Казнь: Финал (Хорошая концовка. Вторая из двух)

Сегодня красное адское небо кажется особо мрачным. Сотни сектантов в чёрных одеяниях собрались на главной площади, прямо возле давно забытого всеми памятника Люцифера, чтобы стать свидетелями публичной казни. На шум пришли и другие жители, неведующие о предстоящем событии, главным виновником которого являлся никто иной как Адам. Вот только те, кто пришел поглазеть, не сильно верили, что суд проводится именно над Первым Человеком. «Маскарад каких-то шизиков» говорили грешники и считали, что все это не больше чем шоу. Чей-то смех, крики и молитвы сектантов, оградивших собой место казни, слились воедино. Все внимание устремлено в центр, на два столба, где прикреплённый с двух сторон цепями, израненный и нагой стоял на коленях Адам. Из-за отсутствия левой руки в плече был воткнут крюк, от которого тянулась к столбу цепь. Все эти дни мужчине давали яд, ослабляющий тело и замедляющий процессы восстановления. Перед глазами мутная пелена, тело изнывало от боли, но он оставался в сознании. Насмешливые глаза Грешников и холодные лица сектантов — единственное, что он мог лицезреть. С одной стороны от него стоял Дон вместе с Джино, а с другой — Байлин, держащая в руке кинжал из ангельской стали. Холодное орудие, способное убить демона, было не только у нее, но и у других сектантов, стоящих за спиной главной троицы. Слышать шум толпы и видеть, как выглядит сейчас Первый человек, Ящер уже не мог. Едва держась на ногах, он тяжело дышал и старался не потерять сознание. О том, как себя чувствует Осфора, сектант прекрасно знал, видел сгнившее лицо и умирающее тело, но исцелять не спешил, тем самым наказывая. «Где же ты» думал Ящер, выискивая взглядом того же, кого желал видеть Адам, если бы мог осознавать происходящее. Уши хорошо улавливали шум снизу. От того, чтобы не расправить крылья и не ринуться в самый центр событий, Диму останавливал бес и служанки, держащие за руки. Напряжённый, с напуганными глазами и комом в горле, Главарь смотрел то на Первого Человека в цепях, то на Ящера, у которого подкашивались ноги. — Жди, — Шептал Биш, сжимая рукав пиджака мужчины сильнее. — Ты ничего не сделаешь сейчас, — Говорила с другой стороны Даки. Голоса стихли, когда Дон начал говорить. — Страшно прожить всю жизнь бесцельно, не зная, кому и чему ты предан. Смерть должна нести в себе смысл, должна быть оправдана, но тот, кто сейчас перед нами… — Он сделал небольшую паузу и взглянул на Адама, — Не понимает истинного смысла боли, как инструмента для познания себя и своей души, как трансформацию тела. Чтобы был порядок, должен быть тот, кто знает больше, должна быть структура и цель. Мы не знаем, по какой причине, но Адам, как бывший истребитель, коим больше не является, стал демоном, а потому перестал играть важную роль. Его сила и своевольный нрав для нас теперь угроза и то, что может вывести из душевного равновесия… — Что он несёт… — Шипел злостно Главарь, вслушиваясь в речь Сектанта. — Пускай мы и знаем, что перенаселение — проблема для ада, но нужно рассматривать каждую душу и ее поступки отдельно, а не убивать всех подряд, бездумно, наслаждаясь, будто это развлечение, — вытянув руки вверх, Дон громко сказал: — Мы все большая семья. Каждый из вас играет свою роль. Если вы делаете все правильно, то получаете то, что заслуживаете, а если нет… Джино заметил на себе укоризненный взгляд Сектанта и тут же опустил глаза в пол. — Получаете наказание. Теперь речь зашла о Байлин, которая тут же горделиво выпрямила плечи и вздёрнула подбородок. — Разве это ангельское дите заслужило быть брошенной? Разве можно оставить своего подопечного, если он оплошал по вине самого лидера, не умеющего направлять и обучать… Сектанты в черных мантиях лишь молчаливо кивали, соглашаясь со всем сказанным, пока пришедшие сюда по случаю Грешники не понимали, о чем речь, либо же кричали что-то гневное. — Хочешь сказать, что это Адам? — Спрашивал кто-то из толпы, — Мы все знаем, что сейчас он находится у Владыки! Но Дон не желал отвечать на вопросы. — Сегодня моя правая рука, — Положив ладонь на плече девушки, сектант сказал, — Байлин расплатится с Первым Человеком по счётам. Публика завороженно смотрела, как огромная фигура мужчины подходит к Первому, едва остающимся в сознании Человеку, обхватывает ладонью за шею и склоняется, обнажая острые зубы. Дмитрий тут же дернулся, но рука Биша потянула обратно. — Дима, рано! — Останавливал бес, — Он сказал, что его должна убить эта девушка. Он не убьет его сейчас. Демон сдавлено выдохнул, когда зубы вонзились в шею. С наслаждением Дон пил его кровь, но уже через мгновение отстранился, чтобы протянуть: — Первобытная… Тут же отступив назад, сектант занял наблюдающую позицию и взглянул на Байлин, которая изнемогала от желания вонзить клинок демону в сердце. Сектанты начали мычать и шептать что-то что невозможно было разобрать. Понимая, что ждать больше нельзя, Главарь распахнул крылья и ринулся в центр событий. Рука девушки крепко обхватила рукоятку кинжала, и остриё притронулось к груди Первого. — Нет! — Громко крикнул Джино, испугавшись, когда поднял голову и заметил Дмитрия. Байлин опешила, когда ее кисть обхватил хвост. Собрав в себе последние силы, Джино вырвал кинжал из руки и тут же набросился на девушку. — Судьба сама распорядится, каков будет исход… — Глядя на предательство Осфоры, Дон ничего не предпринимал. — Тварь! — вскрикнула Байлин, схватив парня за шею. Джино с трудом мог разглядеть озлобленное лицо бывшей истребительницы, которая не желала, чтобы ее планам кто-то помешал. Хвост обвил девушке ногу, шипы проткнули ее, и та стиснула зубы. — Джино! — Главарь на мгновение замешкался, а затем рванул туда, где сейчас происходила драка. Красные недовольные глаза сектанта метнулись на него, и уже через мгновение Главарь ощутил пронизывающую боль по всему телу. Его окутал черный, отравляющий все живое и разлагающий тело дым. Перепончатые крылья сгнивали, и в них образовывались дыры. Джино обернулся, когда услышал душераздирающий стон Главаря, царапающего землю когтями от боли. — Нет, только не его! — Ящер взглянул молящими глазами на Дона, на лице которого читалось безразличие ко всему происходящему. Байлин выдернула кинжал с руки, воспользовавшись тем, что парень отвлёкся. Раздалось несколько выстрелов, от которых вздрогнули все. Огромное тело Дона рухнуло на землю. Байлин заметила дыру в голове и груди, откуда сочилась кровь, а затем подняла глаза вверх и увидела на крыше беса с пистолетом. Черная материя растворилась, и Дмитрий перестал корчиться от боли. — Ты решил испортить то, что я планировала годами… — Вновь посмотрев на Джино, прорычала она, — Но Дон скоро придет в себя и обнаружит тебя мертвым! Острое лезвие вонзилось Ящеру в ногу, но тот не пискнул, притянул девушку к себе и вонзился клыками, которые впрыснули в тело яд. Хвост снова замахнулся, но чужая ладонь перехватила его и, издав смешок, Байлин отрезала Ящеру длинную конечность кинжалом. Было больно, но не так, как все эти дни, когда он разлагался. И вот сейчас, теряя кровь, последние силы, все чувства осязания, он собирался сделать то, что мог. Байлин замахнулась и пронзив его грудь кинжалом, склонилась к уху, чтобы сказать тому, кто сейчас открыл рот в немом крике: — Прощай, гадкая лягушка. Тонкие руки обняли ее и, сделав рывок, Джино оказался сверху. Сжав рукоять, он стиснул зубы и вытащил из себя холодное орудие. Хищные, залитые кровью глаза смотрели на нее беспощадно. Сейчас он чувствовал себя тем, кто не имел ни тела, ни души. «Убить» это все, о чем парень думал, когда отпихивал чужие руки, которые пытались остановить его, когда смотрел в напуганные глаза Байлин. Из груди сочилась кровь, пачкала руки, ноги, превращала их сцепленные мертвой хваткой тела во что-то мерзкое и похожее по своему существу. Крича и вырываясь, девушка держала чужую руку, пытаясь сдерживать клинок. Яд причинял боль, туманил рассудок. Она распахнула глаза и выдохнула, когда почувствовала холод в груди. Джино вытащил клинок, вонзил снова, а затем еще раз и ещё. Захлебываясь кровью девушка смотрела на него с мольбой, но вскоре ее тело перестало дрожать, а глаза потускнели, когда Ящер сделал последний взмах и перерезал лезвием горло. Кровь продолжала течь со всех ран. С трудом поднявшись на ноги, Джино сделал несколько шагов и рухнул возле Дмитрия, который тяжело дышал и не мог прийти в себя. За спиной уже слышались скрипящие и мокрые звуки, такие же как когда Дон переродился на их глазах с Адамом. Сердце разрывалось, когда парень смотрел на Дмитрия, все ещё лежавшего без сознания, но нужно было сохранить силы, поэтому, переборов желание ринуться к тому, Ящер прикрыл глаза и рухнул на землю рядом с трупом Байлин. Придя в себя, Дмитрий распахнул глаза и увидел тело Джино, не подающего никаких признаков жизни. — Нет… — Картинка перед глазами становилась все чётче, — Джино! Вскочив на ноги, он хотел было рвануть к Ящеру, но сектанты схватили за руки и не дали подойти ближе. Голос Дона, уже пришедшего себя, звучал строго: — Нельзя мешать тому, чему суждено произойти. Сектант взглянул на окровавленное тело Осфоры с жалостью. — Нет! — Завопил Главарь, пытаясь вырваться. Дмитрий задыхался в слезах и чувствовал, как внутри скребётся и раздирает то, что давно уже просило вырваться наружу. — Скорбь… — разглагольствовал