Вернутся к фанфику
14. Теперь мое место рядом с демонами
24 января 2025, 15:40Настроение у Дженис было столь же паршивое, как и погода. Небо напоминало тёмно-серый панцирь болотника, раскинувшийся куполом над лесами, а дождевая пыль лезла в глаза и липла к лицу, как тонкая паутина.
Если дорога в Саттон прошла при солнечной погоде, то обратную будто пропустили через черно-белый фильтр. Пожалуй, в компании только Оскару и Линде было о чём поболтать, потому что эта странная парочка ушагала далеко вперед и мало обращала внимание на происходящее за спиной. Карл был мрачнее дождевых облаков и отказался объяснять, почему, а Харвин с неудовольствием поглядывал на Линду, которая в иное время составляла ему компанию, но сейчас предпочла рейдера.
Однако куда больше Дженис беспокоили Келвин и Дебора, которые тоже пребывали в мрачном молчании. Края окровавленного голубого шарфа свисали с кисти Олдриджа, развеваясь на уровне колен, маленькая резидентка старалась держаться к нему поближе, периодически оглядываясь назад, где остался тонуть в тумане Саттон. Да и Оскар этот, едва увидев забинтованную руку Келвина и его безумный остекленевший взгляд, будто что-то понял и тут же выдал рейдеру бутылку коньяка (наверняка спертого в Саммерсвиле, Дженис не сомневалась), и тот осушил ее чуть ли не на треть. И что эти двое умудрились натворить, когда всё шло так хорошо?
Дженис действительно гордилась собой — ей удалось найти с Викторией Барбо общий язык, войти в доверие к ее заместителям и заключить ряд договоренностей, хотя и устных. Ей совсем не улыбалось, что бывший испортит ей малину. Он так хорошо держался, и Аддингтон даже почти поверила, что парень изменился под влиянием своей маленькой подопечной, но похоже, некоторые люди на это неспособны.
Первый привал они устроили через несколько часов — в нескольких футах от асфальтированной дороги, что сворачивала на мост через реку Мононгахилу. Здесь кто-то очень удобно оставил им свой лагерь — два поваленных бревна расположились вокруг черного пятна от бывшего костра, кругом валялись вскрытые консервы и пластиковые упаковки от готовых обедов, да пара бутылок из-под пива. Широкая крона растущих над стоянкой елей защитила их от мокроты.
— Рассказывайте, что натворили? — Дженис кинула свой рюкзак на ковер из опавших еловых иголок и повернулась к Келвину и Дебби.
Взгляд светло-зеленых глаз делал Дженис похожей на строгую учительницу, и Дебора сперва опустила подбородок, как нашкодившая школьница, но потом смело подняла взгляд на спасательницу.
— Мой бывший хотел меня изнасиловать, причем при свидетелях. Келвин меня выручил, вот и всё, — с вызовом заявила она, задирая нос.
Келвин отвёл взгляд, будто не в силах сейчас устраивать состязание в гляделки. Он понимал, как сильно напортачил, но вину чувствовал вовсе не за избитого Коди, а за то, что сделал это при двух свидетелях, одним из которых была Дебби… Та, что никогда не должна была видеть его таким.
Резидентка подошла чуть ближе и взяла его за руку — прикосновение было таким мягким, что мгновенно успокаивало, давало необходимую поддержку. Парень все ещё не мог понять, почему девушка оставалась рядом, почему тогда у лестницы обняла его, почему не боялась. Всё это не укладывалось в голове, и без того заполненной мрачными, тяжёлыми мыслями.
Дженис слегка побелела, услышав это заявление. Она уже была готова стереть Келвина в порошок, но если Дебби не лгала, ситуация становилась неоднозначной, и рейдера нельзя было обвинять так прямо.
— Вашу ж мать… — пролепетала она. — Он хоть жив?
— Жив, — хмыкнула Дебора. — И сто раз подумает, прежде чем пытаться присунуть кому-то еще.
Она стала суровой — эта девочка, что щенячьими глазками смотрела на Дженис в Уайтспринге. Сейчас она выглядела даже храбрее Келвина, уставившегося в лесную чащу, и так отчаянно защищала его, что спасательнице на короткий миг даже стало завидно.
Решив, что сейчас от них все равно не добиться ничего путного, Дженис обреченно махнула рукой, мол, отложим эту проблему на потом. Карл рыскал по опушке, пытаясь найти ветки, которые еще не совсем отсырели — неплохо было бы развести костер и хотя бы немного согреться, а то они все скоро простынут. Аддингтон отправилась ему помогать, а Дебби повернулась к Келвину и осторожно погладила его по напряженной шее.
— Ты как? — ласково спросила она, пользуясь моментом, когда на них никто не смотрит.
— Всё в порядке, — Келвин мягко положил руку на тонкую женскую ладонь и постарался улыбнуться.
Не, ничего не было в порядке. Он был зверем, был тем, кем поклялся больше не быть ради матери, ради друзей… Ради Дебби. Но он сорвался, и лишь всплывший в голове голос Доу помог ему остановиться, ибо иначе Коди бы уже ничто не спасло от медленной, мучительной смерти.
— Я больше беспокоюсь за тебя… Он ничего не успел сделать? — взволнованно спросил Олдридж на выдохе, смотря в прекрасные глаза, светлые и чистые, как душа девушки, столь отличная от его чёрной рейдерской сущности.
— Только обслюнявил, — поморщилась Дебби, в очередной раз вытирая шею, будто на ней еще остались следы непрошеных поцелуев. На самом деле, если бы прошла еще хоть секунда, и она сама бы вытащила нож, и не факт, что не вонзила бы его в выпирающий бок Коди, но Кел, как заявлял раньше, снова избавил ее от самой грязной работы.
Все произошло так быстро и так глупо, вот же дрянь… Что Коди, что Форрест — оказывается, не было особенной разницы, и люди могли быть с гнильцой что в убежищах, что на поверхности.
Ее глаза бегали по лицу Келвина, и оно казалось Дебби ужасно изможденным, а еще виноватым, словно он собирался взять на себя все грехи мира. Ни о каком «в порядке» тут и речи не шло, и девушка ощущала свою слабость и бесполезность от того, что не могла ничем помочь ему сейчас — худшее из чувств. То, что он сделал — она это не оправдывала, и это было страшно — даже она не могла не признать. И тем не менее, с ним она все равно продолжала ощущать безопасность, будто со злодеем, что готов был уничтожить весь мир, чтобы спасти ее одну.
