Глава 13

На следующее утро, когда Драко спустился вниз после принятого душа, кухня, к сожалению, уже не пустовала. Гарри сидел за обеденным столом, уткнувшись лбом в деревянную поверхность и одной рукой крепко сжав все еще дымящуюся кружку. А наполненный кофейник стоял в стороне. Драко даже не пытался быть тенью и бесшумно пересечь кухню. — Доброе утро, Поттер, — поздоровался он, взяв большую кружку с верхней полки кухонного шкафа. Его волшебная палочка лежала рядом с кофейником, и, подойдя к столу, Малфой убрал ее в задний карман брюк, где уже был портсигар. — Из всех возможных звуков… — пробурчал Гарри, не отрывая лба от стола, — которые, как я полагал, могу услышать на своем веку… Ни разу. Ни единого раза не допускал мысли, что услышу такое, как сегодняшним утром. И если бы только мог изнутри очистить свою черепную коробку ершиком, чтобы слова «пожалуйста, Драко, не останавливайся» не отпечатались в моем сознании, я бы с удовольствием сделал это и тогда почил бы с миром. Малфой молча добавил сливки и сахар в кружку, наливая в нее горячий кофе. Он пробежался взглядом по клочку бумаги, прикрепленному к боковой стенке холодильника, и добавил в самый конец списка покупок пункт «кофе для Д». — И вишенка на тортике, — продолжил Поттер. — Знаешь, что сказала мне моя восхитительная любящая жена, пока я зарывался под подушку в попытке лишить себя слуха? «Это он ее еще не трахает», взвизгнула она. Стоит добавить, рыдая от смеха. И я сейчас не шучу: Пэнси правда была в слезах. «Вполне вероятно, они бы проломили стенку трясущимся изголовьем, трахай он ее сейчас». А потом она расхохоталась так, что свалилась с кровати. Драко сделал глоток, развернулся и прислонился к кухонной столешнице, скрестив руки на груди. — Я и не трахал, — произнес он. — Сделай мне одолжение, — Гарри все также бубнил слова в стол. — Больше никогда. Ни в жизни. Никогда. Не заставляй меня слушать, как она кричит. Малфой нарочито неторопливо отхлебнул кофе. — Понял-принял. Буду следить, чтобы ее рот был занят. — Ты ублюдок, — Поттер сел ровно, тряхнув головой, под темной щетиной отчетливо виднелся багровый синяк от удара Драко. — Годрик милостивый, какой же ты мудила. — Я знаю, — Малфой приоткрыл ведущую в сад дверь и прислонился плечом к дверному проему, закуривая сигарету. — Но даю тысячу галлеонов, если ты, положа руку на сердце и будучи на сто процентов уверенным, скажешь мне, что никогда не заставлял Грейнджер становиться невольным слушателем тебя и Паркс. Щеки Гарри немного порозовели, и он окинул пристальным взглядом содержимое своей кофейной кружки, смущенно кашлянув. — Так я и думал, — заявил Драко. Не проронив больше ни слова, они оба допили кофе. Малфой наблюдал, как медленно тлеет его сигарета, исчезая в клубах сероватого дыма, и стал прислушиваться к утреннему щебету птиц и тихому шелесту листьев в саду. Он услышал, как ножки стула Гарри скрежетнули по полу, и заставил себя не расслабляться. Словесная перепалка была минутным развлечением, и Малфой не был настолько глуп, полагая, что они продолжат разговор на эту тему. Поттер — его босс, коллега и друг, и Драко знал, что Гарри захочет обсудить с ним произошедшее во время слушания. — Малфой, — Поттер вплотную подошел к двери и заговорил приглушенным голосом: — Как ты себя чувствуешь? Драко зажал сигарету краем рта и задумчиво глянул в свою опустевшую кружку. Постукивая ободком кольца-печатки по керамике, он собирался с мыслями. Казалось, Малфой не мог обрести дар речи, удары становились все хаотичнее, пока он изо всех сил пытался взять себя в руки. Крутанувшись на месте, Драко с размаху швырнул кофейную кружку через весь сад и попал ею в стену в дальнем конце. Он вышел во двор и стал наматывать круги по дорожке, докурив, остановился и выбросил окурок в костровую чашу. Сжав челюсти и стиснув кулаки до побелевших костяшек, Малфой подошел к Поттеру и замер в нескольких футах от него. Он мог бы подобрать парочку слов, описывающих его нынешнее состояние, но ни одно из них не хотел произносить вслух. Сквозь стиснутые зубы, Драко наконец озвучил то, что меньше всего вызывало тупую боль в груди: — Как будто надо мной надругались. Гарри несколько мгновений пристально наблюдал за его реакцией, а затем прикрыл глаза. — Так и было, — как можно более спокойным тоном ответил он. Драко вздрогнул и отвернулся. Обе ладони он запустил в волосы, сцепляя пальцы за головой и подушечками надавливая на затылок. Устремив взгляд в небо, Малфой полностью сосредоточился на своем дыхании и считал до пяти на каждом вдохе и выдохе. — Как Главный аврор, — заговорил Гарри позади него, — я должен официально назначить тебе прием у одного из психологов Отдела. И поскольку наперед знаю твой ответ — «да пошел ты, Поттер», — то даже не стану утруждаться. Драко не сводил глаз с облачка, плывущего по небу. Вдох, сосчитать до пяти. Он мысленно вернул на место камень, укрепляя ментальный блок. Выдох, сосчитать до пяти. Еще один камень. Малфой вслушивался в шум ветра в листве и наполнял легкие ароматом распустившихся вдоль стены сада цветов. И еще камень. Он ощутил запах жасмина, похожий на аромат волос Гермионы. Очередная глыба в ментальном блоке. Камень за камнем, стена за стеной, и еще одна — да потолще. Блок за блоком — плотно окружающий его мысли барьер. — Ты не обязан беседовать с кем-то из них, — продолжил Поттер. — Ты вообще ни с кем не обязан вести разговоры. Но мне необходимо поговорить с тобой. Ментальные стены Драко плотно окутали лозы звездного жасмина. — Не для протокола. Неофициально, — выдержав короткую паузу, Гарри добавил: — Как твой друг, Малфой. Драко опустил руки и обернулся. Гарри уже вышел в сад, но все еще находился на приличном расстоянии от Малфоя. Пэнси и Гермиона остановились у дверного проема, прижимаясь друг к другу плечами, выражения их лиц были напряженными и пропитанными беспокойством. Взгляд Драко метался между застывшими вокруг фигурами и затем остановился на Грейнджер. Малфой разжал кулак и протянул ей руку. Она направилась к нему, удерживая зрительный контакт, и вложила пальцы в его ладонь. Драко притянул ее вплотную к себе и обнял за плечи. Камни его ментальных стен приобрели красноватый оттенок с вкраплениями ноток амбры. — Ты, конечно, можешь поговорить со мной, — глядя на Гарри, сказал Малфой, — но я с тобой разговаривать не буду. Поттер изучал его пару секунд, а затем неохотно кивнул. — Как тебе будет угодно, — он повернулся к Пэнси: — Куда мы дели те подносы для завтрака? Мы могли бы все вместе поесть здесь, что скажешь? Пэнси приподняла брови, бросив взгляд на Драко. — Они где-то в кухонном шкафу. Помоги мне найти их, Поттер. Драко склонил голову в знак признательности, а Пэнси утащила Гарри обратно в дом. И Паркс, и Гермиона слишком явно желали, чтобы последняя осталась наедине с Малфоем, но он предпочел не обращать на это внимания. Он скользнул по ее шее вверх, касаясь пышных волос, все еще влажных после душа. Она подняла на него взгляд и молча повела его за собой к костровой чаше, остановилась и взобралась на широкую кушетку. Поравнявшись с ним и сумев прямо всмотреться в его в лицо, Гермиона закинула руки ему на плечи. Драко покрепче обнял ее и прижался к ее лбу своим. — Я не стану… — пробормотал он. — Не стану об этом говорить. Гермиона нежно погладила его по затылку. — Я знаю. Ты не говоришь о многом. Слишком о многом. Знаешь, а это могло бы помочь. Просто хоть капельку поговорив об этом. На мгновение Малфой задумался, а не сказать ли ей. Не поведать ли, как он все еще может ощутить липкое присутствие