Глава V: Грань между свободой и безрассудством.

      Хлоя выглядывала из собственной комнаты с необычайной осторожностью: сначала лишь одну голову из-за дверной щели высунула, внимательным, долгим взглядом изучив коридор; затем медленно и тихо выскользнула из комнаты полностью, также тихо прикрывая дверь, стараясь не издать ни единого лишнего звука; снова прислушалась к любым шорохом и шагам. Лишь после этого смогла быстро, но на цыпочках скользнуть к лестнице, а затем на перилах вниз скатиться, тут же на поиски кухни отправившись.       Причиной такой осторожности был всего один небольшой факт: Хлоя помнила где она находится. Башня Старка это не какой-нибудь курортный домик в горах. В любую секунду из соседней спальни мог выйти Железный Человек, а на диване в гостиной сидеть Чёрная Вдова. И если быть предельно честным, то Хлоя этого ой как не хотела: она бы скорее пожила в мусорке пару недель, не вылезая оттуда вовсе, питаясь банановой кожурой да мышиными хвостиками, чем сказала полное, сформулированное предложение кому-то из Мстителей. Не считая, конечно же, главы всего этого межгалактического цирка — Тони Старка. Хотя и с ним Хлоя видеться совсем не хотела.       Кухню Хлоя смогла найти быстро и, увидев незнакомую женщину стоящую у плиты, как можно более незаметно проскочила к арке, ведущей в просторную столовую. Именно столовая, к слову, была единственным более-менее обжитой комнатой во всём этом треклятом здании: длинный стол из белого дерева, покрытый лаком и блестящий от отражающего солнца, стоял в самом центре, и его украла дорогая на вид стеклянная ваза с букетом розовых кустовых Джульетт. Хлоя потопталась, глазами пробежавшись по комнате, но в столовой не было никого кроме неё, из-за чего всё, что ей оставалось, так это сесть на один из белоснежных стульев с мягкой подушечкой и терпеливо ждать.       С надеждой на то, что первым человеком, зашедшим вместе с ней в столовую, будет Пеппер или хотя бы Крисси, к которой она не испытывала абсолютно ничего, а не Тони или кухарка, Хлоя достала свой телефон. Поначалу даже не включила его: просто крутила в своих руках, рассматривая каждую трещину на экране и корпусе. Фыркнула, решив, что ей стоит начать копить на что-то более целое и работающее. Лишь затем, удостоверившись в том факте, что новый телефон ей и вправду необходим, Хлоя его включила.       Пару мгновений экран блокировки оставался чистым; лишь часы, выделенные жирным шрифтом, дата более маленькими цифрами снизу и тёмная фотография самой Хлои, стоящей на фоне бетонной стены с ярко-красной неоновой надписью «AC/DC». Хлоя помнит, как они с Марлин и Эшем, — дабы тот алкоголь смог купить — пошли в тематический бар, в котором на полную катушку всю ночь подряд играли песни рок-групп. Голова у Хлои тогда болела так, словно это её по макушке били барабанными палочками. Ещё помнит, как сильно после этого дня ругал их Уильям; почти час подряд трезвонил что-то про угрозу, находящуюся в подобных ночных клубах, про безответственность двух девочек подростков и о возможных последствиях. История закончилась тем, что буквально через пару дней Хлоя с Марлин повторили свой поход.       Поначалу Хлоя начала улыбаться глупым мыслям о прошлом. Затем эти же самые мысли начали давить на неё тяжеленным грузом. Улыбка с лица пропала. Хорошее настроение тоже. Хлоя легонько брови у переносицы сводит, а затем, так и не сделав ничего, что хотела, выключает телефон. На чёрный экран падает капелька — не слеза, а всего лишь стекшая по мокрым, чистым волосам вода. Тяжёлый вдох покидает потрескавшиеся, сухие губы.       Хлоя откидывается на спинку стула, такую же мягкую, как и само сиденье, и прикрывает глаза. Делать ей не хочется абсолютно ничего — она не чувствует никакой мотивации, из неё словно выкачали абсолютно всю силу, все эмоции. Так ли ощущается поцелуй Дементора из Гарри Поттера? Хлоя даже о любимых франшизах думала без особого наслаждения. Нет, точно сломалась девочка.       Не проходит и целого дня, когда у входа в столовую слышатся шаги. Хлоя глаза не открывает, желая сначала понять, кто именно зашёл сюда. Слышит лёгкий, непривычный запах чего-то приятного, но незнакомого. Понимает сразу, что зашла, скорее всего, именно кухарка, и глаза свои зелёные всё-таки решается открыть. Женщина эта достаточно молодая, — её и женщиной с трудом назвать можно — и от неё исходит тонкий аромат свежеиспечённого, горячего хлеба. Рыжеватые волосы собраны в небольшой, высокий и тугой хвост, чтобы не мешались, а карие глаза внимательно сосредоточенны на том, чтобы расставить все тарелки, чашки и столовые приборы в нужном порядке. Хлоя, с долей издёвки, поднимает одну бровь вверх: действительно ли Старк следует этикету или всё это только для красивой картинки? Или может быть Пеппер? Она больше похожа на человека, что будет есть рыбу только кокильной вилкой. Мысли о других жителях базы её голову не посещают.       