Глава 32. Ритуал шамана (Часть 2)

В центре ритуала "Падения Души" лежит глубокая и сложная практика, где я, в роли исполнителя, призываю душу определенного человека, которому предоставляется возможность временно обитать внутри предмета или даже в теле другого существа. Этот процесс позволяет душе вызванного не только частично контролировать действия и разделять ощущения хозяина-исполнителя, но и делиться с ним своими мыслями, сохраняя при этом способность к физическому взаимодействию с окружающим миром. Сущность ритуала заключается в частичном или полном освобождении телесной оболочки исполнителя для того, чтобы астральная проекция вызванной души могла ей овладеть, создавая таким образом мощный и глубокий канал связи между двумя мирами. Звучит круто, однако я скрыл от Сатору один важный аспект. Я не упомянул, что роль исполнителя в этом ритуале будет отведена не мне, а Цумики Фушигуро. Мой выбор не был продиктован страхом перед неизведанным, а скорее основывался на уникальной природе ритуальной магии, которая требует прямого обращения к определенной цели. И судя по тем знаниям, которыми я обладаю, эти цели — это своего рода Боги… Боги из другого мира. Любая ритуальная магия — это не просто начертить круг из соли, поджечь свечу и напевать себе под нос страшилку, и это не обычная молитва или прошение, это скорее предложение сделки, где каждая сторона обязана предоставить что-то взамен. Главная сложность данного ритуала заключается в том, что он требует взаимодействия с неизвестной мне сущностью, которая может напрямую влиять на души. А я не мог позволить себе рисковать, вступая в переговоры с неизвестными мне божественным Эго из другого мира. Используя метафору, я по сути вел бы переговоры с террористом, только из другого мира, ну и еще с достаточной силой, чтобы называться Богом. Это заставило меня адаптировать и изменить структуру ритуала, обратившись за помощью к себе, что является распространенной практикой в некоторых магических ритуалах, хотя в этом конкретном случае она несла в себе особые риски и сложности, ведь метафорически духовный мир можно сравнить с безграничным океаном, где чем глубже ты погружаешься, тем большее давление испытываешь. Обращение к сверхъестественному нечто позволяет обойти множество этих ограничений, устанавливая прямую связь с объектом ритуала. Но в моем случае, выбрав себя в качестве направления для этого ритуала, я переложил всю тяжесть поиска нужной души на свои плечи, что существенно увеличивало риск и сложность задачи. Действительно, тот путь, который я выбрал, был полон неопределенности и не предоставлял никаких гарантий успеха, поскольку он основывался на теории, недоступной для проверки стандартными методами. Если бы наши вводные заканчивались только этим, возможно, я бы отказался от попытки и примирился бы с мыслью, что не только Цумики, но и Маки с Май останутся неудел. Но неуловимая духовная нить, тянущаяся из головы Цумики к неизведанным горизонтам, не давала мне покоя. Поэтому, осознавая, что терять нечего, я решил пойти ва банк. В конечном счете, самое худшее, что может случиться, — это провал моей мечты о создании мира шаманов, что, в сравнении с потенциальной возможностью доказать, что это возможно, кажется сравнительно невысокой ценой. На фоне мягкого, успокаивающего аромата сгорающей эссенции лаванды и мяты, я с выпустил из рук латунный нож, дав ему аккуратно приземлиться на живот Цумики. Без малейшего колебания, я быстро добавил оставшиеся экстракты лаванды и мяты в пламя свечей, наблюдая, как огонь принимает загадочный бледно-фиолетовый оттенок. Нож, пропитанный моей духовной энергией, стал ключом к активации ритуала, мгновенно вызвав тонкие вибрации в духовной стене, окружающей нас, и заставив воздух вокруг замереть. В мире ритуальной магии, даже обычные люди, по-идее, могут стать исполнителями ритуала. Конечно же, им придется опираться на астромантию, найти множество редких ингредиентов и следовать строгим инструкциям, выбирая благоприятные даты и время для проведения обрядов, направления куда смотреть, выставить мебель вокруг определенным образом. Я же полагаюсь на свои уникальные способности — острое духовное зрение и мощь астральной проекции. Это