Вернутся к фанфику

Часть 8

28 мая 2024, 10:38

22 декабря, 1982 год

— Нарцисса, кто явится сегодня вечером? — Люциус не проконтролировал кому жена отправила приглашения на рождественский ужин в Малфой-мэноре, и вспомнил об этом лишь за пять часов до торжества. — Милый, а не поздно говорить об этом? — ласково проводя по его щеке спросила девушка. — Не поздно, — скинув ее тонкие пальцы, он резко раскрыл ящик стола с вещами жены и достал оттуда список гостей. — Темная Леди разрешила показать им Беллу, — не обращая внимания на грубость проговорила Нарцисса. — С каких пор ты стала близка с Темной Леди? — отвлекаясь от списка, пристально всматриваясь в глаза жены спросил он. — Она говорила это перед выходом из мэнора, милый, — не меняя тона ответила девушка, отходя от мужа. — Нотты, Гринграссы, Паркинсоны, Манчини, Забини, Снейп, который как всегда не соизволит придти, — Люциус поднял глаза, неверяще смотря на Нарциссу, — ты пригласила Темную Леди? — Да, — подняв голову ответила миссис Малфой. Она не будет отчитываться за свои действия, тем более если они были вполне оправданы. — Ты из ума выжила, Нарцисса?! — перешел на ледяной шепот Люциус, — скажи, дорогая, тебе мало проблем? Или может адреналин в кровь ударил? Ты просто скажи, я тебе все устрою. — Попробуй, Люциус, — от нежного голоса не осталось и следа. В карих глазах загорелся блеск, напоминая, что он говорит не с обычной волшебницей, которая была готова на все ради денег Малфоя, а с одной из сестер Блэк, достойной представительницей гордого дома Блэк. Всему есть предел. И даже терпение Нарциссы, ее понимание и ласка когда-то заканчиваются, уступая место более безжалостной версии. — Может тебе не хватает общения? Или новых вещей? Сумочек? — не смотря на перемену в настроении жены не собирался останавливаться Люциус, — Может, тебе нужен новый сорт цветов из-за границы? Платье от новой коллекции? Колье с камнями? Чего тебе не хватает? — он подходил все ближе. Шаг назад. Люциус сделал шаг к ней. — Тебе не нравится спокойная жизнь? — шаг к ней. — Хочется риска? — шаг к ней. Назад, назад. Стена. Нарцисса уперта спиной к стене. — Не забывай о том что ты простая женщина, сидящая дома и тратящая мои деньги! — помоему, он сам не хотел этих слов. Не хотел, но сказал. И прижал ее вплотную. Палочка к горлу. — Я лишь трачу твои деньги? — ее голос был настолько опустошен и спокоен, что у Люциуса невольно пробежались мурашки. Что он только что сказал? Что это было? Что на него нашло, чтобы сказать такое любимой жене? Палочка давила на горло. Не стоило забывать о том, что Нарцисса была одной из лучших учениц Хогвартса, с детства обучавшаяся по всем традициям Блэков. — Не подходи ко мне, — непонятно было, эти горькие слова, наполненные вкусом слез и разочарования скорее прошипели или прошептали, но Люциус покинул покои, не смотря ей в глаза. Что он только что сказал? Для чего?

* * *

Несмотря на любые разногласия и ссоры, в этот вечер они должны были держаться как счастливая супружеская чета, ожидавшая второго ребенка. Гости прибывали, шумели, пили и неплохо проводили время. Но Лорд Малфой не мог расслабиться пока не прибудет Темная Леди. Он не знал как отреагируют на ее появление семьи, не входящие в состав Пожирателей, такие как Гринграссы или Паркинсоны. Люциус знал, что у Темной Леди было две, а может и больше личностей, и она могла придти под любой. Даже под оборотным. Вдруг она анимаг? Определенно, это была бы самая выгодная позиция. Наконец, он разглядел в толпе черноволосую девушку, которая явно выделялась неопределимой силой, исходящей от нее. Опять. Опять его магия среагировала на нее, радостно возбуждаясь. Она была подпиткой. Как наркотик. Понимаешь, что так нельзя и это опасно, но хочешь еще. Играть со смертью по ее правилам заведомо проигрышно. Девушка выделилась из толпы и направилась к ним, гордо откидывая волосы назад. Мужская половина зала смотрела на неизвестную гостью, в каждом движении которой чувствовалась грация и непоколебимость. Черное струящееся платье в пол, небрежно заколотые волосы и пристальный взгляд, на упускающий из внимания ни одну деталь. — Моя Леди, — поклонился Люциус, поцеловав руку Госпоже. Сердце замирало. Смерть всегда дьявольски красива и