Глава 2

— Ты выглядишь великолепно, — произносит Гидеон, сидя на кровати облокотившись спиной к изголовью. Смотрю на себе в зеркало. На мне брюки, рубашка белого цвета, галстук, и ботинки, еще не хватает пиджака, но я оставлю эти формальности. — Иди ко мне. Я смотрю на Гидеон подхожу кровати и наклоняюсь к ней. Она тянет меня за галстук и касается губами моих губ. — Эй. Ты помнешь мне одежду. — Ты такая сексуальная, что я не хочу тебя отпускать. Адлон углубляет наш поцелуй. Она развязывает мне галстук. — Ты что делаешь? — произношу я, но она игнорирует мой вопрос, ее пальчики тянутся к ремню на брюках и очень медленно, словно дразня меня, расстегивает его и аккуратно вытаскивает из петель. — Не хочу опоздать на работу в первый же день. Уголки ее губ дергаются в лукавой улыбке. — Не переживай, не опоздаешь. Она расстегивает пуговицу у меня на брюках и медленно тянет вниз молнию. Потом, не отводя взгляда, опускает руку сзади под пояс. Не спеша высвобождает меня из брюк. Я не могу отвести от нее взгляда. Она останавливается и облизывает губы, а потом, не прерывая зрительного контакта, подается вперед и утыкается носом мне между ног. Я чувствую ее. Там. — Как ты хорошо пахнешь, — шепчет она и опускает ресницы. На лице ее выражение чистого блаженства, и я практически бьюсь в конвульсиях от наслаждения. Гидеон берет мою ногу, и скидывает ботинок вместе с носком. Тяжело дыша, я приподнимаюсь на локте, чтобы видеть, что она делает. Она поднимает мою ногу за пятку и проводит ногтем большого пальца по подъему. Мне почти больно, но я чувствую, как ее прикосновение отзывается эхом у меня в паху. Не отрывая от меня взгляда, она проводит по моему подъему языком, а потом зубами. О-о! В изнеможении я падаю на спину и слышу ее довольный смешок. — Ах, Дженна, что я сейчас с тобой сделаю, — шепчет Гидеон. Она стаскивает с меня второй ботинок и носок, а затем и брюки. Наклонившись, берет меня за лодыжки и, быстро разведя их в стороны, ложится между моих ног. Она нависает надо мной. Я извиваюсь от нетерпения. — Лежи смирно, — приказывает Гидеон, а затем наклоняется и целует внутреннюю сторону моего бедра и выше, а потом еще выше, целует меня через кружево трусиков. О-о… я не могу не ерзать. У меня не получается. Я вся извиваюсь под ней. Гидеон развязывает галстук, а затем расстегивает пуговицы у меня на рубашке. Опускает указательный палец в чашку бюстгальтера и плавным движением отодвигает ее вниз, освобождая мою грудь, но косточки и кружево толкают ее вверх. Гидеон проделывает то же самое с другой грудью. Мои соски набухают и твердеют под ее неотрывным взглядом. Я связана своим собственным бюстгальтером. — Ты сводишь меня сума, — довольно произносит она, и мои соски твердеют еще больше. Она дует очень нежно на один из них и одновременно берется рукой за другой и вытягивает его. Я чувствую сладкий спазм внизу живота. У меня там все мокро. — Ну пожалуйста, — умоляю я, еще крепче вцепляясь руками в простыню. Ее губы смыкаются вокруг другого соска и тянут его. Я уже не в силах терпеть. — Я хочу, чтобы ты кончила, — шепчет она, продолжая эту медленную, чувственную пытку. Соски сладостно горят под ее искусными пальцами и губами, каждый нерв моего тела поет и трепещет в агонии упоения. — О… пожалуйста, — умоляю я. Голова у меня закинута назад, рот открыт в стоне, ноги цепенеют. — Пора, детка, — шепчет она. Ее зубы сжимаются на одном моем соске, а большой и указательный палец сильно тянут за другой. Я рассыпаюсь в ее руках на тысячи кусков, мое тело пронзает судорога восторга. Она зажимает мне рот поцелуем, ее язык вбирает мои крики. О боже. Мое дыхание все еще неровно, я только прихожу в себя после оргазма. Рука Гидеон спускается мне на талию, на бедра, а затем скользит