Спираль

Джисон всегда гордился своей способностью скрывать эмоции и уходить в тень, когда ситуация становилась некомфортной. Но с Минхо прятаться было некуда. Каждый взгляд, каждое слово, произнесенное между ними, было похоже на вызов, как будто они были заперты в игре, в которую никто не соглашался играть. — Итак, что ты делал прошлым вечером? — Небрежно спрашивает Минхо, прислонившись к дверному косяку Джисона. Его тон был легким, но в глазах читается тревожная напряженность, резкая и неумолимая. — Ничего особенного, — пожимает плечами Джисон, заставляя себя встретить взгляд Минхо. Он чувствует его тяжесть, ощущает, как Минхо вникает в пробелы между его словами, ища правду, которую Джисон отказывается давать. — Хм, — бормочет Минхо, его губы кривятся в слабой ухмылке. — Тебе стоит попробовать заняться чем-то более интересным. Жизнь слишком коротка, чтобы проводить ее… в одиночестве. Внутренности Джисона скрутило. Он тяжело сглотнул, в горле внезапно пересохло. Это снова была способность Минхо говорить все и ничего одновременно, рисовать картину, не прикасаясь к холсту. Джисон вынужденно рассмеялся и покачал головой. — Спасибо за совет, кэп. Но Минхо не рассмеялся. Он просто задержался на мгновение, чтобы оттолкнуться от дверного косяка, и его плечо коснулось плеча Джисона, когда он проходил мимо. Прикосновение было мимолетным, но оно оставило след, словно призрак, от которого Джисон не может избавиться.

◯

Напряжение между ними стало невыносимым. Джисон вновь и вновь прокручивал в голове каждый разговор, каждый взгляд. Он не уверен, что именно – сила или уязвимость – притягивает его к Минхо, но что бы это ни было, оно пугает его. Одновременно с тем завораживает. Однажды поздно вечером, после долгого душа, Джисон сидел на диване, свободно обмотав полотенце вокруг талии. Он взглянул на цифровые часы, мягко светящиеся на полке, - их присутствие было постоянным напоминанием о безмолвной связи, которую он разделяет с Минхо. Он медленно вздохнул, перебирая пальцами край полотенца. Он знал, что Минхо наблюдает за ним. Он чувствовал, как тяжесть этих невидимых глаз впивается в его кожу. Часть его тела хотела прикрыться, спрятаться от вторжения, но другая часть – более темная, более голодная – хотела проверить границы дозволенного. И он это сделал. Снова.

☽

Когда он увидел Минхо в следующий раз, воздух между ними был удушливым. Не было нужды в словах, напряжение говорило само за себя. Улыбка Минхо была напряжённой, взгляд острее, чем обычно. — Ты был… занят, не так ли? — Минхо спросил низким голосом, почти шепотом. Джисон почувствовал, как его пульс бешено забился. Он знал, что Минхо имеет в виду, но не собирался доставлять ему удовольствие признанием. Вместо этого он пожал плечами и прислонился к стене. — Просто живу своей жизнью. Тебе стоит как-нибудь попробовать. Минхо засмеялся – мягкий, опасный звук. — О, я так и делаю. Даже больше, чем ты думаешь.

◑

Их общение стало более смелым, более острым. Минхо перестал притворяться, что скрывает свою одержимость, а Джисон перестал притворяться, что его это беспокоит. Более того, он начал все больше подыгрывать ему. Он стал выступать перед камерой, двигаясь целеустремленно, позволяя своим рукам задерживаться на теле, одежде. Он поглядывал на часы, ухмылялся, а потом отворачивался, оставляя Минхо гадать, что будет дальше. Может быть, ему нравилось чувствовать, что за ним наблюдают, что кто-то рядом, невидимый, но всезнающий. Иногда он делал паузу, не сводя глаз с камеры. Его взгляд был острым и вызывающим, словно бросая вызов Минхо, чтобы тот попытался уследить за каждым его движением. Он медленно покачивал бедрами, дразня, наслаждаясь моментом. В этом был какой-то кайф – знать, что глаза Минхо устремлены на него, что каждое его движение препарируется. Казалось, что Джисон контролирует ситуацию, играет в собственном ритме, заигрывая с невидимыми границами, которые провел Минхо. Но в глубине души Джисон не мог избавиться от неприятной истины. Не он контролировал ситуацию. Не совсем. Игра все еще принадлежала Минхо, даже если на какой-то миг он взял верх. Но Минхо не собирался уступать. Джисон стал повсюду находить маленькие напоминания о чужом присутствии. В кухонном шкафчике появилась новая пачка его любимого чая. На его телефон стали приходить загадочные сообщения с неизвестных номеров. Однажды, вернувшись домой, он обнаружил, что окно его спальни слегка приоткрыто, хотя был уверен, что закрыл его утром. Это была игра в кошки-мышки, но никто не знал, кто преследует, а за кем гонятся. — Тебе нравится внимание, не так ли? — Спросил Минхо однажды вечером. Они были одни в квартире Джисона, часы зловеще светились на заднем плане. Джисон встретил его взгляд, не желая отступать. — Может быть. Но не притворяйся, что тебе не нравится его давать. Ухмылка Минхо стала шире, и на мгновение они просто уставились друг на друга, тишина потрескивала электричеством. Никто из них не произнес ни слова, но в этом и не было необходимости. Теперь границы между ними полностью стерлись.