Глава 8

      Ён Пён Су трясся от страха и ничего не мог выдавить из себя, но внимание всех присутствующиех уже было приковано к нему. Тот всё же собрался с силами:       — Господин канцлер вовсе не виновен, — повторил мужчина. — Это… это моя вина.       В зале воцарилось ещё большее волнение, а Эль-Тэмур и его сыновья тем временем смогли выдохнуть с облегчением.       — Как ты это объяснишь? — возмутился тот же наместник.       Ён замялся:       — Я… я хотел выслужиться перед регентом, поэтому решил написать этот указ и сказать, что его величество передал его через меня.       — Ты действительно признаёшь свою вину? — переспросил другой губернатор.       — Да, я никогда не хотел подставлять нашего канцлера, — судорожно затараторил тот. — Он честно и справедливо принимает решения во благо этой страны.       Тынгис чуть заметно ухмыльнулся, взглянув на Талахая:       — Надо же, как заливает…       Генерал Байян в недоумении переглянулся со своим племянником. Тал Тал же, окинув взглядом расстояние между ним и рядом стоящим наместником, решил ничего не отвечать.       Эль-Тэмур грозно обратился к подчинённым:       — Надеюсь, хотя бы теперь вы поняли, что в политике никогда не стоит делать поспешных выводов!       Когда все затихли, он добавил:       — А командир Ён получит суровое наказание!       В ответ на это губернаторы разом закричали:       — Он заслуживает смерти!       Ён Пён Су задрожал от страха.

***

      Ён Пён Су был окружён стражниками. Его руки сдавливала завязанная на них толстая верёвка. Постепенно вокруг него остались лишь грязные, серые стены.       Когда они подошли к одной из камер, стражники удалились.       — Заходи, — пренебрежительно сказал тюремщик, подтолкнув его за решётку.       Ён Пён Су не сопротивлялся, но его глаза, наполненные страхом, забегали по комнате и, наконец, остановились: рядом с клеткой стоял стул для пыток. Парень задрожал от страха ещё сильнее и отполз в противоположный угол камеры.       Тюремщик провернул ключ и двинулся к выходу. Ён привстал, будто хотел сказать что-то, но поймав на себе лишь безразличный взгляд, остался сидеть на месте.

***

      Танашри сидела за столом и прихорашивалась, смотрясь в зеркало. Стоящая рядом дама Йон то и дело подавала ей что-то: сначала пудру, затем кисточку, потом помаду…       В комнату вдруг вбежала дама Со:       — Ваше величество! Ваше величество!       Танашри отодвинула от себя руку служанки с кисточкой и с лёгкой улыбкой вопросительно посмотрела на придворную даму. Та, отдышавшись, наконец начала:       — Там… На собрании… Там всё сорвалось!       Глаза императрицы округлились, а то, что к этому моменту ещё осталось от улыбки, вмиг исчезло с её лица.       — Ваш отец только сказал об указе, как появился Тал Тал, — объяснила Со. — Он сказал проверить указ на подлинность. И печать оказалась поддельной!       Девушка в недоумении смотрела прямо в глаза даме Со, наклонив голову, а после робко спросила:       — Как такое возможно?..       — Госпожа, я не знаю… Вашего отца оклеветали! Если бы не командир Ён, который по приказу Тынгиса взял вину на себя, плохо бы нам всем пришлось, — закончила придворная дама.       В этот момент Танашри ещё находилась в напряжении, но уже смогла выдохнуть. Йон Ха же, наоборот, сразу поменялась в лице и затаила дыхание, с надеждой глядя на Со, но та замолкла. Императрица вздохнула ещё раз и продолжила заниматься макияжем. Дама Йон помялась несколько секунд и всё же решилась спросить:       — А, что будет с командиром?       — С Ён Пён Су? Пока посадили в темницу, в там…       — Ваше величество, ваш брат ведь освободит его? — на этот раз обратилась девушка к Танашри и затараторила. — Ведь он невиновный человек. Да ещё и так мужественно поступил. И вообще он же всегда помогал господину Тынгису и нам.       — Может быть, — вяло сказала та. — Сейчас лучше думать о том, как самим выбраться отсюда. Как говорит мой отец, не можешь найти козла отпущения — назначь.       Увидев усмешку Танашри, Йон Ха приуныла ещё больше. Первая же лишь злостно прошептала:       — Сон Нян…

