Глава 3

      Байян-Хутуг чуть не выронила поднос от страха. Она тут же остановилась, не издав ни звука. Глаза девушки широко раскрылись от страха, но ее частое дыхание выдавало ее.       Мужчина медленно вошел в комнату.       — Тал Тал?! — вскрикнула она.       — Что здесь происходит? — недовольно повторил вопрос Тал Тал, обращаясь к сестре.       — Йон Ха закрыла кухню прежде, чем я вошла, — начала объясняться Байян-Хутуг. — Я просто не могу проиграть им вот так!       — И что? А если это вскроется?       — Никто не узнает, — сузив глаза, прошептала девушка. — Это яд квасцам. Отравление не отличить от приступа сердечного заболевания, при котором возможна смерть.       — И все же она была невиновна, — серьезно сказал брат. — Не следует так рисковать, ты только прибыла во дворец.       — Все под контролем, — заявила Байян-Хутуг, уже ликуя в душе.       Тал Тал подошел к выходу, как вдруг увидел несколько, проходящих мимо, претенденток с подносами в руках. Он прижался к косяку двери:       — Время уже подходит к концу.       — А ты как попал в гаремную часть дворца?! — вдруг опомнилась его сестра.       — Тише, нас могут заметить…       Когда все кандидатки прошли в тронный зал, Байян-Хутуг также вышла и направилась туда.

***

      Все наложницы встали за столики и поставили еду.       Танашри резко встала с места и набрала воздуха в рот, чтобы начать говорить. Но Байян-Хутуг вошла в покои быстрее и поклонилась у своего места.       Однако ещё одно место оставалось пустым.       — Время вышло! Исключить отсутствующую, и начнём, — наконец приказала Танашри.       Старший евнух слегка поклонился и кашлянул.       — Начинай! — теперь почти крича, приказала императрица и села, придерживая свое платье.       — Да, ваше величество, — послышался голос евнуха и он обратился к девушкам. — Сегодняшнее состязание будут судить вдовствующая императрица и императрица…       — А также лично его императорское величество! — перебил его Колта.       Танашри бросила недовольный взгляд в сторону императора.       — Как скажете, — закончил главный евнух и вновь обратился к претенденткам, указывая рукой на одну из них. — Расскажите, какое блюдо вы приготовили и причину выбора этого блюда. Начнём с вас.       Первая претендентка подняла ткань со своего блюда и коротко изложилась о нем:       — Грибы, ячмень и бобы в рассыпчатом рисе. С древних времен этот пирог используют для укрепления желудка. Превосходное блюдо для укрепления здоровья и долголетия.       «Судьи» состязания отмечали каждую претендентку. Танашри с недовольным видом рисовала всем минусы. Вдовствующая императрица, улыбаясь, положительно оценивала наложниц. Тогон с каменным лицом наблюдал за происходящим, не подавая никаких знаков, поэтому Колте ничего не оставалось, кроме как ставить минусы каждой из кандидаток.       — Следующая госпожа Молан, — сказал старший евнух.       — Утка в горном женьшене. Для восстановления и поддержания сил.       Следующие девушки показывали свои блюда по очереди.       — Говядина и мацутакэ.       Евнух жестом позвал следующую девушку. Сольхуа рассказала:       — В этом блюде примерно тридцать деликатесов, вымоченных в вине. Как наше государство Юань разделены на десять провинций, каждая из которых уникальна. Так и это блюдо собирает все ингредиенты в один вкус, не соперничая, а поддерживая его.       Старший евнух пропустил пустой стол и указал на Байян-Хутуг:       — И последняя, госпожа Байян-Хутуг.       Девушка пристально посмотрела на императрицу. Внешне она была спокойна, но внутри все клокотало от страха, едва скрываемо.       Она изящно протянула руку к блюду и плавно сняла с него ткань.       — Акульи плавники. Улучшают самочувствие, а также состояние кожи. Императрица ухмыльнулась и также поставила минус претендентке. Будашири улыбнулась и поставила претендентке лучший балл, после чего многозначительно посмотрела на Колту. Евнух поставил Байян-Хутуг пять баллов и незаметно подправил оценки других наложниц.

***

      Танашри сидела в своей комнате с Махой на руках. К ней подошла одна из служанка и забрала ребёнка.       Внезапно в покои вбежала дама Со.       — Госпожа, у меня вести из дворца, — объявила она и не дожидаясь ответа продолжила. — Ки Яй, претендентка, которую исключили из-за опоздания, была найдена мёртвой в комнате за кухней.       Танашри прищурилась и, немного ухмыльнувшись, сказала:       — Что-то тут нечисто. Лично разузнай об этом, но осторожно. Нас не должны заподозрить!       — Как скажете, госпожа, — хором ответили придворные дамы Со и Йон.

***

      Генерал Байян и Сон Нян беседовали в главных покоях дома. Вдруг туда вошёл посыльный и, поклонившись генералу, протянул письмо. Байян взял послание, в котором прочел: «Во-дворце прошел первый тур. Приготовление блюда у Байян-Хутуг прошло успешно. Подробности о происшествии спроси у посыльного, он проверенный человек».       Байян вопросительно посмотрел на гонца.       Тот констатировал:       — Байян-Хутуг не удалось попасть на кухню. Она отравила одну из девушек, чтобы не выбыть из состязания. Всё было хорошо спланировано: «яд квасцам» заставит всех думать, что Ки Яй умерла от болезни сердца.       Сон Нян тяжело вздохнула и закрыла глаза.       Генерал Байян напрягся, но обратился к гонцу вновь:       — Передай Тал Талу, что он лично должен заняться расследованием этого дела.       Гонец поклонился в знак согласия и ушёл.       Байян вновь обратился к Нян:       — Через два дня я еду в столицу. Не хотелось бы оставлять тебя здесь одну, но…       — Я должна поехать во дворец! — смело заявила Сон Нян.       Мужчина нахмурился:       — Что ты задумала? Тебе уже не попасть на состязание. Да и появляться во дворце опасно.       — Я должна тайно встретиться с императором и передать ему клятву кровью! Вы сами говорили, что рискуете ради победы. Так позвольте и мне рискнуть, даже если на кону стоит моя жизнь, — сказав это, взгляд девушки стал пронзительным.       Генерал задумался.       — Но сейчас на кону стоят и наши жизни! — сказал он, но вдруг почему-то передумал. — Хотя… Пусть будет по-твоему. Я устрою тебе встречу с императором.

***

      Вечером Сон Нян вышла из своей комнаты на балкон.Слабый ветерок обдувал отдельные пряди её волос. На небе стали появляться и блестеть звезды.       Девушка подняла голову к небу.       «Неужели, чтобы достичь справедливости нужно жертвовать невинными людьми? И оправдана ли месть, если на пути к ней запятнаешь свои руки кровью? Почему мы боимся признать правду, если не знаем, что значит справедливость?..       На чьей стороне должна быть я и к какой цели идти? Если ты существуешь, лишь ты должен знать ответы…» — происнеся это про себя, Нян закрыла глаза, и слезы скатились по её щекам.