между ног… Господи. Ее палец отодвигает тонкое кружево и медленно, кругами проникает… туда. Она на мгновение закрывает глаза, ее дыхание учащается. — Ты вся мокрая. Боже, как я тебя хочу. — Гидеон заталкивает в меня палец, и я вскрикиваю, потому что это повторяется снова и снова. Ее ладонь касается моего клитора, и я снова не могу сдержать восклицания. Ее палец движется во мне все сильнее и сильнее. Я стону. — Кончай, Дженна, — шепчет она почти беззвучно. От ее слов я обмякаю, достигнув высшей точки блаженства, и распадаюсь на тысячу частей. Я все еще не могу отдышаться, сердце колотится. Это было потрясающе. Я открываю глаза: Гидеон упирается лбом в мой лоб, ее глаза закрыты, дыхание неровное. Она открывает глаза и встречается со мной взглядом. И только потом медленно выходит из меня. — Я люблю тебя, Ортега, — шепчет она. — Я люблю тебя, Адлон. Радиобудильник показывает начала девятого. Черт! Я опаздываю. Вскакиваю с кровати, смотрю на себя в зеркало. Одежда помята, волосы торчат в разные стороны. Вот что я называю «после секса». Быстро переодеваюсь и укладываю волосы. Гидеон наблюдает за мной а потом произносит: — Я сегодня улетаю в Нью-Йорк. Смотрю на нее и хмурю брови. — Ты мне это говоришь, сейчас? — Извини, мне нужно было еще вчера тебе это сказать. — И долго тебя не будет? — Два дня. — Хорошо. — Ты злишься? — Почему я должна злиться? Это твоя работа. Гидеон встает с кровати преодолевает расстояние между нами смотрит на меня и своим носом трется об мой. — В следующий раз я буду предупреждать тебя если куда-либо буду уезжать. Я киваю. Целую ее в губы. — Мне пара. — Удачи на новом месте. Ищу ключи от машины и вспоминаю что «порше» находится в мастерской. Блядь! Выхожу на улицу и застываю на месте. Эмма Майерс стояла возле черного внедорожника «Ауди» и смотрела на меня. Как она узнала где я живу? — Доброе утро, — произносит она. — Доброе утро. Как вы узнали где я живу? — Собрала о тебе информацию. Шучу. Ты и дальше будешь так стоять, или мы уже поедим? — произносит Эмма и кидает мне ключи от «Ауди». Я ловлю ключи, и преодолеваю расстояние между нами, открываю дверцу пассажирского сиденье. — Я люблю ездить спереди, — говорит Эмма, не отводя с меня свои зеленые глаза. Я закатываю глаза и открываю ей дверцу переднего сиденье. Она лукаво улыбается и усаживается. Обхожу внедорожник открываю дверь и сажусь за руль, вставляю ключ в зажигание и мы трогаемся с места. POV Эмма Я кошусь на Дженну, а она с бесстрастным видом смотрит вперед на дорогу. Позволяю себе на краткий миг рассмотреть ее профиль: прямой нос, полные, четко очерченные губы, восхитительно пышные волосы небрежно падают на лоб. Интересно, она знает, что выглядит очень сексуально. А как эти брюки обхватывают бедра… О, господи! Несколько раз она проводит длинными, изящными пальцами по волосам. Хм… Я бы сама с удовольствием провела по ним рукой. Эта мысль застает меня врасплох, и щеки наливаются румянцем. Я кусаю губу и смотрю вниз, на руки. — Куда мы едим? — спросила Дженна и бросила на меня взгляд своих обсидиановых глаз. Я заливаюсь краской. С тобой хоть на край света. Да что это со мной? Соберись, Майерс. — В Беверли – Хиллз, — произношу я, и включаю музыку. — Не против? — Нет. Салон наполняет нежная музыка, «Брайана Адамса. Всё, что я делаю. Я делаю это для тебя». Дженна встраивается в поток машин и берет курс на I-5 до Беверли – Хиллз. Достаю пачку сигарет и закуриваю но Дженна выхватывает сигарету и выкидывает в окно. — В машине запрещено курить, — произносит она. — Ты зануда. — Я выполняю свою работу. Мы прошлись по магазинам а, проголодавшись, отправились в маленькое кафе, и пока Дженна стоит в очереди, я снова наблюдаю за ней сквозь опущенные ресницы. Я могу смотреть на нее