Часть 2, в которой герой хочет обрести счастье.

      Сказать, что Хенджин зол — ничего не сказать. Он узнает о переезде Минхо, подслушав разговор госпожи Ли со своим отцом, и первым же делом добивается подробностей. Он не собирается так просто отпускать ситуацию. Им нужно поговорить и он добьется этого любой ценой. Хван знает таких людей, как Джисон, знает, как они могут влиять. Он знает, что этот паренек не так невинен, каким кажется.       Хенджин даже не задумывается о личных границах, приходя в чужой дом. После продолжительных звонков, ему наконец открывают дверь.       — Джи, ты что-то за… — Минхо не удается договорить, так как он осознает, кто перед ним стоит.       Он неверяще отступает назад, тем самым открывая путь внутрь, чем Хван и пользуется.       — Привет. Раз ты один, мы, наконец, можем поговорить.       — Уходи, нам не о чем разговаривать, — он хочет вытолкнуть его, но попытки не увенчиваются успехом.       — Почему ты не сказал, что переезжаешь? — гнул свою линию Хенджин.       — Чтобы ты не останавливал меня. Мне надоело быть твоей собачонкой, с которой ты играешься, когда тебе скучно. Уходи. Мы все закончили.       Если Джин задержится здесь хоть на одну лишнюю минуту, Минхо словит паническую атаку, не меньше. Он уже не может твердо стоять на ногах и уверенно произносить предложения. Ему страшно, действительно. Та тяжелая энергетика, тянущаяся за бывшим, угнетала. Казалось, что если не Хенджин ударит его, так он сам свалится под давлением.       — Тебе Джисон такое сказал? — в его голосе даже не скрывалось обвинение, режущее воздух не хуже наточенного ножа. — Почему ты слушаешь его, а не меня, практически брата?       Тонкость личных границ была уже давно нарушена. Хенджин вторгался в пространство Минхо словами, не давая тому ни малейшей уединенности.       — Ты сам сказал, что мы не братья. И не приплетай сюда Джисона. Он никак не относится к нашим отношениях.       Однако ревность исказила разум Хенджина. Его слова превратились в стрелы, нацелившиеся в самое сердце Хо. Он не мог остановить этот поток эмоций, взявший над ним верх.       — Ох, а мне кажется, еще как относится. Уже спали с ним? Ну как он тебе? Ты его взял или он тебя? — Хенджин был ужасно зол. Его голос звучал, прокладывающим путь сквозь его собственные сомнения, настойчиво требуя ответов. Ревность сделала его глухим к разумным доводам. Он был слеп от страха потерять Минхо, неготовый поделиться сердцем с кем-то еще.       — Уйди отсюда. Ты мерзкий. Ты противный. Я больше не хочу слушать твой бред.       Кажется, диалога не выйдет. Хенджин, переполненный досадой и раздражением, молча развернулся и покинул квартиру, громко хлопая за собой дверью. Оставшись в одиночестве, Минхо больше не мог сдерживать переполняющих его эмоций. Он облокотился шатким телом на стену и скатился по ней вниз, скрывая лицо в коленях. В ту же секунду по коридору раздался громкий всхлип, а потом еще и еще. К счастью, он мог не скрывать свое разбитое состояние, соленые непрерывные дорожки слез и периодические отчаянные крики. Все внутри него было отравлено и не подлежало восстановлению.       Разбитое состояние протянулось вплоть до вечера. Только когда время подходило к девяти часам вечера, когда Джисон должен был вернуться после занятий в университете и подработки в цветочном через дорогу, Минхо смог принудительно привести себя в чувства. Ему не хотелось говорить о бестолковом, но очень изматывающем, диалоге с Хваном.       Было глупо полагать, что Хан не заметит изменившегося состояния своего друга. С утра он был весел и рассчитывал на продуктивный день, а сейчас ходил понурый, скрывал свое лицо, отворачиваясь, хотел уединиться.       — Если тебя что-то тревожит, то я здесь для тебя и готов выслушать, — аккуратно предлагает свою помощь Джисон, но Минхо лишь коротко мотает головой и говорит, что ничего не случилось.       