Дон, глядя на страдания Грешника, — Его смерть была неизбежна и оправдана… Дыхание все больше сбивалось, глаза чернели, а тело стало твердым, будто камень. Слушая монотонную речь Сектанта, Дмитрий чувствовал боль в сердце, тремор по всему телу и злость, заполняющую каждую клеточку в его теле. Звериные черты пробивались наружу, он почти рокотал, превращаясь во что-то уродливое, не желающее принимать такую судьбу. — Твоя боль делает тебя тем, кем ты должен быть… Дмитрий, потерявшие последние человеческие черты, развернулся к одному сектанту, что удерживал его, и, впившись зубами в шею, разорвал ее. Схватив второго за волосы, он прижал голову Грешника к земле и начал бить снова и снова, пока тот перестал издавать какие-либо звуки и дышать. Его зрачки метнулись на грешницу из толпы, которая снимала все на камеру. Телефон упал на землю, осознанность в глазах исчезала, когда ее тело подверглось гипнозу того, кто смотрел на нее со злобой. Схватив пистолет у кого-то из толпы, девушка начала стрелять во всех, кого видела. Сектанты не сдвинулись с места, но те, кто пришел лишь просмотреть, подняли шум и начали разбегаться по сторонам. Теперь Главарь перевел взгляд на одного из подчинённых Дона. — Убей… — Процедил не своим голосом. Мужчина достал клинок из-за пазухи, приставил к своему горлу и перерезал. Его тело упало на землю, и Дмитрий подошёл к небольшой Грешнице, которая пряталась за сектантом. — Не надо… — Испуганными глазами она смотрела в звериное лицо мужчины. Взяв за горло, Дмитрий поднял ее тело. Кряхтя и плача, девушка что-то говорила и молила отпустить, но чёрные глаза смотрели холодно, массивные ладони сдавливали все сильнее. Шея хрустнула, тело обмякло, и Грешник отбросил ее в сторону, будто мусор. Мужчина в черной мантии лишь посмотрел на Дона, наблюдающего за всем этим со стороны, и тут же прикрыл глаза, смирившись со своей судьбой, когда Главарь вонзил в его шею клыки и разорвал. — Ты мстишь мне за него? — Дон вопросительно поднял брови, — Мне жаль тебя, жаль, что ты не понимаешь, что смерть твоего друга была оправдана… Дмитрий не слышал его. Вырывая сердце следующей жертве, он тяжело дышал, кидался из стороны в сторону и выл от отчаяния. — Я позволю тебе… — Продолжал говорить Сектант, — Я нарушил твое равновесие, но и ты должен будешь принять свою судьбу. Чьи-то крики, рычание, что больше походило на плач, слышалось отовсюду. Земля пропиталась кровью, множество тел лежали разорванные, обезображенные Грешником, который не мог остановиться. Дмитрий хотел причинить боль, уничтожить что-то прекрасное, себя, лишь бы не чувствовать то, что он чувствовал сейчас. — Я должен помочь ему! — Говорил Биш, глядя на все это безумство с крыши. — Все хуже, чем мы думали, — Оценив ситуацию, Старшая сжала ладонь крепче, — Ты точно умрёшь, если пойдешь туда. — Он — все, что у меня есть, — Со слезами на глазах говорил бес. — Подожди ещё немного, — Всеми силами удерживая мужчину, молила Служанка. Стараясь помочь сестре, Младшая обнимала беса и говорила что-то позитивное. — Ты ненасытен, — Дон усмехнулся, а затем подошёл к окровавленному Дмитрию, в глазах которого читалось лишь безумие и боль, — Тебе мало, но это ещё не все… Повернув голову мужчины туда, где все ещё весел прикованный в бессознательном состоянии Адам, Дон положил в его руку клинок и сказал: — Сделай то, что велит сердце. Сжав орудие в ладони, Главарь сорвался с места и уже через мгновение оказался возле демона. Не двигаясь, Дмитрий смотрел на изуродованное тело того, кто, приоткрыв глаза, взглянул на него сквозь мутную дымку. Силуэт стал чётче. Первый хотел улыбнуться, узнав того, кто стоял напротив него, но уголки губ не поднялись, губы приоткрылись и вырвался хриплый выдох, когда что-то холодное пронзило живот. На глаза снова наворачивались слезы от боли, которая не заканчивалась, от черных глаз того, кто раньше смотрел на него с теплотой. Теперь же Адам видел в них лишь собственное отражение. Тихий крик. Лезвие распарывало живот. «Это сон? Так не должно быть, мать вашу! Только не в этот раз, только не сейчас». — Придурок, остановись… — Хрипел Первый, — Не знаю что с тобой, но выглядишь просто уебищно! Грешник замер и склонил голову, не понимая, что ему говорят. Адам почувствовал что-то неладное: небо стало ещё мрачнее, глаза сектантов и Дона смотрели на того, кого Адам знал слишком хорошо. Сердце забилось чаще, мотая головой, он шептал: — Нет, только не он… Дмитрий замахнулся клинком, но его руку и шею обвили красные цепи, потянули вниз и прижали к земле. Дергаясь и что-то рыча, Грешник пытался вырваться и был похож на дикого зверя. — Я снова опоздал… — Сказал