целыми днями. Она не высокая, худенькая, и очень даже красивая, что на мгновение мне хочется трахнуть ее. Откуда такие мысли, Эмма! — Ваш чай, — Ортега стоит рядом со столиком и смотрит прямо на меня. — Спасибо. Она ставит поднос на небольшой, круглый столик, фанерованный березой. Протягивает мне чашку с блюдцем, маленький чайник и тарелочку, на которой лежит одинокий пакетик чая с этикеткой Twinings English Breakfast — мой любимый. Сама она пьет кофе с чудесным изображением листочка на молочной пенке. Интересно, как это делается? — раздумываю я от нечего делать. Она взяла себе черничный маффин. Отставив поднос в сторону, Дженна садится напротив меня и скрещивает ноги. Движения ее легки и свободны, она полностью владеет своим телом. И это весьма возбуждает. Ее телефон начинает звонить и я вижу что на экране высветилось имя: «Гидеон»! — Сестра? — спросила я, хоть ответ мне уже известен. Гидеон Адлон, дочь медиамагната, отец отвернулся от нее, когда она выбрала Дженну. Обычную девчонку из Бронкса. — Девушка, — отвечает мне Ортега, а затем отвечает на звонок. Я наблюдаю за Дженной, за ее губами, и меня снова посещают мысли о том, что будет если я ее поцелую. Интересно, как она целуется? Ха! Даже, не мечтай! У нее есть девушка. На моем лице появляется улыбка. Девушка не стенка, подвинется. Дженна завершает вызов смотрит на меня и я быстро прячу улыбку, при этом ощущаю себе полной дурой. — Что-то случилось? — поинтересовалась я. Зная, что мне плевать на Гидеон, а вот Дженна совсем другое дело. Я ее хочу. Очень сильно. Знаю, наша первая встреча получилось не очень, но все же ее дерзость меня весьма возбудила. — Рейс в Нью-Йорк задержали, — отвечает она. — Так значит ты свободна, сегодня вечером? — А что сегодня вечером? — Сегодня вечером я… — Мотаю головой. — То есть мы, идем в клуб. Дженна смотрит на меня и хмурится. — Увы, сегодня вечером я… то, есть мы… будем дома. — Если только у тебя, то я согласна. Дженна фыркает. — Нет, не у меня. — Тогда отправимся ко мне на квартиру. — Ты не правильно поняла, я отвезу тебя домой и ты останешься дома. Я откидываюсь на спинку стула, и скрещиваю руки на груди. — Только не говори что ты ни разу не изменяла своей девушке. Она наклоняет голову на бок, и я закатываю глаза. — Ну ты даешь, быть верной это скучно. — Это не скучно, это называется любовь. — Любовь для дураков, — произношу я. — Это ты так думаешь, потому что никогда не любила, или же не встретила свою любовь. — Для меня любовь, — это кратковременный перепехон, а потом прощай. — Ну, конечно, девочка из богатенькой семьи только этим и пользуется. Ты думаешь, если ты вся такая… то тебе все можно. — Я еще молода и пользуюсь случаем, для меня быть с одним человеком… это скучно и банально. И да, мне все можно. А ты так говоришь, как будто бы тебя использовали, а затем бросили. — Ошибаешься, мной никто не пользовался. Просто я знаю, таких как ты. — Ты меня не знаешь. — Здесь не трудно догадаться. Ты привыкла что тебе все дозволено, ты получаешь все что захочешь, а на самом деле... если бы ты включила свою голову и огляделась по сторонам то поняла бы одну вещь; если убрать всю эту роскошь, то ты никому не нужна, твои «друзья» тут же от тебя отвернутся. — Я смотрю вы забываетесь, следите за языком то так и уволить могут. — Я говорю все как есть. — Тогда следует притормозить на поворотах. Я встаю из-за стола. — Отвези меня домой. Дженна встает следом и мы покидаем кафе направляемся к черному внедорожнику «Ауди». Ортега открывает для меня дверцу переднего сиденье, но на этот раз я усаживаюсь назад. На ее лице мелькает тень улыбки, она обходит машину и садиться за руль, вставляет ключ в зажигание и мы покидаем парковочное место. Джорджи тормозит возле клуба. Большая