соблазнительна. — Мы рады видеть Вас здесь, — проговорила Нарцисса, и Эстель улыбнулась ей уголками губ. Какие отношения связывали Темную Леди и его жену? — До конца вечера в моих рядах должен быть Гринграсс и Паркинсон, — ее голос был сравним со льдом, но от него по всему телу шел жар. Желание. — Моя Леди, позвольте мне заняться этим, — сзади показалась Беллатриса, выглядящая так, будто не провела пару лет в самой страшной тюрьме магической Британии. — Рада видеть тебя здоровой, Белла, — отодвинулась от темы Эстель, пристально разглядывая Пожирательницу, — на твоих плечах лежит задание подготовить достойных людей в наши ряды для рейда на Азкабан, и чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее твой муж будет свободен. У тебя время на исходе. При упоминании мужа что-то в ее взгляде погасло. — Они почти готовы, Госпожа, — поклонившись сказала она, но в голосе умерли все веселые нотки. Как будто с ними осталась ее оболочка. — Мне не нужно почти, мне нужно уже, — прошипела ей в лицо Эстель, — я не умею ждать, и мне казалось что ты это помнишь. — Приношу свои извинения, Моя Леди, они будут готовы через неделю, — чуть тише сказала Беллатрикс, не поднимая головы. Она будет тренировать их в десять раз яростнее. Лишь бы Родольфус был на свободе. — Можешь идти, — кивнула ей Темная Леди, снова переключаясь на чету Малфоев, — после торжества мне нужны добровольно согласившиеся Паркинсон и Гринграсс, готовые принять метку, — нужно больше сторонников. Больше сильных людей — быстрее рейд на Азкабан. И тогда будет еще больше людей. Том бы гордился ею. — Мне нужен Манчини через пятнадцать минут, — отдала она последний приказ и направилась в уединенную комнату в конце дома.

* * *

— Почему такая прекрасная девушка стоит одна? — Америго подошел к какой-то неплохой шатенке, которая держала бокал с шампанским в руке и осматривала толпу, — Неужели для Вас не нашлась подходящая компания? — Я была бы не против если бы вы составили мне ее, — кокетливо ответила девушка, поправляя волосы, — как ваше имя? — Америго Мончини, к Вашим услугам, — поклонившись улыбнулся парень, — а Вы, я так полагаю Афродита? Лицо девушки пропустило улыбку, а глаза засияли. Они все ведуться. На красивую внешность и комплименты. Каждая, без разбора. Блондинки и брюнетки. Стройные и пухлые. С голубыми и карими глазами. Чистокровные и полукровки. Все. — Мое имя Джин, — неплохое имя, но он не запомнит. Ему просто похуй на то, как ее зовут. — Очаровательное имя подходит не менее обворожительной даме, — продолжал свою игру Америго. — Вы, я так полагаю не из Англии? — решила поддержать беседу шатенка. Незаметным взглядом он оценивающе оглядел ее фигуру. Ладно, можно и ответить. — Вы правы, Джин, я из Италии, — она просто хотела проверить, чистокровный ли он. Видимо, она вспомнила про род Манчини из Италии, о котором ей как богатенькой чистокровке рассказывали родители. Симпатичный, чистокровный, и судя по одежде и фамильным перстням, довольно богатый парень. Неплохая партия для нее. — Чем Вы занимаетесь? — начала расспрашивать Джин, уже гораздо более расположенная к разговору, как показалось Америго. — Мой род деятельности широк, — для начала нужно было узнать как она относится к Пожирателям Смерти, — если Вы однажды посетите Италию, я буду ждать Вас в своем мэноре, — ответ без ответа. Идеально. По нему проскользнул оценивающий взгляд. Кажется, она все поняла. Похоже что это не обычная богатая глупышка, только и умеющая тратить деньги из фамильного хранилища. Но промолчала. Поняла, но промолчала. Интересно. — Мне очень интересно, мистер Манчини, ради чего вы пытаетесь проникнуть в мою голову? Блять. — Приношу свои извинения, не думал что у Вас столь сильный оклюменционный блок, — она не так проста, как кажется на первый взгляд. До нее были сотни девушек, ведущихся на красивую оболочку. И после нее будут. Но она чем то отличалась. Но вот чем? — Это не отвечает на мой вопрос, — прохладно ответила она, отстраняясь. Ну нет. Она еще нужна ему вечером. — Еще раз хочу извиниться за столь неподобающий поступок, — его актерской игре можно позавидовать, — просто до Вас в моей жизни были девушки, использовавшие меня исключительно ради денег, — кажется, он повелась, — я хотел