Симфония разрушения

      Утреннее солнце бросало пятнистые тени сквозь густую зелень сада, создавая идиллический фон, совершенно не вязавшийся с грядущими тревожными событиями.       Юнхо сидел на подоконнике и курил, пока Сан усердно взбивал в миске… что-то. Он улыбнулся, когда брызги полетели во все стороны, испачкав ему щеку.       И как раз в тот момент, когда он потянулся, чтобы вытереть пятно, Минги ворвался в дом через парадную дверь. Его глаза были широко раскрыты от ужаса, грудь тяжело вздымалась от прерывистого дыхания.       Одежда на нем была разорвана, кожа исцарапана и покрыта землей. Он споткнулся, шагнув вперед, и его голос дрожал, когда он пытался связать слова:       – Там… там что-то гналось за мной в лесу, – выдохнул он, едва выговаривая слова.       Юнхо отреагировал первым, мгновенно оказавшись рядом с Минги. Он схватил его за плечи, поддерживая, и помог подняться. Остальные трое окружили их, и на их лицах смешались беспокойство и тревога.       Сонхва, обычно сохранявший хладнокровие, сейчас в панике заключил Минги в объятия:             – Что случилось? Что ты увидел?             – Что это было? – спросил Сан, в голосе которого звучало явное беспокойство.       Руки Минги дрожали, когда он вытирал лицо, его глаза были полны глубоко укоренившегося страха.             – Я был в лесу, собирал хворост, и вдруг… вдруг я услышал это. Этот… этот крик, ничего подобного я раньше не слышал. – Минги сглотнул, словно мучимый жаждой, его голос дрожал. – Я обернулся посмотреть, что это, и увидел… оно было огромным, словно кошмар из плоти. Оно ломало деревья, как спички. У него были зубы, Сонхва, зубы как ножи.       Юнхо нахмурился, на его лбу залегли складки.             – Ты уверен, что это было реально? Может, это был просто медведь или какой-нибудь дикий зверь?       Хонджун юркнул за спину Сана, его маленькая фигурка съежилась от страха, и он молчал.       Минги встретился взглядом с Юнхо, в его глазах была отчаянная мольба о понимании.             – Нет, Юнхо, это было другое. У него… у него были глаза, горящие, как два пылающих костра. И оно было быстрым, невероятно быстрым. Оно… оно рвало все на своем пути, словно бумагу.       Юнхо притянул Сана ближе к себе.             – Должно быть, это была гончяя, – сказал он. – Где именно это произошло, Минги?             – Прямо у границы, – ответил Минги, позволяя Сонхва усадить себя на диван. – Оно… оно пыталось прорваться сквозь свет.       Сонхва обменялся взглядом с Юнхо, получив в ответ кивок. С чувством неотложности он покинул уютный домик и направился к лесной поляне, где у него было достаточно места, чтобы взлететь.       Его крылья расправились с элегантностью, отточенной годами практики. Он оттолкнулся от земли и взмыл в воздух, мощные взмахи крыльев несли его высоко над лесом. Мир раскинулся под ним мозаикой пышной зелени и извилистых тропинок.       С высоты птичьего полета земля внизу предстала в захватывающем дух танце. Густые деревья простирались под ним, словно бескрайний океан неестественной зелени. Солнечный свет просачивался сквозь листву, отбрасывая пятнистые тени на лесную подстилку.       Несясь над лесом словно выпущенная стрела, он искал признаки беспорядка. Вскоре его внимательный взгляд заметил ужасающие свидетельства присутствия существа. Деревья внизу были сломаны и раздроблены, их ветви оторваны словно колоссальной силой. На земле виднелись глубокие борозды – следы его прохождения.       Сонхва преследовал след, чувствуя, как сердце колотится в груди. Он должен был найти этого зверя, должен был понять, верны ли его худшие подозрения.       Он медленно спустился, осматривая землю в поисках дальнейших следов. Все, что он увидел, – это глубокие борозды в почве, следы дьявольских когтей, которые прорыли землю в погоне за Минги.       Осознание невероятной силы, стоявшей за этим, наполнило его гнетущим чувством ужаса.       И затем, со скоростью света, как показалось Сонхва, он мельком увидел его. Оно двигалось словно настоящая тень, массивная темная масса, которая появлялась и исчезала среди деревьев. Это не было похоже ни на что, что он видел за все свои годы на земле – гротескное смешение кошмара и реальности.       Сердце бешено колотилось, пока он пытался не отставать, его крылья с удвоенной силой несли его вперед. Зверь, казалось, скользил без усилий, оставляя за собой хаос.       Он двигался с жутковатым достоинством, его движения были одновременно плавными и угрожающими. Казалось, будто лес повиновался его воле, расступаясь словно занавес. Сонхва изо всех сил старался не отставать, понимая, что борется не только с встречным ветром, но и с волей самого леса.       Постепенно он почувствовал, как перья начали опадать с его крыльев, и, обернувшись, увидел, как кончики крыльев начали обугливаться. Лес поглощал его.       Неумолимое преследование в конце концов лишило его дыхания и повергло в уныние. Когда его силы иссякли, он вырвался из мрачных объятий деревьев и вернулся на поляну. Его крылья устало поникли, и он тяжело приземлился, с трудом удерживая равновесие.       Адреналин, который подпитывал его до этого, уступил место чувству тревоги, ясно давая понять, что лес действительно вытягивал его жизненную энергию, пока он преследовал адскую гончую.       