Поцелуй

Насладившись поцелуем, Падший, наконец, отстранился от Первого. Большим пальцем Змей вытер демону кровь с губы, которую сам же прокусил. Он осмотрел его лицо: глаза мужчины покраснели от слез, скудно стекающим по его щекам. Губы подрагивали, а взгляд Адам старательно прятал толи от стыда, толи от того, чтобы не навлечь на себя негодование Владыки. — Кто он? — Спросил Падший, обхватив мужчину за подбородок. После боя с грешником Люцифер почувствовал облегчение. Теперь он говорил спокойнее, — Что между вами было? Для Первого человека вопросы сейчас звучали как сторонний бессмысленный шум, который он едва мог слепить в одно целое. Страшные события, которые он не мог пережить, не прекращались и шли одни за другим. Если день назад он почти ничего не чувствовал, то теперь, увидя Дмитрия в таком состоянии, его картина мира снова перевернулась. Все вокруг него страдали, как и он сам. Адам не знал, с какого момента все стало так плохо, что он начал чувствовать стыд лишь от того, что существует. — Ответь мне! — Настоятельно просил Люцифер, — У нас мало времени на разговоры. Он пытался вникнуть суть, но даже так Адам не знал, что должен ответить. О каких отношениях шла речь, если он никогда не желал ничего подобного. — Ничего, — Так и ответил Адам. Его голос был тихим. Будто забитый до полусмерти зверь, он сжимался от взгляда Падшего. — Он говорил так, будто хорошо тебя знал, — Повысил тон Змей. Владыка закипал внутри только от одной мысли, что помимо него кто-то мог прикасаться к Первому человеку. — Мы вместе играли на сцене, — Выдавил из себя демон, — Мне некуда было идти, поэтому… — Поэтому ты дал себя трахнуть? — Оскалившись, спросил Люцифер, — С каких пор ты стал таким? Где тот самый глава истребителей, для которого свои принципы были важнее, чем все остальное? Когда я нашел тебя, ты был готов вырвать свои рога и когти, лишь бы не быть тем, кого презирал. Я чувствовал твою силу, непокорность к среде, в которой ты оказался. А что теперь? Ты слаб. Слаб, насколько Адам, что готов жить в помойке и ложиться под первого встречного Грешника, у которого стоит от того, что он постречал Первого человека. Не смотря на то, что с Дмитрием у них ничего не было, Адам чувствовал, что все, что тот говорит, правда. — Я знаю, ты боишься, — Сменил тему Падший, — Только вот ты должен понимать, что то, что я сделал с тобой, случилось лишь потому, что ты причинил мне не меньше боли… Адам молча слушал. — Мы договорим, а после ты вернёшься в Отель и если служанки спросят, где ты был, ты скажешь им, что не мог уснуть и решил пройтись. Ты последнее время такой заторможенный, что они не удивятся. Кивнув головой в знак согласия, демон послушно поддался вперед, когда рука Люцифера потянула его к себе за шею. — Это ещё не все, — Владыка сказал тому на ухо: — Я отпустил его живым не по доброй воле. С этого дня я хочу, чтобы ты не избегал меня и вел себя так, будто между нами все хорошо. Иначе я найду того Грешника и клянусь, что прикончу. Адам думал о Дмитрии. Только сейчас он начинал понимать, зачем грешник пришел за ним. То, что мужчина был готов пожертвовать своей жизнью ради него, поразило Первого Человека. Как тот, кто раньше стоял на верхушке и правил, Адам считал, что если ты где-то ошибся, то это только твоя вина и слабость. Потому в битве с Чарли и ее отцом, лежа на земле, весь в крови и с дырой в груди, он не желал, чтобы его кто-то спасал. Раньше Первый думал, что он не уязвим. Смерть во имя спасения кого-то казалась ему глупой и бессмысленной. — Адам, — Люцифер заметил, как демон смотрит в одну точку, — Ты все понял? В его голове проносилось множество воспоминаний