***

      Вдовствующая императрица сидела за небольшим столиком с маленькой чашкой в руках.       — Говоришь, она умерла не от болезни?       — Да, госпожа, — ответил Джан и объяснил. — Генерал Хидзы не отправил бы её, будь у неё проблемы с сердцем. Скорее всего это было сделано с помощью яда квасцам.       — У них нет доказательств — только догадки. Кто бы это не сделал, его цель ясна, и он под нашим покровительством, — спокойно сказала Будашири и, допив чай, поставила чашу на стол.       — Вы не будете искать убийцу? — удивлённо спросил её придворный евнух.       — Нельзя поднимать шум из-за этого. От неё избавились и это нам только на руку.       — Что прикажете делать, госпожа?       Женщина, задумавшись на секунду, сказала:       — Нужно поставить нашего человека, который занялся бы этим делом. Пригласи Тал Тала на завтрашнею аудиенцию.       Джан удивленно посмотрел на вдовствующую императрицу:       — Думаете, ему можно доверять?       — Нужен независимый человек. Сейчас у нас одна цель — мы союзники, — ответила Будашири и резко встала с места.

***

      Генерал Байян и Сон Нян приехали во дворец через запасные ворота. Посмотрев на стражников, мужчина лишь многозначительно кивнул и они тихо открыли перед ним ворота. Девушка была одета в чёрное мужское платье, а на ее лице была маска, которая слегка развевалась от ветра.       Спрыгнув с лошади первым, Байян подал руку Нян. Когда она слезла генерал приказал:       — Жди меня между этими воротами и дворцовой стеной. Тут безопаснее, но будь на чеку.       Девушка прислонилась к стене и, иногда выглядывая на угол, крепко сжимала небольшой клинок в руке.

***

      Обойдя женскую часть дворца, Байян вошел через главные ворота и, как обычно зашёл во дворец, направившись к императорским покоям.       — Господин, генерал Байян ждёт… — Колта недослушал, но приказал открыть двери.       Тогон все также сидел, смотря в одну точку и никак не реагировал на происходящее.       Байян обьяснил:       — Ваше величество, вам нужно пойти в потайные покои за тронным залом, чтобы…       Но придворный евнух перебил его:       — Сейчас во дворце неспокойное время. Я не могу отпустить его императорское величество с вами в такой час.       — Можете провести его до места встречи, однако дальше я прослежу за процессом.       В этот момент что-то внутри побудило Тогона встать и последовать за генералом. Колта удивился, но повёл императора к месту назначения.

***

      Генерал вновь стоял рядом с Сон Нян около тех ворот, но не успев сделать шаг вперёд заметил Талахая. Тот чуть приостановился и, увидев, силуэт Байяна и ещё одного человека с ним, направился в ту сторону. Его рука лежала на рукоядке меча, а шаги были быстры и решительны.       Генерал переглянулся с девушкой и тоже сделал несколько шагов навстречу Талахаю.       — Генерал? Откуда вы в такой час? — первым спросил Талахай.       — Я наконец приехал из провинции. Хотел успеть к вечеру, но моя лошадь устала и мне пришлось задержаться, — очень правдоподобно разъяснил Байян.       — Кажется, я видел еще одного человека с вами. Не это ли побудило вас выбрать такой путь?       — Со мной никого нет. Я заехал сюда, чтобы заплатить охраннику, что вчера работал у меня во дворце, — вновь обьяснил он.       — Хорошо, если так, генерал, — сказал Талахай, особенно выделив последнее слово.       После этого разговора Байян сделал шаг вперед, пытаясь увести собеседника. Но Талахай также решительно прошел через дворцовой стену и осмотрелся по сторонам.       За стеной никого не было. Талахай нахмурился, но свернул обратно и скрылся за поворотом.       Сон Нян выдохнула с облегчением и ловко спрыгнула с крыши стены.       Генерал Байян остановился, чтобы подождать девушку, а после пошёл вместе с ней.

***

      В потайных покоях уже сидел император. Колта с печальным лицом стоял около Тогона.       Вдруг двери распахнулись и в покои вошёл генерал.       — Теперь прошу выйти из этой комнаты. Наш разговор с императором не должен покинуть её стены, — приказал Байян.       Колта нехотя вышел и стал около дверей, направляющих из покоев в тронный зал.       Генерал Байян позвал Сон Нян, а сам вышел с другой стороны.       Тогон со страхом и недоумением посмотрел на мужчину в чёрном одеянии и маской на лице. Сон Нян дёрнула чёрную ткань, и та медленно упала с её лица.       Тогон широко раскрыл глаза и всеми силами попытался заговорить:       — Нян… Нян…       Он поднялся с места и, подойдя к ней, обнял.       — Ты жива, жива, — с теплотой сказал император. — Ты хоть значишь, как я терзался? Не мог ни спать, ни есть.       — Отпустите меня, — спокойно сказала девушка.       Но Тогон ещё крепче прижал её к себе:       — Нет, теперь я никогда тебя не отпущу.       — Сегодня я во дворце не для того, чтобы вы меня обнимали.       Парень смутился и отпустил ее:       — Тогда зачем ты здесь? Зачем ты пришла ко мне?       — Чтобы уничтожить Эль-Тэмура и весь его клан, — решительно сказала Нян.       — Хочешь использовать меня, чтобы отомстить ему? — с разочаровнием в глазах спросил Тогон.       — Моя месть и ваша тоже. Поможете мне, а я помогу вам. Вы сами умоляли меня о прощении, это и есть ваш шанс.       На глазах обоих накатывались слезы.       — А ты изменилась, — не смотря в глаза, сказал император.       — Любой бы изменился… — сделав небольшую паузу, девушка продолжила, — …пережив то же самое, что и я.       — Я уже устал от мести, устал, Сон Нян.       — Но вы должны это сделать!       — Хватит, не хочу больше, — Тогон немного отвернулся от неё.       — Почему вы не решаетесь? — вновь спросила Нян. На этот раз её голос был мягким и спокойным.       — Как долго ты ещё будешь говорить об этом? — с грустью ответил вопросом на вопрос император.       — Я здесь ради этого.       — А я не хочу, чтобы из-за меня снова погибли невинные люди, — произнес парень. В его глазах читалось безысходность.       — Это лишь ваше оправдание собственной трусости, — заявила девушка в ответ. — Вы знаете почему я вернулась? Император ничего не сказал, лишь посмотрел на неё, но Нян не ждала ответа:       — Потому что бесчестно жить ради собственного удовольствия. Я в долгу перед теми, кто погиб ради меня. Можете оправдываться, если хотите, пытайтесь выжить сами.       — Регент хочет, чтобы я отрёкся, — император тоже решил задать вопрос. — Знаешь, почему он разрешил мне набрать наложниц? Чтобы держать их в заложниках. И если кто-то пойдёт против него, его убьют. Я лучше отрёкусь до того, как прольётся ещё чья-то кровь. Вот почему я стал притворяться немым. Если я смогу всех одурачить, если отрёкусь, то предотвращу кровопролитие.       Девушка подняла голову чуть выше, достала из рукава письмо и протянула его императору.       — Что это? — спросил он.       — Прочтите.       Тогон начал разворачивать письмо. Когда он увидел кровь, его движения ускоролись.       Кровью написанные иероглифы, знак бабочки — всё это промелькнуло в голове парня.       — Клятва кровью… — ещё одна слеза скатилась по его щеке. — Бабочка.       Сон Нян так же грустно смотрела на него, не произнося ни слова.       — Отец! Это от моего папы! — тихо, но жалобно воскликнул Тогон, перестав сдерживать слезы. — Отец! Что здесь написано?       — Сами прочтите, — сказала девушка. — Ваш отец пролил кровь, чтобы написать это. Чтобы быть достойным его, научитесь читать. Так можно понять мир, и тогда люди сплотятся вокруг вас. А после этого вы сможете снова вернуть императорскую печать и затем обрушится на врагов весь свой гнев. Тогда я помогу вам.       — Ведь ты уйдешь… Уйдёшь, и я не знаю, увижу ли тебя снова, — император ещё раз взглянул на письмо. — Что мне нужно сделать?       — Сюда меня привёл генерал Байян. Для начала помогите его претендентке пройти. Пусть все думают, что вы благосклонны к ней. Заботьтесь о ней так, как если бы я была на её месте, — сказав это, Нян развернулась.       В комнату вошёл Байян, и Нян ушла с ним.       А по другую сторону стен этих покоев всё ещё стоял Колта, прислонившись ухом к стене, чтобы подслушивать. Когда шаги отдалились, и девушка покинула покои, евнух раскрыл рот от удивления.