Падший, опустившись ногами на землю. Осмотрев все разорванные тела на земле, Люцифер вздохнул, а затем перевел взгляд на того, кто был удивлен его появлению. На невозмутимом лице Дона появилось волнение. — Сам король ада… — Сектант подошёл ближе, — Вы хотите закончить его страдания или… Владыка взглянул хмуро, а затем на шее и руках Грешника появились цепи, которые притянули к земле. — Значит, ты виновник всего этого кошмара? — Не стоит мешать заслуженному наказанию… — Продолжал Дон, — Адам должен умереть. Площадь опустела. Прислужники Дона, что раньше смиренно стояли и ждали указаний, исчезли с поля зрения, как только увидели Владыку, облик которого изменился. С оскалом на лице и пламенем в руках, Падший подошёл ближе и наступил Грешнику ногой на лицо. — Я не боюсь смерти, — Выдохнул Сектант, прикрыв глаза. Первый дёргался в цепях, глядя на то, как Люцифер превращал лицо мужчины в кровавое месиво. Звуки ударов от кулаков, хруст костей и истеричный смех Падшего слышался ото всюду. Как и в сражении за отель Адам видел эти красные глаза и кулаки, которые непременно убили бы и его, если бы Чарли не остановила, так и сейчас Люцифер наслаждался собственным превосходством, стал ещё безумнее, чем раньше. Адам почти перестал дышать, когда тот поднялся с земли. Весь в крови, Змей шел к нему так, будто намеревался разорвать на куски. Он одарил Дмитрия презренным взглядом, подошёл ближе к Первому Человеку и тут же улыбнулся, уничтожив цепи, из-за чего Адам чуть не рухнул на землю. Рука Падшего схватила за плече и не дала упасть. — Давно не виделись, — Промурлыкал Падший, — Ты всегда будешь попадать в неприятности? — Пусти меня! — Отпихнув чужую руку, Адам, прижимая рану на животе, начал ползти к Дмитрию, все ещё связанного цепями, но Падший не дал улизнуть и притянул обратно за руку. — Оставь его, Адам, — хмурясь, Владыка пытался взять демона на руки, но Адам вырывался, выворачивался так, будто это была схватка не на жизнь, а на смерть, будто в него вцепилась дикая змея, что вот вот обвила бы все тело и тогда бы ему настал конец. — Нет! — Крикнул истерично Первый Человек, — Ты дал мне свободу, уёбок! Ты дал мне ебучую свободу! — Да ты издеваешься… — Падший повысил тон, — Если бы я сейчас не пришел, твой мужик убил бы тебя! — Значит так и было бы! — Рявкнул Адам, ударив ногой в живот Падшего, который пытался приблизиться — Не трогай меня! — Адам, — Демоническим голосом прорычал Владыка, прижав демона к земле, — Я все эти дни не мог найти себе места, я все думал о тебе, думал о том, что не могу забыть все это время, когда ты был рядом. Посмотри на себя! Ни руки, ни крыльев… Я могу вылечить тебя, могу защитить так, как не смог защитить тебя он! Первый взглянул на Дмитрия, что уже не двигался и просто тихо лежал не осознавая происходящего. — Признай что произошло то, о чем я говорил! Ты не можешь существовать в аду без моей помощи, не можешь быть с теми, кто никогда не поймут твоей значимости. — А ты можешь, да? — Адам усмехнулся, — Думаешь, что я хоть одну минуту в своей жизни не притворялся что ты мне нравишься? Я тебя, блять, ненавижу. Тебе стоило это понять с самого начала, ещё тогда, когда ты замутил с одной из моих девок! — Они ушли от тебя по твоей вине. — И от тебя тоже, — Орал Адам, — Потому что ты двуличная мразь с синдромом бога! — В этом мы похожи, — Протянул Люцифер, обхватив мужчину за щёки, — Можешь ненавидеть меня, если желаешь, но я тебя больше не… Их прервал скрипящий противный звук, который Адам слышал ранее. Кости сектанта уже обросли мышцами. Падший повернулся и поднял брови удивлено, когда увидел того, кому он ещё несколько минут назад раздавил череп, живым и здоровым. Дон поднялся на ноги и отряхнулся как ни в чем не бывало. — Я скоро вернусь, — Вздохнув, сказал Первому Падший. — Можешь убить снова, — Говорил Дон, видя, как Люцифер не спеша идёт к нему, — Будет ли это иметь смысл… — Интересно, — Падший остановился, скрестил руки на груди и начал внимательно осматривать Грешника, — Необычная сила… Пока те разговаривали, Адам подполз к главарю и начал пытаться освободить но сил было мало. Рана на животе кровоточила. Демон потерял так много крови, что едва держался в сознании. — Блять, ну приди уже в себя! — Склонившись к Дмитрию, выдохнул Первый, а затем просто прилёг рядом обессиленно. Запыханный в центр событий прибежал Биш с пистолетом в руке. Рухнув на колени перед чёрным от гнили телом Ящера, он закрыл лицо руками. — Пацан… — Дрожащим голосом он говорил, — Знаешь, я и вправду не верил, что ты можешь измениться, хотя бы потому что это ад. Хоть ты и был истеричным говнюком, который только и делал, что причинял всем боль, но я тебя… — Да пошёл ты нахуй… — промычал Джино. Глаза Биша расширились, и увидев нахальную улыбку Ящера, он тут же нахмурился, после чего прописал слабую оплеуху. — Ты жив? — Возмущенно бухтел бес, — Тогда какого черты ты тут разлегся! — Он… — Ящер закашлялся и попытался приподняться на локтях, но сил не хватило, — Дима… — Не очень, но живой, — Биш склонился к парню и обнял, — Серьезно, Джино, я думал ты мертв. — Если б не притворился, то меня бы убили. — Хорошо что ты у нас прекрасный актер, — Бес улыбнулся и стиснув крепче, услышав сдавленный выдох парня. — Но честно говоря… — Шептал Ящер, — Я скоро реально откинусь…

