Глава 35. Встреча с «драконами» (Часть 1)

— Сукехиро, — сдавленный голос Кокичи в наушнике вырвал меня из размышлений. — Ты там? — Да, — кивнув, хоть он и не мог этого видеть, я постарался изгнать из ума отвлекающие мысли, сосредоточившись на зрелище передо мной: гигантская глыба льда медленно растворялась в белом инее, исчезая прямо на моих глазах. — Какая ситуация на станции? — Как бы странно это ни звучало, но ситуация обнадеживает, — ответил Кокичи, и в его голосе звучала неожиданная живость и энергия. Что в обычной ситуации было бы странно, учитывая, что общество шаманов стояло на пороге возможного разрушения. — Перед тем как мой жучок был уничтожен, я узнал, что они не могут двигаться, застряв вместе с Годжо. Это наш шанс окружить их, как только все чародеи соберутся на станции Субия. — Ты уже предупредил Юдзи? — спрашивая это, я не заметил, как моя рука неосознанно сжала горло уже остывшего трупа, из-за чего послышался резкий хруст костей. — Да, как ты и просил, — ничего не подозревающий Кокичи ответил быстро и складно. Затем, после короткой паузы, его голос стал более серьёзным. — Но почему ты сам этим не займешься? Было бы намного быстрее, если бы ты… — С чем-то столь простым справится и Итадори, а я возьму на себя рыбку побольше, — перебил я его, желая сэкономить время и уйти от ненужных и глупых расспросов. — О чём ты? — голос на другой стороне наушника звучал растерянно. Прежде чем я успел ответить, по району разошелся голос, как гром среди ясного дня: — НА! НА! МИИИН! НАНАМИН ТЫ ТУТ?! — это был голос, который отозвался в голове Нанами мигренью. — ГОДЖО-СЕНСЕЙ БЫЛ ЗАПЕЧАТАН! — Ты это слышал? — спросил я с ироничной ухмылкой. Итадори, этот парень никогда меня не подводил. — Как самоотверженно, — пробубнил Кокичи. — Враги теперь знают о нашей осведомленности и, наверняка, о наших планах. Да, думаю, не сложно догадаться о следующем шаге шаманов, которые потеряли свое сильнейшее оружие — собраться вместе и уничтожить противника сообща. — Вы бы не застали врасплох группу проклятий особого ранга и шамана, с которым считался Сатору, — я попытался охладить пыл парня, однако вряд-ли это сработает с той эффективностью с какой бы я этого хотел, по крайней мере не сейчас, когда в сердцах каждого шамана горит огонь ярости и страха, подпитанный чувствами мести и возмездия. — Но ты бы смог, — уверенность Кокичи была ощутима даже сквозь наушник. — Докладывай мне о каждом сражении шаманов, сделай упор на группу Юдзи и Маки. А также следи за Нобарой, — заговорил я, не обращая внимания на слова Мехамару и параллельно сжигая труп блондинистого шамана с переломанной шеей… дважды переломанной шеей. — Кстати, ты смог отследить шамана, с которым я сражался? — Нет, — ответил Кокичи, горечь его голоса была ощутима. — И почему я стал радио-няней? — Потому что во время боя с Махито, используя свои суперприемы, ты растратил почти все время, которое сэкономил за годы бытия шаманом, — я съязвил, но тут же добавил немного меда в эту банку дегтя. — Ну, и потому что твоя проклятая техника — это единственная слабость этих барьеров. — И почему мне кажется, что мной просто пользуются… — вздохнул Кокичи, его голос звучал устало и безнадежно. Потому что так и есть, Кокичи Мута, потому что так и есть… И с этим ничего не поделаешь, не тогда, когда ты поставил себя в уязвимое положение предателя. В этот момент, перестав обращать внимание на недовольное бормотание “радио-няни”, я перевел взгляд на самое высокое здание в Сибуе — башню «Сибуя Скай». Ее острые очертания резали небо, как клинок, искривленный под углом давления и ожидания.