Женщина на Хлою даже не смотрит и даже непонятно: игнорирует ли она её намеренно или просто неразговорчивая по характеру? Хлое, на самом-то деле, было даже как-то всё равно. Она терпеливо ждёт, когда на белоснежной керамической тарелке наконец появляется пара бутербродов на поджаренных тостах, с мятым авокадо и яйцами. Хлоя эдакое чудо-юдо пробует впервые, она вообще обычно не завтракала никогда. В интернете на утренний приём пищи всегда подавали исключительно одно блюдо — липкая овсяная каша без сахара. В доме Колфилдов она просто просыпалась уже ближе к вечеру, из-за чего её завтраком становился обед, а то и ужин.       И самое главное: Хлоя до сих пор не может понять действительно ли именно так питаются жители этой базы, или может быть Пеппер, — если это она — попросила кухарку как-нибудь её удивить. И ведь главное это удаётся. По крайней мере авокадо она точно ела в первый раз.       В вытянутый, прозрачный стакан наливают апельсиновый сок. Хлоя не любит апельсиновый сок — для неё он слишком кислый и недостаточно сладкий. Ей больше по душе яблочный. Но она никак не возникает. Провожает взглядом ушедшую работницу, а затем, словно не доверяя тому, что её не попытаются отравить, осторожно берёт один из тостов, надкусывая.       К сожалению — ничего удивительного Хлоя не почувствовала. Авокадо отдаёт легкой горечью, но в остальном его почти не чувствуется. Обидно ли ей? Возможно немножко. Она ожидала чего-то более «Вау». Но, если сравнивать с пресной жижей в столовой интерната, это было сытно и вкусно.       Хлоя жуёт молча, поглядывая на выключенный телефон, лежащий на столе возле тарелки. Пару раз экран загорался — проходили сообщения от Сильвии, от Марлин и даже от Уильяма. Хлоя подумывает на них ответить, даже свободную руку тянет к телефону, чтобы его разблокировать, но в столовую, в кои-то веки, заходит кто-то ещё. Как и в прошлый раз Хлоя на человека этого не смотрит, по крайней мере не сразу. Ждёт, пока этот кто-то сделает хоть что-нибудь. Например — сядет напротив.       Хлоя тут же видит лицо этого человека. Тяжело вздыхает, опустив недоеденный тост на тарелку, и уже хочет на ноги подняться и из столовой удалиться. Тони, поставив рядом с собой большую белую чашку с дымящимся кофе, которую он принёс с собой, показательно кашляет. Понявшая, что отвязаться от нежеланного разговора не получится, Хлоя морщится да горбится вся, над столом склонившись.       — Так значит Мидтаун? Почему именно туда? Твои оценки оставляют желать лучшего, да и ты не похожа на человека, любящего учёбу, — Тони поднимает голову, смотря прямо на Хлою. Его брови сведены у переносицы, а под глазами пролегли сероватые мешки. Не спал всю ночь, вероятно.       — Мисс Поттс значит Вам рассказала всё? — Хлоя фыркает. Подперев голову сжатым кулаком, она явно недовольным взглядом смотрит куда-то сквозь Тони, ему на зло.       — Конечно она мне рассказала. Так что?       — Оценки ничего не решают.       — Возможно. Но я всё равно не думаю, что ты сможешь вытянуть учёбу в Мидтаунской школе Науки и Технологии, — уста Тони покидает тихая, слабая усмешка. Он тянется к кружке с кофе, делая маленькие и осторожные глотки: напиток всё ещё был горячим.       — А куда ты хочешь, чтобы я поступила? В Старшую школу Виктора? — Хлоя морщится и, опустив целую руку обратно на стол, сжимает серебряную вилку. Тони — не нечисть, его не изгнать с помощью серебра. Она заставляет себя успокоиться, хотя бессмысленные нотации начинают раздражать.       — Она находится в Рочестере! До неё на машине ехать, Дай Боже, четыре часа! — Тони хмурится. Не нравится ему тон голоса Хлои, а ко всему прочему он ещё и в лаборатории сидел до утра, что делает его на пару десятков процентов злее обычного. — Да и это спортивная школа!       — Может быть я хочу посвятить свою жизнь баскетболу? Откуда ты можешь знать? — Хлоя прикрывает глаза. Она делает глубокий вдох, а затем, опустив вилку обратно на стол, молча поднимается на ноги, выходя из столовой. Тони во второй раз её не останавливает.

