Глава 7

Ужин в день после похорон прошел спокойно. Драко и Гарри поделились историями о Митчелле, и вчетвером они подняли бокалы, почтив его память. После трапезы Гарри извинился и ушел с мрачным выражением лица, Пэнси последовала за ним. Гермиона вертела свой винный бокал в руке. — Пора нам поговорить, — ее голос звучал уверенно. Драко кивнул, бросая взгляд на потолок. — Пойдем в сад. Позволим им двоим уединиться, — он провел ее к двери в задней части дома и, пропустив Гермиону вперед, пригнулся под навесом, обвитым ползучими стеблями глициний. — Я не говорил об этом, — произнес он, беря ее за руку. — Но ты мне всегда нравилась в синем. Гермиона опустила взгляд. Сильные пальцы крепко обхватили ее ладонь, которая полностью скрылась под его жилистой кистью. — Я думала, зеленый — твой любимый цвет. — Так и есть. Но синий — второй после лидера, — большим пальцем Драко скользнул по ее костяшкам и, выпуская руку из хватки, отступил. — Твои глаза сияют, когда на тебе что-то синее. Он выглядел невозмутимым, но она вдруг задумалась, насколько это внешнее спокойствие было напускным. Гермиона почувствовала, как по его пальцам прокатилась дрожь. Ладонь была холоднее, чем часами ранее, когда он запечатлел легкий поцелуй на ее костяшках и заставил занять место без него на время службы. Тот же ледяной тремор пробрал его руки до самых костей, когда он попал в ловушку собственных воспоминаний в ресторане Пэнси. За миг до того, как он выпустил ее руку, она ощутила это снова. Мельчайшая дрожь в ладони, легкая прохлада, охватившая пальцы. — Ты не обязан притворяться сейчас, Драко. За нами никто не наблюдает. — Нет, но... — он опустился на широкую кушетку, окружающую костровую чашу с разыгравшимся на ветру пламенем, и вытянул ноги. — Я все обдумал и решил, что нам нужно попытаться чувствовать себя более комфортно, когда мы касаемся друг друга. Все начинается с мелочей. Наша игра правдоподобна, когда мы на людях — ресторан, похороны Митчелла. Но по-моему, нам стоит придерживаться нашей истории, даже когда за нами не следят. Гермиона стояла у края кушетки, нервно покусывая нижнюю губу. — Ты хочешь, чтобы мы вели себя как пара, даже если мы наедине, — ее голос дрожал. Драко запрокинул голову назад и закрыл глаза. — Я не говорю, что хочу этого, Грейнджер. Но если мы будем играть только на публике, сколько потребуется времени, чтобы из-за одной оплошности весь наш план пошел прахом? Если нам не совсем комфортно находиться рядом, любой из нас может это выдать. Нужно привыкнуть друг к другу, касаться без причины, как это делают настоящие пары. Гермиона неспешно потянулась к Драко и скользнула пальцами по раковине его уха. Он дернулся, его голова метнулась в сторону от ее руки. — Такие касания ты имеешь в виду? — шепнула она. — Я не знаю, почему ты отстранился: возможно, тебе не понравилось, или это напугало тебя, или… — Чувствителен, — тихо произнес Малфой. — Ты была очень нежна. И да, именно об этом я и говорил, — он вытянул одну руку вдоль спинки кушетки и взглядом указал на место рядом с собой. Гермиона опустилась на кушетку, разгладила юбку на коленях и примкнула к его боку. Драко обнял ее за плечи, медленно водя пальцами по хрупкой руке . Она чувствовала его ровное сердцебиение, при каждом вдохе и выдохе грудь Драко размеренно поднималась и опускалась. Гермиона закрыла глаза и позволила волнующему ритму его сердца проникнуть в сознание. Она потянулась к нему, взяла за руку, переплетая пальцы, и опустила их соединенные ладони ему на колени. — Я тут подумала о том, чтобы продвинуться немного... Дальше в отношениях с тобой, если так можно выразиться. Больше случайных прикосновений. Я согласна, нам стоит уделить этому внимание. Но в некотором смысле я все еще чувствую, что ты плохо отреагируешь. — Только не на твои касания, — шепнул он. — Я уже говорил тебе, что люблю, когда ко мне прикасаются. Тебе я доверяю достаточно, чтобы позволить это сделать. Ты должна чувствовать себя максимально комфортно, прикасаясь ко мне, как это делает Пэнси. — Не думаю, что кто-то сможет прикасаться к тебе с таким же комфортом, как она. Да вы лучшие друзья с пеленок. И она твоя бывшая любовница. Драко бросил на нее взгляд из-под ресниц. — Теперь тебя считают моей любовницей. Если тебе неловко при случайных прикосновениях, то вполне вероятно, что ты будешь смущена чем-то более откровенным. Вот это скорее разрушит наше прикрытие в клубе, если ты не решишься сделать вещи интимного характера. Гермиона запрокинула голову назад и коснулась его шеи, очерчивая руны на татуировке заключенного, и подушечками пальцев порхнула по синяку, который на нем оставила она сама. Драко наложил маскирующие чары, скрыв засос на время похорон, но теперь глубокий лиловый след снова был на виду. — Вещи более интимные, чем это. Драко коротко кивнул. — Да. Именно это я и имею в виду. — Ты сказал, что тебе понравилось. Драко всматривался в языки кострового огня, затем снова кивнул. — Признаюсь, я был немного поражен, но да. Мне понравилось. Я бы не стал останавливать тебя, даже если бы это было… выше ожидаемого. Действия вписывались в роль. Определенно, я бы всячески поощрял свою девушку к подобному. Гермиона играла с его кольцами, скользя большим пальцем по широким полосам. — Я и не планировала этого. Я увлеклась. И слишком поздно осознала, что мы пошли в клуб, не оговорив границ дозволенного. Ты тоже так сказал. Мы не установили никаких правил. А они нужны нам для работы под прикрытием. Так что нам стоит… Подожди здесь, пожалуйста, — Гермиона высвободилась из его теплых объятий, на миг замешкалась, а затем оставила легкий поцелуй на его скуле. Она вернулась в свою спальню и схватила копию сборника правил «Терновой Розы», экземпляр которых попросила у мадам Беркли, и та с удовольствием их прислала. Гермиона читала буклет, перечитывала, оставляла комментарии, добавляла пометки из других источников. Многочисленные закладки торчали из него в дюжине страниц; обложка скрутилась по краям, изогнулась и на вид потрепалась от того, сколько раз она брала сборник в руки. Гермиона приостановилась у входа на задний двор, сделала глубокий вдох и вышла на улицу, крепко сжимая в ладонях буклет. В нескольких шагах от двери стоял Драко и курил, касаясь пальцами звездного жасмина, посаженного Гермионой. Кольца дыма из его сигареты растворялись в воздухе, не доходя до стены, ограждающей сад. Обернувшись, он взглянул на выход и натянуто ей улыбнулся, встречая уверенный взгляд. — Готова? Гермиона присела с одного конца мягкой кушетки. — У меня возникло пару мыслей о том, как далеко бы я… эмм… твоя девушка зашла в отношениях. Касаемо кинков, — на выдохе произнесла она, опуская буклет рядом с собой. — И границ. Она прочистила горло и подтолкнула буклет так, что тот скользнул по мягкой обивке кушетки вперед — к нему. — Я априори одобряю все, что здесь отмечено, — Гермиона кивнула в направлении буклета. — О каких-либо иных действиях нам стоит поговорить заранее, но то, на чем оставила пометки, ты можешь… Ты можешь сделать все это, не спрашивая моего разрешения и не проверяя сначала мою реакцию. Если мы были вместе год или больше, ты бы уже знал, что мне нравятся эти вещи. Так что если тебе не придется каждый раз спрашивать меня, тогда у нас будет меньше шансов сорвать операцию. Гермиона сама слышала, что ее речь была похожа скорее на бормотание, и не была уверена, что Драко разобрал хоть слово. Но он присел рядом с ней, перевернул буклет и раскрыл его. Его глаза резво пробегали по строчкам, он прочитал все содержимое и заглянул в дополнительные заметки. — Это... — стараясь совладать с собой, Драко на несколько секунд зажмурился, затем сделал медленный вдох и