невыразимца в своем разуме, как собственные мысли кажутся запятнанными. Не рассказать ли о том, что теперь он больше никогда не сможет вернуться к некоторым воспоминаниям без ощущения мерзких следов вторжения Прайер на них. Что у него были и более серьезные физические увечья, когда Повелитель пытал его, бросая бесконечные Круциатусы до тех пор, пока Драко не застывал в луже собственной крови, капли которой усеивали расщелины каменного пола, но это… Это было больнее. Дыхание сбилось, в горле застрял отвратительный ком, и Малфой отрицательно мотнул головой. — Нет, — хрипло прошептал он, его голос огрубел настолько, что Драко сам не узнавал его. — Я не могу. Не все. Не… не так. Не детали. — Ш-ш-ш, — пробормотала Грейнджер, пропуская его волосы сквозь пальцы. — Ты и не обязан. Ты не обязан ничего рассказывать, Драко. Я рядом, и неважно, что ты говоришь… или о чем молчишь, — она, больше не проронив ни слова, обнимала его, а потом оставила поцелуй на его переносице. — Я твоя девушка. Я здесь только ради тебя. Драко отпрянул назад и заглянул ей в глаза. — Моя девушка, — секунду спустя выдохнул он. — Мнимая или настоящая? Ее длинные ресницы дрогнули, и она прикусила губу. Прежде чем Гермиона успела произнести хоть слово, Малфой скользнул пальцами под ее рубашку, очерчивая позвоночник так, что ровный строй мурашек пробежал по телу. — Потому что я уже говорил тебе, — не дожидаясь ее ответа, продолжил он: — мне надоело притворяться. Драко обхватил руками ее за спину и прижался к ее щеке своей. Он сделал глубокий вдох, наполняя легкие ароматом жасмина и амбры и позволяя этому флеру окутать его. Малфой зажмурил веки и еще плотнее окутал лозами ментальные стены в сознании, пока Гермиона массировала его затылок. Он поцеловал ее, негромко зарычав, когда пальцы Грейнджер прошлись по его шее и коснулись щек. Она тихонько всхлипнула и ответила на его ласки. Драко углубил поцелуй, зарываясь одной рукой в волну кудрей и пытаясь притянуть ее ближе к себе. Напротив них, сквозь языки пламени, послышалось приглушенное покашливание, и Малфой перевел взгляд в сторону, не выпуская Гермиону из кольца своих рук. Пэнси опустила пару раскладных подносов, а Гарри на один из них положил несколько тарелок с едой, а на второй — заново наполненный кофейник и четыре кружки. Драко снова поцеловал Гермиону. — Мне кажется, они пытаются нас прервать, — произнес он. — Но слишком хорошо воспитаны, чтобы просто попросить нас остановиться. — Ох, сколько раз я заставала их в гостиной, — улыбнулась Грейнджер. — Уж могли бы и дать нам минутку. С озорством вскинув брови, Драко подхватил ее за талию и опустил на землю. Когда он присел, она забралась с ногами на кушетку, устраиваясь к Малфою поближе. Драко без колебаний обнял ее за плечи. Он не был до конца уверенным, что именно хочет сообщить ему Гарри или насколько тяжелым может оказаться разговор в итоге, но исходившее от близости Гермионы тепло дарило робкую надежду, что он готов ко всему этому. «Не готов, — признавался сам себе. — Но ведь и не избегаю». Пэнси налила в чашку кофе и протянула ему за ручку. Драко обхватил ее донышко ладонью. — Разбил кружку, — добавил он. — К тому же, кажется, самую большую в доме. — Я куплю побольше, — ответила Пэнси. — Что-то мне подсказывает, что ты будешь проводить здесь еще больше времени, чем уже проводишь. Драко сквозь ресницы бросил взгляд на Гермиону, подушечками пальцев провел по ее плечу и не ответил на явную подколку. Он не сомневался, что пылающие румянцем щеки давали исчерпывающий ответ. Гарри отделил корочку от ломтика тоста и вздохнул. — Малфой, — обратился он к нему. — Прежде всего я хочу, чтобы ты кое-что узнал. Драко напрягся и покрепче сжал плечо Гермионы. Она прильнула к нему и, когда он сделал глубокий вдох, положила ладонь ему на колено. — Прайер арестовали, — проинформировал Гарри. — И Макгоуэн тоже. Они обе в следственном изоляторе. Их прописку там обеспечат показания шестерых свидетелей. — Свидетелей. Ты говоришь об остальных членах судебной коллегии. Которые все дружно сидели там и не делали ровным счетом ничего. — Никто из них раньше не участвовал ни в одном из твоих ежегодных слушаний. Они просто не знали, что это нарушение процедуры. Драко пришлось сдерживаться, чтобы не ответить в жесткой манере. Гермиона поерзала рядом с ним, и он наклонился, оставляя поцелуй на кудрявой макушке и проводя ладонью по ее руке. — Нарушение процедуры… Можно и так сказать, — через мгновение все же подал голос он, делая неспешный глоток кофе и приподнимая брови от дивного привкуса. В кружке была щедрая порция бренди. Скорее всего, Пэнси приготовила напиток прежде, чем они с Поттером покинули кухню. — Лично я бы описал это как полный пиздец. Гарри откинулся на спинку кушетки, потирая подбородок под багровым синяком, и поморщился. — Я полночи допрашивал Макгоуэн. Она, эм. Она... — Поттер покачал головой и поправил очки, потирая глаза. — Она сама все подстроила. Это было совершенно несанкционированно. Визенгамот не давал добро на это. Они непричастны к произошедшему. Драко, не донеся до рта кружку с кофе, моргнул: — Что? Пэнси успела отобрать у Гарри тарелку за секунду до того, как он резко наклонился вперед, сжав обе руки в кулаки. — Они непричастны к произошедшему, Малфой. Это все Макгоуэн, это целиком ее вина, и мне очень жаль. Я же знал, что что-то нечисто с этим переносом твоего слушания, но не стал докапываться до истины. А должен был. Мне следовало поставить под вопрос законность происходящего. Она же даже не перенесла слушание на более раннюю дату, а просто назначила новое и убедила остальных шестерых, что так надо и все идет по плану. Подделала документы и все прочее. — Почему она это сделала? — спросила Гермиона, ее рука дрогнула на колене Драко. — Какой мотив у нее был? — Финансовый, — отчеканил Гарри. — Сначала подкупили ее, а она, в свою очередь, подкупила Прайер. Мы пока не знаем, кто был основным заказчиком, но обязательно это выясним. Драко несколько секунд разглядывал свою кружку с недопитым кофе, затем опустил ее на край чаши, в которой бушевало пламя. Он откинулся на мягкую спинку, закрыв глаза. Гермиона развернулась и обхватила его одной рукой за плечи, запустив пальцы в платиновые пряди и пробежавшись ими по его затылку. — Ты хочешь сказать, — произнес Драко, тщательно подбирая слова, — что все из-за денег... Все это время… И все, что они совершили… Было ради денег. — Чего они хотели? — вмешалась Пэнси. — Что они совершили? У нее дрогнул голос, и Драко приоткрыл один глаз, окидывая ее быстрым взглядом. Она крепко прижималась к Гарри, пальцами впиваясь в край его рубашки, и постукивала каблуком по земле. Пэнси опустила голову, и ровные пряди ее подстриженных в аккуратный боб волос скрыли обеспокоенное лицо. — Я никогда не видела тебя таким, — проронила она, теребя в пальцах рубашку Поттера. — Даже после того, как ты получил Метку. Я же много ночей напролет просиживала с тобой, но тебя никогда не утягивало настолько далеко. Никогда. Гарри притянул Пэнси еще ближе к себе, заставив положить голову ему на плечо. Он перевел взгляд на Драко. — Выбор за тобой, Малфой, — подал голос Гарри. — Тебе решать, чем именно ты хочешь с нами поделиться. Драко понятия не имел, что Пэнси стала свидетельницей его появления в таунхаусе прошлой ночью и видела его в таком состоянии. Сквозь свои душевные муки он мог думать только об одном человеке, и, стоило только услышать голос Гермионы, все остальное померкло и отошло на второй план, включая даже лучшую подругу, человека, который уже знал