Часть 6: Моменты

      Расследование – это, конечно, громко сказано. Наверное, Хильда просто дала Эльстер это задание, чтобы та дурью не маялась и думала о чём-то кроме деградации всё это время. Важна же любая информация, разве не так? Эльстер всё-таки достала свой блокнот.       Только сейчас Эльстер поняла, что за всё это время узнала не так много об Алине, как казалось. Но всё равно такое ощущение, что они уже давно знакомы. Будто знала её всю жизнь, а сейчас вдруг забыла. Более того: и сам корабль перестал быть незнакомым. Словно Эльстер уже была там, но настолько давно, что не способна вспомнить ничего. Будто разгадка перед носом, но в то же время что-то её отдaляет. А может, это снова проявления деградации?       Возможно. Но Эльстер ничего с этим сделать всё равно не может. Она никогда не сталкивалась с этим феноменом. Чем на более ранних этапах она выявлена, тем легче даётся лечение. Выявить-то её выявили. Но что делать потом?       Использовать саркофаг для моделей LSTR – не лучший вариант. Во-первых, есть возможность что-нибудь ненароком сломать, если это уже не случилось: приборы и механизмы очень древние, такая техника ещё неизвестно, как себя поведёт. Само собой, как бы с ней аккуратно ни обращались, рано или поздно она выходит из строя. В данном случае, скорее рано, нежели поздно.       Во-вторых, и, пожалуй, в-главных, это факт того, что придётся снять скафандр, а без кислорода Эльстер долго не продержится. Не лучше ли смириться с этим и просто не думать об этом?       Действительно, лучше сделать что-то полезное и хотя бы обобщить полученную информацию, чем страдать от того, что от тебя не зависит. Но в голову как назло ничего не лезло.       «Данная планета земного типа. Имеет кроваво-красный оттенок из-за большого объёма оксидов ферума. В данном месте имеются обильные водные осадки в виде снега, несмотря на очень небольшое количество водных скоплений. Планета вращается по эллиптической траектории и с отклонением на пару десятков градусов от траекторий прочих планет. Судя по всему, она изменена достаточно резко и недавно, такой вывод можно сделать из-за нехарактерной низкой плотности атмосферы. Видимо, по инерции часть оболочки слетела. Изменению траектории могло послужить столкновение с каким-то небесным телом. Это объясняет, почему «Пенроуз» так глубоко вошёл в землю.»       Это она увидела, когда летела на объект. Эльстер писала всё, что ей приходит в голову. Что хоть как-то может пригодиться. Хотя это будет понятно и простым гео-физикам.       «На нижнем этаже корабля плохо ловит связь. Возможно, это следствие характерных кораблю того типа толстых стен и потолка. Во многих разрушенных кораблях (или просто обесточенных) такой феномен очень частый.»       А это – каждому инженеру.       «Одна из комнат заперта. Возможно, там остался воздух. Из-за очень низкой плотности местной атмосферы и воздуха, схожего по составу, предположительно, с привычным для человека, возможности открыть герметичную дверь не предоставляется. Скорее всего, это был какой-то склад или медпункт.»       Да, возможно, так оно и было. Обычно в таких кораблях размещали именно что-то подобное. Или какие-нибудь оранжереи, чтобы иметь возможность выращивать себе провизию. Но органическая пища очень ценная, так стали бы им выдавать просто так, грубо говоря, килограмм картошки?       «Скорее всего, LSTR-512 убила Алину собственноручно. На её теле нет следов сопротивления. Видимо, она была слишком ослаблена, чтобы хоть как-то пытаться бороться за свою жизнь.»       Гештальт Алина – очень важный образ во всей этой истории, как бы тавтологично это ни звучало. Глупый каламбур. В любом случае, о ней важно знать, ведь она может напрямую быть связана с аномалиями в этом месте.       