Жертва. Часть 10

— Почему ты не рассказываешь о произошедшем? — Могу ли я попросить тебя об услуге? — немного помолчав, проигнорировала вопрос Хината. — Конечно, — незамедлительно ответил Шисуи, осветив темное помещение своей очаровательной улыбкой. — Не приходи сюда больше, — тихо сказала Хината, поднимаясь с холодного бетонного пола. Шисуи сник. Как он может не приходить? Неужели Хината так раскаивается в убийстве Данзо? Нет, он уверен, что здесь замешано что-то еще. Вероятно, на службе у Данзо ей приходилось связываться с совершенно грязными делами. И теперь ее доброе сердце не может выдержать чувства вины. — Если ты думаешь, что тебя казнят за убийство старейшины, ты сильно ошибаешься, — он тоже выпрямился в полный рост, — Обнаружение доказательств — вопрос времени. — Ты не понимаешь, — прошептала Хината на грани слышимости. — Ты ни в чем не виновата, — Шисуи устало потер глаза, пытаясь собраться с мыслями. — Из-за меня погибли люди, — повысила она голос, из последних сил сдерживая рвущуюся наружу истерику, — Не надо меня оправдывать, не надо искать доказательств, я заслужила все то, что меня ждет. — Данзо и его марионетки уже давно не люди, — стоял на своем Шисуи. Хината шумно выдохнула. Она не стала говорить ему, что имела в виду не них. Что раскаивается не в смерти алчного старика и горстки людей со сломанной психикой, а в гибели своих соклановцев, которых лично отправила в лапы чудовища. Даже если ей не оставили выбора, они это не заслужили. — Я приду, Хината, — Ибики уже стучал в дверь, намекая на конец посещения, — И буду приходить что бы ты не говорила, — уже подходя к выходу из тюремного сектора, он добавил, — Вообще-то ты должна мне десять свиданий, осталось девять.