* * *

      — Так, кабинет директора должен быть где-то здесь… — Пеппер идёт по длинному и, спасибо Господи, пустому коридору школы, постукивая изящными каблучками. Хлоя, словно утёнок за мамой-уткой, шлёпает прямо следом, с любопытством озираясь по сторонам.       Сейчас шли уроки, поэтому коридоры были пустыми, но Хлоя уже оповестила Марлин о своём присутствии, из-за чего девушка должна была отпроситься выйти. Пеппер останавливается возле высокой двери с ламинированной табличкой, на которой жирным шрифтом было указано полное имя директора школы. Но не успевает она постучаться, как Хлоя, что совсем рядышком стояла, пищать тихо начинает. Пеппер вздрагивает, а рядом с ними двумя, быстро, словно пробежавший ветерок, оказывается и третья девушка.       Пеппер смотрела на них подняв вверх обе брови. Руку с дверной железной ручки убрала, глазами бегая от Хлои ко второй, неизвестной ей девушке со светлыми волосами, в очень неуклюжий и растрёпанный хвост собранными. Девушки сначала обнимаются, а затем почти одновременно друг другу подзатыльники дают. Поворачиваясь обратно к Пеппер, Хлоя глазками хлопает, улыбаясь широко. И проблемы все растаяли словно. Марлин тоже смотрит на женщину, дружелюбно протянув ей руку для рукопожатия.       — Здравствуйте, Вы Мисс Поттс, — это даже и вопросом не было, словно Пеппер сама не знала кем она была, а Марлин открыла ей глаза. — Меня Марлин Колфилд зовут, очень приятно познакомиться. Хлоя, наверное, много про меня говорила и вы меня уже знаете…       — Я не припомню, — Пеппер натягивает слабую, едва заметную улыбку одними уголками губ, но руку всё же слабо пожимает, переводя вопросительный взгляд на Хлою. Марлин от её слов громко ахает, приложив руку к сердцу, и широко-раскрытыми глазами смотрит на подругу, мол, «не ожидала от тебя такого».       — Ну, это моя подруга… Она вот недавно в Нью-Йорк переехала, а я, знаете, за ней. Вот так совпадение, да? — Хлоя улыбнулась чуть более неловко, такой же неловкий смешок из себя выдавив, а затем слегка дёрнула Марлин за рукав её бомбера.       Пеппер щурится. В голове начинал шестерёнки крутиться и в конечном итоге она понимающе хмыкает. Улыбка перестаёт быть натянутой; теперь Пеппер улыбается так, словно её дочь-подросток домой парня своего в тайне от родителей притащила. Ласковая снисходительность.       — Позволь мне угадать: ты напросилась с нами сюда из-за неё?       Улыбки с лиц Хлои и Марлин спали за секунду. Они переглянулись быстро, словно могли друг другу сообщения силой мысли передавать, а затем большими глазами на Пеппер воззрились. Хлоя молча, даже в какой-то степени виновато, улыбнулась; сделав почти щенячье личико надеялась жалость в женщине пробудить.       Не знала правда Хлоя, что Пеппер и не думала злиться на неё. Она мягко рассмеялась, потянув руку к голове Хлои, чтобы по волосам её потрепать. Это происходило уже почти инстинктивно: Хлоя вновь слегка отклонилась от чужой руки в сторону. Пеппер перестала смеяться, но всё ещё нежно улыбалась.       — Ладно, нам всё-таки стоит зайти к директору, ты так не думаешь? — кивнув головой в сторону двери, Пеппер снова положила ладонь на дверную ручку, готовясь дёрнуть и зайти внутрь.       — Я могу после этого с Марлин чуть-чуть погулять? Только Тони не говорите, пожалуйста… — глазками ланиными хлопает, и, получив в ответ от Пеппер утвердительный кивок, снова довольно пищит. Обнимает Марлин, по волосам её сильно потрепав, напрочь хвост испортив. А затем вместе с Пеппер заходит в кабинет директора.       Мистер Морита — мужчина азиатской внешности и достаточно низкого роста — сидел за своим рабочим столом. Все бумаги были аккуратно расставлены в ровные стопочки, кружка с кофе стояла возле ноутбука на специальной тканевой подложке, дабы поверхность стола не испортить. Морита казался настоящим перфекционистом.       Пеппер вежливо поздоровалась, отодвигая стул напротив директора и присаживаясь на него. Морита удивлённым не кажется — его явно предупредили. Хлоя молча садится рядышком, на второй точно такой же стул, и, сложив руки перед собой, смотрит на Мориту. Директор просматривает все документы, а затем, остановив взгляд на табеле успеваемости, поднимает вверх одну бровь. Пеппер кидает на Хлою быстрый, но недовольный взгляд.       — Мисс Старк…       — Мисс Уоллер, пожалуйста, — поправляет его Хлоя, более грубым голосом, чем она того хотела. Прокашливается, словно извиняясь, и откидывается на спинку стула. — Я знаю, что мои оценки оставляют желать лучшего. Но поверьте, мои знания уходят за пределы школьной программы.       После последнего предложения Хлоя тихим шёпотом добавляет «наверное», под нос себе это промямлив, но Пеппер тем ни менее всё слышит и закатывает глаза. Возможно она бы приняла слова девочки за попытку оправдаться, если бы не знала, что Старковские гены действительно могут взять своё.       Морита с издёвкой вскидывает вверх бровь. Складывает на столе перед собой руки в замок и молча, терпеливо ждёт то ли подтверждения слов, то ли ещё чего. Хлоя улыбку убирает и, вздохнув, поворачивается к Пеппер.       — Возможно на проходном тесте Хлоя сможет это доказать?       Морита слегка кивнул. Конечно, все поступающие в такую-то школу люди в обязательном порядке должны сдать проходной экзамен, который бы не только показал, готов ли ты здесь обучаться, но и показал бы уровень твоих знаний, позволяя директору определить тебя в нужный класс. Точнее сказать — определить, в какие классы тебя поставить на каждом уроке.       Хлоя вздыхает снова. Спустя несколько быстро пролетевших минут — стоящая за дверью Марлин, вероятно, уже успела умереть от скуки — Морита протягивает Хлое дюжину скреплённых степлером листков бумаги. Вверху, помимо пропуска для полного имени, большими буквами обозначение того или иного предмета. Всего их было четыре: Физика, информатика, химия и английский язык, чтобы убедиться, что ты хотя бы умеешь писать. И Хлоя была уверена в своих знаниях как минимум в трёх из этих предметов.       По физике в основном была термодинамика да самые основы кинематики; Хлое не приходилось даже задумываться. Эти темы обычно проходили в восьмых классах, так что было понятно, почему они вошли в тест для девятиклассника. И всё же Хлоя почувствовала себя совсем в детском саду. Например три задачи на вычисление коэффициента полезного действия она решила менее чем за семь минут в общем. Уравнения на состояния газа и формулы на нахождение объема и теплоты слишком плотно въелись в её мозг, чтобы думать над этим очень долго.       С информатикой всё прошло даже лучше — там даже не нужно было думать. Задания школьной программы заключались в знании определений. Вот с химией у Хлои, в кои-то веки, были некоторые проблемы. Закон постоянства состава было именно той темой, на которой Хлоя не то, чтобы просто не слушала, а и вовсе отсутствовала. Полагаться пришлось исключительно на интуицию да кое-как начиркать несколько химических реакций с превращениями и оставить данный предмет куда подальше.       После ленивого и быстрого написания ответов на скудные вопросы по английскому языку, Хлоя со спокойной душой — почти со спокойной — передала бумаги обратно директору Морите. Сидящая рядом всё это время Пеппер едва заметно напряглась, словно действительно искренне переживая. Хлоя решила списать это на личный дискомфорт, мол, столько сил потратила на это, а девчонка даже не поступила.       Морита, очки на макушку подняв и глаза прищурив, начал проверять ответы Хлои. Кое-где ручкой ярко красного цвета исправлял ошибки; кое-где себе под нос утвердительно мычал, подтверждая правильность. Пеппер ждала, почти дыхание затаив, и руками сумочку, тёмно-бордовую, кожаную сжала в руках. Хлоя же на стуле назад откинулась, лениво ногтями по подлокотнику постукивая да кабинет директорский рассматривая. Она даже пожалела, что не взяла с собой наушники. Хотя наверное надевать наушники в кабинете директора, практически во время разговора, было бы верхом наглости.       Когда Морита снова опустил очки на переносицу и отложил листы бумаги в сторону от себя, Хлоя соизволила таки на него посмотреть. И хоть по виду ей и было абсолютно всё равно, внутри всё пылало — если она не поступит в эту школу, то видеться с Марлин будет почти невозможно. Учитывая «Старковские психозы» тем более. А переставать общаться с лучшей подругой детства ой как не хотелось — кого же она ещё будет раздражать шутками про отца?       Но сомнения Хлои быстро развеялись, стоило только Морите слабо улыбнуться уголками губ. Пеппер и сама, кажется, облегчённо выдохнула. Хлоя даже вперёд чутка поддалась. Вдруг это, как в дурацких телешоу, просто «качели» и сейчас ей скажут, что она тупее угла сто тридцать градусов?       — Должен признать: я приятно удивлён, — Морита тихо хмыкнул, за душки поправляя прямоугольные очки, а затем, выпрямившись, снова взял в руки ручку. — По физике правильны все задачи; по информатике — все кроме одной. С химией есть трудности, но и не так плохо, как можно было представить.       Пеппер окончательно расслабляется и улыбается, боковым взглядом посмотрев на сидящую рядышком Хлою. Та гордо и самовлюблённо разулыбалась, ногу на ногу закинув; оставалось лишь песню Леди Гаги на фон включить для полной картины.       — Добро пожаловать в Мидтаунскую школу, мисс… Уоллер, — секундная пауза в речи директора показала то, что он снова собрался назвать Хлою по чужой фамилии. Хлоя вздохнула.       — Уоллер. И в документах меня тоже как Уоллер запишите, пожалуйста.       — Хорошо, — Морита кивнул. Возможно у него были какие-то вопросы про причину такого желания, но озвучивать их он не решился. В целом, это было не так и странно: если весь мир не знал о существовании дочери Тони Старка, то её, вероятно, скрывают. — И всё же есть одна оставшаяся проблема, Мисс Уоллер.       — Да?       — В нашей школе дресс-код на счёт неестественных цветов волос у учеников. Вам придётся перекраситься.       Хлоя округлила глаза, почти в страхе, словно увидела перед собой гигантскую ящерицу из книги Джонатана Свифта. Перекрасить волосы в естественный цвет? Это и вправду был самый настоящий кошмар. Хлоя любила выделяться из толпы даже самыми банальными вещами, такими как цвет волос или поведение. Голубые волосы были её фишкой уже несколько лет, но эта дурацкая школа для задротов решила убить в Хлое всю индивидуальность.       Хлоя поморщилась и глянула на Пеппер. Та, поймав взгляд девочки, легонько головой кивнула, подтверждая слова Мориты. Значит её яркие волосы не нравились не только Тони, но и Пеппер. Да уж, она бы лучше на улице жить осталась, чем позволяла незнакомым людям указывать, что ей делать с её внешностью.       Но зато хотя бы на счёт поступления переживать и не стоило — Хлоя не должна была сомневаться в своих умственных способностях. Она лишь поймала себя на мысли, что боялась разочаровать не себя, а Мисс Поттс. И возможно — только возможно — Хлоя согласилась перекрасить волосы только ради неё.

* * *

      — Сдала? — воодушевлённым тоном спросила Марлин, сидящая на полу у стены возле кабинета директора. Подскочила на ноги и сжала запястья Хлоя, снизу вверх на неё смотря. Марлин всегда ниже Хлои была, пусть и всего на десять сантиметров; Хлоя обожала шутить над Марлин из-за этого.       — А ты меня не недооценивай, — Хлоя хихикнула, подруге подмигнув и, растрепав её волосы ещё раз, руку перекинула через шею подруги, к себе слегка притянув. — Не волнуйся, сдала. Куда ж я от тебя уйду-то? Мне ещё за батю твоего замуж выходить.       Хлоя рассмеялась, когда после последнего предложения Марлин ожидаемо закатила глаза, оттолкнув подругу от себя.       — Пошла ты! Какого черта?!       — Да ладно тебе, он чертовски сексуален для своих лет, — Хлоя хихикнула, бровями поиграв, и наигранно обиделась на прилетевший ей от Марлин слабый удар по руке. Пеппер, наблюдающая за двумя девочками-подростками, неловко, показательно прокашлялась.       — Гуляйте, но только недолго, хорошо? Я скажу Тони, что здесь проблемы с библиотекой и тебя попросили подождать, — Пеппер улыбнулась, а затем потянулась к своей сумочке и, достав пластиковый прямоугольник, протянула его Хлое. — Твой пропуск.       Хлоя ярко улыбнулась, взяв карточку и глянув на собственную фотографию, и благодарно кивнула Пеппер. Марлин присела в шутливом реверансе, за что получила подзатыльник от Хлои. Пеппер по-доброму покачала головой, сумку свою поправив, а затем, оставив Хлое свой номер телефона и вручив ей денег на такси, вышла из здания школы. Кажется то, что Хлоя буквально «украла» Марлин с уроков её не особо смутило.       — Итак… Рядом со школой есть Тайм-Сквер, так что мы… — начала было говорить Марлин, слегка голову вбок наклонив, как её перебили шаги по коридору в их сторону, а затем и тихий голос.       — Колфилд, учитель подумал, что ты умерла, — почти прошипел мальчик, одного с Хлоей роста, с осторожными, не особо отчётливыми каштановыми кудрями и щенячьими карими глазами. Хлоя подняла бровь вверх, слегка придирчиво осмотрев его и его футболку с какой-то научной шуткой.       — Боже, Шелдон, скажи ей, что она подумала правильно и пусть она отстанет от меня, — Марлин закатила глаза, тяжело, даже в какой-то степени устало вздохнув. Хлоя в их небольшой спор встревать не решилась бы, если бы не то, как Марлин назвала этого мальчика.       — Шелдон?       — Ну, типа, из «Теории Большого Взрыва». Такой же бесячий задрот, — пояснила Марлин, а затем, схватив Хлою за руку, потащила её в сторону выхода из школы.       «Шелдон», настоящее имя которого Хлоя не знала, нахмурился, слегка поморщился, явно раздражённым взглядом проследив за двумя удаляющимися девушками, а затем развернулся на пятках, идя обратно в класс. Хлоя прыснула. Марлин её смешок подхватила.       — Дай угадать: тот самый фанат Звёздных Войн с Лего? — Хлоя бедром слегка подругу толкнула, на что Марлин намного более сильным толчком ответила, из-за чего Хлоя чуть ли не улетела.       — Именно так. Зашуганный какой-то, но раздражает всё равно вечно. Хотя сам уроки через раз посещает, гандон, — закатила глаза, вздохнула глубоко, успокаиваясь, а затем ускорила шаг. С Хлоей они вышли из школьного здания, обе взглядом проследили за удаляющейся дорогой машиной, в котором сидела Пеппер.       — Ох чёрт, — улыбка с лица Хлои медленно померкла, оставляя после себя неимоверно раздражённое выражение лица. Она пнула носком потрёпанного мартинса с красными шнурками близлежащий камешек. — Нужно осветлитель и краску натуральную какую-нибудь купить.       — Натуральную? — Марлин, повернув в сторону подруги голову, подняла вверх обе брови, удивлённая чужими словами. Зачем это Хлое краситься обратно в натуральный цвет волос? Они ведь совсем недавно мучались над этим ярко-голубым оттенком.       — Ага. Директор сказал, что у вас что-то типа дресс-кода на счёт цвета волос.       — Да ла-а-адно, столько усилий остались втуне, — Марлин издала негодующий полустон, закатила рукава болотно-зелёного бомбера до локтей, а затем с перил лестницы вниз скатилась, с пожухшим настроением вперёд зашагав. Хлоя, словно утёнок за своей мамой-уткой, побежала следом.       Планы Марлин показать подруге местность, включая Тайм-Сквер, отодвинулись на второй план; теперь Марлин и Хлоя зашли в первый попавшийся Walmart, выбрали с помощью считалочки самую дешёвую марку краски и такой же дешёвый, из-за чего, вероятно, совершенно небезопасный, осветлитель. По пути к кассе Марлин в карман сунула небольшую шоколадку Hershey's с орешками: для камер это была слепая зона, и рядом никого в тот момент не было, словно специально.       Уже через пол часа Хлоя жевала ту самую украденную шоколадку, лежа на кровати Марлин на животе, слегка ногами болтая. На стеклянном прикроватном столике, рядом с пыльно-розовой вазой в форме песочных часов, в которой стоял симпатичный букет сухоцветов, стояла белая фарфоровая чаша наполненная домашним печеньем, приготовленным матерью Марлин. Сама Марлин смешивала краску и приготавливала всё для очередной покраски волос подруги, закрывшись в ванной, чтобы химический запах не наполнил её спальню.       Хлоя тем временем просматривает новые публикации от подписок в Instagram. Пару раз она сбрасывает звонки от неизвестного номера — есть у неё предположения, что звонил Тони, а с ним она разговаривать не хотела совсем. Правда также была вероятность, что звонящим окажется Пеппер. О подобном повороте событий Хлоя предпочла не задумываться — расстраивать или разочаровать женщину, после того, как она так мило к ней отнеслась, Хлое хотелось меньше всего. Но шанс услышать голос Старка пугал не меньше. Вот Хлоя и решила оставить эту коробку с котом Шрёдингера закрытой.       Во время очередного звонка включила беззвучный режим, положила телефон экраном вниз на мягкий матрас кровати, а затем встала на ноги, бросив пустую обёртку от шоколада на столик. Подошла к ванной, без стука или любого другого предупреждения входя внутрь. Марлин как раз закончила разводить в небольшой тёмно-синей чаще краску с окислителем. Она кивком головы указывает на поставленный в центре ванной стул, сделав пространство меньше, чем оно было, говоря Хлое на него садиться.       — Больше ты не будешь неформалкой, получается, — расстроенно произносит Марлин, более аккуратно расчёсывая волосы подруги. — Готова?       — Не-а, — Хлоя вздыхает в ответ и даже прикрывает глаза. Марлин начинает кисточкой наносить краску на волосы Хлои, стараясь действовать быстро; окислитель, всё же, действовал моментально.

