Часть 8: Осознание

      Эльстер проснулась. Странный сон. Оказывается, ту гештальта звали Арианой, а не Алиной. Имя, ранее не знакомое Эльстер. Всё будто встало на свои места.       Но что это значит?       Может ли это быть деградацией? А что может быть кроме неё? Эльстер-512 тоже сталкивалась с этим. Имена ведь – Ариана и Алина – действительно похожи. Ни одного из них Эльстер не слышала. Значит, одно из них – погрешность деградации. И это имя – Алина. Гештальт же сама упрекнула Эльстер в том, что она исказила её имя. Значит, Алина – имя из гештальт-воспоминания. Но кто она?       Может, за счёт её похожести с каким-то персонажем из гештальт-воспоминания кажется, будто Ариана так знакома Эльстер? Кого она напоминает? Видела ли Эльстер её уже в своих гештальт-воспоминаниях или она появится только потом?       Эльстер должна записать всю имеющуюся информацию, какая есть у неё в голове. Пожалуй, сначала стоит начать с этого, чем она и занялась.       Целый час она максимально подробно описывала свои сны. Старалась не упускать малейших деталей. Благо, пока разум не так сильно повреждён. Почему гештальт и Эльстер себя так странно ведут?       У Эльстер не было ответа на этот вопрос. Могли ли их объединять взаимоотношения, несвойственные взаимоотношениям между репликой и гештальтом?       Нет. Точно нет. Эльстер даже думать об этом стыдно. Нет. Хочется верить, что настолько низко Эльстер-512 и Ариана не могли опуститься. Но ведь это действительно могло случиться, и вероятность этого отнюдь не нулевая.       И зачем на эту экспедицию взяли именно Эльстер? Неужели они не могли найти другую реплику? Более коммуникабельную. Да подошла бы даже Швегель. Наверное, она бы со смеху на полу валялась от непонятливости Эльстер. Для них, наверное, всё уже давно стало бы очевидным.       Грохот, сопровождаемый громким грохотом, заставил весь корабль вздрогнуть, опрокинув Эльстер на холодный пол. Что произошло? Что-то взорвалось? Судя по всему, это было на нижнем этаже, куда Эльстер и направилась.       Как оказалась, это разгерметизация ранее запертой комнаты, вызванная коррозией металлов, из которых она состоит. Пока не стоит туда входить.       –Хэ-эй, Эльстер! Так рада тебя видеть, ты даже не представляешь! – Поприветствовала её Хильда. – Ты меня сейчас спасла от километровой бюрократии! – она выглядела уставшей, но возбуждённой. – Так чего ты хотела?       –Здравствуйте. Произошла разгерметизация комнаты.       –Значит, экспертиза смеси газов, содержащихся в ней, накрылась, – Хильда надула губы. – Тебе нужно максимально стараться сделать этаж наиболее герметичным. Закрой люк, если возможно, и дверь запри. – Она заглянула за спину Эльстер, видя то, что хотя бы минимально ограничить этаж от атмосферы не получится. – Ах, да неважно. Давай посмотрим поближе на эту комнату. Мы должны хотя бы зарегистрировать всё до того, как что-то вступит в какую-нибудь химическую реакцию с атмосферным слоем, – в её глазах проснулся азарт.       Эльстер послушно отварила дверь, спешно вошла в комнату и заперлась.       –Странно, что помехи частично ушли, хотя я всё равно тебя слышу через раз, так что будь громче, – попросила Хильда. – Свет? – спросила Хильда, Эльстер нащупала выключатель и нажала на него. Тусклый свет озарил комнату. Как оказалось, это был небольшой палисадник. На полу и на стеллажах стояли горшки с землёй, в них виднелось что-то жёлто-зелёное. – Автоматическая система орошения, – её глаза сузились в прищуре, – вверх, – указала Хильда, Эльстер направила средство связи к потолку. Её лицо стало проще. – Дело раскрыто. Вот, на что тратилось это электричество. – К потолку были приделаны бесцветные ультрафиолетовые лампочки для растений. – Не думала, что эти растения такие живучие. Знаешь, что это? – Эльстер покачала головой, – это картошка. Я сама только пару раз её видела. Но лучше не ешь её: ещё чуть-чуть, и она засветится от радиации.       –Не буду, – заверила Эльстер. Она прошлась по небольшой комнате. В самом углу неприметно стоял тёмный горшок с относительно недавно завявшими белыми цветами. Было видно, что силы покинули хрупкий, нежный цветок совсем недавно. Чем-то напоминает кого-то. И становится понятно, кого. Но почему стало так грустно?       –Это лилии, – объявила Хильда.       Цветы, наверное, были красивые. Можно предположить, что за ними раньше ухаживали, о них заботились. И Эльстер, кажется, помнит, как.       –Что там, говоришь, сломалось? – спросила Эльстер, входя в небольшую оранжерею. В последнее время Ариана часто проводила свободное время там. Эльстер очаровывало её увлечение.       –Посмотри, – сказала Ариана, – снова этот проклятый кондиционер, – она в привычной манере прищурилась.       Что ты задумала, Ариана?       –Ну, сейчас посмотрю, – Эльстер сняла крышку начала копаться в механизме. Да нет же! Не это! – пронеслось в голове у Эльстер.       Она всё равно продолжила рассматривать содержимое. Минуту... Он всего лишь обесточен.       –Ариана, – обратилась Эльстер к ней, – он обесточен вручную. – Зачем она это сделала? Эльстер встала в полный рост.       –Ты ничего не заметила? – спросила она, а Эльстер оглянулась, а потом покачала головой. – Какая ты невнимательная. – Эльстер ещё раз посмотрела вокруг себя и всё-таки заметила небольшой горшок на тумбе. В нём были видны нежные листочки. Растение было ещё совсем юным, неокрепшим, но уже имело пару бутонов. – Нравится? – спросила Ариана, подходя сзади и беря её руки со спины.       –Где ты взяла эти семена? – спросила она, и тут же вспомнила ответ.       –Выдали, на случай, если я решу заняться садоводством, – ответила она. – Они изящны, неприхотливы, не требуют чрезмерного внимания, – пояснила Ариана, – прям как ты. Но его почему-то хочется уделять постоянно. – Её руки приятно грели ладони Эльстер. Ариана специально трогала её там, где она может это чувствовать. Сначала ей это не нравилось, а потом... ситуация изменилась.       –Главное, не залей, – было бы действительно обидно, если такое случится.       –Не залью я, – уверила Ариана.       –Кстати, это не ты перевела часы на винетанское циклоисчисление?       –Всё-таки заметила, – Эльстер буквально чувствовала, как её губы растянулись в ухмылке.       –Так значит, часы не сломались, – кивок, – зачем ты это сделала?       –Эти лилии, кстати, тоже винетанские, – ответила она, – я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя, будто ты дома, – она положила голову на плечо Эльстер, слегка встав на цыпочки.       –Я же никогда не была нигде, кроме «Пенроуза», – ответила Эльстер, – так что это уже мой дом.       –Твоя клетка, – Ариана помрачнела, – твой дом – это Винета, и я хочу, чтобы «Пенроуз» хоть как-то был похож на него.       –Лучше не стоит, – Эльстер помрачнела следом. Её гештальт-воспоминания – не самое радостное в её жизни. Когда Эльстер засыпала, она часто просыпалась с криком, но не могла вспомнить и половины всего того, что видела. Да и вспоминать, честно говоря, не хотелось. – Мой дом там, где ты. – Эльстер предпочитает жить сегодняшним днём. Рядом с Арианой.       Кажется, все ужасы, которые пережила прототип Эльстер, стали такими незначительными. Чем-то, что было где-то там, далеко, среди людей. Даже вопросы, волновавшие Эльстер ранее, когда она только столкнулась с деградацией, стали неважными – чем всё в итоге закончилось? Для неё? Для отряда? Смогла ли она оправиться после тех мучений, которыми подвергла её Империя? И, пожалуй, самое главное – смогла ли она оказаться полезной для Нации? Теперь же её это не волнует, и жить стало словно легче. Жаль, от прошлого бежать бесполезно.       –Красивые цветы, – сказала Эльстер.       –Когда они распустятся, будут ещё красивее.       Эльстер ведь тоже помогала его растить, пусть и не знала об этом: оказывала посильную помощь и просто была рядом. Для них это было не просто растение. Плод их любви. И она, кажется, всё ещё продолжала жить, пусть и никого из них больше не осталось.       Бред деградирующего. Это не может быть взаправду.       –Эльстер, – звала её Хильда, – что ты видела?       –Я не уверена, – уши медленно краснели.       –Нам пригодится всё. Скажи мне: что ты видела?       –Знаете, как-то под столом я нашла аптечку, которая встречалась во сне, – решила начать издалека Эльстер.       –Это значит, что эти сны происходили взаправду, – продолжила Хильда. – Интересно. Что было в этом видении?       –Видения, которое я видела, о простых будничных днях. Так что там особо примечательного мало, – Эльстер сильно нервничала. А ведь правда – есть ли что-то интересное в простых разговорах о лилиях? Может, Эльстер себе накручивает? Хватит уже врать себе.       Стало даже жаль Ариану. Она прошла через такие мучения. И для чего? Но прошлого уже не вернуть.       –Но должно же быть что-то интересное! – воскликнула Хильда, – даже будние дни, знаешь ли, не такие скучные. – Хильда задумалась, – или ты мне что-то недоговариваешь. – Она посмотрела в глаза Эльстер, ожидая ответа.       –Я не говорю вам в силу своей неуверенности в своей информации.       –Эльстер, – Хильда обратилась к реплике, а её голос принял успокаивающие ноты, – ты можешь рассказать мне всё, что тебя волнует. Тебе же легче потом будет. – В её словах звучала истина: Эльстер же всё равно потом проверят Порулы. А за утаивание информации Эльстер вполне могут списать. Если она доживёт.       –Ладно, – согласились Эльстер, – чисто гипотетически: гештальт и реплика могут... состоять в сексуальных отношениях? – Хильда звонко засмеялась. Эльстер знала ответ на её вопрос.       –Эльстер, если это предложение, то я замужем. – Ручкой она вывела на бумаге слово «Деменция».       –Я не об этом! – воскликнула Эльстер.       –Ладно-ладно, – Хильда перестала смеяться, – ты же знаешь правила: за подобного рода связи сразу списывают реплику, а гештальта ждёт мучительная смертная казнь. И такое не только у Империи. Да и это... как-то аморально, не находишь? Почти как спать с животными. Эльстер, только без обид. Представь, как тело твоего прототипа в гробу вертится оттого, как какой-то незнакомый гештальт тебя или другую Эльстер... Но если учитывать, в каком прискорбном положении была эта Ариана, то... понять её, наверное, можно. Возможно, на её месте многие бы тоже поступили подобным образом.       –Что?! – щёки Эльстер зардели.       –Что? Мы же чисто гипотетически, – парировала Хильда. – Не смущайся ты так. – Как тут не смущаться? Фактически, Хильда только что призналась, что нарушила бы буквально все законы морали и пару законов Империи, если бы так сложились обстоятельства. – Не переживай, не стану я спать с тобой – вот это утешение! – С психологической точки зрения, гештальты действительно часто могут пойти на такое от одиночества. Так что, видимо, придётся рассматривать даже такой вариант. Мне жаль, Эльстер, но даже если в твоих видениях будет секс между ними двумя, то ты всё равно должна будешь изложить это подробно в рапорте.       –Ну спасибо... – только и сказала Эльстер.       –О, Лиз! Заходи-заходи! Нам надо многое обсудить! Что говорит Ампула? Ты опросила её? – Кто-то зашёл в её комнату. – Ой, Эльстер! У меня там дела, увидимся! – она в спешке отключилась.       Эльстер нащупала у себя в сумке что-то. Сначала она не предала этому значения, но когда она обнаружила, что это что-то с трещиной, она достала. Это был инъектор с питательными веществами. Треснутый.