со всех времён, которые он помнил. А ведь ещё совсем недавно он считал себя хорошим человеком, который заслужил быть в раю. Так было бы понятнее, если бы он просто умер в том бою и запомнился всем как командир, который просто ошибся. — Почему именно я? — Тихо спросил Адам. Люцифер удивлённо смотрел на него, не понимая, о чем речь. — Зачем я переродился? Это был не единственный вопрос, который его волновал. Раньше Адам игнорировал мысли о том, что он, в отличии от других, не находил радости почти ни в чем. Он кричал громче всех, что особенный, но никогда так не считал на самом деле. В раю он чувствовал себя как у Бога за пазухой, поэтому не мог поверить, что теперь он в аду, среди самых отбитых мразей. Адам чувствовал себя брошенным и уродливым во всех смыслах. Возможно, в этих терзаниях не было никакого смысла, и от этой мысли становилось ещё страшнее. — Видимо, такова воля божья, — С иронией сказал Падший, — Это больше похоже на чудо. Ошибка — более подходящее определение произошедшему, — Подумал Первый. — Нам пора, — Владыка отпускал того не охотно, — Если Даки и Ми ринутся тебя искать, будут проблемы. Падший переместил их в темный уголок в коридоре на верхнем этаже Отеля. Благо никого больше, кроме них не было, поэтому отпустив мужчину, Змей тут же переместился в свою комнату, чтобы их не увидели вместе. Демон недолго постоял на месте, а затем пошёл в свои покои, где, не смотря на дневное время, крепко спали служанки на его кровати. Даки и Ми все эти дни спали плохо, ведь чередовали свое бодрствование ночью, чтобы остерегать демона. Поэтому сейчас, после эмоционального срыва, Старшая просто отрубилась вместе с сестрой. Адам, войдя в комнату, старался быть тихим, но деревянный пол скрипел, а Даки имела слишком чувствительный слух. Она проснулась первой, подняла голову и распахнула глаза. — Боже я… — Старшая присела на постели, — Я уснула? Ми недовольно замычала и перевернулась на бок, не желая просыпаться. Когда Старшая увидела на пороге растерянного демона, ее сонное состояние тут же улетучилось. — В чем дело? — взволнованно спросила девушка, — Почему ты там стоишь? — Я ходил пить, — Не придумал ничего лучше демон. Адам увидел недоверчивый взгляд Даки. Девушка тыкнула указательным пальцем на комод, где стоял кувшин с водой. — Что-то случилось, да? — Грешница выглядела встревожено, — Это как-то связано с Люцифером? Услышав имя Падшего, Адам вспомнил о его угрозе убить Дмитрия и, испугавшись такого исхода, грубо ответил: — Я ходил пить чертову воду! — Демон посмотрел на ту и оскалился, — Я не обязан отчитываться. Даки не ожидала такой агрессии со стороны, поэтому растерялась. — Прости, я не обвиняла тебя ни в чем, — Даки не знала, как реагировать на такие перепады эмоций, — Адам, я просто беспокоюсь. Он подошёл ближе и сел на кровать. Ми на тот момент уже проснулась от этого шума. — Почему ты злишься? — Не понимающе спросила Младшая, глядя на хмурое лицо мужчины. — Я не… — Адам отвернулся. Ему было стыдно от своего поведения, но он не мог иначе. Он уже сделал больно Дмитрию и продолжал делать больно тем, кто оказывался рядом с ним. Ему больше не хотелось подпускать к себе кого-то, — Не злюсь. — Ты не должен отчитываться, — Даки положила руку на его кисть, — Адам, мы с сестрой пускай и не долго тебя знаем, но уже полюби… Понимая, что девушка хочет ему сказать, Адам распахнул глаза, а затем повернулся к той и почти что прорычал в лицо: — Блять, не надо мне все это! — Адам… — Старшая испугано отклонила голову назад, когда тот навис над ней с убийственным взглядом. — Ты и сестра, в отличие от меня, свободны. Так бери ее и проваливай нахер с