Одиночество. Часть 6

Итачи шел в кабинет к Хокаге, чтобы передать ему копию разведывательного отчета. Он уже успел отчитаться в АНБУ и хотел побыстрее оказаться дома, чтобы отдохнуть. Во время его писанины в штабе деревню накрыл дождь, поэтому его внешний вид оставлял желать лучшего. Учиха постучал в кабинет и, услышав знакомое "войдите", открыл дверь. В кабинете находились Хокаге, Хината, Цунаде, Шикаку и Шикамару. — Извините, Хокаге-сама, я хотел передать копию отчета, как вы и просили, — Итачи поклонился в знак приветствия всем присутствующим. — Спасибо, Итачи, оставь на столе и можешь идти отдыхать, — Какаши осмотрел лужу под своим подчиненным, что норовила увеличиться с каждой минутой промедления. Учиха поклонился и вышел из кабинета. Его лучший друг, конечно же, не оставил его в неравном бою с водной стихией, да и вместе веселее. Ну или он просто... — Ну как она? — Итачи закатил глаза на вопрос Шисуи, — не промокла? — Выглядит, как обычно, — все нормально с твоей Хинатой. Ты бы лучше о себе беспокоился. Шисуи выглядел не лучше: с волос стекала вода, от чего они были кучерявее, чем обычно, одежда была наполовину пыльная, а из-за внезапного дождя на одежде оказались куски грязи. Но ему было все равно, он только переживал как бы не заболела Хината, ведь позавчера они попали под ливень и шквалистый ветер, а у Хьюга нет сродства с катоном. Ему кажется, что он до сих пор слышит, как стучат ее зубы от холода. В тот день он даже был не против, что Наруто закутал Хинату в свой плащ. — Да все со мной нормально, — отмахнулся Шисуи, — пошли быстрее. — Ты куда-то торопишься? Я думал, что ты зайдешь к нам на ужин. — В следующий раз, Итачи. У меня дела, — Итачи кивнул и оба переместились шуншином в квартал.

***

— Я обещала, что мы сразу займемся составлением договоров. Новый Мизукаге оказался очень лояльным человеком, — сказала Хината. — Дайме тоже дал свое согласие на сотрудничество с Кири. Ему претят стычки на границах страны, — отозвался хокаге и Шикаку понимающе кивнул. Какаши просматривал отчет, который Хината написала сразу после второго дня обсуждений. — Шикаку-сан, вам не кажется, что предоставление в аренду территорий нашей страны, слишком радикальная мера? — спросил Хокаге. — Как раз с этим пунктом я согласен, Хокаге-сама, — ответил Нара, — в случае с молодым Мизукаге, являющимся новичком в политических играх, Хината выбрала правильную стратегию — оказать им доверие, несмотря на недавние события. — Хокаге-сама, Мизукаге хорошо понимает обстановку в своей деревне, поэтому военные стычки ему не нужны. Он не гонится за властью, в нем прослеживается большое желание к изменениям. То, что мы видели в Кири и в маленьких поселениях, говорит о том, что в стране недостаточно продовольствия, — добавила Хината. — Однако стать полноценными участниками мировой торговли они пока не могут из-за недостатка средств, — вслух рассуждал Шикамару, — Когда шесть великих мечей Тумана оказались вне страны, дайме Воды сократил финансирование деревни, — Шикаку кивнул в знак согласия. — Я посчитала, что три года достаточный срок для Кири. В это время оплата за аренду будет приниматься другими способами, Мизукаге обещал выделить не только опытных мечников для обучения наших шиноби и предоставить некоторые свитки с техниками, но и дать полный допуск на территорию страны клану Абураме и медикам Конохи и Суны, — Хината вопросительно посмотрела на задумчивого Хокаге, — Хокаге-сама, вы сами ставили мне эту задачу. — Конечно, Хината, я понимаю, но Коноха все равно делает больше. Меня беспокоит не сколько объем поддержки с нашей стороны, а срок договора. Пять лет это мало, — Какаши глубоко задумался, — К тому же нет гарантий, что когда Кири поправит свое положение, не вернется на тропу войны. — Ой, тьфу на тебя, Какаши. Мы получили то, что хотели и за три года можем стать либо врагами, либо друзьями. — Цунаде встала с дивана и подошла к девушке, — Хорошая работа, Хината, — А остальное, — Сенджу оглядела