, насколько это все серьезно, я просто старался найти об этом побольше информации. — Пожар? — растерянно переспросил Дима, нервно сглотнув. Почти сразу он почувствовал, что по его спине побежал холодный пот, а внутри все начало сжиматься в липкий комок тревожности. Дима шумно судорожно выдохнул и дрожащими руками достал из кармана телефон, набирая номер Валика. — Спасибо, Ави, — растерянно охрипшим голосом произнес он, когда дочь буквально впихнула ему в руки свою любимую игрушку. — Он не берет, — совсем тихо произнес Дмитрий, едва только звонок просто сбросился от слишком долгого ожидания. После того, как несколько звонков остались без ответа, Дима ощутил, как его буквально захлестывает страх. Почувствовав, что он буквально не может вдохнуть носом, Дмитрий с трудом разжал сведенную челюсть, чтобы с шумом вдохнуть хотя бы немного воздуха. Все вокруг сразу стало для него каким-то нереальным, и Дима растерянно закрутил головой, стараясь сконцентрировать свое внимание хоть на чем-то. Что никак у него не получалось. Взгляд не задерживался ни на чем даже на несколько секунд, а в голове толком не было мыслей. Только страх и мерзкое ощущение того, что он не может дышать. — Дмитрий! Дмитрий! — он слабо застонал, почувствовав, что кто-то крепко держит его за плечи, слегка встряхивая. — Выпейте таблетку. Дима едва заставил себя хотя бы немного приоткрыть рот, чтобы Отто мог пропихнуть таблетку и сразу прислонить стакан к его губам, чтобы он смог эту самую таблетку запить. Ожидаемо сразу легче ему не стало, и Дмитрий заерзал, чувствуя острое желание просто свернуться в клубок и хныкать от того, насколько ему было плохо. Сейчас ему буквально просто не хотелось быть, не хотелось чувствовать на себе все это. Хотелось только одного — чтобы все это просто как можно скорее закончилось, пока он окончательно не сошел с ума. — Дмитрий, слушайте меня, — настойчиво произнес Отто, даже не думая отпускать Диму. — Мы еще ничего не знаем. У Валентина может быть очень много причин не брать трубку, — постарался сказать он как можно размереннее. — Дмитрий! — он снова позволил себе слегка встряхнуть Диму, видя по совершенно расфокусированному взгляду, что его начальник снова уходит куда-то вглубь себя и вот-вот захлебнется в своей панике. — Пожалуйста, слушайте, что я говорю. Сделайте короткий вдох. Дима, — Шрайбер чуть повысил голос, привлекая к себе внимание. — Короткий вдох. Давайте, — Отто вдохнул вместе с Димой. — Теперь затаите дыхание на пару секунд и медленно выдыхайте, — он снова вдохнул и после легкого кивка неспешно выдохнул вместе с Дмитрием. — Хорошо. Давайте еще несколько раз. Сумев, наконец, сосредоточиться на голосе своего телохранителя и с некоторым усердием делая с ним дыхательные упражнения, Дима через какое-то время начал чувствовать, что сознание слегка проясняется. Слушая Отто и послушно дыша так, как ему говорит Шрайбер, Дмитрий постепенно стал чувствовать, что бесконтрольная тряска в его теле медленно, но все же начинает проходить, а дышать с каждым разом становится все проще. Почувствовав, что Диме, наконец, полегчало, Отто отпустил его плечи, все еще слегка взволнованно смотря на него. — Как Вы? — негромко спросил Отто, заглядывая в глаза и с облегчением находя там уже куда более осмысленный взгляд. — Легче, — чуть хрипловато ответил Дима. — Спасибо, Отто. Ты мне очень помог, правда, — искренне произнес он, понимая, что, если бы в таком состоянии оказался один, то неизвестно, к чему бы все это привело. — Не благодарите, — Шрайбер тихо выдохнул. — Дать Вам еще одну таблетку? — Да, пожалуйста, — Дмитрий слегка кивнул и выпил еще одну таблетку, во избежание того, чтобы его снова накрыло панической атакой. — А где Ави? — покрутив головой, спросил он. — Я попросил забрать ее в детскую, чтобы она не волновалась. Не беспокойтесь, она в полном порядке, — поспешил заверить Отто. — Хорошо, — Дима кивнул и пригладил волосы, вновь шумно выдыхая. — Отто, я поеду к «Зазеркалью». Буду звонить Валику и на горячую линию. Не знаю, — он покачал головой, потирая щеки. — Просто не могу сейчас сидеть