бросил окурок в пламя. — Это все гораздо дальше того, на что я рассчитывал, Гермиона. Он открыл глаза и перевел на нее взгляд. — Гораздо дальше. И я не мог не заметить, что ты отметила и несколько вещей, которые… Которые ты могла бы сделать. Для меня. Гермиона кивнула. — Это сделала бы твоя девушка. Все из отмеченного. И я сделаю что угодно из списка, если ты захочешь, чтобы… Чтобы сохранить наше прикрытие. В его глазах словно бушевала предгрозовая буря, пока она смотрела прямо на него, к щекам прилила кровь. Он отложил буклет в сторону и сцепил ладони в замок, большими пальцами проводя по кольцам. — Просить о таком — это уже слишком, — его голос упал до шепота. — Ты даже не аврор, ты, по сути, делаешь мне одолжение для проведения расследования, и я не стану просить тебя сделать что-либо из этого. — Ты меня не просишь, — поправила его Гермиона. — Я же говорила, что тебе не нужно этого делать, — она придвинулась к нему ближе, потянулась и опустила кисть на его запястье. — Насколько всем известно, я твоя девушка, являюсь ею уже больше года, и мы наверняка бы всем этим уже занимались не раз. Не нужно спрашивать. У тебя есть разрешение на все это, Драко. Он разжал пальцы и поймал ее ладонь в свои. Не говоря ни слова, Драко поднес ее руку к своим губам и провел языком по внутренней стороне ее запястья. Гермиона ахнула и инстинктивно попыталась отдернуть руку, но он держал крепко. Он снова скользнул языком по ее запястью и, не отрывая губ, заговорил. — Если ты с таким удивлением реагируешь на столь незначительное прикосновение, то вряд ли сможешь справиться с чем-либо из своего списка. — Тогда мы должны попрактиковаться, — она не собиралась этого говорить, но жар языка Драко на ее коже вспыхнул искрами в сознании. Те самые искры, которые она ощущала, целуя его у ресторана. Гермиона встретилась с ним взглядом и скользнула пальцами по его подбородку. — Так же, как и со случайными прикосновениями. Чтобы мы реагировали так, словно делаем это каждый день, как уже что-то знакомое. В общем, показывать то, к чему мы пришли за год отношений. Челюсть Драко напряглась, на щеках заиграли желваки. — Ты предлагаешь заняться сексом, только чтобы притвориться, что мы уже занимались сексом? — Н-н-нет! Не заходя так далеко, — Гермиона попыталась сосредоточиться, но крепкая хватка Драко на ее запястье и темная буря в его глазах делали странные вещи с ее мозгом. — Не заниматься сексом. Просто... просто практика. В чем-то другом. — Практика, — голос Драко упал до волнующего бархата, от чего тело Гермионы тут же напряглось, словно натянутая струна. Он ослабил хватку и поднес ее пальцы к своим губам, целуя костяшки. — Практикуемся в чем конкретно? — Я не…— у нее пересохло во рту. Гермиона облизнула губы и тяжело сглотнула. Следовать совету Пэнси и быть с Малфоем прямолинейной и агрессивной оказалось гораздо труднее, чем она могла себе представить. Драко не отрывал от нее внимательного взгляда, серая радужка с каждой секундой будто скрывалась за темной пеленой, и Гермионе пришлось прибегнуть к максимальной концентрации на собственных словах. — Просто попрактиковаться. Я и правда считаю, что мы должны. Подумала даже, что… — она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и встретилась с ним взглядом. — Я подумала, что мы должны начать прямо сейчас. «А ведь Пэнси была чертовски права», — решила Гермиона. Прямое приглашение — вот что Драко нужно было услышать. Кровь прилила к его щекам и шее, он тяжело сглотнул. — Сейчас, — он оттолкнулся от кушетки, сокращая расстояние между ними до минимума, и прижал Гермиону к мягкой спинке. Склонив голову, он зарычал ей в ухо. — Сейчас, Гермиона? Практиковаться в чем? Гермиона вздрогнула, откинув голову на высокую подушку. Она отметила так много вещей в том буклете, но сейчас не могла вспомнить ровным счетом ничего. Все, к чему смог подтолкнуть ее затуманенный мозг, — это выгнуться дугой и крепко обхватить спину Драко, пальцами цепляясь за лопатки. Он прихватил зубами раковину ее уха и нежно потянул за мочку, прежде чем побудить Гермиону склонить голову набок. Его дыхание возбуждающей волной прошлось по ее подбородку и вниз, по шее. Гермиона захныкала и повернула голову, чтобы дать ему больше доступа. Его губы коснулись ее разгоряченной кожи, и он остановился. — Гермиона, — прошептал он. — В чем ты хочешь практиковаться? Прямо здесь и сейчас. — Годрик, — простонала она, впиваясь пальцами в его плечи. — Драко, пожалуйста, — она потянула его за рубашку. Гермиона хотела, чтобы он был ближе. Руки Драко скользнули ей на талию, он потянул ее, опрокидывая на спину и подминая под себя. Одно колено оказалось между ее икрами, одна рука остановилась у бедра, он пристально смотрел на нее сверху вниз. Гермиона наблюдала сквозь полуопущенные ресницы, как он медленно расставлял свои руки и колени вокруг нее, голодный взгляд скользил по ее телу. — Скажи мне, — глухо пророкотал он, встретившись с ней взглядом. — Что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал? Гермиону пробрала мелкая дрожь. Она оттянула декольте ниже, обнажая плечо и ключицу. — Пометь меня, — прошептала она. Его глаза вспыхнули, становясь почти полностью черными, когда он аккуратно убрал ее ладонь. Переплетя их пальцы, он слегка наклонил голову и припал губами к ее шее. Прокладывая цепочку поцелуев, Драко спустился до соблазнительной ложбинки между ключицами. У основания шеи его губы остановились, исследуя ее кожу языком. Гермиона зажмурилась до ярких звездочек под веками, когда Драко лизнул изгиб ее ключицы. Языком прочерчивая влажную дорожку практически до плеча, он вдруг остановился и подул прохладной струей воздуха на разгоряченную кожу. Она еле подавила рвущийся наружу стон. Его челка коснулась ее шеи, когда он коленом развел бедра Гермионы в стороны и опустился всем телом на нее, зажав ее ногу между своими. Прислоняясь лбом к ее плечу, он с силой втянул в рот кожу на изгибе шеи. Содрогаясь под ним, она провела рукой по его спине вниз, вцепившись в рубашку на талии. От одних его огромных масштабов у нее в голове все помутилось. Драко полностью накрыл собой Гермиону, своим весом вдавливая ее тело в мягкую обивку. Он переместил руку на ее бок, очерчивая большим пальцем ребра, и Гермиона больше не в силах была сдерживать стон. Она выправила из брюк Драко рубашку сзади и опустила руку ему на спину, скользя по позвоночнику пальцами, жар его кожи опалял ее ладонь. — Еще, — пробормотала она, разъединяя их сплетенные пальцы, чтобы прижать его голову к своему горлу. — Драко, пожалуйста. Сильнее. Тихо выругавшись, он запустил ладонь в ложбинку под коленкой Гермионы, сгибая ее ногу и притягивая к себе, а другой рукой зарылся в пышные кудри, накручивая пряди волос на пальцы. С глухим рыком он впился зубами в ее шею и подался к ней бедрами. Глаза Гермионы резко распахнулись. Каждый раз, когда Драко всасывал кожу на ее шее в рот, он толкался в область ее промежности. Сомнений абсолютно не возникало — он был возбужден. Она сжала во рту собственный кулак, чтобы заглушить вскрик, когда Драко углубил укус, и его каменная эрекция упиралась ей в бедро. — Драко, ты... Я чувствую... Мерлин, ты такой твердый. Драко замер, нависая над ней. Он выдохнул ей в шею, затем приподнялся на локтях. Выражение его лица стало нечитаемым, зрачки мгновенно сузились. — Ты же знаешь, что я не могу это остановить, — в хриплом голосе слышались стальные нотки. — Даже если мы всего лишь практикуемся. Гермиона прикусила губу и кивнула. Она всматривалась в его бледно-серые радужки, пытаясь отыскать хоть какой-то намек на его мысли, но он словно выстроил стену в своем сознании. — Это… Этого… Этого следовало ожидать. Стимуляция. Мозг