Новые знакомства.

*** Прошла неделя с того момента, как последний раз меня посетил Воланд. И, признаться, я заскучала. Но знала, что он придет в любой момент, даже когда я этого не буду ждать, поэтому была спокойна. Всю эту неделю я провела за написанием своего романа. Сутки и ночи напролет я писала. Нормально даже не питалась, так как не думала об этом. Вся моя еда были сигареты, кофе и чай во всех его видах. Порой, я съедала что-то максимально неполезное и вредное, и тут же забывала об этом и садилась писать. Я горела процессом: мне нравилось визуализировать в своей голове образы персонажей и то, что и как они чувствуют. Таким образом, за неделю я написала практически четыре главы. Выходило очень даже неплохо, но я постоянно вносила корректировки. Мой главный герой уже познакомился со своим другом-дьяволом, и я развивала дальше их взаимоотношения, дополняя это рассуждениями о судьбе человека и мыслями главного героя. Периодически мы созванивались с Маргаритой, чтобы обменяться парой словечек о своей жизни. У Маргариты все было как нельзя лучше: они с её мужем все-таки решились взять мальчика из детского дома, и были неимоверно счастливы. Я радовалась за них, также, как и за себя. Очень уж я любила эту пару, они восхищали меня своей гармоничностью и созерцательностью. А люди любят... *** Воскресным утром я проснулась от звонка в дверь. Время было десять утра. Кто-то настойчиво названивал, да так, что, немного расчесавшись и одев халат поверх пижамы, я открыла дверь, громко проорав: -Какая сволочь ломится ко мне в такую рань!?— открыв засов, я даже толком не открыла глаза, чтобы посмотреть, кто стоял за дверью. Проморгавшись, я сначала не поняла, а потом мои глаза округлились от удивления. В дверь ломился огромный букет из красных роз, а за ним голос: —Доброго утра, Мэри. Воланд приветливо выглянул из-за охапки цветов. У меня не было другой реакции, кроме как заясиять улыбкой, и впустить его. На самом деле было безумно приятно получить такой неожиданный букет от него, да еще и моих любимых цветов. Да, вот бы каждый день так просыпаться… Он прошел в квартиру и спросил: -А куда можно поставить? -Давайте я возьму.— я забрала огромный букет и вдохнула запах. Этот запах восхищал меня, заставлял радоваться. Никто никогда не дарил мне такого большого букета. Мои глаза не могли нарадоваться на это великолепие. Тем более, что это были мои любимые цветы. -Вам нравится? Я не знал, какие цветы вы любите, и подумал, что лучшим решением будет взять эти.— с довольным видом отрапортовал он. Мило улыбнувшись, я ответила:— Да, спасибо, мне очень нравится. Не ожидала, что вы придете сегодня. -Как раз к этому вопросу!,— оживился он, словно ждал этого вопроса тысячу лет.— Сегодня мы с вами идем на встречу. Пока я относила букет в другую комнату, чтобы поставить его в воду, я только успела крикнуть: -Куда? -В Московский дом книги. Сегодня, в 19:00. Я бы хотел познакомить вас с некоторыми моими знакомыми писателями, возможно, это как-то поможет вам. Заодно и посмотрите одним глазком на писательский кружок Москвы. — мужчина протянул мне приглашение в виде продолговатого билета с красивыми буквами: Вечер поэзии в Московском доме книги. 3 июля, 19:00. Я была недовольна. Зачем мне было туда идти? Тем более, я никогда не фанатела от поэзии и уж тем более от вечеров, посвященных этому. Воланд понял все по моему выражению лица и сказал: —Я понимаю, что вам это не совсем интересно, но вы же хотите обрести полезные вам новые знакомства?—он был прав. В писательском мире Москвы я— никто, и мне нужно было осваиваться, чтобы мое имя хоть чуточку знали. Поэтому я кивнула. —Рад, что вы меня поняли. Я заеду за вами без двадцати семь, тут недалеко. А может дойдем пешком? —Я думаю, да. Тут недалеко от моей квартиры. --Отлично, тогда до встречи!