Часть 2, в которой герой хочет быть любимым. (Альтернативный финал)

      Проходит три месяца с официального переезда Джисона к Минхо. За все то время, на удивление, у них складываются довольно гладкие взаимоотношения в бытовом плане. Можно сказать на берегу, они обсуждают все детали, касающиеся уборки, мытья посуды и оплаты коммунальных счетов. Минхо взял на себя приготовление еды и закупку продуктов. Джисон не без связей устроился на работу, поэтому мог оплачивать большую часть суммы квитанций, посуду также мыл он. Уборку квартиры поделили же пополам. Всех все устраивало, а если нет — решались проблемы сразу же.       После тяжелого трудового дня сил на шумные компании или походы куда-либо не оставалось, поэтому вечера они проводили вместе за просмотром аниме или дорам, в основном засыпая под конец. Уютно расположившись на диване, они наслаждались атмосферой историй, которые разворачивались перед ними на экране. Несмотря на усталость, эти моменты становились их способом расслабиться, забыть о повседневных заботах и просто насладиться временем, проведенным вдвоем. Понимание друг друга делали эти вечера еще более особенными.       Минхо пришел к неожиданной мысли о том, что ему приятно получать заботу от Джисона. В основном она проявлялась в незначительных мелочах, например, приготовленный перекус в университет в виде сэндвичей. Или тайская еда на вынос из ресторанчика на улице, где находилась работа Джи. Или кофе, которое он приносил во время того, как Минхо впадал в дикое отчаяние, находясь в процессе написания курсовой работы. Джисон и раньше проявлял свою заботу, но чаще в виде слов поддержки и ободрения. Теперь же это ощущалось иначе, будто за таким отношением что-то скрывается…       Что касается Хенджина, он пропал с горизонта, и это приносило невероятное облегчение. Наконец, Минхо мог заняться собственной жизнью. Теперь ему стало гораздо проще с проявлением эмоций, которые не приходилось закрывать на сто замков в самых дальних уголках сердца. Но, конечно, это не могло продолжаться бесконечно. Хван все-таки нашел способ связаться с ним, после того как Минхо заблокировал его буквально везде, где мог.       Парень сидел перед телевизором и выбирал на Netflix следующий для просмотра фильм, как ему пришло уведомление. Вероятно, он думал, что это был профессор, потому сразу же отвлекся на телефон. Как бы не так. Чертов Хван Хенджин как ни в чем не бывало интересовался, как у него дела. Минхо не был морально готов к неожиданному появлению бывшего, поэтому руки мелко затряслись и телефон выпал на мягкие подушки.       — Минхо, может ты хочешь выпить сегодня пиво? — крикнул с кухни Джисон, подготавливающий закуски к киновечеру. — Минхо? — крикнул он еще раз, когда не услышал ответ.       Ответа не последовало и во второй раз, поэтому он решил проверить, все ли в порядке. Застал он не самую радостную картину — Минхо обхватил свое тело руками и натурально дрожал.       — Хен, с тобой все в порядке? — мигом бросился к нему младший.       Минхо лишь покачал головой и передал свой смартфон с включенным экраном. Джисон взял его в руки, рассматривая ближе, а затем открыл диалог и удалил непрошенное сообщение, дабы не мозолило глаза и не раздирало сердце в клочья еще сильнее.       — Хен, посмотри на меня, — на него тут же уставились красные испуганные глаза, из которых непрерывно текли две тоненькие дорожки слез. — Все позади, я с тобой. Ты в безопасности и тебе ничего не угрожает.       Истерика. У него случилась истерика. И Джисон опять помогает справиться с ней. Он крепко обнимает его, прижимая голову к своей груди и успокаивающе поглаживает по макушке, приговаривая нежные слова, отвлекающие его от источника негативных эмоций.       — Чаги-я, пошли со мной, — у них не было принято называть друг друга такими словами, но это не имеет значения, если никто не замечает их.       