***

      Ён Пён Су сидел в своей клетке, опустив взгляд в пол.       Услышав какие-то звуки, он приподнялся и подполз к решётке. Вскоре звук стал усиливаться — это были шаги. Повернув за угол, тюремщик оказался в поле зрения парня, а за ним шёл Джо Чам. Ён сразу же встретился глазами со своим уже бывшим помощником и немного успокоился.       Джо Чама посадили в соседнюю камеру.       Тюремщик снова провернул ключ, а потом с точно таким же каменным лицом ушёл, и Пён Су тут же прильнул лицом к решётке настолько, насколько это было возможно, но увидеть Джо Чаму так и не удалось. Тогда первый спросил:       — Почему так долго? Я уж думал, тебя отвели куда-то в другое крыло. Ты виделся с генералом Тынгисом?       — Если бы, — с разочарованием ответил тот. — Всё думали, виновен я или нет, но в итоге отправили сюда.       Ён Пён Су снова поник, но всё же решил высказаться:       — Что-то мне кажется: зря мы это всё начали…       — В смысле?       — Неизвестно теперь, как скоро господин Тынгис нас отсюда вытащит…       — Так мы ведь невиновны, конечно, он скоро придёт за нами, — без единой мысли воскликнул Джо Чам.       Пён Су лишь выходнул через рот, взглянул на запылившуюся дверь.       — Разве нет? — переспросил тот.

***

      Йон Ха выглянула из-за угла последнего здания женской части и, осмотревшись, засеменила к мосту. Пройдя всю мужскую часть, которая тогда оказалась пустой, она спустилась по лестнице и попала в длинный разветвлённый коридор с толстым слоем пыли на сером полу. Это была темница.       Придворная дама, всё так же периодически оглядываясь и прислушиваясь, прошла вперёд и стала заглядывать то в одну, то в другую клетку, но ловила на себе лишь недовольные взгляды тех людей, что сидели в них.       — Эй, что ты здесь делаешь? — послышалось неожиданно с конца коридора.       Обернувшись, девушка увидела тюремщика.       — Я… Я просто пришла убираться здесь, — быстро нашлась она.       — Что ты несёшь? Сюда девушка почти не пускают, а придворных дам так тем более, — пренебрежительно высказался мужчина.       — Да как ты можешь со мной так разговаривать?! — возмутилась Йон Ха. — Я любимица императрицы!       — Тогда тем более, что ты здесь забыла?! Провалилась давай! — сказал тюремщик и толкнул её в стороны выхода.       Девушка стушевалась и побежала к выходу, но как только тюремщик скрылся из её поля зрения, снова осмотрелась и завернула за угол. Пройдя немного, она наконец увидела Ён Пён Су и Джо Чама. Последний уже засыпал, облакатившись на холодную стену, и лишь на секунду приоткрыл правый глаз, когда девушка вошла. Ён раскрыл рот от удивления:       — Йон Ха?..       — Командир Ён, — прошептала придворная дама.       В ответ тот тоже сделал голос тише:       — Что ты здесь делаешь?       Девушка попыталась придумать, что сказать, но так и осталась молчать.       — Ты ведь ко мне пришла, да? — робко спросил Пён Су и, увидев кивок Йон Хи, продолжил. — Я всегда знал, что… что ты так поступишь.       Взор парня пал на смущённый взгляд дамы Йон, потом на аккуратно ухоженные локоны её волос и на губы, которые она сейчас слегка сжимала.       — Йон Ха, ты такая красивая… — тихо сказал Ён и тут же покосился взглядом на стенку, отделяющую его от Джо Чама.       Девушка довольно улыбнулась и сказала:       — Он спит.       — Императрица говорила что-то обо мне? Генерал Тынгис же скоро придёт сюда? — опомнился бывший командир.       — Не знаю, её величество ещё не виделась с братом. Но как разузнаю что-то, сообщу…       Не успела она договорить, как в дверной проёме появился тюремщик.       — До тебя с первого раза не доходит?! — закричал он.       Йон Ха тут же поднялась и побежала к выходу.       — Давай быстро отсюда! Сейчас доложу о тебе генералу!       — Эй, ты как с ней разговариваешь?! — боязливо прикинул Ён. — Она моя девушка!       Тюремщик даже не посмотрел на него, на этот раз проследив, чтобы придворная дама покинула застенок. А Йон Ха на мгновение усмехнулась, услышав Ёна, и выбежала оттуда.       Как только оба ушли, Джо Чам открыл глаза и придвинулся к решётке.       — Это что сейчас вообще было? — удивлённо задал вопрос он.       Ён Пён Су тут же затаил дыхание:       — Ты о чём?       — А сам не знаешь! Ты же говорил, что терпеть не можешь придворнах дам, а теперь в любви признаёшься, что ли?       — Что? Не было такого!       — Как это не было! Это тогда что было?       — Я ведь не говорил, что она мне нравится, сказал только, что красивая…       — Это ли не одно и то же. Ещё и своей назвал!       — Нехорошо вообще-то притворяться спящим вот так и подслушивать… — насупился Ён.