— Кел, я не могу сказать, что понимаю, что ты чувствуешь, но если ты захочешь поговорить… Рассказать что-нибудь, что угодно, я обязательно буду рядом, когда ты будешь готов, — улыбнулась она. — «Одна вина на двоих», помнишь?
Поправив его сбившийся кофейный шарфик, Дебби осторожно взяла ту руку, что была не обмотана шарфом, и осторожно прижалась губами к костяшкам, на которых запеклись тонкие кровавые корочки.
Келвин мягко положил ладони на слегка румяные от мороза щёки Дебби, и наклонившись, поцеловал её — нежно и даже немного робко, будто боясь, что его оттолкнут прочь. Но девушка ответила, в очередной раз удивив рейдера, что не видел в себе ничего хорошего, за что был достоин этого ответа.
— Могли бы и в сторону отойти… — недовольно пробурчал Карл, проходивший мимо с сухими ветками и заставляя сладкую парочку расцепиться. Парамедик выглядел мрачным и недовольным, и, казалось, ему просто хотелось пожаловаться хоть на что-нибудь, так что голубки, попавшиеся на глаза, стали мишенью.
Костром занялся Харвин. Усевшись на бревно, Дебби подрагивала от холода и наблюдала, как пламя впустую переводит бумагу, пожирая ее дотла, и так и не схватывается за сыроватые сосновые ветки. С четвертой попытки дерево достаточно подсохло и огонь начал постепенно крепнуть и расти, заставляя всю группу придвинуться ближе. Девушка подставила ладони ближе к горячим языкам, украдкой поглядывая на Келвина: пламя отражаясь в его глазах, радужки у него будто светились жёлтым, а тени плясали в светлых волосах.
Разговор не шел, и какое-то время все сидели в тишине, слушая треск дерева, мерно падающие с деревьев капли и отдаленные звуки леса, глубина которого порождала в воображении различных монстров, что скрывались среди стволов. Впрочем, она там наверняка были. Даже Оскар не хотел болтать, как обычно, но передал по кругу ворованную бутылку коньяка. Получив ее первой, Дебби сделала глоток и слегка поморщилась, ощущая, как жидкость бежит по горлу и проваливается в желудок, приятно там разливаясь. Наконец-то стало теплее, как внутри, так и снаружи.
В медленно опускавшемся на Аппалачию полудне были лишь холод и сырость, и даже костёр почти не придавал уюта, служа лишь общим источником тепла, но и с ним по спине проходил лёгкий холодок, когда промозглый ветер проносился куда-то в сторону запада, шурша сухими ветвями голых деревьев, тянущихся высокими кронами к бескрайнему серому небу.
Из бутылки, которую передавали по кругу, Келвин сделал особо щедрый глоток, передавая дальше и безотрывно смотря на костёр, как в гипнозе. Языки пламени танцевали, согревая воздух вокруг, но налётчик знал, что так было, пока этот костёр контролировали — одна искорка, один уголек, и случился бы масштабный лесной пожар, дым от которого закрыл бы солнце и звезды, погрузив мир в бесконечную тьму.
Заметив, как Дебби ерзает от лёгкого мороза, Олдридж, не сказав ни слова, снял с себя кофейного цвета старый изорванный шарф и закутал в него тоненькую шею девушки, не менее беззащитную, чем она сама. Вновь воцарилась тишина.
Где-то со стороны леса послышались шорохи, похожие на хруст ветвей, и сначала они были далёкими, едва различимыми, но затем будто бы становились ближе… Рейдер тут же напрягся, повернул голову к источнику шума, и Оскар с Линдой повторили его движение — инстинкты выживальщиков и жертвы было сложно потерять.
— Тщ-щ-щ, — Оскар приложил палец к губам, строго оглядев засуетившихся делегатов, а затем пружинисто поднялся с бревна, одновременно снимая с плеча винтовку.
Кутаясь в шарф, что еще хранил тепло Келвина и так пропитался табачным дымом и хвоёй, что кружилась голова, Дебби наблюдала, как Оскар ныряет в лес, тут и там мелькая в струнном переборе столбов.
Затем послышался тоненький писк, будто мышь прижало мышеловкой. Что-то синее и очень знакомое привиделось девушке за деревьями, а потом вернулся Оскар, чуть ли не за шкирку таща кудрявую крупную девушку в комбинезоне Убежища 76. Та втягивала голову в плечи и что-то лепетала, заикаясь, но расслышать ее слова не смог даже поймавший ее рейдер.
— Смотрите-ка, какая моль прилетела на огонь, — хохотнул он, отпуская свою добычу.
— Кэрол? — темные брови Дебби поползли вверх, она поднялась на ноги. — Ты что тут делаешь?
«Похоже, это какое-то проклятье — вечно убежищные за мной увязываются», — с грустной усмешкой подумал Келвин, доставая сигарету и поджигая её, делая затяжку.
Кэрол и Дебби внешне мало были похожи, но эта неуклюжесть, скромность и абсолютное отсутствие инстинктов самосохранения — вот то, что роднило всех резидентов. Дебора до сих пор ходила по краю острого лезвия, оставаясь с рейдером, касаясь его и просто поворачиваясь спиной… И даже после всего того, что произошло в мотеле, девушка сидела рядом и даже не дрожала, когда рядом курил убийца.
— Оскар, ради бога, не пугай девочку, — тут же вмешалась Линда, потому что, очевидно, Нэш до чёртиков пугал скромную резидентку. Рейдер, закатив глаза, в примирительном жесте приподнял руки и отошёл. На это тихо фыркнул Харвин, которому явно не нравилось, что между этими двумя было что-то… Что-то, вынуждающее Оскара слушаться того, кого, как он говорил раньше, налётчик ненавидел всей душой.
— Диди, я… — Кэра в волнении накручивала русый локон на палец. — Я хочу пойти с вами.
Последнюю фразу она произнесла почти твёрдо и подняла на Дебби взгляд своих серых глаз. Эта решительность, мелькнувшая на розовощеком личике Кэры, сбивала с толку и ужасно раздражала — Дебора будто смотрела на себя в прошлом, такую же безалаберную и не слушающую никаких предупреждений.