***

Два месяца назад. Какаши медленно плелся в кабинет допросов, он справедливо решил, что спешить ему было некуда. Зато неспешная прогулка давала немного времени снова поразмыслить над ситуацией. Больше всего его удручало то, что он не заметил в поведении Хинаты ничего странного, а она работала на Данзо два года. Два, мать его, года. Да что там он, ему то и спать порой некогда, а вот почему не заметили остальные. Куда смотрел Неджи, бывший анбушник, куда смотрел Хиаши, где были глаза всех тех, кого Хината искренне считала друзьями. А Сакура, которая бегала к Хинате по любым своим проблемам, связанным с Учихой, так была поглощена своей жизнью? Ладно, винить кого-то глупо и поздно. Сейчас ему необходимо решить что делать с последствиями. Совет недоумевает, старейшины в гневе, как и Дайме, кстати говоря. Правитель Страны Огня требует показательную казнь за предательство деревни. Черт. А из свидетелей у него только нукенин с замашками психопата. Хокаге отпустил двух анбушников из личной охраны и спустился на минус первый этаж, где и располагался кабинет допросов. Он со скрипом открыл дверь и вошел в довольно небольшое помещение без окон, в котором находился стол и два стула, стоящих друг напротив друга. Голая тусклая лампочка, висящая под самым потолком, довершала мрачный антураж. — Почему не поставила меня в известность? — прозвучал вопрос, сквозящий стальными нотками. Какаши не собирался церемониться с ней, хотя понимал, из-за чего Хината хранила молчание. Но ведь он понял бы и намека. — Не посчитала нужным, Хокаге-сама, — Хината держала спину ровно, так, как полагается химе великого клана, так, как научили в глубоком детстве. Но глаз не поднимала, вперилась в стол, и это раздражало Какаши еще больше. — Вот как, — пытался он совладать с эмоциями. В АНБУ ему это давалось куда проще. Правду говорят, что тепличные условия — смерть для шиноби, — Сейчас печати нет, я тебя внимательно слушаю. — Мне нечего вам сказать, Хокаге-сама, — Хьюга наконец подняла голову и со всей решительностью смотрела на главу деревни, — Я признаю свою вину и с радостью приму любое наказание. — Почему? — он был ошеломлен, — Я не понимаю. Ты боишься давления на клан? — Хината молчала, — Так его и не будет. Ты знаешь, как настороженно главы кланов относились к Данзо. У твоих действий должна быть причина. Я уверен, — Какаши смотрел на нее безотрывно. Он видит в ее глазах глубокую печаль и раскаяние. — Потому что не только убийство Данзо лежит на мне, но и смерть трех человек из моего клана, — ни один мускул не дрогнул на ее лице, но глаза. Два лунных диска, наполненных вселенской печалью. — Ты их убила собственноручно? По каким причинам? — Я обманом сняла печать с Хидэо Хьюга и отправила его и двух других соклановцев на клановую миссию. Теперь, вероятно, у Ивы есть бьякуган. Ну вот Какаши и понял, к чему ее склонял Данзо, учитывая сколько шаринганов нашли в катакомбах Корня. Больной маразматик. Вот почему в последние три года резко повысилась смертность Учих на миссиях. С Хьюга ему пришлось действовать по-другому. Ива? Была ли это вся плата за их помощь в готовившемся перевороте или только начало? — Данзо тебе приказал? — риторический вопрос, на который он все равно не получил ответа, — Какое наказание было за невыполнение? — снова тишина. Что ж зато стало понятно, что Хината решила принести себя в жертву. Расплатиться за то, что не смогла предотвратить. Слишком мягкосердечная для шиноби, слишком ранимая. Понимает ли она, скольких людей заставит страдать, безропотно принимая смерть от руки несведущих в военных делах политиков? С ее то эмпатией, скорее всего, понимает. Эгоистка. — Послушай, Хината, — Какаши сделал паузу, давая понять, что ждет полного внимания и зрительного контакта, — я сильно сомневаюсь, что ты лично была в сговоре с Ивой, — молчит, — Кроме того, я не думаю, что нынешний глава Хьюга или его наследник захотят обвинить тебя в предательстве или смерти подчиненных, — Хокаге снова замолчал. Он знает, чем может развязать ей язык, но не хочет делать этого. Потому что тогда не сможет оправдать ее перед советом деревни, перед советом Дайме. Однако как Хокаге он должен хотя бы знать подробности, все, что она знает. Он должен понимать с чем имеет дело и как разгребать то, что наворотил Шимура. — Я здесь не как Хокаге, а как твой друг. Мы же друзья? — он не лукавил, так как давно относился с особой теплотой к брюнетке. Какаши дождался неуверенного кивка, — Расскажи мне все, и я обещаю, что дальше этой комнаты ничего не уйдет, — молчание. Она думает, сомневается в правильности? — Пока ты думаешь, я расскажу, как узнал о твоих планах. И он рассказал, как Хидан незаметно передал записку одному из встретивших его АНБУ, в которой сухо сообщалось о ее связи с Данзо, о том, что тот загнал Хинату в угол, и о примерном времени главных событий. Большего не смог узнать даже Шисуи, которого он отправил на допрос в надежде, что он сделает правильные выводы и подойдет к этому грамотно. Перед тем, как к нему в кабинет явился Шисуи с докладом, Какаши все-таки решил отправить Паккуна к Хинате, он передал: "Какаши просил передать, что хотел бы возобновить уроки этикета". (Какаши всей душой ненавидел этикет. Потому они часто использовали эту тему для завуалированного диалога среди посторонних людей. Слово "хотел" также натолкнуло ее на мысли, а сопоставив к этому еще и информацию от Шисуи, ей стала понятна "тема" проблемы), на что получил ее ответ "Сейчас я немного занята, но передайте, пожалуйста, что красный цвет не совсем подходит этому событию". Как только Паккун передал послание от Хинаты, Какаши засел в специальной секции архива, на котором стояли всевозможные защитные барьеры еще со времен правления Второго. Там то он и нашел информацию о умершей в зародыше революции Учих, о непосредственном участии старейшин и Данзо, о предателях среди верхушки Учих, ну и, конечно, о способе решения проблемы. Про архив и дальнейшую открывшуюся информацию Какаши не стал говорить, обмолвился лишь, что в прошлом Данзо пытался давить на другой великий клан. И тут то Хината не смогла промолчать. Давно Какаши не видел, как Хината плачет, еще со времен генинства, когда его команде и команде Куренай выпадали совместны миссии. А чтобы так горько — никогда. Она рассказала ему все. От планов Данзо на Хинату у бывалого шиноби встали волосы на затылке. Придумать такое, а главное вовремя воспользоваться обстоятельствами. Поистине отличный был стратег, жаль, что преследовал лишь личные цели, прикрывая все защитой деревни. Однако более жутким оказалось то, что после убийства Данзо Хината не растерялась, как доложил Шикамару, а планировала умереть от руки его подчиненных, которых и убил в конце концов наследник клана Нара. Кроме того, она рассказала обо всех делах Корня, о которых знала, о возможных тайниках, но не чтобы ее оправдали, а чтобы имели что-то против Ивы. Самой полезной была информация о шиноби Корня по имени Сай, приближенном Данзо. Ей казалось, что он стал намного мягче с их первой встречи, и, возможно, если он отринет головомойку Данзо и верность своему господину, им удастся узнать намного больше. Потому как Хинату не допускали практически не до чего. Ее главной задачей была дестабилизация внутри деревни. Почему полезно? Да потому что треть всего состава Корня после исчезновения с языка печати, свидетельствующей о смерти того, кто эту печать поставил, раскусили ампулу с ядом и отошли в Чистый мир. С оставшимися усиленно работают Яманака и Учиха под предводительством Ибики. Хотя от Учих особо ничего и не ждут, учитывая, что два главных мозголома на миссии.