Ему не хочется обманывать, скрывать, но он и так считает, что обременяет своими чувствами Джисона. Было видно, что тот обеспокоен его состоянием, но голос, что шептал «не нужно сваливать на него все то дерьмо, через которое ты проходишь, у него и без тебя проблем хватает», не давал расслабиться. В глазах Минхо мерцала тревога, и он колебался между честностью и стремлением сохранить покой в отношениях.       — Я не буду на тебя давить. Если что, ты знаешь, где меня искать, — он нежно похлопывает его по плечу и дарит ободряющий взгляд, прежде чем удалиться в свою комнату, оставляя дверь приоткрытой.       Минхо сомневается до самой ночи, поглядывая в ту сторону, каждый раз проходя по коридору то на кухню, то в ванную. И все-таки решается зайти. Не факт, что он сможет выложить все, что его беспокоит, но он хотя бы сделает шаг.        — Чем занят? — он скромно заходит в комнату, будто никогда здесь не был, и присаживается на кровать.       Джисон сидит за рабочим столом, освещенным желтым светом одинокой лампы. Его лоб нахмурен, пока он внимательно вглядывается в свои конспекты и переводит взгляд между ними и экраном ноутбука.       — Нуна с потока попросила помочь ей с лабораторной, поделилась уже готовыми наработками, и я теперь пытаюсь разобраться. Дедлайн уже послезавтра, а у меня даже близко нет необходимых результатов. Не хочу ее подводить.       — Я могу помочь?       — Не думаю. Тут большой объем. Пока ты разберешься, я уже все сделаю.       — Если что, ты знаешь где меня искать, — невольно Минхо повторил фразу, сказанную младшим ранее.       — Кстати, ты что-то хотел? — он повернулся всем корпусом и посмотрел внимательно, показывая, что готов отложить все дела, если понадобится.       Минхо начал сомневаться, что сейчас подходящее время для серьезного разговора, учитывая загруженность Джисона, поэтому он сделал беззаботный вид и ответил:       — Нет, просто заскучал и хотел посмотреть вместе аниме.       — Думаю, что у меня есть лишние полчаса на перерыв. Как раз хотел сделать себе кофе, — младший тут же отложил все записи в сторону и бодро поднялся со стула, направляясь к двери.       Было очевидно, что Минхо прочитали как открытую книгу, и, на самом деле, никакого перерыва не предполагалось. Тем не менее, старший был рад, что ему уделили время, хоть и под незамысловатым предлогом.       Уже сидя на кухне с кружками горячего кофе, они завели разговор.       — Минхо, ты знаешь, что можешь рассказать мне все, правда? — произнес Джисон.       Ли отвел взгляд, чувствуя теплоту Джисона, но и борьбу с собой.       — Да, конечно, но… я не хочу тебя обременять своими чувствами. Ты уже так много сделал для меня.       — Ты никогда не обременяешь меня, Мин. Мы в этом вместе, помнишь? Расскажи мне, что случилось. Может быть, я смогу помочь, — Джисон поднял глаза и взглянул на Минхо с нежностью.       Ли почувствовал внутреннее смятение, но в конце концов покорил свои сомнения. Он начал рассказывать об инциденте с Хенджином, о ревности и о пережитом состоянии после. Джисон внимательно слушал, предоставляя ему пространство для выражения, не перебивая и выказывая поддержку во взгляде.       — Он ненормальный. Пожалуйста, будь осторожен и не открывай ему дверь, если меня нет дома. Кажется, что он не успокоится и может заявиться так в любое время.       Обычно Джисон презирал жестокость по отношению к другим, но сейчас натурально был готов ударить Хенджина, если тот еще хоть на метр приблизится к Минхо и будет разговаривать с ним в агрессивном тоне. Он собирается вмешаться и защитить друга, если ситуация будет требовать этого. Теперь он не останется в стороне.       Хенджин был неистово разгневан, его глаза искрились от ярости. Все, что он видел перед собой, был Джисон, непрошенный гость в их жизни. Он проклинал тот день, когда Джисон вошел в круг общения Минхо, и даже не подозревал, что это будет началом серии проблем.       