— Неужели тебе не хватило того, что ты увидела? — Дебора неожиданно для себя повысила голос. — Тебе не было страшно, вот ни капельки?
Она взяла бывшую одноклассницу за локоть, отводя в сторону, но их голоса всё равно были всем слышны. Забавно они смотрелись со стороны, наверное. Кэрол покосилась на Келвина, явно воссоздавая картину жесткой расправы над Коди в своей памяти, но потом всё-таки ответила:
— Страшно, даже очень. Но ты с-сказала, что я должна решить, п-п-ринимаю я это всё или нет. Я решила, что да.
Дебби чуть ли не с размаху приложила ладонь к лицу. Если уж и это не сработало, то похоже, приходилось брать Кэрол с собой. Неизвестно как она ни во что не вляпалась, пока шла за ними, и обратно отправлять ее одну было бы жестоко. Доу бросила на Келвина короткий взгляд, будто напоминая ему ту дорогу под куполом желтых и красных осенних листьев, и девочку в репейниках, что увязалась за высоким парнем с ирокезом.
— Кэра, ты хоть понимаешь, что ты натворила? — постаравшись успокоиться, Дебби стиснула в кулаке шарф Келвина. — Что скажут твои родители и смотрительница, когда обнаружат, что тебя нет? И как ты вообще собираешься…
— Да ладно, Дебби, на тебя-то что нашло сегодня? — неожиданно вступилась за резидентку Дженис, поравнявшись с ними. — Тебя как зовут? Пойдем, сядешь с нами, согреешься хоть.
Пухленькая девушка тут же закивала и улыбнулась, потому что предложение звучало очень соблазнительно.
Келвину хотелось бы тоже вставить свои пять копеек, сказать этой убежищной, что лучше бы ей вернуться назад, пока не поздно, но взгляд ореховых глаз скользнул по Дебби, которая выглядела несколько обеспокоенной и печальной. Рейдер не сдержал тяжёлого выдоха, выпуская из ноздрей облачка серого дыма. Бесполезно убеждать их, этих резидентов — все равно они всегда идут навстречу смерти… И не только выходцы из семьдесят шестого.
— Похоже, теперь у нас всех по двое, — негромко заметил Харвин, грея руки у костра.
Опустив руки, Дебби вернулась к Келвину и села рядом, забирая у Оскара коньяк и делая большой глоток. Она снова ощущала себя как в детстве: дурным примером повлияла на невинную девочку, и теперь попала в сбруи ответственности, потому что эта девочка решила, что жить также, как она — это «типа круто».
«Нифига это не круто. Мой парень на моих глазах чуть не забил человека до смерти, а я даже ничего не почувствовала», — мрачно подумала Доу, делая еще один глоток.
Кэрол любопытным детским взглядом смотрела на таких разных людей, а они с не меньшим интересом разглядывали ее.
— Привет! Меня зовут Кэрол Скензи, — бодро сказала она так, будто сидела в лагере скаутов, что всё утро учились ориентировке на ландшафте, а потом присели у костра пожарить зефирок.
— Думаю, некоторых из нас ты уже знаешь, — усаживаясь у костра, сказала Дженис, и слабо улыбнулась ей. — Но я все же представлю всех. Я и Карл — Спасатели. Это Линда и Харви из Опоры. А Оскар и… — взгляд её стал на секунду строже, когда она указала на блондина, курящего в сторонке. — Келвин. Они из Кратера.
— А мы знакомы, — Кэрол немного стушевалась, глядя на светловолосого рейдера, который сейчас скорее напоминал свою «барную» версию, чем того озверевшего монстра, что едва не отправил Коди на тот свет.
Коди ей совершенно не было жалко. Когда Лу напивалась, она часто жаловалась на несчастный брак с «королем класса», который именно тогда был на пике своего развития, и после школы не справился с тем, что он больше не пуп земли и не всеобщий любимчик. Иногда он поколачивал Лу, изменял ей направо и налево, и говорят, пытался взять кого-то силой. И хотя это всё равно не оправдывало того, что рейдер едва не убил его, Кэрол скромно добавила:
— Коди не скажет, что это был ты. Я предупредила, что тогда ему придется рассказать, почему он был у Дебби в номере, и много тогда еще чего всплывет… Так что он будет молчать.
Вторая резидентка и спасательница выдохнули с одинаковым облегчением, и Дебби даже захотелось ненадолго сменить гнев на милость за оказанную услугу, но она продолжала смотреть волком и попивать коньяк из бутылки, которую у нее так никто и не забрал.
— А я-то уже себе виселицу на арке приметил, — хмыкнул Олдридж, выдохнув дым. Порой в Кратере на крюки и петли подвешивали особо провинившихся: предателей, бунтовщиков или врагов, которые пытались напасть на город. Вид тел, свисающих с гигантской металлической арки, а точнее, с орбитальной станции, одинаково пугал как своих, так и чужих, служа предупреждением для всех, кто осмелится перейти дорогу Гроберг. Хорошо, что когда Келвин привёл Дебби в город, старые трупы давно уже убрали, чтобы не привлекать падальщиков и не разводить вонь, а новых на повесить не успели. А говорят, удачи не существует, как же. — Спасибо, Кэрол.
— Раз так, лучше бы об этом случае не знать никому, — негромко сказала Дженис, как бы намекая, что остальные лидеры явно тоже не были бы рады подобным новостям. Остальные согласно кивнули, ибо проблемы не были нужны никому.
Кажется, Дебби беспокоила Кэрол больше всего. Резидентка в кожаной куртке выглядела очень рассерженной и расстроенной, явно не ожидая, что после всего пережитого Скензи всё-таки увяжется за ней.
— Диди, ну прости, что я тебя не послушала, — тихо сказала она и попыталась тронуть Дебору за руку, но та вдруг отдернула ее, спрятав под молнией кожанки. — Я ведь хотела быть как ты…
Взгляд голубых глаз плеснул на нее студеным холодом, и Кэрол и вовсе пожалела, что обратилась к ней.
— У меня не было выбора, Кэра, — был ответ. — Мне некуда было идти, а у тебя в Саттоне семья и тебя все любят. Ты ушла лишь потому, что с подружками не сложилось.
