() Ночь 3. Атмосфера праздника ()

      Когда Хелен, наконец, добирается до своей квартиры, измученная и опустошенная событиями этой ночи, она не может не испытывать чувства облегчения, захлестывающего ее.       Завтра на дежурстве будет другой человек, и, учитывая приближающийся Хэллоуин, она надеялась, что они испытают меньше суматохи и хаоса, с которыми столкнулась она.       Закрыв за собой дверь, она падает на диван, натягивая на себя одеяло, чтобы защититься от холода, вызванного затяжным страхом, который прилип к ее коже. Погружаясь в сон, она находит утешение в осознании того, что ей удалось пережить еще одну ночь ужасов, и, возможно, только возможно, все начнет улучшаться с приходом нового сменщика и окончанием проклятого отпуска.

***

      Проснувшись от ярких лучей солнечного света, льющихся в окно, Хелен замечает, что на удивление расслаблена и свободна от всех мучений, которые мучили ее прошлой ночью. Она потягивается, слегка морщась от боли в поврежденных мышцах, но в целом она чувствует себя на удивление хорошо.       В течение дня девушка следила за новостными репортажами и социальными сетями, выискивая любые упоминания о сверхъестественных явлениях, которые осаждали станцию. К счастью, похоже, больше нет никаких свидетельств того, что поблизости скрывается тьма, что наводит ее на мысль; какая бы сила ни мучила ее, она либо рассеялась, либо искала новую добычу в другом месте.       В течение дня Хелен время от времени возвращалась к старым привычкам и машинально тянулась к телефону при любом удобном случае, чтобы поболтать с друзьями и семьей, также оперативно как это делает на работе.       Хотя их разговоры временно поднимают ей настроение, они служат напоминанием о жизни за пределами гнетущей тьмы, с которой девушка недавно столкнулась. Эта хрупкая иллюзия нормальности помогает поддерживать хрупкое равновесие в ее душе, защищая хрупкую психику от полного разрушения под тяжестью ужасающих переживаний.       Однако под этой маской нормальности по-прежнему скрывается напряжение и опасения. Несмотря на то, что не было никаких сообщений о подобных инцидентах в других местах, та понимала, что зловещее присутствие, с которым ей пришлось столкнуться, осталось в памяти как застарелый запах разложения после шторма. Этот страх отказывается полностью покинуть ее, постоянно напоминая, что еще могут быть другие неизвестные опасности, скрывающиеся у всех на виду и готовые проявиться, когда этого меньше всего ожидаешь.       Проведя большую часть дня, наблюдая за празднованием Хэллоуина из безопасного окна своей квартиры, Хелен не может избавиться от чувства беспокойства, которое гложет ее изнутри. Вид людей, одетых в костюмы, буйствующих детей и красочного множества украшений, украшающих почти каждый дом, вызывает у нее скорее дискомфорт, чем радость.       Хэллоуин всегда был для нее днем, окутанным тьмой и суевериями, навевая болезненные воспоминания о прошлых травмах, связанных с этим печально известным праздником.       Отдаленные звуки смеха и возбуждения только подчеркивают ее изоляцию и отчужденность. Несмотря на логическое понимание того, что все это больше не должно ее касаться, отголоски недавних встреч не дают ей возможности найти утешение среди праздничной атмосферы.       Решив хоть немного противостоять своим страхам, Хелен решает принять участие в ежегодном Хэллоуинском обычае раздачи конфет любителям сладостей. Не хотелось казаться в глазах детей занудой.        Сидя у входа в свою квартиру, девушка терпеливо ждала, когда к ней подойдут соседские дети. Чтобы свести к минимуму контакты, она поставила большую миску, наполненную сладостями возле дверного косяка, позволяя детям брать конфеты себе не заходя в личное пространство.       Звуки хихиканья и болтовни доносятся снаружи, смешиваясь с приглушённым грохотом близлежащего праздника. На мгновение Хелен позволяет себе оценить невинность и чистоту, которые, кажется, исходят от этих посетителей размером с несколько пинт. Их удивление и заразительный энтузиазм резко контрастируют с мрачными воспоминаниями, которые продолжают преследовать ее мысли.       Слабый укол ревности пронзали сердце, когда Хелен слышала как снаружи разворачивается веселье. Для них сегодняшний вечер олицетворяет веселье и приключения; шанс избавиться от повседневных забот в погоне за подслащенным удовольствием. Это роскошь, которой она не знала очень давно. Однако лично для неё интерес к этому празднику давно как ушёл, оставив её в одиночестве, особенно в этот день.       Смирившись с тем фактом, что та не может наслаждаться празднествами этого года так, как это делают другие, девушка переключила свое внимание на что-нибудь другое, например на экран телевизора в прихожей. Переключая каналы Хелен погрузилась в бессмысленные программы, используя их как отвлечение от своих страхов и стремления к нормальности.