***

      Ван Ю сидел напротив Он Би Су, за спиной которой стоял Су Ли.       — Совсем ничего нет? — спросил мужчина.       Би Су покачала головой:       — Мы искали, как могли.       Они оба молча просидели ещё немного, а после Ван Ю, подняв голову, наконец сказал:       — Значит, нужно действовать.       — Что ты имеешь в виду?       — Проследим за ним сегодня ночью.       — Ты уже собрал людей?       — Да, — немного подождав, мужчина добавил. — Я тоже пойду.       — Это может быть опасно. Меня он знает в лицо, так что я не смогу пойти, — констатировала девушка.       — Поэтому мне нужно быть со своими людьми в такой момент, — не колеблясь, проговорил король.       Входная дверь заскрипела, и они тут же обернулись. В покои вошёл слуга и сообщил:       — Прибыли генерал Байян и стратег Тал Тал.       Успокоившись, Ван Ю и Би Су поднялись со своих мест.

***

      Они собрались за столом. Байян и Тал Тал ещё были в военной форме. Все замерли в ожидании. Первым решился Байян:       — Эль-Тэмур выкрутился и на этот раз.       С разочарованием, но они смогли выдохнуть.       Тал Тал продолжил:       — Он приказал Ён Пён Су взять на себя вину.       Сон Нян, задумавшись, отвела взгляд. Ван Ю высказался:       — У канцлера слишком много пешек.       — Думаю, можно использовать это против него, — недолго подумав, сказал евнух Пан. — Только вот как…       — Вы узнали что-то насчёт дома Орла? — задал вопрос Тал Тал, обращаясь к Ван Ю.       — Ещё в процессе, — ответила Би Су, опередив мужчину.