С тяжелым сердцем он вернулся в дом, где все четверо мужчин с нетерпением ждали его. Его крылья сложились за спиной, их великолепные перья потускнели от мрачной реальности, с которой им пришлось столкнуться.       Голос Сонхва был окрашен усталостью, когда он встал перед ними.             – Я преследовал его так далеко, как мог, – тихо сказал он, чувствуя себя таким же разбитым, каким и выглядел. – Но мне пришлось вернуться. Это было… это было нечто, чего я никогда раньше не видел. Лес пожирал мою жизненную силу, чтобы спасти его.       Сонхва продолжил, его взгляд был отстраненным.             – Это был гончий, похожий на того, что напал на Юнхо и Сана до нашего отъезда, но этот был другим. Это был… грех. Чистая порочность. Он контролировал все вокруг, уничтожая все, что ему не подчинялось.       Он помолчал, подбирая слова.             – Он рвал все на своем пути, как и говорил Минги. Словно реальность для него ничего не значила. Деревья, камни – ничто не могло его остановить. Этот… он нечто совершенно иное. Его не остановить. Боюсь это говорить, но если этот гончий найдет нас, и появятся еще, у нас не будет иного выбора, кроме как принять смерть. Всем нам.       Юнхо стиснул челюсти, его разочарование и, впервые, страх, отчетливо читались в глазах.             – И что нам теперь делать?       Выражение лица Сонхва было мрачным, когда он встретился взглядом с Юнхо.             – Нам нужно быть готовыми, – тихо сказал он. – Это существо не похоже ни на что, с чем мы с тобой сталкивались раньше. Это угроза не только для тебя или Сана, это угроза для всех нас. Нам нужно подготовиться к худшему.       Тяжесть ситуации давила на плечи Юнхо, и морщины разочарования глубоко прорезали его лоб, когда он наконец произнес:             – Нам нужна помощь.       Минги нахмурился:             – А почему бы нам просто не уехать? Разве…             – И подвергнуть опасности жизни тех, кто останется снаружи? – резко спросил Юнхо. – Вы предпочтете спокойно умереть здесь, зная, что ваши близкие в безопасности, или же сбежать в мир и увидеть, как этот самый гончий разрывает на части все, что вам дорого, прежде чем добраться до вас?       В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра за окном, когда солнце садилось за горизонт.       Взгляд Юнхо переместился на Сонхва.             – Нам нужно посоветоваться с высшими богами, – сказал он, и в его словах звучал скорее приказ, чем предложение. – Ты должен связаться с Габриэлем и спросить, черт возьми, что нам делать. Это его вина, что мы вляпались во все это.       Сонхва сохранял спокойствие, но в его глазах мелькнула тень беспокойства.             – Как бы я ни хотел этого сделать, есть большая вероятность, что боги отвернутся от нас. У них есть свое царство, которое нужно защищать, а мы здесь всего лишь гости. Если на кону стоит нечто настолько серьезное, то они, несомненно, предпочтут защитить своих, а не беспокоиться о нас.       Разочарование Юнхо переросло в гнев, его голос повысился от возмущения.             – Отвернутся от нас? После всего, что мы пережили? Если они не помогут нам, тогда какой смысл в их существовании?             – Юнхо…             – Нет, скажи мне, – настаивал он, не отступая, даже когда Сан и Хонджун съежились в углу. – Мир поклоняется им, они живут в роскоши, хвастаются своей силой и величием, и тем, что они здесь, чтобы служить нам, так почему же они не служат?       Минги вмешался, его голос был спокойным, но с оттенком страха.             – Юнхо, я понимаю, что это деморализует, но мы не можем контролировать решения богов. Самое большее, что мы можем сейчас сделать, это умолять их о помощи и постараться укрепить дом.             – Меня тошнит от необходимости умолять и лизать им пятки, – выплюнул он, его слова были полны горечи. – Можете забыть об этом. В тот момент, когда мы переступили порог этого дома, они бросили нас. Бога больше нет, его и не было никогда. Мы одни в этом чертовом проклятом месте.       Чувство безысходности, которое навеяли его слова, стало удушающим.       Сан положил руку ему на предплечье, слезы навернулись на его глаза.             – Ты хочешь, чтобы мы умерли, Юнхо? – спросил он.       Юнхо пронзил его взглядом.             – Я скорее разобьюсь, спасая вас, чем погибну из-за того, что Бог не захотел помочь.             – От этого ничего не станет лучше, – сказал Сан. – В каком-то другом мире они, возможно, и были бы готовы помочь, но это не тот мир. Я ничего не знаю об этих богах, но, честно говоря, попытка никогда никому не вредила. Если… если все настолько серьезно, как кажется…             – Сан, твоя голова практически на гильотине, куда уж серьезнее?             – Если все настолько серьезно, то нам понадобится любая помощь, которую мы сможем получить. Нет ничего постыдного в том, чтобы попросить о помощи, верно?       Юнхо на мгновение задумался, глядя на надежду в его глазах. Он посмотрел на Сонхва, который выглядел так, словно его избили раз десять, на Минги, который, казалось, предпочел бы быть где угодно, только не здесь.       Тяжело вздохнув, Юнхо наконец сдался.             – Ладно, Сонхва, иди поговори с Габриэлем. Но пусть они, черт возьми, дадут нам помощь, которая нам нужна, иначе я сам разрушу эти врата.