Он вернулся домой тотчас после разговора со сводным братом и застал взрослых на кухне. Он был четко настроен рассказать им об истинной сущности лучшего друга Хо.       — Отец, госпожа Ли, я серьезно говорю! Этот Джисон только и делает, что мешает моим отношениям с Минхо! — его голос был пронизан яростью, словно в каждом слове звучало желание уничтожить все, что приносит Минхо радость. — Он просто пользуется им, чтобы проникнуть в нашу семью! Вы не видите, как он манипулирует им? — продолжал он, настойчиво пытаясь внушить свою точку зрения.       Взрослые в недоумении наблюдали за ним, испытывая замешательство от его необоснованной ярости. Они не могли понять, как мирный и заботливый Джисон мог вызывать столько негатива у их сына. Госпожа Ли знала его явно дольше чем Хван, видела общение со стороны и отрицала какую-либо угрозу.       — Хенджин, мы не видим, что он делает что-то плохое, — господин Хван был немногословен, но глубоко анализировал ситуацию и сейчас видел, что его сын подвержен неконструктивным эмоциям, потому преследует какую-то цель, но какую — непонятно.       — Он же всегда был поддержкой для Минхо. Может быть, тебе стоит спокойно поговорить с братом и выяснить все недоразумения? — сказала женщина, пытаясь утихомирить его.       Но Хенджин был непреклонен. Его ревность и ненависть к Джисону служили его убеждению, что Джисон — причина всех бед Минхо, и он решил доказать это всем вокруг. В это раз у него не вышло, но он будет пытаться снова и снова.       Джисон стоял за прилавком в цветочном магазине, уделяя внимание свежим букетам. Рабочий день почти подошел к концу. Новых посетителей давно не было, поэтому он мог спокойно готовиться к закрытию. Внезапно тишину помещения прервал звон дверных колокольчиков, привлекая внимание к себе.       — Здравствуйте. Добро пожаловать в наш магазин, — на автомате говорит Джисон, прежде чем поднять голову.       Ему не удается договорить дежурную фразу, потому что он осознает, что перед ним стоит Хван Хенджин. Неожиданно видеть его здесь. Во взгляде старшего читается недовольство, что сразу сгущает воздух между ними.       — Ты работаешь здесь? Занятно, — он будто насмехается над ним, обводя надменным взглядом прилавки.       — Да, я здесь работаю. А ты что здесь делаешь, Хенджин? — он даже не старается вести себя с ним уважительно.       — Думаю о Минхо и о том, как избавиться от тебя, — откровенно заявляет Хван, подходя ближе к Джисону, стоящему за кассой. — Как думаешь, какие цветы понравятся Минхо? — его тон становится наигранно беспечным, но в глазах мелькает умышленное злорадство.       — Отстань наконец от него.       Его голос звучит с раздражением, и он горячо желает, чтобы Хенджин прекратил свои насмешки и ушел. Но тот и не собирался прекращать, видя преимущество в своей игре.       — Ты всегда так неуважителен к потенциальным покупателям? — насмехался Хван, рассматривая цветы неподалеку, словно это единственное, что его интересует.       — Я вижу, что ты здесь не из-за искренней заинтересованности в предпочтениях Минхо. Вы были вместе довольно долго, так что ты должен знать, — терпение Джисона уже было на исходе.       — Вы знакомы не меньше, но, кажется, тебе не удалось завоевать его цветочками. Как жаль, что дело не в них.       Джисон отреагировал на слова Хенджина моментально. Его глаза вспыхнули гневом, и он сказал с искренностью, которую не мог скрыть:       — Ты даже не представляешь, о чем говоришь, Хенджин.       Хван, глядя в глаза Джисону, понял, что его насмешки попали в яблочко. Он увидел в тех глазах не только гнев, но и что-то гораздо более глубокое и болезненное. Он понял, что добрался до скрытой от всех глаз правды.       — Так вот оно что, — прошептал Хенджин, не отрывая взгляда от Хана. — Ты влюблен в Минхо, да? Это объясняет многое.       Джисон почувствовал, как его щеки начали краснеть от смущения. Он не ожидал, что его чувства будут раскрыты перед Хенджином таким образом.       — Ты не знаешь всей правды, Хенджин.       Старший, ухмыляясь, приблизился к Джисону и шепнул:       — Я думаю, ты знаешь, что я могу сделать с этой информацией. Ты можешь либо исчезнуть из жизни Минхо и сохранить свои чувства при себе, либо я расскажу ему о том, что ты в него влюблен. Ты уничтожишь все, включая свои шансы.       Джисон был искренне напуган тем, что лучший друг может узнать его тайну, скрываемую неделями за прочными замками в глубине своей души. По его скромному мнению, получалось у него не плохо, и он понятия не имеет, как Хвану так быстро удалось достать из него эту правду. Он корил себя за то, что не был достаточно настойчив, чтобы выгнать его раньше этого. Судьба распорядилась таким образом, но он не намерен сдаваться. Он обещал Минхо защищать его, поэтому начнет прямо сейчас.       — Хенджин, ты не понимаешь, что это не игра. Если ты думаешь, что можешь угрожать мне и нашей дружбе, чтобы достичь своих целей, то ты ошибаешься, — он чуть подумал и решил давить в ответ. — У тебя шансов будет поменьше чем у меня. Ты уже разрушил все. Даже если избавишься от меня, Минхо не будет с тобой. Никогда.       — Я посмотрю, ты смелый.       — Я не боюсь, Хенджин. Если ты действительно думаешь, что твоя угроза заставит меня уйти, то ты плохо меня знаешь.       — Как хочешь. Я предупредил тебя.       После этих слов он наконец оставляет Хана в покое. Их разговор порядком затянулся, и магазин должен быть уже закрыт, но парень не спешит. Прежде чем вернуться в квартиру, где его уже ждет Минхо, ему нужно многое обдумать.       Прибрав беспорядок в помещении, доделав работу с букетом, на которой он остановился, он выключил свет и закрыл магазин. Густая черная ночь опустилась на город и давала необходимое чувство уединения для раздумий. До квартиры были считанные минуты, но Джисон нарочно сделал несколько кругов вокруг квартала, посидев немного на холодной лавке в парке и зайдя за продуктами в круглосуточный.       В голове крутилось много смешанных чувств: облегчения от того, что напряженный разговор закончен, и тревоги по поводу того, что может произойти дальше. На самом деле, он не хочет подвергать их дружбу с Хо опасности. В нем далеко нет того чувства уверенности, что, если чувства раскроются ему, он не отвергнет их. Хван может не врать, потому первое время стоит перестраховаться и быть осторожным.       Когда наконец Джисон вернулся домой, Минхо уже ждал его, сидя в гостиной. Младший улыбнулся, пытаясь скрыть свои беспокойства, и подошел к другу.       — Ты чего так долго? Я уже начал беспокоиться.       — Извини, было много дел на работе, — соврал он.       — Выглядишь уставшим. Хочешь есть? Я недавно приготовил дакжим.       — Конечно. Умираю с голоду.       Глядя на радостного Минхо, Хан решил, что сейчас не самое подходящее время для серьезного разговора. Первоначально, ему нужно решить внутренние споры в своих чувствах, перед тем как делиться.       Следующие несколько дней после ситуации в цветочном магазине Джисон держит некоторую дистанцию, незаметную для Минхо. Будучи наедине, в квартире, они много разговаривают, смотрят аниме и дорамы, скрашивают томные вечера баночкой пива, но в пределах университета Джисон старается меньше контактировать с ним, то задерживаясь лишний раз в аудитории, то уходя с занятий пораньше, беря дополнительные часы в магазинчике. Хенджин как назло все чаще мелькает в коридорах учебного заведения, в столовой и рядом с его работой, будто следит за ним, выжидает момента, чтобы напасть. Минхо не замечает изменившегося настроения между ними, и это радует Джисона.       Однажды старшему удается вытащить их в торговый центр для покупки подарков на день рождения их матерей, которые приходились на один день. Джисон теряет бдительность и соглашается, радостный времяпрепровождению с другом вне дома. К тому же, они хотели забежать на вечерний сеанс кино, если они освободятся к необходимому времени.       