Глава 11.4 (Бенджен)

      Соглашения и уступки.       Ворота Черного замка раскрылись перед Бендженом.       Внутренний двор кипел от жизни, что не могло не радовать Первого разведчика. Некогда заброшенное место теперь хоть немного напоминало орден, что был основан для защиты мира живых от мертвых ещё тысячелетия тому назад. Новоприбывшие были не разбойниками, ворами или насильниками, а обученными бойцами, следопытами, охотниками, знающими, что нужно делать. Они помогали обустраивать замок, обучать людей, снабжать их провизией и снаряжением, оберегать стену и находить перешедших одичалых.       Бенджен вновь почувствовал себя тем самым новобранцем, что только вступил в этот замок, трепеща от этого места всем сердцем. Тогда он был юным дураком, что наслушался речей брата Ночного Дозора и решил вступить в этот орден. Он считал это благородным делом, защищать север и Семь Королевств от одичалых. Это было достойным делом. Вот только реальность быстро разрушила мечтания Бенджена. Мало того, что он потерял почти всю семью на войне, так ещё и сам Ночной Дозор был выгребной ямой, полной преступников и отчаянных людей, что пришли сюда ради еды или не имея другого пути. Не было тут никакого великого ордена, что был создан еще во времена Брандона Строителя. Всего лишь нечто подобное, давно утратившее свое величие ещё сотни лет назад.       Оглядываясь назад, Бенджен понимал, что мог выбрать другой путь, сделать шаг в сторону, дабы пойти иной дорогой, но он упёрто пошёл дальше и стал братом Ночного Дозора, связав свою жизнь со Стеной до конца своих дней. Много тогда пришлось узнать, принять, терпеть, преодолеть, но Старк смирился со своей новой жизнью. Люди тоже были неплохими, точнее некоторая часть. Остальные были теми, кого Бенджен лично бы придушил, будь у него возможность. Он старался не нарываться, приносить пользу, как только мог и вскоре к нему стали относится с уважением. Звание Первого Разведчика он получил быстро, за свои навыки и упорство, чем не мог не гордиться. Пожалуй, это был один из немногих хороших моментов в его новой жизни. Миссии в Ночном Дозоре помогали ему отвлечься от душевной боли, что никак не могла утихнуть из-за потери отца, брата и сестры. Потеря каждого из них стала ударом для Бенджена, особенно смерть Лианны. Смерть сестры стала последней каплей для Старка. После ее гибели жизнь в Винтерфелле казалась ему другой, чужой, будто он не рос в этих стенах. Он чувствовал себя чужим.       Теперь Хранителем Севера был Нед вместе со своей женой и новорожденным сыном. Бенджен больше не вписывался туда. Отца больше не было, не было и шумного Брандона, дикой и своевольной Лианны, тихого Неда, наивного Бенджена. Ничего больше не было прежним. Теперь там была другая жизнь, которой не нужен был Бенджен. Он и сам это понимал, поэтому Ночной Дозор был единственным местом для него. Первый разведчик не видел себя семьянином, обязанности лорда казались ему слишком трудными и ответственными, в этом он успел убедиться, пока правил заместо брата, воевавшего в это время на юге.       Нед отлично справлялся со своими обязанностями, как лорд Винтерфелла, муж и отец. В этом он был хорош. Пускай отец не готовил его к бразде правления, но это не стало проблемой. Наоборот, его характер тихого и спокойного человека стал тем, что нужно было для войны и после. Брандон был слишком буйным и быстрым на руку, не умел ждать или думать наперед. Это и стало его роковой ошибкой, когда он додумался оскорблять и угрожать принцу при сотни свидетелях. К сожалению, и Нед допускал ошибки, что стоили ему жизни. Дать Серсее шанс на реализацию планов было самым глупым решением, что видел Бенджен за всю свою жизнь. Ланнистеры были теми людьми, которым доверять стоило в последнюю очередь, что уж говорить о их чести и совести, коих не было от слова совсем. Воспитание Джона Аррена слишком сильно въелось в голову Неда.       Слава богам, что уж теперь все будет хоть немного лучше.       Бенджен стал привлекать к себе внимание быстрее, чем он представлял. Будто король приехал в это место. И он видел, как на него смотрели. Столько сочувствия и восхищения в его сторону никогда не падало. Оно и не удивительно, ведь его брата столь подло убили, а племянник стал жертвой Короля Мертвых. Первый Разведчик так и не смог смириться с тем, что Кригана, возможно, больше нет. Он старался отталкивать эти мысли, но они слишком глубоко пустили корни. Бенджен помнил того буйного мальчика, что бегал с Роббом и Джоном по всему Винтерфеллу, махал мечом, словно был рожден для этого, читавшего в тишине ото всех, но все еще доброго и верного ребенка. И этот образ был последним, что осталось от него. Теперь же его нет, а то, что от него осталось, использовалось Королем Мертвых.       Спустившись с коня и передав поводья смотрителю стойл, Бенджен направился в кабинет Джиора Мормонта, стараясь ни с кем не разговаривать. У него была важная информация, которую стоило немедленно доставить. Разговоры с братом о будущем Ночного Дозора были последним, что Бенджен сделал, прежде чем покинуть Винтерфелл. Само собой он не забыл помолиться за племянников и навестить могилы родных.       — Старк. — До ушей Бенджена донесся голос Аллисера Торне. Мастер над оружием Черного Замка подошел к нему. — Наконец-то ты вернулся.       Сир Аллисер был одним из тех, с кем говорить было труднее всего, особенно Первому Разведчику. Торне был верным сторонником Таргариенов, остающимся верным своим клятвам. Это и стало причиной, по которой он оказался тут. Тайвин Ланнистер дал ему возможность надеть черное в тот день, когда пала Королевская гавань. Преданный, побежденный, забытый — вот как можно было описать Торне. Этот человек потерял все в своей жизни и вынужден оставаться тут, как преступник, хотя он всего лишь был верен своим клятвам, в отличии от многих. Само собой это оставило следы на характере и мировоззрении Аллисера. Он стал озлобленным, лишенным чувства юмора и радости, стал подлым и жестоким. С ним у Бенджена было множество конфликтов, не открытых, но Старк видел ненависть в глазах Торне к нему. Причина была банальна и проста, Джон с ней тоже столкнулся, Бенджен был братом Неда, а тот был одним из тех, кто возглавлял восстание. Конечно, со временем они смогли ужиться, но о дружбе говорить не стоило от слова совсем.       — Пришлось задержаться, — бросил Бенджен, поправляя перчатки на руках. — Гляжу, людей прибавилось, покуда меня не было.       — Люди Амберов и Горных кланов, — объяснил Торне, — прислали сюда людей для помощи.       — Горные кланы? — Первый Разведчик удивился. Нед не созывал их. Обычно они вели отдалённый образ жизни, подальше от остальных лордов. Видимо, весь север готовился к предстоящей битве. — Кто именно?       — Больше всего пришло людей Вуллов, примерно человек сто пять. Харклеи со своими шестьюдесятью людьми. Норри привели сорок два. Нотты, Барли, Флинты, Лиддли и ещё другие кланы привели отряды по десять-двадцать человек.              Если сложить их численность, то получалось достаточно людей, дабы обустроить один замок. Бенджен был рад тому, что даже горные кланы решили помочь Ночному Дозору.              — Пришли только воины?       — В основном. Они больше тянут на старых, но сражаются не хуже молодых. Опытны и дисциплинированны, намного лучше того отребья, что поступал сюда годами.       Первый Разведчик вздохнул. Если уж Торне был в хорошем настроении, то дела и правда шли хорошо.       — В тех местах климат более суровый, а жизнь тяжелее. Старым приходится уйти на охоту, с которой не возвращаются.       Бенджен знал о жизни в горных кланах. Нед рассказывал, отец тоже, да и были молодые люди из тамошних мест, что пришли в замки лордов, дабы найти место получше. Перенаселение и малые запасы ресурсов давали о себе знать.              — Эти старики все равно лучше, чем преступники и голодающие.       — Как скажешь. — Веселое настроение Торне натолкнуло Первого Разведчика на неприятную мысль. Аллисер не любил Неда, поэтому ему могло быть приятно то, что второй разделил схожую судьбу — быть преданным союзниками и оговорённым. Гнев на мгновенье заполнил мысли Бенджена, но погас так же быстро. Ссориться с Торне не было смысла. Пускай радуется. — Если хочешь позлорадствовать, то делай быстрее, мне еще нужно к лорду-командующему.       — О чем ты? — удивление Торне было искренним.       — О моем брате, — ответил Бенджен.       Аллисер усмехнулся.       — Не буду.       — Это почему? Ты ненавидел его. Нед был одним из тех, кто восстал против твоих хозяев — Таргариенов. Ты служил верно, но всё равно попал на стену, будучи преданным.       — Со стороны Ланнистеров, — Торне нахмурился. — Нет, ненависть к твоему брату у меня осталась, и я был бы рад увидеть его тут как предателя, дабы он ощутил эту несправедливость, что предоставили мне, но его кончина не была поводом радости для меня. Мне дали выбор, ему нет. Вот и все. В этом и разница.       Бенджен пытался уловить нотки вранья со стороны Торне, но не смог. Тот говорил искренне и правдиво. Это не могло не удивить Старка. Видимо, честь ещё осталась у Мастера над оружием Черного замка.       — Понятно. — Бенджен взглянул в сторону покоев Лорда Мормонта. — Это всё? Или ты хотел ещё мне что-то сообщить.       Торне наклонил голову на бок.       — Нет. Мне велели сообщить тебе, чтобы по прибытию ты отправился к Мормонту. У него на носу важная миссия, и ты должен в ней участвовать.       — Миссия? — Бенджен гадал, что хотел совершить Мормонт. Обычно это связанно с выходом за стену. — Поход за Стену?       — Пойди узнай сам, — бросил Торне, прежде чем уйти.       Бенджен не стал медлить и направился к Мормонту, дабы понять, что тот задумал.

***

      Лорд-командующий находился в своей опочивальне. Больше никого не было: ни стюардов, ни других офицеров. Старый медведь попивал свой эль, читая письма. Бенджен поймал себя на мысли, что оказался на месте Джона, когда тот узнал об аресте Неда.       — Лорд-командующий.       Мормонт отвлекся от чтения. Его глаза сразу просветлели.       — Бенджен, — радостно приветствовал он. — Проходи, садись, — Первый Разведчик послушался и сел напротив Джиора. — Долго же тебя не было.       — К сожалению не мог вернуться раньше, сами понимаете.       — Конечно, — Мормонт сразу понял причину. — Пускай это не к месту, но прими мои соболезнования. Лорд Эддард не заслуживал такого конца, как и его дети столь ужасной судьбы.       — Благодарю. С ними все хорошо. Пускай расстроены и разозлены на Ланнистеров, но держатся.       — Вот и хорошо, — кивнул Мормонт. — Тяжко видеть ту жизнь, которая могла быть для нас, но благодаря милости богов, теперь всё хорошо. По крайне мере на пару лет точно.       — Вы, как я погляжу, тоже будто на пару лет помолодели. — И ведь правда. Старый Медведь впервые за столько лет будто расцвел на глазах. Неужели восстановление Ночного Дозора стало столь приятной причиной для него? Видимо, да. Мормонт пришел сюда добровольно и нёс свой обед с честью. Для него Ночной Дозор стал домом. И видеть, как он поднимается с колен, было весьма приятно.       — Так заметно? Не буду отрицать. Сердце мое радуется, когда я вижу, что на Стену приходят люди. Не преступники, отчаянные или ещё кто-то там, а воины, строители, ремесленники, разведчики, всадники и тому подобное. Будто это место вновь задышало спустя столетия.       — Будем надеяться, что надолго. Нам понадобятся все силы, дабы противостоять мёртвым. К тому времени, когда Король Ночи сюда придет, мы должны быть готовы.       — Мы будем, — Мормонт говорил уверенно. — Для этого мы не должны дать ему пополнить свои силы. Чего уж тут таить, я ждал тебя, дабы отправиться за Стену, на переговоры с Мансом Налетчиком.       Это не было чем-то удивительным или шокирующим. Бенджен знал о том, что с одичалыми все равно придется что-то делать. Обговорив все с Недом, они решили разместить их в Даре. Это позволит отгородить их подальше от северных домов. Вот только легче сказать, чем сделать. Тысячелетняя вражда не может так быстро исчезнуть. Столько крови было пролито, что хватило бы еще на тысячу лет вражды. Однако, им придется некоторое время сотрудничать. Уж лучше одичалые будут среди них, нежели чем пополнят ряды армии мертвых.       — Легче сказать, чем сделать. Найти Манса в этих землях сродни искать иголку в стоге сена.       — Не совсем.       Первый Разведчик уставился на Джиора.       — В каком смысле не совсем? — Бенджен только сейчас заметил, что под письмами лежала карта, причем довольно новая. Ночной Дозор располагал сведеньями о ближайших землях, но даже тысяча лет не помогли открыть и десятую часть всех тех земель, что находятся за Стеной. — Только не говорите, что нашли способ с ним связаться.       — По сути, так и есть. Нам известно, что он собирается пойти с нами на переговоры. Встреча состоится у дома Крастера. Я оправил туда людей, дабы они смогли подготовить все к переговорам.       — Крастер? — Бенджен знал этого одичалого, живущего в глуши со своими женами. Он был одним из немногих, у кого можно было отдохнуть и набраться сил. В землях за Стеной подобных мест почти не было, но это не значило, что к этому безумцу шли с большой охотой. Скорее, из-за неимения других выборов. Был бы у Первого Разведчика выбор, он непременно убил бы одичалого, которого даже свои не переваривают. — Будет ли он доволен таким решением?       — Мертвые не дают ответов.              — Мертвые? Он мертв? — Бенджен удивился. Неужели старика все-таки прибили? Или он умер от старости? Но он казался таким крепким в свои годы. Неужели что-то случилось? Не мог же Мормонт приказать убить одичалого? Или же мог? — Как?       — Не знаю, — пожал плечами лорд-командующий. — Я просто располагаю информацией, которой со мной поделился Эйемон.              Напоминание о старом мейстере обрадовало Первого Разведчика. Он так хотел поделиться с ним тайной о том, что в мире ещё остались Таргариены, что он был не одинок. Бенджен понимал мейстера очень сильно. Терять родных ужасно больно, особенно всех, кого ты знал почти всю свою сознательную жизнь. Старику пришлось наблюдать, как его род медленно гаснет и становиться объектом насмешек и ненависти. Он разделял схожую судьбу с домом Старк.              — А он откуда знает?       Глаза Мормонта наполнились печалью.       — Он рассказал мне об этом перед тем, как уснуть навсегда.       Стук сердца был прекрасно слышал в ушах Первого Разведчика. Всёе-таки он не смог поговорить с мейстером Эйемоном, не успел сказать ему, что род Таргариенов ещё может жить. Старик умер тут в одиночестве. А ведь они были в какой-то мере родственниками. Криган и Джон были его двоюродными праправнуками и племянниками Бенджена. Вот такая связь между странная, но все же связь.       — Когда? — спросил Бенджен.       — Больше двух недель назад, перед предпоследним показом будущего, — ответил Мормонт. — Он успел очнуться на некоторое время, дабы сообщить мне об этом.       — Но откуда он узнал? — Первый Разведчик тут же догадался. Сначала Бран, потом Тайвин. К ним приходил Джон и сообщал нужную информацию. Может быть, и тут он замешан? Мейстер Эйемон не последний человек для Джона.       — Странно прозвучит, но твой племянник, Джон Сноу, Король-Дракон, — Мормонт подтвердил догадки Первого Разведчика. — Через него он сообщил о планах Манса, ситуации в доме Крастера, а помимо этого указал нам на очень важную вещь, которую непременно нужно достать.       — Вещь?       — Рог Зимы, — пояснил Мормонт. — Тот, что может разрушить часть Стены.       Первый Разведчик уставился на лорда-командующего округленными глазами. Он слышал об этом роге из уст старой Нэн, когда та рассказывала ему сказки про Ночной Дозор и древних героев, но никогда не думал, что это правда. Люди часто могут приукрасить настолько, что даже обычная вещь может стать могущественным артефактом. Однако, раз Джон сообщил о нем, то эта сказка тоже оказалась истинной.       — Может еще огненный меч существует? — Один из древних героев носил огненный меч, называемый Святозаром, Бенджен знал и это. Сказка про погибшую возлюбленную была еще одной, которую Старк обожал слушать.       — Святозара у меня нет, но если тебе нужен меч, связанный с огнем, то Тёмная Сестра у меня тоже присутствует. Эйемон хранил её тут все это время.              Первый Разведчик нахмурился, потом сжал губы, а затем чуть ущипнул себя. Вроде не бредил.       — Я не ослышался? Темная Сестра? Меч Висеньи Таргариен? Он все это время находился тут? У мейстера Эйемона?              — Моя реакция была менее сдержанной, но да, она была тут.       — Проклятье, — выругался Бенджен. — Мне этих открытий и в Винтерфелле хватило.       — Чувствую, их будет еще не мало, — Мормонт странно посмотрел на него. — Так или иначе, старик отдал свой долг, даже перед смертью успел помочь нам. Рог Зимы опасен для нас, Бенджен. Если верить легендам, он способен уничтожить Стену. Раз Эйемон заговорил о нём, стоит обратить на это внимание.       — И где же искать этот рог Зимы? — Первый Разведчик даже представить себе не мог местоположение этого предмета. Искать его в этой безлюдной и заснеженной земле невозможно и с картами, не то, что с без них. — Мы даже примерное местоположение не знаем.       — Я знаю. — Мормонт разложил одну из карт перед Старком. — Вот тут пещера, скрытая от глаз. Она прикрыта снегами и не слишком заметна. Даже добраться туда трудно. Придется постараться, дабы забрать его. Прежде чем спросишь, я увидел это в огне. Эйемон сказал мне перед смертью посмотреть в огонь, я это сделал. Там-то всё мне и показали. Звучит слишком сказочно? Что поделать, это правда.                    Бенджен даже удивляться не стал. В последнее время он все больше начинает терять разницу между легендами и настоящим. Лучше не зацикливаться на этом.       — Что вы планируете делать? — Раз нужно было достать рог, значит там должен участвовать Первый Разведчик.       — Рог нужно отыскать любой ценной. — Мормонт постукивал пальцами по столу. — Стена должна выстоять. Без неё мы рискуем понести колоссальные потери. Ты понимаешь меня, Бенджен?       — Понимаю. — Старк посмотрел на карту. — Кто пойдет со мной?       — Я ещё не решил, но отряд должен быть хорошо укомплектован. Никаких тебе новобранцев или слюнтяев. Куорен пойдет точно. Он знает эти земли. Каменный змей тоже, лучше скалолаза в Ночном Дозоре нет. Далбридж своим острым зрением будет полезен. Остальные должны быть не хуже.       — У меня есть пару людей на примете. Если это нужно.       — Конечно, тебе я доверяю, но ты должен понимать, что вам придется отправиться туда с Одичалыми.       Новость не очень-то обрадовала Бенджена. Довериться тем, кого он убивал столько лет, было почти невозможным. Да, Первый Разведчик понимал, что иного пути нет и он сделает это, но ощущение недовольства всё равно не отпускало его. Может среди Одичалых и были невинные дети, женщины и старики, но среди них были насильники и убийцы. Гремучая Рубашка и Плакальщик яркий тому пример. Уж с ними работать сообща Бенджен не хотел и вовсе.       Но Джон верил в них, стал считать своим народом, как и северян, как и остальных оставшихся живых. Он не видел различий между южанами, северянами, одичалыми и другими народами. Все были для него одинаково равны. Поэтому Бенджен должен научиться жить по соседству с одичалыми. Да и к тому же, ему очень хотелось бы знать ту одичалую, что сделала его племянника мужчиной. Что же она за женщина такая, раз расшевелила недотрогу Джона?       — Я это понимаю. Остается надеяться, что Манс пошлёт с нами более-менее нормальных, а не подобных Плакальщику или Гремучей Рубашке.       — Уж поверь, ему восставшим мертвецом стать тоже не хочется. Если Рог достанется Королю Ночи, то в этом будет наша и его вина. Манс точно не дурак. Иначе не смог бы собрать вокруг себя почти всех одичалых.       — Вольный народ, — усмехнулся Бенджен. — Лучше привыкать их так называть. Вряд ли можно наладить отношения, если продолжать оскорблять друг друга.       — Ты можешь называть, могу и я, а также и другие, но многие имеют права называть их так, как хотят. Мне остается только присматривать за ними, дабы не возникали конфликты. Не хватало мне ещё тут убитых среди Дозорных. Вы уже обговорили это с лордом Старком?       — Да. — Бенджен передал письмо, написанное исключительно Лорду-командующему. — Мой брат наверняка обсудил это с лордами.       Мормонт прочитал содержимое письма. Его лицо не изменилось, но Первый Разведчик заметил облегченный взгляд.       — Так и думал, — начал Мормонт. — Дар — это та земля, что сможет разместить там одичалых. Когда-то королева Алисанна подарила ее Ночному Дозору, в качестве своего подарка. Пускай это написано так, но мы с тобой знаем правду, как отреагировали лорды Севера, на этот «подарок». Ночному Дозору от этой земли ни горячо, ни холодно, наши дела всегда были направленны на север, а не на юг. И что в итоге? Запустевшие земли, от которых нет никому пользы. Уж лучше пусть там заселятся одичалые и мелкие лорды.       — Мой брат планирует именно это. Он предполагает, что после победы над мертвыми, надобность в Дозоре, как таковом, отпадёт. Однако, земли за Стеной ещё не исследованы и туда может вернуться часть Вольного народа. Эддард хочет реформировать Дозор, сделать его одним из пунктов между двумя землями.       — В этом что-то есть. Если так подумать, то Ночной Дозор был создан именно для защиты мира смертных от мертвых. Одичалые не та проблема, против которой нужно продолжать удерживать этот орден. Трудно это признать, но, видимо, Ночной Дозор подходит к своим последним годам существования. Если всё пойдет так, как мы планируем, то я буду последним лордом-командующим Ночного Дозора, как и ты, Первый Разведчик.       — Будем надеяться на это, — вздохнул Бенджен. — По крайне мере, Ночной Дозор закончит своё существование, выполнив своё предназначение.       — Да, так будет лучше, нежели чем вновь вернуться к началу. И насчёт этого. Мы оба с тобой знаем, что клятвы Ночного Дозора пожизненны, поэтому возникает вопрос, что будет с теми, кто был членом ордена?       — Эддард говорил, что еще обдумает этот вопрос. Всё что пока он решил — это дать возможность уйти таким, как мы, выходцам из знати, рыцарям и тем, кто пришел добровольно. Насильники, убийцы и воры еще под вопросом.       — Что же, — Мормонт погладил свою бороду. — Если лорд Эддард надумает оставить их тут, я согласен остаться командующим, дабы следить за ними.       — В этом нет необходимости, Лорд-командующий. Найдётся другой, вы можете вернутся домой.       — Какой в этом смысл, Бенджен? Решение прийти сюда было моим, и мне ничего не мешает остаться тут до конца жизни. Я уже стар, Бенджен. Жениться смысла нет, воспитывать детей тоже. Медвежьим островом правит моя сестра, а у нее есть и дочери, и внуки. Мой единственный сын — преступник и изгнанник. Там мне места нет.       Бенджен видел, что воспоминание о сыне причиняли Мормонту боль. Пусть Джорах нарушил закон, опозорил дом и фамилию отца, он оставался сыном для Лорда-командующего.       — Не говорите так. Ваша сестра будет рада вашему возвращению.              — Эта чертовка будет капать мне на мозги постоянно, — фыркнул Мормонт. — Даже тут мне легче переносить людей. Не хочу хвастаться, но лучше меня за порядком мало кто проследит. Сир Аллисер обострит отношение с одичалыми, как и большинство офицеров. Коттер Пайк и Денис Маллистер будут спорить до самой смерти за моё место. Отелл Ярвик не умеет командовать, он горазд выполнять, а не думать. Только такие как ты и Полурукий смогут удержать остальных в узде. Если со мной что-то случиться, лордом-командующим должен стать ты или он.       — Вы еще крепко стоите на ногах, — возразил Бенджен.       — Также хорошо и могу отойти в мир иной. Не стоит отрицать очевидного, мне уже за семьдесят, я стар и повести людей могу с трудом. Эта вылазка будет моей последней, как бы мне не было противно с этого факта. Дозору нужен молодой и крепкий лидер. Им будешь ты, я это знаю. Опыт у тебя есть, как и имя, история, годы службы и уважение. Мне, думаю, не стоит напоминать, что ты — дядя Короля-Дракона?       Бенджен фыркнул, но отрицать не стал. Ему было приятно быть родственником бога, пускай в слух он это не скажет. Он любил своих племянников и без всяких титулов и достижений. Он не Тайвин Ланнистер.       — Кстати, — Мормонт впился взглядом в Бенджена. — А где Джон Сноу сейчас? Эйемон сказал мне, что Король-Дракон пришел к нему во сне и в Винтерфелле его нет.       — Междумирье, — ответил Бенджен. — Так он это называет. Место между загробным царством и миром живых.       — Интересное место. Никогда не слышал о нем, но откуда мне, человеку, знать то, что знают только боги? Меня радует, что, по крайне мере, Эйемона сопроводил такой же Таргариен.       Бенджен напрягся. Неужели Мормонт догадался? Это не было столь удивительным. Скоро и остальные начнут подозревать.       — Не делай такой взгляд, Бенджен. Может я и стар, но разум мой ясен и способен сложить два и два. Король-Дракон — одно это уже говорит о том, что в твоих племянниках течет кровь Таргариенов, но они и Старки, как ни смотри. И я теперь понимаю, почему лорд Эддард скрывал это от всех, даже от них самих. Лианна Старк и Рейегар Таргариен. Нед Старк обманул всех, дабы спасти детей своей сестры, пусть отцом был их Таргариен. Боги, кто бы мог подумать, что твой брат растит главную угрозу для правления Роберта.       — Они не угроза трону, — возразил Бенджен. — Нед никогда не стал бы предавать Роберта.       — Я это знаю, ты тоже, но вот остальные на это не посмотрят. Тебе напомнить, что случилось с детьми Элии Мартелл?       Первый Разведчик не забывал. Если бы они только тронули бы его племянников…       — Не забывал.       — Север бы утонул в войне, как и Речные земли, учитывая родство с леди Старк. Мы опять бы вернулись к тому, что начали почти двадцать лет назад. Только вот эта война расколола Семь Королевств окончательно. Но меня гложет только один вопрос. Ответь мне честно, Бенджен, Рейегар похитил твою сестру?       Бенджен не отвел взгляд.       — Нет, она ушла с ним сама.       Скорбный и разочарованный взгляд Мормонта был больнее любых слов. Первый Разведчик понимал, почему тот был опечален.              — Боги упаси нас, — пробормотал Джиор. — Я знал твою сестру, дикая и своевольная, настоящая северная дева. Вот только лорд Рикард слишком сильно избаловал ее, не вбил чувство долга. Прости меня за откровение, но правда принесла мне лишь разочарование и боль. Столько смертей из-за двух дураков, не думающих о последствиях. Я не знаю, чем твоей сестре не угодил Роберт в молодости. Молодой, сильный, красивый, харизматичный, желаемый. Да, бабник еще тот, но кто не без греха? Я понимаю, женщине не приятно, если ее муж не верен ей, но неужели Лианна была настолько глупа? Неужели одной причины хватило ей, дабы сбежать с замужним мужчиной, которого были дети, когда сама обещана другому?       Бенджен и сам не поймет этого. Лишь одна причина могла быть — молодость. В этом возрасте многие творят безрассудные вещи. Горячая кровь слишком сильно в даривает в голову.       — Любовь творит с людьми такое, — ответил Бенджен.       — Любовь, — Мормонт скривился так, будто съел что-то кислое. — Мой сын влюбился в девушку из рода Хайтауэров и к чему это привело? Южанка, выросшая в теплых краях, не смогла принять холодный и бедный Медвежий остров. Любовь быстро превратилась в тяжелую ношу для обоих. Мой сын пытался сделать жену счастливой и перешел черту, продав людей в рабство. И что он получил за эту любовь? Позор, изгнание, клеймо преступника, а после его ещё и бросили. Вот это любовь. Ты прекрасно знаешь, что браки заключаются не по любви в большинстве случаев. Политика — вот главная причина. Уж не знаю, что там Рейегар пообещал твой сестре, но их поступок расколол страну и утопил её в крови. Скажи мне, Бенджен, я не прав?       — Правы, лорд-командующий. Как брат я люблю её всем сердцем и скучаю, но как человек и северянин я зол на её поступок.       — Столько смертей, — печально произнес Мормонт. — Стоило ли это того? Мы дворяне и у нас есть предназначение и долг. Долгом твоей сестры была женитьба с Робертом, но она наплевала на него, предпочитая собственные желания. Она родилась на севере, на самой суровой и беспощадной земле, где умирают даже люди, что всю жизнь прожили тут, а потому она должна была выгодно выйти замуж, дабы помочь своему народу. Пусть Штормовые земли были далеко, но торговля с ними могла помочь нам. Но ей, видимо, было всё равно на свой долг. Не пойми меня неправильно и извини, если обидел, но я говорю правду. Страна истекла кровью. Тысячу северян погибли за неё, десятки тысяч погибли на войне и столько же было горюющих родственников.       — Нечего прощать, — ответил Бенджен и неосознанно потёр лоб. — В любом случае это в прошлом. Нужно жить в настоящем.       — Соглашусь, — Мормонт вновь прочитал письмо. — Таким образом мы сможем постепенно вернуть большинство замков в приличное состояние. Если одичалые переселятся в Дар, то земля сможет выполнять главную задачу, которую возжелала королева Алисанна — выращивать еду для Ночного Дозора. Другая проблема — это заставить одичалых выращивать что-нибудь. Охотиться и рыбачить они смогут, вот только урожай лишним не будет.       — Нед планирует поставить там доверенных людей, а также некоторых вождей из Вольного народа, дабы они следили за ситуацией. Выращивать там будут, но потребуется время.       — Хотелось бы увидеть одичалых, что сеют, — усмехнулся Мормонт. — Им это ой как не понравится.       — Они отдадут нам своих детей. Каждый вождь, как и большинство одичалых. Их распределят по замкам, дадут работу, обучат и предоставят возможность породниться с кем-нибудь.              — Сурово, но справедливо. Это поможет нам держать их в узде. Мансу это не понравится, но выбора у него особо не будет. Про рог я сообщу ему только тогда, когда договорюсь с ним. Главное, чтобы в отказ не пошёл, иначе придется прибегнуть к более радикальным мерам.       — Есть одна мысль. — Бенджен достал еще одно письмо. — Нед написал это письмо для Манса, сказал, чтобы я отдал ему как гарантию наших обещаний.       — Ты знаешь, что в нем?       — Да, но это связанно не с политикой, а с личной жизнью Манса. Я потом вам расскажу.              — Буду надеяться, что сработает, — вздохнул Мормонт. — Что до твоей миссии, то нам потребуется драконье стекло, сталь не поможет против мёртвых, если вы наткнётесь на них. Вот только проблема в том, что у нас его почти нет. Были некоторые запасы, но их ничтожно мало. Я разослал письма всем ближайшим замкам, дабы они прислали нам стекло. Пара уже откликнулись, но я сомневаюсь, что его будет много. Грубо говоря, всё, что вы получите — кинжалы, стрелы и, если получится, пара копий.       — Не густо. — Бенджен прикусил губу. — Но лучше, чем ничего. Мертвецов можно и огнем отогнать или обычной сталью, отрубив конечности или разрубив пополам.       — Именно. Учитывая местность, там их много не будет — тесные и неудобные пространства дадут вам преимущество в случае чего. Одичалые знают эти местности, к тому же у них есть эти… варги. Разведка будет точно хорошей. Звери чуют опасность лучше любого человека, и неважно, насколько у него развитое чутье. И ещё одно.       Мормонт протянул Тёмную Сестру Бенджену. Первый разведчик напрягся от столь дорогого подарка.              — Вы шутите?       — С чего бы? Ты идёшь в самую опасную миссию за всё своё время в Ночном Дозоре. От неё будет зависеть многое. Валирийская сталь пригодится как никогда кстати.       — Это меч королей. Таргариенов. Я… Я не достоин.       Мормонт фыркнул.       — Избавь меня от этих речей, Бенджен. Ты Первый Разведчик с особой миссией. Он нужен тебе. Пылиться ему тут предлагаешь? Бери давай. Это приказ, Старк.       Бенджен еще немного поколебался, но принял дар. Обнажив клинок, он не мог сдержать слабую улыбку. Тёмная Сестра, меч королевы Висеньи Таргариен, сестры и жены самого Эйгона Завоевателя. Среди валирийских мечей он один из самых известных. Сказки и истории про деяния Завоевателя и его сестёр были одними из известных. Каждый мальчик захотел бы обладать таким.       — Если так подумать, то вы с Эйемоном далекие родственники через Джона и Кригана, — пояснил Мормонт. — Так что с семьи он не ушёл.       — Да, странное родство… — пробормотал Бенджен, всё еще осматривая свой новый меч. — Немного другой баланс и вес. Придётся немного свыкнуться.       — У тебя будет время. Здесь есть дела, которые требуют моего внимания. Есть ли ещё новости с юга? Хотелось бы знать о них.       Бенджен обладал такой информацией.       — Если не касающиеся Дозора, то перед моим уходом из Винтерфелла прибыл гонец Ланнистеров, он принёс весть о смерти Тайвина Ланнистера.       Мормонт был удивлен.       — Старый лев мертв? Как?       — Не знаю, не успел поинтересоваться. Скорее всего, корона будет пока занята налаживанием порядка на юге. Сами понимаете: Тиреллы, Ланнистеры, Мартеллы. С каждым есть неразрешённые конфликты.       — Поскорее бы их закончили. Не хотелось бы узнать о восстании или войне, покуда мы находимся тут.       — Вряд ли что-нибудь произойдет серьёзное, но нам следует готовиться быстрее. Мой племянник поделился пугающей правдой. Мертвые придут сюда быстрее.       Мормонт встрепенулся.       — Быстрее?       — Именно. Роберт Баратеон и совет наверняка уже отправили людей за Дейнерис и её братом. Как вы понимаете, никакой свадьбы с кхалом Дрого не будет, следовательно, Дейнерис не пройдет свой путь до рождения драконов. Без них магия останется такой же слабой и не сможет приостановить поход Короля Ночи.              — Боги, Бенджен, это всё меняет. — Мормонт указал на карту, где указывалось расположение Рога зимы. — Нужно немедленно добыть этот рог, немедленно! Если Король Ночи идёт сюда, то мы должны быть готовы ещё быстрее. Надеюсь, лорд Эддард сообщил об этом?       — Он отправил письмо в Королевскую гавань. Драконье стекло уже должно добываться на Драконьем камне. У нас точно больше года, за это время должны успеть. За это время спасём, кого сможем из Вольного народа. Те, кто не захотят принимать законы, могут остаться за Стеной.       — Надеюсь, Плакальщик и Костяной лорд останутся там, — пробормотал Мормонт. — Хорошо, я тебя услышал. Если будем обустраивать и пополнять замки равномерно, то не быстро всё приведем в порядок.       — Нед хочет восстановить флот. С его помощью мы сможем обеспечить Дозор дополнительными линиями снабжения, едой и оружием. Для этого стоит восстановить Западный Дозор-у-Моста.       — Хм… — Джиор посмотрел на карту. — В заливе Ледовый водится полно рыб даже зимой. Это точно нам поможет. Вот только меня беспокоят Железнорождённые, точнее те, кто хочет попытать свою удачу, грабя эти корабли.       — Не смогут. Нед обещал мне, что сделает всё, дабы утихомирить их. Даже будь это жестоко.       — Жестоко? Ха! С пиратами и нужно жестоко. Показательная расправа утихомирит остальных. А что до западных крепостей… Нужно что-то ещё сделать с мостом. Он — один из немногих возможностей попасть на юг, не перелезая через Стену. И меня беспокоит ещё кое-что, умеют ли мёртвые плавать?       Бенджен не знал. Большинство из них наверняка уже лишись кожи, мяса и органов, напоминая оживший скелет. Вот только магия могла творить чудеса.       — Для того, чтобы держаться на плаву, нужно прикладывать силы, а плыть так вообще двигаться постоянно. Это не особо может им помешать.       Мормонт поставил два небольших предмета по двум крайним сторонам Стены.       — Тогда они могут обойти нас и выйти в горы и равнины. Нужно продумать и это. К сожалению, столько людей пока мы не можем поставить, но послать туда патрули можно. Если мёртвые смогут переплыть воду, то мы должны знать, откуда именно они выплывут. С мостом тоже надо что-то делать. Займусь этим после того, как вернусь с переговоров.       — Переговорами должен заняться и мой брат. Манс не поверит никому, кроме как Старку.       — Знаю-знаю. Мы обговорим с ним все условия, а затем я отправлю письмо лорду Эддарду. Только он сможет утихомирить лордов.              — Касательно лордов, — Бенджен вспомнил о Болтоне. — Только между нами.       Мормонт был крайне удивлен правде о сыне Русе Болтона. Слушая историю про деяния бастарда, он то бледнел, то краснел от злости.       — Иные меня забери, что за монстра вырастил Болтон?       — Такого, что готов творить ужасные вещи, не чураясь муками совести. Он единственный наследник Русе Болтона, поэтому тот терпит его выходки.       — Ума взять другую жену Болтону, видимо, не хватило. Слышал я, что у него остальные дети умерли в младенчестве, кроме одного. Домерик, так, по-моему, его звали. Хороший мальчик, как я слышал, воспитывался в Долине, подальше от порочного отца. Прямо-таки прослеживается закономерность. Дурная кровь жива, а хорошие дети нет.       — Не удивлюсь, если Рамси и к этому руку приложил, — проворчал Бенджен. — Мальчик погиб при странных обстоятельствах, когда вернулся с Долины.       — Еще и убийца родичей? Надеюсь, вы его сюда не направите? Не хватало мне его ещё терпеть тут. Честно скажу, приказал бы кому-нибудь прирезать его, да и дело с концом. Маньяк и садист мне тут не нужен.       — Не волнуйтесь, его казнят, как и Болтона. Только повод нужен, но Нед найдет его, когда Рамси доставят к нему. Мы же должны подержать Русе тут. Эддард планировал отдать ему один из замков. Пусть обустроит, если вам не в тягость.       — В тягость? — удивился Мормонт. — Да я только за. Пускай послужит делу и Ночному Дозору, а там делайте с ним всё, что захотите. Моё дело — Стена, а не политика Севера.       — Благодарю. — Бенджен вложил клинок в ножны. — Остальное вам стоит обсудить с моим братом. Он прибудет сюда в первой трети второго акта.       — Вот и отлично, я всё успею подготовить. Можешь идти, я сообщу тебе, когда будем готовы.