***

На смотровой площадке башни «Сибуя Скай», под открытым небом, стояли трое. — Ты слышал это, Авасака? Сатору Годжо был запечатан, — голос старушки в светлом кимоно звучал медленно и хрипло, словно порыв ветра в доме престарелых. Четки в ее руках тихо шелестели, как листья под осенним дождем. — Это хорошая новость, Бабушка Огами, — отозвался Авасака, его фигура казалась несгибаемой, несмотря на преклонные годы. Его круглые глаза, резко сузившись, вспыхнули хищным блеском. Густые усы дрожали от возбуждения. — Теперь-то будет весело! Если Сатору Годжо запечатан, то... Как интересно развернутся события. Позади них стоял высокий мужчина с бритой головой и узкой полосой волос, проходящей посередине. Его взгляд был пустым, щеки — впалыми, словно он видел ужасы, которые нормальный человек видеть не должен. Ни Авасака, ни Бабушка Огами не обращали на него внимания, втянутые в свои раздумья о будущем. — Что же будет с этой страной? — размышлял вслух старик. Его голос звучал равнодушно, почти философски. Но на самом деле, этого человека мало что могло волновать. Он давно перестал беспокоиться о судьбах людей, а за последнее время даже тьма, надвигающаяся на Японию, перестала быть чем-то столь ужасным. В конце концов, как шаману вне закона, ему было важно только то, что касалось его собственных интересов. — Ничего не изменится. Мы будем проклинать и будем прокляты, — спокойно, все еще с закрытыми глазами проговорила Огами. — А затем погибнем. — Интересно, заметят ли эти чародеи... — задумчиво произнес Авасака, не обращая внимания на треп старухи. Его взгляд был скользил по городу, охваченному вечерними огнями. — Это ведь самое очевидное место внутри завесы, верно?» — Наверное, — коротко отозвался парень, стоящий позади. Его голос был сдержан, и, хотя могло показаться, что но в нем звучала кротость или неуверенность, на самом деле парень ничего не испытывал, отвечая старику. — Но... Даже если они заметят… — Да, — перебил его Авасака с уверенной улыбкой, озарившей его старческое лицо. — Низ здания просто кишит измененными людьми. Сомневаюсь, что они смогут быстро до нас добраться. В этот момент, словно в ответ на его слова, над ними скользнула огромная тень. А в следующий миг на них словно накатила буря. Мимо, на невероятной скорости, пронеслась сова шигиками, на которой сидели двое: Юдзи и Ино. Едва лишь заметив цель, Ино резко спрыгнул с шигиками, устремившись к воткнутому в пол “гвоздю” обмотанному талисманами, в то же время Юдзи стремительно двинулся в противоположную от шикигами сторону, натягивая леску, привязанную к лапе совы. Авасака, шаман с десятилетиями опыта, сумел мгновенно сгруппироваться и оттянуть леску так, чтобы она не задела Огами и высокого парня. Однако, взамен этому старик подставился под следующий маневр Юдзи, при помощи которого парень намотал леску вокруг Авасаки и затем спрыгнул с крыши, потянув его тело за собой. — Фушигуро, отменяй Нуэ! — уже в полете, удостоверившись, что он схватил и потащил за собой врага, Итадори крикнул во все горло.

◊◊◊

Наблюдая за тем, как ребята оперативно разделяли группу "шаманов-отступников", я не мог не оценить их сноровку, В частности, мне было приятно видеть, как мой младший быстро набирался опыта. Хотя, если подумать, то и Ино считается моим младшим… Однако этот парень что есть мочи это отрицает. Отводя взгляд от старика, теряющего равновесие в воздухе, я переключил внимание на старуху, мило именуемую “Бабушкой Огами”. Я прекратил описывать широкие круги над башней “Сибуя Скай”, используя Аштамангала, и решил стремглав пикировать вниз. Сегодня я определённо не был настроен на столкновение с Фушигуро Тодзи, особенно учитывая, что впереди предстояли схватки с двумя проклятиями особого ранга и, возможно, с Сукуной или Кэндзяку. На мгновение меня и вправду заманила перспектива увидеть технику Огами в действии, но здравый смысл взял верх. Хотя я и был абсолютно уверен в собственных силах и в любых других обстоятельствах не отказался бы от хорошей драки, но столкновение с человеком известным как “Убийца шаманов” представлялось рискованным предприятием. Вопрос не столько в победе, сколько в цене, которую пришлось бы заплатить за неё. Время, выносливость и запас проклятой энергии — все это самые ценные мои активы на сегодняшний день, и Фушигуро Тодзи точно сможет пошатнуть “цену этих акций”. Всего несколько секунд — и я уже оказался на крыше, где в багровой вспышке моего пламени Аштамангала