***

Оглядев сектанта с ног до головы Падший оживился и сказал: — Твоя сила в этом маленьком красном камушке, верно? — он улыбался коварно, видя как спокойствие на лице Дона сменяется страхом, — Много ума не надо чтобы догадаться. Значит, если я уничтожу его… ты умрешь! — Нет… — Мычал Джино, слыша разговор Влыдыки и Сектанта, — Не надо… — О чем ты? — Биш склонился ещё ближе, чтобы расслышать то, что шептал Джино. — Если он его убьет… — Отдышавшись, Парень закончил, — Я умру тоже… Бесстрашие сектанта куда-то улетучилось, когда он увидел коварную улыбку на лице Люцифера, подходящего все ближе. Отступив назад, Дон выпустил из своего тела черный, стремящийся окутать небольшую фигуру Короля едкий дым, который упёрся в созданный Люцифером барьер, на лице которого не было ни грамма волнения, лишь самодовольная улыбка, показывающая все его превосходство. — Кажется ты не рассчитываешь, что можешь убить меня, что довольно очевидно, — Говорил Падший, подходя ближе и смотря на то, как Высокий Грешник ищет глазами путь отхода, — Второй раз умирать немного страшнее, не так ли? Сектант сорвался с места, но тут же остановился и вздрогнул, когда увидел перед собой Владыку. Расправив шесть крыльев, Падший взлетел чуть выше: красные глаза сверкнули, оскал стал еще шире, длинные рога прорезались сквозь кожу, между ними вспыхнул огонь. Ладонь Люцифера потянулась к красному камню сектанта, схватила и сжала. — Нет! — Крикнул Биш, подбежав ближе. Люцифер, готовый уничтожить камень жизни и смерти, взглянул на беса с недовольством, слово увидел назойливую муху. — Не уничтожай его! — Орал Биш, — Этот ублюдок связан с моим другом и если ты убьешь его, то он тоже умрет! — Ого, какая жалость, — Падший взглянул на окровавленую фигуру Ящера, — Только вот… мне нет дела до твоего дружка. — Адама ранили ангельским клинком и он уже как несколько минут лежит без сознания, а быть может даже умер, но, видимо, ваше высочество интересуют больше игры с какими-то уебком! — Рявкнул бес, — Я сказал оставь этот чертов камень! Падший взглянул туда, где был скован цепями Дмитрий и Первый, который не двигался и не понятно, дышал ли вообще. Улыбка сошла с лица Змея. — Прошу тебя, — бес смягчился, — Оставь его и помоги Адаму и моему другу. — Ладно, — Прищурившись, Падший прицелился и одним быстрым движением запульнул камень в голову Дона пробив ее насквозь, — Возвращаю. — Слава Сатане, — выдохнул с облегчением Биш, и тут же склонился к Джино, — Держись, пацан… Владыка подошёл к Первому Человеку, что на тот момент уже находился без сознания прижатый к Дмитрию, который смотрел на него все так же убийственно, не осознавая происходящее. Игнорируя это, Падший подхватил Первого Человека на руки. — Живой, — Усмехнулся Король, почувствовав биение сердца, — Кажется, ни жизнь, ни смерть не рада тебя видеть. Взлетев, Люцифер оглядел опустевшую площадь, на которой произошло столько событий лишь за один день, а затем прикрыл глаза и был готов переместиться. Но крик беса остановил. — Пожалуйста, помоги ему! — пытаясь приподнять тело Джино орал тот, — Он точно умрёт без твоей помощи! — Слушай, я не занимаюсь благотворительностью, — Безэмоционально ответил Падший. — Блять, да он умирает из-за того, что пытался спасти того, кто сейчас на твоих руках! — Отвези дружка в больницу, — Взглянув на одичавшего Главаря с отвращением, смерти которого он был бы рад, и Ящера находившегося в ещё худшем состоянии, Змей добавил. — Не думаю, что этому уже можно помочь, так что лучше убей. — Пожалуйста, — уже тише говорил бес, глядя в тусклые залитые кровью глаза Джино, тело которого уже почти полностью сгнило, — Это моя семья… — Кх… — Раздражённо выдохнул Падший, прикрыв глаза. Биш почувствовал, как его и тело Ящера отрывает какая-то сила от земли и поднимает вверх. — Его тоже! — Воскликнул бес, указав пальцем на Дмитрия. Нехотя, но Люцифер приподнял в воздух скованного цепями Грешника, и тогда, успокоившись, Биш спросил: — Что теперь? — Чарли уже ждет нас, — Ответил Падший и щёлкнул пальцами, переместив всех в Отель.