и тело действуют по-разному. Это непроизвольно. — В самом деле. Непроизвольная стимуляция, — Драко отстранился от нее и откинулся назад на спинку, свесив ладони между разведенных коленей. Гермиона поправила воротник и юбку своего платья и снова села. Она пригладила волосы, но знала, что они уже безнадежно взъерошены. — Возбуждение, — произнесла она, пытаясь совладать с дыханием. — Скорее всего, так и будет происходить. Если мы занимаемся активностями сексуального характера. Итак… Итак, нам обоим стоит признать, что это может случиться даже во время практики. — Тут нет никакого «может», — обеими руками Драко потер лицо и сдавленно зарычал, затем потянулся к заднему карману брюк за сигаретами и прикурил одну, щелкнув пальцами. Выдыхая через нос, он опустил серебряный портсигар на мягкую обивку кушетки и выпустил две струйки дыма в направлении очага. — Мне бы не хотелось поднимать эту тему, будь на то моя воля, но поскольку ты сама расширяешь границы дозволенного, думаю, я должен сказать это, чтобы избежать сюрпризов в будущем. Те действия, которые ты одобрила в списке, определенно будут… Если мы станем их делать, у меня встанет. Не могу же я объяснить своему телу, что все происходящее лишь имитация. Упираясь локтями в колени, он сунул сигарету в уголок рта и покрутил одно из своих колец. — И, э-эм... Не думаю, что есть способ выразиться поделикатнее, но я мужчина немалых размеров. — Да ты выше шести футов ростом, Драко, и я прекрасно знаю, что ты не… Гермиона оборвалась на полуслове в миг, когда Драко откашлялся и указал на свои колени. Она проследила за его движением, понимая, на что он намекает, и отвернулась. — Оу. — Я никогда раньше не встречался с такой миниатюрной девушкой, как ты, — нахмурив брови, он задумчиво потер подбородок. — Если бы мы на самом деле были вместе, пришлось бы приложить массу усилий и приспосабливаться друг к другу. По крайней мере, с твоей стороны уж точно, думаю, ты можешь себе представить. Гермиона вглядывалась в языки пламени, не решаясь отвечать и пока не доверяя самой себе. Она представляла себе это. Она представляла себе это сотни раз за последние три года. Она брала во внимание его рост, чаще задумывалась все же о его весе, но этот конкретный аспект она не обдумывала. — Ты хочешь сказать, что... — Скажу тебе прямо и без всякого хвастовства: природа на мне не отдыхала, — Драко выпустил кольцо дыма над очагом. — И говорю тебе это потому, что... Если вдруг в клубе нам придется зайти настолько далеко, я совершенно уверен, что вопли «эта штуковина ни за что не влезет» выдадут нас с головой. — Тогда я должна увидеть его. Драко резко повернул голову и вперил в нее ошарашенный взгляд. — Что? Сейчас? Гермиона зажала рот обеими ладонями. — О Мерлин, Драко. Я могла бы сформулировать мысль лучше. Я имею в виду… — она опустила руки и сделала глубокий вдох. — Имею в виду, когда мы в следующий раз посетим клуб. Прежде чем мы покинем апартаменты. Я думаю, что должна… Я уже чувствовала его пару раз, так что должна увидеть его, чтобы дальше сюрпризов не возникало. — Ах. То есть не сейчас, — он ущипнул себя за переносицу. — Слава Мерлиновым яйцам за это. А то это случилось бы аккурат в тот момент, когда сюда входит Поттер. Или еще хуже, Пэнси. — Нет, не сейчас. Но мы должны, — она прикусила язык, сдерживая рвущийся вопрос, не против ли он такой откровенности. «Прямолинейная и агрессивная», — напомнила Гермиона себе. — Мы должны быть готовы. После затянувшейся, казавшейся вечностью, минуты он повел плечом. — Вполне возможно и так. Я точно не стесняюсь. Это одна из причин, по которым я хожу в клуб. Тогда оставим это до следующего похода в «Розу». Несколько минут они сидели молча. Драко пристально смотрел в огонь и курил, его щеки порозовели. Гермиона не осмелилась спросить, что сейчас занимало его мысли. Она старалась не думать о пропорциях, о неудобствах, к которым нужно было бы приспосабливаться, и о многолетних фантазиях, наконец-то оказавшихся в пределах досягаемости. Сделав последние затяжки, Драко бросил окурок в кострище и поднялся на ноги, повернувшись спиной, чтобы заправить рубашку в брюки. — Ладно, — он провел рукой по волосам, растрепав светлые пряди. — Мне пора. Не думаю, что я готов к продолжению нашей практики сегодня вечером. Гермиона заметила, как он похлопал себя по затылку, трижды. Ее рука потянулась к горлу, скользнула к пылающей точке на коже и припухлости, которые она уже ощущала. — Драко, — окликнула она. Он посмотрел на нее с высоты своего роста. Гермиона закрыла глаза и покачала головой. Что бы она сказала? Спасибо за засос? За практику? За эрекцию, которая была даже несмотря на то, что он знал, что все не по-настоящему? За план увидеть его голым в клубе? Ничего из этого она сказать не могла. — Неважно. Увидимся завтра на работе. Он склонился к ней и коснулся губами ее виска. — Поцелуй на прощание для моей девушки, — шепнул он, прежде чем выпрямиться и ласково похлопать ее по плечу. — Спокойной ночи, Грейнджер.

________

      Даже заклинанием не удалось усмирить копну кудрей, спутанную ловкими пальцами Драко, когда он прижимал ее к подушкам кушетки. Гермиона собрала волосы в свободный пучок, закрепив локоны палочкой, и зашла в дом. Прошаркав на кухню, она подошла к раковине и взялась мыть посуду, ей нужно было куда-то деть руки. Она все еще ощущала разгоряченную кожу Драко на своей ладони. Через несколько минут на кухню вошел Гарри, выудил из ящика кухонное полотенце, затем взял тарелку, которую Гермиона ему протянула. — Малфой, немного торопясь, впопыхах аппарировал отсюда, — произнес он, так и не взглянув на нее и вытирая тарелку рассеянными круговыми движениями. — Выглядел чем-то расстроенным. У вас двоих все в порядке? — Да, хорошо. Все хорошо. Мы… — она усердно норовила соскрести пятно засохшего соуса с тарелки, которую держала в руках. — Мы пытаемся узнать друг друга поближе. Так сможем быть более убедительны в нашем прикрытии. Не хочу ничем нас выдать и сорвать расследование. — Похоже, ты делаешь нечто большее, чем просто притворяешься для прикрытия, — Гарри покосился на нее и снова перевел сосредоточенный взгляд на окно над раковиной. — С тех пор, как он уже пару дней расхаживает с явным засосом на шее. И я думаю, у тебя завтра нарисуется собственный. Щеки Гермионы вспыхнули, и она склонила голову, продолжая оттирать засохший соус, но уже с гораздо большим усилием. — Мы это уже обсуждали, Гарри. Если мы с ним пара и вместе больше года, то уже были бы близки в физическом плане задолго до событий последних нескольких дней. Мы просто были очень осторожны. Но с тех пор, как наши отношения раскрыли, мы больше не скрываем этого. — Не думал, что «притвориться его девушкой» будет означать, что вы двое на самом деле займетесь физическим планом, — вкрадчиво произнес Гарри и положил тарелку на столешницу. — Особенно когда вы не в клубе. Он ведь ни к чему тебя не принуждает, правда? Выуживая вилку из наполненной водой раковины, Гермиона повернула голову и пристально взглянула на Гарри. — Что, во имя свободных эльфов, заставило тебя так подумать? Гарри потер шею кухонным полотенцем. — Это просто вопрос. — Нет, это не просто вопрос, — она бросила вилку в раковину, разбрызгивая мыльные пузыри. — Это вопрос с конкретным подтекстом, Гарри Джеймс Поттер. — Гермиона, я не ... — Гарри прислонился к кухонному столу и, тяжело вздыхая, скрестил руки на груди. — Послушай, я доверяю этому человеку на работе. Он хорошо себя проявил, насколько я могу судить. Но с тобой… здесь что-то другое... — Продолжай, — Гермиона прищурилась, когда он замолчал. — Сделай это, Гарри. Обвини Драко в использовании Империуса, чтобы заставить меня переспать с