пронзила насквозь тело высокого парня, который, если мне не изменяет парень, назывался внуком Огами. Пригвоздив тело бедняги к бетонному полу, я не стал рассеивать жар и огонь, которые пронизывали проклятое оружие, из-за чего “внук Огами”, словно восковая фигура под палящим солнцем, исчез в течение нескольких секунд. Тем временем, едва дым и огонь отступил, я уже был позади старухи. С неожиданной ловкостью мои пальцы схватили четки, вырванные из хрупких старческих рук. Одна секунда… две… три… Я спокойно стоял и ждал, пока Огами и Ино оправятся от шока, устроенного мной. В моих руках по-прежнему были четки, которые я начал медленно подбрасывать вверх. С каждым вращением они издавали приятный потрескивающий звук, напоминая звук жаращихся углей или ледяной корки, трескающейся под ногами. Тем временем, Огами и Ино медленно начинали приходить в себя. Взгляды их сильно отличались: один из них был полон недоумения, а другой страха. Однако, причина была одна — шаман особого ранга, стоящий перед ними. — Ты… — старуха злобно прохрипела. — Да, да, я, — переведя взгляд с Огами на Ино, который подошел к нам, я с нескрываемой радостью в голосе продолжил. — Давно не виделись, Ино. — И вправду, давно. Сколько это было? Года пол? — парень задумчиво кивнул мне в ответ. — А ты все еще второго ранга, — я ехидно усмехнулся, хоть и знал, что было бессмысленно пытаться играть на его амбициях. Все таки парень был сделан из другого теста. — Да, но, насколько я могу знать, твои отношения с Маки не изменился так же, как и мой ранг. Или я не прав? — Ино ответил с легкой, непринужденной улыбкой, слегка вскинув плечами на последок. — Рад тебя видеть, — я весело улыбнулся в ответ, дружелюбно похлопав парня по плечу. — Я тоже, — в разрез со словами лицо Ино слегка скривилось, вероятно от небольшой боли в проксимальной части плечевой кости. — Не советую этого делать, — обернувшись, я обратил внимание на Огами, которая начала концентрировать проклятую энергию. К сожалению, мой авторитет в её глазах не сравним с тем, что был у Сатору. А потому она смело, хотя, скорее наоборот, очень трусливо, проигнорировала моё предостережение и, укрепившись проклятой энергией, бросилась к ближайшему краю крыши. «Какая глупость», — первое, что пришло мне в голову, когда я впечатал её тело в пол площадки обозрения. На что только не способен человек в состоянии аффекта? Огами только что видела, как я за считанные секунд расправился с её так называемым внуком и «скомуниздил» её четки, так еще и после все этого решил пафосно постоять за спиной и спокойно общаться с другом. И все же она выбрала побег… — Я думал, ты будешь разумнее, — проговорил я, глядя на дрожащее от боли старческое тело Огами. — Нет, серьезно, столько лет прожить в страхе перед Сатору Годжо, но так и не выработать инстинкт самосохранения или хотя бы не обзавестись хоть какой-то сдержанностью. — Инстинкт самосохранения велит жертвам убегать от хищников, — прокомментировал Ино, стоя чуть позади. — Знаешь, исходя из собственного опыта, скажу так: когда на тебя рычит соседский мастиф, не стоит поворачиваться к нему спиной и убегать. — И часто на тебя рычат мастифы? — я мог представить, как Ино закатывает глаза. — Это была метафора, — я пожал плечами. — Чего тебе надобно, Сукэхиро Ями? — Огами, едва дыша, выдавила из себя слова, будучи плотно впечатанной в бетон. — Эй, Ино, — вместо того чтобы отвечать, я обратился к юноше. — Давай я здесь сам разберусь, а ты пойдешь поможешь Итадори и Мэгуми. Как уже стало ясно из моего намерения, решил я избавится от него, обратившись к его же чувству долга и заботе о младших коллегах. — Ты ведь ее не убьешь? — серьезно нахмурившись, спросил Ино. — Боже мой, я, конечно, та еще сволочь — спасаю людей, изгоняю проклятия, убираю беспорядок оставленный Сатору, но убивать старушек? Нет, это уж слишком! — произнес я, самоотверженно похлопывая себя по груди. — Тридцать секунд назад ты сжег человека, — скептично ответил Ино. — Издержки профессии, — я пожал плечами, не принимая слова парня близко к сердцу. — Я просто поговорю с ней. Потом ты сможешь сам убедиться в ее благополучии, а если захочешь, то, так уж и быть, я даже разрешу тебе попросить ее о помощи с продвижением в первый ранг. На короткое время между нами повисло молчание, которое было прервано долгим вздохом Ино. — Чтобы ни, — парень медленно зашагал к краю крыши, — Даже если бы я был против, ты все равно бы сделал по-своему. — А