***

Король ада, держа на руках обмякшее обнаженное тело Адама, мягко опустился на пол ногами. Другие же просто рухнули вниз. На лицах жителей Отеля появилось удивление и доля страха от того что они увидели: белоснежный костюм отца чарли испачкался кровью Первого человека у которого был вспорот живот и оторвана рука. Из всех присутствующих лучше всего выглядел Биш, но сейчас, пытаясь растормошить Джино, бес даже не обращал внимание на принцессу и остальных. Дмитрий же, оказавшись свободным от цепей, напрягся, заметался из стороны в сторону глазами, пытаясь выбрать очередную жертву. — Кто это?! — Возмущённо и настороженно спросил Энджел, спрятавшись за спину Хаска, которому было совсем едва интересно происходящее. Видя перед собой Хаос, Чарли сделала шаг вперёд, чтобы взять ситуацию под контроль. — Отец, что происходит? Падший увидел в глазах дочери злость и недоверие. Принцесса наверняка подумала, что все что сейчас она видит перед собой неприменно его вина. Это расстраивало. — Сектанты устроили это, — Положив аккуратно тело Первого человека на пол, Люцифер говорил устало, — Милая, ты правда веришь в то, что грешников ждет счастливая жизнь? Адам — прямое тому доказательство. Мы отпустили, но ад не рад его видеть. — Нам стоит что-то с этим сделать! — Перебив короля, вскрикнула Веги. Все обернулись туда, где стоял невменяемый Грешник. Дмитрий прижал уши и обнажил клыки, готовясь напасть. Его крылья были изранены, одежда кусками висела на теле, а в глазах читалось лишь безумие, смешанное с болью. — Разберись с этим, — Не поворачиваясь к Главарю сказал Падший и махнул рукой в сторону Радиодемона. Лишний раз позлить этого гада было одним удовольствием. Уголок губ Владыки слегка приподнялся, когда он заметил призрение со стороны Аластора. И все же демон подчинился, чтобы не разочаровать Чарли, которая сейчас находилась в смятении и нуждалась в поддержке. Все слегка расступились, позволяя радиодемону выйти вперёд. Держась уверено, как всегда показывая свою гордыню, Аластор сделал несколько шагов в Грешнику. Дмитрий был в несколько раз выше, смотрел снизу вверх без капли осознанности. Сейчас ему было плевать кто перед ним, в голове был лишь шум. Он замахнулся, но его когти прошли тело Радиодемона насквозь. Последнее что Дмитрий увидел, прежде чем почувствовал боль — улыбку на лице демона, который растворился перед ним и в мгновение ока оказался позади. Аластор выпустил из тела несколько черных щупалец, обхватил тело мужчины так сильно, что стало тяжело дышать. Высокую фигуру Главаря тут же прижали к полу и удерживали, игнорируя яростные попытки освободиться. Быстрее! — окликнул Биш, все ещё склонившийся над телом Ящера. Его тело было холодным, окровавленным и сгнившим настолько, что от прежнего красивого парня не осталось и следа. Откинув все давнии обиды и злобу, бес прижал Джино крепче и не почувствовал сердцебиение, — Он умрёт, если ему не помочь… Это не простое заклинание! — Папа! — Принцесса металась, не зная кому помочь Первым. Люцифер даже не обернулся. Сейчас он смотрел лишь на Адама, который выглядел не лучше. Из-за оторванной руки и ранения в животе демон потерял много крови. Это было ужасно. Столько раз он умирал, получал увечья, но каждый раз возвращался в этот гнилой и безнадёжный мир обратно. Когда Первый покинул дворец, Падший попытался смириться и забыть обо всем случившемся, но сейчас, глядя на демона, он чувствовал что-то, что тяжело было объяснить. Может после всего что произошло Адам, наконец, поймет, что он не такой как остальные, что ему не стоит искать счастья там, где его нет. Слишком поздно. Грязь, боль и отчаяние глубоко впиталось в каждого грешника. Падший считал, что вечность в аду и прошлое не даст тем, кто совершал грехи стать ангелом, как надеялась принцесса. Нет, они больше не люди и ему, как и Первому человек, никогда не стать кем-то другим. Не после того что они пережили. Рай не был где-то в небесах, ад не находился под землёй, а Господь не держал все в своих руках и не наблюдал за своим творением — человеком. Все это не имело смысла, ни жизнь, ни смерть… Так считал Падший. Он чувствовал эту пустоту всегда. Одиночество, которое сжирало изнутри. Если бы Адам только понял, насколько они похожи, насколько не значимо все это: рай, ад и его прошлая должность лидера истребителя, божий замысел, тогда все было бы иначе. Пальцы владыки легли на оголеную грудь. Это был уже третий раз, когда он вытаскивает его из бездны. Люцифер знал, что и в этот раз Первый