Будни. Часть 19

Хоть клановые собрания уже почти не затрагивали неприятной темы переворота, Шисуи не любил их. Учитывая количество его миссий, он вообще редко на них появлялся, но на этом конкретном сборище был обязан быть. Сегодня Фугаку-сан хочет объявить о смене капитана полиции. — Сегодня я передаю должность капитана полиции Учиха Шисуи — будущему советнику нового главы, которого еще предстоит избрать, — заявил Фугаку, как только все участники собрались в зале для собраний. Шисуи вышел из толпы и подошел к главе клана, встав сбоку от него. Собравшиеся зашептались. Парень ожидал бурной реакции, так как не пользовался особой популярностью в клане. — Фугаку-сама, — обратился один из мужчин, — почему вы решили покинуть военную полицию? Вы единственный обладатель высшей формы шарингана на данный момент, вы не можете оставить свой пост. — Да, — поддакнул кто-то из толпы, — клан все еще находится в шатком положении, нам не доверяют, и если вы сейчас сложите полномочия, Учиха потеряют остатки власти. — У Учиха Обито тоже есть мангеке, — сказал еще кто-то. — Обито не Учиха, а Хатаке, — сказал постаревший Яширо. В зале послышался смех и все обернулись к источнику звука. — Я вам не мешаю, Яширо-сан? — спросил Обито с добродушной улыбкой. — Нисколько, — прошипел мужчина. По толпе прошлась новая волна шепотков. Шисуи наметанным глазом заметил, как группа из трех человек переглянулась с Яширо. Причем это были довольно молодые люди, один из которых сразу громко спросил: — Как капитаном полиции может стать человек, женившийся на преступнице? — Шисуи про себя улыбнулся, он то ожидал, что давить будут на девичью фамилию его жены. — Преступнице? — спросил кто-то. — Хьюга Хината жестоко убила старейшину деревни, за что даже была заключена под стражу, — ответил на вопрос мужчина возраста чуть старше Обито, его звали Якуми. Он и раньше поддерживал переворот, — говорят, что у Данзо вместо внутренностей была каша. Об этом вся деревня судачит. — Это правда? — спросила одна из куноичи. — Да, — ответил Шисуи, не видя смысла отпираться. — Эта мерзкая девчонка, — сказал Яширо, но в следующую секунду замолчал, потому что трое мужчин, поддерживающих его, упали на пол. — У него мангеке, — прошёлся шепот по толпе. — Я бы попросил не оскорблять мою жену, Яширо-сан, — сказал стальным голосом Шисуи, — Разве не вы выступали за тотальное уничтожение верхушки деревни? — задал риторический вопрос парень, — Так будьте благодарны, что Хината сделала работу за вас. В зале воцарилась оглушительная тишина. Ни у кого больше не было аргументов против кандидатуры выдвинутой все еще действующим главой клана. — В ближайшую пару лет пройдут выборы на пост следующего главы клана, — сказал Фугаку, разрезая тишину, — Старейшины могут подготовить и выдвинуть своих сильных кандидатов за это время. Пока что единственным кандидатом является мой старший сын — Итачи. — То есть новый капитан полиции не рассматривается на пост главы? — задал вопрос кто-то из толпы. — Нет, — ответил Фугаку, — следующее поколение разделит власть между собой. Люди снова зашептались, но никто не осмелился возразить. — Если больше ни у кого нет вопросов и возражений, объявляю собрание закрытым. Следующее собрание состоится через месяц. Толпа разбилась на группы, обсуждая новые указы главы. В зале остались только Фугаку, Обито и Шисуи. — Обито, — обратился Фугаку, — сменится ли Хокаге за следующие два года? — Не думаю, — ответил Учиха, — хоть Какаши и не хочет занимать этот пост, преемник еще не готов взять бразды правления. И вряд ли будет готов в ближайшее десятилетие. "Удивительное время, — думал Фугаку, — Третий рвался к власти, как и Учиха, а до него Тобирама и Мадара, сейчас же никто не хочет нести такую ответственность".