этого Отеля! — Не говори так, пожалуйста! — Чуть ли не плакала Ми. — Знаю, что сейчас тебе очень трудно и больно, — С сожалением говорила Даки, — Ты злишься на всех, и это нормально… — Хватит. — Адам отвернулся, не желая слышать эти речи. Чувствовать сейчас что-то к другим было слишком сложно. Он не хотел брать на себя этот груз. Но девушки ни капли не повелись на его слова. Напротив, Даки была рада, что тот начал говорить осмыслено, пускай и с агрессией. Она с сестрой обняли недовольного демона, который всем видом пытался показать свою холодность к ним. Но он очень скоро сдался. — Нгх… — Прикрыв глаза от того, что его так тискают, мужчина что-то недовольно кряхтел. Адам не привык к проявлению любви через прикосновения и шугался таких признаний, как огня. — Можно я буду звать тебя Господином? — Спросила Младшая. Адам от такого предложения аж покраснел. — Молчание — знак согласия! — Усмехнулась младшая. — Знаешь, никогда не лучше быть совсем одному, — Говорила Даки, — Я знаю, что такое любить, потому что у меня есть сестра. Пока те тихонько сидели вместе с ним в объятиях, Адам думал о том, как это приятно. Он вспоминал то, как ощущал себя, когда его обнимал Дмитрий. Это казалось ему неправильным и даже где-то постыдным, но не смотря на свое превосходство в силе над грешником, он чувствовал себя с тем слабым и защищённым. Адам переживал за него, но ему было трудно признаться в этом.

***

Уже вскоре Джино был на месте. Он нашёл его не сразу, так как мужчина уже значительно далеко ушёл от Отеля. — Дима… — Глаза Ящера расширились от ужаса, когда он увидел состояние Грешника перед ним, — О боже… Тут же, склонившись, парень приподнял голову мужчине. Тот приоткрыл глаза и улыбнулся, когда увидел знакомое лицо Ящера. — Придурок! — Джино прижался к нему, — Ты просто идиот! — Я тоже рад тебя видеть, — Тихо сказал Дмитрий, потянув к тому руку. Парень перехватил чужую кисть и перекинул себе через шею. — Держись, — Джино с трудом приподнял его с земли. Главарь зажмурился, когда вставал на ноги: рана на животе и руках, которые разодрал Падший, болели. Ящер пытался идти, как мог: Придерживая того за бок руками, он еле дошел до машины и усадил с горем пополам рядом с собой на переднее сидение машины. Джино ещё раз взглянул на мужчину и теперь увидел все раны. От окровавленного разбитого лица Дмитрия ему стало не по себе. — Дима, — едва прикасаясь к раненной коже на щеках грешника, Ящер смотрел на того с испугом, — Что если бы ты умер? — Но я же не умер… — Ответил сдавленым голосом Главарь. Касаясь того так аккуратно, будто мужчина может разбиться перед ним на множество мелких осколков, Ящер придвинулся ближе и, прикрыв глаза, поцеловал Дмитрия в лоб. — Биш уже ждёт нас, — Сказал Грешник, вжав со всей дури на педаль. Просмотрев на сосредоточенное и обеспокоенное лицо Джино, который вел машину, Дмитрий сказал: — Я не должен был так рисковать… — О, Правда? — Поразился словам мужчины Ящер, — Поверить просто не могу, что этот придурок говорил мне о том, чтобы я не шастался по клубам. Сам, блять, безмозглая дубина два метра ростом, поперся нахуй за три пизды к тысячалетнему хую в шляпе, который его отхуячил! Дмитрий тихонько смеялся, держась рукой за рану на животе. — Не смешно вообще! — Бесился парень, — Если бы с тобой что-то случилось, я бы…я… — Джино, все хорошо. Главарь опустил голову на плече Ящера, и тот поднял одну руку с руля, чтобы погладить мужчину по волосам. Грешник слегка расслабился и позволил себе задремать, пока они ехали. Джино мчал так быстро, как мог. Когда они прибыли к дому Дмитрия, Ящер позвонил Бишу, чтобы тот помог вытащить Главаря из машины. — Какого