Человек очнётся и будет жить, если это можно так назвать. Все молчали, глядя на сосредоточенную фигуру Падшего. Его магия просочилась в тело мужчины, жёлтый свет засиял так ярко, что остальным пришлось зажмуриться. Шесть крыльев вырвались из спины Короля, из кожи на лбу прорезались рога, вокруг которых сиял красивый нимф в виде змеи. Склоняясь над Первым человеком он выглядел как никогда величественно, словно самый чистый ангел. Надавливая рукой на грудь, Змей заставлял сердце биться, циркулировать кровь и попутно восстанавливал конечности. Все присутствующие могли лицезреть это исцеление и то, как быстро восстанавливается рука, крыло и затягивается рана на животе: кости обрастали мышцами, нервами, вырастали новые перья, а кожа на щеках порозовела. Стянув с себя белый пиджак, Владыка накрыл им Первого, а затем склонился, чтобы проверить пульс на шее. Адам дышал, но все ещё был без сознания. — Теперь помоги ему! — Рявкнул нетерпеливо Биш, держа Джино в своих руках. Падший будто не слышал, поглаживая мужчину по уже теплой щеке. Сейчас ему было все равно, что подумают другие и Чарли. — Папа, пожалуйста! — Надавила Принцесса. Неохотно, но Люцифер встал с колен и подошёл к Джино, осматривая. Лицо скривилось от этого жалкого и гнилого тела. — Ты, блять, поможешь ему! — Уже не сдерживаясь крикнул бес и схватил Владыку за плечи, встряхивая. Падший усмехнулся от такой дерзости и самоуверенности того, кто был обычным бесом без сил, — Лечи его! Не желая касаться сгнившей кожи, Змей приблизил ладони к голове Ящера и начал исцелять, но тут же нахмурился и сказал удивлено: — Это не просто заклинание, это что-то большее, — Говоря это Владыка жмурился, — Не знаю в чем дело, но его организм восстанавливается слишком медленно… — Я слышал как Джино говорил, что если Дон умрет, то и он тоже. Между ними есть связь. — Связь кровью? — Приподняв удивлено бровь, задал вопрос Люцифер. Биш кивнул и тогда тот тяжело вздохнул, — Тогда я не смогу полностью его излечить. Лишь на время. — Почему? — С волнением воскликнул бес, переводя взгляд то на Падшего, то на Ящера, кожа которого понемногу начинала зеленеть, возвращая себе прежний вид. — Потому что, как ты и сказал, они связаны кровью, а это значит, что его недуг вернётся через время. Это как печать, которую никак не убрать. Даже я не всесилен. Чтобы существовать дальше твоему дружку придется пить кровь снова и снова. Он теперь марионетка. — Я блять в это не верю! — Кричал Биш, нервно постукивая хвостом по полу, — Ты же сам Люцифер, мать твою! Неужели ты не можешь это исправить?! — Представь себе, — Цыкнул тот, а затем сказал более грубо, — Ты должен благодарить меня за то, что я вообще помогаю тебе и твоим дружкам. Требовать от меня большего ты не в праве. Биш не стал больше спорить. Сейчас он желал лишь того, чтобы Джино очнулся, а дальше… Дальше они обязательно что-нибудь придумают. Раны потихоньку затягивались, в некоторых местах снова начала блестеть чешуя, вместо гнили. Это длилось так долго, что даже наблюдавшие со стороны устали смотреть на это, не говоря уже о Владыке, что изрядно измотался и вспотел. Все это время Бес поддерживающе поглаживал парня по волосам и с замиранием сердца ждал, когда тот откроет глаза. Когда на теле почти не осталось темных участков, а хвост, который ранее оторвала Байлин, отрос, Ящер начал дышать. Джино не просто очнулся, а подскочил с места, испуганно смотря по сторонам. — Где он? — Оттолкнув от себя Падшего, который снова опешил от неблагодарности тех кого он спасал, Ящер начал искал глазами Дмитрия и, когда заметил того прижатого Радиодемоном к полу, тут же подскочил с места, — Дима! — Стоять! — Приказал Биш, потянув парня обратно за хвост, — Он сейчас не в себе. — Пусти! — Извернувшись, чтобы освободить себя от хватки беса, шикнул Ящер. — Джино, твою мать! Ты только что чуть не умер. Взгляни где мы находимся! Парень слегка успокоился, когда заметил Люцифера и Принцессу. Тут же обхватив растерянного Ящера, бес заключил того в объятия. — Тише, все будет хорошо. Диме тоже помогут. — Что ж… — Поднявшись на ноги, Падший устало выдохнул, когда взглянул в глаза Дмитрия. Этот Грешник последний, кому он хотел помогать. Подходя ближе Люцифер думал о том, что если бы этот мужчина просто умер на поле боя, то было бы прекрасно. Однако сейчас на него смотрела дочь, которая не позволила бы сделать с что-то плохое. Ох, милая Чарли всегда влияла на него слишком сильно и была единственной, кто мог усмирить его гнев. Чёрные