Они прогуливаются по магазину кухонной утвари, где Минхо ищет хорошую сковороду с антипригарным покрытием, как Джисону кажется, что он заметил Хенджина. Он нервно осматривается по сторонам следующий час, но никого даже близко похожего не видит. Еще через час Хан предлагает зайти в парфюмерный. Он хотел бы найти для себя новую туалетную воду, потому что его любимый флакончик почти закончился. Чтобы совместить приятное с полезным, парни так же заходят в отдел с женскими ароматами, но ничего подходящего не находят. Уже на кассе, когда Джисон оплачивает покупку, в самом дальнем углу зала он видит Хенджина. Настоящего Хван Хенджина. Не его призрака и не брата-близнеца, которого, к слову, нет. Его прошибает током от страха, а руки немного трясутся, что не удается с первого раза поднести карту к терминалу.       «Боже, Хан Джисон, соберись. Ты обещал защищать Минхо, так почему сейчас трясешься как осиновый лист» — твердил он сам себе в голове, но не расслаблялся ни на йоту.       Хенджин внимательно следит за ними каждую секунду, пока они не покидают магазин. Он делает это специально, убеждаясь, что Джисон заметил, почувствовал напряжение на расстоянии, вспомнил о последнем предупреждении.       Джисон действительно помнит и не может не думать о том, что Хван может сделать. До вечера следующего дня он находится в нервозном состоянии, которое однако пытается скрыть за маской серьезности перед Минхо. Он не может нормально спать ночь, потому что тревога преследует его и тогда. Почти до четырех утра он размышляет о многом. В том числе о том, чтобы опередить Хенджина и признаться раньше. Так было бы справедливо по отношению к другу, но не увеличило бы его шансов. К тому же Хан не может быть уверен, что обещание сбудется. Возможно, с ним лишь играются, пытаются заставить совершить ошибку самостоятельно, собственноручно все разрушить. Это было бы в стиле Хвана — надменно ухмыльнуться и сообщить, что это не его рук дело.       В конечном итоге Джисон приходит к выводу, что его страх вполне обоснован. Как бы он не хотел быть сильным, защищая близкого человека, он хранит секрет под сердцем. Все было бы иначе, не будь этих чувств.       Отпустить ситуацию помогает тот факт, что Хенджин не пытается никаким образом связаться с Минхо. Джисон уверен, что узнал бы об этом сразу же. Если Хван не делает этого значит, что либо он дал второй шанс, либо и не собирался ничего рассказывать. Совсем скоро семестр закончится, и они перестанут пересекаться в университете. Это определенно даст больше свободы действий.       В четверг ранним утром Джисон выходит из подъезда их с Минхо квартиры и направляется в сторону остановки, неподалеку от которой находился цветочный магазин. Сегодня он взял полный рабочий день, так как его сменщица заболела. Погода, прямо сказать, была ужасной. Целую ночь лил дождь, а сейчас было пасмурно и дул промозглый ветер.       Как обычно, Джисон не был зациклен ни на чем кроме своих кроссовок и наушников-капелек, в которых громко играла рок музыка. Когда он поправляет капюшон, один из наушников летит на асфальт под ногами, и парень безуспешно пытается поймать его в полете. Он успевает приземлиться на землю, но, к счастью, не разбивается. Поднимая его, Джисон замечает странный рослый силуэт в плаще и белые пряди волос, выглядывающие из-под капюшона толстовки. Мужчина сидит на лавочке на детской площадке и, кажется, смотрит за ним.       Первоначально Хан не обращает на него никакого особого внимания, разворачиваясь и продолжая свой путь, при этом непрерывно анализируя. Ему казался этот человек знакомым, но вовсе не внушающим доверия. Несколько раз на пути он оборачивается. Будто на всякий случай. И видит этого мужчину снова и снова. Он вдалеке, но преследует его. Полное осознание того, кто это, прошибает уже будучи на остановке.       