ним. Попробуй, ну же. — Это не то, что я собирался сказать, и просто не могу поверить, что ты так обо мне думаешь. — А почему бы и нет? Похоже, некоторые так и думают. Управляющая «Терновой Розы» четко дала мне это понять, спросив, а по своей ли воле я с ним, — Гермиона с каким-то необъяснимым остервенением мотнула головой так, что ее пучок норовил распасться, ей пришлось придержать его. — До сих пор он поддерживал только то, в чем я сама проявляла инициативу. Если у тебя проблемы с тем, как он ведет расследование, ты можешь спросить его, не давит ли он на меня. Гарри стянул с носа очки и протер стекла краем рубашки. — Гермиона, я спрашиваю не как его начальник и не как Главный аврор. Я спрашиваю как твой лучший друг. Он появился на месте преступления с синяком на шее, явно оставленным тобой. Он, очевидно, отплатил тебе тем же галлеоном. Еще был тот поцелуй возле ресторана — я видел фотографию в «Придире», и мне это даже отдаленно не показалось похожим на актерскую игру. А после, когда он не вернулся со мной… — Прекрати, Гарри, — она ухватилась за края раковины обеими руками. — Мы исполняем свои роли. Мы поступаем так, чтобы выглядеть как можно более правдоподобными. Гарри несколько секунд молча наблюдал за ней. — Вы делаете все уж слишком правдоподобно, насколько я могу судить, — он глубоко вздохнул и надел очки на нос. — Гермиона. Ты уверена, что это лишь работа для тебя? Гермиона еще крепче заколола пучок, поправляя палочку в волосах, и снова взялась за посуду. — Это работа. Это задание. Мы работаем под прикрытием, как пара, на этом все. Гарри отвернулся от нее. — Как скажешь, — он немного помедлил, затем опустил руку ей на предплечье. — Я хочу, чтобы ты была счастлива, Гермиона. Она кивнула, не отрывая невидящего взгляда от своих рук, опущенных в пенную воду. — Все хорошо. Мы все уладим. Это делается исключительно для расследования. Так что тебе не стоит суетиться. А теперь, если не возражаешь, я хотела бы закончить мытье посуды в одиночку. — Ладно, — он сжал ее руку и отошел. Гермиона оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что он ушел, и заметила его замершим в дверях. Он встретился с ней взглядом. — Если тебя устраивает, как обстоят дела с Малфоем, тогда ладно. Но я надеюсь, что ты не обманываешь саму себя, — его тихий голос отозвался в самом ее сознании. — Спокойной ночи, Гермиона.

________

      У двери кабинета Гарри Гермиона поморщилась. После их вчерашнего разговора на кухне неловкость во время завтрака, казалось, парила в воздухе. Но пока они поедали яичницу, оба сделали несколько робких попыток примирения: «Передай сосиску, пожалуйста», «Этот омлет — пальчики оближешь, не так ли?», «Да, он очень вкусный», «Ты допил сок?», и натянутость разговора сошла на нет. Они вернулись к нормальному общению. Все было хорошо. Она плечом толкнула дверь, крепко сжимая папки в руках. — Гарри, Малфоя нет на рабочем месте. Ты не знаешь, где он… — Погоди, — Гарри пристально посмотрел на лежащий на столе пергамент, глубоко вздохнул и подписал его. — Проклятая бумажка была заколдована так, что мне приходилось постоянно возвращаться в начало, если я не прочел все одним махом, — буркнул он. — И я понял это только с третьего раза. Они там в Комитете по экспериментальным чарам считают себя очень забавными. Он бросил пергамент в стопку исходящей корреспонденции на углу стола и откинулся на спинку стула. — Нашла что-то для дела Малфоя? Если он не на своем рабочем месте, то, скорее всего, в четвертом конференц-зале. Оккупировал помещение под нужды своего расследования. Уверен, что его просто слишком раздражали стажеры, снующие вокруг рабочего стола. Гарри устало поднял глаза, и Гермиона отступила на шаг в момент, когда его взгляд устремился прямо на ее шею. — Это что, отметины от зубов? — ужаснулся он. — Вчера вечером я их не заметил. Гермиона поправила шелковый шарф, который утром повязала на шею. Драко укусил ее чуть ниже горла, и она предположила, что сделал он это нарочно, оставляя больше шансов скрыть отметину. Она не собиралась скрывать это от него. Она хотела увидеть реакцию Драко, когда он заметит свою метку на ее шее. Реакция Гарри в ее планы не входила. — Он мой парень, Гарри, — брови Гермионы метнулись вверх. — Теперь все знают, помнишь? Мы говорили об этом. Гарри потер глаза и снова вздохнул. — Точно. Об этом мы и говорили, — он вытащил из стопки со входящей корреспонденцией очередной пергамент и сосредоточился на нем. — Значит, нам обоим есть чем заняться. Четвертый конференц-зал. Гермиона вышла из кабинета Гарри и направилась вниз, дальше по коридору к конференц-залам. В четвертом помещении никого не оказалось. Она увидела две большие доски, увешанные фотографиями с мест преступления и пометками, сделанными тремя разными почерками. Стол был завален папками, скомканными клочками бумаги, пустыми кофейными кружками, упаковками от снеков, обертками от сладостей и коробками из-под еды навынос. Гермиона положила свои папки, собрала со стола весь накопленный хлам и выбросила его в наполненное практически до краев мусорное ведро. Грязные кофейные кружки заставили ее поморщиться, она собрала их и убрала в каталожный шкаф. С одной из сторон стола, на спинке стула висел черный костюмный пиджак. Гермиона разгладила складку на лацкане, гадая, не воображает ли себе, что все еще чувствует тепло тела Драко на тонкой шерсти. Она внимательно изучала фотографии, медленно двигаясь вдоль линии. Похоже, единственным связующим звеном среди четырех жертв были следы от веревок на их телах, синяки и римские цифры на внутренней стороне бедер. Она услышала низкий голос Драко за дверью и отошла от доски, сцепив руки за спиной. Он неспешно вошел в конференц-зал и тут же отвернулся, заговорив с кем-то в коридоре. Гермиона была благодарна всем магическим богам за то, что он не мог видеть ее, а именно ее отвисшую в этот момент челюсть. На пороге стоял Драко: в левой руке — кофейная чашка, рукава закатаны до локтей, на фоне белой рубашки ярко контрастировала плечевая кобура с волшебной палочкой. Гермиона не могла отвести от него глаз. Она прекрасно знала, что на его левом предплечье все еще виднеется темная метка, но вот на правой руке было нечто, чего она увидеть не ожидала. От запястья до локтя тянулось вытатуированное черными чернилами созвездие. Из-под закатанной манжеты выглядывала черная змеиная голова. Он повернулся, чтобы войти в зал, но так и замер в дверях. — Гермиона, — его быстрый взгляд скользнул по ее шее, прежде чем Драко едва прикрыл за собой дверь, оставляя небольшой зазор. — Не ожидал увидеть тебя здесь. — Татуировки, — выпалила она и стукнула себя по лбу. — Файлы. Я принесла несколько файлов из архива. Он тихо ухмыльнулся и подошел ближе, протягивая ей правую руку. — Ты ведь еще их не видела, правда? Присмотрись внимательно. И догадайся с первой попытки, что это за созвездие. Гермиона пальцем невесомо проследила за узором звезд, не касаясь его руки. — Дракон, — она взглянула на него снизу вверх. — Это Дракон, конечно. — Кое-кто был весьма внимательной на уроке астрономии, — он прислонился к столу и отхлебнул кофе. — Мне пришлось его сделать. Когда человека называют в честь созвездия, то это даже как-то обязывает, ты не находишь? — А эта? — ее пальцы остановились над змеиной головой. — В честь Слизерина? — Не совсем, хотя я не препятствую людям так думать. Мой татуировщик придумал новую технику, которую он хотел протестировать, так что это был подарок. Тату движется, если к нему прикоснуться, — несколько мгновений он пристально смотрел на Гермиону, затем двинулся с места так, что ее пальцы коснулись его кожи. Змеиный язык скользнул вдоль всей руки, петляя среди