***

      Переключаясь с канала на канал в поисках чего-нибудь интересного, Хелен быстро заскучала. Привычный комфорт бессмысленных развлечений начинает терять свое очарование, заставляя ее жаждать человеческого общения. Достав телефон, та бездумно просматривала список контактов в надежде найти кого-нибудь, с кем можно поболтать. К сожалению для неё, все статусы подруг указывают на то, что все заняты, из-за чего Хелен чувствовала себя всё более изолированной и одинокой.       Расстроенная Хелен бросила телефон в сторону, раздраженно ворча себе под нос. Гнев и отчаяние борются внутри нее. Она глубже вжималась в диван, а знакомые темные углы гостиной начинают приобретать зловещие очертания в ее периферийном зрении.       Чувствуя себя полностью побежденной и взволнованной, та неохотно принимает неизбежность наступающей ночи. Ранняя темнота приближала окончание празднования Хэллоуина, а для Хелен — возвращение к безжалостной рутине работы и страха. Каждая бессонная ночь давит на нее тяжелым грузом, лишая возможности найти даже минуты отдыха во время коротких перерывов между сменами. Как бы сильно она ни боялась мысли о еще одной беспокойной ночи, та понимала, что не осталось другого выбора, кроме как попытаться найти хоть какое-то утешение в неуловимых объятиях сна.       Собрав свои скудные запасы решимости, Хелен поднималась в свою крошечную спальню, бросая последний тревожный взгляд на закрытую дверь, соединяющую проход в другую половину мелкой квартиры. Оказавшись за запертой перегородкой, она мгновение колеблется, прежде чем повернуться к кровати.

***

      Лежа без сна в удушливой темноте своей спальни, Хелен приникает ухом к окну, пытаясь различить источник шума, который мешает ей заснуть. Воздух насыщен напряжением, каждый слабый звук посылает волны дурного предчувствия, пробегающие по ее венам. Ее сердце бешено колотится, отражая бешеный ритм крови, пульсирующей в висках.       Тишину прорезает тихий царапающий звук, за которым следует низкий, гортанный шепот. Холодный пот выступает у нее на лбу, когда она понимает, что то, что беспокоило ее раньше, каким-то образом нашло путь в ее убежище. Паника угрожает задушить ее, когда она пытается успокоить свои мечущиеся мысли и разработать план самозащиты.       Резкие вдохи нарушают тяжелую тишину, поскольку Хелен убеждается, что кто–то — или что-то — крадется по ее квартире. Сама возможность того, что шутники на Хэллоуин, возможно, решили нацелиться на нее, посылает ударные волны ужаса по ее и без того расшатанным нервам. Образ фигур в масках, прячущихся в тени, выжидающих идеального момента для удара, будоражат воображение и подпитывают растущую панику.       Ее пальцы дрожат, когда она тянется к сотовому телефону и возится с клавишами, пока ей не удается разблокировать устройство. Девушка хотела позвать на помощь, но колеблилась, не уверенная, что может доверять кому-либо, особенно учитывая всю эту историю со сверхъестественными вещами как тень вокруг станции или неестественный злой кот. Вместо этого она решила оставить линию открытой, надеясь, что простое присутствие ее телефона может обеспечить хоть какую-то защиту от неизвестного существа, которое преследует ее дом.       Капельки холодного пота покрывают тело Хелен, когда та сидела на кровати, съежившись на краю, окруженная удушающей темнотой своей спальни. Одеяло, которое должно согревать, кажется бесполезным против ледяной хватки ужаса, удерживающей ее в плену. Она сильно дрожала, несмотря на то, что плотно завернулась в ткань, зубы стучат от силы страха.       Она делала неглубокие, быстрые вдохи, отчаянно пытаясь успокоить бешеный стук своего сердца. Каждый шум, который приходилось слышать, вызывает в теле новые всплески адреналина, из-за чего та практически не могла здраво мыслить или рационально оценивать ситуацию.       Беспомощность и отчаяние корчатся внутри нее, угрожая сокрушить хрупкую психологическую защиту.       Расширив глаза от ужаса, Хелен устремила взгляд на темный силуэт, мелькающий в поле зрения за окном. Его форма кажется нечеткой, но зловещей, пробуждая приставучие воспоминания о предыдущей встрече со сверхъестественным.       Осознание того, что та живет на первом этаже, добавляет чувства уязвимости, ещё сильнее усиливая ощущения беспомощности перед очередной неизвестной угрозой.       Паника охватывает ее вены, когда та пытается решить, оставаться ли на месте и надеяться на лучшее или попытаться сбежать из собственного дома. Время превращается в бесконечную петлю страха и нерешительности, погружая девушку всё глубже в пучину психологического хаоса.        Крепче сжимая одеяло, Хелен задавала самой себе вопрос;       Как долго она сможет сохранять хрупкое самообладание перед лицом откровенного ужаса?