Нара и Хатаке, — зависит от глав деревень и их советников. — Наша задача построить крепкий союз между скрытыми деревнями, а если кто-то этого не захочет или попытается схитрить, мы сможем на это отреагировать вовремя, — согласился Шикаку с Цунаде. — Ладно, — хлопнул по столу Хокаге, — раз все обсудили пойдемте поедим что ли, — Все согласно закивали, — А завтра, Шикаку-сан, жду вас с Шикамару. Придется попотеть над договорами. — Извините, Хокаге-сама, я бы хотела отдохнуть с дороги, — еле слышно сказала Хината. — Ох, да что это я, конечно, иди. — Какаши улыбнулся глазами и добавил — Ты отлично справилась, оплату за миссию можешь получить в любое время. — Хината поклонилась всем присутствующим и покинула кабинет. Подходя к выходу из резиденции Хината с грустью думала о том, что ей предстоит еще и промокнуть под проливном осенним дождем. Вечер обещал быть долгим. Однако в следующее мгновение она заметила, как от стены отделяется фигура, в которой она узнала Шисуи. — Что вы здесь делаете, Шисуи-сан, — удивилась девушка. Перед ней стоял посвежевший и сухой Учиха с фирменной улыбкой, зонтиком в одной руке и небольшим пакетом в другой. — Если вы позволите, я хотел бы проводить вас до дома, — в этот момент он даже не смотрел на Хинату. В порыве какого-то дикого смущения Шисуи опустил глаза в пол и ожидал ответа. — Я буду вам очень благодарна, — устало улыбнулась брюнетка. На самом деле она бы хотела, чтобы кто-нибудь уже взял ее уставшее тело на ручки и отнес до кроватки. Шисуи начал подходить к Хинате и она слегка напряглась, не зная чего ожидать. Учиха достал из пакета плед, аккуратно опустил его на плечи девушке и раскрыл над ней зонт. — Тогда пойдемте? — Шисуи с удовольствием заметил как подернулись румянцем щеки Хинаты, это определенно давало ему надежду на то, что он сможет еще завоевать ее сердце. Ну и что, что при этом у него самого щеки пылают как от огненного шара. Плевать. Хината сделала первый шаг и Шисуи последовал ее примеру. Мокрый гравий немного хрустел под ногами, а вдоль дорожек плыли ручейки. Желтая и оранжевая листва деревьев принимала какой-то магический вид в свете уличных фонарей. Шисуи казалось, что листья, которые все еще украшали деревья, танцуют под силой дождя. В такой же пляс ушло и его сердце, только на подобные кульбиты влияла отнюдь не погода, а тепло от девушки, запах лаванды, перемешанный с дорожной пылью. Закрыв глаза, Шисуи представил, как они сидят в лавандовом поле в знойный летний день. Только они. Хината с удивлением заметила, что сбавила шаг. И сейчас это выглядит не как перемещение из точки A в точку B, а как полноценная прогулка. С Шисуи. Под дождем. Внутренняя девочка ликовала бы от подобной романтики, правда та девочка представляла на месте парня одного блондина. Она также отметила, что усталость испарилась и она хочет, чтобы дорога к дому была бесконечно длинной. Ей было тепло и уютно, а плечо, которого периодически касался Шисуи во время ходьбы, горело. О ней давно никто так не заботился. Точнее практически никогда. Хината давно была только опорой — клану, отцу, сестре, друзьям, деревне. Она была совсем не против, ей нравилась ее жизнь, а кроме того, жить по-другому Хината не могла. Но черт возьми как приятно быть просто девушкой, о которой заботятся, оберегают. Просто девушкой. Просто знать, что есть кто-то, кто не оставит тебя под дождем, даже если ты не просила. — Спасибо за булочки, — Хината не смотрела на парня, ее одолевало смущение. Отрицать симпатию к этому человеку было уже глупо. — Я рад, что вам понравилось, — Если бы брюнетка посмотрела на Учиху, то заметила бы как тот смотрит на нее с неподдельным восхищением. — А давайте опустим формальности и перейдем на ты? — наконец Хината подняла глаза и утонула в черном омуте, в котором плескались и нежность, и благодарность, и любовь? — Как ты? — вместо ответа задал вопрос Шисуи, не прерывая зрительного контакта. — Я в порядке, — ответила Хьюга не в силах даже моргнуть. Ей