--он помахал рукой и закрыл за собой дверь *** Через некоторое время после того, как мужчина ушёл, я заметила конверт, который лежал на комоде. Я подумала, что он оставил его случайно и решила не вскрывать. Но мои сомнения прервало СМС от Воланда: Мэри, на комоде в вашей прихожей лежит конверт. Найдите себе что-то подходящее для сегодняшнего вечера. Отказ не принимается. Буду ждать. Я вскрыла конверт. Там лежало, на первый взгляд, десять красных купюр. И, честно говоря, принимать деньги для меня всегда сложно, плюсом идёт то, что это Воланд, и его помощь мне вообще кажется необоснованной. Да ещё и так много. Зачем? Ну, раз он так считает нужным, придётся обновить гардероб. Приведя себя в порядок, я отправилась на поиски подходящего образа. *** Вернулась я домой примерно в шесть часов вечера. Я объехала всю Москву в поисках подходящего образа на такое событие. Итак, я купила платье алого цвета длины чуть ниже колена, мне очень нравилось, как оно играло хороший контраст с моими рыжими волосами. В комплект к этому я купила черные бархатные туфли на высоком каблуке , сумку и помаду в цвет платья. Конечно же, я потратила не всю сумму, однако для меня даже это было много. Весь образ перекликался цветами между собой, вышел ярким и вызывающим, прямо таким, каким я и задумывала. Ну, довольно описаний моего наряда. Переходим к делу. В 18:40 Воланд позвонил мне в дверь. —Открыто, проходите! Я почти готова. —Я жду вас. Докрасив губы и пшикнув новыми духами, которые я тоже купила, я вышла к нему. Он был, мягко скажем, заметно удивлен моим образом. По правде говоря, я очень хотела впечатлить его, во мне снова заиграл адреналин, то самое, чего я хотела изначально. Возможно, мой ход рассуждений не каждому будет понятен, мол, зачем это нужно тебе. Да просто. Просто хочу чувствовать желанный взгляд на себе, просто хочу подразнить его, в конце концов. А почему нет? Осмотрев мой образ с головы до ног, на его лице было лишь… -Ich bin erstaunt, Мэри. Вам очень идет этот образ. —его взгляд скользнул по моему вырезу на платье. В глазах сверкнул огонек, тот же самый, что и при нашей первой встрече. На лице мужчины появилась ухмылка. —Вы знаете,—продолжила я,— наверное будет лучше, если мы доедем. Мне будет неудобно идти… —Конечно, meine Dame, я понимаю. —мы вышли из квартиры. Я закрыла её на ключ, он взял меня под руку, мы пошли вниз, где нас ждало авто. *** Сев в автомобиль, я заметила, что кроме Коровьева в машине сидела еще одна девушка. Это привело меня в недоумение. Новая пассия Воланда? Интересно. —Ах, я забыл вам представить—Гелла.—девушка с ярко-рыжими волосами и выразительными зелены и глазами ласково помахала мне рукой и очень мило улыбнулась. Но она действительно была очень милая, как мне показалось. Видимо, у Воланда вкус на рыжих.—мимолетно пронеслось в моей голове, но я тут же убрала эти мысли. С чего я вообще взяла, что у него с ней что-то есть? Я что, ревную? Прочь, прочь такие мысли! Мы тронулись. Через некоторое время, Воланд продолжил: —Мэри, я забыл сказать вам. Раз уж вы знаете, кто я есть, то открою вам еще одну тайну: любезный Коровьев и Гелла—прислужники моей свиты. Также вы скоро познакомитесь с Азазелло и котом Бегемотом, они тоже будут на встрече. Главное--не страшитесь и не бойтесь их. Я внимательно выслушала рассказ Воланда. Было жутко и странно слышать это, хотя я уже смирилась с мыслью, что этот мужчина— зло в его собственном лице. Однако, узнав об этой свите, стало страшнее. Но ничего не оставалось, как покивать головой и смириться. Остаток пути мы проехали в тишине. *** Мы прибыли. Выйдя из машины, Воланд открыл мне дверь и подал руку. Небольшое количество людей, скопившихся у входа в Московский дом книги, сразу же обратили внимание на нас, повернув головы и зафиксировав свой взгляд на наших персонах. Гелла шла под руку с Коровьевым, а я… ну понятно с кем. К нам подбежал какой-то черный кот, который был просто неимоверно большой, с зеленоватыми большими глазками и большими когтищами. Он шел рядом с нами так грациозно, словно не Воланд был его хозяином, а он его. Как я