Часть 7

                        *** Я прошу тебя, мама, прости, За всё, за слова непростые, За то, что я сбился с пути, И жил в Криминальной России.                     Владимир Муханкин Россия, Москва, 1992 год.  Снятая Кроули квартира была отдаленно похожа на его обитель в Лондоне. Такая же темная, серая, вот только меньше площадью.  Энтони лежал в кровати на спине, сложив руки на груди, прокручивая в мыслях недавние события: «— Плохо вы себя ведете, пацаны: курите за гаражами, учитесь нехорошо, дачу ограбить хотели, — Сергей говорил спокойно, с любопытством наблюдая за мальчиками, дрожащими, как осиновые листочки. — Это нужно исправлять. Какие тогда из вас люди вырастут? — убийца зашел за спины хнычущих детей. Они даже не старались просить о пощаде.  — Знаете, однажды один хороший человек сказал мне очень правильную вещь - «лишь злом воздавать подобает за зло». — Головкин взял заранее приготовленную петлю с табуретки.  — Поэтому у меня есть вот такая петелька, — зоотехник встал напротив мальчишек, демонстрируя будущее орудие убийства. — Давайте-ка примерим, кому больше подойдёт.» Кроули, словно просматривая кадры из фильма, перематывал этот момент и рвал себе душу. Забавно. Последние двенадцать лет он убеждал себя, что не он причина становления Головкина монстром. Обманывался, что это его природа. Но по иронии судьбы подопечный запомнил именно его слова. Именно эту часть цитаты.  — Лишь злом воздавать подобает за зло, — Кроули повторял вслух часть изречения Фирдоуси . — Лишь злом воздавать подобает за зло. — Энтони метнул взгляд на настенные часы, висящие напротив его кровати. Час ночи. Уже один мальчик мертв.  — Лишь злом воздавать подобает за зло, чтоб справедливым возмездие могло? — неожиданно для самого себя он дополнил первую часть фразы персидского поэта. Демон присел на кровати. — Так может пора? — Кроули не знал кому он задал гласно тревожащий его вопрос. Неужели Творцу? Или самому себе? Энтони вскочил с места и отправился на выход из дома.                                  *** Ад, 1992 год. — Таким образом на протяжении 1986 года наш объект убил и растлил девятерых детей от десяти до шестнадцати лет. — бес ходил взад-вперед, докладывая Вельзевул об Одинцовском убийце, молясь всем богам мира, чтобы начальство было удовлетворено девятью убийствами.  — Кроули, я читала это всё в твоих отчётах. — Вельзевул скучающе следила взглядом за Искусителем, не понимая к чему тот клонит. — И я знаю, что сейчас он удерживает у себя в подвале еще троих человеческих отродий. Пиши отчёт, когда их убьют, а сейчас не мешай. — Глава демонов щелчком пальцев открыла дверь, давая понять, что разговор окончен.  Терпение Энтони иссякло. Нет, она выслушает его. Силой мысли Змий захлопнул дверь. Князь Ада удивлено вздернула брови.  — Вельзевул, не кажется ли тебе, что человечишка достаточно нагрешил для вечных страданий в седьмом круге первого пояса? — Кроули был вежлив, говорил с легкой улыбкой на лице, на самом деле испытывая к Боссу ничего, кроме презрения и отвращения.  На мгновение Князь Ада опешила от дерзости подчиненного.  — Что ты несёшь, Змий? — Вельзевул выпрямилась на троне. — Достаточно будет, когда он сдохнет и к нам попадёт!  — Возможно, — Кроули слегка пожал плечами. Не поддерживая и не опровергая слова начальства.  — Но не кажется ли тебе, что мы работаем в убыток?  — Поясни. — Глава демонов слегка наклонила голову в бок, заинтригованно смотря на беса. Глаза под очками Энтони загорелись давно погасшей надеждой. — Ну убивает наш объект людей. И что? Он тем самым делает из них мучеников и они в априори попадают в Рай. — Кроули сложил руки на груди. Вельзевул утвердительно качала головой. — Какая нам от этого польза? Если бы они остались живы, то большая вероятность, что через некоторое время они были бы наши!  — И что ты предлагаешь? — Босс сощурила глаза, глядя на Искусителя.  — Я предлагаю завершить работу над этим проектам и дать возможность развиваться другим. — Князь Преисподней задумалась. Кроули ликовал. Она прислушается к нему. Он уверен. Энтони мастерски умел убеждать.  Вельзевул молчала некоторое время, обдумывая слова подчиненного. Энтони не торопил. Он терпеливо ждал.  — Что ж, — Глава демонов наконец заговорила. — Твои слова действительно имеют смысл. Разрешаю завершить данный проект.  