позволило мне обойти некоторые правила и точно связать Цумики с этим ритуалом, направив к ней приходящий поток духовной энергии. Отступив на шаг назад, я глубоко погрузился в себя, отделяя свое сознание от физического тела и переходя в состояние астральной проекции. Молю о силе знания; Молю о силе рациональности; Молю о любящих объятиях; Молю встретиться с духом Йорозу, шаманом, который жил в эпоху Хэйан, родом из Айдзу, основательницы клана Зенин, связанной невидимыми оковами с Цумики Фушигуро. … По комнате разошелся странный порыв ветра, свечи погасли. Будь это металлический флакон или латунный нож — всё поднялось в воздух. — Это так кинематографично, — высказался стоящий напротив Сатору. Его слова стали последним якорем реальности, прежде чем я бросился вдоль духовной нити, устремившись в неизведанное. Яркий всплеск красок, ударивший меня в глаза, вызвал неприятный звон в ушах. Постепенно я начал терять ориентацию в пространстве: вверх и вниз, вправо и влево — всё слилось в единое целое. Единственное, что оставалось неизменным это тонкая белая нить духовной энергии. Мир превратился в калейдоскоп цветов и форм, постоянно меняющихся и расплывающихся перед глазами. Это странное чувство быстрого движения, которое в то же время казалось абсолютно статичным, вызывало во мне не только непонимание, но и странное жжение внутри, подобное зуду, невозможному к утолению. Внезапно, словно из глубин подсознания, ко мне пришло слово — "глубже". И чем больше я углублялся в эту непознанную глубину, тем более ощутимым становилось давление на мою астральную проекцию, как будто само пространство сжималось вокруг меня. В определенный момент я почувствовал нечто новое — моя астральная проекция начала вибрировать от неизвестного сопротивления. Эти вибрации нарастали, становясь всё более интенсивными, словно я пробивался сквозь турбулентность. А потом произошло нечто неожиданное — вспышка ослепительного белого света резко оборвала весь спектр ощущений, и я словно проснулся ото сна. Передо мной раскинулось зеленое поле, огромное и бескрайнее, окутанное мягким светом, который делал каждый лепесток травы, каждый листок на деревьях ярким и живым. Ощущение давления и вибрации исчезло, как будто было смыто этим новым, спокойным видом, в котором я вдруг оказался. — Какое разочарование, — позади меня раздался чувственный женский голос. Повернувшись, я увидел высокую девушку двадцати лет с обнаженной фигурой. Светлая кожа сильно контрастировала с длинными темными волосами и густыми бровями, которые слегка закруглялись с внутренней стороны. — А мне казалось, что я вполне неплох собой, — задумчиво заметил я, размышляя вслух и поддаваясь моменту, склонив голову набок. — Симпатичное лицо ещё не знак красоты, — отрезала она, грубо подпирая подбородок рукой и открывая мне вид на ее… все. — А те, кто думают иначе, либо идиоты, либо... идиоты. Её слова заставили меня задуматься, но я предпочел сохранить спокойствие: — Не уверен, как мне следует воспринимать твои слова. — Если не знаешь, лучше молчи, — с недовольством фыркнула она. — Нет, просто, если Сукуна считается эталоном мужской красоты, то, пожалуй, я предпочту оставаться 'уродцем', — продолжил я, не спуская глаз с ее темного взгляда, полного непроницаемой глубины. Мои слова вызвали в ней всплеск серьезности, даже тени гнева, которые на мгновение промелькнули в ее выражении. — Каждый видит этот мир по-своему, — начала она, медленно поднимаясь на ноги. Внезапно её движения стали заманчиво извивающимися, словно она испытывала некое внутреннее влечение, а ее правая рука грубо схватила одну из грудей. — Если для тебя я не больше, чем объект для продолжения рода, то я искренне жалею тебя, как мужчину. — Ты мертва, — сухо констатировал я, не отрывая взгляда от её фигуры. — И маловероятно, что ты могла бы стать матерью. Даже если бы ты была жива, я сомневаюсь, что кто-то выбрал бы тебя для этой роли. — Мои бедра недостаточно широки? — удивлённо вскинув брови, она опустила взгляд на своё тело, словно в первый раз оценивая его. — Ты чувствуешь это? — женщина начала принюхиваться. — Это запах лжи! Боже, как я люблю этот аромат! Молчание между нами затянулось, становясь почти осязаемым. Мне нечего