Хван Хенджин. Кажется, он пришел по его душу. По крайней мере, душу Минхо он не даст в обиду.       Мельком глянув на часы, он понимает, что до начала рабочего дня еще сорок минут. В голове моментально зреет план, и Джисон садится на первую попавшуюся маршрутку. Боковым зрением он видит, как мужчина разворачивается и идет в сторону, откуда пришел. Достав мобильник, Хан срочно пишет Минхо и предупреждает, что по дороге видел Хвана, но тот не в сети и сообщения не читает.       На следующей же остановке Джисон вылетает из автобуса и бежит к дому, не заботясь о том, чтобы замарать кроссовки или джинсы, наступив в глубокую грязную лужу. К счастью, расстояние небольшое. Уже через пять минут он тяжело дышит, но не останавливается, пока поднимается по лестнице на третий этаж.       «Прошу, пожалуйста, пусть я успел» — молится он всем небесам, находясь на пути к квартире.       Посторонних звуков не слышно. Никаких высоких худощавых парней не наблюдается. Это навевает больше подозрений.       Джисон быстро набирает дверной код и проходит в коридор, где сразу же замечает уже знакомый плащ и ботинки, не напоминающие ни одну обувь Минхо или самого Джи.       — Джисон? Ты разве не должен быть в магазине? — из кухни выходит удивленный Минхо. На лице отражается еще одна эмоция, которую прочитать не удается.       — Хенджин здесь? — спрашивает Джисон и проходит на кухню, после того как разувается.       Названный ранее гость сидит за столом. Он довольно серьезен, но как только видит Джисона, то зловеще ухмыляется и говорит:       — Да, зашел на пару минут поболтать со старым другом. Не беспокойся, я уже ухожу.       Младший так и остается стоять столбом в коридоре, пока Хван обувается, накидывает плащ и выходит, захлопнув за собой дверь.       — Что-то случилось? — Минхо все так же обеспокоен.              — Почему ты не отвечал на сообщения?       — Я не видел, — парень озадачен и отвечает заторможенно, не понимая, что происходит.       — Я заметил Хвана, пока шел на работу. Испугался, что он может прийти сюда и навредить тебе, поэтому пришлось вернуться. Если все хорошо, то я пойду. Я и так уже опаздываю к открытию магазина.       Джисон уходит и до самого вечера его посещают догадки о том, что за темы для разговора были между бывшими. Весь день он ходит сам не свой, почти не улыбается, даже неожиданно приехавший начальник замечает это. К счастью, только советует побольше отдохнуть перед работой в следующий раз, чтобы не пугать посетителей кислой миной.       Минхо с полным багажом смешанных чувств встречает друга после девяти вечера. Будучи не занятым важными делами, он много размышлял о том поражающем факте, сказанном Хенджином за те несколько минут, пока они были один на один на кухне. Тот с порога был серьезен и настаивал на том, чтобы рассказать о важной информации, касаемой Джисона. Честно, он уже жалеет, что поверил и впустил его. Теперь в голове целый рой мыслей, которые он настроен уладить до ночи, поговорив тет-а-тет с Ханом.       Несмотря на то, что Минхо немного напуган и хочет решить все быстро и четко, он старается создать расслабляющую и не напряженную атмосферу между ними, но это выходит с трудом, потому что каждый понимает, что их ожидает что-то серьезное.       Они сидели в темной комнате при свете одного лишь торшера. Взгляд Минхо был устремлен на лучшего друга. Помещение было наполнено неловкой тишиной, пока один из них пытался сформулировать и высказать свои мысли.       — Я сожалею, что открыл сегодня дверь Хенджину, но он просил о серьезном разговоре. И есть кое-что, что я хотел бы прояснить. Я не хочу верить ему голословно, но знаю о нашем соглашение быть честными друг с другом, — Минхо начал осторожно, его голос звучал мягко, словно боялся навредить дружбе, но при этом стремился узнать правду. — Он сказал, что у тебя есть чувства ко мне. Это правда?       