проверить правда ли Вам интересен я, — ее взгляд слова потеплел, но теперь в нем была еще и жалость. — Можно было просто спросить, — ласково ответила Джин, улыбнувшись. Видимо, купилась на его притворство. Удивительно, но Америго заметил что у нее карие глаза. Не обычные, как у сотен дамочек до нее, а цвета растопленного горячего шоколада. Обычно, он не смотрел на это. — Был бы признателен если бы мы забыли эту ситуацию и продолжили наш разговор, — он взял себе бокал шампанского, — а я в свою очередь могу дать слово что такого больше не повторится. — Я тоже не отсюда, — проигнорировала его слова девушка, — могли бы Вы побольше рассказать мне о Малфой-мэноре и его хозяевах. — Могу сказать лишь то, что я не лучший рассказчик, — она пила шампанское, перебирая тонкими пальцами бокал, — предлагаю познакомить Вас с ними. На ее расслабленном лице проскользнула страннная эмоция, тут же скрываясь. — Я была бы очень признательна, — волосы у нее были цвета глаз. Довольно неплохо. Америго заприметил в толпе людей Малфоя, с каким-то озабоченным выражением лица. Без Нарциссы. — Америго, можно тебя на минуту, — Лорд Малфой подошёл к нему, абсолютно не обращая внимания на девушку рядом. — Где ваши манеры, мистер Малфой? — с ехидством сказал Манчини, и Джин усмехнулась. Люциус наклонился к уху парня, который очевидно уже прилично выпил, да еще и подцепил какую-то цыпочку. Его лицо потемнело. — Джин, я вынужден извиниться и оставить Вас, — Америго поклонился, видя на лице девушки разочарование. Они шли по темным коридорам, прямо в покои Темной Леди. Время на исходе. Она не любит ждать. — Америго, надеюсь ты приятно проводил время, — ее голос как всегда был сладок, а лицо закрывала черная пелена ткани. Люциус вышел. — Да, Моя Леди, — он поклонился ей, стараясь не обращать внимание на палочку, сжатую в правой руке. — В зале есть шпион Ордена, и ты должен раскрыть его до конца торжества, — ее голос был холоден, но темп выдавал беспокойство. — Неизвестно, мужчина это или женщина? — все веселье от алкоголя как рукой сняло. — Это девушка, — начала Госпожа, — и она нужна мне до конца вечера. — Есть еще какая-нибудь информация или наводка? — теперь он точно не расслабится. — Она замужем, муж тоже Орденовец, — Эстель вспоминала все, что передал ей Северус. Он сам узнал это, прочитав мысли какого-то новобранца в Ордене, — у них есть дочь. У девушки кудрявые волосы, средний рост, карие глаза, полукровка. Есть кто-нибудь на примете? Внутри все похолодело. Джин? Почему обязательно она? Мало что ли девушек, не знающих мистера и миссис Малфой, с кудрявыми волосами и оклюменционными блоками? Мало. Точнее, одна. — Веди ее сюда, — голос Темной Леди сочился яростью. Она проникла в сознание. — Буду через десять минут, Моя Леди, — осталось придумать. Что ему дороже. Милая девушка с глазами, цвета горячего шоколада, который он так любил в детстве. Или жизнь. На второй половине весов стояло сильно многое, чтобы выбирать Джин. — Извиниясь за столь продолжительную отлучку, — девушка ждала его там же, где он ее оставил. — У Вас какие-то проблемы? — видимо, она обратила внимание на взволнованный вид. Сказать ей уйти? Он лишь получит несколько Круциатосов, но девушка останется живой. А если Тёмная Леди просмотрит воспоминания? Сказать бежать, ставя на кону свою жизнь? Предупредить, сделав хоть единое доброе дело за жизнь? — Все нормально, небольшие проблемы по бизнесу, — отмахнулся Америго, — Вам не кажется что тут слишком шумно? Вот оно. Грюм говорил не лезть на рожон, и при любой опасности — бежать. Подальше. Но это был ее шанс. Проявить себя. Выяснить, кто же Пожиратели Смерти, и каким образом тут оказалась Беллатрикс. — У Вас есть варианты где можно было бы уединиться? — мерзость. У нее есть муж и дети. Она не знает почему он делает это. А он кажется знает. — Прошу за мной, — он протянул ей локоть, и Джин взялась, продолжая вести игру. Грязь. Как он может оказаться её смертью? И каждый из них думал, что он умнее. Умнее другого. Они вышли из зала и миновали несколько тёмных коридоров Малфой-мэнора. Все ниже и ниже. Закралось странное чувство тревоги. Нельзя просто уединиться в подвалах. Как она могла быть настолько наивной? — Помоему, Вы ведете меня не туда, — он