история первая

Прежде, чем услышать байку про Повешеного, лучше узнать историю его ближайшего товарища — Духа Озера. Вообще-то именно он тут главный, властелин Проклятого Озера и Леса Потерянных Душ! И эту историю, в отличии от прочих, Буччеллати умел рассказывать… ну, неплохо.

***

Давным-давно, когда в этих лесах ещё не проложили дорог, не построили городов, и не было никаких заводов, карьеров и горнодобывающих шахт… Давным-давно на берегу озера стояла деревня. Крошечная деревня, промышлявшая рыболовством. Местные жители были бедны и едва сводили концы с концами, и будто это было мало, однажды на их головы обрушилось страшное несчастье. Из-за засухи воды озера обмелели, поля иссохли, а в деревне началась эпидемия. Почти все взрослые слегли от тяжёлой болезни, и некому было о них позаботиться, принести воды или добыть еды. Тогда один ребёнок из деревни, сын рыбака, взял отцовскую лодку и выплыл на ней на середину озера, надеясь хоть что-нибудь поймать. Но ничего не вышло: ни одна рыбёшка не заплыла в сети. Мальчик просидел в лодке до самой ночи, а когда стемнело, и над озером поднялась луна, он услышал голос, доносящийся из мутных вод: — Мальчик, что ты делаешь здесь один этой тёмной и глубокой ночью? Ничего не подозревая, мальчик наклонился к воде и ответил: — Дома мои родные умирают от голода. Я обещал вернуться с уловом, поэтому буду рыбачить до тех пор, пока не наловлю достаточно. Честно говоря, мне хватило бы и пары рыбёшек. Тот, кто кружил под водой, тогда спросил: — А что ты готов отдать, чтобы спасти своих родных? — Всё что угодно! — тут же выкрикнул сын рыбака. — Отдашь мне свой палец, если я добуду для тебя рыбы? Мальчик колебался лишь пару секунд, а потом схватил острый отцовский нож и отрезал себе палец на левой руке. Палец с тихим «бульк» упал в воду, и в тот же миг в сетях действительно заплескалась рыба: ровно две штуки, как и просил мальчик. Совсем немного, но в жестокие времена голода, засухи и эпидемии это показалось великим сокровищем… Тогда он отрезал себе все остальные пальцы, и бросил их в озеро. И тут же вытащил из воды сеть, полную рыбы. Мальчик, перевязав руку, уже собирался плыть обратно к берегу, но его остановил голос, вновь донёсшийся из воды: — Не спеши, мальчик. Может, есть ещё что-нибудь, чего бы ты хотел больше всего на свете? — Есть, но… ты правда можешь сделать так, чтобы мои папа и мама выздоровели и больше никогда-никогда не болели? — Конечно, могу. Мне только нужна твоя левая рука. Подумав, что без пальцев он уже и так стал калекой, мальчик без промедления ответил: — Хорошо, забирай! — и отсёк себе левую руку. В тот же миг на берегу показалось два огонька: это родители мальчика зажгли фонари и стали звать своего сына, чтобы он скорее вернулся назад. Ещё недавно лежавшие без сил, сейчас они обеспокоенно кричали и махали руками. — А если… — мальчика начало клонить в сон, и голова сильно кружилась, — если я отдам тебе и правую руку, ты излечишь всю-всю нашу деревню? Не дожидаясь ответа от тёмной твари, мальчик наклонился над водой и занёс отцовский нож… вот только не удержал равновесие и целиком упал в воду. Из тёмной глубины вынырнул огромный сом, которого местные почитали как Духа Озера, и проглотил ребёнка целиком. Плоть и кровь насытили тёмную тварь, но вкуснее всего оказалась светлая невинная душа — такая юная, такая яркая, и уже полная решимости и силы, полная любви, заботы и желания защищать. Все жители деревни избавились от страшной болезни. Но — и таково правило Проклятого Озера — кто погибнет в воде или в лесу у его берегов, поглощённый тёмной тварью, тот навеки исчезнет, и даже память о нём сотрётся. О мальчике все забыли, даже его родители не могли бы назвать вам его имени. А гигантский сом, долгое время правивший Проклятым Озером, пару веков спустя, насытившись, ушёл на покой. Вместо него на берегу начали замечать нового Духа, его приемника — черноволосого безымянного мальчика, с сияющими небесными глазами и острым как бритва кинжалом… который, впрочем, он применял лишь против тёмных тварей. И люди начали чтить его как нового Духа Озера.

***

Сумерки спустились на лагерь, доски потрескивали в костре, подозрительно пахло палёным пластиком. Все те, кто не заснул на сказке про Духа Озера, сейчас оживлённо упрашивали Бруно: — А расскажи что-нибудь пострашнее! — Да, давай чтоб прям реально! А не эти всё, которые жили-были давным-давно. Буччеллати явно растерялся, а когда его любимчики в лице Фуго, Джорно и Триш начали настаивать на байке про Повешенного, так и вовсе переменился в лице. Что поделать, Аббаккио пришлось выручать своего добросердечного идиота-парня: — Так, мелюзга, угомонитесь. — Леоне, не надо, я сам справлюсь. Буччеллати шутливо его отпихнул, но сам секунду спустя вернулся в пригретое местечко — в объятья Аббаккио, конечно. — Сейчас, сейчас, я попробую… Пока он «пробовал» рассказать байку про Повешенного, Леоне на ум совершенно внезапно пришли… скажем так, некоторые воспоминания. Такие далёкие, что казались просто дурным сном.