звезд и облизывая рельефное очертание запястья. — Не стесняйся, — пробормотал Драко. Он протянул руку и заправил кудрявую прядь ей за ухо, пальцы скользнули вниз по ее подбородку. — Мы уже говорили об этом. Все должно выглядеть реальным. Нам нужно научиться предугадывать, как другой из нас отреагирует и на простые прикосновения, и на нечто более интимное. Гермиона кивнула. Она взяла его за руку и повернула ее так, чтобы созвездие было ровным вертикальным, затем провела пальцем от хвоста до неровных линий головы. — Я бы постоянно водила пальцами по этим линиям, — она поменяла положение и остановилась между его ног, прижимаясь к нему спиной, и вытянула его руку перед собой. Взгляд Гермионы устремился вглубь зала, а ладонь порхала вдоль предплечья Драко, оглаживая татуировку пальцами, затем устремилась вверх, касаясь змеиной головы и заставляя длинный раздвоенный язык выскользнуть вновь. — Вот так. Как будто я даже не осознавала бы, что делаю это. Она почувствовала, как глубоко он вздохнул. Его пальцы скользнули по ее боку, сжали изгибы и обвились вокруг талии. Его дыхание щекотало волосы, и она ощутила, как он легко коснулся губами ее макушки. — Бессознательные действия, — пробормотал он. — Привычки. После года отношений, мы уже знаем, что нравится каждому из нас. Гермиона что-то промурчала и повернулась в кольце его рук достаточно, чтобы поднять голову и взглянуть на него. — Мне это нравится, — выдохнула она, когда Драко наклонился и оставил легкий поцелуй в уголке ее губ. Затем полностью развернулась в его объятиях, приподнялась на цыпочки, одну ладонь положила ему на грудь, а другой — стянула со своей шеи шарф. Она пристально глядела ему в глаза, пальцами похлопывая по синяку. — И это мне тоже нравится. Его дыхание стало более рваным, под ее рукой сердце учащенно забилось, когда он опустил почти безумный взгляд на ее шею. Она пальцем очертила отметины от его зубов, и глаза Драко потемнели, напоминая жидкое серебро. Гермиона сомкнула руки вокруг его шеи, притягивая Драко к себе для поцелуя. — Даже когда мы одни, — шепнула она ему в губы. — Именно так мы и договорились. — Мы вернулись, аврор Малф… Ой! Хотите, мы зайдем чуть позже? — подавив тихий смешок, спросила девушка. Драко крепче сжал талию Гермионы, и из его груди вырвалось глухое рычание, когда в зал вошли двое стажеров Аврората. Гермиона опустилась с цыпочек на пол и отошла на шаг, поправляя шарф. — И правда, Малфой, — она сверкнула ему улыбкой. — То, что все знают, еще не значит, что мы можем миловаться на работе. Драко снова схватил свой кофе, принюхался к нему и поморщился. Из кобуры он вытащил палочку, постучал ею по ободку чашки и пробормотал согревающее заклинание. — Думал, мы еще несколько минут побудем наедине, — он уселся на стул, на спинке которого висел его пиджак. — Но, очевидно, мои стажеры очень эффективно справляются с доставкой заказанных обедов. Гермиона Грейнджер, познакомься со стажерами Аврората — Коттерилл и Чоудхури. Гермиона обошла стол и подошла к тому углу, на который ранее положила папки. Девушка улыбалась ей, распаковывая новые коробки со свежей едой навынос. — Присоединяйтесь к нам, мисс Грейнджер, — махнула Коттерилл. — Если вы в состоянии вынести разговоры о телах и увечьях за едой. Сегодня у нас греческое меню. Гермиона искренне рассмеялась. — Я все время терплю разговоры о работе за обедом, — парировала она. — Выберу спанокопиту, если она есть. Чоудхури пододвинула коробку к ней. — Вегетарианская мусака для меня и долмадакья для Коттерилл, а тройной заказ кебаба из баранины для Малфоя, — она толкнула к нему коробку вдоль стола. — Мы бросали монетку, чтобы выбрать место для заказа еды, и он проиграл, но все равно оплатил счет. Драко отодвинул запакованную еду в сторону, разложив перед собой папки. Гермиона выхватила из его рук чашку с кофе и вернула коробку на место, прямо перед ним. Драко закатил глаза, но коробку открыл и, выудив один из кебабов, стал рассеянно грызть мясо, просматривая свои файлы. — Ладно, Коттерилл, — подал голос он. — Что вы нашли в Лидсе? — Никаких свидетелей в окрестностях, где было сброшено тело, убийцы нам совсем не помогают, — признала она. — Но мне все-таки удалось опознать жертву. Показала ее фотографию среди тамошнего сообщества волшебников и, наконец, получила зацепку. Драко моргнул. — Повтори-ка еще раз? Коттерилл поморщилась. — Вы были правы, сэр. Местное отделение Йоркшира просто бесполезно. Слабое оправдание для них, ведь раньше мы не знали, что дело о серийном убийце, но все же. Они едва ли отрывали от рабочих мест пятые точки. Обошли округу только с описанием внешности, но не удосужились сделать фотографию. Темноволосая женщина лет двадцати? Да каждая вторая в Лондоне подходит под это описание, — она обвела рукой стол. — Даже в этой комнате таких трое. — То же самое у меня, — Чоудхури взмахнула вилкой. — Физическое описание, фотографии нет. Рыжие волосы, лет двадцати пяти. Вообще мало толку, — она покачала головой. — Не хочу показаться бестактной, сэр, но все отделение нуждается в переподготовке. — Пенсионеры, — ответил Драко. — Йоркширское отделение — это то место, куда посылают авроров не первой свежести. Большинство из них просто коротают время, отсчитывая минуты до получения золотых карманных часов, — он переместил две папки на вершину беспорядочной стопки, чертыхаясь на манеру написания рапортов внутри, потер глаза и вытащил очки из внутреннего кармана пиджака. Гермиона затаила дыхание, пытаясь заставить себя не издавать одобрительных звуков слишком громко. Она хотела обдать горячим воздухом эти линзы, чтобы они запотели, и всерьез задумалась попросить стажеров покинуть помещение, чтобы она могла это сделать. Отводя от Драко затуманенный взгляд, она смахнула несколько крошек теста обратно в коробку. — Глаза снова болят? — поинтересовалась Гермиона. Драко хмыкнул. — Эти отчеты писал Харрисон. Все равно что соплохвост щупальцем. Ты просто взгляни на это, — он повернул к ней документы. Гермиона украдкой бросила на стажеров взгляд из-под ресниц, затем опустила ладонь на руку Драко, пролистывая файлы. — У меня есть зелья для снятия напряжения глаз, — она сделала вид, что не замечает глумливых взглядов, которыми обменялись Коттерилл и Чоудхури. — Прими сегодня перед сном. Губы Драко тронул легкий намек на улыбку, когда он посмотрел на Гермиону. — Те самые мелочи, не так ли? — он вернул документ обратно и добавил пометку на верхней странице каждой папки. — Значит, вам обеим удалось установить личности? Коттерилл кивнула. — Первая жертва, — она взмахнула палочкой, чтобы фотография отлевитировалась от стены вперед и изображение увеличилось. — Мэдисон Райли, двадцать четыре года. Официантка в ресторане среднего класса. Тихая, замкнутая в себе. Жила одна, насколько известно ее коллегам. У нее был парень, но никто не был с ним знаком. Чоудхури подняла свою волшебную палочку, и на первый план выплыла вторая фотография. — Эллен Дональдсон, двадцать два года. Тоже тихая и замкнутая. Квартиру делила с соседкой Эрин Бойер, которая не удивилась, когда та не вернулась домой. Она отличалась тем, что проводила со своим бойфрендом несколько недель подряд, но у соседки на него ничего не было, кроме имени «Рис». И то, она не была уверена в этом. Похоже, что Бойер не сильно переживала, потому что арендная плата была выплачена за год вперед, что, кстати, показалось мне странным. В волшебном реестре нет никакой информации о трудоустройстве Дональдсон, так что я еще не выяснила, откуда у нее деньги. Может быть, она работает в магловском мире? — Или у нее есть другой источник дохода, — Драко приподнял брови. — Моя зарплата не соответствует моим финансовым