большинство его секретов. Малфой провел языком по вдруг пересохшим губам и отрицательно мотнул головой. Он ощутил, как Гермиона вложила свою ладошку в его, и переплел их пальцы. Заглядывая в ее темные глаза, Драко осознал: если бы он и нашел в себе силы открыто признаться кому-то, что же ему пришлось пережить, он не стал бы делиться этим с Пэнси. Он бы разыскал Гермиону. Драко склонил голову и оставил поцелуй на виске Грейнджер, одновременно сжимая ее руку. — Они совершили нечто плохое, — ответил он Пэнси. — Ужасно плохое, Паркс. Это все, что тебе нужно знать. Подушечкой большого пальца скользнув по костяшкам Гермионы, Малфой прочистил горло и уставился на языки пламени. — Касательно того, чего же они хотели. Им нужна была информация о церемонии. Об обряде, — он задрал рукав, обнажив поблекшие линии Темной Метки. — Они хотели знать, как это сделать. Гермиона свободной рукой накрыла его запястье так, что пальцы оказались аккурат под выцветшей разинутой пастью змеи. — Но зачем? — спросила она. — Ее… Он мертв. Ее больше нельзя использовать, верно? Он мертв, как и магия, сотворившая это. — Очень ценная информация, — ответил Драко. — Как он это сотворил. Ведь он самолично разработал эту магию, и ее просто невозможно воссоздать. Никто не знает, как это было сделано, — он встретился взглядом с Гарри. — Кроме меня. Я единственный оставшийся в живых человек, помнящий, как провести ритуал. — Но зачем? — повторила свой вопрос Гермиона. — Зачем кому-то подвергать тебя тому, через что они заставили тебя пройти, чтобы раздобыть это знание? Разве это стоит таких пыток? — Могу себе представить, зачем кому-то это понадобилось, — вновь заговорила Пэнси. — Кто-то хочет обладать тем, чего нет ни у кого на белом свете, — она шмыгнула носом, большим пальцем смахивая скопившуюся под глазом влагу. — Отец спустил половину моего наследства, пытаясь раздобыть камелию, ведь хотел, чтобы в его оранжерее был самый редкий цветок в мире. Люди совершают глупости, когда считают, что по праву заслуживают того, чего хотят, и готовы выложить любую сумму, лишь бы заполучить это. — Мне и раньше поступали подобные... предложения за это, — Драко наклонился вперед, локтями упираясь в колени. — Мне предлагали битком набитые галлеонами хранилища, в которых я совершенно не нуждаюсь. Мне предлагали высокие должности в Министерстве, чего я вообще не хочу. Один мужик заявил, что предоставит мне на выбор одну из своих дочерей-близнецов, и я без зазрения совести проклял этого ублюдка. Им было по четырнадцать. — Ты никогда не докладывал ни о чем подобном, — нахмурив брови, отметил Гарри. — Я никогда не думал, что кто-то способен зайти так далеко, — Драко потер висок, нащупывая под волосами ушибленное место и ощущая тупую боль там, где Прайер сжимала его череп. — Об этом всегда шептались за бренди и сигарами. Я никогда не воспринимал это всерьез. — Ты думаешь, это как-то связано с веревочным убийцей? — спросила Гермиона и погладила его по спине, пальцами проводя вдоль позвоночника. Гарри покачал головой. — Нет. Макгоуэн нужны были только деньги. Малфой, назови имена всех, кто пытался заполучить эту информацию ранее, и мы проведем тщательное расследование, но по Прайер и Макгоуэн… они охотились только за деньгами. Последняя считает, что за тобой должок. Драко моргнул. — Так, погоди… Это за то, что я выгнал ее мальчишку из программы обучения стажеров? Внука, правнука, кем бы он там ей ни приходился. — Правнуком, — уточнил Гарри. — Отчасти, да, гаденькая месть. Но по большому счету из-за того, что они не получили существенной помощи со стороны Министерства после войны. Оба его родителя погибли, но, поскольку они не были убиты непосредственно Пожирателями смерти, Макгоуэны за непоправимую утрату получали пособие третьего уровня. — Оу, да ты, мантикора меня раздери, издеваешься! — вспылил Драко, резко убирая руку Гермионы и поднимаясь со своего места. Он отошел ото всех чуть поодаль, щелчком пальцев прикуривая сигарету. — Репарации? Министерство изъяло более трехсот миллионов галлеонов для выплат жертвам, двадцать процентов активов моей семьи. Помощь по ипотеке, закрытие кредитов, стипендии, медицинская помощь и возмещение имущества. Каждый, кто получил хоть малейший ущерб от действий Пожирателей смерти или Темного Лорда, мог обратиться в этот фонд! — он выпустил в небо колечко дыма и хрипло рассмеялся. — Но этого было недостаточно? Тогда могли бы подать заявление о пересмотре дела, желай они пособия побольше. Черт подери, да они могли бы отправить личный запрос моему финансовому консультанту, и уже на следующее утро в их хранилище свалилась бы просто куча золота. Я годами забрасывал деньгами этот чертов фонд — пять процентов своего дохода, как штык — ежегодно в мае. И не думай, что меня не бесит, что из всех Пожирателей только я действительно исправился, так что я вообще единственный, кто эти взносы делает! — Малфой. — Поттер, — рыкнул Драко. — Я выясню, кто за этим стоит. — Нет, ты не станешь ничего делать. Мы расскажем тебе, кто за этим стоит. Ты не будешь вести расследование этого дела для ОМП. Ты же знаешь, что не можешь. Драко сузил глаза. Он выпустил две струйки дыма через нос, пристально уставившись на Гарри, а затем, не сумев сдержать гортанного рыка, скрипнул челюстью. — Нет, не могу. Конфликт на профессиональной почве, я в курсе. Ни один аврор не может расследовать какие-либо действия или инциденты, в которых у него есть личный интерес. Он докурил и бросил окурок в костровую чашу, вновь присаживаясь на место рядом с Гермионой. — Кто допрашивал Прайер? — спросил он. — Мандамус. Я наблюдал, — взгляд Гарри посуровел, а черты лица стали жестче. — Она была до чертиков самодовольна от всего произошедшего. Прям гордится собой. Заявила, что ты был одним из самых крепких орешков из ее подопытных, которых… — он запнулся, взглянув сначала на Пэнси, затем на Гермиону и снова на Драко. — Прости, — тихо произнес Поттер. — Ты не хочешь говорить об этом. Малфой задумчиво барабанил пальцами по краю кушетки. — Нет, не хочу. Я не хочу говорить об этом. Она влезла мне в голову, — он прочистил горло и снова обнял Гермиону, запуская пальцы в ее кудри. В воздух поднялся аромат жасмина, успокаивая его. — Она влезла мне в голову, — повторил Малфой. — Я весьма опытный окклюмент. Меня обучала одна из лучших в мире. И я не смог пресечь вторжение этой женщины в мой разум. Это не была легилименция. Это что-то гораздо более мерзкое. Она... — у него дрогнул голос, и Гермиона подалась ближе к нему и завела одну свою руку ему за спину, сомкнув обе ладони на его талии. Драко набрал в легкие побольше воздуха — корица, амбра, жасмин — и медленно выдохнул. Гарри выждал паузу, но, когда Драко замотал головой и сделал резкий, останавливающий жест, он наконец вздохнул. — Они проводили эксперименты в Комнате ума. Прайер ухватилась за этот шанс. Она хотела кое-что опробовать вдобавок к выуживанию информации, которая требовалась Макгоуэн. Гарри наклонился вперед, внимательно следя за выражением лица Драко. — Малфой, — обратился к нему он. — Расскажи мне, что ты помнишь после гибели Дамблдора. — Какое это имеет отношение к… — Просто расскажи мне. Ты был в башне, ворвались остальные, Снейп убил его, ты и другие Пожиратели смерти сбежали. Ты сам давал показания по этому поводу. Что произошло дальше? Костяшками пальцев Драко потер подбородок. — Мы покинули башню. Мы... — несколько секунд он просто таращился на Гарри, затем крепко закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. — Мы покинули башню. Снейп и я, мы… С