вырвалась из его рук и наставила палочку прямо в грудь. Америго отшатнулся, не ожидая такого выпада. — Не заставляй меня, — он просил или угрожал? — пожалуйста, я не хочу причинять тебе вред. — Именно поэтому ведешь меня прямо в руки своей хозяйке! Трус! — слова отдавались болью где-то глубоко, в сердце, о существовании которого он до этого не подозревал. — Я должен, Джин, — как бы этого не хотел, — иначе умру я. — Ты жалок, раз не можешь отдать свою жизнь за ошибку молодости! — ее волосы растрепались, а глаза горели, — дай мне уйти, и я помогу тебе, — она умоляла. Предлагала что-то взамен. Вот только метка отслеживала местоположение Пожирателей, как чип, внедренный верной псине. Америго лишь покачал головой. — Время на исходе, пожалуйста, иди со мной, — он медленно подходил. Что ей мешало ударить его проклятием в грудь прямо сейчас? Иначе она умрет. И он будет виновен. — Экспеллиармус, — взмах палочки разрезал тишину. Поздно. Без палочки она никуда не денется. Горький вкус предательства на языке. Чего ты ожидала, идя вслед за Пожирателем? — Прошу, прости меня, — это были последние слова, разделяющие ее и волшебное царство Морфея. Америго Манчини, верный Пожиратель Смерти, внес тело кудрявой девушки, имя которой он на удивление запомнил. Джин. Джин. Джин. Так быстро промелькнувшая в его жизни, но успевшая поселиться в сердце. — Ты как раз вовремя, Америго, — Темная Леди наклонилась ранее улыбающемуся лицу, с такими чудесными глазами цвета горячего шоколада. — Джин Моррингтон, муж и дочь в возрасте двух лет, — предоставил всю информацию о шатенке, спокойно лежавшей на кровати под заклинанием. — Я пока не решила что лучше сделать с ней, — слова звучали как надежда. Последний луч солнца перед непроглядной ночью, — так что забери ее себе, но в любой момент чтобы она была у меня. Уверенна, ты знаешь что делать с такими девушками, — Эстель усмехнулась, глядя на закрытые веки миссис Грейнджер. — Конечно, Моя Леди, — Америго откланялся и вынес заклинанием тело Джин. Он знал что с ней делать. Обезопасить, и прежде всего от него самого.

* * *

Ум. Хитрость. Умение извлекать выгоду и выворачивать все в свою пользу. Три вещи, которые первым делом в искала в учениках профессор Кеннет. Как только попадался подобный человек, ему тут же приходило приглашение на внеурочные занятия по боевой магии. Если он соглашался, дело оставалось за малым. Доказать, что Пожиратели — возможности и перспективы. Объяснить, что это не страшно и наоборот, тебя будут бояться и уважать. А ведь именно этого хотели многие. Ты, и именно ты будешь силой. Успеть завербовать нужных людей быстрее чем Орден. Научить всему, что понадобиться, вызвав интерес и доверие. И будущие Пожиратели Смерти были готовы хоть сейчас аппарировать на Азкабан. Пока что она была лишь на первом пункте, рассматривая и выбирая нужных учеников, наблюдая за ними и изучая привычки и особенности, составляя личное дело каждого. Нимфадора Тонкс. + Полукровка, присутствует кровь Блэков и Поттеров; + Метаморфомаг; + Хороша в трансфигурации, ЗоТИ и астрономии. — Гриффиндор; — Мать — сбежавшая из дома и вышедшая за маггла Андромеда Тонкс, урождённая Блэк (плохо могут принять Пожиратели). Питает слабость к животным, общается с Пуффендуем (ее факультет) и Гриффиндором, презирает Слизерин. Не любит свое имя. Характер: озорной, живой ум и врождённая хитрость, азарт, присущий всем Блэкам, способная и трудолюбивая. Она была бы замечательным вариантом, если бы не установки, впитанные вместе с молоком матери. К ней нельзя было подступиться, застать одной. Нимфадора магнитила своим темпераментом и оптимизмом, заряжая людей энергией. Билл Барлоу. + Пользуется популярностью на Слизерине; + Староста; + Хорош в зельеварении, ЗоТИ, астрономии, трансфигурации; + Говорит только по делу, предпочитает молчать и слушать других, слизеринцы уважают его. — Множество страхов, которые легко можно прочитать у него в голове; — Семья, презирающая его за то, что он на Слизерине. Пытается сделать вид что ему все равно на насмешки от друзей семьи и родственников, но мечтает отомстить. Не любит прикосновения, меняет маски, не открываясь никому. Характер: мстительный, лидер, амбициозный. Он был явным претендентом на будущего