отчетам. Возможно, вы сможете получить информацию по ее счетам, если только они не в Гринготтсе. Я поговорю с ними, если они все же там. Гермиона молча ела, наблюдая за работой авроров: как те обсуждают расследование, как идеи витают в воздухе, как новые заметки прикрепляются к стене, как другие отбрасываются. Она была очарована тем, как Драко работал с двумя стажерами. Он позволял им взять на себя инициативу по нескольким пунктам, перенаправлял их в нужное русло, когда они начинали петлять по касательной, приободрял их, когда они сомневались. Она видела намеки схожести с отцом в его манере работать, в его уверенности и контроле, но он был гораздо мягче, чем, вероятно, мог быть Люциус. Он вел вместо того, чтобы приказывать. Драко повернулся к ней. — Ты сказала, что принесла какие-то документы, — вспомнил он. — И что же ты нашла? Гермиона вытерла пальцы салфеткой и кивнула. — Я вспомнила, как вы с Гарри однажды говорили, что убийство — это эволюция. Эскалация преступного поведения. Я покопалась в архивах, искала любые преступления, связанные с веревками, за последние двадцать лет. — Почему всего за двадцать лет? — Драко вопросительно изогнул бровь. Гермиона постаралась скрыть улыбку. Она задумалась, а знал ли он, что сейчас говорит с ней в том же тоне, как и со стажерами, когда расспрашивал их о расследовании. Не покровительственно, а, скорее, побуждая к дальнейшим объяснениям. — Всем жертвам от двадцати до тридцати лет, так что я экстраполировала этот факт на возраст подозреваемого, плюс десяток-два. Затем я сузила поиск до насильственных преступлений с сексуальным контекстом — посягательства, изнасилования, — а затем сузила их еще больше до жертв женского пола. — У нашего подозреваемого нет сексуального мотива, — парировала Коттерилл. — Никаких изнасилований, никаких следов травм. Драко откашлялся, и на его острых скулах появился легкий румянец. — Судя по узорам, веревка, которой он связывает жертв, имеет сексуальный аспект. Это хорошая идея. Гермиона убрала остатки своей спанокопиты в сторону, на короткий вдох избегая взгляда Драко. Она была уверена, что он думает о том же, о чем и она, вспоминая людей, которых они видели в комнате шибари в «Терновой Розе». В той комнате сексом вообще не занимались, но это была одна из самых эротически заряженных сцен, за которой она когда-либо наблюдала. И он сказал, что знаком с искусством связывания. Гермиона надеялась, что у них будет время изучить это. Она задвинула это воспоминание на задворки своего разума и придвинула стопку папок к себе. — Я нашла почти три дюжины отчетов, соответствующих этим параметрам. Большинство из них — единичные инциденты, а более половины — привели к арестам в течение недели, — Гермиона разложила папки, указывая на цветные ярлычки, которые наклеила на каждую. — Это все остальное. Красный — нераскрытые, синий — есть общие черты, и ... — она осознала, что все трое авроров пристально наблюдают за ней, и покраснела. — Я подумала, что это может помочь. — Мисс Грейнджер, — ахнула Чоудхури, просматривая одну из папок. — Если решите перевестись в Отдел магического правопорядка, вас примут с распростертыми объятиями. Возможно, со слезами радости на глазах. Драко улыбнулся Гермионе, не отрывая губ от чашки с кофе. — Распростертые объятия — несомненно. Спасибо, Гермиона. Это значительно сэкономит время. Всякий раз, когда захочешь провести какое-то исследование для моей команды, я с радостью приму эту помощь. Отличная работа. Гермиона ощутила, как ее щеки залились жгучим румянцем. Она не была уверена, что он заметил в буклете подчеркнутое ею словосочетание «кинк на похвалу», но даже если сейчас его лестные слова были сказаны ненамеренно, по ее телу они разнеслись колкими мурашками. — Не за что. Мне надо… Мне надо идти. Не буду отвлекать. Надеюсь, вы найдете зацепку, — она встала и, проходя позади него, опустила руку ему на плечо, затем остановилась. — О! Я чуть не забыла, — Гермиона пошарила в кармане юбки и выудила серебряный портсигар, затем положила его перед ним на стол. — Ты оставил это у меня, — она легко коснулась синяка на его шее, прежде чем улыбнуться стажерам. — Коттерилл, Чоудхури. Приятно познакомиться. Держите его подальше от неприятностей, ладно? — Если они смогут это сделать, то сразу же получат повышение, — Драко оторвал взгляд от папок и озорно подмигнул ей. — Не забудь, сегодня вечером матч по квиддичу. — Мы с Пэнси будем там. Поболеем за наших мужчин.

________

      Гермиона одернула мягкий, видавший виды слизеринский квиддичный джемпер, который прислал ей Драко. Когда она вернулась домой, его гигантский филин ждал у окна, сжимая в одной лапе зеленый бумажный пакет. Записка аккуратным почерком гласила: «Моя девушка стащила бы это у меня. Надень его на матч». Джемпер был настолько длинным, что свисал до колен, высокий ворот и длинные зеленые рукава, казалось, поглотили ее полностью. Она надела его поверх джинсов, несколько раз подвернув рукава. Только когда три разных человека на стадионе окликнули ее «Малфой», она поняла, что на спине у нее фамилия Драко. Они с Пэнси вышли на квиддичную арену, миновали подтрибунный тоннель и широкую травянистую зону вокруг поля. Пэнси повела ее прямо к скамейке для игроков, расположившейся с одной стороны. — Разве нам можно находиться здесь? — подняв глаза, Гермиона увидела вдалеке фигуру, проверяющую кольца на одной из половин поля. — Мы не игроки. — Нам можно, — ответила Пэнси. — Меня никто никогда не останавливает. — Ты жена Главного аврора, кто тебя остановит? — В яблочко, — Пэнси ухмыльнулась, пихнув ее в плечо. — А ты — девушка игрока, так что молчи. А вот и они. Мужчины и женщины, одетые в простые белые джерси с длинным рукавом и бриджи, аппарировали в место, окруженное двумя скамьями, несколько игроков все еще натягивали перчатки и надевали на голени щитки. Большинство появились с мягкими хлопками в вихре ярких цветов. Гермиона подпрыгнула, когда Драко показался в клубах черного дыма и с громким, раскатистым треском. Он поднял руку в знак приветствия и наклонил голову, прислушиваясь к говорившему что-то аврору, которого она не узнала. Гермиона воспользовалась случаем и шепнула Пэнси: — Я уже дважды видела, как он аппарирует вот так. Это нормально? Мне следовало бы знать. Ну, я же его девушка. Пэнси на мгновение зажмурилась, потом кивнула. — Для него — да, — она коснулась левой руки Гермионы, многозначительно приподняв брови, и Гермиона попыталась не выдать эмоцию, вспоминая, как видела аппарирующих Пожирателей смерти. Они все как один появлялись в клубе черного дыма. Она надеялась, что Драко этому обучала не тетушка, по крайней мере, не на одной из тех тренировок, которые преследовали его в воспоминаниях. Драко закончил разговор и подошел к ним, одной рукой обнимая Гермиону за плечи, в другой — держа метлу и кожаную сумку для снаряжения. — Паркс, снова злоупотребила брачными узами и прокралась на поле? — возмутился он. — Ты учишь… Ты подаешь Грейнджер плохой пример. — В итоге ты будешь чертовски благодарен за то, чему я ее научила, — лукаво подмигнула Пэнси. Она поморщила нос, глядя на него, и направилась к Гарри, стоявшему в центре аврорской группы. Драко мотнул головой и посмотрел на Гермиону. — Раз уж ты здесь, то можешь мне помочь, — он выпустил ее из объятия и опустился на скамейку, к которой прислонил метлу. Затем достал из сумки перчатки и надел одну, прежде чем протянуть Гермионе руку ладонью вверх. — Застегнешь? Гермиона приподняла брови и встала между его широко расставленными ногами. Она затянула ремешки, заставляя себя сосредоточиться на них, но взгляд сам собой опускался, оглаживая рельефы его подтянутого тела. Игроки носили защитный каркас