Эльсте только сейчас поняла, какой у неё странный стиль речи. Она всегда так говорит? Почему это сейчас кажется каким-то инородным? С одной стороны, так оно и надо: эта записная книжка, можно сказать, её рапорт. И должен быть написана в официально-деловом стиле. Но сейчас... Эльстер словно не узнаёт саму себя. Деградация прогрессирует!?       Но Эльстер ничего не может с этим поделать.       «Из-за чего Эльстер могла убить гештальта Алину?»       Хороший вопрос. Но получит ли Эльстер на него ответ? Вряд ли. Убить гештальта было много причин: во-первых, криокапсула энергозатратна, а лишнее напряжение двигателю – тем более, на закате своих лет – нежелательно. Во-вторых, в случае голода Алина вполне могла послужить на первое время для LSTR-512 пищей, пусть и не очень полезной. Не то чтобы в таких ситуациях был большой выбор. Но ради продолжения миссии можно предположить, что LSTR-512 готова была пойти и на это.       Но вот в чём дело: Алина физически цела, насколько это возможно. У неё все части тела на месте. Её тело даже осталось там же, где она и была убита – в той же криокапсуле. С закрытой крышкой. Значит, даже после её смерти криокапсула могла работать. А может, работает и сейчас. Как это понимать?       Так много вопросов, но так мало ответов. Кажется, Эльстер самой стала интересна разгадка. Даже появилась причина пойти спать. Уж что-что, а Хильда умеет найти повод жить.       В один из циклов Алина подошла в Эльстер и вручила ей забарахливший фотоаппарат. Эльстер понятия не имеет, на кой ляд он ей вообще нужен. Как она говорит, чтобы «запечатлеть моменты». Но о каких моментах идёт речь? Неясно.       В последнее время техника то и дело выходит из строя. И зачем на корабль взяли такой чувствительную и хрупкую? Неудобно же.       Спустя минут тридцать Эльстер всё-таки закончила починку. Фотоаппарат, кажется, теперь снова в строю. По крайней мере, электронная его часть в порядке. Но лучше проверить.       Сегодня Алина явно чувствует себя лучше. Теперь она копошится в блоке связи. Как когда-то раньше. Вот она куда-то решила отойти за чем-то. Даже надела свою офицерскую форму: сидит как влитая. Как с того самого первого цикла с момента их с Эльстер заточения в этой металлической клетке в открытом космосе. В такое время даже это становится чем-то радостным. Может, это и есть тот самый момент, который стоит запечатлеть?       –Эй, Алина, посмотри на меня, — позвала её Эльстер. Алина остановилась и повернулась к реплике. Вспышка.       –Предупреждать о таком надо, — упрекнула Эльстер Алина, зажмурив глаза от яркого света. Явно не обиделась. Спустя пару секунд фотоаппарат выдал плёнку. Мгновение, и на ней выявилась фотография. Но снова с дефектом — большое тёмное пятно расположилось по ней, задевая правый глаз.       –Да что не так? — Раздражённо спросила себя Эльстер, продолжая копошиться в нерадивой технике.       –Покажешь хоть? — Алина подошла к ней со спины, беря в руки фотографию, — о ужас, какая я страшная, — проговорила она, разглядывая её, а потом положила на стол.       –Да нет, просто плёнка неудачная попалась, — оправдывала Эльстер, — на самом деле, ты очень даже красиво получилась, — решила её подбодрить. — и, видимо, эта будет единственной удачной фотографией, потому что плёнка явно испортилась, — она достала её и начала разглядывать, пытаясь разобраться, в ней ли дело. — Или нет.       –Да? Тогда ты не против, если я повешу её в командном блоке? Будешь управлять кораблём и любоваться мною, — предложила Алина и улыбнулась своей идее.       –Как тебе угодно, — сказала Эльстер, – как раз не хватало надзирательства в виде красного глаза – ответила, всё ещё пытаясь разобраться в причине поломки техники. А Алина снова куда-то упорхнула по своим «важным» делам.       Прошло добрых полтора часа в попытке починить фотоаппарат. И надежда всё-таки его починить медленно растворяется.       