на месте и ждать неизвестно чего. — Поехать с Вами? — участливо спросил Шрайбер, впрочем, и так уже зная ответ. Оказавшись возле клуба, Дима почувствовал себя, мягко говоря, неуютно. Если это слово вообще было уместно применить к сложившейся обстановке. Кажется, все же ехать сюда было очень плохой идеей. Но что вообще в этой ситуации было идеей хорошей, Дмитрий себе ответить так и не смог. Пока он ехал в такси, Дима попеременно то листал все новости в ленте по тегу и по ключевым словам, выискивая хоть какие-нибудь списки, то судорожно названивал Валентину, то безуспешно пытался дозвониться на вечно занятую горячую линию, то строчил Вале сообщения, все еще надеясь хоть на какой-то ответ. Если честно, Дмитрий и сам не смог бы посчитать количество написанных «Валик, ты где?», «Валик, я очень волнуюсь» и «Валик, ответь хоть что-нибудь, пожалуйста». Но все настойчивые звонки и сообщения так и оставались без ответа. Дима очень старался не думать о самом худшем варианте, но сейчас это казалось просто невозможным. Уже успев неплохо изучить привычки Валика, Дима был почти полностью уверен в том, что вечер пятницы Валентин проводил в своем любимом клубе. И в голове Дмитрия не могли не мелькать параноидальные мысли, что о привычках и обыденном расписании Валентина мог знать не только он один. Смотря на полыхающий клуб, на работу спасателей и вслушиваясь в сирены и крики, Дима поймал себя на том, что начинает просто цепенеть. Раньше бы он кинулся помогать и спасать кого мог, но теперь вся эта обстановка боли и отчаяния просто вводила его в ступор. И ему пришлось приложить к себе большое усилие, чтобы сдвинуться с места. Стараясь не подходить слишком близко, чтобы никому не мешаться и не отвлекать медиков от их работы, Дима попытался высмотреть тех, кому оказывалась помощь. Но людей было настолько много, что выискать в такой толпе знакомое лицо казалось просто невозможным. Дима старался хотя бы думать о том, что, если Валентин и был в клубе, то он успешно выбрался. Просто выронил телефон, ну или оставил на столе, поэтому и не мог ответить. Но с каждой минутой успокаивать себя было все труднее. Дмитрий даже не сдержался и вздрогнул, чуть не выронив телефон, когда мобильный завибрировал в его руке, оповещая о том, что ему поступил звонок. Все еще не веря, что правильно прочитал имя контакта, Дима поспешно поднес телефон к уху. — Валик! — сорвавшимся голосом произнес он. — Валь, ты в порядке? — взволнованно спросил он, сжимая телефон в ладони. — Все хорошо, Дим, — явно непонимающе произнес Валентин. — Что произошло? Столько сообщений и звонков… Ты сам в порядке? Что у тебя там так шумит? — Прости, я… — так и не договорив, Дима отошел подальше от загороженной территории клуба, чтобы все эти звуки трагедии были не так сильно слышны в трубке. — Валь, «Зазеркалье» прямо сейчас горит, ужасный пожар. Мы часто ходили вместе именно по пятницам, и я подумал, что… — он оборвался, просто не в силах договорить свои самые страшные предположения. — Ох, Дима, — Валя шумно выдохнул и ненадолго замолчал. — Прости, пожалуйста, что я так долго не отвечал тебе. У меня был клиент, а я всегда отключаю звук на телефоне, когда я работаю. Так что я даже ничего не знал, я вот только что закончил, — негромко произнес Валентин, кажется, судя по голосу, все еще пребывая в небольшой растерянности. — Ты тоже извини, что телефон тебе оборвал, — уже куда спокойнее сказал Дима, прохаживаясь по улице. — Я просто очень сильно испугался. — Я понимаю, Дим. Я бы тоже очень испугался, — сразу же без сомнений ответил Валик. — Ты сейчас у клуба? — У того, что от него осталось, — вздохнул Дмитрий, с тоской посмотрев в сторону уже бывшего «Зазеркалья». — Слушай, я уже прибрался. Мне идти минут десять. Подождешь меня? — осторожно спросил Валя. — Да, конечно, — Дима осмотрелся, думая, как лучше сориентировать Валентина. — Я в небольшом сквере у клуба. Буду на лавочке тебя ждать. Дмитрию показалось, что следующие десять минут тянулись как самая настоящая вечность. Несмотря на то, что он даже поговорил с Валентином по телефону, почему-то