Глава 31. Призрак в Сети

После событий, где Ханка Роботикс создала искусственное тело для спасения Наташи Романофф, в Ниихаме 2030-х начинают происходить аномалии. Цифровые разрывы — порталы иного типа, не физические и не духовные, а информационные — открываются между Ниихамой и...Матрицей. Доктор засекает эти аномалии и понимает, что кто-то в Ниихаме уже их расследует. Этот кто-то — Девятый отдел. Мотоко Кусанаги, майор Девятого отдела, стояла у панорамного окна своего кабинета и смотрела на огни Ниихамы. Город жил своей обычной жизнью: голограммы рекламы мерцали над небоскрёбами, аэромобили текли по воздушным магистралям, миллионы людей и киборгов спешили по своим делам. Но майор чувствовала — что-то изменилось. — Доклад, — сказала она, не оборачиваясь. Бато, сидевший за консолью с чашкой кофе, вывел на голографический экран схему Сети. Участки, помеченные красным, пульсировали тревожно и часто. — За последние трое суток зафиксировано семнадцать аномалий. Все в Сети. Характер — нестандартный. Не взлом, не вирус, не фантомный сигнал. Это похоже на разрывы в самой структуре данных. Как будто кто-то прорывается извне. — Извне? — Мотоко обернулась. — Сеть не имеет «вне». Она глобальна. — Вот именно. — Бато сделал глоток. — А это лезет откуда-то, чего в Сети нет. Тогуса, сидевший за своим столом, оторвался от планшета: — Арамаки хочет, чтобы мы взяли это в разработку. Есть ещё кое-что. Ханка Роботикс. Создательница кибернетических тел. Она тоже засекла аномалии. И она уже отправила запрос в наш отдел. — Ханка Роботикс? — Мотоко прищурилась. — Я слышала о ней. Гений. Эксперт по кибермозгам. Почему она интересуется дырами в Сети? — Вот это нам и предстоит выяснить, — ответил Тогуса. — Она ждёт нас завтра утром. На следующее утро Мотоко и Бато подъехали к мастерской Ханки. Здание было старым, окружённым складами и автоматическими мастерскими. Входная дверь открылась, и на пороге стояла сама Ханка — невысокая, с коротко стриженными тёмными волосами и руками, которые даже сейчас что-то подкручивали в небольшом приборе. — Майор Кусанаги, — Ханка коротко кивнула. — Спасибо, что пришли. Прошу за мной. Она провела их через мастерскую, заполненную прототипами тел, схемами и голографическими проекторами, в заднюю комнату. Там стояла синяя полицейская будка. Бато замер: — Это ещё что? — Машина времени, — ответила Ханка так, будто это было самой обычной вещью в мире. — Но это не моя. Это... Дверь будки открылась, и на пороге возник высокий седовласый мужчина в помятом бархатном пиджаке. — О! — сказал он, увидев Мотоко и Бато. — Новые лица! Замечательно. Я Доктор. Просто Доктор. А вы, полагаю, из Девятого отдела? Я ждал вас. Мотоко остановилась. Её кибернетический взгляд просканировал мужчину. Никаких имплантов. Никаких кибермозгов. Никаких технических улучшений. И однако этот человек стоял в машине времени и говорил так, будто её визит был предопределён. — Что такое ТАРДИС? — спросила она. — Это ТАРДИС и есть, — Доктор похлопал по синей стенке будки. — Машина времени и пространства. Она перемещается между мирами и эпохами. А Ханка помогла мне с одним проектом. Вроде того тела, что мы создавали... ну, неважно. Главное — у нас общая проблема. — Дыры в Сети, — уточнила Мотоко. — Именно. Только это не дыры. Это порталы. Цифровые порталы, ведущие в другую реальность. В будущее. В мир, который ещё не наступил. Бато переглянулся с Мотоко. Оба молчали. — Позвольте мне объяснить, — продолжил Доктор, и начал настраивать голографический проектор. — Ваш мир — это не просто мир. Это симуляция. Или, точнее, станет симуляцией в будущем. Через пару столетий Машины построят систему, которая поработит человечество, и создадутвиртуальную реальность, которую назовут Матрицей. А ваш мир, Ниихама 2030-х — это её ранняя версия. Первая итерация. Мотоко ничего не ответила. Она прошла через свою долю иллюзий, фальшивых воспоминаний и цифровых обманов. Слова «ты живёшь в симуляции» не были для неё шоком. — Допустим, — сказала она. — Что это за порталы? — Разрывы между вашей версией реальности и будущей Матрицей. Схлопывание мультивселенной, о котором я говорю уже несколько недель, проявляется и в цифровом слое. Кто-то из будущего пытается пробиться сюда. — Кто? — Люди. Сопротивление. Те, кто сражаются с Машинами. Они называют себя гражданами Зиона. И они ищут выход. Ханка подключилась к Сети через свой кибермозг. Её тело осталось в кресле, но сознание переместилось в цифровое пространство. Мотоко последовала за ней — её собственный кибермозг позволял погружаться глубже, чем любой обычный хакер. Они оказались в пространстве, напоминавшем белую пустоту с обрывками кода, парящими в воздухе. А в центре стояли двое. Мужчина в длинном кожаном плаще и с тёмными очками — даже здесь, в Сети, он не снимал их. И женщина с