***

Две недели назад. По мере того, как ломали корневиков, Итачи и Шисуи сразу проверяли возможные места хранения. Однако это не дало ровно никаких результатов. Каждое новое послание от Шисуи пылало праведным гневом. Нет, отчеты были написаны согласно форме, но Какаши чувствовал от них невероятную ярость на интуитивном уровне. Началось это где-то три недели назад, когда Хокаге первый раз проигнорировал вопрос о Хинате. Итак, новых сведений нет, информации ноль, Сай делился ею, но неохотно, строил из себя полоумного. Правда до тех пор, пока Ибики не взбрело в голову отвести его в камеру к Хинате, рассказать, что девочка ничего не ест и не пьет, приходится прибегать к парентеральному питанию. Ну собственного бледного пробрало, а когда Хината со всей своей нездоровой худобой попросила его пойти на встречу, он рассказал о квартире. Маленькой, убогой квартире на окраине деревни, считающейся общежитием для шиноби. Но жили там в основном гражданские, грубо говоря, маргиналы. А в этой конкретной квартире лет пять живут одни тараканы. Там то и нашли фуин-тайник. Если Сай не рассказал бы сам, то и его закладку пришлось бы ломать, делая его полнейшим овощем, как и других анбушников Корня. Конечно, при этом большая часть информации терялась, но другого выхода не было. Ибики нужны были сведенья и он их добудет. Поэтому злые Учихи уже возвращаются в деревню, а что говорить им, как объяснять, Хокаге не знает. Он ведь дал слово. Он бы мог ничего не говорить, но оказывается Хината официально является невестой Шисуи. Фугаку-сан неоднократно давил на это "официально", чтобы встретиться с девушкой. Но куда ему, если родной отец не допущен до встреч. А то, что это по просьбе самой Хинаты, им знать необязательно. К сожалению, в тайнике не оказалось ровным счетом ничего, кроме договора найма неких "Акацуки". Разведка докладывала о наемниках еще несколько лет назад, причем копать под организацию начали из-за инициативы Данзо. Однако тот же Шимура спустя полгода доложил, что нет причин для опасений. Но сейчас Хокаге уверен на все 100%, что это не простые наемники. Знал бы Хатаке раньше, что Данзо под мощным и незаметным гендзюцу, всего этого могло бы и не случиться. Шисуи винить не за что, у него был приказ о неразглашении, Минато-сама не давал особых распоряжений на этот счет. Скорее всего, сам Какаши упустил этот момент, когда был слишком увлечен идеей о мире. Но и он не мог предвидеть всего. Несовершенство системы, нелицеприятные дела прошлых правителей и интриги верхушки — вот главные причины произошедших событий. Тянуть дальше Какаши не мог, поэтому ему пришлось отправиться в столицу для вынесения решения, взяв с собой Хиаши и Фугаку, как непосредственных свидетелей. Ну как "свидетелей", немного приврать никому не повредит, а учитывая, что оба главы великих и крупных кланов, непосредственно замешанных в этой истории, и к тому же составляющих половину от всей военной силы Конохи, — их слова должны иметь вес на совете.