«Просто избалованный ребенок», — прочла Кэрол в глазах Доу, чей взгляд обратился в костер, что казалось, сейчас замерзнет в этом синем льду. Непрошеные слезы затуманили зрение, и девушка торопливо сделала вид, на нее повеяло дымом, чтобы новая компания не сочла ее плаксой.
Дебби ничего с собой поделать не могла — злилась на Кэрол за опрометчивое решение и добровольное желание отречься от всего, что само пришло к ней в руки, тогда как Доу всего этого лишили. У нее ведь даже мама и папа были, и любили ее, а не бросили подруге, которой было плевать. «На пустошах важно не то, как начал, а то, как быстро учишься», — так говорил Келвин. Рейдер верил в бедовую Доу, так может, и Дебби стоило поверить в кого-то для разнообразия? Возможно, и Кэрол могла бы добиться чего-то…
— Ладно, мы что-нибудь придумаем, — попробовала ободрить Дебби новенькую, слегка подобрев. — Джен… Может, ей найдется местечко у спасателей?
— Разумеется, нам всегда нужны волонтёры, — кивнула Дженис и дружелюбно улыбнулась Кэрол, что казалась ранимой, точно апрельский ландыш. — Ною как раз нужен помощник с тех пор, как Дебора ушла.
— Ты имела ввиду, с тех пор как Том у…
Дженис слегка пихнула Карла локтем в бок, намекая, чтобы он помолчал. Тот немного обиделся, что в очередной раз его затыкали, пихали или били — стоило только отойти от Уайтспринга, как тут же оказался всеобщей подушкой для битья! В сторону Линды и Оскара так вообще смотреть не хотелось — от самодовольной ухмылки рыжего рейдера по спине всё ещё пробегали мурашки.
Затушив окурок и выбросив его в огонь, Келвин выдохнул, подняв голову и посмотрев на свинцовые тучи, закрывающие редко проглядывавшие лучи золотистого солнца.
— Только в Уайтспринге Беррингтон не попадайся на глаза, — негромко посоветовал он, и от упоминания этой фамилии некоторые скривились. Кэрол, напротив, оживилась, услышав про вакантное место, и развернулась к Дженис.
— Я ук-колы умею ставить, бинты накладывать и утки… — тут она покраснела, как мякоть спелого арбуза, и замялась — Медсестра я, в общем.
Она пошла в эту профессию за Луизой, подражая ей во всем, но если независимая и сильная Лу сумела выучиться на врача, Кэре для этого мозгов не хватило, так что она ограничилась быть тем, кем всегда и была — шестеркой своей подружки. Впрочем, их учитель мистер Томпсон всегда говорил, что на поверхности все навыки пригодятся — может хотя бы в этом не солгал.
Дебби только улыбнулась — ее работа, которую она так ненавидела, будто была создана для трудолюбивой и заботливой Кэрол, которая точно должна была подружиться с Ноем — таким же суетливым и заикающимся, как и она.
— Правда? Люди, приходящие сразу с какими-то навыками, как настоящее Аппалачинское сокровище, — улыбнулась Дженис. — Тебе определённо найдётся у нас место.
— Только сразу в интенсивную терапию её не отправляй, — хмыкнул Келвин, коротко взглянув на спасательницу, которая, кажется, все ещё злилась на него, но уже немного остыла.
Услышав это, Дженис глянула на Дебби, и та заметила ее немного виноватый взгляд.
— Так мое дело Ною новичков сплавлять, а он уже… — спасательница растерялась и слегка наклонила голову. — Совсем он тебя загонял, да?
— Просто медицина — это не мое, — пожав плечами, Дебора наконец-то улыбнулась искренне, хотя это было скорее связано с Келвином, который потихоньку оживал после всего произошедшего и постепенно стал походить на прежнего себя. Пользуясь этой оттепелью, она подлезла ему под локоть, переплетая его пальцы со своими.
Оскар и Линда переглянулись — новенькая девочка хоть и оживила своим присутствием их компанию, но в их фракции не годилась — слишком уж она была холеная и румяная — ни для работы в полях, ни для рейдов не подходила, так что за ее кандидатуру парочка негласно договорилась со Спасателями не бороться.
Вновь тихо зашуршал голыми кронами деревьев холодный ноябрьский ветер. Дрова потрескивали в костре, а языки пламени продолжали танцевать, согревая собравшихся в круг людей. Стало гораздо теплее, и не только физически — нарастающее ранее напряжение пропало, будто бы с появлением Кэрол и новостей, которые та принесла, стало гораздо легче. Даже Келвин, наконец, немного смог расслабиться, слабо сжав руку Дебби и пытаясь согреть, хотя все ещё старался не смотреть в её сторону. Может, потом они поговорят об этом… Потом, когда останутся наедине. А сейчас вполне хватило пары глотков краденого коньяка и сигаретки, чтобы умиротворить зверя, уснувшего глубоко внутри.