силой сжав кулак, Малфой хлопнул им по бедру. — Башня, — повторил он. — Мы ее покинули. А потом... Гермиона еще крепче обняла его. — Драко? — обратилась к нему она. — Что произошло дальше? Он открыл глаза. — Мы покинули башню. А потом я оказался дома, — его голос упал до шепота. — Я не помню. Гарри взъерошил волосы и крепко выругался на парселтанге. Драко невольно вздрогнул, но его прилив привычного отвращения к этому языку быстро схлынул. Он не мог зацикливаться на этом. Он перебрал в уме несколько воспоминаний, отбрасывая некоторые прочь и пытаясь отыскать происходящее между гибелью Дамблдора и его лихорадочным, полным ужаса прибытием в мэнор. Но ничего не получалось. Малфой обнаружил зияющую пустоту в своих мыслях — только и всего. Он почувствовал, как Гермиона придвинулась ближе, проскальзывая по мягкой обивке кушетки, и, опираясь на колени, села ровно. Она обняла его за плечи, одной рукой прижавшись к его затылку. — Дыши, — прошептала ему Грейнджер. — Я здесь. — Я не заперт в воспоминании, — он поднял руку и сжал ее пальцы где-то в районе своего горла. — Я не... Их нет. Мы покинули башню. Я оказался дома. Между этим ничего нет. Все воспоминания испарились. Я не помню, что произошло. — Именно этого я и боялся, — Гарри стянул очки и, застонав, провел обеими руками по лицу. — Она рассказала, что извлекла это из твоей головы. И сделала это намеренно. Сказала, что хотела узнать, сможет ли провернуть такое с кем-то, у кого идеальная память. Вновь водрузив очки на нос, Поттер рухнул на кушетку и откинул голову назад. — Похоже, у нее получилось. — Испарились? — ахнула Пэнси. Она прикрыла рот рукой, не сводя с Малфоя пристального взгляда. — Драко, дорогой. Мне очень жаль. Ты, должно быть, в полнейшем шоке. Драко прикрыл веки. Когда они были моложе, часто затевали разные игры, смеялись вместе с Пэнси и Блейзом, испытывали его память: на накрытых подносах располагали различные мелкие предметы или же сыпали вопросами о том, что приключилось в конкретный день, спрашивая о чем-то незначительном. За эти годы он заключил сотни пари из-за чего-то, что он запомнил. По большей части Малфой наслаждался своей памятью. Он гордился своим уменьем, но… …Были моменты, которые ему бы отчаянно хотелось забыть. Мой Лорд, нет, пожалуйста... Драко Люциус Малфой, вы признаны виновным в преступлениях... Он убьет меня! Он убьет всю мою... Господин и повелитель, я буду повиноваться. Присягаю пламени... Драко хотел бы стереть это из памяти. Но не таким образом. Он ощущал, как острые ментальные шипы женщины впиваются в какую-то его мысль, все еще мог чувствовать, как она раздробила прочную защиту его разума и уничтожила эти воспоминания. Малфой отчетливо услышал собственный крик. Он понимал, что сильно напрягся, потому что Гермиона медленно склонила к нему голову и подушечками пальцев пробежалась по основанию его черепа. Повернувшись, Драко оставил легкий поцелуй на ее щеке и пробормотал: — Я здесь. Со мной все в порядке. Драко, глубоко вдыхая воздух, наполненный ароматом амбры, сфокусировал взгляд на Гарри. — Мандамус рассчитывает, что я дам показания? — Мы еще даже не знаем, какое обвинение им выдвинут. Мы обсудим это, — Гарри вскинул брови. — Никаких показаний... пока. Малфой, ты не заступишь сегодня на службу. Бладжер мне в бок, ты не появишься в офисе как минимум пару дней. — У меня есть незакрытое дело, — резко запротестовал Драко. — То самое, за которое я практически и не брался всю неделю. — Тогда помозгуй, что можешь сделать по этому делу, что не требует твоего присутствия в Министерстве. До конца недели займись работой в поле. — Под моим руководством двое стажеров, мне нужно проверить их, просмотреть Мерлин знает сколько бумаг, а Тауни наверняка составила отчеты для меня. И ты хочешь, чтобы я просто игнорировал все это? И что же, по-твоему, я должен делать вместо этого? — Занимайся чем хочешь, но только не суй нос в Министерство. Езжай в Йоркшир, мне все равно, — Гарри сел прямо, продолжая свою речь твердым тоном: — Проведи еще серию опросов. Вновь осмотри места преступлений. Отправляй отчеты совами. Но только не появляйся в офисе. Очевидно, они уже закончили неофициальную часть разговора. Драко резко сузил глаза, убирая руки Гермионы со своей шеи. — Это приказ, Главный аврор Поттер? — Я отдам его, если придется, аврор Малфой. — Гарри, — тихо заговорила Пэнси. — Не надо, — она наклонилась ближе к нему и прошептала что-то на ухо, что Драко не мог расслышать, и, судя по внушительно округлившимся глазам Гарри, хорошо, что не мог. Малфой знать не хотел, какой информацией поделилась Паркс, чтобы вызвать у Поттера такую озабоченность. Гермиона прислонилась плечом к его руке. — Драко, — негромко обратилась к нему она, — Гарри прав, и ты это знаешь. Тебе не следует появляться в Министерстве в ближайшие несколько дней. Йоркшир — отличная идея. Драко стиснул зубы. Он и не собирался появляться там сегодня и в любом случае планировал взять отгул на несколько дней, но его раздражало, что это было официальное распоряжение. — Ладно, — после резкого вдоха произнес он. — Я снова прощупаю почву, изучу, что мы откопали ранее. Отличное решение, как распорядиться моим временем. Начну послезавтра. Пэнси собиралась высказаться, но Драко вскинул бровь, и она умолкла, сложив руки на груди и плотно сжав губы. Он прекрасно знал, что вскоре услышит ее развернутые рассуждения о его поведении. Вопрос в том, поддержит ли ее Блейз. Оу, весьма вероятно. Малфой поднялся на ноги и рывком одернул рукава, скрывая синяки на запястьях. Он почувствовал, как жесткие желваки заиграли на его бледных скулах, и старательно собрался с духом. — Прошу меня извинить. Поскольку в офисе я сегодня не нужен, пойду-ка домой. Я пришлю сову, чтобы она забрала мои вчерашние вещи. Гарри бросил на него извиняющийся взгляд, который Малфой решил проигнорировать. Он покачал головой и протянул руку Гермионе. — Проводишь меня? Она украдкой глянула на Гарри и Пэнси, затем взяла Драко за руку и повела за собой в дом. Грейнджер молчала, пока они не оказались у камина. — Ты ведешь себя как упрямый осел, — пробурчала она. — Знаешь же, что Гарри прав. — Но это не значит, что мне это должно нравиться, — Драко чуть было не поддался искушению закатить глаза, когда Гермиона сердито зыркнула на него. — Да, он прав. Ты права. Йоркшир — отличная идея. У меня и правда возникли вопросы по поводу их отчетов. Хоть я и не в восторге, что меня отсылают, как ребенка. — Это не так, и ты это знаешь. Уделить немного больше времени себе — это здорово. Если кто и заслужил день-два отдыха, так это ты. Тебе нужно время, чтобы снова стать самим собой, и неважно, насколько прочны твои окклюменционные стены, — она приподнялась и очертила пальцами линию его подбородка. — Я была рядом с тобой всю ночь, Драко. Я переживала с тобой каждый кошмар. Ты практически не спал. Пожалуйста, отправляйся домой и отдохни. Он с минуту наблюдал за ней, потом вздохнул. — Денек, возможно, два. А потом я вернусь к делу. Мне все еще необходимо найти убийцу. — И ты найдешь, — Гермиона крепко схватилась за его воротник, потянув на себя. — А теперь поцелуй свою девушку на прощание, Малфой. Ты же всегда так делаешь, помнишь? — Грейнджер, этого мне никогда не забыть, — наклонившись к ней, он неистово впился в ее губы своими, пока лежащие на его воротнике пальцы не окутала дрожь. Когда Драко выпрямился, то обхватил ее щеку ладонью и улыбнулся. Гермиона коротко кивнула, широко распахнув веки, и сделала шаг назад, наблюдая, как он исчезает в изумрудных языках пламени.