***

      В тронном зале собрались губернаторы провинций. Оживленно беседуя между собой, мужчины не заметили отсутствия императора на аудиенции. Генерал Байян и Тал Тал лишь перебросили парой фраз между собой.       — Его императорское величество! — объявил Колта, вбежав в зал.       Все тут же умолкли и встали по своим местам.       Тогон зашёл в зал и направился к трону. На этот раз его лицо казалось спокойным, но не лишенным эмоций полностью.       Когда император занял свое место, вдовствующая императрица начала аудиенцию:       — Мы собрались здесь, потому что во дворце произошёл несчастный случай. Кандидатка из провинции Гу-джоу — Ки Яй была найдена мёртвой в одной из комнат дворца.       Хидзы, губернатор Гу-джоу, ошарашенно посмотрел на Будашири. Все остальные тоже напряглись.       Императрица неожиданно встала:       — Госпожа, вы сказали, что это несчастный случай. Однако официальное расследование не было проведено. Вы же не хотите, чтобы кто-то неправильно вас понял?       — Разумеется, за этим мы и собрались, — ответила Будашири, натянув улыбку. — В качестве расследования по этому делу, я предлагаю советника от провинции Ля-о-янь.       — Было бы правильнее, обсудить этот вопрос с моим отцом. Канцлер поднебесной лично избрал генерала Тынгиса для этого дела, — сказав это, Танашри ухмыльнулась.       Все губернаторы, стоягнее снизу, внезапно устремили свой взгляд в сторону императора. Императрица, Будашири и их придворные слуги обернулись. Выражение лица Танашри быстро сменилось с ликующей в душе ухмылки на напряжённый взгляд.       Тогон вяло поднял руку, тем самым позвав своего придворного евнуха. Колта сразу же подал императору кисть. Обмакнув кисть в чернильницу, мужчина вывел на бумаге лишь одно имя — Тал Тал, после чего вопросительно посмотрел на евнуха.       Все присутствие сильно удивились. Императрица нервно сжала руку в кулак и резко выдохнула, стиснув зубы.       Колта озвучил решение императора:       — Его императорское величество хочет, чтобы советник Тал Тал занялся этим делом.       Тогон с одобрением посмотрел на него.       — В таком случае решение императора поднебесной неоспоримо, — произнесла Будашири, выделяя каждое слово. Её лицо расцвело от улыбки, глядя на сына.       Тал Тал наконец сделал шаг вперед:       — Это честь для меня, ваше величество!       — На сегодня мероприятие закончено, — обратилась вдовствующая императрица ко всем присутствующим. — Как только расследование будет завершено, мы отправим вам обьяснительные письма и возобновим состязание.       Тал Тал слегка поклонился и отошёл обратно назад. Байян улыбнулся, посмотрев на своего племянника, который в свою очередь серьёзно и пристально глянул на дядю.

***

      Тынгис и Талахай зашли в покои Эль-Тэмура. Они сели за стол напротив друг друга. Одна из придворных дам хотела налить мужчинам чая, но регент жестом приказал всем покинуть комнату.       — Вы уже начали расследование во дворце? — серьёзно спросил Эль-Тэмур своих сыновей.       Оба неожиданно замокли, не один из них не хотел отвечать. Канцлер сосредоточил свой взгляд на Тынгисе.       Тому пришлось ответить:       — Советник Тал Тал назначен расследовать убийство Ки Яй.       Эль-Тэмур был в ярости:       — Думаете я буду жить вечно?! Ты мой старший сын! И почему ты такой бестолковый?!       — Сам император избрал его, — известил Талахай.       — Император? — переспросил регент.       — Да, — подтвердил Тынгис. — Император поднял руку на заседании и написал его имя.       — Значит император опять начинает приходить в себя, — хрипло проконстатировал Эль-Тэмур. — Если он начнёт выносить решения, то будет слишком далеко от отречения. Похоже, его время подходит к концу…       Талахай вдруг сказал:       — Вчера на вечернем обходе я видел генерала Байяна. С ним был какой-то человек, но он притаился и я не смог найти его.       Эль-Темур снова хрипло вздохнул.       — Как выглядел этот человек? — спросил Тынгис.       — Он был в чёрной одежде и в маске, поэтому я не смог разглядеть его черты. Но мужчина был невысокого роста, худощавого телосложения и с длинными волосами, собранными в хвост.       Тынгис вдруг шикоро раскрыл глаза и скиснул зубы. Талахай нахмурился, после чего вопросительно посмотрел на брата.       — Нужно быть осторожнее с ними, — заключил канцлер.

***

      Сыновья регента без предупреждения вошли в покои, где Байян и Тал Тал о чем-то говорили       Генерал Байян развернулся лицом к «гостям».       — Давно не виделись. Как там в Корё? — как ни в чем не бывало спросил он.       Но братья не были настроены на мирную беседу:       — Почему вы помогаете Сон Нян и вчера тайком вводили её во дворец?!       Генерал громко вздохнул и вновь спокойно ответил:       — Мы выкупили Сон Нян на рынке работорговцев. А о чем ты говоришь, я не знаю…       — Байян! — крикнул Тынгис. — Ты совсем рассудком тронулся?!       — Я вроде не заметил, — нахмурившись, ответил тот. — А вот ты, кажется, — да.       — Думай, что говоришь! — включился в разговор Талахай. — Губернаторство в голову ударило?!       Тал Тал негромко ответил:       — Она просто живёт у нас во дворце в качестве придворной дамы. Чего ты так дергаешься?       — Эта девка вместе с Чок Хо нашла письмо с клятвой. А это кинжал, направленный в сердце моего отца, — обьяснил Тынгис.       — Она это сделала, чтобы вернуть трон Ван Ю, — ни чуть не теряя спокойствие, снова ответил Тал Тал.       Старший из братьев злобно усмехнулся:       — И ты в это поверил?       — Она просила нас кое-что передать тебе, — вдруг сказал генерал Байян. — Она никому не расскажет, как умерла Пак Чим…       Глаза Тынгиса заметно округлились, по его спине пробежала дрожь, а в сердце полыхал гнев.       Губернатор продолжил:       — Полагаю, ты в этом замешан, судя по твоей реакции.       — Заткнись! — выкрикнул Тынгис.       — Буду ли я молчать, зависит от твоего поведения. Сон Нян сохранит твою тайну, а вот я, как знаешь. Однако это дело прошлое, поэтому нет нужды вести себя столь бесцеремонно, — на прощание сказал Байян, поправляя воротник накидки Тынгиса, и усмехнулся.