***

После собрания Шисуи и Фугаку до поздней ночи провозились в Управлении. Разбирая уже неизвестно какое по счету распоряжение, потихоньку перенимая дела, Шисуи остро ощутил потребность в помощнике/заместителе. Зная себя, долго он не сможет просидеть за бумажной работой, он никогда к этому и не стремился. Даже если бы не приказ дайме, он не собирался занимать пост главы. Итачи подходил на эту роль куда лучше. — И как вы со всем справлялись один, Фугаку-сан? — подивился парень. — С делами клана мне всегда помогал Акайо. Да и время было другое, не было столько людей. Война ощутимо проредила все кланы, Нара вот до сих пор не оправились. Да и у нас уже давно намечается демографический кризис: большинство молодых шиноби еще не созрели для детей, а выжившие в последней войне уже не в состоянии их иметь. Зато Учиха с неразвитой СЦЧ плодятся будь здоров. — Вы опять намекаете на Итачи? — посмеялся Шисуи. — Я хочу, чтобы он встал у руля клана уже будучи хотя бы в браке, — устало вздохнул Фугаку, — Иначе на пост следующего главы клана не будет никого из главной семьи. — Саске может стать следующим главой после Итачи, — возразил Шисуи, — или его дети. — Саске разбавит кровь бесклановой, — поморщился глава клана, — дети будут слабыми. — Вы не правы, Фугаку-сан, — Шисуи отложил очередные документы в стопку просмотренных, — Сакура довольно сильная куноичи. — Важна кровь, Шисуи, и чакра, — не унимался Фугаку, — ты еще слишком молод, чтобы понять. У Итачи и Изуми родятся сильные дети, но не чета твоим. — Что вы имеете в виду, — нахмурился Шисуи. — Ребенок с двумя великими додзюцу, отец которого пробудил мангеке в 10 лет. Если он еще и унаследует проницательность и силу воли Хинаты, он будет уникальным. Возможно, основателем совершенно нового клана. — Не факт, что он унаследует оба, — задумался Шисуи, — Да и вероятность рождения наших детей мала. — Время покажет. — Вы недооцениваете Саске, — решил перевести с себя тему парень, — он будет сильнее Итачи, когда пробудит мангеке, — Фугаку улыбнулся. — Возможно, я не объективен, но Саске слишком упрям и импульсивен для этой работы, — он встал, разминая шею, — я, как отец, надеюсь, что он это перерастет и что я успею лично увидеть это. Шисуи напрягся. Фугаку-сан никогда не говорит ничего не важного, он всегда закладывает туда понятный одному ему смысл. Со временем Шисуи научился вычленять эти фразы из общего потока. — А вы куда-то торопитесь? — Фугаку улыбнулся. — Хокаге и его советники считают, что грядет военный конфликт с Ивой, — посерьезнел мужчина, — но об этом еще рано говорить, — Шисуи кивнул, понимая, что большего он от него не услышит.