неоновая вывеска горит фиолетовыми буквами «AV». Вход обрамляет высокая металлическая арка, состоящая из причудливых геометрических фигур, что впечатляет с первого взгляда. Мимо такого места нельзя пройти, оно притягивает и завораживает. Куча народу толпится возле фейс контроля, охрана отгораживает их, давая места тем, кто проходит по пригласительным. Нас, пропускает без проблем. Мы заходим в фойе, нас встречает высокая красивая блондинка и провожает к нашим местам. Мы на все компанию заказываем пиво и Маргариту. Сегодня я хочу напиться в хлам и обкурится, а все, потому что у меня из головы не выходили слова Дженны. Да, кто она вообще такая? Просто смазливая девчонка такая, как и я. Нет, Эмма, Дженна не ты! Ха! Она не лучше меня. Приканчивая четвертый бокал, я понимаю, что пить столько Маргариты, да еще с пивом, — не самая лучшая идея. — Так что теперь, Эмма? — Перси пытается перекричать шум. — Что ты имеешь в виду? — Кто сегодня окажется в твоей постели, смотри, сколько много тех, кто хочет отправиться к тебе на квартиру. Я осматриваю клуб с вип-зоны, а затем запрокидываю голову на спинку дивана. — Еще выпивки! — кричит Сандра. Сандра может пить как лошадь, и ничего ей не делается. Я встаю с дивана. Ого! Голова идет кругом. Я подошла к телефону, чтобы сделать заказ. После решаю сходить в туалет. Я проталкиваюсь сквозь толпу. Конечно же, там очередь, зато в коридоре тихо и прохладно. Чтобы было не так скучно стоять, достаю из кармана мобильник. Так…Кому я звонила в последний раз. Перси? А это что за номер? Я такого не знаю. Ах, да! Ортега. Я хихикаю. Наверное, уже поздно, и мой звонок ее разбудит. Да плевать, она должна знать, что не справляется со своими обязанностями. Она должна быть со мной, а она дома. С трудом сдерживая пьяную ухмылку, нажимаю на клавишу «вызов». Ортега отвечает почти сразу — на втором гудке. — Эмма? — Не ожидала, что я ей позвоню. Ну, если честно, я сама не ожидала. Потом до моего затуманенного мозга наконец доходит… Откуда она знает, что это я? — Ортега, я звоню, чтобы сказать, что ты плохо справляешься со своими обязанностями, — запинающимся языком произношу я. — Эмма, ты пила? — А тебе-то что? — Просто интересно. Где ты? — В клубе. — В каком? — Похоже, она сердится. — Далеко от города. Подальше от тебя. Ты мне противна. — Эмма, где ты? Скажи сейчас же. — Вы обо мне беспокоитесь? — хихикаю я. — Где ты сейчас? Дженна Ортега ругается! Я хихикаю. —Я же сказала ранее, далеко, подальше от тебя. — Где ты? — Спокойной ночи, Дженна. —Эмма! Я отсоединяюсь. Ха! Пусть знает, что она не справляется со своими обязанностями. Я совсем пьяная — пока стою в очереди, голова кружится. Все, подходит моя очередь. Плакат на двери кабинки восхваляет преимущества безопасного секса. Мой телефон звонит, и я чуть не подпрыгиваю от неожиданности. — Алло, — робко мычу я в телефон. Я не ждала звонка. — Я сейчас за тобой приеду, — заявляет она и вешает трубку. Черт! Я натягиваю джинсы. Приедет за мной? Вот еще! Меня сейчас стошнит… нет… Все хорошо. Постой. Если она за мной приедет то, я никуда не поеду. И вдобавок я же не сказала ей, где я. А сама она меня не найдет. Да и к тому времени, когда она приедет вечеринка закончится и мы разойдемся. Я мою руки и смотрю на свое отражение в зеркале. Щеки горят, взгляд немного расфокусированный. Хм… текила. — Где ты пропадала? — отчитывает меня Сандра. — Стояла в очереди в туалет. Слушай, я хочу выйти, подышать свежим воздухом. — Возвращайся быстрее. — Я на пять минут, не больше. Снова проталкиваюсь сквозь толпу. Меня начинает подташнивать, голова кружится, и я нетвердо стою на ногах. Даже хуже, чем обычно. От глотка прохладного вечернего воздуха ко мне приходит понимание того, как же я напилась. Все вокруг