***

Неделю назад. Какого же было удивление Шисуи и Итачи, когда они узнали главные новости. Обито, временно заменяющий Хокаге, выложил родственнику все, что знал об этом инциденте. Почему? Да потому что он знал чем чревато для Учиха сокрытие информации о важном человеке. Сам сталкивался с подобным. И если бы он не успел и Рин погибла бы, скитался бы он по миру, снедаемый ненавистью и жаждой мести. Все-таки "удивление" это не то слово, описать испытанные парнем эмоции сложно. Гнев, досада, отчаяние и невероятное чувство вины. Он не понимал, как получилось так, что за его решения ответила Хината, которой на момент главных событий в клане было девять лет. Будь он тверже тогда, не имей он желания обойтись без крови, без убийств коноховцев, этого бы не случилось. Даже этого сраного Данзо не хотел убивать. Уважал его, уважал за верность деревне и волю огня. Тьфу, каким глупым мальчишкой он был. Ему тогда было почти столько же, сколько сейчас Хинате, но ее рука не дрогнула. Шисуи только сейчас в полной мере осознал, что Хината намного отважнее него. Когда Шисуи услышал от Обито "показательная казнь", ему показалось, что он оглох. Вместо слуха его взору предстало красное марево, он не сразу понял, что во всю светит мангеке в кабинете Хокаге. — Доверься Какаши, Шисуи, — дошло до парня будто сквозь плотное стекло, — не натвори глупостей, — Шисуи уверен, что Обито не знает о тех событиях. Он был слишком поглощён своими проблемами. А недоверие к нему со стороны Третьего и Данзо давало ему иммунитет от главной роли. — Где сейчас Хината? — выдавил он спустя долгую минуту молчания. Обито уже был готов ринуться на родственника, чтобы предотвратить любые его необдуманные поступки. Только видимо Обито забыл, что Шисуи никогда не делает чего-то, не подумав. И все, о чем сейчас он может думать, как выдернуть Хинату из того круговорота дерьма, который собственноручно создал Шисуи. Сейчас то он понимает некоторых своих соклановцев и жалеет, что не подвергнут проклятию ненависти. Как было бы проще, если бы он просто все и всех возненавидел, вырвал бы Хинату из цепких лап власть имущих и ушел бы с ней в закат. И как больно осознавать, что в который раз он не может пойти по пути наименьшего сопротивления, а как всегда будет стараться исправить последствия, пока есть хоть капля надежды решить все миром. Однако если семпай не сможет повлиять на Дайме и старейшин, а Хинату все-таки решат казнить, Шисуи не остановится не перед чем. Не перед деревней, не перед кланом. Он даже знает восхитительную деревню в Стране Чая, где бы они смогли начать с чистого листа. — У дознавателей, — отчеканил Обито, — но к ней никого не пускают. Шисуи хмыкнул и в ту же секунду растворился в зеленом мерцании. — Итачи, — устало выдохнул Обито, — присмотри за ним. Не дай натворить дел. — Я постараюсь, — слегка кивнул Итачи, — но обещать ничего не могу. Извините, — через секунду кабинет Хокаге растворился в удушающей тишине. Итачи был недоволен этой ситуацией ничуть не меньше Шисуи. Пусть он и не испытывал к Хинате романтических чувств, он был благодарен ей за многое, а тот факт, что каким-то образом она оказалась крайней в делах Данзо и клана не могло не огорчать. Итачи медленно продвигался к клановому кварталу, размышляя в какую жопу попадут все, если Хината умрет. Шисуи с большой вероятностью съедет с катушек, Саске захочет кому-нибудь отомстить. Он бы даже не удивился если бы отото пошел бы убивать Дайме. Слишком тепло он относится к химе Хьюга. Абураме и Инузука будут рвать и метать, они давно стали почти что семьей. Как отреагирует восстановленное Узушио даже гений клана не может предположить. Хината пару раз спасала Наруто от верной гибели, а Узумаки очень благодарные. Да что там говорить, сам Итачи не сидел бы на месте. Конечно, все эти реакции не повлияли бы глобально на внутреннюю политику, поскольку никто бы не осмелился в лоб идти на верхушку и выступать против. Однако только одно событие настолько дестабилизирует деревню, что у Ивы будут большие шансы на успешное нападение. Да даже если Ива не осмелится, очень долго правительственный аппарат, на котором в целом держится система скрытой деревни, не будет иметь среди кланов никакого доверия. Хьюга и Учиха со стопроцентной вероятностью обособятся, что будет с остальными Итачи предположить не мог. Однако все это предположения, которые Итачи делает по привычке, чтобы рассчитать дальнейшие свои шаги при разных обстоятельствах. А вот в чем он уверен, так это в своем лучшем друге. Пока Хината жива, он сделает все, чтобы мирно нивелировать последствия этого инцидента, а Итачи ему в этом поможет.