поняла, это и есть тот самый Бегемот. Все взгляды курящих и просто болтающих людей были обращены на нас, а конкретно— на меня и Воланда. Кто-то перешептывался, указывая пальцем то на Геллу, то на меня. Кто- то вежливо расступался перед нашей компанией, словно отдавая дань уважения. Мы зашли в Дом. К нам сразу же подбежал какой-то мужчина непонятно какого возраста в странного цвета, похожего на бежевого, пиджаке в серую клетку и каких-то потертых туфлях, словно он купил их на распродаже в секонд-хенде. Вообще, лицо у него было какое-то лукавое и ничего интеллектуального не выражающее. Не хорошее впечатление произвел на меня…: —Добрый вечер, Алоизий.—промолвил Воланд. Так вот как звали этого…. Как его обозвать не знаю. И человеком-то не назовешь. —Добрый вечер, добрый вечер! А что это за прелестная мадам сегодня рядом с вами-с? Простите-с за такой неуместный вопросик.— он ехидно улыбнулся. —Позвольте представить— Мэри. Она начинающий писатель и хотела бы побольше узнать о вашем мирке, Леди только входит во вкус писательства.— Воланд слегка рассмеялся, посмотрев на меня со взглядом, говорящим: «Молчите, говорить здесь буду я.» Я послушалась, так как не особенно вообще хотела с кем-либо тут разговаривать. —Мэри, позвольте ручку!--он слегка коснулся губами моей кисти. Для меня это довольно старомодный жест, но я не особо придала этому значения.-- Вы очень прелестны. О чем пишете? Пройдемте, пройдемте.— он отвел нас от входа и пошел с нами на второй этаж, где и должен был начаться вечер поэзии. Куда ушли Гелла и остальная часть свиты--я не отфиксировала, впрочем, сейчас это было не особо важно. —Я пишу о… человеке и его творчестве. О его судьбе и предназначении.— ответила я общими фразами, особо не распинаясь. —Что ж, для первого произведения неплохо. И давно вы этим занимаетесь? —Чуть больше двух недель. --Срок-то небольшой. А сколько уже написали? --Завершаю четвертую главу в ближайшие дни. --Ого-о!--внезапно оживился Алоизий. Его странное лицо озарилось чем-то похожим на не то радость, не то удивление.--Тогда могу вам кое-что предложить: не хотите ли начать публиковаться в сообществе нашего Дома книги? Каждая глава будет выложена на сайт и напечатана в нашем журнале, разлетаются как горячие пирожки. Ну? Как вам идейка? Я задумалась. Не знала, что и сказать. Звучит, как какая-то дешевая шняга, которую никто не купит. Но и других путей приобрести известность у меня не было, поэтому я ответила: --Вы знаете, Алоизий, мне нужно подумать. Мне сложно дать ответ сейчас. Тут мужчина развел руками.--Ну на вас прямо-таки не угодишь. Соглашайтесь, милочка.--тут он наклонился поближе и сказал немного тише:--Другого выхода у вас все равно нет. Внутри я немного вскипела. Твою мать, какой же наглый. Есть никто, а уже мнит себя великим литератором. Я повторила ему тоже самое, но настолько убедительно-властным голосом, чего сама от себя не ожидала: --Я сказала: мне. нужно. подумать. Или вам не понятно с первого раза?--Воланд, стоявший рядом, видел всю эту картину, и, подойдя ко мне, сказал: --Дорогая, по-моему нам пора идти, всё вот-вот начнется.--он взял меня за руку и повел в сторону зала, где начало собираться большое количество людей, оставив Алоизия одного. *** Мы заняли места посередине зала и ждали начала. Тут на сцену вышел человек. Он был средне-преклонного возраста, лицо его было слегка пурпурного цвета, очевидно, мужчина был нетрезв, либо находился в состоянии похмелья, да и вообщем его внешний вид был неопрятен, седые жидкие кудри прилипли к потному лбу, а круглые очки с толстыми стёклами сползли на нос. При виде его зал зааплодировал. Я решила спросить у Воланда: --Кто этот человек? Дьявол сделал свою фирменную улыбку. Значит, он знает очень много об этом человеке. --О, это господин Берлиоз Михаил Александрович. Председатель МАССОЛИТа, уважаемый человек в литературном кружке Москвы. Замечает каждого нового человека в зале.--я вопросительно повернула голову на него.