Послышался грохот, и Алина застонала от боли и зашипела, попутно витиевато выругавшись, а на глазах её выступили слёзы. Она ударилась сгибом локтя о стол, когда пыталась достать что-то с верхних полок. И как она это сделала? Но Эльстер словно ничего не замечала.       –Аккуратнее будь, — только сказала она, не отрываясь от своего занятия.       –Хороший совет, — с сарказмом похвалила Алина, всё ещё шипя от боли, — главное, своевременный…       –Сильно? Дай посмотреть. — Эльстер потянулась к Алине.       –Да нет, это просто ушиб, — отпиралась Алина, всё ещё держась за руку и не показывая Эльстер. Это бы не смутило, если бы не проступившая сквозь пальцы кровь на одежде и не кровавый след от удара на столе. К тому же, просто ушиб не вызвал бы такой реакции.       –Покажи, — Эльстер взяла руку Алины и заставила показать. Рука в локтевом сгибе была в струпьях и ожогах, а месте удара отодралась толстым слоем корка. Рана кровоточила. Всё внутри Эльстер сжалось. — Как это ты так?       –Да неважно, просто обожглась, — снова отпиралась она.       –Надо перевязать, а то хуже будет.       –Бинтов осталось не так много, надо экономить, — ответила Алина, а в руках Эльстер появился бинт, который она достала из аптечки под столом.       –Постираем потом, ничего не будет. — Эльстер выпрямила пораненную руку, положив на стол и заставив Алину сесть на стул рядом. — Не дёргайся. — Она начала медленно, но плотно перевязывать раны, а Алина зажмурилась от неприятного ощущения. — Сильно больно?       –Терпимо, — ответила Алина. Минута в молчании.       –Тебе сегодня лучше, да? — решила завязать разговор Эльстер.       –Да, мне кажется, болезнь отступила.       –Чем же ты могла заболеть на корабле в открытом космосе?       –Даже знать не хочу. Самое главное, что я выздоравливаю, — они обе знают, что это не так. — Ладно, давай лучше не будем о грустном?       –Давай, — согласилась Эльстер. Но почему не хотят смотреть правде в глаза?       Повисло молчание. Через полминуты послышалось хихиканье Алины.       –Неужели кроме грустных тем у нас ничего не осталось? — её смех был совсем не весел. — Как думаешь, мы всё-таки сможем найти пригодную для жизни планету?       –Я надеюсь, да, — она действительно на это надеялась, пусть и почти не верила в мнимый успех.       –А какова вероятность? — на выдохе спросила Алина, — не отвечай. — Ноль целых, ноль в периоде. И только через пятнадцать нулей два. Но Алина теперь была спокойна. Слишком спокойна. И это действительно пугало Эльстер. — Если бы не всё это, ты бы кем стала? — решила она так просто сменить тему для разговора на что-то более отстранённое.       –Не знаю. Наверное, меня отправили бы служить в какое-нибудь другое место, — просто ответила Эльстер.       –И ты бы просто так отказалась от того, что мы бы встретились? – спросила Алина.       –Не думаю, что у меня был бы выбор. Думаю, той другой Эльстер или реплике, которой досталась бы ты, очень повезло бы. – ответила Эльстер.       Как-то скучно, — сказала Алина, а потом спросила: — А если серьёзно? Ты бы на чьей стороне была, будь у тебя выбор — за Нацию или за Империю?       –Что за околореволюционерские вопросы? — на губах Эльстер закралась улыбка. На самом деле, она совсем не смыслила в делах политики Империи, в отличие от Алины, которая всё расскажет подноготную абсолютно обо всём, стоит только спросить.       –Да нет, я просто спросила. Устала уже от гнёта Нации, где тебе запрещают даже думать.       –Думаешь, у Империи всё намного лучше?       –Сделать так, чтобы было лучше, чем у нас, не так сложно — ответила Алина. Тут уже не Эльстер судить: она же никогда не была простой работницей на Ленге или Ротфронте. Она, если и была где-то за пределами космического корабля, то разве что будучи гештальтом.       –Хорошо там, где нас нет, — ответила Эльстер.       –Наверное, ты права, — улыбнулась Алина. – Хорошие слова, откуда они? – Действительно, откуда она вообще помнит эту поговорку? Неважно. А тем временем Эльстер уже закончила перевязывать.       –Ну всё, вроде я закончила, — сказала Эльстер, завязывая узелок, чтобы ничего не распустилось.       –Спасибо, — Алина осмотрела руку. Эльстер перевязала очень качественно и аккуратно, не оставляя неприкрытого места, но и забинтовывая очень экономно.       –Я не сильно туго перевязала? Нам ещё нужна твоя рука.       –Нет, всё правда в порядке, — она решила промолчать, о том, что на других частях тела тоже есть струпья и ожоги.       –Впредь будь аккуратнее, — наставила Эльстер.       –Хорошо, мам, — подшутила Алина.       –Алина, — обратилась Эльстер, — не ёрничай. — Она наклонилась к её лицу и… поцеловала её в щёку?! Алину же это ничуть не смутило — напротив: она ответила на поцелуй поцелуем в уголок рта.       Эльстер снова через силу разлепила глаза. Это не может быть сном. Это по-любому какие-то галлюцинации. Что значит этот поцелуй? Эльстер, конечно, мало смыслит в дружбе, но это, наверное, выходит за эти рамки. Хотя нет: Эльстер же видела в фильмах, что такое явление встречается не только у любовников. Нет, этого абсолютно точно не может быть: Эльстер-512 же реплика, которая абсолютно не способна поддерживать такой вид отношений, как и прочий модуль. Опять же, встаёт один и тот же вопрос: можно ли всё-таки считать эти сновидения действительностью? Как же это можно определить? Эльстер прокрутила в голове этот сон в голове. Бинты были взяты под столом. Там была аптечка. Эльстер убедила себя: если она действительно там окажется, то значит, эти события происходили на самом деле. По крайней мере, частично.       Эльстер направилась в ту комнату, в которой и происходили события. Посмотрела под стол. Не может быть – там действительно оказалась аптечка, пусть и почти пустая и потрёпанная временем. Глупо это отрицать: все эти события когда-то были в реальной жизни, хотя бы частично. Но это было давно. Очень давно.       Средство связи замигало и завопило. Гештальт Браун опять хочет видеть Эльстер.       –Эльстер, – пропела Хильда своим высоким голосом, который действительно похож на птичий. – Надеюсь, не разбудила? – На этот раз она выглядела отдохнувшей. Она даже сумела собрать свои тёмные волосы в более аккуратный хвост.       –Ничего страшного, – режим уже давно сбился.       –Ах, тогда хорошо. Как ты хоть?       –В норме, насколько это возможно, – Эльстер была не настроена на светские беседы.       –Ты какая-то напряжённая, – подметила Хильда. – Так волнуешься по поводу своей деградации? – риторически спросила она. – Да не переживай ты так – легко сказать – сама же знаешь: сейчас это очень даже лечится, – только на очень ранних стадиях. Предугадав её мысли, Хильда продолжила: – даже если и не получится: пока ты правильно выполняешь поставленные задачи, никто тебя списывать не будет, дорогая.       –Вы пришли напомнить мне об этом? – обычно Хильда не приходит только ради болтовни. Только когда что-то нужно.       –Какая ты проницательная, – подметила она. – Тоже люблю переходить сразу к делу, – её синие глаза блеснули, а высокий голос стал спокойным, даже вкрадчивым. – Скажи, дорогая: помнишь, пару-тройку циклов назад ты хотела со мной связаться, а там вместо меня была какая-то Ойле? Не напомнишь её номерок? Познакомиться хочу.       –EULR-PV0254108, – назвала порядковый номер Эльстер.       –Не так быстро, я же не реплика! Повтори ещё раз, но медленнее. И хватит последних четырёх букв, – попросила Хильда. Эльстер терпеливо повторила номер. – Ах, спасибо тебе большое. Это единственное, что от тебя нужно сейчас. До связи! – Хильда отключилась. Ну что за потребительское отношение?