ты меня хорошо знаешь, — усмехнулся я ему в ответ. — У тебя нет совести, — Ино покачал головой. — Совесть? Это ты про ту штуку, которая дает о себе знать, когда нет логичных причин вести себя так, как от тебя требуют? — я наигранно задумался над его словами. — Ладно, хватит, — подняв руки вверх, Ино обернулся ко мне лицом. — В последний раз, когда мы спорили, ты заставил меня усомниться в том, что людям можно верить. Не хочу еще больше разочаровываться. С этими словами он слегка подпрыгнул назад и исчез из виду, спрыгнув с крыши. — Он был таким жизнерадостным до нашей встречи, — обратился я к Огами, которая к тому времени сумела подняться. — Думаю, ему действительно стоит меньше общаться со мной. — Каковы условия? — не обращая внимания на мои слова, спросила старуха. Ей, явно, было не до пустой болтовни. В конце концов, когда жизнь в руках сопляка особого ранга, то чувство юмора и желание поговорить прободают, как батя, вышедший за хлебом. С другой стороны, именно ее собственные действия привели ее сюда, в такое состояние, так что она вполне может потерпеть. — Ты знала, что он уже давно должен был стать шаманом первого ранга, но отказывался от продвижения в виду того, что ему нужно было одобрения от Нанами. Честное слово, нельзя быть настолько правильным… Как вообще можно получать удовольствие от жизни, когда ты четко следуешь правилам? — в этот момент я поймал взгляд Огами. — Тебе ли не знать о таком, не так ли? — Слишком много разговоров для человека, который носится на побегушках у правления шаманов и великих семей, — ядовито высказалась Огами. — Ну не стоит так себе принижать, — я не смог сдержать глупой ухмылки. — То что я, в силу своего могущества, могу официально быть шаманом, но не следовать правилам, которые мне пытаются навязать старые маразматики, не должно принижать твоего достоинства… Если оно у тебя вообще есть, конечно. — Правление шаманов не повлияло на то, какой жизнью я живу, — Огами покачала головой. — Это был осознанный выбор ввиду определенных обстоятельств. Чего не скажешь о тебе, “Король Разрушения Асакусы”. — Хм? — я слегка наклонил голову в сторону. — Разве? А мне казалось я бесподобен в своих мотивах. В ответ Огами на мгновение задумалась, медленно покачивая головой из стороны в сторону, словно взвешивая каждую мысль. Наконец, её взгляд снова стал твёрдым и она прямо спросила: — Что ты от меня хочешь? — Все, что только ты сможешь мне дать, — ответил я, решив не прекращать нервировать ее. Она явно хотела перейти к делу, но мне нравилось держать ее в напряжении, даже если первое и было моей целью с самого начала. Мои слова, как и предполагалось, заставили её недовольно нахмуриться. По выражению ее лица я читал можно было понять, что старуха не только раздражена, но и в ней постепенно начала подниматься озабоченность. Это было то, чего я ждал: поиграть на её чувствах, провоцируя и тестируя её реакции. — Не нравится ответ — не задавай вопрос. — Просить меня сделать все, это как минимум неприлично, а как максимум — слишком много для простого покаяния, — Огами откинулась назад, словно пытаясь уйти от давления моих слов. — Серьезность ошибки зависит от ее последствий, — высказался я. — То, что ты сделал, заслуживает пожизненного заключения у правления шаманов, я же лишь слегка попользуюсь тобой. — Почему вы, шаманы, считаете, что вы лучше остальных? — Огами впилась в меня взглядом. — Вероятно, из-за всякой фигни со спасением людей, ну, мне так кажется, — я весело хмыкнул. Мне странно было слышать такие слова от такой опытной и закаленной жизнью женщины. Я ожидал, что она будет последней, кто станет жаловаться на несправедливость и жестокость мира. "Сукэхиро, у Мэй проблемы...", — неожиданно, в моем ухе заговорил Кокичи. — В любом случае, раз наш диалог не клеится, давай перейдем к делу. Время, как известно, не резиновое, — высказался я, чувствуя, что этот разговор постепенно становится скучным и понимая, что Мехамару так просто меня бы не потревожил. Хотя Огами и промолчала, по её выражению лица я мог сказать, что если бы у неё было достаточно сил и смелости открыть рот, она бы воскликнула: "Все это время я именно об этом и пыталась тебе сказать!" — В обмен на твою жизнь мы заключим связующую клятву, — предложил я, готовясь использовать этот момент в своих интересах. Связывающие клятвы… Эта часть “магического искусства” считается одной из важней среди шаманов. По сути, это контракты, созданные с помощью проклятой