Они поднялись с дивана и переместились на кровать в спальне Минхо. Джисон аккуратно уложил его, накрывая мягким пледом и включая ночник, раскрашивая комнату в теплые цвета, создающие домашнюю атмосферу уюта. На протяжении всех подготовительных манипуляций он приговаривал «не беспокойся, я здесь», а затем вернулся в постель, заключая в объятия. Он знал, как Минхо важен тактильный контакт в такие моменты, поэтому без лишних слов обеспечивал им.       Засыпая, Минхо уже пришел в чувства, но на его щеках все еще застывали соленые слезы. Он думал только о том, как это похоже на ситуацию, когда ему приснился кошмарный сон. Джисон также прижимал его к сердцу и обнимал во сне, словно пытаясь защитить от всех бед и страхов, которые могли охватить его в реальной жизни. С каждым вдохом и выдохом, Минхо ощущал, как пульсация его сердца успокаивается под влиянием тепла и безопасности, которые Джисон ему приносил.       В полутьме комнаты он наконец-то начал расслабляться и доверять этому моменту. Он забыл о своих тревожных мыслях и страхах, доверившись нежности и заботе Хана. С каждой секундой он погружался в мир сна, забыв о бурных эмоциях и слезах этого дня.       На следующее утро они делают вид, что ничего не происходило, что не было пограничного с панической атакой состояния, что не было ночных тесных касаний. Все идет своим чередом и каждого это устраивает. Вот только Минхо больше не может заснуть без крепких объятий. Он не знает, как сказать об этом своему лучшему другу, поэтому ежедневно стискивает в руках подушку, стараясь заглушить странное чувство в грудине.       Возможно, Минхо поступает немного эгоистично, но он начинает искать любые возможности и предлоги, чтобы остаться в одной кровати с Джисоном. Он идеальных размеров для того, чтобы заключить его в объятия. У него идеальный умиротворяющий запах, а также мягкое тело, которое нельзя сравнить ни с одной мягкой игрушкой-обнимашкой.       Нет же ничего такого, чтобы предложить своему лучшему другу делить кровать на двоих, если это не пересекает черту дозволенного?       — Что? — восклицает Джисон и почти выплевывает свой чай с лимоном ему в лицо, когда слышит неожиданное пожелание. — Ты сейчас серьезно?       Минхо уже тысячу раз успел пожалеть о сказанном, хотя до этого был уверен, что Джисон согласится.       — Ты считаешь, что в этом нет ничего такого?       — Ну, нет… просто, — Минхо не знал, как выкрутиться из этой ситуации, чтобы не выставить себя полным идиотом.       — Я не против. То есть, я думал, что ты шутишь.       Джисон поменялся в лице и выглядел более спокойным и уверенным, так что его словам можно было доверять. Это принесло невероятное облегчение для старшего.       В тот же день они решили реализовать свой план. Это было чертовски неловко. Обычно все выходило естественно. Например, Минхо приходил поваляться на чужой кровати перед сном и, пока Джисон рассказывал о своем рабочем дне и очередном раздражающем своей тупостью клиенте, засыпал, как бы случайно утыкаясь носом в чужое плечо.       Сегодня же они выглядели словно подростки, которые впервые остались друг у друга на ночевку. Хан, переодевшись в свободную футболку и короткие спальные шортики, неприлично обтягивающие его бедра, пришел в комнату к Минхо. Тот уже ждал его, натянув одеяло чуть ли не до носа. Этой ночью, дабы не пугать Хана откровенностью, он решил надеть спальный костюм, который ему подарила мать на день рождения еще два года назад. Однако она не знала, что парень предпочитает спать в одном лишь нижнем белье.       Джисон закрыл за собой дверь и выключил свет, оставляя только ночник освещать комнату. Он выглядел крайне смущенным, залезая под одно одеяло на двоих. Кажется, этот момент нужно было разъяснить заранее, но Минхо был в таком предвкушении, что даже не подумал о комфорте друга. Сейчас за это было безумно стыдно.       — Все в порядке? Ты все еще можешь отказаться, и я не обижусь.       — Нет-нет, не нужно, — он медленно повернулся на бок — к нему лицом — и положил руку на талию.       Неловкость так и витает в воздухе. Минхо решает взять инициативу на себя, так как чувствует меньший дискомфорт. Он ложится ближе, как раньше укладывая голову на чужое плечо, а рукой поглаживает спину. Кажется, Джисон расслабляется — взгляд сосредотачивается на лице напротив, а рука расслабляется.       — Спокойной ночи, хен.       — Спокойной ночи, Хан-а.       На удивление, первая ночь для обоих проходит спокойно. А каждая последующая становится все менее неловкой и более обыденной. Им комфортно находиться рядом и это не портит их дружбу. Джисон считает это вкладом в восстановление морального равновесия Минхо.       Ли заходит в аудиторию и быстро направляется в сторону привычного места, где уже сидит Джисон и куда-то задумчиво смотрит.       — Сходил я к Яну, спросил про проект, а он мне такой… — но договорить ему не удается, он замечает, что Хан даже не обратил на него внимания. — Эй, Джисон, — только после того, как он машет рукой перед его лицом, на него обращают внимание. — О чем задумался?       Непроизвольно взгляд обращается к месту повышенного внимания своего друга. Там, около первой парты у окна стояла компания из нескольких парней и одной девушки, которые активно что-то обсуждали и смеялись.       — Мечтаешь о ком-то конкретном? — заговорщически произносит Минхо.       Шанс того, что он попадет в точку без особых оснований, минимален, но не равен нулю, как оказалось. Джисон смущенно отводит взгляд в собственную тетрадь и нервно крутит ручку. Его щеки приобретают розоватый оттенок, что еще больше подтверждает теорию.       — Это кто-то из той компании? — Минхо плюхается на место рядом, закончив выкладывать необходимые для занятия принадлежности, и произносит совсем тихо, на ухо, чтобы никто из заполненной аудитории не услышал.       — Нет, — как-то слишком резко отвечает Хан и сразу переводит тему. — Ты сделал последнее задание?       Старший принимает нежелание разговаривать об этом сейчас, но обещает себе же вернуться к этой теме позже.       Подходящее для этого время выдается в конце недели. Их общий знакомый зовет их в бар на открытый микрофон. Они приходят, немного опаздывая, но столик для них уже готов. Он располагается почти в самом конце зала, недалеко от барной стойки. Это играет им на руку: юмор начинающих комиков, по мнению друзей, просто отвратительный, они могли бы даже сымпровизировать лучше, поэтому где-то на середине шоу они по очереди ходят за новыми и новыми коктейлями, а завершают все пивом. Это изрядно расслабляет их после тяжелой учебной недели, но по приезде домой они решают еще выпить несколько бутылок соджу, припасенных на крайний случай.       Развалившись на диване, они перемывают косточки их одногруппникам и студентам с потока, особенно часто критикуя их неудачи в личной жизни, выставленной на показ. И тут Минхо вспоминает про странное поведение Джисона, когда он спросил о предмете его мечтаний. За все прошедшие дни он лишь раз думал о том, кто бы это мог быть. Это произошло перед сном и на утро сразу забылось.       — Тебе кто-то нравится сейчас? — неожиданно спросил Хо, и младший готов был выплюнуть соджу обратно в рюмку, но этого не случилось и он лишь немного закашлялся.       — С чего ты взял?       — Да у тебя на лице написано.       — Не правда, — сказал Хан, но его зардевшиеся уши выдали его с потрохами.       Минхо победно ухмыльнулся, счастливый тому, что ему в очередной раз удалось поймать своего друга на скрытности. Но почти так же быстро к нему пришла другая мысль. Если ему кто-то нравится, значит ли это, что им придется перестать спать вместе?       