__________

Драко стоял на покрытом трещинами тротуаре перед тем, что на маггловский взгляд казалось заброшенным кирпичным заводом в Хипперхолме. Прикрыв глаза от порывов ветра, он закурил, рассматривая многочисленные граффити и тонны грязи на обветшалых стенах. Если внутри здание выглядело так же, как и снаружи, то Драко был убежден: ему легче будет найти необходимые зацепки, дотла сжигая это место и просеивая пепел, нежели тратя бесконечные часы за изучением файлов и отчетов. Он вынул карманные часы и проверил время. Коттерилл и Чоудхури должны были прибыть на место через несколько минут. До сих пор они превосходно справлялись с обязанностями, но Малфой все же хотел поприсутствовать при их работе в поле. Он планировал рекомендовать их обеих для прохождения курса углубленной подготовки, основываясь на их предыдущих успехах, но требовалось еще несколько непосредственных наблюдений за их действиями. Гарри упорно настаивал на том, чтобы Драко держался подальше от их офиса до конца недели, и это казалось лучшей возможностью проследить за своими стажерами. Позади раздались тихие хлопки аппарации, и Малфой обернулся, пряча карманные часы. Три женщины стояли в ряд, Коттерилл и Чоудхури, обе почти на шесть дюймов (пятнадцать сантиметров!) выше третьей. — Гермиона, — Драко в удивлении приподнял бровь. — Что ты здесь делаешь? — Насим сказала, что вы будете разбирать материалы дел, — она вздернула подбородок и окинула Малфоя пристальным взглядом. — Кажется, для этого может понадобиться опытный архивариус. Некто с большим опытом в упорядочении документации и обширными знаниями в области особых чар, применяемых к файлам и отчетам. Драко с минуту внимательно смотрел на нее. Малфой подозревал, что она решила прибыть сюда, чтобы проверить, как он. Стоит признать, он не отказался бы от ее помощи, даже будь у нее подобный скрытый мотив. Так работа пойдет быстрее, и чем меньше времени ему придется проторчать на севере, тем лучше. Он выпустил колечко дыма и, затушив сигарету, выбросил окурок в кучу камней, а затем пожал плечом. — Тогда ладно. Добро пожаловать в команду. — Никола, взгляни-ка на это, — оживленно воскликнула Чоудхури. Она перехватила Коттерилл под руку и увлекла ее прочь за собой. Драко оглянулся через плечо и увидел, что его стажеры отошли от них на приличное расстояние и демонстративно рассматривали граффити на стене. Он с трудом подавил ухмылку и слегка наклонил голову, когда Гермиона подошла к нему. Она приподнялась на цыпочки и подарила ему легкий поцелуй. — Авроры же не должны так палиться, да? — Гермиона не сумела сдержать смешок. — Ну, они стажеры, — произнес Малфой. — Я проведу с ними разъяснительную работу по скрытности, — он пропустил ее кудри сквозь пальцы и притянул ближе к себе, целуя дольше, интенсивнее, так, что у Грейнджер затрепетали ресницы. Он немного отстранился и расправил плечи. — И совсем не обязательно было заглядывать, чтобы проверить, как я, — Драко попытался спрятать улыбку и нацепить на лицо невозмутимое выражение, будто он не заметил, с какой силой она вцепилась в лацканы его пиджака в попытке удержать равновесие. — Я взял два дня выходных. Долго гулял по окрестностям, даже выспался. И готов вернуться к работе. Она испытующе заглянула ему в глаза. — Я не очень-то тебе верю. — Я не совсем готов, но собираюсь вернуться к работе, как тебе это? Она раздраженно шикнула на него. — Малфой. Драко едва слышно рассмеялся. — Если после окончания рабочего дня ты все еще будешь злиться на меня, то я приглашу тебя на приятный ужин, и ты сможешь вволю стрелять в меня своими неодобрительными взглядами где-то перед подачей основного блюда. А теперь пойдем, — он сжал ее плечи, а затем отпустил и сделал шаг назад. — Давай-ка не будем больше вынуждать моих стажеров делать вид, как сильно они оценили эти плохо намалеванные граффити. — Мы можем пойти и осмотреть сгоревший грузовик, если вам нужно еще несколько минут, — крикнула ему Никола. — У нас мало времени, стажер Коттерилл, — в ответ отозвался Драко. — Принимайтесь за работу. Зайдем с черного входа, вперед. Посмеиваясь, Коттерилл и Чоудхури направились к обратной стороне здания. Они перешагнули через пролом в каменной стене и, отодвинув в сторону плющ, побеги которого полностью обвивали фасад, вошли в небольшую приемную. Драко тут же ощутил зудящую боль в носовых пазухах и нахмурил брови, потирая лоб. Здесь стоял запах затхлости, смешанный с пылью, плесенью и мышами в верхних нотах. Он старался делать неглубокие вдохи, но все же был вынужден отойти к двери за глотком свежего воздуха. — Найдите того, кто здесь за главного, — он отдал быстрый приказ Чоудхури, когда она вышла вслед за ним. — И скажите им, чтобы наложили на это помещение все известные им очищающие чары. И пусть колдуют, пока я не смогу там нормально дышать или пока у них не кончатся запасы магии и они не помрут, в зависимости от того, что наступит раньше. — Мы можем это сделать, — ответила Насим. Драко отрицательно качнул головой, тыльной стороной ладони потирая нос. — Не вздумайте этого делать. Вы — моя команда, а не бригада уборщиков. Это их обязанности, и они с ними справятся, так или иначе, — он, пятясь назад, отошел подальше и сделал еще несколько шагов в сторону, присев на развалину, бывшую некогда каменной стеной. Опершись одной ногой о шаткий обломок, Малфой щелкнул пальцами, прикуривая сигарету, и стал наблюдать за дверью. Его слух был далеко не так хорош, как обоняние, но в этом сейчас и не было необходимости. Даже с такого расстояния он мог расслышать пару гневных мужских голосов и два преисполненных решимости женских. Он поправил узел на галстуке и удивленно вскинул бровь, когда Гермиона вышла из здания. Она прислонилась к стене рядом с ним. — У Насим и Николы шестеро братьев на двоих, — демонстративно разглядывая свои ногти, отметила Грейнджер. — Они справятся. Драко убрал сигарету в другую руку и, вместо того чтобы обнять Гермиону, уперся ладонью в стену позади нее. — Важная часть их обучения, — пояснил он. — Научиться подталкивать лодырей к труду. Крайне важно для профессионального становления авроров. — Я уже могу сказать, что здешняя документация будет в плачевно запущенном состоянии, — Грейнджер вздохнула, придвинувшись ближе к его ноге. — Мы проторчим здесь по меньшей мере несколько часов. — И я в дичайшем восторге от этого, как, я уверен, ты и сама видишь, — Драко задумчиво выпустил в небо колечко дыма. Он сквозь ресницы бросил взгляд вниз, затем обхватил Гермиону за талию и притянул к себе, заставляя прильнуть к нему. — Я не шутил ранее, — пробормотал он. — Об ужине. Возможно, и не сегодня, но я хочу пригласить тебя куда-нибудь. Гермиона накрутила на палец завиток одного из своих кудрявых локонов. — На настоящее свидание? — спросила она. — Со своей настоящей девушкой. Мы ведь так решили, да? — Драко замешкался, вспоминая разговор, который они вели пару дней назад. — Ну, я решил... — запнулся он. — Сказал, что сыт по горло притворством. Ты так и не дала прямого согласия. Она повернулась к нему лицом и, оказавшись между его расставленных ног, провела пальцами по лацканам пиджака и едва заметным серебристым линиям на черном галстуке. — Я хотела. Я намеревалась. Но не считала тот момент всецело правильным для принятия такого решения, — Грейнджер бросила на Малфоя взгляд. Да, она все еще была ниже его, хоть он и сидел на этом обломке стены. — Ты пережил весьма тяжелый день, и ночь оказалась не многим лучше. Я хотела убедиться, что у тебя было достаточно времени, чтобы все обдумать... Чтобы убедиться, что не действуешь импульсивно. — Грейнджер, я никогда не был импульсивен в отношениях. Я не занимаюсь случайным сексом. Она выразительно приподняла брови, склонив голову. — Клуб кажется довольно… подходящим для чего-то случайного. Малфой поджал губы, затем выпрямился, чтобы докурить сигарету, используя это как предлог, чтобы не смотреть на нее прямо. Достаточно было и того, что он чувствовал, как пылают его щеки; он не хотел заглядывать ей в глаза, произнося следующее, а то вдруг увидит в этих карих радужках нечто, что ему не понравится: — Это работа под прикрытием. Это роль, а не я. И я бы ни за что не пошел на это, если бы... — Драко выбросил окурок в ржавое ведро у стены. — Правда в том, Гермиона. Это… — прочистив горло, он перевел взгляд поверх ее макушки, обеими руками вцепившись в полуразрушенную каменную стену. — Будь это любая другая женщина, я бы никогда не покинул главный зал. Сомневаюсь, что позволил бы ей зайти так далеко, как мы... зашли в первую нашу ночь. Она плавно пригладила его галстук, пальцы остановились на его груди. — Ты хочешь сказать… — Я хочу сказать, что не притворялся с тех самых пор, как ты впервые поцеловала меня. В архиве, за твоим столом. Гермиона молчала довольно долго, и он рискнул опустить на нее взгляд. Она смотрела на него слегка приоткрыв рот, на щеках расцвел румянец, оттеняя нежность кожи, а в глазах ярко сверкали искорки. Грейнджер медленно скользнула ладонями по его груди вверх, проводя по шее и пальцами касаясь затылка. — Драко, — прошептала она. — Это был не первый раз, когда я тебя поцеловала. Малфой слышал, как в ушах грохочет его собственный пульс. Обеими руками он уперся в каменную стену, сжимая пальцами неровные края. — За твоим столом, — уточнил он. — Это было… — Ты же помнишь. Свадьба Гарри, — она пробежалась пальцами по его затылку вниз, скользнула вокруг шеи и постучала по узлу на его галстуке. — После нашего танца. Мне пришлось уйти пораньше, и ты проводил меня