Джисон смотрел Минхо в глаза. Его выражение было смешанным из удивления и страха.       — Хен, я… Я не хочу врать тебе. Это правда. Ты нравишься мне уже несколько недель, но я знаю, что тебе сейчас тяжело из-за отношений с Хенджином. Мне не хотелось усложнять ситуацию и нашу дружбу этим, — он говорил искренне, при этом стыдливо опустив взгляд в сторону.       — Я… Ты… — старший был растерян, поэтому у него не сразу получилось сформулировать предложение. — Спасибо за честность. Мне жаль.       — Я понимаю. Прошу, давай оставим все как есть. Мне правда страшно потерять тебя как друга, — Джисон прикрыл лицо руками, пытаясь скрыть стыд и стремительно наворачивающиеся слезы.       — Ты никогда не потеряешь меня, Хан-и, — заверил его Минхо, крепко обнимая.       Как бы противоречивы не были чувства внутри, он тоже не хочет потерять Джисона. Они прошли через многое вместе и сейчас просто не представляют жизни без поддержки и заботы друг друга.       Минхо не мог сейчас ответить на чувства, оба это понимали. Причина заключалась в том, что старший боялся пережить прошлый опыт заново. Да, Хенджин и Джисон не были похожи, их совместные истории не были одинаковыми, но разуму объяснить это сложно. Он до сих пор не разобрался с тем бардаком, который оставил после себя бывший и который постоянно создавал своими неожиданными появлениями. Глубокие шрамы внутри не зажили.       Джисон хороший. Джисон заботливый. Джисон романтичный. Но Минхо просто не готов снова окунуться в это с головой. Он не хочет остаться без поддержки и слишком сильно дорожит дружбой, чтобы вновь позволить себе влюбиться до беспамятства. Ему хотелось бы, чтобы все было проще, чтобы он мог открыться и откликнуться на нежность Джисона.       Ли ощущал внутри себя величайшую дилемму. Ему предстоит не один день, чтобы разобраться с тем, что на душе, но пока он решил преодолеть барьеры прошлого опыта, прежде чем позволить любви войти в его жизнь снова. Единственное, что было однозначным — необходимо оставить всю трагикомедию с Хенджином в прошлом и начать жизнь с чистого листа.       Он продолжал общаться с Джисоном как обычно даже спустя несколько недель, и это было невероятно важно для него. Друзья продолжали проводить время вместе, шутить дурацкие шутки, понятные только им двоим, смотреть аниме и играть в компьютерные игры вдвоем. Даже после признания чувств, Джисон не терял надежды, что в будущем что-то между ними может измениться, но при этом он оставался прежним, стараясь не пересечь запретную черту. Для Минхо это было наивысшим показателем поддержки.       Но постепенно старший стал ощущать стыд перед Джисоном. Он осознавал, что, несмотря на все свои попытки, он пока не готов ответить на чувства друга. Это было как будто он давал надежду, но в то же время держался на расстоянии. Ему было стыдно перед Джисоном, что он не мог сделать шаг вперед, несмотря на все те качества, которые он находил в нем. Теперь он слишком часто задумывался о том, как можно решить этот внутренний конфликт, чтобы не потерять дружбу и при этом не повторить прошлые ошибки.       Кстати говоря о них. Минхо желал быть прямолинейным и честным, потому, почувствовав прилив уверенности и сил, он встретился с Хваном наедине, чтобы обозначить свою позицию, касаемую их отношений. Это произошло после пар в университете, когда оба зашли в кафетерий напротив за порцией кофеина. Ли нагло утащил его за угол здания и немедля сказал то, о чем думал последние несколько ночей. Он не дал даже шанса противостоять своему напору и убеждениям.       «Я не собираюсь больше продолжать то, что ты начал. Мы больше не будем вместе. Сначала ты просил меня забыть, я честно пытался, теперь я прошу об этом же. С данных пор меня абсолютно не волнует твое мнение и твои притязания на меня. Родители, как ты и хотел, ничего не узнают о нашем прошлом, но и их я за нос водить не собираюсь и счастливых братьев играть не хочу. Я знаю, что через несколько дней состоится семейный ужин. Там мы и огласим о том, что не желаем больше общаться. Причину назовем какую хочешь — истинную или фальшивую. У тебя есть несколько дней подумать» — голос режет словно сталь, впитывается под кожу, слова текут по венам. Хенджин даже не успевает ни о чем подумать, как Минхо исчезает, словно его и не было здесь в эти несколько минут.       На встрече с родными они сообщают, что между ними произошел личный конфликт, касаемый взглядов на жизнь. Они целенаправленно и юрко избегают каких-либо вопросов и стараются переключить тему, чтобы не создавать лишнего напряжения. Взрослые были удивлены и точно не могли не связать их ссору с недавним скандальным заявлениям Хвана о Джисоне. Ночью, будучи уже на готове заснуть, они обсудили странное поведение своих сыновей, но решили не лезть в их личную жизнь, как те и просили.       После этого проходит еще несколько дней, в течение которых Минхо зреет к серьезному разговору с Джисоном. Сказать, что он переживал — ничего не сказать. Кажется, что его волнение ощущалось за километр. Хан несомненно заметил его и первым начал интересоваться о том, что случилось. Парни сидели на кровати в комнате старшего на неприлично большом расстоянии, пока Минхо, отводя взгляд, пытался собрать всю свою речь по кусочкам.       — Я бы хотел серьезно поговорить с тобой, — все-таки начинает он. — В последнее время я много думал о твоем признании. Кажется, что у меня тоже есть к тебе чувства, но я так запутался в себе, что не знаю, можно ли это назвать влюбленностью. Мне хочется доверять тебе, твоим словам и поступкам, но это не так просто дается мне. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею ввиду.       — Да, я… Я стараюсь не давить на тебя по поводу всего этого, — Джисон неопределенно махнул рукой, подразумевая в том числе и свои чувства. — Мне бы хотелось остаться друзьями, если ты не можешь ответить, но я приму любое твое решение.              — Я мог бы, ну, ответить, но не сейчас. Может позже, если ты дождешься. Черт, это так странно звучит, типа… — он пытался объясниться, но ничего не выходило.       — Не нужно, я понимаю все. Если я могу что-то сделать, то я всегда здесь.       — Мне нужно лишь время, чтобы пережить все и разобраться с бардаком в голове. Пока есть возможность, хочу устроиться на работу и начать оплачивать дополнительные курсы. Говорят, что деятельность помогает. Я не хочу потерять тебя, но, кажется, мне сейчас нужно сконцентрироваться на себе.       — Конечно-конечно. Я уважаю твое решение побыть одному. Нам обоим нужно о многом подумать. Я могу съехать, если хочешь.       — Да, спасибо, — хоть Минхо и не выглядел уверенным, но он осознавал серьезность и необходимость этого шага, как минимум для себя и своего внутреннего спокойствия.       Джисон понимал, что Минхо может попросить его об этом рано или поздно, потому не был ни удивлен, ни расстроен. Наверное, ему слишком важно, чтобы Ли чувствовал себя комфортно в сложной для себя ситуации. К тому же, этот переезд не значил ничего глобального в их жизнях. Старший пообещал оставить все как прежде в их дружбе, также видеться и общаться, но может чуть реже из-за того, что теперь они не живут вместе. Джисон склонен верить ему.       Ли Минхо пережил опыт отношений, который не пройдет из памяти быстро и оставит след на его душе. Он хочет справиться со всей неопределенностью, хочет вновь почувствовать свободу и любовь. Искреннюю и нежную. Сейчас он не уверен в своем будущем, не знает, сколько понадобится времени. Также не знает и будет ли у них с Джисоном новый совместный путь, с новым статусом и чувствами. Они не прощаются. Они также дружат. Просто сейчас каждому нужно пройти сложный этап. Как бы не было тяжело и страшно перед неизвестностью, Минхо сделал определенно верный шаг на встречу к светлому и счастливому будущему.