было добавить к нашему непростому диалогу так, что я просто стоял и ждал, ведь потянуть время для Сатору было неплохим решением. В то же время, женщина обвела меня взглядом полным недовольства и ожидания. — Ты знаешь, почему я назвала тебя разочарованием? — раздался её голос, разрывая тишину. — Нет, — моей реакцией было лишь лаконичное пожатие плеч. — А разве это важно? — Я ведь отсюда не уйду, правда? — с легкостью улыбнулась она, словно между нами шла игра слов. — Почему не уйдёшь? Конечно, уйдёшь. Но в этот раз поездка будет в один конец — в чистилище, — ответил я, стараясь обрисовать границы нашего взаимодействия. — И мне даже не жаль, что тебе никто не поможет вновь встретиться со своим возлюбленным. — Кто ты такой? — её голос звучал невероятно холодно и спокойно. — А ты не догадываешься? — так же как и мой ответ моя ухмылка была полна интриги. — Достаточно игр. Он не мог ничего тебе обо мне рассказать. Ему это не нужно. Значит, ты никак не связан с ним. Ко тогда как? Как? — она начала идти в мою сторону. Её шаги были медленными, но полными решимости. — Кто ты? — Как много вопросов, но как мало ответов. Неприятно наверное, Ёрозу, — я окинул местность легким взглядом, наслаждаясь спокойной атмосферой. — Удивительно, насколько же глубоко можно упасть в пропасть, названной 'любовью'. Ёрозу остановилась напротив меня на расстоянии вытянутого предплечья. — Кто я, не имеет значения. Так же, как и то, что Кэндязку не мог тебе ничего рассказать. Так что, в этот раз, я задам тебе свой вопрос: каков твой следующий шаг? — Интересная будет поездка, — ухмыльнулась Ёрозу, сразу после чего нанесла резкий удар. Вихрь ударов мгновенно разрезал воздушное пространство. Из-за того, что мы были в форме своих астральных проекций наша физическая сила была примерно одинаковой, а потому наше сражение обещало быть чем-то интересным. Отступив быстрым, мелким шагом назад, я почувствовал порыв холодный воздуха от кулака Ёрозу, прошедшего в нескольких сантиметрах от моего лица. Едва лишь успев оценить этот момент, я оказался перед лицом очередного удара – стремительного пинка, направленного прямо в мои ребра. Но я был готов: мои руки мгновенно сложились передо мной щитом, поглотив начальный импульс удара, не дав ему разразиться с полной силой. В тот же миг, когда я готовился к ответному удару, из ноги Ёрозу вдруг вырвалась волна проклятой энергии, отбросившая меня на несколько метров назад. — Такая интимная близость… Как неприлично, — хихикая, процедила Ёрозу, после чего мгновенно сократила дистанцию между нами. Мой маневр позволил блокировать правый боковой удар Ёрозу левой ладонью, а ее попытка ударить меня коленом в грудь нашла стену в моем предплечье. —Похоже, ты исчерпал запас своих рук, — съязвила Ёрозу, схватив меня за левое запястье. Ее хватка перетекла в рывок, пытаясь использовать мое движение против меня, стремясь перебросить через бедро. Я мог бы сопротивляться, но это лишь усугубило бы мое положение. Вместо этого, позволив ей действовать, я в воздухе превратил падение в контроль: выкрутив ее захват, освободился. Не теряя времени, я хлопнул в ладоши, вызывая огненный шар, который мгновенно взорвался, так и не начав движения, однако отбросив нас с Ёрозу в разные стороны. — А? Проклятая техника против беспомощной дамы? Где твое достоинство? — Ёрозу, вытирая грязь с лица, усмехнулась в мою сторону. —Достоинство? Это съедобно? — ухмыльнувшись ей в ответ. В наших глазах разгорались азартом. Оттолкнувшись от земли, я мгновенно уменьшил расстояние между нами, захватив инициативу. Ёрозу ответила мне, двинувшись навстречу и встретив меня серией ударов. Еще в первом обмене я ощутил глубокую пропасть между нынешними шаманами и “воинами” давних времен — их безудержную страсть и отвагу в ближнем бою. Да, они были именно воинами, готовыми победить противника любой ценой, даже ценой собственной жизни. Среди всех, с кем мне довелось встретиться на поле боя, лишь Маки и мой наставник владели схожим стилем, но даже они избегали приемов, угрожающих самим себе до такой степени. Но Ёрозу... Она охотно играла с огнем, и это превратилось в ее преимущество. Ее маленький кулак тяжело приземлился на мои ребра, в ответ мой левый хук с прецизией