короткими чёрными волосами и спокойным, оценивающим взглядом. — Морфеус, — представился мужчина. — Это Тринити. Мы из Зиона. — Майор Мотоко Кусанаги, Девятый отдел, — ответила она. — Как вы проникли в нашу Сеть? — Через разрывы, — ответил Морфеус. — Они открылись три дня назад. Сначала мы думали, что это ловушка Машин. Но потом поняли — это проход в прошлое. В первую версию Матрицы. Ханка шагнула вперёд: — Первую версию? Значит, наш мир — это... — Да, — кивнула Тринити. — Вы живёте в симуляции. Но не в той, которую построили Машины, чтобы поработить вас. Эта версия была создана раньше. Экспериментальная. Вы — поколение, которое ещё не знает, что оно уже внутри. Мотоко медленно переварила информацию. Она всегда подозревала, что реальность сложнее, чем кажется. Слишком много странностей. Слишком много аномалий. Иллюзорная природа бытия была ей знакома — не как философская концепция, а как боевой опыт. — Если вы можете пройти к нам, — сказала она, — значит, и мы можем пройти к вам. — Можете, — ответил Морфеус. — Но будьте осторожны. Агенты Матрицы уже засекли разрывы. Они попытаются закрыть их. И если вы окажетесь внутри, когда это произойдёт — вы застрянете там навсегда. — Значит, надо не застревать, — спокойно ответила Мотоко. Когда Мотоко вышла из Сети, она обнаружила, что в мастерской появились новые лица. Двое: девушка с длинными серебристыми волосами и парень с красными, собранными в хвост. От обоих исходила странная энергия, которую её кибернетические сенсоры не могли идентифицировать. — Это Рендзи и Исане, — представил их Доктор. — Синигами. Боги смерти. Не спрашивайте. — Уже спросила, — холодно ответила Мотоко. — Что такое синигами? — Проводники душ, — ответила Исане и мягко улыбнулась. — Мы помогаем душам умерших попасть на тот свет. Но сейчас мы просто помогаем Доктору. Мотоко долго смотрела на неё. Потом повернулась к Доктору: — Вы сказали, что Матрица — симуляция. Что мы внутри неё. Но если существуют души, и есть те, кто их провожает, значит, симуляция — не абсолютна. Она не охватывает душу. — Именно! — Доктор просиял. — Вы схватываете на лету. Матрица — это клетка для тел. Но души — вне её юрисдикции. Синигами могут входить в Матрицу и выходить из неё, потому что они — духовные сущности. А вы, майор, со своим кибермозгом, находитесь на границе между телом и душой. Вы — мост. — Я — мост, — повторила Мотоко без эмоций. — Вы — призрак, — тихо сказала Исане, глядя на Мотоко своими спокойными целительскими глазами. — Я вижу вашу душу, майор. Она яркая. И она принадлежит вам. Не телу. Не машине. Вам. Мотоко ничего не ответила. Но что-то в её взгляде изменилось. Бато, стоявший у стены, кашлянул: — Ладно. Допустим, всё это правда. Допустим, наша реальность — симуляция. Что теперь? Вы предлагаете нам разорвать её? — Нет, — ответил Доктор, и его голос стал серьёзным. — Я предлагаю сохранить её. И вашу, и ту, будущую. Но для этого нам нужно стабилизировать разрывы. А для этого потребуется помощь вас обоих — майора Кусанаги и Ханки. Вы — те, кто понимает и цифровой мир, и реальный. Вы — ключ. Поздно ночью Мотоко стояла на крыше мастерской Ханки и смотрела на огни Ниихамы. Город, который она всегда считала своим, теперь казался немного иным. Не менее реальным. Но более хрупким. Рядом возникла Ячиру — розоволосый ураган, который каким-то образом пробрался на крышу незамеченным. — Ты грустишь? — спросила она. — Я не грущу. Я анализирую. — А, это как у Рен-рена. Он тоже анализирует, когда грустит. Мотоко не ответила. Ячиру, ничуть не смутившись, уселась рядом, свесив ноги. — Исане сказала, что у тебя красивая душа. Она редко такое говорит. А она видит души. — Я — киборг. У меня искусственное тело. — И что? — Ячиру пожала плечами. — У меня тоже есть тело. Но я — это я. Тело — это просто одежда. Главное — кто внутри. Мотоко скосила глаза на розоволосую девочку. Что-то в этих словах — простых, детских — задело её глубже, чем все философские трактаты о природе сознания, которые она когда-либо читала. — Ты мудрее, чем кажешься, — сказала она. — Я знаю! — радостно ответила Ячиру и полезла в карман. — Хочешь печенье? Спустя минуту к ним поднялись остальные. Доктор, поправляя пиджак, сказал: — Завтра мы попробуем стабилизировать первый разрыв. Майор, вы с нами? — Да, — ответила Мотоко. — Но не потому, что я верю в вашу мультивселенную. А потому, что аномалии угрожают моему миру. Я защищаю его. — Это достойная причина, — Доктор улыбнулся. — Добро пожаловать в команду, майор Кусанаги. Далеко не все, кто путешествует со мной, верят во всё сразу. Но они всё равно меняют мир. Мотоко кивнула и вернулась к созерцанию города. Завтра ей предстояло шагнуть в цифровой разрыв и оказаться в будущем, где люди порабощены Машинами, а Сопротивление ищет Избранного. Но это уже совсем другая история.