***

      Это произошло через восемь дней. Ворон прилете из замка Крастера вместе с вестями о том, что Манс Налётчик показался в тех землях вместе со своими людьми. Всё подтвердилось, вместо конфликта он предпочел встречу и переговоры. К этому моменту всё было уже готово, отряд собран и готов был направиться за Стену ближе к полудню. Пятьдесят человек, среди которых был сам Бенджен и лорд-командующий. Еще сорок прибудет с Сумеречной башни, во главе с Полуруким.       Все это время Бенджен готовился к своей самой важной и не менее опасной миссии. Ему предстояло искать легендарный артефакт в опасных местах, где он мог умереть на каждом шагу. Однако, он только сильнее предвкушало это, словно он вновь стал тем самым мальчишкой, что мечтал отправиться за Стену, дабы драться с одичалыми.       Но сейчас было не это время. На его плечах лежала важная задача, которую нужно было выполнить любой ценной, несмотря ни на что. Если бы понадобилось, Бенджен непременно погиб бы, выполняя свой долг как Старк, как Первый Разведчик и как северянин. Он тренировался с Тёмной Сестрой часами, привыкая к новому мечу. Весил клинок мало, от чего нужно было привыкнуть к его весу, дабы это не стало причиной его конца в сражении с мёртвыми.       Остальные не отставали от него и серьёзно отнеслись к миссии. Не было ни жалоб, ни возражений о том, что они отправятся в опасные места вместе с одичалыми. Каждый понимал важность их похода, а потому отбросили свои предрассудки, неприязнь и ненависть к одичалым. Для них важно было выполнить свой долг как братья Ночного Дозора. Их это тоже воодушевляло, отправиться за легендарным предметом в самые опасные места за Стеной. Первый Разведчик был этому рад. Прежде всего боевой дух должен быть у всех на высоте. Если он упадет, начнутся проблемы, и Бенджен сделает всё, дабы этого не случилось.       За пару дней до похода на Стену прибыли еще отряды людей, принеся с собой небольшие запасы Драконьего стекла. Их быстро обработали и раздали людям. Запасов точно хватало на длительный поход. Как лорд-командующий и предположил, вышло множество стрел, пара ножей и копий, даже небольшие топоры и дубинки, но то было для любителей помахать именно ими. По мнению Бенджена, копье было получше. Вступать в бой с противником, что несётся на тебя без капли страха, было очень опасно. Копья могли быстро решить проблему. Мечи, к сожалению, никак не могли получиться. Слишком хрупкий материал не позволял создавать такаю длину без риска поломки, а запасов и так было мало. Пока не прибудет стекло с Драконьего Камня, придётся довольствоваться именно таким снаряжением.       В остальном всё проходило однотипно: тренировки, подготовка, обязанности ночного дозорного, сон. На Стене других дел не могло быть. Это не турнир и не город, где происходят праздники и есть трактиры или бордели. Даже в прошлом людям от скуки не оставалось ничего, кроме как постоянно тренироваться и оттачивать свои навыки, дабы не сидеть без дела. Благо, Бенджену всегда было, чем заняться. Многие прибывшие просто так предлагали с ним спарринговаться, оценить навыки. Отказывать не было смысла, наоборот, это нужно было Первому Разведчику. За эти дни он привык к своему новому мечу, а также обучился новым приемам. Помимо фехтования, он подтянул свои навыки по стрельбе из лука, метанию кинжалов и владению копьем, пусть и незначительно, но это могло пригодится.              За Стеной погода была спокойной, без ураганов, дождей, снегопадов и ливней, но что для дозорных было обыденностью, для других могло быть серьёзным испытанием. Холод был таким ужасным, что любой обнаженный участок тела мог обморозиться. Бенджен давно привык к подобным условиям, но даже он не смел игнорировать подобную погоду. За Стеной даже опытные люди могут встретить свой конец. Диким и неприветливым землям всё равно, насколько ты хорош.       Вот только не холод беспокоил Бенджена, а кое-кто другой. Теперь походы за стену стали испытанием его смелости, особенно в дальние места. Раньше он опасался только одичалых, но сейчас не они были главной угрозой. Угрозой были те, кто скрывался в ночи, наблюдая за живыми. По ночам Бенджен всегда старался наблюдать за местностью с оружием в руках, будто готовился, что вот-вот на них нападут со всех сторон. Так делали и остальные. Теперь за Стеной было ещё опаснее, чем когда-либо. Никто не ходил по одному, даже по двое, в самом крайнем случае — по трое, сообщив об этом остальным и оставаясь в видимости караульных, если приспичит отойти по делам.       В остальном всё было спокойным. Даже привычным для него. Шли они быстро, чтобы побыстрее достичь хижины Крастера. Слава Богам им не придется вновь лобызать перед стариком, дабы тот поделился укрытием. Раньше им приходилось это делать из-за его дома, еды, информацией об одичалых. Он был тем самым необходимым злом, с которым приходилось смириться, ибо Ночному Дозору нужны были любые способы справляться с одичалыми. Последние тоже не особо любили Крастера, как и он их. Будучи сыном брата Ночного Дозора и одичалой, он был отвергнут обоими, а потому не чурался использовать это в свою выгоду. Жестокий и циничный, ищущий любой способ выживания. Он не был другом никому, заботясь о себе и живя по собственным законам. Женитьба на собственных дочерях и вовсе вызывала омерзение у Первого Разведчика. Что он делал с сыновьями, Бенджен и вовсе не хотел знать и думать. Интересно, как он умер? От старости или его всё-таки убили? Уж лучше второе.       Хорошо, что он подох, а иначе Бенджен точно бы отрубил ему голову и плевать на остальное. Старик изжил себя, как информатор и владелец места для ночлега. Единственной проблемой теперь было то, что место может опустеть. Вряд ли кто-нибудь решиться оставаться тут, пока в округе могут бродить ожившие мёртвые.              Благо, место было обнесено забором и насыпным валом. Примитивная, но эффективная защита. Замок всё так же располагался на холме, давая преимущество для защиты. Братья Ночного Дозора поработали отлично, пока обустраивали его. По крайне мере, это место больше не вызывало у Бенджена неприязнь. Исчезло некое присутствие мерзости отсюда. Видимо, Крастер был настолько неприятен ему, что после его смерти место преобразилось.       Пришпорив коня, Бенджен въехал во внутренний двор, если его можно было так назвать. Вокруг царила жизнь. Жёны Крастера встретили их холодно, но без страха или неприязни. Большинство из них были стары, а остальные молоды, и все они были жёнами старого ублюдка. Первый Разведчик их не винил. Они всю жизнь находились в состоянии страха перед свои мужем, ибо их могла ожидать не только порка, но и смерть. Выбора у них не было от слова совсем. Бенджену было жаль их, но раньше сделать ничего нельзя было. Ссориться со старым ублюдком не стоило.       — Не вижу одичалых, — подал голос Бенджен, спустившись с коня.       — Они должны прийти со дня на день, — ответил Мормонт. — Мы прибыли побыстрее, дабы встретить их. Пускай мы идем на переговоры, но место должно быть под нашим присмотром. Отдохни, Бенджен, ночью придётся караулить. Это место не нравится мне.       — А кому нравится? — усмехнулся Первый Разведчик, отдавая лошадь стюарду.              — Место это проклято, — выплюнул Дайвен. — Как и тот, кто его построил.       — Но обустроено оно хорошо. — Кедж Белоглазый осматривал забор. — Местность просматриваемая и позволяет хорошо удерживать позиции.       — Еды тут тоже хватит, — Джареми Риккер указал на склад. — Крастер всегда запасался едой для себя и своих жён. Нам хватит прокормиться на недели, если подавать равные порции.       — Займитесь этим, — приказал Мормонт. — Переговоры это одно, нам предстоит еще дождаться лорда Старка, дабы заключить союз, а всё это время нужно держать связь с Мансом.       — В этом проклятом месте оставаться опасно, — проворчал Отор. — Мы достаточно далеко от стены. Иные и тут могут бродить.       — Боишься второй раз стать мертвым? — прямо спросил сир Джармен Баквелл.       — Боюсь за то, что мы на их земле. Тут опасное место. Иным нет дела до сна или холода.       — Мы пробудем тут не долго, — успокоил Отора Мормонт. — Вряд ли тут много бродячих мёртвых. За пределы дома и забора не выходить без оповещения. Если что-то увидели, сообщайте. Нельзя расслабляться. Пока отдохните и наберитесь сил. И вот ещё что, — Мормонт повернулся к остальным. — Жён, дочерей Крастера ни к чему не принуждать. Это их дом. Они наконец избавились от своего тирана мужа, а потому я не потерплю, если кто-то посмеет причинять им боль. Вы поняли меня.       Все покивали. Бенджен воздержался. Он все равно даже не думал об этом. Никогда не поднимется у него рука на женщину, что страдала годы или десятилетия в доме старого безумца. Его интересовало другое. Лилли. Та девушка, что стала женой Сэмвелла Тарли. Первому Разведчику хотелось увидеть её, посмотреть, что она за женщина-то такая, раз смогла украсть сердце ближайшего друга Джона.       Внутри хижины было тепло, но тесновато, не жёнами, детьми, почти девочками. С ними были лишь пара старух. Глядя на них, Бенджен невольно испытывал чувство жалости. Они всю жизнь тут пробыли, под пятой Крастера. Видели, как их дочерей постигает ужасная судьба, а затем и внучек, но сделать ничего не могли, только молча наблюдать.       Пара братьев тут тоже было. Они сидели отдельно и вели свои разговоры, перемалывая куски хлеба, макая их в супы. Некоторые решились пообщаться с девочками, показывая им оружие, лук и стрелы, одновременно слушая рассказы. Глядя на радостные взгляды молодых девочек, Первый Разведчик не мог не порадоваться за них. По крайне мере их будет ждать не самая худшая судьба. Они покинут это место, уйдут на Север, где получат шанс начать всё сначала, без угрозы для своей жизни. Их судьба будет принадлежать им. Не будет ни старика Крастера, ни угрозы со стороны мертвецов, ни боязни потерять своих детей.       Он попросил суп и сел подальше от остальных, ближе к старым. Они были более молчаливы, нежели чем остальные. Это и нужно было Бенджену, поесть в одиночестве со своими мыслями, прежде чем лечь спать, чтобы ночью встать на стражу. Вот только у судьбы были свои планы. Дети стали указывать на него, пока более взрослые женщины перешептывались между собой. Старк сразу понял, в чём дело. Он же дядя Короля-Дракона. Увидеть его — та ещё удача. Бенджен незаметно ухмыльнулся. Чуял он, что ещё успеет стать центром внимания.       — Они стесняются тебя, ворона, — заговорила сбоку одна из старых жён Крастера, что была ближе всего к нему. — Они знают, чей ты родственник, а потому хотят узнать о нём побольше. Не принимай их любознательность за невежество.       — Дети всегда любознательны, — ответил Бенджен. — Я тоже таким был. Ночной Дозор стал моим домом именно поэтому. Ещё в юности моё внимание привлекали легенды о Стене и о том, что находится дальше неё. Их не за что винить, леди…       — Мораг, — ответила старуха. — И я никакая не леди, как и остальные тут. За Стеной эти титулы и обращения бесполезны.       Бенджен кивнул и продолжил есть. Суп был довольно вкусным, ничуть не хуже, чем подавали в Чёрном замке. Хотя, в Ночном Дозоре и разнообразие еды было скудным. От постоянного разнообразия любая другая еда покажется вкусной. Пожалуй, это была самая вкусная пища, которую он ел в доме Крастера. Обычно самим приходилось готовить. Старик делился разве что хлебом, а больше Бенджен от него и не требовал. Старый ублюдок запасался только для себя и своих жён. Если бы и поделился чем-нибудь, то только за плату. Первый Разведчик однажды стал свидетелем подобной наглости, когда Крастеру понравилось одно из оружий брата Ночного Дозора. Тогда-то второй и распрощался со своим топором, а потом две недели не мог утихомириться. Бенджен тогда подумал, что дело дойдет до драки, если те встретятся в следующий раз.       Благо у самого Старка Крастер ничего не просил, да и Бенджен не дал бы. За столько встреч они уж точно поняли, что скорее умрут, чем уступят друг другу.       — Мораг, — Бенджен взглянул в её сторону. — Мы раньше не встречались? — Первый Разведчик присмотрелся в лицо старухи, но никак не мог вспомнить, где видел её.       — Тринадцать лет тому назад, ворона. Тогда я следила за твоей лошадью. Мы немного разговорились, прежде чем ты покинул этот дом.       Бенджен попытался вспомнить эту встречу. Тогда он ещё не был Первым Разведчиком, но уже успел достаточно побывать за Стеной, а, следовательно, и у Крастера успел побывать. В одну из встреч он и встретил эту женщину. Он даже вспомнил то, что она у него спрашивала, о жизни на юге. Тогда он не особо шёл на разговор, но описал жизнь дальше севера.       — Ты спрашивала у меня, какова жизнь на юге.       Старая женщина кивнула.       — Тогда я впервые за всю свою жизнь захотела увидеть другие земли. Те, где нет вечного холода и снега, нет мертвецов и одичалых. Глупая мечта.       — Нет глупости в том, чтобы мечтать, — возразил Бенджен. — Мечты заставляют нас идти вперёд.       — Вас, мужчин и, возможно, женщин, которые не родились в похожей ситуации, как мы, — Мораг коснулась своей щеки. — Тогда Крастер избил меня до крови. Его взбесило, что я посмела заговорить с тобой. Тебя он уже тогда недолюбливал.       — Он поднял на тебя руку? — Кровь в жилах Первого Разведчика вскипела. — За разговор со мной? — Он знал о том, что Крастер запретил разговаривать своим жёнам с гостями, но чтобы избивать до крови?       — Крастер был жесток. Он родился в жестокой среде, где никому не было дела до него. Отец его был из ваших, но бросил своего ребенка. Мать была одичалой и тоже не особо испытывала к нему любви, как и остальные. Для них он был сыном вороны, для вас — сыном одичалой. Поэтому он стал отвечать остальным такой же враждебностью. Только сильный и жестокий может выжить за Стеной, особенно тут, когда остальных забрали холод, голод и мёртвые.       — Прости меня. — Бенджен виновато смотрел на небольшой шрам, на щеки и Могар, оставленный Крастером, видимо, после их разговора. — Знал бы я…       — Ничего бы не сделал, — печально вздохнула старуха. — Ваши старшие знали о нашей жизни, но смирились с этим, как и я, как и остальные. Я знаю, что ты не желал мне зла. Тебе не за что извиняться, ворона.       — Вы больше не будете гонимы. Вас отведут за Стену, где вы получите шанс начать всё сначала.       В ответ он услышал хриплый смех, полный фальши.       — Я уже стара и начинать мне уже нет смысла. Другая жизнь уже не для меня. Ушли мои годы, как у большинства тут.       — Но не у твоих внучат, — возразил Бенджен. — Они не будут жить в страхе перед Крастером. У них будет крыша над головой, еда, тёплая постель и шанс найти себе счастье. Да, на Севере тоже трудно, но вы не будете жить с мыслью о том, что ваших дочерей постигнет та же участь, что и вас.       — Лишь это меня и радует. Слава богам, что это всё закончилось. Я рада была отобрать жизнь у этого ублюдка.       Глаза Бенджена расширились.       — Ты…       — Убила Крастера? Да. Точнее была одной из тех, кто убил.       — Как это случилось? — Первому Разведчику хотелось знать, как умер Крастер. Желательно, чтобы это было долго и мучительно.       — Из-за вот этих… штук, — старуха кивком указала на зеркала.       — Зеркала, мы их так называем.       — Зеркала? Хорошее название. Они много что показывали. Когда мы увидели твоего племянника, то я испытала такое приятное тепло, какое не испытывала ни разу в жизни. Чувствовала, что все плохие мысли отступили, пусть и на пару мгновений. Вот только я не ожидала услышать имя Лилли, как и то, что она стала женой вашего Сэмвелла Тарли. Крастер взбесился от этого. Я не знаю, что на него нашло, но всё дошло до криков и слёз. Он чуть было не убил бедняжку за то, что та ещё даже не сделала.       Собственную дочь? Бенджен молился, чтобы старый одичалый ублюдок горел в самых глубоких недрах Семи преисподних.       — Она молила его остановиться, — продолжала Могар. — Крастер был глух к её мольбам. Я смотрела, как он тащил её за волосы, как она сопротивлялась, но ничего не могла поделать. Всё дошло до такого, что он стал искать кинжал. Тогда-то в груди у меня что-то воспламенилось. Жар окутал моё тело, а мысли кричали спасти Лилли. Краем глаза я увидела кинжал, что так рьяно искал Крастер. Я даже не думала, когда схватила его и вонзила в спину своему мужу. До сих пор в моей памяти всплывает чувство страха, ощущения крови на руках, но и ощущения свободы. Мне был дан выбор, покончить со всем этим раз и навсегда, либо умереть. И я его сделала, как и остальные, когда увидели мой поступок.       — Он умирал долго?       — Покричать успел, — пожала плечами Могар, пока остальные старухи злорадно улыбались. — Крики стихли спустя четверть минуты, когда все мы кололи его до смерти.       — А тело?       — Сожгли. Мы знаем, что бывает с телами мёртвых. Правда, не полностью. Свиней то кормить надо.       Улыбка коснулась лица Бенджена.       — А что с Лилли?       — Бедняжка была слишком напугана с того самого дня. Она редко с кем говорит, предпочитая одиночество. Ей было трудно и противно быть женой, так её чуть и не убили за поступок, который она не совершала. Остаётся надеяться, что она справится.       — Лорд-командующий знает о ней. Она получит помощи, он человек чести.       — Благодарю тебя, ворона. Может моё время уже потеряно, но их нет. — Она бросила взгляд на детей, что смеялись с шуток братьев Ночного Дозора.       — Мы их не бросим. Только вот странно, что тут только девочки. Неужели Крастер…       — Приносил их в жертву, — в голосе Могар мелькнула боль, скрытая и забытая годами. — Он отдавал их Иным, а они не трогали его. Поэтому Крастер и был единственным, кто мог выжить тут.       Лицо Бенджена побледнело от столь суровой правды. Пальцы рук впились в миску, готовясь сломать её пополам. Приносить в жертву собственных сыновей. Годами Крастер занимался этим, не испытывая муки совести за то, что приговорил собственную кровь к гибели. Страшнее греха не существует. Старк догадывался, что Крастер не чист на руку. Не могло у него за всё это время не родиться ни одного сына, но чтобы вот такое.       — Скольких ты потеряла?       — Пятерых, — тоскливо ответила женщина. — Кто-то шестерых, а кому-то повезло рожать только девочек.       — Ты знаешь, куда именно он уносил их?       — В лес. Никто не знает в какое именно место, но шёл в одну сторону. Видимо, там и находится то место, в котором Иные находят наших сыновей.       Бенджен кивнул и не стал больше допытывать Мораг. Его мысли обратились в другую сторону. Это самое место, где мёртвые забирали сыновей Крастера, именно оно сейчас интересовало Первого Разведчика. Насколько оно было далеко от этого дома? Если Крастера больше нет, то и жертв тоже. Иные могут прийти сюда, ибо договор между ними и Крастером был нарушен.       — Мораг, — Бенджен вновь обратился к женщине. — Как часто Крастер отдавал своих сыновей?       Старуха задумалась.       — Учитывая наше количество, возраст и шанс на мальчика, то не больше трёх или четырёх в год. Крастер держит тут в основном молодых и тех, кто ещё может рожать. Остальных отдавал в другие поселения, если они не умерли к тому времени.       — Когда он отдал последнего ребенка?       — Около четырёх месяцев назад. Нелла родила. До этого ещё одного. Больше не было.       «Четыре месяца,» — подумал Бенджен.       Получается, Белые Ходоки могут прийти сюда, за следующей жертвой. Это не понравилось Первому Разведчику. В этом лесу, даже на возвышенности, они как на ладони. Мертвые могут кружить вокруг них, пока в один момент не нападут. Оставаться тут на длительное время теперь было небезопасно. В любой момент этот дом может стать могилой для живущих тут. Старку нужно было поделиться этим с лордом-командующим, когда тот войдет в дом.       — Они ждут определенное время или требуют количество детей?       — Я не знаю. Могу только сказать, что один год Крастер не приносил младенцев в жертву. Для нас это было облегчением, для него поводом гнева. Следующего младенца мальчика он отнёс в тот же день, как тот родился. Мать мальчика даже проснуться не успела, как её ребенка уже нет.       Первый Разведчик расслабился. Значит, Белые Ходоки не знают о том, что подношений им больше не будет. Это могло помочь. Множество раз Дозорные оставались переночевать у Крастера и за всё время никто не говорил о Белых Ходоках. Либо их бродит тут немного и они патрулируют определённую местность, либо просто приходят за младенцами.       — Благодарю тебя, Могар. — Бенджен поднялся на ноги. — Ты очень помогла. Мне нужно сообщить лорду-командующему.       Схватив Тёмную Сестру, Старк вышел наружу.

