Крыса, сожравшая экзорциста

      В комнате сгустилось напряжение, абсурд ситуации граничил с нереальностью. Взгляд Юнхо, словно пригвождённый, буравил белку-ноу-мэна, из-под век сочилась неприкрытая подозрительность. Губы сжались в тонкую, упрямую линию, а на лице застыла маска скепсиса.       Сан, сидящий рядом, нервно теребил край свитера, выдавая свой дискомфорт и тревогу.       Всеобщее замешательство прорезал голос Сонхва:             — Орбит, или кто ты там теперь… что ты за сущность? Мы не можем уловить источник твоей энергии.             — О, не пытайся ощутить мою энергию, дорогая ведьма, — парировал он. — Я давно позаботился о том, чтобы её завуалировать.             — Значит, ты просто решил заявиться сюда и занять тело нашей белки?       Его смех рассыпался в воздухе – беспечный, почти издевательский звук, царапающий нервы Юнхо:             — Не совсем. Мы с Орбитом давно знакомы. Он был неплохим хозяином, но мне понадобилось размять кости, понимаешь?             — Размять кости? — недоверчиво воскликнул Юнхо. — Ты превратил его в человека!       Орбит – а точнее, загадочная фигура, некогда бывшая любимой белкой Минги – откинулся на спинку дивана, принимая позу странной расслабленности, совершенно неуместной в сложившихся обстоятельствах. Прядь волос, пепельно-черная, перемежающаяся с выбеленными прядями, резко контрастировала с обстановкой комнаты, лишь подчеркивая его неординарность.             — С вашего позволения, я Хонджун, — объявил он. — По крайней мере, так меня называл мой хозяин.       Юнхо вскинул бровь, скрестив руки на груди:             — И что это должно значить?             — Раньше я жил с Уёном. Но его больше нет рядом. А с тех пор, как вы переехали в этот очаровательный коттедж, я не отходил от него ни на шаг, наблюдая за всеми вами.       Минги наклонился к Сонхва и прошептал на ухо:             — Белка-ведьма стала человеком?       Выражение лица Сонхва скривилось в недоверии, и он пробормотал в ответ:             — Похоже на то.             — Ты следил за нами? Всё это время? – Юнхо приподнял бровь, даже когда Сан дернул его за рукав.       Хонджун кивнул, и на его губах появилась виноватая усмешка:             — Виноват. Я… приглядывал за вами с тех пор, как вы поселились в этом коттедже. Должен признать, это было весьма занимательно. И, священник, – промурлыкал он, и в его голосе зазвучали лукавые нотки, — ты мне особенно понравился.       Брови Минги взметнулись вверх, и он смущенно поежился под пристальным взглядом Хонджуна:             — Что это значит?       Юнхо нахмурился:             — Демон, ставший вуайеристом-белкой?             — О, мой друг, ты так красноречив. Но не бойся, я оставил свои демонические деньки в прошлом, насколько это возможно, – заверил он. – Я начал новую главу, или, возможно, мне следует сказать, что я поддался тоске моей внутренней белки по более спокойной жизни. Я больше не занимаюсь оккультизмом, а с удовольствием бегаю по деревьям.       Сан крепче вцепился в подлокотник дивана:             — Ты демон?       Улыбка Хонджуна лишь расширилась, он был невозмутим перед лицом очевидной враждебности:             — Можешь называть меня как угодно, милый. Но знай, я здесь не для того, чтобы создавать проблемы. Если уж на то пошло, я здесь, чтобы… предложить свои услуги.       Юнхо резко поднялся на ноги, и его внушительная фигура отбросила тень на сидящих напротив мужчин:             — Я на это не куплюсь, — отрезал он, делая шаг вперёд и хватая Хонджуна за воротник. — Ты либо пройдоха, либо угроза, и я не позволю тебе разрушить защиту, над которой мы так усердно работали.       Сан попытался вмешаться:             — Погоди, Юнхо, не будем торопиться, — произнёс он, пытаясь встать между ними. — Нам нужно больше информации, прежде чем делать поспешные выводы. Он, может, какой-то посланник, разве нет?       Юнхо сжал воротник Хонджуна ещё крепче, костяшки пальцев побелели:             — Возможно. А может, он шпион самого Сатаны. Может, именно из-за него мы все дважды чуть не погибли.       Хонджун тихонько захихикал:             — Милый, клянусь, я не настолько важен. Однако, я знаю кое-что, что может тебя заинтересовать.       