под своей формой, но не это объясняло ширину его плеч под хлопком джерси или то, как плотно бриджи облегали бедра. Она была прижата его телом не раз, чтобы понимать, что форма, наоборот, только прикрывала все великолепие. Он протянул ей вторую перчатку, и она взяла ее, изучая, как именно кожаная ткань должна сидеть на его руке. Сначала она повернула ее не той стороной, потом фыркнула сама на себя и развернула правильно. Другой игрок сел рядом с ними, и Драко мельком взглянул в его сторону. Он трижды коснулся коленом ее ноги. — Кстати, — отозвался он. — Моя фамилия тебе очень идет. Гермиона уронила перчатку. Она пискнула и нырнула под скамейку, опускаясь на колени между разведенных бедер Драко. Он уставился на нее широко раскрытыми глазами, потом резко зажмурился и глубоко вздохнул. Мужчина, сидевший рядом с ними, ткнул Драко в плечо. — Особенно, пока она там внизу, да? Драко медленно повернул голову и бросил на мужчину такой убийственный взгляд, что тот дернулся от парочки в сторону и отвернулся. Гермиона прикусила губу и посмотрела на Драко. Притворство. Девушка. Чтобы их роли выглядели как можно более реальными. Не сводя пристального взгляда с серых глаз Драко, она положила перчатку на скамейку рядом с ним, упираясь обеими руками о его бедра, грациозно поднялась на ноги, скользя губами в нескольких дюймах от его живота. — Может быть, после матча, — ее губы тронула лукавая ухмылка. Его зрачки мгновенно расширились, внезапно потемневший возбужденный взгляд обжигал, рассылая по коже Гермионы рой мурашек. Ее пальцы дрожали, когда она схватила перчатку и натянула ту поверх рукава его джерси. Он не отводил глаз от ее лица, пока она затягивала пряжки. Гермиона завершила свои нехитрые действия и сделала шаг назад, но он обвил ее запястье и дернул на себя ближе так, что ее ноги оказались прижатыми к внутренней стороне его бедер. — Поцелуй на удачу, — его голос вновь упал до соблазнительного рыка, когда он трижды проворно коснулся внутренней части ее запястья. Гермиона облизнула губы, сердце колотилось, как ненормальное. Она скользнула ладонями по его плечам и сцепила пальцы на его шее. Драко сжал руками ее бедра по бокам и притянул к себе на расстояние вдоха. У Гермионы задрожали коленки. Его руки были настолько огромны, что пальцы касались внутренней части ее бедер, обхватывая их вокруг. Даже сквозь джинсы она чувствовала жар его ладоней, но это было все равно что капля в море, по сравнению с жаром его поцелуя. Он не колебался, не сдерживался, как раньше. Драко провел языком по ее губам, и как только она их приоткрыла, он с готовностью скользнул внутрь. Сильные руки пробежались вверх по ее бедрам, нырнули под джемпер, огладили ягодицы и легли на голую спину. Гермиона вздрогнула. Ей хотелось стоять здесь вечно, чтобы ладони Драко ласкали кожу, а его губы грубо засасывали ее в головокружительный танец. Он прижался к ней сильнее и углубил поцелуй, массируя пальцами спину. Когда он прервал эту сладкую пытку, ее колени подогнулись. Она плюхнулась на бедро Драко, опустив голову на его плечо. — Дай мне минутку, — стараясь усмирить дыхание, пролепетала Гермиона в хлопок его джерси. Она прикоснулась к губам, подозревая, что они уже распухли. Он целовал ее крепко, как будто претендовал на нее, называя своей, и желал, чтобы все видели, как он это делает. Драко ухмыльнулся в своей излюбленной манере и скользнул одной рукой по ее спине вниз. Она уловила, как он отсалютировал двумя пальцами в сторону кого-то вне поля ее зрения, кого-то, кто похотливо присвистнул. — Как будто ты никогда не делала этого с Поттером, — окликнул он. Пэнси остановилась перед ними, обнимая Гарри за талию. Она окинула их своей фирменной ухмылочкой. — Ну что мне сказать? Я люблю игроков в квиддич, всегда любила. Ты знаешь, о чем я толкую, Грейнджер, — она ущипнула Гарри за ногу сзади, заставляя того от неожиданности подпрыгнуть. — Квиддичные бедра, — подмигнула Пэнси. Гермиона сделала глубокий вдох, поцеловала Драко в щеку и, обдавая теплым воздухом, шепнула ему на ухо: «Удачи!». Дрожь все еще пробегала по ее телу, когда она поднялась на ноги. И тут ладонь Драко устремилась вниз по ее руке, чтобы поймать и сжать ее пальцы, прежде чем она уйдет с Пэнси. Гермиона оглянулась и перехватила теплую улыбку, все еще касающуюся его губ, когда он корпусом развернулся к Гарри и завел с ним разговор. Они с Пэнси подошли к первому ряду трибун. — Отличные места, — Гермиона сканировала взглядом толпу игроков, выискивая блондинистую голову. — Привилегии отношений с игроком, — Пэнси уселась на свое место. — Плюс бесплатные закуски, если ты любишь чипсы и пиво. Обе команды со своими метлами вышли на центр поля, окружая рефери. Похоже, между Драко и Гарри возник спор, затем арбитр наколдовала большую монету и взмахнула палочкой, заставив металл вращаться в воздухе. Когда монетка опустилась на землю, Драко вскинул руку в жесте грубом и победном одновременно, четко различимом даже с такого расстояния. Гарри эту грубость вернул, прежде чем поплестись на противоположную сторону круга, присоединяясь к команде Отдела международного магического сотрудничества. Гермиона недоумевала, как игроки разных команд будут различать друг друга, если все одеты в белое, но тут рефери подняла палочку, джерси на всех зарябили, постепенно меняя цвет. Драко и сборная Отдела магического правопорядка оказались в синем, Гарри и Международники — в оранжевом. Игроки сели на метлы и взмыли в воздух. Гермиона не сводила глаз с Драко. Он парил в нескольких футах над землей, удерживая метлу под острым углом, и одновременно резво жестикулировал женщине в синем. Когда она взлетела, Драко поднял голову, прикрыв глаза рукой. Гермиона не могла разглядеть, но казалось, что он ухмыляется. Он наклонился над своей метлой и взмыл вверх, выписывая пируэты вокруг оси древка, когда приблизился к трибуне, где она сидела с Пэнси. Оказавшись на уровне их глаз, он затормозил и завис в воздухе. Глядя прямо на Гермиону, Драко вращался, пока не оказался вверх ногами. Он отпустил руки и повис, скрестив их за головой. Метла оставалась абсолютно неподвижной в воздухе, когда Драко согнулся и коснулся ее лбом. Один, два, три подъема, его ноги зафиксированы вокруг древка. На четвертом разе он оторвал ноги от опоры. Она видела, как напряглись мышцы его бедер, которыми он удерживал себя на весу, совершая еще один медленный подъем. Гермиона осознала, что вцепилась в воротник джемпера Драко, оттягивая шерсть от горла, словно ей нужно было больше воздуха. — Да, — она уловила шепот Пэнси рядом с собой. — Я же говорила тебе. Порочно. Драко вернул ноги на железную опору, развернулся в обычное положение, выпрямился и запустил обе руки в волосы, пропуская платиновые пряди сквозь пальцы. Он подмигнул ей и поспешил занять свою позицию, когда рефери дала свисток. Бладжеры и снитч уже рассекали воздух, арбитр высоко подбросила квоффл. Гермиона сделала несколько попыток следить за ходом игры, но ее взгляд то и дело возвращался к синему джерси и светлым волосам где-то высоко над трибуной. Драко низко опустил корпус над метлой, руками свободно обхватывал древко и, вертя головой, тщательно сканировал область над полем. Она ничего не могла поделать, возвращаясь в мыслях к матчам, которые она смотрела еще в Хогвартсе до войны. Гермиона вспомнила, как наблюдала за Драко во время матчей Гриффиндор-Слизерин. Для видимости, разумеется, она наблюдала за ним, лишь бы понять, когда — а не если — он сжульничает во время матча. И это даже было правдой в первый год или два его игры. Затем он начал подрастать, стал выше, и она начала замечать его руки — то, как они держали перо, как охватывали палочку — и во время