обратно к столику. Я попрощалась со всеми, и ты был последним. Навеселе, захмелевшая от выпитого, она смеется, и ее губы легко касаются его рта. Она исчезает в толпе, прежде чем он успевает и глазом моргнуть. Драко облизнул губы. — Ты была под хмельком. Я-то помню, но я... — он внимательно вглядывался в ее карие радужки. — Я и не думал, что это помнишь ты. — Ты никогда не заикался об этом, вот я и молчала тоже. Думала, ты и правда не заинтересован. Ты никогда не реагировал, когда я пыталась флиртовать с тобой раньше… возможно, конечно, я не слишком искусна в этом, ведь делаю это не так часто. Но к тому моменту ты уже два года как служил аврором и появлялся в архиве пару раз в неделю, и я подумала... Когда мы танцевали на свадьбе Кьелдсена, мне показалось, что между нами промелькнула искра. Но с твоей стороны не было абсолютно ничего, ты не делал никаких шагов, поэтому я и рискнула на свадьбе Гарри, но ты все равно не... Драко, не сумев сдержаться, разразился искренним смехом. Он притянул ее в свои объятия, опустив подбородок ей на макушку. — Грейнджер, мне потребовались все мыслимые и немыслимые силы, вся моя гребаная выдержка, чтобы не броситься вслед и не увести тебя с той свадьбы, целуя как следует. Я думал, что шампанское сильно ударило тебе в голову и ты попросту потеряла контроль над собой. Вот никогда и не поднимал эту тему, считая, что все это несерьезно. Мысль о том, чтобы снова тебя поцеловать, стала едва ли не главной причиной, по которой я приходил к вам домой два раза в месяц с тех пор, как те двое поженились. Пэнси, конечно, отличный шеф-повар, но я из раза в раз появлялся у вашего порога отнюдь не из-за ее стряпни. Он снова расхохотался, но на этот раз в смехе слышались нотки грусти. — А в архив я спускался гораздо дольше, потому что... ну... уж точно не потому, что мне нужно было освежить память. А из-за того, что там работала ты. Но ты так и не сделала ни одного шага, вот я и решил, что лучше и мне не предпринимать ничего. Даже после того, как Паркс и Поттер поженились. Тот поцелуй… я думал, что к действиям тебя подтолкнул алкоголь и ты просто этого не помнишь, вот и не стал лезть туда, где мне не рады. Гермиона обмякла в его объятиях. — Хочешь сказать, что мы оба вот уже несколько месяцев мечтаем, чтобы другой наконец догадался? — Похоже на то, — Драко зарылся пальцами в густые кудри, качая головой. Он испытывал гораздо большее, чем просто влечение и страсть, но загнал эти чувства в самую глубь своего разума. От мнимого, фальшивого партнерства для выполнения секретного задания под прикрытием до настоящих, взаимных отношений… Да он даже не надеялся, что такое возможно. «Нет», — подумал он. Это выше всех его надежд. Драко столько раз представлял это, мечтал о целой жизни с ней. Но то, что он получил сейчас, выходило за рамки того, что он считал возможным. Он слегка приподнял за подбородок ее голову и большим пальцем нежно провел по губам Гермионы. — Итак, теперь, когда мы выяснили, что больше года вели себя как идиоты, может, перестанем ими быть и начнем официально встречаться? Ты и я. Вместе. Пара. По-настоящему. — Да, — ответила она и прижалась губами к подушечке его большого пальца. Затем Гермиона перехватила его ладонь и осыпала поцелуями костяшки и ободки колец. Скользя по его пальцам вниз, она обхватила губами кончик одного из них и с силой втянула в рот, не сводя с Малфоя сияющих глаз [4]. У Драко перехватило дыхание: в сознании всплыла яркая картинка, как Гермиона языком тщательно облизывает его влажные, покрытые ее собственной смазкой пальцы. Он подавил стон, пытаясь унять выпрыгивающее из груди сердце. — Грейнджер, — прошептал Малфой. — Сейчас действительно не время для этого. Она не сводила пристального взгляда с Драко и, втянув его палец глубже в рот и крепко сомкнув губы вокруг кольца-печатки, сглотнула. — О, да чтоб меня… — пробормотал он. Гермиона, удовлетворенно прогудев, убрала его ладонь от своего рта. Она приподнялась на цыпочки и оставила поцелуй на его подбородке, руками упираясь ему о бедра, чтобы удержать равновесие. — И теперь, когда мы ясно поняли, что оба этого хотим, — выдохнула она, — и как давно этого хотим… Я намерена сделать это. Все-таки ты обещал мне «скоро». Драко запустил обе руки в ее густые волосы, оттягивая голову назад. Он впился в ее губы жадно, требовательно, углубляя поцелуй. Гермиона с не меньшим пылом прильнула к нему в ответ, крепче сжимая его бедра ладонями. Малфой жаждал целовать ее до тех пор, пока у них обоих не кончится воздух в легких, подхватить ее на руки и в ту же секунду аппарировать в постель. Он неохотно прервал поцелуй с нескрываемым рыком. Драко знал, что покраснел, что глаза потемнели от желания. На лице Гермионы отразилась та же эмоция. — Это определенно не притворство, — протянул он. Грейнджер поднесла дрожащие пальцы к губам и кивнула. — Не притворство, — повторила его слова она. — Больше нет. Он убрал руки из ее волос, аккуратно распутывая зацепившийся за кольцо кудрявый локон. Над ее макушкой он сумел разглядеть слабое движение, поднял взгляд и увидел, как зашевелились раскидистые побеги плюща, а Чоудхури выглянула из-за них. Одним губами она пробормотала вопрос: «Вы закончили?», постукивая по воображаемым часам на запястье, и он ухмыльнулся, отмахнувшись от нее. Очень невысокий пожилой мужчина в плохо сидящей на нем униформе оттолкнул Чоудхури в сторону, вышел из здания, проковыляв по бурой траве, и, подойдя в упор к стене, заговорил, его огромные усы вздымались при каждом вздохе: — Я не знаю, кем ты себя возомнил, но не смей отдавать приказы в моем доме, приятель, — заявил мужчина. — Я мог бы… Он резко прервал свою речь, устремляя взгляд вверх, выше и выше, когда Драко поднялся на ноги. — Эм. Вы… кто? Драко с трудом скрыл улыбку и намеренно замер с самой прямой осанкой, глядя на мужчину свысока. — Аврор Драко Малфой, АВД в расследовании по веревочному убийце. И я отдам любой треклятый приказ, какой только потребуется… — он бросил взгляд на потускневший значок мужчины. — Аврор-стажер Тейлор. Серьезно? В ваши-то годы? Что, не смогли сдать экзамены? — Малфой! — Гермиона пихнула его в бок. Драко, глядя на нее, удивленно приподнял бровь, и она, бормоча что-то себе под нос, отошла от него и зашагала к стоявшим у двери Чоудхури и Коттерилл. Лицо Тейлора вспыхнуло ярко-пурпурным, и он прыснул: — Жена потеряла мой второй значок, и я не обязан объясняться перед каким-то аристократичным мерзавцем. — Может, и нет, но вам придется объясняться перед Главным аврором Поттером, который получит очень подробный отчет, как только я закончу здесь. Тейлор сделал шаг назад, широко распахнув глаза и пригладив усы пальцами обеих рук. — Ах, твою ж мантию. Инспекция? Это что, чертова инспекция? Никто не говорил, что к нам прибудет инспекция! Мы должны были получить уведомление об этом! Драко окинул взглядом мужчину, заметив бисеринки пота на его лбу и внезапно появившийся от него резкий запах. — Инспекция, — произнес Драко, растягивая гласные в лучших традициях уилтширского акцента. Он направился к двери, намеренно повышая голос, чтобы его услышали в здании. — Да и кто вообще предупреждает о внезапной проверке? Будьте так добры, подсуетитесь и соберите остальных. Выстроите их в шеренгу? Вот и славно. Тейлор прошел мимо него, бранясь и утирая лоб. — Аткинсон! Шоу! Грин! Драко остановился рядом с Чоудхури, которая чуть не задохнулась, пытаясь не рассмеяться. — Я бы сказал, — протянул Малфой, не изменив своего акцента, — он просто зверюга, не так ли? Страшный зануда, — для пущего эффекта он сделал вид, что смахнул ворсинку с рукава. Чоудхури и Коттерилл жались друг к другу, громко хихикая. Гермиона скрестила руки на груди, взбешенно прожигая Драко взглядом. — Малфой, — цыкнула она. — Ты закончил? Драко опустил крайности своего акцента. — Ой, да ладно тебе, Грейнджер. Он же сам нарвался. Он назвал меня аристократичным мерзавцем. — Так ты и есть аристократичный мерзавец. — Она вас раскусила, босс, — Коттерилл ему улыбнулась. — Или все-таки лучше обращаться к вам «шеф»? Малфой закатил глаза. — Вы же знаете, что мне не нравится ни то, ни другое — Да, сэр, — хором ответили они, все еще хихикая. — Кто-нибудь из вас помнит процедуру досмотра униформы? — спросил Драко. — Готов поспорить, что смогу начислить минимум двадцать штрафных баллов. Для начала пять — за неполный комплект, также Тейлор лишился двух из-за неправильного ношения значка. — Это по каждому отдельно или в целом по объекту? — поинтересовалась Чоудхури, прищурив глаза. — Давайте в целом, — произнес Драко. — И пусть будет пятьдесят. Пятьдесят или больше на всю группу, и я буду оплачивать ланчи в течение следующих двух месяцев. Коттерилл и Чоудхури переглянулись между собой, а затем скрылись в здании. — Ты же знаешь, что униформа у них наверняка далека от идеала, — заметила Гермиона. — И вообще, кто бы говорил? Ты же носишь костюмы каждый день. Не припомню, чтобы видела тебя в мундире в офисе. — Ах, но правила гласят, что форма обязана быть у меня в наличии. Она в моем шкафчике, — Драко ей подмигнул. — Вот что, я надену ее для тебя, если пожелаешь. Гермиона подошла к нему вплотную, пальцами обхватила его галстук и потянула Малфоя на себя. — Да, сэр, — прошептала она. Драко покосился на дверной проем, что-то проворчал себе под нос и замотал головой, борясь с искушением наклониться и впиться зубами в ее шею. — Пойдем, — подал голос он, кладя руку ей на плечи и уводя за собой в здание. — Давай понаблюдаем, как мои стажеры выигрывают множество ланчей.