энергии, которые могут позволить увеличить силу шамана, что было невероятно полезно в условиях постоянных миссий по изгнанию проклятий. С другой стороны связующая клятва может также работать, как средство достижения цели, что и продемонстрировал Кэндзяку. И именно эту часть я буду эксплуатировать, как большие дяди эксплуатируют детей на фабриках во Вьетнаме, то есть с максимальной выгодой для себя. — Простых слов "верь мне" будет недостаточно? — Огами сделала глупый и невинный вид. Старуха ясно осознавала тупик, в который попала. И это была связующая клятва, а не конституция… Заключи раз и поменять условия уже не сможешь. А в настоящий момент я имел полную власть заставить ее согласиться на любые условия, и пункта о возможности отказа в контракте не было, зато был абзац подробно описывающий последствия для нее в случае нарушения клятвы. «Слышал слухи, что шаман, нарушивший связующий обет, превратился в пепел сразу же после… Звучит жутко и неправдоподобно, но я действительно не хотел бы это проверять на собственном опыте.» Эти слова кружили в моей голове, в то время как я наблюдал за Огами, чьё лицо было скрыто тенью сомнения и страха. Она понимала, что выбора у неё не осталось. — Беда в том, что если я тебе не верю, то я не могу верить твоим словам о том, что тебе можно верить, — я ответил скептически. — Если ты не поняла, то это значит нет, недостаточно. Огами побеждено вздохнула. — Какие условия? — спросила она. — Во-первых, тебе запрещено раскрывать существование нашей клятвы и даже этого разговора. Во-вторых, в недалеком будущем, я получу право приказать тебе делать что угодно в течение одного часа. В-третьих, все выше перечисленное также распространяется на твою проклятую технику, — я спокойно перечислял условия.. Честно говоря, мне было безразлично, раскроет ли Огами кому-либо наш разговор. Ведь даже сейчас, всё, что она знала — это то, что она мне понадобится для некой задачи, конкретику которой я умышленно утаил. Но, зная хитрость этой старухи, я предпочел перестраховаться, особенно учитывая её проклятую технику, которую можно было описать как «технику нечестивого воскрешения», адаптированную под этот мир. В тоже время, те условия, которые я предложил, были на удивление просты, да и к тому же в них скрывалось множество лазеек, которыми можно было воспользоваться. А это могло… Нет, должно было вызвать подозрения у Огами. Однако, как бы подозрительно все это не выглядело, её коварный ум уже крутит планы, как обмануть меня — а значит, как выжить. Что было весьма уместно, ведь скоро это станет главной задачей для шаманов её калибра. Конечно же, я не оставлю ее без присмотра, она все таки старый человека, может и с лестницы упасть или в часов так пять по утру сесть в автобус и не вернутся, а для этого у меня теперь есть “радио-няня”. — Ты не шутишь? — на лице Огами отразились удивление и некоторое облегчение. Ее глаза слегка расширились, и на мгновение показалось, что она даже не верит своим ушам. В ее взгляде сквозило недоумение: было ли возможным, что условия оказались менее жестокими, чем она ожидала? В таком случае я разочарован и… — Еле сдерживаюсь. Старуха с тяжёлым взглядом полным ненависти наблюдала за мной. Ее лицо, скривившееся в кислую гримасу, ясно давало понять, что мои подколки ей не по душе. Вероятно, она все еще негодовала из-за того, что я не только нарушил её хитроумный план мести шаманам, но и заставил принять связующую клятву, обрушив на нас обоих неожиданный союз. Очевидно, её потеря чувства юмора в таких обстоятельствах указывала на то, что она не была недостаточно безумна для шамана… Вот Нобара бы смело смеялась мне в лицо! — Я согласна, — наконец ответила Огами после затянувшегося молчания. Как только она произнесла эти слова, между нами вспыхнула проклятая энергия. Благодаря активированному “Духовному Зрению” я смог видеть тонкие размытые очертания образующие цепь, один конец которой плотно охватил моё сердце, а другой — сердце старухи. — А ты дешевка, — процедил я, испытывая новые неизвестные до этого момента ощущения. — Думал, постараешься выбить лучшие условия, но видимо, тебе нравится чувство использованности. Ты что, сабмиссив? — Ты! — лицо Огами искажено гневом из-за моих слов. — Смотри за языком, чертов ублюдок! Оскорблять меня в лицо… Прежде чем она успела добавить что-либо ещё, я мгновенно оказался перед ней и нанес мощный удар правой рукой. Из-за того, что Огами не успела отреагировать на мой