его никак не отпускали мысли о том, что пока он не увидит и не обнимет Валю, то до конца так и не поверит в то, что с Валиком действительно все в порядке. Возможно, дело было в том, что он просто слишком долго и сосредоточенно накручивал себя. И теперь никак не мог заставить себя отпустить мысли о том, что с его близким человеком произошло что-то по-настоящему страшное. И Дима уже сам просто не мог разобраться в том, что было реальностью, а что было плодом его слишком сильно разбушевавшейся фантазии. — Валя! — едва только он завидел знакомый силуэт, поспешно приближающийся к нему, Дима вскочил на ноги. Он пошел к Валентину навстречу и, прежде чем успел подумать, что он вообще делает, обнял Валю за шею, потянув его на себя, и поцеловал в губы. Если Валик и удивился, наверное, в последнюю очередь ожидая именно такого приветствия, то никак не показал этого. Приободрившись тем, что никто не оттолкнул его, Дима с намеком провел языком по чуть приоткрытым губам, и Валик сразу позволил ему углубить поцелуй. Возможно, ему стоило получше подумать. Возможно, не стоило делать это в общественном месте. Но сейчас Дмитрию хотелось только целовать Валентина и прижимать его к себе, словно с каждым таким приятным мгновением внутри него все больше разливалось долгожданное спокойствие. Когда Дима смог отстраниться, он провел ладонями по щекам Вали, коснулся его волос и снова крепче обнял, облегченно выдыхая. — Ну все, все, — Валентин стал ласково успокаивающе поглаживать Дмитрия по спине, даже не пытаясь отстраниться. — Все хорошо, Дима. Мы с тобой оба в полном порядке, не переживай, — мягко проговорил Валя, ближе склонившись к уху Димы и стараясь даже особенно не смотреть в сторону клуба, который уже почти успели потушить. — Все хорошо, — тихо повторил он. — Прости. Я правда ужасно боялся за тебя, — Дмитрий все же немного отстранился, стараясь взять себя в руки. Едва ли сейчас кому-то поблизости вообще было до них дело, но все же, должно быть, кому-то могут и не понравиться два мужчины, которые буквально вцепились друг в друга. — И я… — он запнулся, кусая себя за губу. — Валь, я не мог перестать думать о том, что я просто не справлюсь, если я еще раз потеряю близкого человека в ужасной катастрофе, — совсем тихо произнес Дима, отворачивая голову. — Дим, — Валентин мягко заставил его повернуться. Валя осторожно снял с него очки и ласково провел пальцами по щекам, стирая появившиеся слезы. — Мне очень жаль, что тебе пришлось такое пережить, это правда ужасно. Извини, что я заставил тебя так волноваться. — Я все понимаю, Валь, — Дмитрий тихо вздохнул, позволяя просто стирать слезы со своего лица. Сдерживаться рядом с Валиком совершенно не хотелось, и он просто позволил себе дать волю своим эмоциям. — Просто я теперь не могу не думать о том, что за всем этим стоит Дагбаев. И, если это правда он, то он снова попытается причинить тебе вред. Нам просто повезло, что сегодня ты работал дольше обычного, — Дима покачал головой, невольно снова покосившись на бывшее здание клуба. — Мы пока этого не знаем, — Валентин ласково погладил Диму по волосам и вернул ему очки. — Не накручивай себя, пожалуйста, — негромко попросил Валя, догадываясь, что, если Дима станет изводить себя тревожными мыслями, это очень плохо скажется на его состоянии, которое еще даже толком не успело прийти в норму. — Ты так легко одет. Ты наверняка замерз, — Валик снял с себя шарф, выше поднимая горловину своего пальто, и намотал его на совершенно голую шею Дмитрия. — Я очень спешил, так что просто схватил пальто, — даже несколько виновато произнес Дима, чуть сжав пальцами ткань мягкого теплого шарфа. — Валь, ты не хочешь поехать ко мне? — очень осторожно спросил он, боясь быть как-то неверно понятым. — Я собирался пригласить тебя поехать завтра в парк, погулять с Авророй. Но, если честно, мне и сейчас очень хочется просто побыть с тобой рядом. Если что, я ни на что не намекаю и не настаиваю, — на всякий случай добавил Дима. — Я с удовольствием, Дима, — Валентин мягко улыбнулся. — Мне тоже очень хочется просто побыть с тобой и с Авророй.