***

      Стемнело.       Торговец Бао Со только что покинул свою лавку. Улица уже была пуста, но один он оставался недолго: всего через два поворота за ним увязался человек в маске.       Бао Со стал петлять вокруг закрытых лавок и домой. Через некоторое время человек свернул за угол, но вместо него появился другой.       Ещё несколько поворотов, и преследователь сменился в третий раз. Это был Ван Ю.       Бао Со невозмутимо двигался дальше всё чаще сворачивая то в одну, то в другую сторону.       Ночная темнота покрывала лучников, что, взобравшись на отдалённые крыши, следили за ситуацией оттуда.       Бао Со неожиданно остановился, развернулся и пристал к горлу Ван Ю клинок. Мужчина опустил взгляд на него и спросил:       — Кто ты?       Торговец усмехнулся:       — Правда, хочешь узнать?       Но вместо ответа почувствовал на себе пристальный взгляд короля. Из-за поворота вышли Му Сон и Чон Пак с мечами в руках.       Бао Со это никак не испугало.       — Ну, раз так хочешь, — протянул он.       Торговец убрал клинок и поднял правую руку. По одному этому жесту за его спиной выстроились вионы, а вокруг пролетел десяток стрел, каждая из которого точно поражала свою цель: лучники были устранены. Один из них упал с крыши прямо под ноги королю и, прохрипев, испустил последний дух.       Свита Ван Ю поражённые оглянулась по сторонам, но вплотную подошла к своему господину, защищая его, а сам мужчина разгневанно вынул меч и приставил его к горлу торговца, но на лице Бао Со не дрогнул ни один мускул. С ещё большим спокойствием он спросил:       — Всё ещё хочешь узнать?       Ответа снова не прозвучало, но холод лезвия стал сильнее касаться его шеи.       — А может, ты хочешь узнать, что произойдёт, если я подниму левую руку? — с явной насмешкой задал вопрос Бао Со. — Что же, все они уже мертвы… Хотите оказаться на их месте?       Ван Ю ослабил хват, а после и вовсе бросил меч на землю.       Чон Пак подошёл ближе к торговцу и, погрозившись своим широким мечом, возмутился:       — Ты как смеешь с ним так разговаривать?! Ты хоть знаешь, кто перед тобой стоит?       — Не надо, — прошептал ему король.       Воины Бао Су вынули свои мечи из ножен, но тот также рукой приказал остановиться. Он подошёл к Ван Ю ближе и тихо, но слышно для всех сказал:       — У вас есть ровно минута, чтобы остаться в живых.       Ван Ю ещё раз пронзил его взглядом, но, развернувшись, отдал приказ отступать.

***

      Жаркое летнее солнце светило в глаза, когда Сон Нян, слегка прищурив глаза, подходила к дворцу. Открыв дверь, она вошла и наконец смогла полностью раскрыть глаза. Девушка протёрла рукой лоб и поднялась по лестнице.       Нян постучала в одни из покоев, но так и не услышав ответа, приоткрыла дверь.       — Я же не дал разрешения! — повернувшись к двери, раздражённо сказал Тал Тал.       Его голос сейчас звучал не так, как обычно: дыхание было будто более частое, а в тоне слышался надрыв.       Увидев перед собой девушку, стратег попытался сделать голос холоднее:       — Сон Нян? Можешь войти…       Войдя, Нян увидела лежащую перед Тал Талом потёртую книгу — это было Тысячисловие. Мужчина на мгновение опустил голову, сглотнул, а после ещё более низким тоном обратился к придворной даме:       — Ты что-то хотела?       — Я просто хотела спросить… — начала девушка, но вдруг остановилась.       Несмотря на все усилия Тал Тала, она заметила его мокрые глаза и губы, которые едва видимо сжимались.       — Господин, у вас всё нормально? — робко спросила Сон Нян.       Тал Тал поднял на неё взгляд. Слеза быстро скатилась по его щеке, и ещё более быстро мужчина попытался стереть её.       Он снова взглянул на девушку. Нян спокойно смотрела на него, в её глазах не было ни осуждения, ни жалости. Упала ещё одна слеза, но Тал Тал уже не стал вытирать её.       — Сегодня годовщина сметри моей матери… — тихо сказал парень.

***

(Много лет назад)