***

— Нет. — Не стойте у меня на пути, Ибики-сан, — выплюнул Шисуи. — Выключи свои глазки, Шисуи, и глубоко вдохни, — Морино еле сдерживал свое раздражение от внезапного прихода Учиха. И ладно бы постучался, так просто материализовался посреди кабинета. А у него, между прочим, три вида печатей стоит по периметру. — Я просто хочу поговорить с ней, — шаринган исчез, а Шисуи действительно дышал в попытке совладать с эмоциями, — захотел бы — даже не спрашивал у вас разрешения. Шисуи слегка напрягся от выпущенной ки и характерного скрипа зубов. — Давай сейчас вместе успокоимся, Учиха, — выдавил из себя главный дознаватель, предварительно сам сделав дыхательную гимнастику. Вряд ли его погладят по головке, если он покалечит одного наглого наследника, — Ей сейчас не до твоих эмоциональных выпадов, она сама нестабильна. Ибики бы рассказал, в каком эмоциональном раздрае находится Хьюга, да вот ничем хорошим это не кончится. Учиха в любом случае будет недоволен, учитывая завуалированные запугивания Фугаку-сана, которые тот пускал на Ибики при любом удобном случае. Да и сам Морино не стал бы пытать юную химе. Не для того ему сила дана, чтобы пытать тех, кто вырос на его глазах. Да и сделала она бы что-то действительное вредоносное для Листа, так нет — всего лишь избавила их всех от опухоли. — Я честно спокоен, — заверил его Шисуи, хотя сам был неуверен в свих словах. Ему бы просто удостовериться, что с Хинатой все хорошо. Он понимал, чем может закончиться вся эта история, для человека, который не терпит убийства. — Вот сходи к Яманака, потом к ирьенинам, принеси заключение о своей эмоциональной устойчивости, — Шисуи недовольно фыркнул, — А ты не фырчи, а то забываешь об особенностях своего додзюцу, — Ибики отложил подписанный свиток, встал из-за стола и, не сдерживаясь, хлопнул парнишку по плечу, — Вряд ли кому-то нужен калеченный жених. Шисуи до боли сжал кулаки, глубоко внутри признавая правоту Морино. Но отступить просто так не мог, просто бы узнать, как она. — И как успокоишься и получишь заключение, иди к Саю из Корня, — Шисуи непонимающе посмотрел на Ибики, — у него стоит такая же закладка, как и у Хинаты. Может поймешь, как снять ее без последствий, — он мягко подталкивал Учиха к двери, — твои соклановцы не справились, а ты можешь. Такой расклад вполне устраивал Шисуи. Хоть так помочь чем-то Хинате, пока вопрос с ее наказанием решается где-то в столице. — Хорошо, — на выдохе изрек Учиха, — только присмотрите за ней, пока я, — он выразительно посмотрел на лицо, покрытое шрамами, — иду вам на встречу, — Ибики хмыкнул, удивляясь наглости и абсолютному несоблюдению субординации. Но он готов закрыть глаза на это за всю ту помощь, которую оказывал Шисуи Учиха ему. — Я и без твоих просьб пылинки с нее сдуваю, — ему наконец удалось вытолкнуть парня, — так что скройся с глаз моих, наглец, — приправив все это ободряющей ухмылкой.