щупальца Аластора слегка приподняли Дмитрия и заставили стать на колени. Тяжело дыша Главарь смотрел на Владыку смятенный и взъерошенный. — И что с ним? — Взяв мужчину небрежно за подбородок, Падший повертел голову и услышал злобный рык. — Я не знаю, — Ответил Биш, — Что-то произошло тогда, когда он увидел казнь Адама. С тех пор он сам не свой… — Он сейчас находится в своей демонической форме, — Размышлял Змей, продолжая трепать Главаря за щеки как игрушку, — Ничего страшного в этом нет. Если он захочет, то сможет стать прежним. Это может каждый в аду. Раны и крылья Димитрия были исцелены, но даже после этого взгляд Грешника не прояснился. — Думаю, дальше уже все зависит только от него, — убрав руку с щеки Главаря, заключил Падший, — Он не хочет возвращаться в осознанность, поэтому до сих пор такой. Видеть Димитрия таким было невыносимо. Наконец, вырвавшись из хватки Биша, Джино вскочил с места и тут же подбежал к Грешнику. — Отпусти его, — Раздирая когтями черные щупальца, сдерживающие Дмитрия, говорил злостно Ящер. Только после того, как Влаыдка махнул рукой, Радиодемон отпустил мужчину. Напряжённое тело тут же обняли тонкие руки Джино. Прижимая к груди голову мужчины, он шептал ласково. — Я и Адам живы. Но Дмитрий не слышал, не чувствовал маленькое тело, что так крепко и бережно прижимало его к себе. — Я знаю что все произошедшее для тебя было слишком, — Тихо говорил на ухо Ящер, чувствуя как мужчина сильные упирается лбом в его грудь. Грешник выглядел сейчас так, будто пытался спрятаться от внешнего мира. Он закрыл глаза и согнулся, желая исчезнуть, но Джино не позволял, продолжая говорить, — Мне так жаль, что я столько раз причинял тебе боль, что тебе приходилось чувствовать себя виноватым. Ты всегда прыгал выше головы, но сейчас… знаешь, мне правда не важно, будешь ты с ним или нет. Я просто рад, что ты жив. Джино ощутил, как мужчина вдохнул воздух, а затем слегка приподнял голову и вдохнул ещё раз, обнюхивая. Знакомый запах ударил в лёгкие и Дмитрий покачал головой. — Вот! Молодец, — Радостно воскликнул Ящер, обхватил Грешника за щеки. В глазах Главаря все ещё читалось смятение. Он не понимал что происходит, но напряжение в теле заметно ушло, так как Джино почувствовал, как тот начал наваливаться на него, упираясь рукой об бедро. — Это я, — Повторял он не сводя глаз с лица мужчины. Губы Грешника слегка приоткрылись, а глаза наполнились слезами, когда Дмитрий хрипло выдохнул. — Боже… Джино. Ты жив… Ящер резко выдохнул, когда чужие руки прижали крепко к себе. Повторяя его имя, мужчина терся о его плече щекой, словно маленький радостный щенок. Парень тихо хихикнул и погладил ладонью чёрные растрёпанные волосы и прижатые к голове уши. Глядя на эту картину Биш вздохнул с облегчением. Теперь, когда все были в порядке, бес ощутил такую усталость, что не сдержался и плюхнулся на диван, желая раствориться в нем. — Никакой работы в ближайшую неделю… Пробормотал он куда-то в спинку дивана. — А как же… — Тут же очнувшись и отстранившись от Джино, Дмитрий спросил испуганно, — Адам! — Вот он, — Безэмоционально ответил Владыка, указав своей тростью на Первого человека, все ещё находившегося без сознания. Главарь тут же подскочил с места и, подойдя к демону, опустился на колени. Да, Первый Человек не выглядел больше израненным, но смотреть на него все ещё было тяжело. Даже во сне Адам выглядел столь замучено и несчастно, что Дмитрий не мог даже представить, как после такого можно очнуться и прийти в себя. Пока он смотрел на Первого с сожалением и слезами на глазах, Падший подошёл бесшумно и прошептал Грешнику на ухо лукаво: — Ты так яро отвоевывал право быть с ним, но спас его именно я… Вина пожирала изнутри. Дмитрий прикрыл глаза, слушая тихий самодовольный голос Змея. Люцифер наслаждался страданием последнего, знал куда надавить. — Я отнесу его в кровать. Главарь ни сказал ни слова, когда Падший подхватил Первого на руки и понес на второй этаж. Все молчали не зная что сказать. Когда воспоминания начали возвращаться и Дмитрий вспомнил поле боя и то, как безжалостно разрывал Грешников и сектантов, сердце сжалось от боли. Он жалобно всхлипнул, закрыв свое лицо руками. Кроме того, поверить в то, что Джино все-таки жив, было трудно. В голове то и дело прокручивался момент, когда он увидел, как Ящер безвольно упал на землю. Все это было слишком. Несчастье за несчастьем. Боль, которая не прекращалась ни при жизни, ни после смерти. — Я так устал… ______________________ Продолжение следует...