выпад, что логично, кто в здравом уме будет атаковать того, кого пытался всеми силами завербовать и оставить в живых… Вообщем, из-за того, что она не успела усилить себя проклятой энергией, мой удар отправил ее в беспамятство. — Какая ты шумная, — пробормотал я, ловко подхватывая падающее тело Огами и спрыгивая с крыши, заранее прихватив с собой Аштамангалу. Я действительно обещал и даже поклялся оставить её живой, но никогда не уточнял, что так просто ее отпущу. И хотя она могла иначе истолковать мои слова, это были уже её проблемы — старость порой смешивает воспоминания… Плавно приземлившись у входа в башню, я заметил троих своих товарищей, стоящих у тела старика. — Забирай её, — я бросил тело Огами в руки Мэгуми. Однако парень не поймал его, и Огами упала у его ног с неприятным звуком. Очевидно, после пробуждения ей следует обратиться к врачу. — Так ты все-таки здесь, сэмпай! — радостно воскликнул Итадори. — Ты мне и вправду не поверил? — Ино наигранно лил слезы. — Снова привет, — с лёгкой улыбкой отозвался я, переводя взгляд на Мэгуми. — Боже, ты настолько равнодушен к людям? Это уже похоже на психическое отклонение. — Ты бы поймал тело семидесятилетней старухи, измазанное в крови? — Мэгуми уставился на меня безэмоциональным взглядом. — Вроде бы это нормальная реакция — поймать окровавленное тело, — ответил я, удивленно откинув голову назад. — Ты так и не ответил на вопрос, — вздохнул Мэгуми. — Вам двоим следует немедленно отправиться на помощь Мэй, — я обратился к Ино и Итадори, игнорируя Мэгуми, который был занят своими раздумьями. — В то время как я мило беседовал с этой старушенцией, Мэхамару доложил о том, что Мэй столкнулась с Сугуру Гето. — Мехамару и с тобой общается? — Итадори с удивлением уставился на меня. Я молча достал из кармана еще два коммуникатора и бросил их Ино и Мэгуми. — Теперь ты не одинок в своих “галлюцинациях”, где странный голос говорит тебе, что этот мир не идеален и должен познать боль, — бросил я с иронией. А сразу после услышал возмущенный вопль Кокичи в наушнике: «Эй! Не неси чепуху!» — Вообщем, направляйтесь в токийское метро. Навигация может сбоить, но по данным Мехамару, Мэй должна быть где-то между станциями Мэйдзи-Дзингумаэ и Шибуя, — я говорил уже более сосредоточенно, взглянув на Мэгуми. — Отправь этих двоих к Киётаке, Мехамару подскажет дорогу. — Сукэхиро, — обратился ко мне Ино. — Разве, не будет лучше, если ты пойдешь на помощь Мэй… Сугуру Гето все-таки шаман особого ранга. Я на мгновение задумался, а затем медленно покачал головой. — В Сибуе, помимо шамана особого ранга, прячутся еще как минимум три проклятых духа особого ранга. Собравшись вместе, вы образуете мощную группу из шаманов первого ранга, хотя и не все из вас официально принадлежат этому рангу. Этого должно хватить, чтобы дать отпор Сугуру. — Что ты задумал? — глаза Мэгуми сузились от недоверия после моих слов. — Я согласен, что, по уставу, во время обычной миссии приоритетом является изгнание непосредственной угрозы, а не поиск того, кто может скрываться, — я продолжил, после того, как обвел взглядом округу. — Но это не обычная миссия. Помимо Сугуру, по Сибуе бродят, как минимум, три проклятья, угроза которых смертельно опасныа для любого шамана, кроме меня. На самом деле, я прекрасно понимал, что Кэндязку, скрывающийся за личиной Сугуру Гето, если сам того захочет, то выпотрошит этих троих, но так же я был абсолютно уверен в том, что он не будет сражаться в полную силу с Итадори, ведь парень был частью его плана. А потому, группа из трех шаманов первого ранга уж точно сможет справятся и не умереть. К тому же, у меня, почему-то, есть предчувствие, что они и не будут сражаться… В конце концов, любитель перекусить мозгами здесь не для того, чтобы “обмениваться опытом” с шаманами. — Это все равно не объясняет того, что… Прежде чем Мэгуми успел договорить, я его перебил: — Если тебе что-то не нравится, можешь пойти с ними, — спокойно предложил я, смотря ему прямо в глаза. — Но только после того, как отвезешь этих двоих к Киётаке. — Не беспокойся, Мэгуми, мы справимся, — Итадори уверенно улыбнулся, показывая свои тридцать два зуба. — Хорошо, — глубоко вздохнул Мэгуми, после чего обвел взглядом Ино. — Хотя бы ты не один. — Я за ним присмотрю, — заверил Ино, похлопывая парней по плечам. — Полагаюсь на вас, сэмпай, — сказал Итадори, радостно улыбаясь взрослому шаману. — Удачи вам, — кивнув, я повернулся и направился к линии Инокасира.