нестерпимо хотелось оказаться в объятиях этого необычного мужчины. — Думаю, было страшно оказаться там, — он первым отвел взгляд, потому что заметил, что с одного плеча уже начал скатываться плед. Со стороны это выглядело как объятие, да и оба молодых человека восприняли это также. Шисуи, подавив новый прилив жара и придерживая подбородком ручку зонта, по плотнее укутал Хинату в плед. После быстрого душа и переодевания в сухую одежду он долго думал, что взять с собой плащ, куртку или жилет джонина. В итоге он в полнейшей растерянности схватил первый попавшийся плед с дивана и рванул в резиденцию, боясь опоздать. — Ты про то, что случилось со мной в детстве? — Шисуи кивнул, — Я уже и забыла, — она устало улыбнулась. — От того, что ты перестанешь держать все в себе, никто не подумает, что ты не справляешься, Хината, — ее имя из его уст, добавленное практически шепотом, всколыхнуло волну мурашек на ее теле. Она растерялась, и поэтому. — Было немного страшно. Видимо, такие вещи тяжело забыть, — Хината в ту же секунду, как в слух проговорила то, что старалась держать под контролем, почувствовала облегчение. Шисуи замер, заметив на лице девушки улыбку. Это была не ее дежурная улыбка химе и не доброжелательная улыбка дипломата, и даже не искренняя улыбка, которая появляется у человека в кругу близких людей. Это была благодарная улыбка, которая в купе с ее глазами, заставили понять Шисуи, что он был прав на ее счет. Да, они оба всегда окружены людьми, друзьями, товарищами, но они бесконечно одиноки. За постоянным оптимизмом Шисуи скрывается одинокий человек, рано потерявший родителей мальчик, мальчик, раздираемый противоречиями с самого детства, мальчик, который убивал во время Третьей мировой войны и терял друзей, мальчик, которому не с кем было поделиться своими слабостями, чувствами и мыслями. Ведь именно его назвали гением, ведь именно на его плечи клан водрузил ответственность за мир в деревне, хоть и сам того не понимал. И он был вынужден взять эту ответственность и принести к ногам Хокаге ради будущего его клана, его лучшего друга. Теперь же он должен стать сильным шиноби, занять главенствующие позиции в клане, защищать его и деревню, работать в полиции. Но ему ничего этого не надо, ему нужна только Хината. Семья. Он очень ценит семью, он хотел бы разделить свою жизнь с ней, хотел бы заботиться о ней. Он отчаянно надеется, что она будет счастлива рядом с ним, как он счастлив рядом с ней. За решительностью Хинаты скрывается маленькая девочка, рано потерявшая мать, девочка недооцененная своим отцом, девочка, которую постоянно заключали в рамки, девочка, родившаяся в клане, где мягкосердечие считается хуже смерти, девочка, что упорным трудом победила сначала себя, а потом и всех, кто недооценивал ее. Победила не силой, а мягкостью, из-за которой окружающие люди перестали воспринимать ее за личность. Личность, у которой есть свои страхи, переживания, чувства. Она должна принести себя на благо общества, стоически выдерживать все перипетии судьбы. Ради мира в деревне, мира в стране и мира во всем мире. Но она устала давно и бесповоротно, она бы хотела поддаться эгоистическому чувству. Любить мужчину и быть любой женщиной. Разделить ответственность с кем-то хотя бы за свою жизнь. Завести семью. Жаль, что это невозможно. — Я был бы рад узнать о тебе больше и рассказать тебе о себе, — они уже подходили к поместью главы клана. — Ты действительно этого хочешь? — Хината выкрутила свою эмпатии на максимум. — Ты не представляешь насколько, — ответил Шисуи, разлохматив на затылке еще влажные волосы и глупо улыбаясь. — Завтра вечером я свободна, — девушка отвернулась в сторону ворот, ведущих к дому, чтобы скрыть свое смущение. — Я зайду за тобой в восемь, — не то вопрос, не то утверждение. Хината неуверенно кивнула, поблагодарила за то, что проводил и юркнула за ворота. Оставив счастливого, безнадежно влюбленного парня позади, она чувствовала его чакру до того момента, пока не зашла в дом.