***

Уже больше месяца прошло со дня свадьбы, Хината почти обжилась в новом доме, но, когда Шисуи уходил по делам, ей там было ужасно одиноко. Она не привыкла к подобной тишине, и то, что квартал покидать "нежелательно", осложняло ситуацию. Жаль, что почти все ребята заняты на миссиях. Вообще атмосфера в деревне стала напряженнее, не говоря уже о клане. Хината заметила, что патрулировать выходило теперь куда больше полицейских, а Шисуи часто задерживался в управлении, но делиться происходящим не торопился, старательно переводя любые темы. В последние пару дней жизнь ей скрасила маленькая серая кошечка, которая появилась позавчера у них в саду, где Хината занималась высадкой цветов. Цветы не травы, ей давалось это куда сложнее. Овощи и фрукты она посадила тоже не так давно, ее этому обучали. — Я дома, — послышалось из открытых сёдзи, ведущих в сад, где Хината устроила нового жильца. — С возвращением, — оторвалась она от кормежки кошки, — Ты голоден? — спросила она с улыбкой. — А кто это такой наглый здесь? — спросил Шисуи, но не у Хинаты. — Ха? — Это ниннеко, — сказал он уже своей жене, — причем конкретно эта иногда живет у Казуко-сама. Кошка потерлась об ноги Хинаты, а потом ни с того ни с сего зашипела на парня и вздыбила шерсть. — Шпионишь? — Шисуи притянул Хинату поближе к себе, уводя от мохнатой, — Иди, тебе здесь делать нечего. Кошка фыркнула, но с места не сдвинулась, вылизывая мордочку, после вкусной трапезы. — Вообще-то я поняла, что это не простая кошка, — уверила мужа Хината, подходя поближе к ней и опускаясь на корточки, — пусть шпионит, мне нечего скрывать, — девушка улыбнулась, — Так ты голоден? — Конечно, — он сделал вид, что расслабился, — я сегодня специально освободился пораньше. Ужасно по тебе соскучился, — Шисуи снова притянул девушку к себе и заключил в объятия, вдыхая запах ее волос. — Прям ужасно? — хихикнула девушка, про себя радуясь его присутствию. — Ты не представляешь как, — он повел ее обратно в дом, закрывая сёдзи, надеясь, что кошка не заходила в дом, пока он был занят делами дурацкой полиции. Хината прошла на кухню, чуть ли не силой вырывая руку из захвата мужа и отправляя того переодеваться. Ужин прошел обычно, Хината уже привыкла к Шисуи, даже не так. Она к нему привязалась. Ей еще никогда не было так тепло рядом с парнем. Она чувствовала себя капельку счастливее. Шисуи бывало напоминал ей, что она может не прятать свои эмоции, что ей нужно грустить, если грустно, злиться, если что-то раздражает, обижаться, плакать. Он говорит, что не ждет от нее ничего, что любит ее такой, какая она есть, что ей нужно больше отдыхать и посвящать время себе, а не дому или ему. Это все так непривычно странно. Почему она действительно начала обижаться на него, когда он сильно задерживается на работе? Почему стала злиться на это заточение в клане? Почему ей стало грустно от всех этих презрительных взглядов, когда она выходит из дома? Почему она так счастлива, когда Шисуи рассказывает ей смешные истории или гладит по голове? Почему она не может ответить на его чувства? Почему не может признать, что сердце трепещет при виде его улыбки, при звуке смеха, во время крепких объятий и его ежедневных признаний? Почему не может признать, что хочет его поцелуев? И не только... — Сегодня Итачи забегал в управление. Я хотел с ним посоветоваться на счет назначения начальника отдела дознания, — Шисуи состроил лицо, полное горя, — Почему Дайсиро-сан решил покинуть нас именно сейчас? — Он умер? — ахнула Хината. — Нет, его зрение сильно упало, — ответил Шисуи, нежно поглаживая коленку жены. Они сидели на диване в гостиной, что было вполне обычным делом. Они любили проводить время там, разговаривая на разные темы. И Хината каждый раз с нетерпением ждала, что Шисуи привычным жестом приподнимет ее ноги и положит на свои. — А