***
Саммерсвилл уже показался на горизонте, наполовину ушедший в морось и грязно-серый туман, и Дебби вспомнила ту уютную красно-кирпичную церковь, где можно будет спокойно отдохнуть, отогреться и набраться сил перед финальным броском до Уайтспринга. Ей уже хотелось попасть в номер, принять нормальный душ, лечь на чистые простыни и… Нет, с Келвином ей пока хотелось лишь спокойно поговорить. Ни о каких «плановых свиданиях» и первом разе она и помышлять забыла, пока они не разберутся во всем случившемся. Больше всего девушке хотелось, чтобы парень перестал гнать своё «всё в порядке» так, будто она в это верила, и приоткрыл бы ей хотя бы часть своей души, пусть даже оттуда на нее посмотрят жуткие, красные демонические глаза. Деб вспоминала, как переживала в Саммерсвилле грядущую встречу с резидентами, но не подозревала, что на деле всё окажется настолько сложно, что даже ее богатое воображение не могло представить. Мысли о матери никуда не уходили, и порой Дебби казалось, что зря она погорячилась — надо было забрать ту синюю папку и заставить себя узнать эту женщину, которая хотя и не играла никакой роли в ее жизни, всё равно плотно засела в голове. Кэрол шумно дышала позади, но старалась не отставать. Дебби радовалась, что она избрала своим источником ответов Дженис, а не ее. Девушка задавала довольно каверзные вопросы, на часть из которых и сама Дебби не знала ответов, но спасательница с терпением наставника держала удар. Доу надеялась, что теперь-то Дженис перестанет опекать ее так рьяно — ведь появилась еще более невинная душа, еще не попавшая под дурное влияние какого-нибудь рейдера с улыбкой, от которой заходилось сердце. — Как ты это выдержал? Как не пристрелил меня за эту болтовню? — спросила она Кела, шагая рядом с ним по просторной асфальтированной и заставленной ржавыми машинами дороге, когда они миновали зеленый баннер «Саммерсвилл». — Может, мне просто нравилось слушать твой голос, — вяло улыбнулся ей парень, вспоминая те первые деньки их знакомства, когда приходилось читать лекции совсем ещё зелёной Семьдесят Шесть, что плелась за ним с тяжеленным рюкзаком на спине и пыхтела, но удивительным образом воздуха в лёгких Дебби хватало, чтобы она продолжала задавать вопросы. Окраина городка была заброшенной, а дома здесь сохранились лишь частично — у большинства из них двери и окна были заколочены, а всё ценное из зданий давно уже вынесено предприимчивыми мусорщиками и местными. Вот только даже здесь обычно встречались люди, что направлялись к реке, проходили мимо городка или шли за дровами… Однако сегодня здесь было необычайно тихо. Уже свернув за угол на главную дорогу маленького Саммерсвилля, ведущую к нескольким жилым домам и старенькой церкви, выживальщики начали чувствовать неладное почти интуитивно… А затем послышался голос, громкий и чёткий: — Ты, блять, думаешь, можешь барахло своё от меня прятать?! Эти слова заставили всех разом выхватить оружие — картина вырисовывалась прямо перед глазами, метрах в ста. Местные жители старались держаться подальше от людей, которые резко выделялись на их фоне — грязные и татуированные, в броне из ржавого металла, но поджарые и взвинченные, источающие опасность и агрессию за сотни миль. Трое складывали в мешки то, что подносили им местные — куски металла, горстки патронов, которые они находили на вылазках в заброшенные места, будучи, в основном, старателями, скудные запасы овощей и консервов, а один мужчина трясущейся рукой передал хлипкого вида гладкоствол, и высокий налётчик с боевой раскраской на лице, сделанной сажей, кивнул, будто говоря «сегодня можешь жить». — Радикалы… — прошептала удивлённо Дженис. Раньше они не забирались так далеко на юг, но, видимо, на севере почти не осталось тех, с кого можно было выбивать дань. — Босс! Гости! — завопила прокуренным голосом одна из рейдерш, заметив компанию, для которой уже было поздно отступать. Лидером отряда оказался мужчина, что сжимал сильной рукой горло поселенки, но, услышав новость, резко разжал свою крепкую хватку, позволяя жертве тут же вскочить на ноги и убежать в дом, хлопнув дверью. Теперь у хищника была цель поинтереснее, и Радикалы выхватили своё оружие, наводя его на подошедших. — Вы только посмотрите! — засмеялся лидер, лицо его скрывала грубо сваренная металлическая маска с шипами, чем-то напоминающая дьявольскую морду. — Какая разношёрстная компания! Неудачники из Кратера, опорское мясо и святоши… — С ними убежищная! Чур эта киска моя! — выпалил один из Радикалов, хихикая, и на покрытом жуткими шрамами лице появилась садистская улыбка. Кэрол тоненько пискнула, прячась за Дженис, но с ее габаритами спрятаться за кого бы то ни было стало довольно проблематично. Одним движением Дебора вынула из кобуры «десятку», равно как и все присутствующие рядом с ней, и осмотрела местность в поисках возможных укрытий. Выбор был небогат: ржавые «Корвега» и «Блоха» на дороге, гора покрышек у заброшенной заправки, да хиленькие заборчики жилых домов, огораживающие чахлую кукурузу. — Пацаны, охота вам рамситься, а? — Оскар вышел вперед и встал рядом с Келвином, на которого явно собирался положиться в неизбежной драке. — Мы тут мимо проходим, ваши дела нас не волнуют. — Кратерская сучка испугалась? — с издёвкой спросил один из бандитов, и остальные заржали, но когда лидер отряда махнул рукой, все резко затихли. Жители, крутившиеся рядом ранее, уже попрятались кто куда, чувствуя накаляющееся в воздухе напряжение. — Ну раз мы тут говорим об этих… Дипломатиях, — фыркнул мужчина. — Скажем, по сто крышек на рыло, и, так уж и быть, уйдёте целками. «Ну и грабёж!» — мысленно возмутился Келвин, потому что наверняка даже этот рейдер в маске понимал, что у путников просто не было такой огромной суммы. Он специально ставил невыполнимые условия — это и была суть Радикалов. Пожалуй, только самые красноречивые могли бы сбить хотя бы половину цены «откупа». — Да ладно вам, так охота устроить резню? — вмешался Олдридж, поддерживая решение Оскара попытаться решить всё миром. Он надеялся, что Дебби стоит за спиной, готовая сразу нырнуть в укрытие. — Мы пройдём мимо вас, вы — мимо нас, так и порешаем. Радикал в металлической маске сделал вид, что