нашел цель под ее глазом. Данный обмен казался равнозначным, но я четко уловил момент удара и знал, что мой кулак потерял тот импульс, который изначально имел, и все из-за того, что удар Ёрозу настиг меня первым. После краткого мгновения на вдох, мы снова бросились друг на друга. Не имея представления о том способна ли она использовать свою проклятую технику в данный момент, я выбрал тактику изматывания: заставить ее тратить ресурсы, пока не выведу на чистую воду. И вот, наша схватка превратилась в безудержное противостояние, словно мы оба были завсегдатаями одного и того же бара, борющимися с бессонницей. С каждым мгновением, с каждым пропущенным ударом, моя улыбка перерастала в дикий оскал. В тот момент, когда Ёрозу, увлеченная своими атаками, сделала решительный, но ошибочный выпад, я почувствовал свой шанс. Моя контратака была молниеносной, оставляя Ёрозу без шансов на защиту. Мой кулак, как гром среди ясного неба, обрушился на ее живот, но она, демонстрируя исключительное мастерство, успела укрепить эту область за доли секунды, существенно снизив силу удара. Но я был готов к такому повороту, ведь я предвидел этот момент. Кулак Дивергенции! Энергия, что кипела во мне и ожидала своего часа, вырвалась наружу с небольшим запозданием. Моя физическая сила пусть и не преодолела защитный барьер, созданный проклятой энергией Ёрозу, но значительно его ослабила. А потому взрыв проклятой энергии, который последовал через пару мгновений после моего кулака, отбросил Ёрозу на десяток метров назад, перед этим основательно покромсав астральную проекцию девушки. —Удивительно, насколько же может быть полезной техника-рудимент, — заметил я, наблюдая, как Ёрозу с трудом выкашливает кровь. — Почему ты не использовала свою технику? Ёрозу откашлялась еще пару раз, после чего приняла позу сидя и уставилась на меня. — То что ты, уродец, можешь ее использовать, не значит, что остальные могут, — прошептала она, отдышавшись. —Лгунья, — с усмешкой бросил я. — И притворщица. — С тобой не скучно, — сыронизировала Ёрозу, поднимаясь на ноги. — Но ты всё равно самоуверенный идиот. — О, как интересно, — изумился я, поднимая бровь. — Не объяснишь? — Уже неважно, — отрезала она, готовясь к новому действию. — Я дала тебе возможность продемонстрировать на что ты способен, раз уж ты не оценил моей доброты, то и поделом тебе. В следующий момент её пальцы переплелись вместе в странном жесте, оставив прямыми лишь средние, которые были направлены ко мне. —Расширение территории, — произнесла Ёрозу холодным тоном. —Наконец-то, хоть что-то интересное, — улыбнулся я в ответ. —Трехкратное мучение. Мир вокруг нас мгновенно изменился, погрузив нас в пустое белое пространство. Единственное, за что мог зацепиться мой глаз, кроме голой Ёрозу, были странные плавающие органические фигуры, внешне напоминающие мозги и ганглии насекомых. — Я все еще не могу понять. Почему же ты не использовала свою технику? — размышлял я вслух, обводя взглядом её территорию. Если она может вызвать расширение территории, значит, должна была суметь и активировать свою основную технику. — Что заставило тебя отказаться от такого счастья? Если взглянуть на это с точки зрения самой Ёрозу, то выходит так, что она сражается в неизвестном месте с неизвестным противником, который знает о ее настоящей личности. Могла ли Ёрозу считать, что использование своей техники бесполезно против незнакомца, знающего о ней все? Нет, полный бред. Или она пыталась разведать мои возможности, но поняв, что я не собираюсь брать на себя инициативу, решила прикончить меня? Но это все еще не объясняет почему она отказалась использовать проклятую технику. В таком случае, самым вероятным выводом будет то, что у нее какие-то проблемы с проклятой энергией. Но если это не связано со мной, то наверняка как-то связано с окружением… Может ли она знать где мы находимся? Стоп, когда Сукуна захватил тело Мэгуми, то не мог эффективно использовать проклятые техники из-за того, что ему мешал “сосуд”. Однако, мы сражались не в реальном мире и ей не могла помешать Цумики… — Тебя ограничивает эта девушка, — начал я, указывая на суть проблемы. — Да ну? По-моему, я чувствую себя отлично, — уверенно ответила Ёрозу. — Я