      — Госпожа Алима, — придворная дама передала женщине книгу Тысячисловие.       — Спасибо, оставьте нас, — слегка хрипло голосом сказала та.       — Но госпожа, нужно следить за вашим состоянием…       — Пожалуйста, оставьте нас с сыном наедине, — мягко, но решительно приказала Алима, и слуги ушли.       Маленький Тал Тал радостно бегал по комнате с вытесанным из дерева маленьким коником в руке.       — Тал Тал… — хотела позвать его мама, но закашлялась. — Тал Тал!       Мальчик наконец услышал её и подбежал к кровати. Женщина улыбнулась и потрепала его рыжие волосы.       — Ну что, ты уже долго поиграл, пора приступать к учёбе, — ласково сказала Алима.       — Мама, ну я не хочу! — замотал головой мальчик. — Я хочу быть воином. Сказать на лошадях и сражаться, а не учить эти все иероглифы.       — Конечно, ты будешь воином, но для этого нужно сначала научиться читать. Ты сможешь побеждать противника не только силой, но и умом! — приободрила его мать.       — Ладно, — согласившись, Тал Тал запрыгнул на край кровати и уселся рядом с мамой.       Раскрыв книгу, женщина объяснила:       — Я буду показывать тебе иероглиф, а ты говори, что он значит.       Она указала пальцем на первый такой иероглиф. Тал Тал с ходу сказал:       — Это солнце!       — Хорошо, а это? — перевернула Алима страницу.       — Луна, — менее уверенно, но ответил мальчик.       Мама показала ему третий иероглиф. Тал Тал закусил нижнюю губу и отвёл взгляд влево, но так ничего и не сказал.       — Я не помню…       Сказав это, он вскочил с кровати, взял своего игрушечный коня и снова стал бегать по комнате.       Алима закашлялась ещё сильнее, с каждым разом её вздох становился всё тяжелее. Она посмотрела на своего сына, весело бегающего по комнате, и расплылась в слабой улыбке.       — Тал Тал, подойди сюда, — ещё тише, чем в первый раз, позвала мама. Тот снова прибежал к её кровати и сразу же сел рядом. Алима нежно погладила сына по щеке.       — Сынок… Тал Тал… — ласково назвала его мама, и её глаза тут же заполнили слёзы.       — Мама, ты плачешь потому, что я не выучил иероглифы? — робко спросил мальчик.       — Нет, ты у меня самый умный, — сказав это, Алима из последних сил приподнялась и слабо поцеловала сына в лоб.       — Я всё выучу, правда! — стал уверять маму Тал Тал и сразу же прижался к ней.       Женщина нежно обняла его в ответ. С каждой секундой эти объятия становились всё слабее, пока её глаза не закрылись.       — Мама… Мамочка… — поднявшись, произнёс мальчик. — Мама, открой глаза…       Со всей силы, которая была в его маленьком теле, обнял её снова. Но все усилия были тщетны.       — Мама, я всё выучу! Хоть всю эту книжку! Мамочка, только открой глаза, пожалуйста! Я, правда, всё выучу! — в голос зарыдал Тал Тал, но его мама так и не открыла глаз, а по щеке её уже бездыханного тела скатилась лишь последняя слеза.

***

(Настоящее время)

      Сон Нян не сказала не слова. Они находились в полной тишине, но этого хватило, чтобы Тал Тал смог заплакать.       Он открыл Тысячисловие на третьей странице. Иероглиф «небо», тот самый, что он когда-то не смог назвать маме. Тал Тал бережно провёл пальцами по странице.

***

      Бао Со с самого утра стоял у своей мясной лавки. Подойдя к ней, женщина средних лет окинула взглядом лежащие на прилавке кукси мяса и спросила:       — А дешевле не отдадите?       — Куда уж дешевле, это самая дешёвая цена на рынке! — возразил торговец.       — Ладно, отрежьте вот этого, — согласилась та, указав пальцем на один из кусков.       Взяв большой нож, мужчина начал резать мясо, как вдруг со стороны прилавка появился парень в чёрной одежде. Он спешно подошёл к Бао Со и что-то шепнул ему на ухо. Тот кивнул, отдал мясо покупательнице и закрыл лавку.