твое? — с беспокойством спросила девушка. — И Итачи сказал, что Микото-сан неважно себя чувствует, — Хината нахмурилась. Во-первых, из-за того, что Шисуи проигнорировал ее вопрос, еле сдерживая виноватую улыбку, а во-вторых, потому, что действительно забеспокоилась из-за здоровья Микото-сан. — Может мне зайти к ней завтра? — Было бы отлично, — улыбнулся Шисуи, — если ты сама этого хочешь. — А что именно говорит Итачи? Шисуи раскрыл не много информации, все, что сказал ему Итачи. Его рассказ натолкнул Хинату на мысль, но она и сама об этом только читала. Она решила, что к походу к Учиха нужно подготовиться по всем фронтам. Хинату в последние годы беспокоило зрение Саске, но она с этим ничего не могла поделать. Да и вообще кто-то мог? Она не знала. Чужое додзюцу всегда было тайной, покрытой мраком. Не поэтому ли Шисуи постоянно обходит тему гаснущего зрения? Обычный шаринган сильно сажает зрение, но мангеке, как сказал Шисуи, делает это в несколько раз быстрее. Поэтому Учиха универсальные бойцы: каждый из них обязан уметь справляться без шарингана. Кроме того, Шисуи сказал, что Саске единственный Учиха, который за последние десять лет так рано пробудил додзюцу. Пробудить шаринган — пол дела, сила глаз у всех разная. Это как с бьякуганом, — решила для себя Хината. Однако если бьякуган можно шлифовать с помощью тренировок, то с шаринганом сложнее. Мангеке вообще за всю историю клана пробудило лишь несколько человек, поэтому про него мало что известно. Удивительно, что теперь то, что волновало ее с точки зрения медицины, касалось ее напрямую. У Хьюга не падало зрение от использования бьякугана, поэтому она могла лишь делать мужу припарки на основе трав и попросила Сакуру научить ее техникам, которые использует для Саске. — Так что с твоим зрением, Шисуи? — перебила его брюнетка. — Извини, я должен был сказать это тебе до свадьбы, — он опустил ноги жены на пол и беспокойно начал мерить шагами гостиную, — За последние десять лет мое зрение ухудшилось на 30%, есть большая вероятность того, что в итоге я ослепну, если буду часто использовать мангеке. — А ты делаешь это часто? Ты ведь говорил, что ту технику можно использовать только один раз в десять лет. — Кроме этой техники, есть еще много того, что дает мангеке. Например, он усиливает любое гендзюцу, любое ниндзюцу, а еще сусаноо. — Сусаноо? — поинтересовалась она, но потом отдернула себя, — Это сейчас неважно. Так значит часто. — На самом деле не так часто, как хотелось бы. Я никогда не использую шаринган на полную, и это помогает мне контролировать ухудшение зрения. Хината хихикнула, останавливая ходящего по комнате мужа. Она посадила его на диван и села на него, чувствуя, как он напрягся, прикрывая глаза. — Ты что, хвастаешься? — девушка поцеловала его в один закрытый глаз, затем второй. Она мучительно медленно целовала лицо мужа, все, кроме губ. — Моя жена искусительница, — прошептал Шисуи, перехватывая инициативу. Его руки опустились на талию девушки, крепко сжимая ее и придвигая к себе еще ближе. Поцелуй быстро перешел из нежного в страстный, Шисуи казалось, что еще чуть-чуть и он сорвется. Поэтому парень оторвался от сладких губ, на которых еще был вкус жасминового чая, и притянул голову девушки к своей груди. Он нежно обнимал жену, легко поглаживая хрупкую спину. — Я уже не смогу без тебя, — на грани слышимости сказала Хината, — поэтому обещай, что будешь беречь себя. — Обещаю, — он отодвинул брюнетку от себя, обхватывая ее лицо обеими руками, — Я люблю тебя, — он поцеловал ее в губы, — очень люблю. В эту ночь никто из них не собирался останавливаться. Убедившись, что муж крепко заснул, Хината облачилась в его черный плащ и выскользнула из дома. Она не знала, есть ли в квартале тайные ходы, поэтому, решив не рисковать долгими блужданиями без бьякугана, хотела прошмыгнуть