Пожирателя. У него было все, что нужно человеку, который хочет вступить в их ряды. Элизабет Кэррингтон. + Уже владеет окклюменцией, не могу без вреда для нее проникнуть в ее сознание; + Скрытная, почти ничего не могу узнать о ней; + На Слизерине к ней относятся с уважением, но ноткой страха, не общаются как просто друзья. + Есть большая возможность того, что девушка провидица и настоящая ясноговорящая; + Прекрасна в трансфигурации, ЗоТИ, боевой магии, окклюменции, смогла вызвать телесного патронуса, зельеварении, рунах и травологии; — Ничего не возможно узнать про нее. Всем сердцем презирает Трелони, неприязнь к Чарли Уизли (?), вторая староста Слизерина. Характер; скрытна. Элизабет стала настоящей загадкой. Кто ее семья? Где она живет? С кем общается? Сознание было закрыто. Это мощный врождённый блок, или она училась? Если училась, то для чего? — Мисс Кеннет, не могли бы вы подойти ко мне в кабинет? — блять. Она же закрывала камин. Как? — Конечно, профессор Макгонагалл, я буду через пару минут, — вежливо ответила Эстель, пряча записи. Что ей нужно? Кабинет Макгонагалл поражал своим обилием красных и бордовых тонов, фотографий гриффиндорской команды по квидиччу и кубком школы, который они выиграли несколько лет назад. От цепкого взгляда также не укрылось то, что женщина была взволнованна. Конечно, можно было бы попробовать проникнуть в ее голову, но это был бы слишком большой риск. — Зачем ты меня звала, Минерва? — она перешла на ты. Эстель училась в одной время с ней, но выглядела так, будто бы ей не более двадцати пяти. — Как? — лишь вырвалось у профессора, — Как ты это сделала, Эстель? — Моя разработка омолаживающего зелья, — ни единая мускула не дрогнула, не мешая ее лжи. — Я помню что в школьные годы ты ходила с Томом Реддлом, — прищуренный взгляд. Она не верит, — что ты знаешь о Пожирателях? Есть ли известные тебе тайны? Серьёзно? Она серьёзно думает что Эстель расскажет ей что-то, даже если что-то знает? — После школы произошла ссора, и наши пути разошлись, — пару слез в уголках глаз. Прекрасно. Взгляд Минервы потеплел. — Мне жаль что я так подумала на тебя, — женщина положила руку на плечо, и пришлось использовать все свое самообладание чтобы не скинуть ее. — Больше всего на свете я бы хотела загладить свою ошибку молодости, когда я общалась с Тем-кого-нельзя-называть и вступить в Орден Феникса, — рискованный ход. Но если она будет в Ордене, никто никогда не подумает что она могла бы быть Темной Леди, правой рукой и возлюбленной Темного Лорда. Минерва была удивлена. — Оу, я обязательно поговорю с Альбусом. — Буду тебе очень благодарна, — Эстель вежливо улыбнулась. Разговор окончен. — Ты позволишь мне узнать причины твоего желания вступить в Орден? — Минерва оказалась более умна, чем она думала. — Не буду скрывать, что первая причина — личная. Я до сех пор обижена на него, ведь он забрал кое-что ценное для меня, — единственное, что Том забрал у нее — его жизнь, — я с удовольствием буду уничтожать его Пожирателей смерти. Очевидно, эта причина не была достаточно веской. — Я готова сражаться, ведь мне не нравится то, что магглорожденных принижают, не считая за людей, — у нее чуть не вырвалось грязнокровок, — я бы хотела жить в дружном и свободном мире. Вот только свобода будет по ее правилам. — Мне твои причины кажутся достаточно вескими, я подниму эту тему для Альбуса, — от Эстель не укрылась легкая улыбка на лице женщины при упоминании директора, и блеск в глазах, вызванный лишь именем. Что она скрывала? — Я пожалуй пойду, мне еще нужно подготовиться к дополнительному занятию с мистером Барлоу, — невзначай упомянуть о тренировках. — Что за дополнительное занятие? — Минерва уцепилась за это, не обращая внимания на прощание. На ее лице читалось подозрение. — Если ты не знаешь, Билл мечтает стать аврором, — подозрение не прояснилось, — а я закончила курсы авроров в Министерстве и хотела помочь. При упоминании Министерства, даже нечаянно, в глазах Минервы она стала более законопослушной, и человеком, которому уже можно доверять. Так ли? — Извиняюсь за то, что задержала, — Эстель покинула кабинет, чувствуя себя победителем. Убила двух зайцев одним разговором. Развеяла подозрения и попросилась в Орден. Превосходно.