***

      Бао Со всё ещё был на рынке, но в самой отдалённо и нелюдной его части. Рядом с ним стоял мужчина в маске животного.       — Что это? — спросил он.       Один из мужчин в чёрном повернулся и ответил:       — Подарок для канцлера. Ручная роспись чистым золотом — подарок для императорской семьи.       — Хорошо, — удовлетворённо протянул тот. — Откуда она?       — «Клыки тигра» помогли, господин Оргил, — сказал Бао Со.       Погрузив всё в большие телеги и накрыв это плотной тканью, мужчины медленно двинулись с ними вперёд.       А Оргил остался вместе с Бао Со.       Неподалёку раздался скрип, торговец осмотрелся. Вокруг не было ничего, кроме старых, порой уже дряхлых домов. Мужчина уже почти успокоился, как вдруг солнце вышло из-за облаков и за одним из таких домов показалась тень человека.       Бао Со тут же поспешил в ту сторону. Услышав приближающиеся шаги, тень человека скрылась за поворотом. Это была Он Би Су.       Девушка бежала, как можно быстрее. Она несколько раз повернулась, петляя между домами, но погоня не прекращалась.       Всё чаще на пути стали появляться люди.       Они бегали кругами, но преследователь не останавливался.       Дыхание девушки становилось всё чаще, а темп всё медленнее. Казалось, мужчина вовсе не уставал.       Би Су повернула ещё раз и услышала шаги уже очень близко. Прямо перед не были закрытые ворота. Тупик.       Часто дыша, она прижалась к воротам. Бао Со остановился и, взяв стрелу, натянул лук.       Он Би Су задышала ещё чаще. Она быстро запустила руку в карман и достала оттуда клинок. Времени целиться не было.       Один бросок.       Торговец выронил из рук лук и взялся за рукоятку клинка, попавшего ему в грудь. Всего через мгновение он лежал на земле.       В глазах Би Су всё ещё читался страх.

***

      — Зачем ты это сделала? — задал вопрос Ван Ю. — Зачем пошла туда?       Безразлично отведя взгляд, Он Би Су ответила:       — А что, нужно было разрешение спросить?       Мужчина тяжело вздохнул:       — Ты сама говорила, что не стоит их недооценивать и что нужно сначала разузнать что-то. Особенно после вчерашнего.       — Я этим и занималась, — сказала девушка.       Ван Ю недовольно посмотрел на неё, но успокоился:       — Что ты узнала?       — Видела дорогую посуду, полученную от «Клыков тигра». Они повезли это во дворец как дань Эль-Тэмуру.       — Это всё?       — Я слышала, как человека в маске называли Оргил. Похоже, это и есть глава дома Орла.       — Не думаю, что это его настоящее имя… В переводе это означает «орёл».       Девушка покачала головой:       — Но по крайне мере теперь мы знаем точно: есть только один способ уничтожить дом Орла — подобраться к ним как можно ближе.       — Но как ты хочешь сделать это?       — Ты уничтожил нас, используя Му Сона как лазутчика, — напомнила Он Би Су. — Думаю, у меня найдутся те, кто поможет подойти ближе к главе дома Орла.

***

      Наложницы стояли возле моста, соединяющего женскую и мужскую части дворца, у ограждения. Ворота распахнулись, и перед ними показались слуги, несущие огромный поднос с красиво разложенной посудой.       Девушки пришли в оживление:       — Как красиво!       — Интересное, что это?       — Я мечтаю есть из этой посуды.       — Это настоящее золото?       С противоположной от них стороны вышел канцлер. Один из слуг, идущий впереди подноса, тут же подбежал к Эль-Тэмуру и проговорил:       — Это посуда, вручную расписанная золотом, — и шёпотом добавил. — Подарок от дома Орла.       — Несите на кухню, — хрипло рассмеялся регент и уже было повернулся, чтобы удалиться.       Неожиданно послышался грохот.       Один из слуг, нёсших поднос, споткнулся о камень — остальные не смогли удержать поднос и вся посуда с шумом разлетелась по земле. Наложницы, всё это время наблюдавшие за процессом, были поражены: одна из них вскрикнула, другие — закрыли уши от шума, а кто-то даже отпрыгнул в сторону. Байян-Хутуг, проходящая мимо в этот момент, с наигранным безразличием посмотрела на всё это и скрылась.       Весь сервиз разлетелись на множество мелких осколков, золото на которых по-прежнему блестело на солнце.       Слуга, уронивший поднос, упал на колени перед канцлером:       — Господин, прошу простите меня! Помилуйте, я всё что угодно для вас сделаю!       Эль-Тэмур бросил на него пренебрежительный взгляд и приказал:       — Двадцать ударов с него хватит.       После чего удалился.       С женской части раздался голос вдовствующей императрицы:       — Девушки, не паникуйте! Со всем этим разберутся во дворце. А сейчас идите в главный зал гарема.       Переговариваясь между собой, наложницы двинулись вглубь женской части.