Конечно, им было хорошо вместе — Джисон и сам это говорил, а еще он был рад за друга, ведь знал, как тот может переживать из-за отсутствия отношений. В последнее время он стал говорить про это реже. Может это знак, что он уже давно о ком-то мечтает, в тайне надеясь на взаимность? Шанс, что это кто-то с их потока, весьма не мал.       Радость за друга была с примесью чего-то странного, едкого, не виданного до сего. Это было похоже на ревность. Наверняка дружескую, ведь Минхо не хочет с кем-то еще делить своего лучшего друга. Но это странное чувство было куда незримее, чем любопытство от подробностей, кто бы мог понравиться Джисону.       — Мне нужны подробности. Я знаю этого человека?       Хан недолго борется со своими внутренними сомнениями по поводу того, стоит ли говорить, но в конце концов решается. Минхо думает, что алкоголь в крови сыграл немалую роль.       — Нет, но он из нашего университета. И… у меня с ним мало шансов, — Джисон даже поник.       — Эй, что за бред? Ты отличный парень, с тобой любой готов был бы встречаться.       Минхо говорил это не только из рациональных мыслей поддержать друга, но и потому что искренне так считал. Джисон очень внимательный и заботливый даже по отношению к друзьям, а еще очень романтичный. Хоть у него не так много времени, но он ухаживает за собой и любит носить красивую одежду. Минхо нравится его стиль.       На какое-то время они оба погружаются в свои мысли, и старший начинает фантазировать о том, кто бы мог понравиться Джи. Наверное, этот парень выше или одного роста с ним, а еще такой же заботливый как он и любит готовить. Хан обожает вкусно поесть. Вероятно, это стало бы главным критерием. Кажется, однажды он восхищался подкаченными телами. Может ему нравится кто-то с мышцами и кубиками пресса.       После каждой подобной фантазии он возвращался к сравнению себя с ними. Минхо вроде бы неплохо готовил и изредка пек печенье или пироги, но рельефным телом не обладал. Он давно перестал ходить в спортзал и придерживаться диеты, поэтому его тело было довольно обычным: худые руки, плоский живот без намека на кубики, разве что бедра от природы были крупными, но и это он не считал своим достоинством.       Мог ли бы Минхо понравиться ему?       Эта мысль перманентно оседает в его голове и всплывает каждую свободную минуту следующие две недели. Больше они никак не поднимали тему возможных отношений Джисона, поэтому подробностей его типажа не было, а фантазии становились изощреннее.       На протяжении всего этого времени они продолжали спать в одной кровати, контактировали с неизменной регулярностью, но разве что Джисон стал более аккуратен, проявляя свою заботу. Было странно видеть, как он неловко бормочет извинения под нос после того, как на автомате забрался рукой в волосы старшего и стал массировать макушку. Минхо заинтересован, что происходит у него в голове и на сердце.       Когда мыслей становится слишком много, что они начинают приносить душевную боль, он решает невзначай снова завести разговор. Минхо предлагает выпить, чтобы немного расслабиться, а сам в тайне надеется, что это поможет раскрепоститься и немного потерять контроль. Джисон соглашается на пьянку по причине совсем не тихо подкрадывающегося эмоционального выгорания. Нужно срочно выплеснуть эмоции, накопившиеся внутри. Он даже не будет жалеть, если в конце дня расплачется прямо на коленях у Минхо.       Поначалу они долго обсуждают, какие же некоторые преподаватели мудаки и как им надоели групповые проекты, потом тема сменяется обсуждением новой дорамы, а там и до отношений недалеко.       — Хотел бы я, чтобы меня так парень обхаживал, — признается Джисон, горько усмехнувшись. А вот вам и новая подробность.       — А тот парень, ну, из университета? Он не такой? — аккуратно интересуется Минхо, отхлебнув из своего бокала горьковатую жидкость.       — Кажется, он полный сухарь. Я пытался ему намекать, но он не реагирует.       — Можешь рассказать мне о нем больше?       Джисон задумывается, и Минхо не торопит.       — Он очень красивый даже сонный или не в настроении, у него хорошее тело, а еще он смешит меня, даже когда не подозревает об этом, — он рассказывал очень воодушевленно, что влюбленная аура прямо-таки повисла над ним.       Минхо начал сопоставлять складывающийся образ с ребятами, которых он мог видеть во время потоковых лекций. Некоторые из них отчетливо подходили под сказанное. Первым претендентом был один из парней, на компанию которого смотрел Джисон в тот день три недели назад. Кажется, его зовут Ли Джуен. Он — участник музыкального актива и игрок баскетбольной команды. Вокруг него всегда много людей, которых он веселит непринужденными шутками.       — Я мог бы догадываться, что он потрясающий танцор. Однажды я подсматривал за ним. Его движения были изящны и плавны. Кажется, что он хорош во всем, чего касается его рука. Но больше всего я ценю его отзывчивость и искренность. Извини, я слишком много говорю, — Джисон смутился и уткнулся в свой стакан.       Этот парень действительно хорош, по скромному мнению Ли Минхо. Ему никогда не давалось что-либо просто. Каждое начинание требовало огромных усилий и полного погружения в дело, но это стоило полученных результатов. Не всегда идеальных, конечно, но тем не менее.       Минхо опять невольно начал сравнивать себя с образом объекта влюбленности Джисона. Описания не отличались особой точностью и специфичностью, под них подходили многие. В том числе и сам Хо. За исключением разве что нескольких пунктов. Он никогда не занимался танцами, да и в клубах предпочитал занимать позицию наблюдателя. К тому же даром быть лучшим во всем он не обладал.       Они с Джисоном были лучшими друзьями уже несколько лет, но мысли в голове Минхо стали выходить за пределы привычных понятий дружбы. Что изменилось, что теперь хотелось тоже нравиться Хану? Не просто как друг, а как что-то большее, как парень.       — Может быть у него есть недостатки?       — Иногда он эгоистичен к чувствам других и зациклен на одной вещи. Он, конечно, часто совершает ошибки, но для меня это не имеет значения, когда я понимаю, что влюблен не в ангела, а в простого парня.       Джисон влюбчив и это далеко не секрет. Он периодически ловил краш на какого-нибудь новенького одногруппника или симпатичного бариста, но это было лишь мимолетное увлечение. Все происходило обычно по одному и тому же сценарию: он подписывался в инстаграме, лайкал пару фотографий, предлагал пойти на прогулку, ему давали отворот-поворот и все заканчивалось без лишней драмы. Один раз было чуть серьезней: три недели переписок и пару прогулок. Но и тут ничего не сложилось по причине несходства характеров.       В этот раз было еще серьезнее, и Минхо стало беспокойно. В этом тяжело было признаться самому себе, но он ревновал. Тошнотворное чувство собственничества так и застряло под ребрами, не давая возможности мыслить рационально.       Излишне погрузившись в свои раздумья, он перестал контролировать выражения лица, и Джисон заметил это:       — Что-то случилось? — взволнованно спросил он.       — Что-то я неважно себя чувствую. Видимо алкоголь был плохим, — открестился Минхо и стал подниматься со своего места. — Я пойду в свою комнату. Тебе будет не сложно все прибрать?       Джисон с сомнением взглянул на бутылку, из которой тоже пил, но, к счастью, не чувствовал никаких симптомов отравления или чего-то подобного. Он лишь коротко кивнул на последний вопрос друга, прежде чем тот оставил его один на один с собой.       Минхо заперся в спальне и рухнул на свою кровать.       «Да что со мной не так? Я просто хочу быть счастлив без преследующих бывших и гребаного чувства собственничества к лучшему другу»       Казалось бы, он только раскрутил клубок неприятностей и расправился с прошлым, как вновь запутал себя настоящими событиями. Минхо и сам не знает, чего хочет. То ли больше не связываться с новыми отношениями, то ли быть любимым близким тебе человеком. То ли быть счастливым за своего друга, то ли никому не отдавать его сердце. Все свалилось как снежный ком на голову, а эмоциональных сил не хватало даже на то, чтобы подумать, чего он ожидает от самого себя.       «На свежую голову думается лучше»       Он скоро проваливается в безмятежный сон, даже не удосужившись переодеться в более удобную одежду.       Минхо просыпается, когда на часах только перевалило за пять утра. Вчера он лег довольно рано, поэтому организм выспался и потребовал пробуждения. За окном начало светать, расплескав розово-оранжевые краски по небосводу. Мягкие облака бестревожно плыли, создавая причудливые формы. Все это напоминало детство и подростковые годы Минхо, когда он днями и ночами смотрел мультфильмы студии Гибли, отдавшись сказочной атмосфере и впитывая каждую мельчайшую деталь сюжета.       Он хотел погрузиться в еще один умиротворяющий сон, наполненный яркими воспоминаниями о беззаботных временах, пока где-то играла спокойная, ласкающая слух музыка. Но резко настигло осознание. Музыка была не в голове, а где-то совсем рядом, будто за стенкой. Ли сел, прислушиваясь. Кажется, это были аккорды гитары, и доносились они из комнаты Джисона. Это время подозрительно раннее для него.       Парень поднимается с нагретого места и тихо покидает спальню. Ему хотелось аккуратно разведать обстановку, поэтому он почти на цыпочках подбирается к двери и немного приоткрывает ее.       На незаправленной кровати сидит сонный Джисон. Вероятно, он спал совсем немного или вовсе не спал. Это прослеживается в его уставшем взгляде и помятом виде. На нем все та же одежда, что и вечером: серые спортивные штаны и растянутая белая футболка с рисунком аниме персонажа, а в руках гитара, струны которой он легко перебирает, наигрывая незамысловатую мелодию. Его губы шевелятся, напевая какой-то текст, но его совсем не разобрать.       Минхо не успевает насладиться всей открывающейся перед ним картиной, потому что его быстро замечают. Джисон безмолвно подзывает к себе. Когда старший садится на край кровати близь него, ему кажется, что Хан все еще немного пьян. В его глазах виднеется расслабленная дымка, а действия будто смазаны.       — Я написал песню для парня, который дорог мне. Может однажды он узнает о моих чувствах и сможет ответить на них. Могу я спеть ее для тебя?       Минхо слишком заинтересован, чтобы отказываться.       Черная гитара в руках Хана смотрелась идеально. Хотелось вечно любоваться на длинные тонкие пальцы, нежно перебирающие струны и извлекающие прекрасные мелодии. Обычно гитара пылилась в дальнем углу комнаты и торжественно выходила в люди на крупных мероприятиях, а после надолго пряталась, исполнив несколько лиричных песен.       «Я так неожиданно влюбился в тебя» — с первых аккордов начал петь Джисон.       «В моей голове так много мыслей, которые не дают мне спать каждую ночь» — его голос звучал громче. Низкий тембр с хрипотцой обволакивал все внутренности Минхо.       «Я защищу тебя, может быть больно» — Минхо невольно вспоминает каждый свой побег к Джисону, когда его сердце разрывалось от чувств на куски.       «Я обниму все раны, которые ты прольешь» — в каждый из этих разов Хан крепко, но нежно обнимал его, успокаивающе оглаживая спину.       «Даже в чёрную ночь пока ты со мной, я не боюсь» — все последние ночи они грелись в объятиях друг друга, защищаясь от кошмарных беспокойных снов.       «В отличие от тех, кто убегает от тебя, я обниму тебя» — в этой песне Минхо неизменно находил себя, сравнивал главных героев каждой спетой строчки с ключевыми людьми своей собственной жизни. Когда Хенджин убегал, Джисон всегда был рядом, чтобы утешить.       «Обними меня, даже если будет больно, всё в порядке» — он обнимал дрожащее от всхлипываний тело, прижимая к своему беспокойно бьющемуся сердцу.       «Я хочу подарить только тебе жар во мне» — как бы влюбчив он не был, всегда можно было заметить всеобъемлющее чувство преданности одному человеку. Кажется, Минхо чувствовал это по отношению к себе, особенно в последнее время. Либо он просто хочет думать, что Джисон относится к нему иначе, нежели к другим.       «Когда я думаю о тебе сейчас, моё сердце как вулкан» — огонь тепла разгорается внутри Хо с каждой секундой. Он и сам скоро станет похож на полыхающее жерло, наполненное горячей магмой надежды.       «Я люблю тебя, хочу быть рядом с тобой» — кажется, его сердце сейчас перестанет биться, если он услышит еще одну подобную фразу.       «Я не привык к такому, знаю, что будет больно, так сильно хочу этого» — несомненно, им будет больно. Но когда эта боль станет сильнее: если он совершит ошибку сейчас или станет невольным зрителем чужих чувств, неизменно причиняя себе боль каждый день?       «Моим выбором всегда будешь ты»       Минхо не знает, что творит. Он будто находится в своей личной романтической дораме, где главный герой признается в своих чувствах. Главным героем его жизни является Джисон. Он слишком много думает о том, что эта песня могла бы быть посвящена ему, совершенно забывает обо всем, поступает эгоистично.       Старший подается вперед и нетерпеливо целует, когда песня заканчивается и комната вновь погружается в тишину. Он пожалеет о содеянном потом. Сейчас хочется отдаться моменту, поверить в счастливый финал.       Вот-вот все закончится. Еще секунда. Еще пять. Он уже хочет отстраниться и начать извиняться, как ему отвечают на поцелуй. Еле-еле, будто неверяще. Джисон кладет ладонь на чужую щеку, поглаживая большим пальцем скулу, передавая через касание одобрение и спокойствие.       Поцелуй длится недолго, и скоро они отстраняются друг от друга. Минхо оглядывает парня напротив еще раз, будто не выучил за годы дружбы наизусть. Сейчас все выглядит иначе, по-особенному что ли. Комнату заполняют рассветные лучи, в которых растрепанный вид младшего, его оголенные ключицы, сильные руки на инструменте, слабая смущенно-удивленная улыбка смотрятся так красиво, что внутренности скручивает и дыхание перехватывает. Он всегда был красив, но сейчас что-то замкнуло, закоротило в сердце Минхо, что он видел все под другим углом.       — Ты мне нравишься, хен, — тихо признается Джисон, но голос будто отражается от стен и несколько раз попадает в ушные раковины, не давая возможности сомневаться в услышанном.       — А как же тот парень…?       — Это всегда был ты. И песня эта была для одного тебя. Я хочу быть с тобой, хен.       Как бы клишированно не прозвучало, но мир вокруг Минхо действительно остановился, оставляя его один на один с человеком, о котором он мечтал в последние дни. Судьба предоставила ему шанс стать счастливым, как он и просил.       — Ты прошел со мной весь путь расставания с человеком. Ты знаешь, как мне было тяжело. Но сейчас я хочу дать нам шанс. Хочу попробовать быть счастливым с тобой.       Джисон откладывает гитару в сторону и притягивает Минхо в благодарных объятиях к себе, тихо шепча о том, как долго он ждал этого момента, и о том, как Минхо особенен для него. Его слова словно заключали в себе весь мир их чувств, которым еще предстоит пройти много испытаний и окрепнуть, но они сделают это вместе, Джисон обещает.       — Я позабочусь о тебе.

𓆩♡𓆪𓆩♡𓆪𓆩♡𓆪