***

— Ох, милый, ты чего так рано, — Микото только начала готовить завтрак, когда входная дверь тихонько открылась, — Итачи еще отсыпается после миссии. Проходи, но завтрак нужно подождать. — Доброе утро, Микото-сан, — Шисуи снял сандалии и бесшумно прошел в сторону кухни, на которой только зарождалось творчество жены главы клана, — А я собственно и не спал. Фугаку-сан дома? Или я опоздал? С Микото у Шисуи довольно теплые отношения. С тех пор как они с Итачи подружились, она была очень участлива к жизни мальчика. Вообще женщина всегда беспокоилась о нагрузке на сына и Шисуи. Фугаку и старейшины оказывали большое давление на них, поэтому Микото всегда старалась сгладить углы, хотя и не лезла в дела мужа. При этом она не могла молчать, если ее муж перебарщивал с ее мальчиками, к которым уже давно относился и Шисуи. Со временем ей даже удалось смягчить своего мужа, из-за чего некоторые консервативные Учиха считают, что нынешнему главе пора на пенсию. Но если бы они знали, что кандидаты на главенство в клане — два ярых пацифиста, — они бы держали Фугаку у власти до второго пришествия Мадары. — Садись за стол, он сейчас спустится за утренней порцией кофе, — Микото поставила перед Шисуи чашку кофе и пододвинула тарелочку с данго. Шисуи с удовольствием вдохнул аромат свежесваренного кофе. Ночь оказывается ощущается слишком длинной, когда в голове ворох мыслей, но в тоже беспредельно короткой, если не пришло ни одного толкового решения. Он всю ночь обдумывал предстоящее свидание, представлял разные ситуации, боялся оплошать, надавить, поспешить. — Сразу нет, Шисуи, — сказал Фугаку, только переступив порог кухни. Шисуи подскочил со стула. — Но, Фугаку-сан, — начал было Учиха, как капитан военной полиции его перебил. — Ты в прошлый раз мне забил голову до такой степени, что я перепутал миссии для клана и отправил на миссию A ранга зеленых чуунинов, — он отпил кофе, который подала жена, и прикрыл глаза от удовольствия, — Слава Ками, что все закончилось хорошо. Шисуи несмотря на свою позитивную маску, всегда переживал за Фугаку. Восемь лет назад он почти поддался проклятию ненависти, попал под давление ущемленной гордости. Однако уже несколько лет он замечает, что Фугаку стал мягче и открытие, перестал относиться к своим сыновьям как к военной силе клана и пришел к пониманию, что клан Учиха и его люди часть Конохи. "Грубой силой мы ничего не изменим, — сказал Фугаку на последнем собрании клана по поводу восстания, — нужно брать пример с тех, кто находит альтернативные решения проблем. Без крови. Без жертв". — Хорошо, — наигранно понурил голову Шисуи, — вот если бы отец был жив, я бы спросил у него, — он медленно двигался к выходу из кухни в надежде услышать. И да, Фугаку громко цикнул, а это значит, что он согласился. Шисуи хлопнул в ладоши и развернулся на пятках. На его лице играла довольная улыбка. — Шисуи, — мягко обратилась к нему Микото, — если ты хочешь спросить по поводу Хинаты, то Фугаку может только посоветовать как делать не надо. — Фугаку хмыкнул и покачал головой. Людям, близко знающим Фугаку, давно понятно, в кого Саске пошел своим красноречием. — У нас сегодня первое свидание. Она наконец-то согласилась. Правда я не знаю, можно ли это считать свиданием. Я не знаю, куда ее можно сводить. Не знаю, можно ли подарить ей цветы, учитывая то, что я делал ранее, — Микото тихо хихикнула, наблюдая быстро сменяющиеся эмоции на лице Шисуи. Сначала радость, потом непонимание, затем отчаяние. — Не нужно цветов, — покачал головой Фугаку, вспоминая не очень приятный разговор с Хиаши у