большинства матчей она, радуясь голам Гриффиндора, все же опаздывала на полсекунды с победным улюлюканьем, не поспевая за друзьями по факультету, потому что смотрела на руки Драко, крепко сжимающие метлу. Как делала это и сейчас. Время от времени он регулировал свой захват, перемещался в воздухе и сканировал другой участок неба. Она перевела взгляд на Гарри и убедилась, что он делает то же самое, оба ловца выискивают маленький золотой снитч. Гермиона попыталась сама уловить резвые движения золотистых крыльев, но знала, что не обнаружит их. Она ни разу не замечала его раньше, чем это делал ловец. Гермиона снова посмотрела на Драко, позволяя себе полюбоваться тем, как блестят на солнце его волосы. Он будто слился с метлой в единое целое, чувствуя себя настолько в своей тарелке, словно тренировался летать с того самого дня, как сделал свой первый шаг, будучи еще младенцем. Она задумалась, каково это — лететь с ним, располагаясь между его ног, когда его руки крепко обхватывают ее талию, а метлу бы он направлял лишь усилием мускулистых бедер. Может быть, его ладони скользнули бы ей под рубашку, а губы в этот момент целовали ее в чувствительную точку за ухом, он притянул бы ее к себе, чтобы она потерлась о его выдающийся… Сильнейший треск эхом раскатился по полю, и Драко резко повернул голову. Еще до того, как Гермиона смогла обнаружить источник шума, Малфой уже мчался вперед, низко склонившись над метлой. Пэнси схватила ее за руку. — Падают, — она указала на дальний фланг поля. Пара игроков, сцепившись друг с другом, потеряли контроль и стремительно набирали скорость, срываясь с огромной высоты. Гарри рванул вперед, сверкнув оранжевой полосой мимо трибун, преследуя несущийся на опережение синий силуэт Драко. Гермиона прикусила губу, Пэнси крепче вцепилась в ее руку, когда оба мужчины молниеносно бросились вслед за падающими игроками, их метлы были почти перпендикулярны полю, когда они синхронно подныривали под преграды. Гермиона вскочила на ноги, перегнулась через край ограждения трибуны и с замиранием сердца, колотящимся где-то в горле, наблюдала, как Драко убирает руки с метлы. Он заметил это раньше нее, раньше всех остальных. Во время кульбита один из летящих вниз игроков потерял хватку и упал с метлы. Драко прибавил скорость и помчался вниз, все быстрее и быстрее. Он повернулся в сторону, резко наклонился и подставил плечо под живот падающей женщины, обхватив руками ее ноги. Резкое столкновение заставило их совершить опасный кульбит в воздухе, вынуждая Драко бороться за контроль над метлой и игроком. Гермиона не видела ничего, кроме развевающегося вихря из оранжевого и синего джерси и головокружения от вида стремительно падающих людей. Она крепко прижала воротник джемпера Драко к подбородку. На ближнем фланге поля, в дюжине футов от земли, метла Драко врезалась хвостом в высокий столб одного из колец. Потерявший сознание игрок отлетел в одну сторону, Драко — в другую. Гермиона в ужасе зажала рот руками, чтобы сдержать крик, когда они оба скользнули по траве. Она не знала, как очутилась на поле — возможно, бежала; возможно, аппарировала. Единственное, что Гермиона знала, — она прыгнула и обнаружила себя на краю поля, наблюдая, как Драко качает головой и, пошатываясь, поднимается на ноги, вдоль одной стороны белых бриджей — зеленая полоса от приземления на траву, джерси разорвано на плече, губа кровоточит. «Успокойся», — приказала себе Гермиона. «Сохраняй спокойствие», — она сделала глубокий вдох. Она ринулась вперед и ударила Драко в грудь. — Ты идиот! О чем ты только думал? Ты мог серьезно пострадать, ты мог умереть. Драко отшатнулся, подняв обе руки и широко распахнув глаза. — Грейнджер, я ... — Ты идиот, Драко Люциус Малфой, полный и...и... И я не знаю! Мне не приходят на ум другие ругательства! — она снова стукнула его по груди. — Я думала, что сейчас увижу, как ты… тебя ... — ее голос сорвался. Драко схватил ее за плечи и притянул к себе, одной рукой зарываясь в ее волосы. — Гермиона. Я в порядке. Она замотала головой, крепко обняв его за талию. — Ты ранен. — Ничего страшного. Сорвался с метлы, разбил губу. Вот и все. Бывало и хуже, — он запустил пальцы под ее кудрявую копну и погладил по шее. — Клянусь, Гермиона, я в порядке. На расстоянии можно было услышать, как люди бросились на поле, пытаясь привести в чувство упавшего игрока. Где-то, она знала, Гарри и другой игрок получают свою долю внимания. Все это не имело никакого значения. Гермиона ухватилась за Драко, мелкая дрожь пробегала по ее телу, и слезы застилали ей глаза, она пыталась дышать ровно и почувствовать уверенность, что вот он — стоит с ней рядом, целый и почти невредимый. Она вытерла щеки о его потрепанное джерси, подняла на него взгляд обеспокоенных глаз и обхватила руками его за шею. Лишь на миг Гермиона подумала об их сигнале, о трех касаниях, и решительно отбросила эту мысль подальше. Все вокруг уже были уверены, что она его девушка. Бояться за него было чем-то естественным. Поцеловать его с чувством облегчения — также естественно. Она притянула его к себе ниже, одновременно приподнимаясь на цыпочки. — Ты напугал меня, — выдохнула она ему в губы. Гермиона почувствовала привкус крови на его губах, и это заставило ее вздрогнуть от новой волны беспокойства. — Не делай так больше. Драко крепче обнял ее, сцепляя руки за ее хрупкой талией, и оторвал от земли. Гермиона уперлась носками туфель о щитки на его голенях, обхватив руками его за плечи. Он целовал ее нежно и медленно, шепча между каждым трепетным касанием губ: «Со мной все в порядке, Гермиона. Я не ранен, клянусь». Он опустил ее на землю и положил ладони ей на спину, приподняв голову настолько, чтобы поцеловать в лоб. — Я не могу обещать, что подобное не случится снова, — пробормотал он. — Я аврор, Гермиона. Это опасная работа. Я постоянно рискую. Тебе придется смириться с этим. Она недовольно шмыгнула носом, откинула голову назад, чтобы заглянуть ему в глаза. — Тогда тебе придется смириться с тем, что я снова на тебя накричу. Снова и снова. Каждый дракклов раз. Ты в моем списке, Драко Малфой, а я кричу на тех, кто мне дорог. Драко смотрел на нее мгновение и улыбнулся. Сердце Гермионы пропустило удар. Она никогда не видела у Драко такой улыбки, ни разу за те годы, что знала его. Его губы растянулись так широко, что на щеках обнажились маленькие ямочки. Его глаза блестели серебром, на коже вокруг них проявились характерные морщинки. Он наклонил голову и снова поцеловал ее, все еще улыбаясь, когда выпрямлялся. — Я буду настаивать на этом, — произнес он. Гермиона убрала руки с его шеи и отступила на шаг. — Тебе следует… Пусть кто-нибудь осмотрит тебя, — она прикоснулась к губам. — Залечи этот ушиб. И мне нужно... Мне нужно найти Пэнси. Драко взглянул куда-то ей за спину и склонил голову набок. — Кажется, она сама тебя нашла, — он коснулся ее руки, ладонью медленно скользнул вниз, чтобы сжать ее пальцы. Затем подошел к уже пришедшей в сознание женщине и к целителям. Гермиона обернулась и увидела стоящую позади Пэнси: ее глаза были широко распахнуты, рот приоткрыт в изумлении, а на лице застыло выражение абсолютного шока. — Что? — выпалила Гермиона. — Я… Я беспокоилась о нем. Он… — Да похер на это, Грейнджер, — ругнулась Пэнси. — Он улыбнулся тебе. — Он много улыбается, Пэнси. Пэнси покачала головой. — Нет, ты не понимаешь. Он улыбается, потому что от него этого ждут, потому что ситуация требует этого. Иногда даже от хорошего настроения. Но это? — она окинула внимательным взглядом Драко и вновь посмотрела на подругу. Зеленые глаза Пэнси блестели от испытываемой ею эмоции. — Гермиона. Это была настоящая улыбка Драко Малфоя. И она была для тебя.