--Да-да, и вас возможно тоже заметит. Не переживайте. Эти люди только делают вид, что у них много связей, и они сделают всё, чтобы преградить вам путь. На самом деле они ничтожно ущербны и ни на что не способны. --Верю. А что такое МАССОЛИТ? --Московское объединение литераторов, в котором состоят многие поэты и актеры. Собственно, к моему сожалению, вам предстоит туда вступить. А одного представителя этого творческого концерна мы с вами сейчас увидим. После речи Берлиоза, которую я и Воланд благополучно прослушали, он объявил: --Позвольте представить: поэт Иван Бездомный со своей новой программой "Исповедь гражданина", прошу любить и жаловать!--зал зааплодировал так, что в моих ушах зашумело, и одно ухо мне пришлось зажать. На сцену вышел довольно приятный молодой человек с рыжеватого цвета кудрявыми волосами. На вид ему было примерно столько же лет, сколько и мне. Какой милый мальчик. Может его поэзия не так уж и плоха?--подумала я. Дьявол, словно услышав мои мысли, наклонился и сказал мне: --Иван Бездомный. Новоиспечённый член МАССОЛИТа, подающий большие надежды и находящийся под покровительством Берлиоза. Амбициозный, убежденный атеист, не верит ни во что, если это сказано не из уст Михаила Александровича. Интересно послушать, что он сейчас прочтёт. Молодой человек начал читать сначала что-то бодрое и пафосное, затем сменилось на что-то заунывное, и в таком духе прошел весь его вечер. Длилось это творческое недоразумение шло примерно час, чередуясь небольшими отступлениями-экспромтами от автора. Боже, какой позор. *** -Браво! Восторг!--взорвался зал после окончания речи Ивана. Все хлопали и хлопали, женщины просили автографы, его одаривали огромным количеством оваций. Я не аплодировала. И Воланд тоже. Мы просто сидели и смотрели на всё это. Но вдруг Воланд сказал: --Знаете, мне не очень хочется досиживать это всё. Давайте мы покурим, и я отвезу вас домой. --А Коровьев? Гелла? Бегемот?--спросила я у него, уже изрядно устав от мероприятия. --Gott segne sie. Я просто не люблю сидеть за рулём, однако прекрасно умею водить. А любезный Фагот и Гелла...у них сегодня ночной обход. Сегодня полнолуние, и темные силы должны обойти город. Я усмехнулась, взяла его за руку и мы вышли из зала. *** Он довёз меня до дома. --Мэри, позвольте вас проводить.--он спросил это так нежно и трогательно, словно мы виделись последний раз. Нежность Дьявола так отпугивает и восхищает одновременно. И всё-таки мне было приятно чувствовать от него моментами тепло и восхищение мной. Но он по-прежнему не нравился мне, ни о каких любовных чувствах не могло идти речи, нет. Просто я наблюдала за развитием наших с ним отношений, которые были на тонкой грани страсти и холодности и не давала себе ложных надежд. Мы поднялись до моей квартиры. Остановившись у самой двери, он сказал: --Мэри, благодарю вас за вечер. За ваше присутствие и внимание. Я не привык говорить комплименты, но...--он замялся,--вы--самое прекрасное, что я видел за сегодняшний вечер, да что за вечер, за свою жизнь. Почему-то я немного прослезилась. Не от какой-то любви, а от трогательности своего момента и незнания того, что ответить. Я открыла дверь в квартиру и сказала: --Спасибо вам, что помогаете. Он подошел ближе ко мне , между нашими лицами оставались считанные миллиметры. Воланд потянулся ко мне и поцеловал. Я ответила. Но это не было так испуганно, как в прошлый раз. Он чувствовал мой страх. Я дрожала от волнения и его обжигающего дыхания, словно я стояла рядом с пылающим костром. Наконец он отстранился. Улыбка заиграла на его лице. Но уже не та дьявольская, а настоящая--человеческая. Он помахал мне на прощание: --Guten Tag, mein Schatz. Сладких вам снов.--прикрыв за собой дверь, сказал он. Я была счастлива, что этот день закончился. Пройдя в свою спальню, букет стоял на окне и источал приятный запах, который доносил летний ночной ветерок. Что же будет дальше? Надеюсь, что лучшее впереди. ***