задумался, а затем покачал головой и с прищуром оглядел путников. — Что, кармашки пустые, раз заднюю даёте? Мы принимаем не только крышечки, — хрипло произнёс он. — Девчонки у вас симпатичные… Дебби отчетливо ощутила запах крови в носу, и казалось, язык онемел во рту, а сердце стучало где-то в глотке. Перед ними были не дикие гули с разжиженными мозгами и не безумные горелые, объединенные одним-единственным желанием создавать себе подобных, а люди. Люди — самые страшные монстры, и хотя у них нет клыков и когтей, но именно они, а не мутанты и злобные звери, были и остаются самой страшной напастью пустошей. Она понимала, что каждый будет вести себя по-своему: кто-то попрет напролом, а кто-то затаится, чтобы выкинуть козырь напоследок. Узнать наверняка, кто и как будет действовать заранее нельзя — только предугадать, и Дебби попробовала себя в роли экстрасенса: вон та девка сразу спрячется за ржавые бочки с дождевой водой, а этот, что больше всех болтает, не захочет ударить в грязь лицом и ринется на кратерских… Выбрав себе укрытие, за «Блохой» в двух шагах, Дебби напряженно следила, как парни играют в гляделки с врагом: ни одного опущенного взгляда, ни одного лишнего движения: такое наблюдается у кошачьих, встретившихся на еще не поделенной территории. И лишь один резкий жест отделяет от неминуемого. Оскар в ответ на предложение о девчонках злобно расхохотался, но сдвинулся чуть вправо, закрывая собой вооруженную Линду. — Слыш, жопожмых, а может ты дрочило своё уберешь и раком встанешь? — он приподнял винтовку повыше. — Как раз под твой размерчик, а? В ответ на это радикал лишь фыркнул, крепче сжимая в руках гладкоствольную винтовку со сделанными на деревянной рукояти засечками. Рейдерское чутьё было у них обоих, и противник легко заметил поселенку, которую так старательно пытался спрятать за широкой спиной Оскар. — Не знаю, что там насчёт меня… Но этой же пушкой я трахну в ротик твою рыжеволосочку. Напряжение было, словно пропан, быстро заполняющий центр небольшого, прежде тихого и безопасного городка. Казалось, каждый здесь оказался словно на ножах, крепче сжимал оружие и готовился сделать первый бросок. Не хватало одной искры, чтобы тотчас всё взорвалось. Если драка неизбежна — бей первым… Об этом подумали обе стороны, и всё же, кто-то из радикалов опередил делегатов, выстрелив и попав в плечо Оскара, однако пуля срикошетила от его укреплённых наплечников, не нанеся никакого вреда — может, разве что останется очередной синяк. Громкого хлопка хватило, чтобы драка вспыхнула — все нырнули в укрытия, началась пальба. Карл и Кэрол оказались за остовом ржавой корвеги, будучи совсем не бойцами, но остальные ринулись в бой. «Блоха», которая так полюбилась Дебби, оказалась очень удобным укрытием — ее крошечные окошки идеально подходили, чтобы целиться. Все мысли из головы будто исчезли, а их место заняли четко отработанные уроки Келвина, закаленные тренировками, будто меч — молотом и паром. Однако настало время закалить его кровью — настоящей практикой. Девица Радикалов, как и предполагала Деб, схоронилась за бочками, и девушка выстрелила, пробивая одну из них. Вода шумно хлынула на асфальт, вынуждая противницу покинуть укрытие. Доу выстрелила ей в ногу, но не поняла, попала или нет — та нырнула за крыльцо покрытого розовым сайдингом домика. Это только в фильмах, целятся, стреляют и сразу разят наповал, а в жизни всё не так — можно выпустить несколько обойм, будучи уверенным в успехе, но так и не поразить мишень. Цели двигались так быстро, что Дебби не успевала взять их на мушку, а когда ее пули долетали, их на месте уже не было. Однако ей удалось выгнать радикала из-за забора, и пуля чьей-то винтовки поразила его в грудь. Один из выстрелов Келвина, скрывшегося за тёмно-зелёным обшарпанным мусорным баком, царапнул бок радикала со странной причёской — будто пьяный парикмахер решил оставить на голове лишь несколько пучков, похожих на редкую в северных пустошах траву. Тот сразу нырнул обратно за угол дома, наверняка чтобы чем-нибудь наспех замотать рану и вновь втянуться в бой. — Зажимайте их! — кричал кто-то, но в схватке уже не удавалось понять, кто именно. Одна из пуль пронеслась совсем рядом с головой Дженис, сжимающей в руках улучшенную «десятку», и спасательница тут же рванула обратно за безопасную «Корвегу», которая когда-то была выкрашена в ярко-голубой цвет, а теперь точно корова на довоенных картинах покрылась пятнами, но не чёрными, а грязно-медными. Линда могла признаться честно, что была далеко не лучшим стрелком, но в своё время она провела достаточно тренировок, чтобы в этот день всё окупилось — один из мужчин в испачканной сажей куртке выглянул из-за укрытия, целясь из громоздкого автомата, когда пуля поразила его живот, заставив рухнуть за баррикаду. Стоило бы подождать — проверить, не попытается ли он подняться, но негромкий вскрик послышался совсем рядом, и внутри всё похолодело. — Харвин! — ужаснулась Барлоу, бросившись к соратнику, чья одежда начала пропитываться горячей кровью ниже плеча. Дебби и девчонка из Радикалов, видимо, решили выбрать друг друга противниками взаимно — одна отстреливалась из-за крыльца, другая — из-за корпуса «Блохи», но расстояние было слишком большим, чтобы поразить друг друга. Услышав крик Линды, Дебби согнулась под дверцей машины и выглянула со стороны багажника, чтобы увидеть, как поселенка с риском для жизни бежит к Харвину через весь двор, оставив недобитого рейдера, что выкатился из-за баррикады с автоматом. — Кел! — крикнула Деб, потому что увидела, как окровавленная рука радикала направляет ствол в его сторону, но тот не слышал — был занят лидером вражеского отряда, что успел занять чужой дом и отстреливался со второго этажа. Существуют моменты, когда решение нужно принять так быстро, что тело действует вне зависимости от медленно соображающего мозга. Тогда в дело вступают инстинкты — те самые, что не дали предкам современных людей погибнуть и позволили им развиться и уничтожить этот мир. Пуля врага предназначалась Келвину, и это всё, что успела осознать Дебора, прежде чем выстрелила. В этот раз удача не отвернулась от нее, а не отточенные навыки не сыграли против. Она попала — попала