двоится, как в старых диснеевских мультиках про Тома и Джерри. Боюсь, меня сейчас стошнит. — Привет. Я взглянула на девушку, которая стояла рядом со мной. Я шла в клуб, что бы напиться и чтобы какая ни будь, пышногрудая блондинка отлизала мне, но сейчас мне было не до этого. — Чего тебе? — Я весь вечер наблюдала за тобой. — И? — Хотела подойти познакомится. — Мне не до знакомств. А теперь вали! — Возможно, тебе стоит рассмотреть приоритеты, и мы отправимся ко мне на квартиру. — Слушай. Отвали! Она шагнула ко мне. — Не расслышала? ВАЛИ ОТСЮДА! — взревела я. — Да, ладно, не кричи так, я просто подумала, что ты передумаешь. — Не передумаю. — Ну, как хочешь. Девушка направилась в сторону клуба. Стремная. Стремная, стремная баба на один раз. Я чувствую, что меня вот-вот вырвет. Так Эмма, возьми себя в руки. Я разворачиваюсь и уже хотела пойти обратно в клуб, как вдруг сталкиваюсь с обсидиановыми глазами. — Ортега, — коротко произношу я. Она сердито смотрит на меня, глаза ее мечут молнии. Черт! Я больше не в силах удерживать в себе алкоголь. Желудок подкатывает к горлу, я сгибаюсь пополам, и меня картинно тошнит прямо на землю. Дженна поспешила ко мне, и убирала мои волосы с линии огня, взяв под руку, мягко ведет к невысокой кирпичной цветочнице на краю парковки. С глубокой благодарностью я замечаю, что там относительно темно. — Если захочешь еще раз вырвать, то лучше здесь. Я тебя подержу. Одной рукой она придерживает меня за плечи, а второй собирает мои волосы в импровизированный конский хвост, чтобы они не падали на лицо. Я неловко пытаюсь ее оттолкнуть, но меня снова тошнит… а потом еще раз. Даже теперь, когда мой желудок полностью опустел и наружу больше ничего не выходит, тело сотрясают ужасные спазмы. Совершенно измученная, я с трудом держусь ослабевшими руками за кирпичную стену цветочницы. Ортега отпускает меня и дает носовой платок. — Я отвезу тебя домой. — Я с тобой никуда не поеду, — говорю я. — Поедешь. — Да пошла ты нахер! Вали отсюда! Тебя сюда никто не звал. Ого! Как я ее. Дженна дергает меня за руку и ведет к машине. Я пытаюсь освободиться, но у меня ничего не получается. — Отпусти, или я буду кричать. — Слушай, ты! — зло говорит Ортега. — Не «ты» а «вы» вот как нужно ко мне обращаться. — Да мне похер! Или же ты едешь со мной, или я позвоню твоему отцу, и он сам заберет тебя. — Дерзай. Только тебе придется отвечать перед ним, как я попала в клуб. Ведь, мисс Ортега вы моя охранница и должны быть со мной и днем и ночью. Ну, днем ты мне не нужна, а вот ночью… Я облизываю губу. Дженна смотрит на меня и произносит: — Будь ты хоть единственная девушка на Земле я бы с тобой не легла. Мы продолжаем смотреть, друг другу в глаза пытаясь читать мысли. Почему я не могу понять, о чем она думает. Эта чертова девица умеет скрывать свои мысли. — Пошли. — Не пойду. — Сама напросилась. — Дженна, достает телефон из кармана и набирает номер. — Кому звонишь? — В полицию, твой отец тебя оттуда заберет. — Звони мне все равно. Только прежде чем звонить, придумай оправдания перед моим отцом. Ортега убирает телефон обратно в карман, снова берет меня за руку и ведет к машине. Я снова сопротивляюсь. Но Дженна не смотря на свой рост, и хрупкое телосложения, легко усаживает меня на переднее сиденье. — А если меня снова вырвет, то я испачкаю тебе всю машину. — Дерзай, машина все равно не моя. — Сучка! — пробубнила я. — Взаимно. Дженна привезла меня домой и как только я покинула «Ауди» снова почувствовала головокружение, я ухватилась руками за машину. — Я вас провожу, — говорит Ортега. — Дженна? — Чего? Голова идет кругом… кажется, Земля сейчас поднимется прямо к лицу. Последнее, что я слышу перед тем, как упасть без сознания на руки Дженне Ортеги, это ее ругательство.