Часть 3

Беготня по коридорам, громкий смех и компании подростков, бурно обсуждающих что-то заполнили школьный коридор. Учителя гоняли младшеклассников по старшему корпусу, пытаясь вернуть их обратно, толпы девочек вылетали из туалета после очередного замечания уборщицы. Обед. Группа парней сидела во дворе школы под большой ивой, чьи ветви колыхались из-за теплого весеннего ветра. Они что-то увлеченно обсуждали, попутно размахивая руками, в которых держали вилки и контейнеры с едой. — Хахахахаха, ну ты даешь,— со смехом сказал Шибусава и положил в рот кусочек брокколи из своего ланч бокса. — Да я правду говорю, клянусь,— проговорил Гончаров,— Ты мне не веришь? — А если и так?,— парень странно посмотрел на Ваню и улыбнулся. У обоих завязался спор. То один перебивал, то другой. Хоть они и были друг для друга близкими друзьями, они все равно очень часто спорили на ровном месте. Характером немного не сходились. В прошлом месяце они сцепились только из-за того, что вкусы в девушках разошлись. Пришлось потом неделю гонять с пластырями на носу и с синяками под глазами. — Чего тут у вас опять происходит?,— весело спросил Николай, подходя к друзьям и садясь с ними рядом. — Да ничего особенного, опять спорят,— проговорил Сигма и посмотрел на Гоголя. —Что, опять девушек делят?,— с усмешкой сказал блондин и открыл свой ланч бокс. — Эй!..Ничего мы не делим,— Ваня нахмурил брови и посмотрел сначала на Колю, потом на Тацу,— Он просто не хочет мне верить — Ой, да тебе верить—это себя не уважать, я уже однажды повелся, расскажешь тут,— сказал парень и продолжил есть свой салат. — Да господи с тобой невозможно,— раздражительно проговорил Иван и вздохнул. — Ну ребят, ну хватит а. Ну не верит и не верит, не злись так,— сказал Гоголь, попутно поедая какие-то фрукты. — Кстати, слышали про фестиваль?,— внезапно сказал Сигма, прерывая диалог парней. — Фестиваль? Ты про тот, где фейерверки будут запускать?,— Тацу с интересом посмотрел на парня. — Да, говорят там ещё какой-то концерт будет и куча прилавков с едой. — И красивые девчонки!,— резко вскрикнул Ваня , но потом получил несильный удар в живот от Шибусавы,—Гх! — Так, продолжай,— спокойно ответил Тацу и смотрел на Сигму. — Хахахахаха,— посмеялся Николай и прикрыл рот рукой,— Можно сходить, почему бы и нет? Когда там он будет? — На следующей неделе,— сказал Сигма и посмотрел на Колю. — Отлично, идём! А вы, ребят?,—Гоголь повернулся на других парней, которые уже держали друг друга то за одежду, то за волосы,— Оохх, ну как обычно. Эй вы, а ну отпустили друг друга!,— громко проговорил Гоголь и встал со своего места, направляясь вместе с Сигмой к друзьям чтобы разнять их. *** Следующая часть дня прошла как обычно. Прогулка с друзьями, музыкальная школа и игра в баскетбол с соседскими парнями. Гоголь не так часто играл, но когда собиралась команда он всегда присоединялся к ним. И вот наступил вечер. Зажглись фонарные столбы, освещая пустые улицы с большим количеством деревьев. Николай уже был дома в своей комнате. Он сидел на кровати облокотившись на стенку. В комнате горела одна гирлянда и неоновая лента, прикреплена вокруг кровати. Николай теребил в руках и без того потрепанные листы с нотами и что-то чиркал на них карандашом. На фоне тихо играла музыка. Вдруг раздается громкий хлопок двери в прихожей, а потом и ещё один где-то в коридоре. Отец вернулся. Коля отложил бумаги на кровать и тихо вышел в коридор, направляясь на кухню. Его мама сидела за столом и пила чай, смотря в окно и почитывая какую-то книгу. — Привет, мам...,— тихо сказал Николай и облокотился плечом на дверной проем. — Привет, сынок,— ответила мама и оторвалась от книги. На лице все ещё виднелись следы от побоев,— Кушать будешь? Я твой любимый суп приготовила, с курочкой. — Да, конечно, спасибо большое...,— с нежной улыбкой проговорил парень и сел за стол. Мама встала со своего места и подошла к плите. — Ну как ты сынок, что в школе? А то...живем вместе, а видимся только вечером...),— сказала мама, не отрываясь от своего дела. — Да все хорошо, ты лучше про себя расскажи. Как себя чувствуешь? Не сильно ссадины болят? Может что-то принести?,— с беспокойным голосом произнес Николай. — Ой, сынок ничего ненужно, не переживай, бывало и хуже,— с улыбкой сказала мама и поставила тарелку с супом перед парнем,— Ты лучше кушай побольше, а за меня не волнуйся. — Да как я могу не волноваться? Отец буквально убивает тебя...а если я и вовсе не увижу тебя больше?..,—он смотрел на маму с грустью в глазах. — Сынок, все будет хорошо, не убьет он меня, не сможет,— она положила свою руку на руку Гоголя,— Ты кушай, кушай. Завтра тоже тяжелый день. Следующий час они просидели на кухне и о чем-то болтали, а потом пошли спать. В комнате Николая было открыто окно, за которым был слышен шелест листьев и изредка мяукаете дворовых котов. «Ну, хотя бы сегодня без драк, слава богу...», проговорил про себя Гоголь и подмяв пол себя одеяло и обложившись подушками уснул. Наконец-то спокойная ночь, такая тихая и желанная.