Абураме. Если точнее, то отец Хинаты в открытую смеялся над ним из-за того, что его дочь свела с ума одного из сильнейших шиноби его клана, — Просто будь искренен. Это же Хината, — тон его так и сквозил насмешкой, что это очевидно, — она почувствует, если ты будешь хитрить. "Посмотрим, как посмеется Хиаши, когда Хината станет частью моего клана" — беззлобно потирал руки у себя в голове Фугаку. — Но если я перегну палку, как вы? — Микото закашлялась, скрывая смех. Она не знала, что Шисуи знает об этом. — Тебе Итачи рассказал, — нахмурился глава военной полиции и получил в ответ согласный кивок, — Вот паршивец. Вдруг в дверь постучали, открыли и, громко хлопнув, возвестили о своем приходе. Только два человека могли позволить себе такую грубость — Наруто и... — Обито-кун, — поздоровалась Микото, — а ты какими судьбами? У Рин все в порядке? — Ах, доброе утро, Микото-сан, замечательно выглядите, — Обито подлетел к женщине, заглядывая за ее плечо и оценивая степень готовности завтрака, — О, это кофе? Микото и без намека уже наливала в чашку горячий напиток и поставила ее на стол. — Я только вернулся с миссии, забежал, чтобы доложить по всей форме, Фугаку-сама, — Обито поклонился в знак уважения и опустился на стул. После того как Обито объявили дезертиром и он вернулся в деревню с живой и почти невредимой Рин, только Фугаку и Хиаши выступили в его защиту и поручились за импульсивного мальчика. До сих пор где-то в хранилище в глубинах резиденции Хокаге пылиться бессрочное постановление, согласно которому за любое действие Обито, направленное во вред деревни кланы Учиха и Хьюга несут ответственность. — Ты не мог сделать это в управлении в рабочие часы? — поинтересовался Фугаку. — Так у меня жена на сносях, я не могу столько ждать, — проговорил с набитым данго ртом Обито, — А ты чего такой недовольный, братишка, — обратился он к Шисуи. — Мы тут вообще-то заняты, — оскалился Шисуи. Он любил Обито, но его извечные шутки-прибаутки и шутовское поведение иногда серьезно выводили. — Да что ты говоришь, — пропел Обито, потирая в предкушении руки. — Мы готовимся к свиданию, — важно подняла половник к потолку Микото, чем вызвала еле заметную улыбку у своего мужа. — Ха, у этого? — он обратился к Микото, но указал палочкой от данго на родственника. Шисуи нахмурился. Он не собирался рассказывать о Хинате этому шуту гороховому. Хотя и справедливо признавал, что глупые шутки — это их семейная черта. — И с кем же? Очередная поклонница, которая пищит, только тебя завидев. — Хината Хьюга, — сказал, как отрезал, Фугаку. В ответ он получил ошарашенный взгляд подчиненного. — Как Хината? — отмер наконец Обито, — Я ей последний год только и делал, что рекламировал Какаши. Неужели она не поняла?! — Он же старый, — возмутился Шисуи. — А ты ее не достоин, — парировал Обито, — и вообще мы с Какаши одногодки. — Брат называется, — обиделся герой-любовник, в глубине души осознавая, что может действительно не достоин ее, — Так ты тоже старый. — Я старше тебя всего на семь лет, придурок. Все это время, стоявший в дверях Саске, наблюдал за перепалкой самых нетипичных Учих и удивлялся вкусам Хинаты. То Наруто, то Шисуи. Два шута, не то, что его нии-сан. — Только Итачи должен стать парнем Хинаты, — подал наконец-то голос младший Учиха. — Пф, — фыркнул Шисуи. — А Итачи в курсе? — справедливо заметил Обито, — А Изуми-чан? — Почему в нашем клане рождаются одни идиоты? — обратился Фугаку к своей жене, поцеловал ее в макушку и поспешил покинуть этот балаган. Микото на это лишь пожала плечами и одарила мужа снисходительной улыбкой.