__________

Гермиона опустила кружку с кофе на стол перед Драко и, когда он застонал и выпрямился, сжала его плечо. На пустом стуле рядом висел его скомканный пиджак, на Малфое не было галстука, он закатал рукава до локтей и расстегнул верхние пуговки на воротнике. Даже кожаные ремни его плечевой кобуры выглядели помятыми. Он явно десятки раз запускал пальцы в волосы и уже длительное время не снимал с носа очки. Она подошла к нему и остановилась позади стула, на котором Малфой сидел, скользнула ладонями под его воротник и большими пальцами провела по его шейным позвонкам. — Десять часов, Драко, — констатировала Грейнджер. — Ты трудился над этим десять часов. Коттерилл и Чоудхури отправились домой два часа назад. Ты можешь передохнуть. — Это место — полнейшая катастрофа, — проворчал Драко. — И я говорю не о здешнем авроре или двух, Гермиона. О них всех. Они совершенно некомпетентны и, очевидно, были таковыми в течение нескольких месяцев. Не могу поверить, что Поттер никогда этого не замечал. Гермиона скользнула пальцами по его затылку, перебирая волосы, и затем ниже, очерчивая линию позвоночника и массируя шею нежными, продолжительными движениями. — Ты же знаешь, Гарри ненавидит бумажную волокиту. Наверное, он был и рад, что они не присылали отчеты, которые ему следовало изучить и подписать. — Их инспектор ушла в декретный отпуск, и они просто… — Драко беспомощно махнул рукой в сторону стопок папок и кипы коробок, которыми был завален тесный конференц-зал, — прекратили. Они вообще перестали что-либо делать. Заполнять отчеты, оформлять любые чертовы дела. Малфой наклонился вперед и, отстранившись от ее ладоней, схватил две папки из ближайшей стопки. Снова откинувшись на спинку стула, он взглянул на Грейнджер и приподнял документы вверх. — Посмотри на это. Мэдисон Райли и Эллен Дональдсон. Жертвы номер один и два. Парень Мэдисон, Даррен Эдвардс, должен был встретиться с ней после ее смены в ресторане, но она так и не появилась. Она вообще не вышла на работу. Он выждал день, но так и не получил от нее никаких вестей и подал заявление. Парень Эллен, Рис Томас, купил ей спа-уикенд. Он только в понедельник узнал, что путевкой она не воспользовалась, и сразу же заявил о ее исчезновении. Малфой швырнул папки на стол и рыкнул, потирая глаза под очками. — О них обеих было доложено. А идиоты из этого отделения так и не отправили эти гребаные отчеты в главный офис. Гермиона опустила руки ему на плечи, потирая ремни его плечевой кобуры. — Никола и Насим установили личности обеих, Драко. Мы знаем, кто они, и они были переданы своим семьям. Гвен Морган тоже. — И по-прежнему остается двое неопознанных, — он вульгарным жестом указал на стопки документов. — И информация по каждой может быть здесь. Возможно, о жертве номер три и нет — делаю им скидку, ведь нашли ее в Уэльсе. Но вот пятая жертва… Та, что из Мортена. Она здесь, где-то посреди всего этого хаоса, зуб даю. Где-то в этом тотальном беспорядке завалялось заявление о ее пропаже. Гермиона наклонилась и поцеловала Малфоя в макушку, затем обошла вокруг и прислонилась к столу, скрестив руки на груди. — Теперь ты позволишь мне заняться тем, что у меня получается лучше всего? Я архивариус, Драко. Я специализируюсь на упорядочивании различных документов, чтобы их можно было снова найти. Я могла бы уже сделать хотя бы половину этого, если бы ты не настаивал, что с большей частью справишься сам. Он потер подбородок и перевел взгляд на Грейнджер, в выражении его лица так и сквозило напряжение от многочасовой работы и вычитывания отвратительного почерка на выцветших бланках. Она устояла перед искушением разгладить пальцами морщинки вокруг его глаз. «Или губами», — призналась Гермиона сама себе. Драко расправил плечи, поморщившись, когда одно из них хрустнуло так громко, что эхо этого звука отскочило от стен пыльной комнаты. — Ты права, — признал он, отодвигая стул. — Ты эксперт, и я должен был позволить тебе заняться тем, что у тебя получается лучше всего. Это безобразие теперь в твоем полнейшем распоряжении. Сделай столько, сколько сможешь, Грейнджер. Мне нужен перерыв. Он встал и отошел от стола, высоко поднимая обе руки над собой и потягиваясь. Уставившись на Малфоя, Гермиона до боли впилась зубами в нижнюю губу, наблюдая за мерцанием тату на предплечье и за тем, как брюки обтягивали его упругую задницу. Швырни галлеон… Ох! Когда он вышел из помещения, Грейнджер стоило больших усилий сосредоточиться на стопках бумаг на столе. Одной папкой она в течение минуты обмахивалась, словно веером, пытаясь дышать, пока перебирала коробки и файлы. Драко был целиком и полностью прав — это полнейшая катастрофа, но она могла попытаться сделать хотя бы первый шаг. Гермиона отложила папку, хрустнула костяшками пальцев и достала свою палочку. Через тридцать минут она уже выуживала из волос маленькие клочки бумаги и с кристальной ненавистью взирала на папки. — Я подожгу вас всех, — глядя на одну коробку, пригрозила Грейнджер. — О, вы увидите, сделаю это без зазрения совести. — Снова разговариваешь сама с собой, — у нее за спиной послышался низкий бархатный голос Драко. — Все еще опасный звоночек, — он опустил обе ладони ей на плечи и провел большими пальцами по ее позвоночнику. Она прижалась к нему спиной и наклонила голову вперед в молчаливой просьбе, которую Малфой выполнил, массируя ее шею. — У меня и правда есть первые успехи, — выдохнула она. — Я разделила все по типам в соответствии с номером формы. Смотри, все 1404-е, все 1282-G и так далее. Гарри придется направить сюда аудиторскую группу. Здесь чрезмерное количество 450-Cs. — Запросы на мелкие расходы? Не удивлен. А еще как минимум один из них подворовывает из бюджета на содержание объектов, — он запустил пальцы в ее кудри и начал массировать кожу головы. Гермиона тихонько застонала и уперлась руками о стол, надеясь, что мощная фигура Драко поможет ей не завалиться назад. — Это, — произнесла она, закрыв глаза, — да... Они, эм... Они подворовывают. И я практически уверена, что в платежной ведомости есть некто, кого даже не существует. Тут заявление на отпуск от лица, которого нет в штатных списках. — Бэйли Бин? — Драко тихо хмыкнул. — Можешь забыть об этом. Это талисман местного отделения. В мужском туалете стоит миска с водой с гравировкой этого имени, а в кабинете инспектора повсюду фотографии золотистого ретривера. Думаю, она взяла его с собой, когда уходила в декрет. — Ммм, окей, — Гермиона заставила себя выпрямиться и сосредоточиться на проделанной работе, а не на интенсивности давления рук Драко. Она уже знала, насколько он силен. Ей нужно сосредоточиться. И плевать, насколько невозможным это казалось, когда он делал ей массаж. Она откинула голову назад и прислонилась к его грудной клетке. — Из плюсов: мне удалось привести в действие географические чары, — Грейнджер направила свою палочку на увеличивающуюся папку, подзывая ее к ним. — Здесь собраны все упоминания о происшествиях в Мортене. Драко обнял ее одной рукой за плечи и стал перебирать содержимое папки, которую Гермиона держала в ладонях. — Отличная