***

      По павильону дворца небыстро прошёл Тал Тал, зайдя в ворота женской части. Служанки сильно удивились, увидев его, направляющегося на кухню. Придворная дама Йон тоже вышла на встречу советнику. Тал Тал молча развернул указ о расследовании и спросил:       — Я осведомлен, что это происходило на дворцовой кухне. Мне нужно видеть тело Ки Яй и место убийства.       Дама Йон повернулась и повела мужчину в противоположную сторону. Придя в ту самую комнату Тал Тал стал осматираться, но Йон Ха не покидала её.       — Попрошу всех выйти, — сказал советник, обращаясь лишь к одной придворной даме.       — Мне велено присутствовать на проверке, так как это женская часть дворца. Это приказ императрицы, — ухмыляясь, объяснила девушка и осталась на месте.       Тал Тал немного напрягся, но не показывал этого внешне. Осмотрев труп, мужчина сразу же велел:       — Позовите главного лекаря.       Когда лекарь пришёл, он стал внимательно обозревал тело, рассматривая зрачки, цвет кожи, шею, и, записывая все это. В завершении процедуры он достал вытянутой металлический прибор, похожий на ложку, и дотронулся им до языка. Прошло несколько секунд, но прибор не потемнел.       — Вероятно, она умерла от сердечного заболевания, — сказал главный лекарь.       Дама Йон на секунду изобразила недовольно лицо, а после ухмыльнулась.       Тал Тал в это время обыскивал покои. Он почти закончил все проверять, как вдруг, поднимая пустую посуду, уронил с полки, стоявший там, бутылёк. Упав на пол, бутылёк разбился, и из него вытекла мутноватая жидкость. Тал Тал присел, обмакнул палец в жидкость и поднёс к носу.       Йон Ха ещё больше ухмыльнулась и гордой походкой подошла к разбившемуся бутыльку.       — Кажется, это индийский яд, — с наигранным волнением спросила придворная дама, тоже понюхать его. — И спустя день его следы невозможно заметить в организме. Неужели Ки Яй была отравлена?       Тал Тал внимательно посмотрел на девушку, но ничего не ответил. Воцарилось неловкое молчание. Теперь Йон Ху действительно охватил страх, а пристальный взгляд советника ещё больше нагнетал атмосферу.       Тал Тал поднялся и протянул руку лекарю со словами:       — Подайте серебряную ложку.       Тот в недоумении положил прибор в руку.       Советник опустил ложку в разлившуюся жидкость и та почти сразу же потемнело.       Наконец мужчина объяснил:       — У этого яда есть ещё одна удивительная особенность: он перестаёт темнеть при прикосновении с серебром через день после приготовления. К тому же исчезает его специфический запах.       Сердце в груди дамы Йон бешено забилось.       — Как думаешь, легко ли убить обычную придворную даму, если она предала нашу империю? — спокойно спросил Тал Тал.       — Я любимца императрицы! — воскликнула Йон Ха.       — Вот поэтому на этот раз тридцать ударов палкой для тебя будет достаточно, — сказал Тал Тал и коротко обратился к главному лекарю. — Дело закрыто.       — Да, господин, — поклонившись, подчинился лекарь.       Придворная дама Йон только набрала воздух, чтобы возразить, как мужчина вышел из комнаты.

***

      Через минуту Йон Ха, запыхавшись, стояла в покоях императрицы.       — Ваше величество, спасите меня, умоляю! — воскликнула она.       — Что произошло?! — спросила Танашри.       — Госпожа, наш план провалился. Тал Тал узнал о том, что яд приготовлен сегодня, — объяснила придворная дама и с ещё большей жалость сказала. — Он приказал избить меня до смерти тридцатью ударами палкой!       В надежде, что императрица спасёт её, девушка встала на колени.       — Вот бестолковая! — с неприязнью произнесла Танашри. — Я же велела тебе всё устроить, а ты провалила это дело. Это тебе по заслугам!       — Но, госпожа! Помилуйте!       — Уведите её, — сказала императрица.       Две служанки подбежали к Йон Хе и потащили её к выходу. А Танашри лишь ухмыльнулась на прощание.

***

      Крики придворной дамы разлетелись по всему дворцу.       — Отпустите! Мне нужно поговорить с её величеством! — твердила Йон Ха.       В сторону покоев императрицы уже шли двое придворных слуг. Девушки отпустили даму Йон и передали её слугам, а сами удалились.       Выведя её на улицу, мужчины крепко привязали придворную даму к дыбу, заковав её ноги в деревянные плашки.       Слуги оставили их, а пытчик замахнулся огромной палкой.       Сначала глаза Йон Хи наполнитель страхом, а при ударе девушка громко застонала.       Императрица незаметно наблюдала за происходящим из окна. Танашри усмехнулась и подумала вслух:       — Выживет она. Ещё как миленькая обратно ко мне на службу прибежит!       После пятнадцати ударов, по лицу девушки стекал холодный пот, а её стоны с каждым разом становились все тише.       По крыльцу рядом шли Ён Пён Су и его помощник Джо Чам. Первый неожиданно остановился и с жалость посмотрел на придворную даму.       — Это же Йон Ха. Бедняжка… И, что она такого могла сделать? — сочувствуя девушке, сам себя спросил он.       Его помощник усмехнулся:       — Неужели, тебе нравится Йон?       Но Пён Су перебил его:       — Нет! Да я вообще терпеть не могу придворных дам!       Оба возобновили шаг, но Джо Чам еле сдерживать свою улыбку, идя позади.

***

      Присев на мягкий стул в своих покоях, генерал Байян отпил немного чая из чашки.       — Можете объясните, что произошло? — возмутившись, спросил Тал Тал.       — Дядя! — повышая тон голоса, вновь одернул его племянник.       Генерал чётко посмотрел ему в глаза и объяснил:       — Она попросила лично отдать письмо императору. Вчера ночью я тайно привёл её во дворец.       — Зачем вы так рисковали?! — воскликнул Тал Тал.       — Император назначил тебя расследовать убийство Байян-Хутуг. Ты думаешь, с чего он вдруг начать вживаться в свою роль?       Тал Тал присел рядом с Байяном, задумавшись.       Неожиданно, к ним в комнату зашёл гонец и передал, протянув письмо:       — Придворная дама Ки передала вам это письмо.       Генерал Байян принял и развернул письмо.       — Нян просит передать письмо старшему евнуху, — проконстатировал он Тал Талу.       — Что в письме? — ещё больше напрягся тот.       — Она сообщает о том, что жива и просит помочь Байян-Хутуг.       — Вы ведь уничтожите его, дядя? — будто риторически, спросил Тал Тал и подошёл ближе.       — Нам нужны свои люди во дворце, — сказал генерал. — Для Байян-Хутуг нужно отобрать слуг, которое верны нам. Это письмо поможет нам в этом.       — От этой девушки одни проблемы, — пробормотал себе под нос Тал Тал.