***

      Когда все вошли, Байян-Хутуг уже заняла своё место, однако императрицы в зале ещё не было.       Одна из девушек, Ми Лянь, подошла к небольшому столику у места императрицы. На нём лежало ручное зеркальце с ручкой, обрамлённое золотыми цветами. Забыв обо всём, наложница взяла в руки зеркало и посмотрелась в него.       — Это же зеркало императрицы, положи. Вдруг разобьёшь! — предупредила её дама Уи.       Но та настаивала на своём:       — Да кто узнает? О её величестве всё равно объявят заранее.       К ним присоеденилась ещё одна девушка. Чи Лян протянула руку к первой, говоря:       — Дай мне тоже подержать. Что, только тебе можно?       — Да подожди ты…       Чи Лян попыталась выхватить зеркало из рук Ми Лянь, та в свою очередь стала сопротивляться. Байян-Хутуг вновь окинула из безразличным взглядом, но осталась стоять на месте.       — Что, только ты у нас особенная?!       Наконец, она отпустила зеркало. То стеклом вниз упало на пол. Девушки задержали дыхание.       Ми Лянь слегка присела, чтобы понять зеркало, и тут же замерла — стекло было разбито.       — Её величество императрица, — раздался голос придворной дамы.       — И что ты наделала?! — уже тише сказала Ми Лянь.       — Это я? Если бы ты не трогала его, этого бы не случилось! — возразила Чи Лян.       — Что же нам делать?.. — испугалась Уи.       Ми Лянь положила зеркало обратно стеклом вниз.       Войдя, императрица улыбнулась и прошла на своё место. Поклонившись,       Чи Лян выступила вперёд и начала:       — Ваше величество, прошу прощения.       — Что-то не так? — нахмурилась Танашри.       — Я не хотела говорить и подставлять свою подругу, но чувствую, что это будет важно для вашего величества… — склонив голову, сказала та и поймала на себе испуганный взгляд Ми Лянь.       — Что случилось? Говори же! — раздражилась императрица.       — Дело в том, что Байян-Хутуг разбила ваше зеркало, — закончила наложница.       Все взгляды в зале сразу же направились на Байян-Хутуг, а сама девушка ошарашенно посмотрела на Чи Лян. Подойдя к столу, Танашри подняла оттуда зеркало и увидела трещины на его стекле.       — Это правда? — задала она вопрос всему залу.       — Да, ваше величество! — поддержала ту Ми Лянь.       — Да, мы сами видели, — сказала Уи.       Остальным осталось лишь кивнуть.       Танашри медленно подошла к Байян-Хутуг.       — Да как ты вообще посмела прикоснуться к моей вещи?! — выдала императрица и с силой бросила ей пол ноги зеркало, которое всё это время держала в руках.       — Ваше величество, простите меня, если я что-то сделала не так, но это не я разбила ваше зеркало, — Байян-Хутуг пыталась сохранять спокойствие.       — Что?! Так ты смеешь ещё и врать мне! — ещё больше возмутилась императрица. — Такой поступок заслуживает наказания! Дама Йон, принеси мне плеть.       Взяв длинную плеть в руки, Танашри замахнулась, как вдруг послышалось:       — Её величество вдовствующая императрица здесь!       Двери тут же распахнулись.       — Что здесь происходит? — с ходу громко сказала Будашири.       — Эта дрянная девчонка посмела прикоснуться к моему зеркалу и даже разбить его! — выпалила Танашри.       — Это правда? — на этот вопрос все снова боязливо закивали, а Байян-Хутуг ответила:       — Госпожа, это не я разбила его, я бы никогда не посмела брать её величества.       — Ваше величество, видите, она говорит, что не делала этого. У вас есть доказательства? — спокойно спросила вдовствующая императрица.       Но девушка уже выходила из себя:       — И вы поверите в её слова?! Здесь все подтверждают это!       — Однако вы не можете использовать такое наказание, ведь она наложница императора и, возможно, будущая мать наследника, — высказалась Будашири.       Бросив от злости плеть на пол, императрица некоторое время переводила взгляд то с Будашири на Байян-Хутуг, то наоборот, но наконец нашлась:       — Хорошо, я дам ей другое наказание. Она должна убрать весь коридор дворца от этого зала до мужской части.       — Но госпожа, там ведь целая гора битого стекла, — сказала рядрм стоящая дама Со, но в этот же момент, увидев довольный взгляд императрицы, всё поняла.       Будашири снова выступила против:       — Ваше величество, это наказание тоже может навредить наложнице императора.       Танашри лишь усмехнулась:       — А это не наказание — это её работа.