* * *

      — Аты-баты, шли солдаты, — Марлин идёт прямо по лестничным перилам, сохраняя равновесие только благодаря, по всей видимости, божьей помощи. Грустная Хлоя идёт рядом, уже по самой лестнице и намного быстрее.       Сара — именно так звали маму Марлин — не смогла разрешить Хлое остаться у них на ночёвку, а домой той идти совершенно не хотелось. Поэтому Хлоя, с Марлин за компанию, уже второй час подряд гуляют на другом конце города, выключив телефоны. По словам Хлои им нужно было и сим-карты сломать — мощь Старка казалась безграничной и тем самым пугала.       Вечерело. Солнце медленно и лениво ползло за линию горизонта, а людей на улочках становилось всё меньше и меньше. Марлин с Хлоей если честно даже не знали где именно они сейчас находились — Нью-Йорк был огромен, а они, казалось, шли целую вечность. Опомнилась Хлоя лишь к моменту, когда перед глазами начали появляться кафе и магазины с названиями на иностранном языке — Марлин вспомнила, что это был русский. В вечерней тишине был слышен шум океана.       — Брайтон-Бич, — со смешком сказала Марлин, спрыгнув на асфальт рядом с подругой.       — Брайтон-Бич, — таким же тоном подтвердила Хлоя слова подруги, осматривая виднеющийся издалека пляж, расположенный на самом берегу атлантического океана. — Когда мы успели до Бруклина дойти?       — Возможно мы нашли короткий путь и сами того не поняли, — Марлин садится прямо на дорогу, совсем рядом с проезжей частью: всё равно машин здесь почти не было. — А вот как идти обратно я не знаю.       — Значит заночуем здесь. Ты только представь — ночь на берегу океана.       — Я надеюсь ночью ко мне приплывёт симпатичная русалочка и заберёт к себе в Подводный Замок, — Марлин тихо фыркнула. С тяжёлым, усталым вздохом снова поднялась на ноги и медленно, лениво поплелась в сторону пляжа.       Хлоя пошла следом. Стянула с ног мартинсы, закатив джинсы хотя бы до середины голеней, и быстрым шагом — причём намного быстрее подруги — пошла голыми стопами по прохладному песку. Весна не была жаркой, а сейчас ещё и вечер был, из-за чего по обнаженной коже пробежались мурашки. Марлин садится на влажный, сырой песок, устремив взгляд голубых глаз на закатное небо. Хлоя присаживается рядом. Волосы, каштанового оттенка, лезут в глаза, и девушка даже не узнает их из-за скучного цвета. Это не был её родной цвет волос — на пару тонов светлее. Но быть брюнеткой ей не очень-то и хотелось.       — Рано или поздно меня найдут, ментов может вызовут, и тогда мне точно крышка, — вздыхает Хлоя, обняв саму себя за колени и опустив взгляд вниз, на мелкие песчинки, среди которых она смогла разглядеть ползущего горохового краба.       — Ну… — Марлин хотела было успокоить подругу, сказав какую-нибудь расслабляющую глупость и упомянуть отца. Но осознание того, что отец больше не будет прикрывать их задницы впилось в сознание. Марлин поёжилась; без ощущения вечной безопасности Уильяма стало резко некомфортно.       — Скучаю по интернату, — Хлоя шепчет совершенную неожиданность для себя и для подруги тоже. Марлин поворачивает к ней голову. — Скучаю по… свободе. Ощущению того, что весь мир в моих руках и я могу хоть горы свернуть… Я могла делать всё, что захочу, и при этом меня знали и любили все вокруг… Эш, Мистер Колфилд, даже та русская бабушка, помнишь? Она нас ещё русскому пыталась научить, чтобы знания важные не пропали. Сейчас меня одновременно и держат в ежовых рукавицах, и заставляют чувствовать себя ненужной и лишней.       Марлин свела брови у переносицы, поджала губы. По песку придвинулась ближе и своей ладонью накрыла руку Хлои, пальцы их переплетая. Хлоя сделала глубокий вдох и, слегка опустившись вниз — всё же Марлин пониже была — лбом о плечо её облокотилась. Сглотнула тяжело; вязкая слюна словно превратилась в застывающую лаву, затрудняя дыхание и заставляя закашляться.       — Мне тоже тяжело. Я скучаю по папе… Да, мама рядом, и её муженёк тоже пытается быть хорошим отцом, но без папы я чувствую себя очень одиноко и потеряно, — в ответ шепчет Марлин, щекой прижавшись к макушке Хлои, чьи волосы до сих пор пахли краской и шампунем. — Я пытаюсь выглядеть самоуверенно, но мне тут не нравится. Всё как-то чересчур насыщенно…       — Да, — Хлоя усмехнулась из-за метафор подруги. Весенний ветер, несущий в их сторону вечерний бриз, отдавался нежной, ласковой прохладной на лице.       Подобные неожиданные моменты откровений происходили частенько; в самый рандомный момент любая из них могла просто начать делиться своими самыми глубокими переживаниями. И это всех устраивало. Это всем нравилось. Они доверяли друг другу больше, чем себе с того самого дня, как маленькая Марлин притащила такую же маленькую Хлою к себе домой; в тот день Уильям даже не знал как реагировать на резкое «прибавление в семействе».       Обе замолчали, но не из-за того, что не знали, как поддержать беседу, а из-за того, что им и в тишине было хорошо. Особенно сейчас — не каждый день им доводился шанс провести ночь, или хотя бы вечер, на берегу океана. Вот только и этому плану сбыться было не суждено; за их спинами послышался странный, ненужный этому месту звук, а затем показательный кашель.       — Вот это уже и вправду «чересчур», — прошипела Хлоя, поморщившись и резко обернувшись себе за спину. На песке напротив них стоял Тони. Или точнее будет сказать железный человек? — Как ты меня, блять, нашел?!       — Следи за своим лексиконом, — Тони открыл свой шлем, показывая обоим девочкам лицо, и, кинув быстрый, безразличный взгляд на Марлин, снова посмотрел на Хлою. — Твоя подружка не выключила телефон и сделать это было легко.       — Что? Я… — Марлин, планирующая возмутиться, тут же схватила свой мобильный телефон, чтобы показать, что он выключен. Вот только Тони оказался прав: телефон был включён и заряжен. — Вот чёрт.       Марлин виновато нахмурилась и даже зарделась вся, отведя взгляд в сторону. Хлоя сматерилась себе под нос снова, стараясь даже не смотреть на Тони.       — Ты выглядишь глупо. Зачем было прилетать в этой штуке?       — Ты покрасилась?       — Хватит отвечать вопросом на вопрос!       Тони закатил глаза, а затем, обращаясь к кому-то — скорее всего, думала Хлоя, он находился на созвоне с кем-то — и сообщил, что нашёл их. Хлоя сложила на груди руки, пытаясь удержаться от желания как-нибудь пообиднее да погрубее оскорбить Тони. Марлин продолжала неловко молчать, не решаясь даже поздороваться.       — Я вызову такси для твоей подружки, а за тобой сейчас приедет Хэппи, — оповещает Тони, а затем с громким, характерным звуком захлопывает свой шлем обратно. — А что, сам за дочерью уследить не в силах, да? Боишься, что покусаю или, не дай Бог, бешенством заражу? Так может не стоило тогда и вовсе с собой сюда забирать? — Хлоя фыркнула с нотками язвительными, кончика языка больно прикусив. В ответ ничего не последовало, но Хлоя могла поклясться, что услышала, как Тони за своим шлемом цокнул.       Марлин провожает взглядом улетающего Старка, а затем что-то невнятно бормочет. Менее чем через минут к побережью действительно подъезжает такси, которое Марлин забирает, а Хлоя угрюмо пялится на подъезжающую чёрную машину, в которой, вероятно, сидел Хэппи. Желание ехать на базу — домом это назвать язык не поворачивается — нет совершенно никакого. Чувствует она, что предстоит ей та ещё головомойка. Но разве есть у неё выбор?