* * *

Джин медленно раскрыла глаза, потирая пульсирующие виски, чтобы избавиться от сильнейшей головной боли. Где она? Удобная кровать, яркий свет, не проникающий за светло-розовый полог. События вчерашнего вечера быстро нагоняли ее, вызывая еще одну вспышку боли в голове. Вечер, Америго, риск… Проклятие, темнота… Что они с ней сделали? Где она, черт возьми? На темницы это было не похоже, скорее она бы подумала что очнулась в раю. Жалкий трус и ублюдок, заманивший ее в западню. А ведь сначала ей показалось что в его глазах мелькал неподдельный интерес и искренние эмоции. Чего ты ожидала? Тут же оддернула себя Джин. Идти на прием к Малфоем как шпион, довериться абсолютно незнакомому человеку, пойти за ним, и думать что тебе серьёзно что-то расскажут? — Ты очень умна, Джин, даже слишком. Но также, как ты умна, ты бесстрашна. А это не всегда хорошо. Слова Грюма воплотились в явь. Вот, из-за своей беспросветной тупости и бесстрашия она оказалась в таком положении. Удивительно что ее не убили сразу. А если будут пытать? Она выдержит любые пытки, но Орден не сдаст. Орден — ее прошлое, настоящее и будущее. Орден — семья. Орден — друзья. Там, за хорошо скрытыми заклинаниями ее маленькая Миона, которая ждет маму домой. Она должна выбраться ради дочери. А если сломают блоки? Она будет предательницей, подставившей не только себя, но и все. Своей безрассудностью погубив многолетнюю защиту. Джин скорее убьет себя, чем эти твари получат хоть крупицу информации. Там Джон, ждущий ее домой и безусловно волнующийся. Там маленькая Миона, только-только ставшая бегать по всему дому и тянуться к книжкам на полках. Там дом, наполненный детским смехом и безграничным счастьем. — Джин, Гермиона опять залезла на твою книжную полку! — недовольный голос Джона донесся с первого этажа, а затем раздался смех дочки. На лице проскочила улыбка, и девушка заспешила вниз, чтобы в который раз посмотреть на дочь, читающую книгу по колдомедицине с таким умным видом, будто она умеет читать. — Самой умной будет в Хогвартсе! — внизу стоял Джон, держащий на руках Миону, которая отказывалась выпускать книгу. — И самой красивой, — на этих словах девочка засмеялась, выпустив книжку из рук, но она ловко перехватила ее заклинанием и поставила назад на полку. Джон подошёл ближе, прикасаясь к ее губам, а маленькая мисс Гермиона, как ее назвали дома из-за невыносимой тяги к знаниям, обняла их за шеи, скрепляя поцелуй своими маленькими ладошками. Воспоминание отпечаталось на обратной стороне глаз, выжигая их до боли. Она не сможет больше не увидеть их. Нужно выжить, хотя бы ради маленькой мисс Гермионы и вечно недовольного Джона, который она несметно любила. Резкий хлопок. Джин привычно потянулась к палочке, с ужасом осознав что ее нет. — Можете обращаться ко мне как к Миппи, хозяйка Джин, — это всего лишь домовой эльф, — Господин попросил принести Вам завтрак. На ногах появился поднос, а на нём фрукты и ароматная овсянка. Ее любимая. Но еда потом. — Кто твой Господин? — нужно было узнать как можно больше для того, чтобы спокойно убежать. — Америго Манчини, хозяйка Джин, — домовиха вежливо поклонилась. Это он. Она в его доме. — Где я нахожусь? — В мэноре Господина, хозяйка Джин. Больше ей явно не скажут. — В какой стране, Миппи? — Мне не позволено говорить, хозяйка Джин. Умный гад. Мерзавец, ублюдок, подонок. — Можешь идти, — она отпустила ни в чем не виноватую эльфийку, и так расстроенную потому что не может ответить на заданные вопросы. Не бывает безысходных ситуаций. Аромат еды отвлекал от мыслей, но есть она боялась. Еда может быть отравлена. Как она могла забыть?! Все проблемы решались легко и просто — цепочкой на груди, являющейся порт-ключом в штаб Ордена Феникса. Джин судорожно вцепилась в свою шею, пытаясь нащупать тонкую серебряную цепочку. Ничего. Абсолютно голая шея. Она обшарила всю кровать, слабо надеясь на то, что та куда-нибудь завалилась во время сна. Черт, чёрт, черт. Серебряный браслет на руке тоже отсутствовал. Он не был порт-ключом, но благодаря ему можно было связаться напрямую с Аластором. Она была переодета в другую одежду, с нее убрали все украшения и даже сменили нижнее белье. Все обереги, порт-ключи и просто способы связи, а также пару ножей и маггловский пистолет забрали, оставляя ее ни с чем. Твари. Изверги. Джин встала, чтобы больше не смотреть на еду, так аппетитно лежающую на тарелке. Ничего, скоро она остынет и уже не будет казаться такой вкусной. Джин медленно прошла к балкону, аккуратно ступая неокрепшими от долгого сна и заклинаний, наложенных на нее ногах. Руки чуть дрожали, но