ровно в череп, и радикал окончательно затих, уронив голову на руку и сверкнув аккуратной дыркой в макушке. Почему-то цвет крови запомнила Дебби больше всего — чёрно-красный, как насыщенное вино, льющееся щедро, будто из бочки. Пистолет выпал из ее руки, но она тут же подняла его вновь, не отталкивая от себя мысль, что сдавила ей сердце, как переспелый мутафрукт — она убила человека. Услышав короткий хрип сбоку, Келвин резко обернулся, увидев налётчика, что распластался на земле, из аккуратной дыры в черепе которого медленно стекала горячая багровая кровь, разливаясь красной лужей под его головой. Помотав головой, он заметил Дебби, неотрывно смотрящую на тот же труп, вот только времени ни подумать, ни ужаснуться, у Кела не было — он снова юркнул в укрытие, продолжая отстреливаться от противника на втором этаже, пытаясь попасть в узкую оконную раму, откуда тот периодически выглядывал. Бой, так быстро разгоревшийся в центре небольшого городка, закончился столь же стремительно — здесь было довольно мало укрытий, мало людей… Зато слепящей ярости и адреналина было хоть отбавляй, во всяком случае, у радикалов, чьи ряды поредели быстро. А затем стало тихо. Так тихо, что эта тишина резала уши, вызывая в них лёгкий звон от недавней какофонии выстрелов, криков и шума. Нельзя сразу высовываться и праздновать победу, даже если смолкают ружья — кто-то из противников мог затаиться… Однако не последовало ни шороха, ни скрипа, и делегаты стали медленно выбираться из своих укрытий. Первыми это сделали Келвин и Оскар — осторожно ступали меж трупов, застилающих разбитую автомобильную дорогу, изредка пиная тела и проверяя, точно ли они мертвы. Наконец, осмотрев всё, те кивнули остальным — сражение закончено, и они смогли прожить ещё один день. Олдридж сразу метнулся в сторону к Дебби, и хотя ещё недавно он вёл себя с ней довольно отстранённо, боясь ранить, сейчас парень положил холодные руки на её слегка румяные щёки, заглядывая в небесно-светлые глаза. — Тебя не ранили? — Нет, — она вывернулась из его рук, оборачиваясь на тело с дырой в голове. — Келвин, я кажется… У него были черные растрепанные волосы, длинный нос с горбинкой и полные губы. Только что он дышал, сражался, возможно, любил кого-то, но Дебби одним движением вырвала его жизнь с корнем. Как получилось, что у нее в руках оказалась такая власть? Дыхание перехватило, по телу пробежала неуемная дрожь, и захотелось закричать и убежать прочь, а еще лучше — опустошить желудок где-нибудь за углом. Однако она не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть, а просто смотрела на него, чувствуя, как руки становятся липкими, будто она положила ладони в лужу алой крови, растекающейся под рейдером. — Дебби… — выдохнул Келвин, положив руки на плечи девушки. — Посмотри на меня. Тот момент, который он так надеялся не застать… Тот момент, который стал началом конца для него когда-то, а теперь и для маленькой Дебби, на чьи плечи вдруг легла тяжкая ноша. — Ты убила не невинного человека, слышишь? — тяжело дыша после битвы, от которой всё ещё хлестал в кровь адреналин, сказал рейдер, внимательно смотря в глаза перед собой. — Он бы убил тебя, не моргнув и глазом… Убил бы кого угодно. — Нет, он хотел убить тебя, — шепнула Дебби, проводя большим пальцем по его светлой брови, а потом её ладонь погладила его по виску, скользнув на шею. Нет, если бы этот парень хотел причинить ей вред, Деб бы нашла способ как-то избежать этого — скрылась бы, юркнула куда-нибудь, как мышка в норку, но не стала бы убийцей. Но она сражалась не за себя — за Келвина, и она готова была пойти на что угодно ради него, даже на свое первое убийство, потому что желание защитить его было абсолютным и всепоглощающим, не оставляющим ей никакого морального выбора. Сторона зла или добра — не важно, она просто должна была сделать то, что сделала. Напряжённо выдыхая, Олдридж притянул маленькую резидентку к себе и крепко обнял, ладонью проведя по тёмным волосам, столь приятным и гладким. Немного наклонившись, Келвин поцеловал Дебби в макушку, прикрыв глаза. — …Спасибо, принцесса, — негромко шепнул он ей. — Пора бы тебе прекратить спасать меня, а то придётся потом проставляться… Шутка, сказанная слегка сдавленным от волнения голосом, звучала плохо, но иначе парень не знал, как поддержать Доу, убившую своего первого человека. Кел пытался вспомнить себя в такой же момент ужаса и отчаяния, но не мог понять, что сам хотел бы услышать тогда. Наверное, он просто пожелал бы прижаться к близкому человеку, и не отпускать его целый день… А может, так он и сделал? Парень мягко прижал слегка дрожащее от напряжения тело резидентки к себе, пытаясь поделиться теплом, молча поддержать и пережить случившееся вместе с ней. Судя по звукам, Дженис и Карл ответили Кэрол в сторонку от дороги, чтобы та не видела последствий случившейся бойни, а Линда уже стянула с Харвина куртку и бинтовала кровоточащую рану ниже плеча, пока поселенец, прикусив язык, мужественно терпел боль. Закончив проверять тела, Оскар сунул руку в свой рюкзак, который он предусмотрительно сбросил с плеч еще до боя, доставая оттуда новую бутылку коньяка. Пробка укатилась куда-то под «Корвегу», на крышу которой рейдер забрался, слыша хруст проржавевшего металла под тяжелыми подошвами. Отсюда он видел прямую дорогу прочь из Саммерсвилла и трупы, растянувшиеся по ней, словно крошки, что бросала по пути девочка из давно забытой довоенной сказки. Промятый наплечник так впивался в кожу, что боль разливалась по всей руке и он почти ее не чувствовал, но хрен бы с ней — не прострелили и ладно. С высоты «Корвеги» рейдер видел Келвина, что опять обжимался со своей маленькой резиденткой, Дженис и Карла, что успокаивали эту смешную кудряшку, что он привел из леса, будто Маугли, и Линду, которая ворковала над Харви, как орлица над орленком. Увидев этих двоих, Оскар сделал несколько глотков, и бутылка опустела почти наполовину, а его зашатало так, что машина под ним издала жалобный хрип. Ну, не подошла она к нему, и ладно. Пара ночей жаркого секса — что это вообще может значит для рейдеров, кроме как удовлетворения минутных слабостей? Вот только бутылку захотелось опустошить до дна, а потом