черта ты его в больницу не повёл? — С возмущением говорил бес, помогая вытаскивать раненого Грешника из машины, — Боже и что случилось… — Я сам справлюсь, — Ответил Ящер, — Он должен быть рядом со мной. Биш ничего не ответил на это. Для беса было странно и удивительно то, что парень вообще решил привести его сюда. Они занесли мужчину в комнату и положили на кровать. — Это из-за тебя произошло? — Обратился к Джино Биш, — Я так и знал, что с тобой он попадет в беду… — Я в этот раз вообще не при чем, — Отвечал Грешник, попутно снимая разорванный пиджак с мужчины. Джино посмотрел на рану на животе и руках и увидел след от клыков, — Принеси аптечку! Еще Ящер заметил порезы на лице и шее, а так же плачевное состояния крыла мужчины. Однако на том были повреждены только летательные перепонки, а это значило, что оно скоро заросло бы само собой. Остальные раны, не смотря на регенерацию Грешника, нужно было обработать и зашить. Этим они и занялись. Пока Джино вводил обезболивающее, Биш обрабатывал раны. Главарь все это время лежал неподвижно. Из-за усталости и боли он едва держался в сознании. — Дай мне иглу, — Обратился к бесу Ящер. Он знал, что делать, так как ему самому не раз приходилось зашивать себе раны после очередных потасовок. Для Биша же все было иначе. Раненный Дмитрий сейчас напоминал ему его больную мать, за которой он ухаживал раньше. Это все ощущалось для беса слишком тревожно. — Почему ты привёз его сюда? — Спрашивал удивлено Бес у Ящера, — Ты ведь не хотел, чтобы он… — Когда он придет в себя, то захочет, чтобы ты был рядом, — Буркнул Джино. — Вот как, — Биш улыбнулся, — Видимо, он в чем-то был прав. — А ты не обольщайся, Бесеныш! — Смущённо говорил парень, — Это не ради тебя, а ради него! Обработав иглу, Джино осторожно начал зашивать рану на животе Главаря. Дмитрий не реагировал, так как боль от иглы была менее ощутима, чем та, что он чувствовал от ран. Весь платок был в крови, когда Биш осторожно протер грешнику его измученное лицо. — Кто это сделал? — Осматривая состояние Дмитрия, спросил Биш, — Какая падла? — Люцифер, — Так и ответил Ящер. — Очень смешно, — Бес закатил глаза, — Я серьёзно. — Да, блять! Я тоже, — Рявкнул Джино. Он старался не отвлекаться и держать пальцы ровно, чтобы нить не соскочила с иглы, — Он поперся к отелю спасать Адама. — Ох, — Бес всегда был не в курсе всех событий, поэтому ничего не понял, — Какой отель? Что за Адам? — Ну, помнишь чела в маске? — Ящер объяснил: — Это первый человек. Ну вот, его заказал Люцифер, я его ему отдал и потом соврал Диме, что он сдох, но потом Аластор сказал, что типа он живой и все вскрылось. Дима побежал его спасать, но Люцифер его отпиздил. Биш замер, пытаясь обработать информацию в своей голове. — Ты на приколе сейчас? — Да ты меня уже заебал! — Возмущался Ящер, — Че тут не понятного? — То есть ты хочешь сказать, что к нам пришел пацан, который, оказывается, тот самый истребитель, который умер? — Ну да! — Бред просто несусветный, — Биш вздохнул, — Я только подумал, что Дима прав на твой счёт, а ты снова врешь, скотина. Главарь слегка приоткрыл глаза и сказал: — Он не врет… — Да вы с ума сошли? — Биш был в шоке, — Ты серьезно пошел биться с Люцифером? — Почему он не убил тебя? — Нахмурившись, спросил Ящер у Дмитрия, который потихоньку приходил в себя. — Не знаю, — Ответил он. — Что стало с тем… — Продолжал расспрашивать Джино, попутно зашивая мужчине руку, — Ну, с тем мужиком, которого ты так яро ринулся спасать. — Ну, — Главарь сказал грустно, — Я ему не нужен… — Может, его и не нужно было спасать? — Предположил Ящер — Он и ты это… — Совсем разный мир, — Продолжил