в принципе она чувствовала себя довольно неплохо, если сравнивать с тем, что могла бы лежать сейчас на глубине двух метров под землей. Ее взгляд проскользнул по всей комнате, пытаясь найти лазейку или хоть что-то, за что можно зацепиться. Балкон. Джин распахнула двери небольшого балкончика, находящегося напротив кровати и перед ее глазами предстал божественный вид, приблизительно с высоты третьего этажа. Можно было бы прыгнуть, только вот нужно чуть окрепнуть, чтобы суметь бежать. Но это территория Манчини, и скорее всего он тут же заметит ее пропажу, а без палочки она — никто. Конечно, Джин владела основами беспалочковой магии, но это было ничтожно мало по сравнению с опытным магом с палочкой. На улице было жарко, а вид с ее окон выходил на благоухающий сад. Золотая клетка. Все прекрасно, вид, комната, и даже еда. Но не свобода. Джин любила комфорт, но на первом месте пирамиды ее ценностей стояло лишь одно — свобода. Она не принцесса, чтобы запирать ее в башне, которой остается лишь ждать что ее спасет прекрасный принц. И не птичка, которую можно всю жизнь держать в клетке, слушая божественное пение. Интересно, сам Манчини дома? Собирается ли он проведывать ее, или она умрет тут от скуки и безысходности? Возможно, у нее хватило бы сил отобрать его палочку и вылезти наружу. Выйдя с балкончика, ее внимание приковала другая дверь, очевидно ведущая в ванную комнату. Внутри было так же чисто и богато, но бездушно. Будто тут много лет не ступала ни единая нога человека. Большая ванна, больше напоминающая бассейн, множество баночек с гелями и шампунями, чистые полотенца и даже лепестки роз. Тут не было абсолютно ничего интересного. Ничего, что могло бы помочь. Ни единой острой, колкой вещи, и даже ни единой палки, которую можно было бы использовать по назначению. Н-и-ч-е-г-о Кто-то явно постарался, ища все опасные вещи. Возможно, тут могла бы жить будущая миссис Манчини, которая после сытного завтрака пошла бы в сад, заниматься цветами, а потом ушла бы к детям и любящему мужу. Но она миссис Моррингтон. Не Манчини. Была еще одна дверь, очевидно вход и выход в эту своеобразную темницу. Но почему-то было чёткое ощущение того, что она заперта. Подозрения подтвердились, и Джин даже не смогла приблизиться к двери, из-за обилия заклинаний, опутывающих ее. Зачем она тут? В углу комнаты стояла книжная полка, полностью наполненная книгами. Гермионе бы понравилось… Откинув печальные мысли назад и гордо встряхнув головой, Джин решила поискать интересные книги, чтобы время текло быстрее до прихода Манчини. «Высшие зелья. Пособие будущим зельеварам.» «История Магического Мира. Продвинутая часть.» «Целительство. Высшие навыки.» И ни одной книги о окклюменции, легилименции, боевой или невербальной магии. А на беспалочковую вообще даже намека не было. Конечно, хорошо постарался, ничего не скажешь. Взяв продвинутый курс по целительству, Джин удобно устроилась на кровати, приготовясь ждать столько, сколько потребуется.

* * *

— Моя Леди, новобранцы готовы для Вас, — Белла поклонилась, и улыбнулась, заметив радостные огоньки в глазах Госпожи. — Превосходно, Беллатрикс, — девушка села на место, гордая собой. В зале прибавилось людей. Сейчас около двухста глаз смотрело на нее, но это вызвало лишь больше эмоций. Нет, она не была смущена или ей было некомфортно от такого внимания. Скорее наоборот. Уверенность пропитывала каждую клеточку тела, а страх людей заставлял чувствовать себя живой. Она прочитывала все на десять шагов вперёд, каждое действие было продумано и несколько раз обдумано. — Малфой, отбери самых слабых наших людей, — Люциус чуть вздрогнул от резкого обращения к нему, — к завтрашнему утру у меня должен быть список. — Конечно, Моя Леди, — в движениях Некто она увидела скованность и страх. — Рейд на Азкабан будет совершен через неделю, — все внимания сново было на Темной Леди, сидящей во главе стола, на прежнем месте Лорда, — слабые люди нападут на Министерство, и все силы власти будут направлены туда, дабы прекратить вспышку, — она сделала паузу, видя напряженные лица Пожирателей Смерти. — Остальная, более сильная часть людей во главе со мной в этот момент совершат рейд на Азкабан, — возможно, многие бы были не согласны, если бы их спросили об их мнении. Но здесь главная она, и приказы будет отдавать тоже она, — после этого ослабших после Азкабана Пожирателей мы переправим через порт-ключи к нашим семьям, — лучше не говорить к каким. Всегда может быть утечка информации. — Моя Леди, сколько нужно будет порт-ключей? — спустя пару минут молчания неуверенный голос Малфоя