разбить, желательно, об чью-то голову. — Всё кончилось? — темнокожий мужчина из местных открыл дверь своего дома и вышел на порог, с ужасом обозревая окрестности, от вида которых затошнило бы любого неподготовленного. Получив кивки, житель кивнул остальным, что прятались в доме, и люди медленно стали выходить на улицу — те, кто был достаточно смел, чтобы увидеть царящий снаружи хаос. — За все полтора года, что тебя знаю, так и не научился не получать пули? — хмыкнула Линда, прикосновения её рук ощущались мягкими и заботливыми, и Харвин неловко улыбнулся. — Ну, на руку-то хромать не буду… Спасибо, Линда, — ответил он, слегка поведя плечом, поскольку повязка, наложенная девушкой, оказалась тугой. — Что бы я без тебя делал? Та лишь негромко рассмеялась, накинув на плечи сидящего Харвина куртку, дабы не замёрз. — Отправился бы обратно в Опору за безопасные стены, разве нет? — Брось, с тех пор, как ты ушла, работы стало больше, а обсудить её и не с кем… За время пути в качестве делегатов они разговаривали не так уж и много, но сейчас будто вспомнили всё то время, что провели вместе в Опоре, и давно зародившаяся дружба вдруг только окрепла. Карл же, решив, что Дженис быстрее успокоит расклеившуюся новенькую резидентку через эти свои «женские объятия» и обещания, что всё будет хорошо, медленно вернулся обратно. Вид трупов его не пугал — за время работы у Спасателей он много раз видел, что бывают вещи, болезни и травмы хуже смерти. Вот только все будто нарочно разбились по парочкам, и лишь Оскар сидел на крыше проржавевшей корвеги, горько выпивая и порой бросая обиженные взгляды в сторону поселенцев, будто бы они забрали у него мешок крышек. Парамедик прошёл мимо и сел у капота машины, предпочитая быть подальше от самого рейдера, но в то же время и подальше от воркующих то тут то там людей. Кэрол ничего не видела, но рыдала так, будто лично тут всех перестреляла, да еще и стала свидетелем гибели всего своего убежища. Дженис это стало быстро раздражать, однако, раз уж взялась опекать девочку, пришлось ее обнимать до тех пор, пока та не перестала задыхаться, как астматик. — Точно не хочешь обратно в Саттон? — на всякий случай поинтересовалась Аддингтон. В всё равно караван пойдет туда ближайшим рейсом, и это недоразумение могло бы отправиться с ним. — Н-н-нет, — был заикающийся ответ. Вот ведь упрямая пышка, их там штампуют такими, что ли? Отпустив резидентку, спасательница огляделась — все свои были живы, и кроме Харвина никто даже не пострадал, что уже было большим успехом. И как Спасатели упустили тот момент, что подконтрольное им поселение стало платить дань Радикалам? Нужно было добиться от Голди, чтобы та послала сюда хотя бы нескольких полицейских, дабы наглецы перестали соваться на эти территории и кошмарить местных. Выйдя на дорогу, Дженис оглядела округу, морща острый нос. Похоже, нужно было опять брать лидерство в свои руки — рейдеры, если не прикажешь, так и оставят трупы на дороге, а остальные просто не знают протокол действий или слишком напуганы, чтобы что-то предпринять. — Так! — громко скомандовала она, привлекая всеобщее внимание. — Трупы нужно собрать и сжечь или закопать, пока запах не привлек падальщиков. Ночуем сегодня здесь — на базе Спасателей. И давайте управимся до темноты. Как бы ни хотелось Келвину стоять вот так, обнимая Дебби и поглаживая её по мягким волосам и спине, успокаивая, Дженис была права — не хватало только, чтобы в Соммертон сбежались какие-нибудь мутанты, желающие полакомиться свежей плотью. Парень наклонился к своей девушке, и поцеловал её сначала в одну щёку, а затем в другую, после чего постарался улыбнуться, заглянув той в глаза. — Я займусь этим с Оскаром… А ты пока побудь с Кэрол, хорошо? — попросил он и не зря отправлял Дебби именно ко второй резидентке — та старалась как можно дальше держаться от побоища, а значит, как можно дальше от сцены смерти Радикалов будет и сама Доу. Дебби послушно кивнула, а потом неохотно отпустила его, как обычно, делать всю грязную работу. Что ж, справедливо, всё равно ей не хватило бы сил поднять ни один из трупов, в том числе и тот, что был лично её. Её личный труп. Дебби представилась темно-серая стена, как в камере у узника, что рисует палочки, отсчитывая дни до освобождения. Сейчас Дебби нацарапала там одну полоску — всего лишь одну из многих. Начало положено, подумала она, и это не первый и не последний. «Наверное, это лишь вопрос времени, когда и я убью своего первого человека» «Надеюсь, тебе никогда не придётся. Этим должны заниматься такие, как я» Как же давно был этот разговор в хижине Кела в Кратере. Казалось бы, целую жизнь назад, и тогда Дебби казалось, что должно случиться что-то из ряда вон выходящее, чтобы она так поступила. Но нет — обычная стычка на пути, который, казалось бы, был уже на сто раз проверен и не сулил никаких бед. Кэрол обнимала себя за плечи, прижимаясь к стене дома и упорно не смотря на то, как парни тащат трупы на детскую площадку, где было больше всего места, чтобы всё это сжечь. Дебби встала рядом с ней, наблюдая за Оскаром, который слегка пошатывался и пыхтел, но тащил длинноволосого парня с горбатым носом, и кровь из аккуратной дыры в голове марала брюки рейдера. Ей хотелось запомнить этот момент, как и тот, когда она своим решением убила Ивана. «Вот что бывает, когда становишься сильнее. Ты берешь жизнь в свои руки и решаешь ее судьбу», — прозвучал в ее сознании голосок выживальщика, который с каждым днем становился всё громче. Дебби знала, что когда-нибудь он начнет кричать и обратится в такого же демона, что жил в душе у Келвина, потому что иначе на пустошах не выживают. — Диди, здесь везде так? — тихий шёпот Кэрол вырвал ее из плена осознания ужасающих перемен в собственной душе. — Нет. В Уайтспринге есть хорошие люди, такие же хорошие, как и ты. Там твоё место, — ответила Дебби чужими словами, но это заставило Скензи поднять голову и улыбнуться. — Правда? — с надеждой спросила она. — А ты тоже останешься там? Дебби лишь пожала плечами, чтобы не давать подруге лишних надежд, но и не расстраивать окончательно. «Теперь мое место рядом с демонами», — спокойно заключила она.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!