работа, — вырвавшийся из его груди низкий голос гулко отдавался в ее голове. — И... да. Вот оно. Малфой вытащил один из рапортов и хрипло прорычал: — Джемма Паркер, двадцать четыре года, магглорожденная, — крепко выругавшись себе под нос, он выпустил Гермиону из своих объятий и опустился на стул. Драко закинул ноги на стол, отпихнул коробку в сторону и стукнул каблуками по деревянной поверхности, читая отчет. — Ландшафтный дизайнер, хирургический шрам на спине. Фотография идентична трупу, который лежит в морге у Тауни. Объявили пропавшей за три дня до того, как было найдено ее тело. Заявление об исчезновении подал ее муж — Эндрю, тоже двадцати четырех лет — после того, как она не вернулась с конференции по топиарному дизайну — фигурной стрижки кустов. Малфой швырнул рапорт на стол, а следом за ним и очки и откинулся на спинку стула. Прикрыв лицо ладонями, он выругался, не сдерживая злости. Гермиона убрала его челку с глаз, зачесывая пряди назад. — Теперь ты можешь сообщить ее мужу, — она попыталась найти в этом хоть что-то положительное. — Ты можешь немного успокоить его. Это не так уж и плохо, Драко. Он опустил руки и вопросительно на нее взглянул. — Сообщить мужчине, что его жена умерла? Это ужасно, — Малфой жестом обвел папки и коробки. — И если бы здесь не было такой неразберихи, я, скорее всего, смог бы остановить этого убийцу еще до пятой жертвы. Теперь уже сомневаюсь, способен ли задержать его до шестой. А может, и до седьмой. — Ты задержишь мерзавца. Он окажется в Азкабане в мгновение ока. Я знаю, что остановишь, — Гермиона обхватила его щеки и наклонилась к нему для поцелуя. — Драко, ты один из лучших авроров в стране. Ты найдешь его. Он состроил гримасу, прежде чем ответить на поцелуй, и закрыл глаза. Языком Гермиона скользнула по контуру его нижней губы, и Драко сорвался на тот самый хриплый гортанный звук, от которого в ее мозгу всегда полыхали искры. Пальцами одной руки она перебирала платиновые волосы, а другой провела по его горлу, отодвигая края воротника и проникая под рубашку. Драко накрыл ее руку своей с тихим предупреждающим гулом и отстранился, замотав головой. — Не здесь, — пробормотал он. — Хватит и того, что нас свои постоянно прерывают. Она прижалась своим лбом к его, глядя Малфою в потемневшие глаза — в радужках цвета жидкого серебра уже плескались угольные нотки, — и неохотно кивнула. — Ты прав. Мы же все еще на работе. Гермиона выпрямилась, привела себя в порядок, а затем нашла материалы по делу Паркер. Взмахом волшебной палочки она сделала копии всех страниц документов и фотографий и свежие дубликаты убрала в свой кожаный портфель. Грейнджер как раз передавала Драко очки, когда Тейлор вошел в помещение. Униформа сидела на нем намного опрятнее, чем утром. — Докладываю: отчетная информация разыскана, сэр, — огрызнулся Тейлор. — Последние файлы извлечены из хранилища, сэр. Простите за пыль, сэр, — он швырнул испачканную коробку на стол и скривил физиономию, когда Драко отвернулся, собираясь чихнуть. Драко зажал нос и махнул Тейлору в ответ. — Отлично, — пробубнил он. — Благодарю. Это последняя? — Последняя коробка в участке, сэр. Может немного попахивать мочой, сэр. Думаю, в сарае побывали лисы, сэр, — протараторил Тейлор. — А теперь, если вы не возражаете, сэр, мы с ребятами пойдем. Ночная стража на вахте у входа, и с их формой все в порядке, сэр. Гермиона ожидала, что Драко снова начнет корчить из себя этакого аристократишку, но, переведя на него взгляд, заметила, как сильно напряжение давило на его спину, как он до побелевших костяшек пальцев вцепился в край стола. Она приоткрыла папку, чтобы незаметно для Тейлора коснуться руки Драко, стараясь не вздрогнуть от его похолодевших пальцев. — Спасибо, Тейлор, — поблагодарила она, отодвигая коробку на дальний конец стола и накладывая на нее очищающее заклинание. — На сегодня все. — До свиданьица и бывайте здоровы, — с усмешкой попрощался Тейлор и, развернувшись на каблуках, поспешил прочь. «Аристократичный ублюдок», — услышала Гермиона его недовольное ворчание кому-то за дверью, прежде чем он захлопнул ее за собой. Грейнджер тут же повернулась к Драко и пальцами скользнула по его шее вверх, касаясь затылка. — Ты со мной? Он утвердительно кивнул. — Эта ловушка из быстрых, — признался Малфой. — Лисы. Много лет на территории мэнора жила лисья семья, — он прикрыл веки и медленно выдохнул. — Пока Нагайна не приметила их. Гермиона не отходила от него, пока Драко не убрал ее руку, оставив поцелуй на костяшках, и почувствовала, что его пальцы потеплели. Удостоверившись, что он целиком и полностью пребывает в настоящем времени, она сжала его ладонь и отпустила ее, чтобы открыть коробку. — Еще один пункт в графе «непрофессионально», — Грейнджер вскинула брови. — Эти даже не промаркированы. Они все датированы... — она перебрала папки. — Ах. Ну, возможно, есть веская причина, почему они не были подшиты правильно. Все они датированы маем-июнем 1998 года. — Окончание войны, — выдохнул Малфой. — Оставалась еще дюжина Пожирателей смерти, которых предстояло обезвредить. Вечеринки, устраиваемые в честь этого. Знаменательное время для всех. Понятно, почему оформление документов отошло на второй план. Грейнджер ничего не ответила, хотя от горечи в его голосе у нее защемило в груди. Драко взял стопку бумаг, которую она ему протянула, и его лицо приобрело практически страдальческое выражение из-за грязи, налипшей на переплеты. Он бросил несколько заклинаний на папки и документы внутри них. Надев очки, Малфой принялся за чтение. Гермиона просмотрела несколько отчетов и взмахом палочки отправила каждый из них в соответствующую стопку, определяя, к чему именно файл стоит отнести. Драко продолжал читать, его внимательный взгляд быстро-быстро скользил по строчкам. Она знала, что он запоминал все прочитанное, каждая деталь откладывалась в его голове. На одном файле Грейнджер застопорилась, что-то щелкнуло в ее мозгу, и она хмыкнула, перечитав его еще раз. Если бы у нее была память Драко, Гермиона сразу бы поняла, что именно подметила. Ничего не бросалось в глаза, и она кашлянула, привлекая внимание Малфоя. — Помоги мне, — обратилась к нему Гермиона. — В этом что-то есть, — она приподняла открытую папку. — Нападение у паба в Глоссопе пятнадцатого июня. Трое фигурантов. На пару напали, когда они покидали вечеринку по случаю своей помолвки. Нападавший вопил: «Если бы Темный Лорд остался в живых, ты бы не посмел выставлять напоказ свою грязь перед чистыми, порядочными людьми», после чего нанес женщине удар ножом в руку. Ее жених был ранен при попытке защитить ее. Пару, Джона Аллена и Эйву Келли, доставили в ближайшее убежище, где они ожидали прибытия целителей. Нападавший, Эдвард Джессап, был оглушен случайным прохожим и взят под стражу, когда прибыла аврор Фиона Тодд. — Погоди, — резко выпалил Драко. — Повтори-ка это еще раз. — Что именно? — Нападавший. Его имя. — Эдвард Джессап, — прочитала Гермиона из протокола. — Вот что мне кажется знакомым! Я знаю это имя, но не могу вспомнить откуда. Лицо Драко приобрело суровые черты. — Зато я могу.