предполагал, что ты сможешь использовать проклятую энергию и проклятую технику потому, что сейчас наше существование напоминает проклятия, однако, я ошибался, — продолжил, вглядываясь в её лицо. — Вне зависимости от того в какой форме мы находимся, мы все еще связаны с нашими физическими телами, а значит, пока душа той девушки все еще находится в теле, то ты не можешь использовать проклятую технику достаточно эффективно. А для тебя это огромная проблема, ведь “Техника Сотворения” не славится эффективным использованием проклятой энергии. — О, великолепно, ты разгадал загадку! Наверное тащишься от такого? — Ёрозу хлопнула в ладоши. — Тебе вручить медаль? Или ограничимся 'поцелуем смерти'? — Но расширение территории? Разве это не чересчур… — и вдруг до меня дошло. — Мы находимся в духовном пространстве Цумики, что, вероятно, является частью Тела Сердца и Разума. Тебя не просто ограничивают, тебя отторгают, словно вирус. А расширяя территорию, ты фактически отделяешь внутреннее пространство от души Цумики. — Что значит, я наконец-то смогу повеселиться, — оскалилась Ёрозу. Сукуна же не делал этого, потому что не имело смысла изолировать себя от внешнего мира, пока душа Мэгуми находится внутри… Удивительно, как быстро Ёрозу осознала свое положение, не имея таких же знаний, как я. Она поняла суть проблемы быстрее меня — человека, который считал, что знает о душе намного больше, чем кто бы то ни было другой в этом мире. — Итак… Прежде чем Ёрозу успела договорить, мир вокруг снова изменился. На смену белому пришла непроглядная чернота. — Я не вовремя? зазвучал за моей спиной до боли знакомый голос. Обернувшись, к моему удивлению, я заметил двух людей, Сатору с глупой и назойливой улыбкой на лице, и Цумики, которая с интересом оглядывалась вокруг. —Думаю, ты очень разочаровал женщину. Хотя, тебе не привыкать, — я не сдержал усмешку, обращаясь к Сатору, затем мой взгляд перешел на Ёрозу, которая стояла с пустым взглядом в глазах. — Это… все? — Ты имеешь в виду, мертва ли она? — беловолосый шаман уточнил, на что я лишь кивнул. — Нет, — Сатору почесал затылок, оглядывая окружение. — Я всего лишь воспользовался твоим трюком и использовал технику на две десятых секунды. Это не должно было выжечь ей мозги… Или что у нее там сейчас. — Не был уверен, сможешь ли использовать расширение на чей-то душе в чей-то душе? — я прояснил мысль. —Просто хотел убедиться, что с сестрой Мэгуми все в порядке. Мало ли что могло случиться, — Сатору беззаботно пожал плечами. Какая же он душка… — В таком случае, я ее изгоню, — я высказался, направляясь к Ёрозу. — Ты знаешь, кто она такая, верно? — Сатору задал вопрос. — Ее зовут Ёрозу, шаман эпохи Хэйан. Насколько мне известно, она стоит у истоков клана Зенин, — я разъяснил. —Значит, у нее есть техника… — Нет. Точнее да, у нее есть техника, но не такая, как у Мэгуми. “Техника Сотворения”, как у Май, — я быстро вступил в разговор, понимая, к чему он клонит. — И мы больше ничего не узнаем от нее? — вопросительный взгляд Сатору сверлил мою спину. —Можешь попробовать допросить ее сам, — предложил я, обернувшись к нему. — Но, к сожалению, твое расширение территории мешает этому. — …Делай как считаешь нужным, — вздохнул в ответ Сатору. Прикоснувшись ладонью к груди Ёрозу, я активировал шестой Аспект "Огненная Инфузия", мгновенно активируя всё пламя, скопившееся в её теле во время нашего сражения. Энергия оказалась настолько мощной, что Ёрозу мгновенно охватило пламя, превращая её в яркий факел. И всего через несколько секунд, она полностью растворилась, исчезнув в пустоте, не оставив после себя и следа. Я не знал, что чувствовать по отношению к этой женщине. Возможно, из-за того, что наш бой закончился ничем, я не испытывал какой-то глубокой ненависти. Конечно, я прекрасно понимал, что, в конце концов, люди окружали себя близкими людьми для общих целей: врачи - врачами, воры - ворами, бизнесмены - бизнесменами, богатые - богатыми, бедные - бедными и сумасшедшие - сумасшедшими. Однако, почему-то, я не почувствовал ни удовлетворения от ее смерти, ни печали, ни даже облегчения. — Это все? — голос Сатору вырвал меня из раздумий. — Ты имеешь в виду, мертва ли она? — обернувшись, я дерзко ему усмехнулся.