***

      Он Би Су вновь сидела в праздничных одеяниях у себя в комнате. Пока она поправляла макияж, проходя по лицу кистью, туда вошла одна из кисен.       — Пришли торговцы, — коротко доложила она.       — Скажи им, что я сейчас приду, — не отводят взгляда от зеркала, приказала Би Су.       — Да, госпожа, — слушаясь, ушла та кисен.       Он Би Су поправила волосы рукой и наконец отвела взгляд.

***

      Ван Ю с его свитой между тем проходили около покоев Би Су на рынке.       — Собери информацию о торговцах, — приказал Ван Ю.       — Слушаюсь, — повиновался Чон Пак и убежал.       Ван Ю обратился к своему евнуху:       — Завтра мы отправимся к губернатору.       — Господин, но Байяна нет на месте, — неловко сказал Пан.       — А где он?       — В Даду проходит отбор наложниц.       — Наложниц? — переспросил Ван Ю.       Евнух Пан немного поклонился в знак подтверждения. Его господин задумался и двинулся дальше.       Сделав несколько шагов, они нос к носу встретились с Он Би Су. Девушка в недоумении опустила голову, пряча лицо.       — Ты… — вопросительно начал Ван Ю.       Пан немного пригнулся и удивленно сказал:       — Батору?!       Би Су подняла взгляд и пристально посмотрела на Ван Ю широко раскрытыми глазами. Мужчина в ответ тоже посмотрел ей в глаза, но более задумчиво.

***

      Колта сидел рядом с императором в малом зале слушания. Уже привыкший к постоянному молчанию, сегодня он тоже не уговаривал Тогона сделать что-либо.       Внезапно тот встал и подошёл к евнуху, а потом без энтузиазма, но четко сказал:       — Узнай, где сейчас находится госпожа Байян-Хутуг и доложи мне.       Колта раскрыл рот, его глаза будто заискрились от радости. Он воскликнул:       — Господин! Вы заговорили!       На это император с волнением поднёс указательный палец ко рту, в знак молчания и объяснил свой жест почти шепотом:       — Это должно остаться только между нами.       — Конечно, — довольно закивал Колта.       — Я хочу увидеть её, — продолжил Тогон. — Приведи Байян-Хутуг ко мне.       — Да, ваше величество, — повиновался евнух и убежал.       Тогон лишь посмотрел ему вслед.       «Это шаг, ведущий к гибели или спасению?» Этот вопрос прочно засел у парня в голове с того самого разговора с Нян. Он лишь тяжело вздохнул и закрыл глаза.       — …для начала помогите его претендентке пройти. Пусть все думают, что вы благосклонны к ней. Заботьтесь о ней так, как если бы я была на её месте, — как будто послышались из прошлого слова Сон Нян, всплыв у Тогона в голове.

***

      Байян-Хутуг подошла к небольшой комнате, которую от коридора отделяла только складная перегородка.       Главный евнух императора приказал ей:       — Никто не должен знать, что император заговорил.       Девушка опустила голову в знак согласия, а Колта, в свою очередь, поклонился ещё ниже.

***

      Император в напряжении сидел на мягкой обитой лавке.       Расписная ширма за его спиной открылась и в покои вошла Байян-Хутуг. Её шаги в танхэ с цветочным узорами были изящны. Надето было нежно-розовое платье, что делало её ещё утонченнее.       Тогон резко обернулся, будто в надежде вновь увидеть там Нян, а потом застыл, представляя себе её в этом наряде.       — Это огромная честь для меня, ваше величество, — тихо сказала претендентка.       Парень собрался с мыслями и выдал:       — Не беспокойся, я по достоинству оценю тебя в состязаниях.       — Благодарю вас, господин!       — Но в замен я попрошу тебя, кое о чем, — продолжил Тогон.       — Что вы, ваше величество, я исполню любую вашу просьбу. Мне не нужно отдачи. То, что я уже сейчас стою перед вами — подарок.       — Ты должна будешь приходить ко мне каждую ночь и учить письму и чтению иероглифов.       — Да, господин.       После этого недолгого диалога император разрешил девушке откланяться.

***

      Вечером, когда работа в дворцовой прачечной была закончена, двое служанок уже собирались уходить. Но тут в комнату вошёл старший евнух. Девушки слегка поклонились, а потом вопросительно посмотрели на него.       Мужчина достал два письма из конверта и раскрыл первое со словами:       — Этот конверт мне передал губернатор провинции Ля-о-янь. Он сказал передать его Хон Дан и служанкам из Корё.       Каждый про себя читал письмо:       «Здравствуйте… Это пишет вам Нян. И хотя, все считают меня погибшей, я жива и пишу вами — Ки Сон Нян. Только сохраните это в тайне от всех.       Мы не виделись и за это время все устали от дворцовых интриг, но я вернулась. Я могла бы рассказать вам о том, что со мной произошло, но надеюсь когда-нибудь встретиться с вами…       Скажу только одно — меня спас генерал Байян. И, прошу, прислуживайте и помогайте его кандидатке пройти состязания. После всего произошедшего сложно делать это, но лишь так мы сможем отомстить.       Второе письмо, и есть причина для этого…»       Подпись: «Старшему евнуху, Хон Дан и всем служанкам из Корё. От Ки Сон Нян».       «Сожгите эти письма после прочтения».       У Хон Дан и второй девушки из Корё по лицу текли слезы, но это были слезы радости, радости за Нян.       Евнух раскрыл второе письмо, в котором писалось:       »…мама, это пишу тебе я — Ки Ок. Я скучаю по тебе, мама. Очень-очень скучаю».       Дочитывая это письмо старший евнух тоже не смог сдержать слез.

***

      На следующее утро старший евнух вошёл в комнату, где лежал Пак. Увидев его, Пак попытался встать, но старший евнух помешал ему:       — Не надо, не вставай.       Мужчина все равно поднялся. Его лицо было бледным и на нем была больничная одежда.       — Как прошло состязание? — спросил он.       — Пока неясно, император не в состоянии принимать здравые решения.       Пак вздохнул:       — Если кандидатка Байяна не станет наложницей, то нет смысла мне служить евнухом при дворе.       Старший евнух с грустью закивал:       — Тогда ты скорее всего отправишься во-дворец в Ля-о-яне и будешь прислуживать вместе с Нян.       — А результат третьего тура?       — Он состоится сегодня.