Кроули профессионально скрыл переполняемую его радость. Кивнув на прощание, демон вышел из кабинета Босса. Чтоб быть справедливым возмездие могло, лишь злом воздавать подобает за зло, не так ли?                                 *** Сергей ехал со всей скорости, пытаясь скрыться от назойливого милиционера. Не может же все закончится так! Он терпел шесть лет, чтобы именно сейчас отправиться за решетку? Тогда, когда у него два трупа в подвале?  Оглядываясь назад, убийца облегченно выдохнул. Погоня прекратилась. Он сбавил скорость.  — Знаешь, что бывает когда злом воздают за зло, дружище? — Сергей перевел удивленный взгляд на соседнее сидение. На нем сидел сложа ногу на ногу рыжеволосый мужчина в кожаном черном плаще, бордовой водолазке, в темных мешковатых брюках и до блеска начищенных туфлях, чернильного цвета и в черных очках. — Справедливость. — Господи, да это же тот самый мужчина с остановки из 1980-ого!  Не успев разинуть рта от изумления, машина Бокова с грохотом врезалась в «ВАЗ-2103», снося автомобиль убийцы в ближайшее кирпичное здание.                                 *** Суд над Сергеем Головкиным прошел тихо. Без СМИ, родителей жертв или близких убийцы. Боков чувствовал себя опустошенным и в то же время отчасти счастливым. Очередная мрачная глава его жизни подошла к концу, но все же он ощущал, что потерял частичку себя, расследуя это коварное дело. Козырев после оглашения смертного приговора покинул здание суда без промедления, отправляясь по делам, а Евгений решил передохнуть, прежде чем уйти. Он присел на лавочку во дворике «дворца правосудия» и закурил.  Ростовчанин размышлял о себе, Марине, о работе в Москве, об убийце, когда его поток мыслей неожиданно прервали:  — Сигаретки не найдется?  Боков повернул голову влево. Рядом с ним сидел мужчина рыжий, как черт.  Боков достал пачку сигарет и открыв её, протянул незнакомцу. Неизвестный мужчина угостился и прикурил никотиновую палочку своей зажигалкой.  Евгению выдалось мгновение, чтобы рассмотреть Кроули. Боков нахмурился. Где-то он видел этого человека.  — Мы случайно не пересекались нигде? — Ростовчанин решился озвучить свои мысли демону, выдыхая в сторону облако дыма. — Вы кажетесь мне знакомым.  Энтони улыбнулся.  — Мы почти знакомы. — демон перевел взгляд на человека, к которому успел привязаться за долгие годы наблюдений.  Боков усмехнулся.  — И шо это значит? — Евгений, докурив сигарету, выкинул окурок на асфальт, растаптывая его.  Кроули встал с лавочки, держа никотиновую палочку между указательным и средним пальцем  левой руки.  — Я вас знаю, а вы меня нет. — сделав последнюю затяжку, Энтони выкинул ещё дымящуюся сигарету в рядом стоящую урну.  Боков на мгновение завис, осмысливая слова собеседника. Он не успел ничего сказать, как Змий вытянул свою правую ладонь и следователь инстинктивно её пожал.  — Прощайте, Евгений Афанасьевич, — Кроули улыбнулся краем губ. Не кривя душой, он мог сказать, что ему было досадно прощаться с немного грубоватым милиционером, которого Энтони долгие годы называл в уме другом. — Всего наилучшего вам.    Когда Боков опомнился, таинственный незнакомец исчез вдалеке.                                 *** 2 сентября 1992 года.  — Проходите, гражданин Головкин. — двое милиционеров привели Сергея к темной камере. Нужно быть дураком, чтобы не понять для чего он здесь.  Без лишних слов убийца вошел внутрь мрачного помещения, становясь по центру. Отчего же бежать от неизбежного? Он зажмурился до белых точечек в глазах. Ожидание собственной смерти мучительно.  — Мне было жаль того маленького мальчика, которого избивал отец и дразнили дети, — Сергей не раскрывал глаз. — «Это галлюцинация. Его здесь не может быть!», — пронеслось в голове Головкина.  — Но взрослого человека, посягнувшего на самое ценное - на жизни детей, мне не жаль. — тон Кроули был холодным и спокойным. — Мы всегда расплачиваемся за совершенные нами поступки, Сергей. Ибо чтоб быть справедливым возмездие могло… — Лишь злом воздавать подобает за зло. — Головкин прервал демона, продолжая связывающую их фразу.  В последний раз открыть глаза, чтобы взглянуть на единственное существо, которое когда-то проявило к нему учтивость, убийца не успел. Прозвучал звонкий выстрел, пуля попала в голову Сергея, навсегда погружая его в пучину адских страданий.  Кроули отдалялся всё дальше от тюрьмы, надеясь больше никогда не стать невольным участником такой страшной истории, как дело Фишера.