***

— Сукэхиро потрясающий, не так ли? — Итадори задал вопрос, двигаясь в сторону станции метро Сибуя. — Он чудак, — отозвался Ино, мрачно оглядывая окружающие темные улицы. — Но даже Нанами уважает его как одного из наиболее компетентных шаманов. Итадори засмеялся на слова Ино, его светло-коричневые волосы слегка колыхались, когда он двигался вперед, а красный капюшон его куртки развевался за спиной. — Все шаманы особого ранга, с которыми мне приходилось встречаться, были чудаками, — проговорил он, улыбаясь. — Ты не понимаешь, — Ино покачал головой. — Может, если сравнивать с Сатору, то Сукэхиро кажется более… человечным, что-ли. Но человек, который за один год выполнил больше миссий, чем я за всю свою жизнь, явно не может быть адекватным. Его психологическое состояние заставляет задаться вопросом — все ли шестерни там работают как нужно? — Я понимаю твои сомнения, — продолжил Итадори, погружаясь в размышления. — Но Сукэхиро... он не просто работает. Он живёт своей миссией. Есть что-то в том, как он подходит к своей роли шамана, что заставляет его выделяться. Его способности, его решимость... Он как будто из другого мира. — Верно, его сила и способности впечатляют, — согласился Ино, наблюдая за мелькающими мимо обесточенными неоновыми вывесками. — И он использует их не ради славы или признания. Кажется, он действительно верит в то, что делает — в защиту людей и борьбу с проклятиями. Это похвально, но иногда я чувствую, что его отношение к опасности... Как будто ему плевать умрет ли он. — Не думаешь ли ты, что это делает его идеальным шаманом? — Итадори посмотрел на Ино, искренне заинтересованный в его мнении. — Мы часто говорим о жертвенности как о доблести, но когда видим это в живом человеке, начинаем сомневаться. Ино вздохнул, его взгляд потемнел от раздумий. — Ты прав, но также это напоминает о границах, которые каждый шаман должен устанавливать для себя. Сукэхиро... Он не кажется человеком, который знает свои пределы. Его неистовство и уверенность в борьбе с проклятиями иногда кажутся безрассудством, настолько, что я не верю, что это из-за его долга, как шамана. Тут есть что-то еще. И это пугает. Итадори кивнул, серьезно задумавшись. — Это риски нашего дела, но ты верно подметил. Годжо-сэнсей однажды сказал, что Сукэихро не просто обходит правила, а просто их игнорирует. Но, знаешь, это тоже часть того, почему он так восхищает. Его решимость и способность идти до конца, несмотря на все опасности, вдохновляют. Ино кивнул, уверенно улыбнувшись. — Да, его пример мотивирует. Но, мне все-таки кажется, что за его уверенностью и мотивацией скрывается что-то ещё... Ты не думал, что он борется с какими-то своими демонами? Как будто он находит утешение в этой бесконечной борьбе с проклятиями. Итадори задумался, его взгляд потускнел на момент. — Это возможно, — медленно проговорил он. — В каждом из нас свои демоны, Ино. Может быть, для Сукэхиро это единственный способ сохранить свою человечность, продолжая борьбу, которую многие из нас не смогли бы выдержать. Как бы странно это не звучало. — Вести образ жизни далекий от человеческого, что сохранить человечность? — Ино уставился на Итадори. — Я же сказал: “как бы странно это не звучало”, — слегка насупился Итадори. Они оба на мгновение замолчали, размышляя о сложности жизни шамана, и продолжили движение по тихим темным улицам Сибуи, увлеченные своими размышлениями о том, что их ожидает впереди.