Биш, — Честно сказать, тут я согласен с Джино. Не стоит лезть в такое. — Мне стало интересно, — Говорил тихонько Дмитрий, — Я прожил всего тридцать три года на земле и сдался. Моя жизнь была не такой, как я хотел. Как и у него. Только от того, чтобы понять, что он чувствует, нас разделяют тысячи лет... — Вот я и говорю, что вы слишком разные, — Бубнил недовольно под нос парень. — Ну и дела, — Бес почесал затылок. Закончив, наконец, с последним швом, Ящер наложил бинты и отошёл в сторону, чтобы перевести дыхание. Тащить Грешника на себе и кропотливо зашивать раны было утомительно. — Спасибо, Джино. — Дмитрий попытался привстать на локтях, но почувствовал боль в животе. — Дебил, блять! — Подбежав к тому, Ящер уложил мужчину обратно на подушку, — Швы разойдутся! — Я схожу что-нибудь куплю, чтобы ты поел, — Сказал Главарю бес. Дмитрий кивнул и устроился поудобнее на подушке. Бес ушел, а Джино остался рядом с мужчиной. Парень сидел на полу возле его кровати и посматривал на него украдкой. — Можно я… — Спросил тихо Ящер, указав на местечко рядом с Грешником. Главарь моргнул в знак согласия. Радостно подскочив с пола, Джино залез на кровать и прилёг рядом. — Ты мне так помог сегодня, — Дмитрий слегка повернулся на бок и обхватив двумя руками маленькую фигуру Ящера, прижал к своей груди. Джино слышал стук его сердца и тепло, от которого становилось уютно и спокойно. — Никогда не умирай, — Прошептал Ящер. — Я постараюсь, — Главарь улыбнулся, — Разве я могу оставить тебя одного? У Джино снова наворачивлись слёзы от того, что ему было слишком хорошо. Но это чувство было мучительным. Ящер понимал, что Грешник не отдаёт себе отчёт в том, насколько много значит для него все это. — Дима… — Грешник приподнялся и склонился над тем, — Ничего не изменилось, так ведь? — Ты знаешь, — Главарь продолжил ладонь на чужую щеку, — Я люблю тебя, но… — Да, я знаю, — С болью сказал Ящер, — Можно мне кое-что попросить? — Конечно. — Я смирюсь с этим, — Говорил с волнением он, — Но перед этим… Поцелуй меня один раз. — Джино, — Главарь отвёл взгляд, — Я не могу с тобой… — Пожалуйста, — Молил Ящер, — Мне это нужно. Грешник прикрыл глаза, когда рука мужчины подтянула его за шею к себе. Тот поцеловал его, но не в губы, а в щеку. — Этого мало, — Обхватив Дмитрия за Щеки, Ящер впился тому в губы. Главарь положил ему руки на плечи и уже был готов отстранить от себя, но передумал, когда, приоткрыв глаза, увидел сведённые брови и слезы на щеках у Грешника. Поглаживая мужчину большими пальцами по щекам, Ящер едва касался его губ. Он вложил в этот поцелуй всю нежность и трепет, который испытывал к мужчине. И когда отстранился, почувствовал себя ужасно. До этого момента Джино был уверен, что может получить все, что захочет. — Прости меня, — Говорил грустно Дмитрий, смотря на то, как Ящер плачет. — Вечно ты извиняешься, — Джино неловко усмехнулся, — Ты ничего с этим не сделаешь. Просмотрев в потолок, чтобы сдержать слезы, Ящер продолжал говорить: — Я не думал, что после смерти можно умереть снова. Я воспринимал тебя как что-то что не может исчезнуть или сломаться. Но сегодня увидел, как ты, блять, чуть не умер и я… — Парень чувствовал, как его трясет от переизбытка эмоций, — И я понял, что могу потерять тебя. Меня всегда раздражало, что ты заботишься обо мне, но теперь я понимаю, что это значит. — Я рад это слышать, — Притянув грешника к себе, сказал нежно мужчина. — Ты не должен жить для других, — Шептал Ящер, — Ты действительно умрешь, если будешь спасать каждого, кто в этом нуждается. — Вряд ли я смогу по-другому. — Я знаю, — Ящер улыбнулся сквозь слезы, — Поэтому не нужно больше меня спасать.