***

      Разбудили его ближе к ночи. Отряд из Сумеречной башни под командованием Куорена прибыл к дому Крастера, в отличии от Манса, которой всё никак не показывался, хотя должен был прибыть даже раньше.       — Мы не натыкались ни на кого, — ответил Куорен, когда его спросили об одичалых. — Ни одной живой души в каждой попавшей на нашем пути деревни. — Он взял кусок ветчины. — Место мне это никогда не нравилось, а теперь и подавно. Пусть Крастер мертв, но тёмные силы не оставили эти земли.       — Других таких мест просто нет, — вздохнул Мормонт, держа в руках перо и записывая послание в Черный замок. — Без Крастера это место запустеет, а других больше нет. Если мы попадём в бурю или нам понадобиться место для отдыха.       — Оно не безопасно. — Бенджен взглянул в сторону выхода. — Если то, что говорит Мораг является правдой, то Белые Ходоки придут сюда в любом случае. Малыми или большими группами, неважно, это место станет могилой для многих. Людей тут много не разместить, конечно, если не спать прямо в обнимку. Им придётся постоянно пополнять запасы еды и воды, следить за животными.       — Согласен, — кивнул Куорен. — Пускай Крастер совершал нечеловеческие поступки, но именно они помогали ему выжить тут. Мёртвые не трогали его, покуда он был полезен. Мы можем обустроится тут ненадолго, но более от места нет пользы. Месяца два, может три, в лучшем случае. Рано или поздно Иные узнают о нас. И надо найти ещё таких людей, что не побегут, увидев мёртвых. Им нужно не только обустраивать это место, но и следить за окружением и ближайшими территориями. Сколько на это потребуется? Человек тридцать, не меньше. Даже сорок, если говорить в худшем случае.       — Вам оно понадобится в любом случае. Клык Мороза слишком опасное место.       — Я бы лучше воспользовался Мостом Черепов. — Бенджен видел в этом более безопасный вариант. — Раз угрозы со стороны одичалых нет, то можно не бояться наткнуться на них. Они знают эти места получше нас, раз иногда у них получается перейти Стену в этом месте.       — Соглашусь. — Куорен закинул кусок хлеба в рот. — Через Кулак Первых Людей мы можем спокойно выйти к мосту, не переходя через это проклятое место. Моё чутье так и кричит о том, что тут опасно оставаться.       Мормонт устало вздохнул.       — Ещё этот Манс все никак не появиться. Он должен был прийти сюда в одно время с нами. Неужели с ним что-то случилось?       — Будем надеяться, что нет. — Старк не особо был рад кончине вождя одичалых. — Без него некому будет объединить племена. Они перессорятся между собой. Одни могут остаться за Стеной, другие перейдут её силой, и лишь некоторые попытаются договориться. Лишние проблемы.       — Манс прекрасно выживает в этих землях, — Коурен был спокоен, в отличии от остальных. — Как и большинство вождей в его распоряжении. Он не пошёл бы сюда, сломя голову. В отличии от нас, он давно знал о мёртвых. Знает, как их остановить, их примерные повадки и места, куда соваться не следует. Подождём ещё немного. Еды нам хватит, места тоже. Отведём жён Крастера к Стене, а там о них позаботятся. Лишние рты тут ни к чему. Они в опасности тут. Будет лучше отправить их на Стену.       — Соглашусь. — Бенджену так и не давали тяжёлые мысли о печальной судьбе всех жён Крастера. — Хватит с них. Отправить бы их на днях и дело с концом.       — Я их сам отведу. — Мормонт закончил писать письмо и позвал стюарда. — Пошли самого быстрого ворона.       — Как прикажете.       — Сколько вы планируете тут быть? — поинтересовался Старк.       — Пару дней. Скажу честно, без Манса будет трудно. Дело не только в количестве людей, но и в том, что наткнись вы на одичалых в тех землях, они могут напасть на вас. Уж лучше вам идти с людьми Манса, чем одним. Если же не выйдет…       — Пойдем все равно. — Куорен макнул хлеб в суп. — Нам нужен этот рог. Оставим людей тут, дабы они подождали Манса. Не придёт — оставят дом с небольшими запасами еды, чтобы мы смогли тут передохнуть.       — Похоже, это все, что нам остается, — подвел итог Старк.       — Время еще есть. — Мормонт доел свою еду. — По моему приказу разведчики должны были встретить одичалых. Остаётся только ждать.       Бенджен нахмурился, но ничего не ответил. Мормонт был прав. Нужно было ещё немного подождать. Манс и остальные могли застрять из-за погоды или старались двигаться более осторожно. Времени у них хватало. Только вот тревожные мысли всё никак не отпускали Первого Разведчика.       — Пойду наружу. — Бенджен взял в руки Тёмную Сестру. — Отдыхайте.       — Тёмная Сестра, — промолвил Куорен. — Никогда бы не подумал, что старый мейстер хранил её у себя все это время. Что ты испытываешь, Бенджен, когда держишь столь легендарный меч?       — Чувство ответственности, — ответил Бенджен. — Будто вместе с ним на мои плечи взвалилось ещё больше тягот.       — Я ожидал услышать иной ответ, — усмехнулся Куорен и Бенджен фыркнул.       — Не в том я возрасте, чтобы хвастаться перед кем-либо.       — Ну да, вряд ли можно похвастаться большим, чем племянником-богом. Интересно, он стал таким из-за крови Рейегара или благодаря другому способу? — Мормонт и Старк уставились на Полурукого. — Что? Я не слепой. Два и два сложить в состоянии. Я знал Рикарда Старка и бывал в Винтерфелле. С Лианной Старк виделся всего пару раз, но всё равно понял, что такую дикую и своевольную девушку не мог похитить сладкоголосый Рейегар. Удивлён, что это не узнали до сих пор.       — Пока пускай не знают, — Бенджен наклонил голову. — На юге свои проблемы. Тайвин Ланнистер умер, множество предателей раскрывают, всплывают старые обиды. Если сейчас ещё узнают о том, что мой брат скрывал детей Рейегара, это может помешать нам.       — Я понял, — Куорен пожал плечами. — Моё дело выполнять клятвы перед Ночным Дозором, а не сплетничать, как бабка. Нужно более подробно понять, где искать этот проклятый рог. Я взял с собой лучших разведчиков, бойцов и скалолазов. Видения более не приходили к вам, командующий?       — К сожалению нет, — вздохнул Мормонт. — Было один раз, а после ничего.       — Что ж, будем довольствоваться тем, что имеем. После отдыха попытаюсь лучше ознакомиться с картой. Горные места — не то место, где можно ходить в любую сторону.       На том Бенджен покинул их.       Снаружи наступила ночь, принося с собой ветер и снегопад. Вокруг дома образовалась непроглядная тьма, в которой ничего нельзя было разглядеть. Они были тут, как на ладони. Поэтому командующий приказал поставить больше людей и разжечь костры, дабы не замерзнуть тем, кто следит за местностью.       Старк направился к воротам следить за дорогой. Манс может прийти сюда в любой момент, а потому нужно быть на чеку. Если на них напали, помочь им было первой необходимостью. Старк поглаживал рукоять своего нового клинка, всматриваясь в даль, ища хоть какой-нибудь признак живности. Но был лишь тихий и пустой лес, от которого у Бенджена шли мурашки по коже. Местность изменилась для него. Раньше он опасался лишь одичалых, но теперь предстоит противостоять более опасному врагу.       Одичалые были людьми, что уж тут говорить. Неважно насколько они были хитры, жестоки и умны, они оставались живыми, руководствовались эмоциями, амбициями и взглядами. Мёртвые были другим врагом. Они ничего не боялись. Холод был не страшен им, как и отсутствие еды, воды, сна, отдыха, да и в темноте они могли видеть. Поэтому лес стал более опасным, да вся территория за Стеной стала опасной даже для таких опытных разведчиков, как он.       Единственное, что утешало — это слабость всех мёртвых под началом Короля Ночи. Мертвецы были существами, что поднялись вновь благодаря магии. Белые Ходоки и вовсе состояли из нее. Поэтому любой удар валирийским мечом или Драконьим стеклом мог покончить с чудищем. Другое дело — научиться убивать мёртвых. Они не были живыми, а потому не боялись нападать всем телом, опасаясь травм или чего-то другого. Тут нужна была немного другая стратегия ведения боя. Одного мёртвого еще можно было убить, но вот вступать в бой с двумя или тремя одновременно было самоубийством. Поэтому лучшей тактикой был дальний бой. Не подпускать к себе и убивать до того, как обнажить меч. В худшем случае сражаться быстро и экономя силы, не махая мечом во все стороны.       — Ничего не видно, — проворчал Кедж. — Хоть второй глаз выкалывай. В такие моменты завидуешь слуху и обонянию зверей.       — Разве мертвые пахнут? — Бенджен вспомнил, как Сэмвелл Тарли указал на отсутствие запаха у мертвого Отора. — Кажется Отор не особо пах, когда его вернули на Стену.       — То лишь человеческий нюх, звери имеют более острый. Должны учуять.       — Наши молчат. — Первый Разведчик бросил взгляд на тех немногих собак, что сейчас следили за местностью.       — Значит, еще везёт. Моя чуйка тоже молчит. Мёртвые пока нас не посетили.       — Будем надеяться, не посетят ещё долго. — Старк попытался разглядеть хоть что-нибудь, но всё было тщетно. — Если нападут, то отбиться будет трудно. Забор может помочь, но десятки тел сметут его.       — Да уж, не заскучать нам тут. — Кедж отпил воды. — Вам придется еще труднее. За этим рогом охотиться в этих землях — та еще морока.       — Что поделать, таков наш долг.       — Буду молиться за вас. Сам бы пошел, да вот только высоты побаиваюсь. С моим ещё зрением я рискну сорваться в узких местах. Обузой только буду, да и одичалых не люблю.       А кто их любит? Они и между собой не в ладах, что уж о тех, кто в Семи королевствах, говорить?       — Не представляю, как они будут уживаться с остальными. Амберы их ненавидят, как и кланы в горах, а им придётся жить по соседству.       — Дети будут гарантом их слов. Мы пустим только тех, в ком будем уверены. Они либо подчиняться, либо умрут за Стеной. Третьего не дано.       — Надеяться на благоразумие этих дикарей — та ещё наивность.       Бенджен был согласен и продолжил наблюдать за местностью.       Звук горна был тем, что он не ожидал услышать спустя пару часов на месте часового. В лагере все насторожились, опасаясь услышать два, а то и три сигнала. Однако, один сигнал так и остался поданным, что означало лишь одно, разведчики вернулись. Старк стал вглядываться в даль, пытаясь заметить блуждающие огни факелов, как признак скорого прибытия остальных, но ничего не замечал. Его рука нервно гладила рукоять меча, готовясь к худшему и ожидая второй и третий горн.       Появившиеся вдалеке движущиеся огоньки расслабили Бенджена. По крайне мере это были их люди, не мёртвые, что уже хорошо. Шли они медленно, не так, как должны были конные. Наверно были уставшими или осторожными.       И каково было удивление Первого Разведчика, когда его глаза увидели одежду одичалых. Они шли наравне с братьями Ночного Дозора так, будто никогда и не конфликтовали друг с другом. Их было не мало, человек сорок он точно насчитал. Он пытался отыскать там Манса, но в такой темноте это было сделать невозможно, да и капюшоны скрывали лица.       Большинство часовых собралось близ хода, держа наготове оружия. Пускай им было приказано не вступать в бой с одичалыми, но старые привычки никуда не исчезли, что уж говорить, Старк сам не отпускал руку с рукояти меча.       — Всё-таки прибыл, — пронесся голос Мормонта слева от Бенджена. — Я уже опасался худшего. — Он повернулся к стюарду: — Принеси-ка нам хлеба с солью.       Права гостя, понял Бенджен. Фактически теперь Ночной Дозор владел этой территорией. Крастер был тем, кто построил этот дом, но теперь владельца у него не было. Да, были жены, но Старк сомневался, что они были против. Им важно было покинуть это место, а не ворчать о правах собственности. Стоит Мансу и его людям вкусить хлеба, как лишней крови можно избежать. Хоть северянин, хоть одичалый — все знают о священном праве гостя.       — Нас уже встречают. — Голос Манса Бенджен в легкую узнал, даже спустя столько лет. Король одичалых прошёлся вперёд, как только отряд подошел к воротам. — Лорд-командующий, приятно встретиться спустя столько лет. Вижу, вы нас дождаться не могли.       — Оставь свои притворства в другом месте, Манс, — Мормонт чуть скривил лицо. — Где ты пропадал всё это время? Ты должен был быть тут даже быстрее нас.       — Погода выдалась нешуточная. — Манс стряхнул снег со своих плеч. — Я даже потерял пару человек, пока мы сюда шли.       — Мёртвые? — спросил Бенджен, на что Манс пожал плечами.       — Может они, а может и погода. Я не знаю. Ничего мы не слышали. Лучше уж будет второе.       Старк мысленно согласился.       Стюард принес хлеб, чем вызвал смешок у Манса.       — Увидь Крастер то, что вы теперь считаете его крепость своей и распоряжаетесь всем имуществом, вертелся бы в земле, как мясо на костре.       — Ему это больше ни к чему, — Мормонт прищурил глаза. — Или ты скучаешь по нему?       — Кто по нему скучать то будет? — усмехнулся Манс. — Вряд ли и его любимые женушки пролили хоть одну слезинку от горя, скорее от радости. Мы знали о том, что он вытворял, но полезности от него было больше, как и вам.       — Оставим прошлое. — Мормонту не нравилось напоминание о вынужденном зле, которым из себя представлял Крастер. — Думаю, тебе не стоит говорить о праве гостя?       — Не стоит. Вольный народ уважает старые законы. — Манс откусил кусок хлеба. — Вкусно. Неужели выпекли специально для меня?       — Ждали тебя всем Ночным Дозором, — отшутился Бенджен.       — Ба, может хватит болтать? Я себе сейчас яйца отморожу. — Один из одичалых подошел к стюарду и откусил хлеба. — Вот, я теперь гость, можно мне вовнутрь?       Бенджен невольно представил Большого Джона Амбера на месте этого одичалого. Такой говор и отсутствие манер точно помогло бы обоим найти общий язык между собой. Первый Разведчик не знал этого одичалого. Рыжие борода и волосы среди одичалых было чем-то новым для него. Он бы точно запомнил столь необычные черты лица.       — Тормунд говорит по делу. — Манс кинул взгляд на дом Крастера. — Нам бы согреться и набраться сил. Там мы и сможем обговорить всё, лорд-командующий.       — Мест там не столь много. Сколько ты привел людей? — Манс не спешил отвечать. Бенджен его понимал. Число людей было полезно не разглашать для своей выгоды. — Не стоит увиливать, мы тут все для одной цели, поэтому должны доверять друг другу. Со мной тут сто семь дозорных, а с тобой?       — Шестьдесят, — ответил Манс. — Точнее было столько, пока не потерял парочку. Со мной пришло пару вождей… более сговорчивые и менее буйные. Костяного лорда и Плакальщика вы тут не найдете.       Старк незаметно вздохнул с облегчением. Уж что, а с этими двумя сталкиваться пока не хотелось. Оба были ненавистны среди дозорных, особенно второй.       — Куорен будет рад.       — А они расстроились, когда поняли, что не увидят его.       Несомненно, подумал Бенджен. Куорена хотели убить множество одичалых, в том числе и вожди. Легендарный брат Ночного Дозора стал бы серьёзным достижением для каждого из народа одичалых. Этакий Барристан Селми среди дозорных.       — Мне не до их чувств, — фыркнул Мормонт. — Скажи прямо и сейчас Манс, переговоры будут явно долгими. Тебе придётся сотрудничать и уступать нам во многом, но мы гарантируем безопасность твоего народа. Те, кто примут наши условия, будут жить, остальным могу лишь посочувствовать. Я знаю, что колени вы сгибать не любите, но настали времена, когда многим придётся измениться. И вам, и нам.       Бенджен ожидал услышать отказ, опираясь на гордыню одичалых не склонять колени перед кем-либо, но те не стали что-либо выкрикивать или торговаться, лишь немного поворчали и хмурились. Манс же плотно сжал губы, будто с трудом сдержался, дабы не вымолвить ненужные слова. Около него прошлась маленькая фигура, напоминавшая десятилетнюю девочку. Одежда у неё тоже была странная, слишком тонкая, чтобы защитить от холода, даже украшена листвой и… корой?       — Мир уже изменился, — её голос был не похож на человеческий, он был слишком иным. Мелодичен и текуч. Ни один знакомый Старку человек не мог так разговаривать. Это было что-то другое. — И это затронуло не только людей и мёртвых, но и сил, стоящих над всеми нами.       Смысл её слов был непонятен. Она говорила загадками. Бенджен попытался приглядеться к её лицу и обнаружил, что это была не человеческая кожа.       — Ты говоришь странные вещи… дитя.       Смешок был настолько чистым и звонким, будто сама природа вокруг посмеялась над Старком.       — Я старше твоего деда, Старк. Мои глаза видели драконов, когда они правили вашими землями. Лицезрела кончину последнего из них на этих землях. — Девочка потянулась к своему капюшону. — Но ты был прав. Вы, люди, называете нас подобным именем.       Стоило увидеть лицо девушки, как у Бенджена перехватило дыхание. Это был не человек. Её кожа была бледно-серо-зеленой, пятнистой, словно оленья, глаза были большими, с лаймовым цветом, взгляд напоминал кошачий, даже бровей у неё не было, только волосы, более никакой растительности.       Краем уха Бенджен услышал вздохи братьев. Лорд-командующий и вовсе напоминал выброшенную на берег рыбу. Старк наверняка выглядел так же в первые мгновения.       — Ты Дитя леса… — прошептал Бенджен.       — Одна из последних. Когда-то нас было много, пока люди и их войны не уничтожили привычный мир моего народа. Наши остатки жили за Стеной втайне от всех, но даже нам теперь грозит опасность. Поэтому мы пришли сюда, дабы просить помощи. Твой племянник, Король-Дракон, говорил, что вы люди достойные, не бросающие в беде.       Первый Разведчик всё еще не мог поверить в то, что рассказы старой Нэн оказались правдой. Он любил слушать её истории про древние легенды Севера, но теперь одна из них предстала перед ним. Древний народ, что населял земли Вестероса тысячелетия тому назад и считался давно исчезнувшим, теперь явился перед ними. Более того, они находились на грани гибели. Старк чувствовал, что обязан был помочь им, как только мог. Он не должен был допустить уничтожения этого народа. Джон послал их к нему, а потому он должен оправдать надежды племянника.       — Где ты нашел их, Манс? — подал голос Джиор Мормонт.       — Они сами пришли к нам. Листочек просила нас о помощи, и мы оказали её. Численность её народа едва превышает полсотни, даже меньше. Поэтому мы взяли их с собой, ибо им грозит конец. Я, конечно, могу понять ненависть к нам, но надеюсь, что вы не бросите её народ.       — Ни за что, — ответил Мормонт, взглянув на Дитя леса. — Мы поможем тебе, Листочек, даю своё слово. Мы, северяне, росли на легендах о вашем народе и всё ещё помним вас не как миф. Ночной Дозор даст вам зашиту.       — Дом Старков тоже с радостью примет вас, — добавил Бенджен. — Я напишу своему брату. Ты видела, что он человек чести и слова. Вас примут в любом месте на Севере.       — Благодарю вас, — Листочек склонила голову. — Для меня это много значит. Мы не забудем вашей доброты. Однако, я пришла сюда вместе с Мансом, дабы послужить доказательством его намерений о мире между вами.       Всё стало ещё легче. Бенджен теперь это понял окончательно. Манс готов был идти на уступки, лишь бы спасти свой народ. Дитя леса была ещё одним доказательством того, что одичалые готовы были к перемирию.       — Переговоры точно будут долгими, — Джиор Мормонт повернулся в сторону дома. — Давайте зайдем в дом, там все и обговорим.

***

      В помещении стало совсем тесно. Бенджен наблюдал за тем, как братья Ночного Дозора и одичалые пытаются усесться друг с другом, постоянно ворча, проклиная и кидая оскорбления. За этим было забавно смотреть. К оружию никто так и не притронулся, зная, что теперь они все разделили общий хлеб и находятся под законном гостеприимства. Поэтому всё что оставалось обеим сторонам — кидаться оскорблениями и ворчать, словно старые бабки.       Благо, не все были таковыми. Лорд Мормонт и Манс старались утихомирить всех. Два лидера действовали в общих интересах, а потому даже не думали ссориться. Куорен и его люди, а также Тормунд и пара одичалых последовали тому же примеру, тихо сидя и не провоцируя новые конфликты.       Бенджен сидел молча, лишь осматривая всех одичалых, что пришли вместе с Мансом. Одним из значимых людей был рыжебородый Тормунд. Бенджен не знал, что тот был одним из вождей одичалых, приняв его скорее за шумного весельчака. Стира он узнал сразу. Магнар теннов был известен в Ночном Дозоре. В отличии от остальных племён, тенны были организованны и дисциплинированны. Их оружия пускай и уступали железу и стали, но всё равно были лучше, чем у большинства племён за Стеной. Он то и дело поглядывал на Коурена, словно на опасного зверя, с которым был готов сразиться хоть сейчас. Полурукий это тоже видел, но не подал эмоций. Для него быть достойной добычей было сродни достижению.       Остальных вождей или ближайших людей Манса Бенджен не знал, но были те, кто привлекал его внимание. Это были две девушки. Первая была статной красавицей, с красивым лицом, большой грудью и широкими бедрами. Не будь она в мехах, Первый Разведчик принял бы её за дочь лорда. Возможно, это была жена Манса. Такая красавица была достойна называться королевой одичалых. Создана для рождения детей так ещё и боец. Старк знал, что женщины одичалых тоже сражались наравне с мужчинами. Видимо, это и привлекло Манса.       А вот вторая была более интересна для Первого Разведчика. Он был готов поклясться, что эта женщина была той самой одичалой, в которую когда-то влюбился Джон. Игритт. Первая девушка его племянника. Внешность у нее была не самая красивая, но что-то в ней точно было. Джона не могли сломить красавицы в Винтерфелле, а она смогла. Наверное, дикость и своевольность были теми качествами, которые смогли разрушить несокрушимую стену его племянника. Она просто взяла и сделала его своим или он её своей. Тут еще разберись. Джон был красив, честен, прямолинеен и милосерден, а потому женщина не могла не влюбиться в такого человека. Старк усмехнулся. Он очень хотел увидеть, как девушка сделала его племянника мужчиной. Смогла, так сказать, «взять» его.       Листочек сидела около Манса, привлекая к себе внимание многих, особенно детей и женщин. Для них увидеть живое Дитя Леса было сродни чуду, да и для остальных тоже.       — Крастер никогда так не угощал. — Тормунд с радостью уплетал суп. — Ублюдок так трясся над своими запасами, словно с голоду умирал. Вас также кормил?       — Если польстить и что-нибудь подарить, мог и поделиться чем-то, — ответил Куорен.       — Хар, ему лишь бы стрясти что-нибудь и то даст обглоданные кости. Рад, что его больше нет, никогда не нравился.       — Не только вам, — ответил Бенджен.       — Его тело вы сожгли? — спросил Манс — Если закопали, то следует сжечь.       — Сожгли, король вольного народа, — ответила Мораг. — Точнее, то, что осталось от него. Свиней надо было покормить.       Большинство одичалых посмеялись с этого. Им было в радость узнать, что с Крастером так поступили. Его действительно никто не любил.       — Без него место опустеет, — Манс задумался. — Оно единственное, что еще годится для отдыха. Может отдадите его нам? Мы можем остаться тут, дабы ждать ваших дальнейших действий.       — Плохая идея, — ответил Мормонт. — Место слишком опасно. Крастер приносил своих сыновей в жертву Белым Ходокам, а потому они не трогали его. Без этого ритуала рано или поздно они придут и убьют всех, кто тут живёт. Леса эти опасны, а запасы еды не вечны. Если я оставлю тут людей вместе с вами, то каждую неделю придётся доставлять еду, которая может и не доехать.       — Твоя правда, — вздохнул Манс. — Крастер сейчас пригодился бы нам обоим как посредник. Это единственное, что у него хорошо получалось.       — Плохое это место, — заговорила Листочек. — Я чувствую, как тёмные силы оставили тут свой след.       — Убийство родной крови никогда не остается без следа, — подала голос светловолосая красавица. — Боги прокляли это место. Крастер поклонялся Белым Ходокам, как богам. Сыновья были жертвой, которой он откупался.       — Вель права, — поддержал одичалую Тормунд. — Никогда не нравилось это место. Тут всё пропитано гнилью и кровью.       — Нам нужно как-то поддерживать связь, — напомнил всем Куорен. — Где вы расположились, Манс? Нужно знать, прежде чем обдумывать остальное.       — Предгорья Клыка Мороза, близ реки Молочной.       — Дальше, чем Кулак Первых Людей, — заметил Джармен Баквелл.       — Превосходное место с кучей троп, ведущих в разные участки Стены, — объяснил Куорен. — Там еще попробуй найди вас. — Он немного промолчал, а после взглянул на лорда-командующего. — Это может помочь нам.       Бенджен сразу понял, о чём речь. Рог зимы. Он находился в горах, где одичалые расположили свой лагерь. Тамошние места были под их контролем, а потому могли быть исследованы. Если всё будет таковым, они смогут подобраться к рогу быстро и более безопасно.       — Помочь с чем? — удивился Манс. — Вы собирались туда?              Мормонт переглянулся с Бендженом и Куореном. Они оба кивнули, давая согласие на то, что нужно поделиться информацией.       — Мы собирались отыскать там одну вещь. Рог зимы.       Удивлению Короля-за-Стеной не было предела.       — Вы знаете о нём?       Теперь настала их очередь удивляться.       — Ты тоже? — Ни Старк, ни Мормонт не знали об осведомленности Манса насчет Рога зимы.       — Его-то я и искал в тех местах, — объяснил Манс. — Он нужен был мне для моих планов.       — Шантажировать нас разрушением стены? — догадался Куорен. — Дерзкий ход, но очень опасный. Ты его явно не нашел в той жизни, раз Король Ночи разрушил Стену.       — Его не так-то и просто найти. Мы облазили столько мест, раскопали столько могил древних королей и героев вдоль реки Молочной, пробудив там упырей, но ничего не нашли. Рог спрятан лучше, чем я ожидал. Если вы хотите его найти, то вам понадобиться больше, чем все ваши разведчики.       — Небольшая, но подготовленная группа, — начал Мормонт — С сопровождающими одичалыми, что знают эти места и служащие подтверждением того, что мы теперь на одной стороне.       — О чем ты говоришь? — Манс уставился на Лорда-командующего. — Подожди… Неужели вы знаете, где рог?       Остальные одичалые были поражены не меньше. Видимо, для них был чем-то невозможным то, что Дозорные знают местоположение рога, пока они всё это время безуспешно искали его.       — Знаем, — кивнул Мормонт. — Поэтому нам нужна ваша помощь. Те земли мы знаем не очень, а ваш лагерь делает миссию ещё опаснее. Твои люди не нападут на нас, если с нами пойдут те, кого они узнают. Поверь, нам нужно это не меньше вашего.       — Какая тебе в этом выгода? Если я не смог найти рог тогда, зачем вам он нужен сейчас.       — Король Ночи, — догадалась Листочек. — Он его найдет, если мы этого не сделаем.       — Всё верно, Листочек, — подтвердил Мормонт. — Тогда Стена пала, а у нас сейчас нет драконов, дабы противостоять мёртвым в открытом поле без серьёзных потерь. Рог зимы должен быть добыт пока не стало слишком поздно.              — Тогда мёртвых нечем будет останавливать. — Король-за-Стеной понял всю серьезность ситуации. — Только вот откуда вы знаете?       — Мой племянник, — ответил Бенджен. — Джон.       — Король-Дракон? — Манс и остальные одичалые сразу встрепенулись, когда услышали имя Джона. — Он…       — Исчез с Винтерфелла, как и Криган, ещё в первый день появления зеркал. Как я понял, сейчас он находится в Междумирье и ищет Короля Мёртвых. Это единственное объяснение.       — Тогда как он сообщил вам? — спросила Вель.       — Через огонь и других людей, что находились при смерти. Лично я узнал от Эйемона, прежде чем старик ушел в мир иной.       — Мейстер погиб? — Бенджен заметил в глазах Манса тоску. — Как жаль, я хотел бы с ним ещё раз поговорить. От чего именно?       — Сердце, — печально вздохнул Мормонт. — В его возрасте это смертельно. Я был с ним, когда он закрыл свои глаза навсегда.       — За это нужно выпить. — Манс потянулся к бурдюку. — Если вы не против разделить тост.       — Вина у нас нет.       — Крастер держал некоторые запасы. — Мораг встала с места. — Я могу подать вам.       Бенджен кивнул.       — Если вам не жалко.       Старуха спустилась в погреб и вернулась оттуда с одной полной бутылкой вина. Первый Разведчик пытался понять, откуда оно, но внешний образ не позволял определить. Налили тоже немного. Всего на пару глотков, в основном высокопоставленным. Остальные либо отказались, либо им попросту не хватило вина.       — За мейстера Эйемона Таргариена, брата Ночного Дозора, — поднял стакан Манс.       — За мейстера Эйемона, — поддержал Мормонт.       — За Эйемона, — промолвил Бенджен.       К ним присоединились остальные и все одновременно отпили вина. Кислый вкус наполнил горло Старка. Это точно не было Дорнийское или Арборское, скорее что-то вроде Гиппокраса. Только вот откуда оно у Крастера?       — Значит, рог мы можем найти, — Манс вернулся к прошлой проблеме, как только они закончили поминать Эйемона. — Я вам помогу с этим, но, как вы понимаете, хочу, чтобы это обошлось нам в пользу.       — Я замолвлю за вас словечко, — пообещал Мормонт. — Северяне узнают о вашей помощи в поиске рога. Как только лорды, а в частности лорд Эддард Старк увидят его, то станут более сговорчивы.       — Моё слово может помочь вам всем, — Листочек прикоснулась своими пальцами к груди. — Я знаю историю об этом роге и могу подтвердить его опасность. Люди за Стеной должны меня послушать.       Первый Разведчик согласился с ней. Это был умный ход. Даже не имея политического влияния на Севере, Дитя леса одним своим происхождением может заставить многих передумать.       — Что тебе ещё известно про рог, Листочек? Как именно он разрушит Стену? — Спросил Старк. Ему нужно было знать, как обыкновенный рог может разрушить Стену, что стояла столько тысячелетий.       — Стена это не просто большой кусок льда. Как вы знаете, она магического происхождения, но даже для меня это всегда было невероятным умением применять магию. Страшно представить, кто мог владеть подобной силой.       — По легендам стену построил основатель моего дома, Брандон Старк, по прозвищу Строитель. Он довольно мифическая личность, окутанная множество теорий и догадок. На Севере его знают почти что все, даже за пределами о нём известно. Постройку Стены и замка Винтерфелл присваивают именно ему.       Листочек задумалась.       — Создать такую стену человек не в состоянии. Что ещё говориться в ваших легендах?       — Великаны, — вспомнил Бенджен. — Говорят, он мог построить Стену и замок с их помощью.       — Это может быть правдой. Когда-то великаны были более крупными и сильными. Нынешние потомки — лишь блеклая тень былого народа. Им пришлось подстраиваться под новый мир, который принадлежал людям. Но даже так, столь огромную Стену невозможно создать даже с помощью великанов. Магия, заточенная в Стене, очень древняя и могущественная. Это не простое управление погодой, тут есть что-то другое, что я не в состоянии понять. В моём народе тоже ходят легенды о древних героях вашего рода, но нигде не говорилось о подобном человеке. Разве что…       Листочек замолчала, но по её глазам было видно, что она в чём-то сомневалась.       — Что? — не раздумывая спросил Бенджен. — Ты что-то знаешь?       — Когда-то я услышала легенду, что передавалась в моём народе. О человеке, что понял наш язык, живя с нами. Нашу речь люди не в состоянии понять, но был один, что сумел это сделать.       — Ты говоришь о прародителе дома Старков? — спросил Мормонт, тоже поглощённый этой историей.       — Не могу утверждать. То было более восьми тысяч лет назад. Никто не может помнить всё в деталях столь долго, лишь Старые боги. Но в чём я точно уверена, это то, что в жилах твоего рода течёт древняя магия, Старк.       Первый Разведчик прикусил губу, обдумывая слова Дитя леса. Истории и легенды говорили о людях, способных вселяться в шкуры животных и видеть зеленые сны. Бенджен сам видел подобное от своих племянников. Бран и Рикон видели смерть своего отца, когда ворон даже не прилетел в Винтерфелл. Остальные могли приручать лютоволков без особой трудности. Да боги, Джон стал драконом во плоти. Получается, магия текла в жилах его дома всегда, просто никто не мог научить ею пользоваться. Они были подобны Таргариенам, только драконов не могли приручать.       Смешок Манса отвлек Бенджена от размышлений.       — Подумать только, вся семья варгов, так ещё и зеленовидцы есть. Насколько же сильна она в вас.       — Если бы кто-то мог научить вас пользоваться ею, ваша власть над Севером была бы абсолютна, — сказала Вель.       — Магия считается мёртвой на юге, — объяснил Старк. — Никто не верил в неё. Считали, что она умерла с последним драконом. На Севере всё еще помнят об этом, но даже мы сомневались в её существовании. Точнее считали её потерянной.       — Это правда, — печально произнесла Листочек. — Магия покидала наш мир, но всё теперь изменилось. Я чувствую, что она вернулась. Не знаю, кто её источник, но её стало больше.       Бенджен подумал о Джоне.       — Только ли в Старках есть магия? — спросил Мормонт. — Почти все северяне — потомки Первых людей, и раз ты говорила о наследии крови, то и среди остальных должны быть подобные таланты. Старки много с кем роднились, даже отделялись в отдельные дома, например, Карстарки являются младшей ветвью.       — Я не могу быть уверена, но то, что и другие могут обладать магией правда. Я видела среди Вольного народа варгов, — Листочек перевела взгляд на одного одичалого. — Он тоже варг.       — Орелл владеет ручным орлом, — объяснил Манс. — Один из моих лучших разведчиков.       — Кто научил тебя этому? — спросила Листочек.       — Отец, — ответил одичалый. — А его дед.       — Получается, нашего Бенджена тоже можно научить? — спросил Джареми Риккер. — Сможет вселятся в своего прирученного зверя?       — Волка приручит, — заявил Джармен Баквелл. — Как говорится, волчья кровь.       — Лучше тогда в орла или ворону, — предложил Торен Смоллвуд. — В разведке превосходно подойдет.       — Призрачный кот тоже неплохой вариант, — присоединился Куорен. — Или медведь.       — Хар, медведь, вот точно подойдет, — поддержал Тормунд. — Оседлаешь его и пойдешь рубить мёртвых.       — А давайте сразу дракона, что уж мелочиться, — Отшутился Бенджен. — Хватит тут галдеть, как вороны.       — Ты и есть ворона, — ответил Стир. — С сильной кровью. Плохо её растрачивать зазря. Ты должен научиться управлять своим даром.       — Я могу научить тебя, — воскликнула Листочек. — У тебя сильная магия в крови. Она может помочь тебе в предстоящих боях.       — Это было бы неплохо, — поддержал её Мормонт. — Как думаешь, Бенджен? И правда плохо, если ты не попробуешь.       Первый Разведчик действительно хотел этому научиться. Мысль о том, что у него будет опасный хищник во служении, манила. Он был Старком, в жилах которого текла кровь Первых людей. Зачем растрачивать подобный дар?       — После того, как вернусь с рогом, могу попробовать.       — Это будет трудно, но возможно, — Листочек смотрела на него своими необычными глазами. — Потребуется время, но я смогу раскрыть в тебе талант. Только с животным может возникнуть проблема. Взрослые особи могут подчиниться опытными варгами. Тебе же нужно начать налаживать связь именно с детёнышем.       Зима всё еще была жива, а потому могла родить ещё щенков. В противном случае лучше действительно остановиться на птице. Больше пользы.       — Раз в нём сильная магия, то получается, что он сможет приручить больше, чем одного зверя? — спросила Вель.       — Возможно, — кивнула Листочек. — Если всё получиться, то Старк сможет овладеть несколькими животными.       — Давайте не будем забегать так далеко, — вздохнул Старк. — Мне пока вернуться надо будет, а потом уж посмотрим. Вернёмся к вопросу с Рогом. Как именно он может разрушить Стену?       — В легендах говорится, что благодаря нему первый Король-за-Стеной, Джорамун, поднял великанов, дабы разрушить стену. С помощью его я планировал сделать то же самое. Стена либо разрушилась, либо поднялось то, что могло разрушить Стену.       — У тебя ничего не получилось бы, Манс, — Листочек покачала головой. — Рогом не может пользоваться человек, что не обучен магии. Ты должен уметь ею управлять, а иначе рог бесполезен.       — Получается, мой запасной план был бесполезен? — Манс выглядел немного разочарованным. — Но Король Ночи магическое существо.       — Именно, он сможет использовать силу Рога. Часть Стены может быть разрушена. Магия, что таится в ней, попросту исчезнет, что сделает Стену хрупкой и разрушаемой.       — Значит, вот как он разрушил Стену в той жизни, — подвёл итог Мормонт. — Джон тогда был братом Ночного Дозора, а потому не мог знать о нем. Для них это стало сущим кошмаром. Стену пришлось бросить и отступать в Винтерфелл, теряя земли и людей.       — Весь смысл в нашей обороне пропадёт, — Бенджен нахмурился. — Лорд-командующий, вы должны сообщить об этом моему брату. Если случиться худшее, мы должны иметь возможность дать бой Королю Ночи и в открытую.       — Обязательно, я обговорю это с лордом Старком. — Мормонт взглянул на Манса. — Я снарядил двадцать человек для этого похода. Можем добавить еще двадцать, но то должны быть твои лучшие люди, Манс.       — Я их дам. Варги, разведчики, бойцы, скалолазы, все получите, но почему только двадцать?       — У нас не так много орудий из Драконьего стекла, сам понимаешь.       — За стеной его очень много, мы находили тайники раньше, но не знали о свойствах этого материала. Теперь же у наших воинов есть орудия из Драконьего стекла.       — Кстати, у меня такой есть, — Тормунд вытащил свой топор. Он и правда был сделан из Драконьего стекла. — Острый, но хрупкий.       — Наконечники копий, стрел и кинжалы — это лучшее, что можно позволить себе. Остальное не пригодится, разве что валирийская сталь, — Бенджен чуть приподнял Тёмную Сестру для вида. — Но секрет её изготовления утерян, а оружия стоят, как целое войско.       — Тогда только Драконье стекло. — Манс немного подумал. — Я постараюсь дать вам всё, что смогу. Остальные племена помогут, как только смогут. Нужно точно знать, где поганый рог.       — Вот тут. — Джиор достал карту и показал её Мансу.       Король-за-Стеной внимательно осмотрел карту.       — Клыки Мороза, — в его голосе чувствовалась радость. — Ну конечно, горы. Там и хоронили всех древних королей. Кто бы мог подумать, что это дальше на северо-восток. Эти места известны моим разведчикам. Найти его будет не так трудно.       