***

      Он Би Су стояла перед дверью в красиво убранном помещении с тусклый светом. По обе стороны от неё находились мужчины, одетые полностью в чёрные костюмы с масками на лицо. Двери, наконец, распахнулись, и Би Су смогла войти. Перед ней задом стоял невысокий мужчина, который перед тем, как повернуться, поправил маску. Когда он всё-таки стал лицом к девушке, она увидела маску орла.       — Господин Оргил, — Он Би Су упала на колени и опустила голову в пол.       — Что же, ты и моё имя знаешь? — с насшешкой спросил глава дома Орла.       Девушка лишь робко кивнула.       — Ладно, поднимись, — сказал мужчина. — Чего ты хочешь?       Встав на ноги, Би Су начала:       — Господин, я уже какое-то время являюсь членом дома Орла… И я бы хотела теснее сотрудничать с вами.       — Хочешь быть выше обычного работорговца на рынке? У нас здесь нет должностей, — строго сказал Оргил.       — В последнее время наше положение становится всё более шатким. Множество верных нам торговцев, работающих здесь уже много лет, или находят убитыми, или они бесследно исчезают. И вы, как никто другой, знаете об этом, — стала объяснять девушка. — Дом Орла когда-то дал мне и моим людям возможность выжить, и я хочу помочь ему в это напротив время.       — И для этого ты пришла ко мне? — вопросительно посмотрел на неё глава.       — Простите за мою просьбу, но чтобы полностью доверять вам и обезопасить своих людей, я должна ближе узнать вас…       Не успела она договорить, как Оргил снова рассмеялся:       — Хочешь, чтобы я снял вот это? — он пальцем постучал по своей маске.       Девушка снова кивнула, в ответ на что глава подошёл ближе и вполголоса сказал:       — А ты знаешь, что те, кто видел моё лицо, не уходили отсюда живыми?.. Ты готова умереть после того, как я сниму маску?       Девушка посмотрела прямо ему в глаща и ответила:       — Да, я готова, — и увидев его удивлённый взгляд, повторила. — Я готова на всё, если вы считаете это необходимым.       Всё ещё удивлённый Оргил отошёл на шаг.       — Ну как знаешь, — сказав это, он снял с головы капюшон и руками оттянул резинку, державшую маску на лице так, что она упала.       Под маской девушка увидела совершенно не знакомого ей человека. Это был евнух Колта.       Он на мгновение приподнял один уголок своих губ, а подошёл к столу и взял меч. Он Би Су вынула из кармана маленькую бутылочку.       — Позвольте, я сама?       — А я смотрю, ты подготовилась, — уже без усмешки сказал глава дома Орла.       — Я всегда ношу его с собой, — сухо ответила Би Су.       — Пей, — мужчина резко закончил разговор.       Девушка медленно открутила бутылёк и одним глотком выпила всё содержимое.