***

      У Хелен до жути перехватило дыхание, когда та узнала ужасающие очертания очеловеченной куклы за окном. Черты внешности неясны, но до жути знакомы. Оно имеет тревожное сходство с проклятыми игрушками, которые преследовали девушку вот уже несколько дней как только началось ожидание Хеллоуина. Страх сдавливает горло девушки, из-за чего ей трудно глотать и говорить.       В своей крошечной спальне, где воздух пропитан напряжением и страхом, Хелен внимательно слушала навязчивую мольбу, эхом разносящуюся во тьме. Часть ее искренне хотела игнорировать это, притвориться, что та не одна в этой битве с силами, которые стремятся ее терроризировать. Но другая часть души, подпитываемая любопытством и извращенным желанием принять решение, заставляет ее ответить.       Собираясь противостоять необъяснимому притяжению злобной куклы, девушка возвышает свой дрожащий голос над биением сердца.       — Уходи, — хрипло шепчет она, ее слова дрожат от трепета. — Оставь меня в покое, ты, фарфоровый переросток.        Кукла продолжает прижимать грязную руку к окну, но выражение ее лица изменилось, становясь более обиженным.       Почти мгновенно гнетущая атмосфера в комнате меняется. Холодный, далекий гнев исходит от фигуры снаружи, как будто кукла возмущается попытками противостоять ее гнусным намерениям. Леденящий взгляд фиксируется на телефоне Хелен, который теперь освещен звонком с номера подруги.       Дрожа от отвращения и беспокойства, Хелен неуверенно ответила на звонок. Несмотря на крайне затруднительное положение, слушая беспокойный голос подруги она дает себе временную передышку от удушающего ужаса, охватившего ее.       Слова по связи сбивчивы и бессвязны, эмоциональное бремя слишком велико, чтобы та могла эффективно передать всю степень своего испытания. Но, возможно, сейчас это не имеет значения. Что действительно важно, так это то, что она не поддалась изоляции или тьме. Пока что.       «Я иду к тебе, а ещё тут ходит страшная кукла А еще она очень опасна, посмотри на нее! — голос подруги по телефону как будто начал расслаиваться на разные частоты, что придавало ему зловещий тон, но Хелен не обратила внимания.       Стоило только открыть девушке рот, как кукла стала недовольно бить кулаками по окну, от чего Хелен в панике ахнула и вздрогнула, а её сердце словно упало в желудок. Она ощущала, как по ней прокатывалась волна страха.       Дрожащими руками девушка быстро завершает звонок подруги, не давая ей договорить, и набирает 911, выкрикивая инструкции экстренным службам срочно реагировать на ее адрес.       Невидимая петля, кажется, затягивается вокруг ее шеи, пока она бессильно наблюдает, ожидая развития событий.       — Серьёзно, Хелен? Опять ужастиков насмотрелась! — недовольно послышалось ответом от оператора 911.       Ужас сжимает язык Хелен, когда она пытается объяснить ужасную ситуацию глазами, полными слез и трясущимися губами. Ее слова звучат искаженно и бессвязно, отражая хаос, царящий в сознании. Что еще хуже, оператор службы экстренной помощи оказывается ее коллегой и другом, что еще больше дезориентирует и без того хрупкое состояние.       — Нет, Лиза! — отчаянно кричала девушка, а её голос дрожал от страха. — Это не фильм. За моим окном… Самая что есть демоническая кукла!       — Ты что опять выкурила? Бля, ложись спать, ото ты нетрезвой много проблем наделаешь       Холодная ярость заливает вены Хелен, когда Лиза пренебрежительно отмахивается от отчаянной мольбы. Как мог тот, кого она считала другом, быть настолько слепым к реальности ситуации? Требуется вся последняя капля самоконтроля, чтобы не заорать претензии в ответ и не проклинать напрямую.       Но Хелен знала, что лучше не вступать в бесплодные споры, когда счет идет на секунды.        С трясущимися конечностями и неистовой решимостью она бросается собирать все оружие, которое может найти: металлический нож для вскрытия писем, кухонный нож и свой мобильный телефон, на котором все еще транслируется звук полицейской диспетчерской.       Эти жалкие инструменты вполне могут послужить всем, что у нее есть, чтобы защитить себя от надвигающейся угрозы.       