***

В тоже время, на крыше неизвестного здания в Сибуе. — Сукэхиро поручил мне доставить их к тебе, — сказал Мэгуми, аккуратно опуская двух связанных пленных у ног Киётаки. Киётака, известный своей выдержкой и формальностью, кивнул в знак благодарности, слегка поклонившись в сторону Мэгуми. — Благодарю, — коротко ответил Киётака. Молодой шаман уже повернулся, чтобы уйти, но в последний момент остановился, снова обратив свой взгляд на Киётаку. — Мне кажется, что с Сукэхиро что-то не так, — неожиданно высказался Мэгуми, его голос был полон сомнений и беспокойства. Киётака медленно поднял взгляд на Мэгуми, его лицо сохраняло непроницаемое спокойствие. — Не нам судить о его чувствах, — ответил он, внимательно изучая молодого шамана. — Сейчас, когда каждая малейшая ошибка может обернуться катастрофой и стоить жизни или даже хуже… — Мэгуми сделал паузу, явно борясь с внутренними сомнениями. — Разве мы можем безоговорочно доверять его суждениям? Киётака на мгновение задумался, прежде чем ответить. Его тон оставался неизменно уверенным, но в его глазах мелькнула тень размышлений. — Если кому-то и можно доверять, так это Сукэхиро, — с уверенностью произнёс он. — Но твоё беспокойство понятно. Сукэхиро всегда действовал на грани, и его методы, хоть и эффективны, иногда кажутся рискованными. Однако, как ты и сказал, ситуация сейчас критическая, но именно в такие моменты Сукэхиро никогда не подводил. Впрочем, тебе никто не запрещает быть бдительными. Просто… не поддавайся сомнениям без веских на то оснований. Мэгуми кивнул, признавая мудрость слов Киётаки, но его выражение лица осталось тревожным. Слова старшего шамана дали ему пищу для размышлений, но не развеяли его сомнения полностью. — Я понимаю, что Сукэхиро предпочитает действовать самостоятельно, и из-за этого он привык рисковать, — продолжил Мэгуми, ощущая, как его сомнения начинают находить отклик в словах Киётаки. — Но помимо всего, его действия... Они кажутся более отчаянными после того, как мы… потеряли Годжо. Киётака медленно кивнул, его глаза слегка сузились от горькой рефлексии. — Сукэхиро, как никто другой, почувствовал всю боль и тяжесть этой утраты, — мягко проговорил он. — Сатору был не просто коллегой или близким друг. Эти два парня были сильнейшими шаманами. Один бросил вызов другому, а другой принял его, в надежде встретить достойного противника. В каком-то смысле, они разделили чувство одиночества, которое испытывают сильнейшие. И этот фактор, безусловно, влияет на его методы, делая их более рискованными. Однако он всегда заботился о безопасности окружающих и старается не подвергать опасности других. Мэгуми переваривал слова Киётаки, пытаясь увидеть большую картину. — Но как мы можем быть уверены, что он не перейдёт границы? Что его личные чувства не помешают ему видеть реальную картину? — продолжил Мэгуми, не желая оставлять этот вопрос без внимания. — Это всегда риск, Мэгуми, — серьёзно сказал Киётака. — Но Сукэхиро умеет управлять своими эмоциями на поле боя. Он не допускает, чтобы личные переживания мешали его суждениям. Это одна из причин, почему он так высоко ценится как шаман. Оба шамана на мгновение замолчали, осмысливая обсуждение. Мэгуми поняв, что сейчас не стоит углубляться в свои беспокойства, при этом обвиняя в этом Сукэхро, успокоился. Он кивнул Киётаке в знак благодарности за разъяснения и, с уверенностью в душе, направился к Итадори и Ино, готовый продолжить свою миссию. Нужно ваше мнение. Я могу выкладывать главы чаще, но они будут короче (10к символов), или могу делать большие главы, как эта, но где-то раз в неделю. Что вам предпочтительнее?