***

      Ван Ю сидел за столом с Чон Паком и евнухом Паном.       — Интересно, а что тут понадобилось батору? То есть, как её, Он Би Су, — допивая свой чай, из любопытства спросил Чон Пак.       — Тут что-то неладное, будьте на чеку, — предупредил евнух Пан.       Вдруг на полотне появилась тень, а из-за двери раздался женский голос:       — Это Он Би Су. Позвольте войти.       Мужчины переглянулись.       — Заходи, — ответил евнух Пан за своей господина.       Дверь плавно открылась и девушка вошла внутрь. Её роскошный наряд теперь напоминал кисен.       — Позвольте выразить вам глубочайшее уважение, — с мягкой улыбкой попросила Би Су.       — Оставим это, — сказал Ван Ю.       Но девушка все равно опустилась на колени и встала. Так, что свите Ван Ю пришлось подняться со своих мест.       Через несколько минут батору уже сидела за столом напротив Ван Ю, подливая ему чая.       — Вот уж не ожидала встретить здесь вас, — сказала она.       — Я тоже думал, что ты скачешь по какой-нибудь равнине, — поддержал тему Ван Ю.       — Моё племя было разбито, — продолжила Би Су. — Торговцы с запада помогли открыть мне этот корёанский публичный дом. А что привело вас сюда?       — Я узнал, что Байян стал губернатором, — немногозначно ответил мужчина. — Приехал его повидать.       — Бывшие враги встречаются вновь… Судьба — штука забавная.       — Кстати, я сам хотел заняться торговлей. Как я понимаю, здесь собираются все торговцы. Поможешь мне?       — Вы спасли мне жизнь, — опустив взгляд, сказала девушка. — Как я могу вам отказать.       Они одновременно отпили из своих чаш.       Посидев ещё немного, Он Би Су вышла из покоев. На входе из здания её встретил охранник.       — Следи за ним, — сменив улыбку на холодный взгляд, приказала батору.       — Да, госпожа, — слегка опустил голову в ответ тот.       Би Су сделала шаг вперёд.       Ван Ю и его свита все ещё сидели за столом.       — Ух-ты, а в платье она намного красивее! — воскликнул Чон Пак.       — Заткнись уже, — строго сказал евнух Пан.       — Будьте осторожнее, — приказал Ван Ю. — Тут полно всякой швали.       — Понял, господин, — Чон Пак сник.       — Есть новости от Му Сона?

***

      Следующим утром Му Сон стоял, окружённый тремя охранниками. Их деревянные мечи быстро двигались в пространстве.       Му Сон ловко уклонялся от противников и отражал удары.       Когда воины подошли к нему ещё ближе, он резко побежал в сторону одного из них и с размаху пнул его ногой в грудь.       Выбившись из сил, второй не смог уклониться от удара мечом. А третий замахнулся сверху, но тоже оказался на земле.       Му Сон несколько раз глубоко вздохнул и гордо встал перед ними, положив меч на плечо.       — И вы ещё называете себя охранниками?! — рассмеялся он.       Неожиданно сзади тоже послышался смех. Хок Су, хлопав в ладоши победителю, довольно похвалил его.       — Ты мне нравишься все больше и больше! — и, поковыляв ещё немного, опираясь на свою костыль, спросил. — Где ты обучался?       — Меня выгнали из дворцовой гвардии, — подняв голову после приветствия, ответил тот.       — Я так и думал, ты не похож на разбойника. А за что выгнали?       — Ну… Я… — замялся парень.       — Придворные дамочки? Все носатые мужики одинаковые, — заключил Хок Су и похлопал охранника по плечу.       К площадке подошла Он Би Су с её личным стражником.       — Моё почтение, прошу за мной, — поприветствовал их Хок Су.       Му Сон проводил их взглядом до лестницы. Его взор пал на скулящего щенка, который был привязан к подпорке.

***

      Му Сон аккуратно сделал несколько шагов в сторону одной из двери в таверне, держа щенка на руках. Он прислонился к стене ухом.       — Сегодня ночью привезут поддельные дзяодзы, — послышался голос главаря из-за стены.

***

      За той дверью сидели Хок Су и Он Би Су.       Мужчина спросил:       — Как много пришлют?       — Сказали, что тридцать тысяч, — ответила девушка.       — Байян устраивает проверки, надо послать почтового голубя сообщить, что мы их встретим.       — Сделаю, — спокойно сказала Он Би Су и сразу же уточнила. — Условный знак?       — Скажем, горящая стрела…       Оба резко обернулись на дверь:       — Кто здесь?!       Девушка вытащила клинок, пока Хок Су шёл к выходу. Но, отодвинув дверь, никого не обнаружил. Мужчин потрубил в специальную трубку и на этот звук сбежались охранники.       Один из них спросил за всех:       — Что, командир?       — Тут кто-то был. Обыщите все, ничего не упускать!       Не успел тот договорить, как Му Сон жестом остановил его. Хок Су прищурил глаза.       Му Сон обошёл, рядом стоящий шкафчик, и вынес оттуда щенка:       — Вот преступник.       Другой охранник взял собаку на руки и поддержал идею:       — Видимо, верёвку перегрыз.       — Ступайте, расходитесь, — приказал командир.       Охранники разошлись, а Му Сон остался проводить главных.       Би Су сложила клинок обратно в ножны и, отвернувшись, искоса посмотрела в его сторону, будто что-то подозревая.

***

      Евнух Пан и Чон Пак в лохмотьях лежали на снегу и кричали:       — Подайте монетку!       Одна из, проходящих мимо, женщин бросила им монету. Та звонко упала в пустую половинку тыквы, которую «бездомные» использовали в качестве чаши.       — Да благословит вас Будда! — громко поблагодарил Чон Пак женщину вслед и шепотом пожаловался Пану. — Я весь зад отморозил!       — Тихо, — сказал евнух и поднес указательный палец ко рту.       — Он идет! — настороженно указал Чон Пак в сторону.       Евнух Пан посмотрел в ту сторону и напомнил Чон Паку:       — Приготовься! И помни, ты слепой.       — Да, понял, слепой, — сказал тот и натянул на глаза повязку.       Они встали и, держась за длинную палку, пошли в сторону людей на лошадях. Евнух Пан шел спереди и специально прихрамывал, ставя одну ногу на бок. А Чон Пак держал палку за другой конец и шел сзади.       — Мы замерзаем, подайте монетку! — вновь начали «причитать» они. — Мы замерзаем, подыхаем с голоду! Подайте монетку! Мы замерзаем, подайте монетку!       Мужчины упали прямо под ноги лошади командира из Дома Орла, и той пришлось резко остановиться. Но Хок Су объехал «бездомных» стороной, несмотря на их вопль.       — Смилуйтесь! За целый день ни одной рисинки, — продолжили те.       Му Сон единственный из свиты остановился перед мужчинами, вынул целый мешочек с монетами и бросил к ним.       — Вот спасибо, благородный господин! Да благословят вас небеса! — закричал ему вслед евнух Пан.       — Спасибо! — повторил Чон Пак и снял с глаз повязку. — Век помнить будем!       Мужчины быстро скрылись за углом близлежащего дома и, присев на ступеньки, развернули мешочек. Оттуда показался небольшой кусок бумаги с запиской.       — Что там? — спросил Чон Пак.       — Фальшивые деньги привезут сегодня, —настороженно ответил Пан.

***

      Три мудреца в дворцовой библиотеке уже были в ожидании. На столе были разложены всевозможные книги и сборники, которые они внимательно изучали.       В комнату вошла императрица в сопровождении придворной дамы Со.       — Ваше величество! — поклонились мудрецы в знак приветствия.       — Вы всё приготовили? — с улыбкой спросила императрица.       — Да, согласно вашим указаниям мы выбрали вопрос, на который невозможно дать точный ответ, — ответил один из них.       Танашри повернула голову в сторону двери и приказала:       — Зайдите!       В библиотеку тут же вбежали Ён Пён Су, Джо Чам и другие его воины. Мудрецы стали недовольно переговариваться между собой.       — Они будут охранять вас до окончания состязания, — объяснила императрица.       — Но, ваше величество… — попытались ей возразить те.       — Вы не имеете право с кем-то разговаривать или выходить из павильона без разрешения. Ясно?       — Да, госпожа, — согласились они, в их голосе звучала нотка безвыходности.       — Вот это будет забавно, — ухмыльнувшись, добавил Ён Пён Су.