Юнхо с яростью сжал воротник Хонджуна:             — Говори, и потом убирайся. Мне всё равно…             — Не будем делать поспешных выводов. Нам нужно больше информации, прежде чем что-либо решать, — спокойно произнёс Сонхва, его голос звучал успокаивающе. — Он может быть посланником, как сказал Сан. Не думаю, что стоит сбрасывать со счетов все варианты. Возможно, он окажется полезным.       Юнхо по-прежнему хмурился, но немного смягчился:             — Ладно. Тогда поговорим. Но руки у тебя будут связаны, хорёк.       Хонджун усмехнулся, его глаза весело блеснули:       — Довольно теплый приём.       Несмотря на свой небольшой рост, Хонджун не попытался использовать скорость и сопротивляться. Его улыбка оставалась светлой, даже когда перед ним стоял человек, который легко мог превратить его в пепел. После того как его руки были надёжно связаны, он откинулся на спинку дивана, казалось, совершенно невозмутимый ограничениями.       Сонхва подался вперёд, пристально глядя на него с любопытством:             — Хорошо, белка… или Хонджун. Кем бы ты ни был. Кто ты такой и почему следил за нами?       В глазах Хонджуна заплясали искорки веселья, его губы скривились в насмешливой улыбке:             — Что ж, начнём с самого начала. Раньше я жил с Уёном…             — С Уёном? — перебил Сан, нахмурившись. — С моим… моим другом? Чон Уёном?       Хонджун кивнул:             — Да, именно с ним. Но Хозяин больше не появляется, поэтому я решил более… активно интересоваться домом и его внезапными обитателями. Сначала я думал, что вы просто кучка непрошеных гостей, которые наткнулись на его коттедж, — признался он смущенно. — Поэтому я собрал других животных, чтобы они помогли мне присматривать за вами. Ну, на всякий случай, если вы задумали что-то недоброе. Но потом… я увидел, как на вас напал демон.       Выражение лица Хонджуна стало более серьезным:             — Да, это было после этого. После того как я увидел, как демон напал на вас и как отважно вы сражались, меня осенило. Я понял, что вы не обычные посетители. Ваш младшенький, — он кивнул в сторону Сана, — парамур дьявола, и вдруг ваше присутствие стало гораздо более понятным.             — Так чего ты хочешь от нас?             — Почему ты все это рассказываешь сейчас?             — Я хочу быть на вашей стороне. Я в долгу перед Уёном и перед самим собой, — заявил белка, его голос был твердым. — Я хочу бороться против дьявола. Моя преданность вам будет так же сильна, как моя преданность моему хозяину.       Юнхо пристально смотрел в глаза Хонджуну, его скептицизм не исчез, несмотря на кажущиеся искренними слова мужчины:             — С чего нам доверять тебе? Ты следил за нами неизвестно сколько времени. Что мешает тебе предать нас в самый трудный момент?       Хонджун встретил взгляд Юнхо, не дрогнув:             — Вы правы, проявляя осторожность, — признал он. — Но позвольте мне внести ясность — я не предатель и не двойной агент. Время, которое я потратил, наблюдая за вами, было потрачено не на поиск слабостей. Я пытался понять ваши сильные стороны и ваши намерения. Я знаю не хуже вас, что поставлено на карту, и я знаю человека, который держит ключи, даже лучше. У меня нет причин обманывать кого-либо из вас.       Юнхо не отводил взгляда, изучая лицо Хонджуна, ища хоть малейший намек на обман:             — Ты хочешь, чтобы мы просто поверили тебе на слово?       Выражение лица Хонджуна оставалось решительным:             — Вам не обязательно верить мне на слово. Следите за моими действиями. Судите меня по тому, что я делаю, а не только по тому, что я говорю.       Тяжёлая тишина повисла в комнате, слова Хонджуна давили своим весом. Решение повисло в воздухе, чреватое последствиями. Сонхва обменялся взглядами с Минги и Саном, прежде чем посмотреть на Юнхо, за которым оставалось последнее слово.       Наступила пауза, пока Юнхо обдумывал слова Хонджуна. Наконец, его плечи немного расслабились.             — Пусть будет так, — уступил он, его голос был твёрдым, но не злым. — Пока что ты останешься. Но одна ошибка - и ты вылетишь. Будешь говорить, когда тебя спросят, и рассказывать всё, что нам нужно знать.       Улыбка вернулась на лицо Хонджуна, но на этот раз в ней была благодарность.             — Согласен. Я расскажу вам всё, что вы хотите знать. В конце концов, мы теперь в одной лодке.