прорезал звеняющую тишину. — По двадцать пять с Гринграсса, Паркинсона, Нотта и тебя, — в принципе, бывало когда запрашивали еще больше. — Так же, я могу озвучить предварительный список людей, которые отправятся на Азкабан, — Эстель быстро взяла пергамент и палочкой стала выписывать фамилии у себя из головы. Это была новая разработка заклинания, которая требовала ясности ума и полной фильтровки мыслей. Лист бумаги она повесила над камином, дававшим такие прекрасные отблики. Все Пожиратели сидели будто в тени, ведь одного камина было мало для большого зала, но она любила приглушенный свет. Нагайна свернулась в углу, не обращая внимание на сборище людей и обилие запахов. — Как там наша гостья? — Манчини сначала не понял, что вопрос предназначался ему. Сердце похолодело. Лишь бы не сейчас… Пусть ему дадут ещё немного времени. — Недавно очнулась, вроде относительно неплохо, — сказано было с сарказмом, поэтому Темная Леди усмехнулась. — Мне не нужны твои жалкие слова, я хочу подтверждение, — она всегда была более недоверчива чем Темный Лорд, поэтому Америго ожидал такого приказа. Легкий ветерок прошелся по сознанию, проверяя, убрал ли он стены. С тяжелым выдохом, Америго начал опускать их. Это было сложно, ведь с самого детства его учили что нельзя доверять. — Не вздумай никогда ни перед кем открывать свое сознание, рассказывать о своих проблемах, всем все равно на тебя! — Манчини-старший подкрепил свои слова Круциатусом, слыша истошные крики сына. Маленький Америго навсегда запомнит этот урок, ведь он был первым из бесчисленного множества подобных ему. Не беспокоясь о боли, Темная Леди проникла в голову, доламывая стены, которые он не успел опустить. Она пересматривала по тысячи раз одно и тоже, рассматривая с разных сторон и ища хоть единый подвох, действуя на нервы. Это была не самая сильная боль, которую ему приходилось испытывать, но пытка будет тянуться долго, пока Госпоже не надоест. — Ты не видел девчонку с тех пор, как она проснулась? — она резко вышла с головы, оставив после себя расширенные проходы и пульсирующую боль. — Нет, Моя Леди, но эльф передавал ей завтрак. — Не буду спрашивать почему у нее такая комната, очевидно, никто бы не стал делать это с девушкой из темниц, — Манчини ухмыльнулся, будто бы подтверждая ее слова. Все шло гладко. Никто не понимал смысла Некто. Она сидела молча, как статуя, не проронив ни слова за все собрания. Она не участвовала в мелких нападениях, и в списке нападающих на Азкабан ее не было. Но не смотря на это, она сидела уже по левую руку, но все также близко к Темной Леди. В рядах Пожирателей была своя иерархия, которую никто не смел нарушать. Чем ближе человек сидел к главе стола — тем он важнее для Темной Леди. Рядом с ней сидел Малфой, Беллатриск, Манчини, Снейп и Некто. Раньше там были еще Родольфус, Розье, Эйвери и Крауч. Чуть дальше сидели Гринграсс, Нотт и Паркинсон, которые уже принесли пользу и финансы, тем самым выбив себе место посередине стола. Дальше сидели новобранцы. Но в чем был смысл Некто? Она сидела, гордо сложа руки в кожаных перчатках, смотря прямо перед собой и ни с кем не разговаривая. Нет, конечно бывало что она раскрывала рот, но это было очень редко. — Моя Леди, что будет после того, как мы захватим Азкабан? — редко, но метко. Ее голос был мелодичен, и очевидно, изменен каким-то заклинанием. Беллатрикс вздрогнула. — Ты сомневаешься в планах Темной Леди? — взгляд Беллы прожигал Некто насквозь, но она оставалась все так же спокойна. — Это просто вопрос, Беллатрикс, — она ответила ровным тоном, не выдав ни страха ни горечи. Если что-то пойдет не так, Темная Леди защитит ее. С каких пор она стала искать защиту в Темной Леди, самой опасной ведьме последнего столетия, и безусловно самой большой занозой Министерства. Даже не занозой, а кинжалом, плотно воткнувшимся прямо в горло. Она была неуловима, мстительная и обаладала феноменальной памятью. Все забыли. Но она не забудет. И эта ведьма давала ей долгожданное чувство защиты. Она чувствовала ее магию, обвивающую изгибы ее тела, и полностью охраняющую. — Успокойся, Белла, — вот и сейчас. Эстель пришла на помощь, угомонив разбушевавшуюся ведьму, — то, что будет дальше пока известно Вам не должно быть, — и осадила ее, как бы заставляя вести себя более смирно. Взгляд Беллатрикс заставил ее напугаться. Она смотрела без прежней ненависти, а скорее наоборот, с прищуром и недоверием. Как будто что-то поняла. Заклинания упали? Темная Леди сняла защиту? Но нет, все было так же. И лишь взгляд Беллы не давал покоя.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!