***

      Император сидел за столом в своих покоях.       — Третий круг будет самым трудным? — волнуясь, спросил он.       — Императрица приказала учёным приготовить задание, — ответил Колта.       — Матушка должна была все подготовить, — Тогон скрестил руки на столе и грустно положил на них голову.       — Господин, почему вы так печалитесь?       — А что, если я не смогу выполнить задание Сон Нян? Что мне тогда делать? Я ведь не могу её подвести! — закричал Тогон.       — Ваше величество, тише. Вы помните, что она вам говорила? Вспомните её и подумайте, что бы сделала Сон Нян, — попытался успокоить его Колта. — Несомненно, Байян выбрал достойную кандидатку.       Император лишь тяжело вздохнул.

***

      Йон Ха довольно вынесла поднос, на котором лежал свиток из павильона из библиотекой. Принеся его в тронный зал, она передала поднос даме Со, а сама развернула свиток и повесила его на специальной доске. На полотне были нарисовано несколько рисунков.       Все девушки были в сборе, они сидели за столами, на которых лежали отрезки бумаги и чернильницы.       — Начинаем третий тур отбора, — громко объявил старший евнух и указал на то полотно. — В этой картине перед вами есть скрытый смысл, вы должны написать какой. Можете приступать.       Все девушки одновременно начали выписывать ответ иероглифами. Байян-Хутуг напряглась, сосредоточенно посмотрев на картину, она наконец отвела взгляд и начала писать вместе со всеми.       — Что же означает эта картина? — шёпотом спросила вдовствующая императрица у своего евнуха.       Тот наклонился к ней и так же тихо ответил:       — Вероятно, мир и процветание.       Танашри довольно ухмыльнулась, услышав краем уха ответ Джана.       Байян-Хутуг посмотрела на картину ещё раз. «Мир и процветание. Разве академики задали бы такой простой вопрос?» — задумалась девушка. Все претендентки, написав один и тот же ответ, поочерёдно стали сдавать ответы, вставая со стих мест.       В тронный зал тихо вошли генерал Байян и Тал Тал.       Тогон с волнением наблюдал за ситуацией, в его глазах на месте Байян-Хутуг всё ещё была Нян, которая изящно, но в то же время пронзительно, искала в картине скрытый смысл.       — Было проще, чем я думала, — произнесла одна из девушек, встав со своего места.       Претендентка Ля-о-янь последняя осталась на своём месте. Она махнула головой и начала писать тот же ответ.       — Интересно, а над чем она так задумалась? — спросила одна из наложниц другую, указывая на Байян-Хутуг.       Та усмешливо ответила:       — Теперь понятно, почему её величество императрица так её не любит. Она же тупая!       Служанка Хон Дан неодобрительно покачала головой.       — Она же умница, как же не может разгадать такую простую загадку, — риторически спросил Байян, всё ещё стоя позади зала. — Тут и скот, и приготовленная пища, и улыбающийся Будда — мир и процветание!       Тал Тал же медленно повернул голову и возразил:       — Смысл совсем иной, дядя.       — Разве? — удивился тот.       Девушка ещё раз посмотрела на картину. «Крестьянка готовит обед, улыбающееся божество, продают скота. Что-то знакомое…» — подумала она. Но после недолгой паузы дописала тот же ответ, а потом встала со своего места и тоже сдала лист бумаги. Теперь все девушки выстроились в ряд.

***

      Вечером в своей комнате Байян-Хутуг всё так же задумчиво сидела, смотря в одну точку. В её голове была та картина на полотне. Она наконец встала и подошла к столу, чтобы взять оттуда книгу, после чего уселась на мягком стуле, облегчённо вздохнула и приступила к чтению.       Девушка нашла нужную строку и начала читать:       «Как горек рис варёный в этот год —       он до морозов явно не созреет.       А небеса все ливнями болеют —       и серп забытый ржавчина сожрет.       Дожди все льют, но высохли глаза —       искать ростки в грязи слеза мешала.       Я месяц прямо в поле ночевала.       Мороз. Теперь веду домой вола.       Весь урожай, пыхтя, несла продать —       Но денег дали, как за пыль с дороги.       Продам вола, чтоб заплатить налоги,       И мысль про голод тщетно буду гнать.       Налог берут монетой золотой —       Нанять солдат на длинную границу.       Чиновник сыт, а нам не прокормиться.       К речному богу я пойду женою…»       Тут Байян-Хутуг остановилась и, нахмурившись, ещё раз пробежала глазами по тексту. Она вновь вспомнила картину на полотне: «Крестьянка готовит обед, улыбающееся божество, продают скота…»       Глаза девушки вдруг широко открылись, она закрыла книгу и вышла из своих покоев. Байян-Хутуг огляделась в одну и другую сторону по коридору и повернула налево.

***

      Старший евнух неспешно шёл по коридору, когда ему навстречу вышла Байян-Хутуг и спросила:       — Когда объявят результаты третьего тура?       Мужчина в недоумении ответил:       — Завтра в полдень.       Претендентка сосредоточенно кивнула ему в ответ и пошла дальше, минув главную часть гарема. Тот лишь развёл руками.       Байян-Хутуг завернула за угол и в далеке увидела незнакомую ей девушку в мужском костюме, которая сразу же развернулась и попыталась уйти обратно.       — Стой! — задержала её наложница.       Сон Нян обернулась и медленно подошла ближе, а затем спросила:       — Госпожа, вы чего-то желаете?       Но Байян-Хутуг серьёзно сказала:       — Кто ты?       — Я служанка…       В этот момент туда подошёл старший евнух и обратился к претендентке:       — Байян-Хутуг, вам уже нужно отправляться в свои покои, в этой части гарема неположено находиться в такое время суток.       — Кажется, я заблудилась в этом…       Не дав той договорить, Сон Нян спросила:       — Вы госпожа Байян-Хутуг?       Девушка озадаченно кивнула в ответ.       Нян поклонилась ещё раз в знак уважения и объяснила:       — Я Ки Сон Нян, готова служить вам. Вероятно, ваш брат рассказывал обо мне. Я готова сделать всё, чтобы вы стали императрицей Юань.       Байян-Хутуг польщённо улыбнулась:       — Что ж, я бы спросила, зачем тебе это, но мы уже потеряли много времени…       — Слушаю, — собранно ответила Нян.

***

      Му Сон в чёрной одежде с маской на лице тихо приоткрыл дверь в одни из покоев, на стенах которых висели вывески с изображением орла, и никого не увидев, зашёл внутрь и сдёрнул маску с лица. Мужчина начал проверять все полки в комнате и, обыскав две шкатулки в левом шкафу, отошёл к следующему. Его шаги были очень плавными. Он выдвинул ещё несколько шуфлядок перед тем, как найти в одной из них книгу, открыв которую увидел нужные записи, и спрятал книгу между слоями одежды на себе. Му Сон вновь одел маску и двинулся обратно.