Сердце колотилось от напряжения пока она пряталась от окна с куклой, готовая противостоять любой злой силе, ожидающей снаружи.       В входную дверь внезапно постучали, судя по частоте и силе, это была та самая подруга, которая уже пыталась позвонить Хелен, но та прервала ее звонком в 911.       С мучительной медлительностью она шла к главному входу, каждый шаг наделялся сомнениями и неуверенностью. Крепко сжимая свое импровизированное оружие, та выглядывает в глазок, ожидая увидеть надвигающуюся на нее зловещую куклу.       Вместо этого за дверью стоял незнакомый парень, который пытался что-то сказать через дверь о кукле, которая преследовала того тут и там.       Вздохнув с облегчением, Хелен осторожно одновременно отпирает дверь, цепную защелку и засов. Когда деревянный барьер распахивается, она замечает стоящего перед ней растрепанного незнакомца, на лице которого отражается смесь страха и изнеможения. Его история о том, как за ним гналась кукла, звучит правдоподобно, что лишь усиливает нарастающее безумие ночи.       — Вам видимо тоже пришлось встретятся с этими кошмарами наяву, — Хелен огорчённо подвела итоги его истории, — Друзья по несчастью, ведь так?       Незнакомый человек продержал напряжённую паузу, оставляя Хелен с замиранием сердца, после чего проронил краткое и однозначное «Так».       Предлог для неё стал роковым, ведь после оглашения незнакомый парень резко раскрыл плащ сзади себя и достал дробовик быстрее чем Хелен могла отреагировать и что-нибудь предпринять, как послышался мощный хлопок.       Глаза Хелен расширяются от шока и боли, когда оглушительный грохот дробовика пронзает ее тело. Агония вырывается из груди и она падает на пол, пытаясь отдышаться.       Кровь льется из зияющей раны, окрашивая пол под ней в тошнотворный малиновый оттенок. К ней приходит осознание того, что незнакомец все это время причинял ей вред, и отчаяние поглощало ее целиком.       Несмотря на смертельные травмы, адреналин продолжает подпитывать девунку. С удивительной силой ей удается дотянуться до ножа, спрятанного за поясом, решив убить нападавшего вместе с собой. Ее ослабленная хватка постоянно выскальзывает, в результате чего лезвие бесполезно стучит по деревянному полу.       Каждый вздох вызывает новую волну жгучей боли, затуманивающей ее рассудок и истощающей оставшуюся энергию.       — А ведь тебя погубили паника и доверчивость…       Агония сотрясает ее тело, когда еще один выстрел вылетает из пасти дробовика, вызывая острую боль, пронзающую множество сломанных костей.       Мир становится не чем иным, как гулкой камерой мучительных ощущений. Черные пятна пляшут перед глазами. Но даже не смотря на то, что сознание Хелен теряется в бездну, ей удается проявить достаточно неповиновения, чтобы еще раз поднять маленький кухонный нож.       Ледяная дрожь пробегает по ее спине, когда она замечает того самого злого кота, появляющегося рядом с незнакомцем, как напоминание о потусторонней природе этого нападения.       Осознание того, что такие сверхъестественные силы действительно сговорились против девушки лишь укрепляет ее силу воли в последние минуты.       — Тебе стоило быть осторожнее и спокойнее. Так и заканчивают неумелые операторы 911. Хе, счастливого тебе Хеллоуина.

***

      Боль разъедает ее тело, а жизненная сила утекает, скапливаясь под ее израненным телом. Сквозь заплаканные глаза Хелен наблюдала, как чудовищный дуэт исчезает во тьме, но их злобное присутствие сохраняется еще долго после их ухода.        Когда свет в ее взгляде начинает тускнеть, Хелен не могла не чувствовать непреодолимое чувство неудачи и потери. Она надеялась встретиться лицом к лицу со своими страхами и победить их, но в конечном итоге они погубили ее.       Ее последние мысли поглощены сожалением и осознанием того, что ее кончина навсегда будет переплетена с призрачным праздником, который она так презирала.        Действительно, счастливого Хэллоуина, с горечью думает она, а ее безжизненные пальцы сжимали нож, которым та так и не сумела воспользоваться.