      Юноши находятся в машине, которую Хан взял на вечер у своего отца. Они едут на первую встречу с госпожой Ли в качестве пары. Она уже давно хотела устроить что-то наподобие семейного ужина, но каждый из парней был смущен этой затеей. Теперь, когда господин Хван задерживается допоздна на работе и Хенджин отсутствует по иным, неизвестным причинам, они могут встретиться.       Господин Хван — гомофобной натуры человек, это известно давно, — узнал новость не случайно, отреагировал холодно, но, к превеликому счастью, его личное отношение к матери Ли и ему самому не поменялось, по крайней мере явным образом. Хотя он предпочел избегать каких-либо упоминаний и встреч с Ханом, как с парнем сына его супруги. Хенджин, кажется, вовсе ничего не знал, либо же делал вид. Но оно и к лучшему, в только что зарождающихся отношениях Минхо и Джисона была тишь да гладь, конфетно-букетный период с множеством романтичных свиданий и заботой друг о друге.       В салоне играет давно знакомая им мелодия, и Минхо кончиками пальцев отбивает ритм на пластике боковой панели. Это аудио первой полноценной композиции Джисона, записанной на телефонный микрофон. Хо любил ее и часто слушал. То в автобусе на пути в университет, то на кухне, пока готовил ужин. На счастье Джисона, он убедил не включать запись с его голосом, хотя таковая имелась в памяти телефона. Ему все еще было стыдно за свое неуверенное исполнение и, возможно, немного корявый текст.       — Чаги-я, мы слушаем ее уже в третий раз, — ныл Джисон.       — Сон-и, я хочу услышать историю о том, как ты понял, что влюбился в меня. Когда это произошло? — мастерски перевел тему Минхо.       — С последнего подобного вопроса ничего не изменилось. Это все еще смущающая для меня тема.       — Мне же нужно знать, что рассказывать маме, если она вдруг спросит.       — Именно поэтому я надеюсь, что этого не произойдет.       — Сон-и, расскажи пожалуйста, — канючил старший, — а я тебя побалую.       — Ты такой провокатор, хен. Ну ладно, — сдался он. — Что-то с моим сердцем пошло не так, когда ты пришел весь в слезах ко мне домой и рассказал всю вашу историю с Хенджином. Мне тогда хотелось тебя защитить, подарить любовь, которую ты заслуживаешь.       После недолгой паузы, в которую каждый обдумывал сказанное, Джисон тихо признался:       — Есть вещь, которую, на самом деле, я не хотел никогда говорить. Когда мы спали, — он запнулся, понимая, как двусмысленно это звучит, — ну ты понял в каком смысле, иногда я долго не мог уснуть, потому что думал, что поступаю неправильно. Мне казалось, что я отваживаю тебя от Хенджина в корыстных целях. Ну знаешь, если бы вы окончательно расстались и твои чувства прошли, ты мог бы быть со мной. Мне хотелось все прекратить, чтобы успокоить свою душу.       — Надеюсь, сейчас ты не думаешь об этом? Я хотел разорвать все связи не из-за того, что ты говорил мне об этом, а потому что считал это самым верным решением. Те чувства угнетали меня. К счастью, ты оказался поблизости. Не знаю, что бы было, если бы не твоя поддержка.       Они опять погрузились в комфортную тишину, наслаждаясь оставшейся поездкой до необходимого адреса. Джисон уже отстегнул ремень безопасности и хотел выйти, как Минхо остановил его за локоть.       — Что-то не так? Ты передумал? Если да, то мы можем вернуться домой и проваляться в кровати за просмотром аниме, — тараторил обеспокоенный Хан. Вероятно, он был немного в панике из-за предстоящего семейного ужина.       — Нет, я не передумал. Просто хотел узнать, ты готов?       — Конечно я готов, лучше опозориться раньше чем позже.       — Не беспокойся. Все пройдет отлично. Если что, я буду стоять за нас до конца. И еще кое-что, — он остановился, собираясь с мыслями, — спасибо. Спасибо за то, что ты рядом со мной сейчас. Я люблю тебя, чаги-я.       — Это взаимно, чаги-я.       Обменявшись улыбками, которые были понятны лишь им двоим, они могли победить весь мир. Сейчас они начинают с малого, но впереди их ждут большие вершины, которые, хотелось бы верить, они смогут преодолеть.