***

      Чон Пак и евнух Пан подбежали несколько шагов на улице, по которой должен был идти Му Сон. Когда они встретили его, то огляделись и уточнили:       — Достал?       Тот приоткрыл верхнюю часть одежды, откуда показался край книги.       — Отличная работа, — шёпотом похвалил его Чон Пак.       Му Сон так же тихо спросил:       — Где король?

***

      Он Би Су и Ван Ю сидели за столом в одних из гостевых покоев. Девушка была в том самом красочном платье для кисен. На столе стояла разнообразная еда и небольшой чайник с соджу.       Он Би Су вкрадчивым голосом поинтересовалась:       — Вы задумчивы больше, чем обычно.       Ван Ю сглотнул напиток из чаши и неохотно сказал:       — У каждого бывают плохие дни, — его глаза наполнились грустью. — Когда тоскуешь по кому-то…       Это вызвало интерес у девушки:       — Можете рассказать мне о ней?       — Я не в том настроении… — коротко оборвал разговор мужчина.       На двери упала тень, вслед за которой в комнату вошёл евнух Пан. Он склонился к господину и, прикрыв рукой рот, прошептал что-то. Он Би Су подалась вперёд, пытаясь прислушаться.       Ван Ю сообщил:       — Мне пора. Спасибо за угощение.       Девушка пожелала в ответ:       — Тогда спокойной ночи, — и встала со всего места.       Чон Пак приоткрыл дверь из покоев напротив, чтобы осмотреться, и сразу же закрыл её, когда увидев Он Би Су, выходящую из гостевых покоев.       Когда девушка скрылась за углом, Чон Пак снова приоткрыл дверь и подал:       — Выходим.       Вслед за ним показался Му Сон, который тихо прикрыл дверь и прошёл к Ван Ю.       Он Би Су, притаившаяся за углом, наконец сделала шаг вперёд, проводив взглядом свиту Ван Ю.       — Новый охранник? — удивилась девушка. — Тогда воры, укравшие бумаги…

***

      Ван Ю и его свита раскрыли найденную книгу и, просмотрев её, обобщили:       — Это то, что нам было нужно: даты изготовления, перевод денег. Завтра будет ещё одна доставка.       Мужчины встревожились и сосредоточились на изучении бумаги.

***

      Батору была в смятении. Сидя на стуле, девушка промолвила:       — Одно моё слово и Ван Ю будет мёртв. Мёртв…

***

      Он Би Су в мужском костюме и сатгате на голове прошла мимо Му Сона, приостановилась и посмотрела мужчине в глаза. Тот встал и опустил взгляд в знак уважения.       Пройдя по лестнице, девушка свернула за угол и, постучавшись перед дверью, вошла в дом Хок Су.       — Заходи, — послышалось из комнаты.       Он Би Су вошла и, сняв сатгат, села напротив Хок Су.       Мужчина начал свой рассказ:       — Прошлой ночью я оставил дверь открытой, чтобы поймать «крысу», — ехидно усмехнулся тот. — И что ты думаешь? «Крыса» пришла. Сможешь догадаться, кто это?       Он Би Су ничего не ответила, а лишь продолжала пристально смотреть на Хок Су.       Тот продолжил:       — Новый охранник Хо. Он убил Хон Ка и был тем, кто украл бумаги.       Девушка сделала растерянное лицо, про себя продумывая план действий.       — Крыса схватила подложную тетрадь. Завтра ночью он постарается помешать доставке фальшивок.       Он Би Су прервала молчание и спросила:       — Что будешь делать?       — Убью их всех, — самоуверенно высказался Хок Су. — Хо и всех крыс вместе с ним.

***

      Придя в гостевой дом, Би Су вновь переоделась в платье. Она медленно шла по коридору, и опустив глаза, подходила к комнате Ван Ю.       Неожиданно дверь покоев открылась и оттуда вышел Ван Ю, который тоже не ожидал увидеть здесь девушку в столь поздний час.       — Вышла прогуляться? — спросил он, но ответа не послышалось. — Что-то не так? Или хочешь мне что-то сказать?

***

      Сон Нян привела Байян-Хутуг в заброшенные покои, где сейас находилась сама. Войдя туда, претендентка съёжилась от холода. Нян достала из полки под столом бумагу, сложенную вчетверо, и развернула её. Там была изображена карта дворца и сооружений возле него.       Девушки встали рядом и стали разглядывать карту. Сон Нян вдруг указала пальцем на один из павильонов и объяснила:       — Здесь находятся дворцовые склады с боеприпасами и оружием. Мы сообщим Ёну и другим стражникам об опасности, а я стану приманкой. В это время ты должна проникнуть в библиотеку и заменить ответ.       Они кивнули друг другу, и Байян-Хутуг вышла по направлению к своим покоям.

***

      Переодевшись в другой чёрный костюм с маской на лице, Сон Нян проходила около ворот, недалеко от которых располагался те самые склады. Она забралась на крышу первого из них и пригнулась, ожидая сигнала.

***

      Ён Пён Су, его помощник и другие воины стояли около входа в библиотеку, где мудрецы проверяли работы наложниц.       Один из слуг подбежал к двери и, опустя голову, доложил:       — Кто-то пробрался на территорию дворцовых складов.       Ён Пён Су сразу же поменялся в лице.       — За мной! — скомандовал он воинам.       Гвардейцы выбежали из библиотеки и направились в сторону выхода, а слуга скрылся в неизвестном направлении.       Байян-Хутуг вышла из-за угла в коридоре и, убедившись, что никого нет, тихо вошла в комнату. Мудрецы сильно удивились, увидев её, и поклонились.       Девушка вытащила из рукава бумагу с правильным ответом и с улыбкой сказала:       — Все вы служите её величеству вдовствующей императрице. Это ваш шанс показать верность ей. Если я пройду состязание, то ваше положение во дворце заметно улучшится, — рассказав это, она протянула руку и попросила свой переплёт с надписью «12 провинция».       Один из мудрецов, стоящий ближе всего к ней, открыл его и вынул прежнюю бумагу с ответом, заменив его новой. Байян-Хутуг довольно взяла лист бумаги с неправильным ответом и бросила его в камин, где от того остался лишь пепел.

***

      В окне одного из павильонов вдалеке загорелся свет. Сон Нян тут же привстала и попыталась разглядеть что-то в темноте.       Из тех покоев выбежали Ён Пён Су и другие воины, увидев их, девушка встала в полный рост на крыше. Её маска и отдельные пряди волос развевались на ветру.       Когда Ён увидел человека на крыше, он тут же побежал в ту сторону.       Сон Нян, перепрыгнула на другую крышу и притаилась.       В её сторону полетели стрелы, но дождавшись остановки, девушка вновь встала и бросила нож в их сторону. Но он пролетел мимо.       Ён Пён Су попытался забраться на крышу и последовал за ней.       Один из воинов оббежал вокруг и натянул тетеву лука.       Сон Нян, как и Ён Пён Су, начала выбиваться из сил. В какой-то момент Ён спрыгнул на землю и приказалал:       — Назад! Нам не поймать его.       Девушка всё ещё продолжала бежать.       Тот воин прицелился и в тот же миг отпустил тетеву.       Стрела попала Сон Нян чуть выше живота. Девушка с грохотом упала на землю уже без сознания.