Старк был рад этому. Один пункт был выполнен. Осталось еще пару.       — Одно обсудили, — начал Старк. — Теперь же… Давай обсудим переход через Стену.       В комнате стало напряжённее. Бенджен понимал, что придётся применить все свои навыки политика, кои он развил за столь недолгое управлением Винтерфеллом.       — Я знал на что шёл, когда решил с вами говорить, — Манс был спокоен и хладнокровен. — Вольный народ готов на многое, но я попрошу быть более справедливыми. Мы готовы идти на уступки, но не просите нас чего-то невозможного.       — Не будем, — заверил Бенджен. — Мы с братом уже всё обсудили. Условия будут жёсткими, но справедливыми и выгодными для наших народов.       Манс переглянулся со своими сторонниками. Те были недовольны, но дали согласие.       — Говори.       — Самое необходимое, — Бенджен облизал губы. — Вы должны принять наши законы. За Стеной вы вольны делать что хотите, но в Семи королевствах царит система законов, которые нельзя нарушать, иначе быть тебе приговоренным к наказанию. Вам дадут землю, дадут возможность основать свои поселения, поделятся знаниями и дадут титулы, но вы должны поклясться в верности Северу. Это будет касаться тех, кто захочет остаться на Севере. Те, кто захочет вернуться обратно за Стену, должны произнести клятвы перед чардревом, что будете слушать нас. Вы не обязаны склонять колени перед нами, но наши законы уважать должны. Будете жить на той же земле, что и те, кто преклонит колени. Будете работать, охотиться, пахать землю, а взамен получите нашу защиту, еду, оружие, одежду и крышу над головой. Условия устраивают?       — Что-то вроде гостеприимства на чужой территории, — перефразировал Манс. — С работой, которую будут нам оплачивать. Это приемлемо, но что будет дальше? Те, кто захотят вернуться за Стену, что с ними?       — Мы планируем начать исследовать территории. Если между нами будет заключён мир, то мы можем начать более свободно перемещаться за Стеной. Любой одичалый, который захочет перейти за Стену, может себе это позволить. Ему будет дано место, как и его родным.       — Право выбирать, — пробормотал Манс. — Мне это нравится.       — Не все получат такой шанс, Манс, — вмешался Джиор Мормонт. — Среди одичалых есть те, чьи преступления нельзя прощать. Плакальщик и ему подобные останутся за Стеной. Они будут служить в Ночном Дозоре, под командованием наших людей, но, дабы не создавать причину для кровопролития, ты должен будешь поставить за ними своих людей, а они уже будут подчиняться моим людям. Если не устраивает, пускай остаются за Стеной.       Манс чуть приподнял руки.       — Флаг вам в руки, лорд-командующий. Они будут вас слушаться, а иначе я их лично прирежу. Меньше всего мне нужно давать повода южанам выгнать нас за Стену или умертвить по-тихому. Только вот им может не понравиться, что их заставляют надеть чёрное.       — Им не нужно надевать чёрное, — проворчал Мормонт. — Меньше всего я хочу называть такую падаль братом Ночного Дозора.       — Тогда проблем нет. Их головы ваши, если нарушат закон.       — Третьим условием будут ваши дети, — взял слово Бенджен. — Каждый вождь должен отдать своего ребенка на воспитание в замки, как и большинство одичалых. Это послужит гарантом вашей верности. Говорю сразу, каждый ребенок будет в безопасности. Им будут даны все условия для хорошей жизни. Никто не посмеет унижать или причинять им вред. Их обучат всему, что мы знаем и дадут выбор, как жить дальше. Они могут стать рыцарями, плотниками, охотниками, стражами, кузнецами, строителями, в общем получат шанс начать жизнь не в суровой местности, а в тепле и уюте. Альтернативой будет служение в Дозоре, если ребенок один и родитель не хочет с ним расставаться. Это условие ты обговоришь с моим братом, но посыл его ты должен был уловить.       — Заложники, — заключил Манс. — Давняя традиция среди домов. Дети всегда служили залогом верности одного лорда перед другим. Я догадывался о том, что вы это предложите. Будь я проклят, согласен. Этот вопрос мы поднимали до того, как встретились с вами. Большинство согласятся, но предупреждаю тебя, Старк, если что-то случиться с нашими детьми, последствия будут ужасными. Это не угроза, просто факт.       — Я понимаю.       Бенджен понимал, что это жёсткие условия, но они были необходимы. Это всегда помогало быть уверенным, что тебя не ударят в спину в самый ответственный момент. Честно говоря, он и вовсе считал их выгодными для обеих сторон. Дети одичалых получат шанс начать новую жизнь, не борясь за Стеной с мёртвыми и холодом, а Север получит рабочую силу и увеличит свою военную мощь. Эддард разберётся с этим лучше него.       — Надеюсь, вы не заставите наших дочерей и женщин одевать платье и прислуживать перед мужчинами? — Вель явно интересовал этот вопрос.       — Женщины из вольного народа тоже умеют сражаться. У нас нет столь глупых ограничений, как у вас.       — На Севере это приветствуется, — ответил Мормонт. — На Медвежьем острове женщины берутся за оружие, когда приходится. Моя сестра не только леди, но и настоящая воительница. Когда надо — будет вести себя, как воспитанная женщина и политик, а когда надо — возьмет булаву и разобьёт кому-нибудь голову.       Тормунд рассмеялся.       — Достойная женщина. Настоящая медведица. Хотелось бы встретиться с ней.       Бенджен даже представил, как Мейдж Мормонт кидает Тормунда через бедро.       — Северянам нравятся воинственные женщины, — Бенджен помнил, как Роберт влюбился в дикую Лианну с первого взгляда. Среди сотни женщин именно его сестра смогла настолько засесть в сознании Баратеона.       — В таком случае они их найдут, — пообещала Вель.       Бенджен представил весь ужас Кейтилин, когда Арья будет подражать одичалым воительницам.       — Как видишь, Манс, наши условия суровые, но справедливые и выгодные. Вы будете жить в безопасности, работая на общее благо. Можете начать новую жизнь, как и ваши дети, или можете вернуться обратно за Стену, когда все закончится, а дальше выстраивать отношения с нами. Сейчас самый лучший шанс зарыть топор войны. Над нами нависла общая угроза, а потому мы должны объединиться, дабы противостоять ей. Мой племянник поверил в вас, а потому поверю и я. — Бенджен достал письмо, предназначенное для Манса. — Прочти это. Возможно, это послужит доказательством моих слов.       Манс раскрыл письмо и стал читать его. С каждой секундой его эмоции менялись, начиная от шока и заканчивая скрываемой радостью.       — Джорамун. — Он сложил письмо. — Далла как-то предложила назвать так сына.       Письмо было выброшено в огонь. Пламя пожрало сверток за считаные секунды.       — Что было в письме, Манс? — Тормунд заметил изменения в настроении лидера.       — Доказательство того, что Король-Дракон держит свое слово. — Манс взглянул на Бенджена. — Какие ещё условия?       — Пока никаких. Основные я тебе передал. Остальное решишь с моим братом. Он прибудет на Стену примерно в начале или в середине второго акта. Примерно через полтора-два месяца. За это время часть твоих людей должны быть тут. Отобранные дети, вожди и командиры, а также первая группа переселенцев.       — Два месяца… — Манс задумался. — Это возможно, но мне придется вернуться назад, дабы собрать как можно больше людей. Кроме меня они вряд ли кому поверят. Я могу дать клятвы, как и остальные, но постоянные перебежки от Стены до основного лагеря сулит опасностью. Мёртвые могут напасть неожиданно. Лучше мне прибыть раньше основной группы с Детьми Леса, моей женой и обещанными детьми. Я оставлю их вам вместе с Тормундом, а сам вернусь и приведу остальных.       — Я могу сам привести остальных, — возразил Тормунд. — Манс, твоя жизнь сейчас важнее. Без тебя племена перебьют друга-друга за власть или разойдутся раньше.       — Он прав, — согласилась Вель. — Мы приведем всех, кого сможем.       — Что я за король, если первым бегу за стену, оставляя свой народ на произвол? — Манс нахмурился. — Не уж, я оставлю жену в безопасности и вернусь за остальными. Если погибну, то ничего страшного. Остальные будут действовать согласно плану и продолжат путь вперед. Я всё сказал. — Вель пыталась возразить, но промолчала, когда Манс не пожелал слушать. — Тормунд, ты будешь говорить от моего имени. Эддард Старк — человек чести, а потому не станет тебя обманывать. Все перечисленные условия прими, возникнут другие отложи на потом, но думай одновременно сам. Случись что со мной, ты и Стир должны решить, кто станет следующим вождём. Вы поняли меня?       Одичалые поворчали, но согласились.       Манс встретился взглядом со Старком.       — Я не забуду благородства твоего племянника, а потому слово сдержу. Мы отправимся в мой лагерь, где я дам вам всё, что потребуется. Еда, люди, оружие, всё твое.       Бенджен кивнул, не став спорить с одичалым.       — Мормонт, если возможно, доставь сюда еду. Я оставлю тут людей, чтобы они смогли поддерживать это место, пока большая часть моего народа не перейдет за Стену. Ты получишь моих лучших разведчиков, среди которых варги. Они смогут контролировать ситуацию за Стеной.       — Варги? — Мормонт погладил бороду. — Я согласен. Все что требуется от них — слушаться приказов.       — Они будут. Я планирую отправить часть людей на западную часть Стены через горы, для безопасности. Поклянись, что моя жена будет в безопасности, как и Дети леса, и остальные представители Вольного народа.       — Клянусь тебе. Они будут моими гостями. Никто не тронет их без моего ведома.       Этого хватило Мансу.       — Я могу быть свидетелем ваших клятв, — подала голос Листочек. — Тут есть чардрево. Вы можете принести клятвы там.       Бенджен переглянулся с Мормонтом. Идея была неплоха. Свидетель в виде Дитя леса было неоспоримым.       — Мы согласны, — ответил Мормонт.       — Что же, — Манс протянул руку. — Пожмём руки и покончим со всем этим?       Мормонт пожал руку, при всех тамошних офицерах и лидерах одичалых. Оба лидера пришли к соглашению.       Бенджен был этому рад. Их план начинает осуществляться. Одичалые могут стать серьезной силой против мертвых, а не стать частью их войска. Старк даже увидел в этом закономерность. Когда-то Первые люди и другие существа объединились против Короля Ночи и его армии. Теперь же, спустя восемь тысяч лет, всё повторилось вновь.       А его роль в этом лишь только начинается.

***

      Джон вошел в тронный зал и, видя, что ничего не поменялось, нахмурился.       — Он что, еще не выпустил главу?       Король Мертвых покачал головой.       — Нет. Все никак не может дописать ее. Постоянно откладывает и откладывает.       — Проклятье, — выругался Джон. — Почти полгода прошло, а он даже половину глав от отдельных лиц не написал. Ты точно уверен, что он не мёртв там?       — Уверен, — глаза Короля Мертвых сверкнули синим огнем в пустых глазницах. — Иначе бы воскресил и заставил писать.       Джон застонал от горя.       — Такими темпами он пару лет будет до нас добираться.       — Ну ты и мечтатель. Какие там пару лет? Он первый сезон этот несчастный закончить не может. Уже как два года пишет, а всё не допишет. Напомнить тебе то, что он толком ещё не прописал историю на ближайшие два сезона? А это я ещё молчу про будущие сезоны и нашу историю. Глядишь и десять лет будет писать, да забросит всё.       — Твою же… — Джон приложил руку к лицу. — А ведь работа-то выстрелила, обидно будет прерывать её.       — Я все еще могу прибить его и воскресить, — предложил Король Мертвых.       — Оставь. Дай боги, напишет. Или, по крайне мере, поступит, по совести, и хоть выпустит главу с объяснением сюжета.       — Хреновая новость для читателей.       — Хотя бы не опустится до уровня Мартина, и на том спасибо.       Неожиданно они оба почувствовали знакомое ощущение.       — Ничего себе! — воскликнул Джон. — Главу выпустил!       — Не прошло и месяца. — Король Мертвых повернулся в сторону Беты. — Бета! Глава вышла, пора за работу!       Джон осматривал содержимое главы.       — Большая, хоть тут не схалтурил.       — Опять дописал её в пять утра. Он не меняется. Наверное, ещё и бреда понаписал и не проверил. Про что глава?       — Про дядю Бенджена и одичалых. За рогом идёт. Чувствую, весь второй сезон он там и провозится.       — Кто там ещё остался? — Король Мертвых считал людей, от лиц которых должны выйти главы. — Ланнистеры, Тиреллы, Королевская гавань, Речные земли, Барристан, Визерис, Дейнерис, что там ещё?              — По-моему, одна глава про случаи в мире.       — Твою то… — Король Мертвых понял, что второй сезон точно ещё не скоро выйдет. — Может в 2026 начнет нормально писать?       — Будем надеяться. Перестанет херачить в Доту, может так и будет. Не может полезным заняться.       — Никак не может выкинуть эту помойку из головы. — Король Мертвых положил голову на кулак. — Ну ладно, надежда умирает последней.