через главные ворота. Там всегда стояли двое постовых, как и у Хьюга, однако она была уверена в своих силах. Черный плащ в темноте ночи и ее небольшой рост придавали ей решимости. Кроме того, повод для нарушения двух приказов был благородным. Как она и ожидала, проскочить мимо осоловелых постовых не составило труда. Она тихо ликовала, медленно отдаляясь от квартала, который теперь считался ее домом. — Как думаешь, стоит ли оповестить об этом Шисуи-сана? — спросил один Учиха другого, сегодня им выпала честь наблюдать за новоиспеченной Учиха, воровато выходящей из ворот. — Она правда не знает, что помимо двух постовых на воротах, есть еще четверо на деревьях? — недоумевал второй, — Я думал, Хьюга все видят. — Идиот, стала бы она выдавать себя всплеском чакры, на который бы сбежалась половина квартала, — парень закатил глаза, — Иди к Шисуи-сану и скажи, что его жена, кажется, собирается его бросить, — он гадко захихикал. — Заткинись, придурок, — ответил Кацу-кун, — не собирается она бросать наставника. Я прослежу, ничего никому не говори, — его собеседник сделался серьезным, ему не нравилось идти против порядков, но он кивнул в ответ. Учиха Кацу не так уж давно стал служить в полиции, хотя грезил об этом с детства. Сейчас он уже имел звание младшего сержанта, не без помощи Шисуи. Он рано потерял отца, уважаемого человека, как в клане, так и в полиции. Кацу очень хотел стать таким же сильным как отец, поэтому со времен генинства донимал Шисуи просьбами стать его учителем. Тогда Кацу не понимал, почему Шисуи отказывал ему, но, повзрослев и вклинившись в жизнь клана, осознал, что ему этого не позволяли старейшины. Однако именно он помог ему с тренировками перед экзаменом на чуунина, сделавшись парню хоть и не учителем, но наставником. Он его многому научил, и речь не только о техниках или тайдзюцу, наставник дал ему куда больше, чем, вероятно, осознавал. Именно потому, что Шисуи научил его смотреть на ситуацию под разными углами, и доверять людям вне зависимости от крови или фамилии, он сейчас крадется за маленькой черной точкой. Кацу перебирал в уме разные варианты: любовник, ночная прогулка, встреча с друзьями, даже уход от наставника рассматривал. Однако его очень удивило, что девушка также воровато пробиралась в квартал Хьюга ичизоку. Правда делала она это не через главные ворота, а через незаметную брешь сильно правее других ворот поменьше. Кацу улыбнулся и предположил, что она сбегала через них в детстве, когда уставала от жизни в закрытом клане. Ему такое чуждо, у Учиха не принято в чем-то ущемлять детей. Хотя все зависело от конкретной семьи. Ему, видимо, "повезло". До своей смерти отец никогда не контролировал его действия, а матери не было до этого дела. Ему даже казалось, что она облегчено вздохнула, когда он погиб. Мама сильно настаивала, чтобы он не шел по стопам отца, но Кацу был непреклонен, считая мать просто непричастной к этому ремеслу. В целом все так и было, она хоть и была Учиха по крови, но СЦЧ не развивала. Дальше идти ему было нельзя, это было бы нарушением территории чужого клана, что обязательно повлекло за собой последствия. Однако как же хотелось узнать, зачем жена наставника вернулась в родные пенаты. Может быть слухи о связи химе и ее двоюродного брата правдивы? — Ты следишь за моей женой, Кацу, — раздалось откуда-то сзади. Это был даже не вопрос. — Шишо, — испугано выдохнул парень, — я обеспечивал ей безопасность. Шисуи тихо рассмеялся. — Поверь мне, она сможет за себя постоять в случае чего. Пошли, — он развернулся и медленно пошел обратно. — Говорил же молчать об этом, — тихо ворчал Кацу, обиженно надувшись. — Ну вообще-то это правильно, — сказал Шисуи, наслаждаясь ночным воздухом. — Вы же сами говорили, что порой правильное решение противоречит уставу, — возмутился Кацу, — И вообще, неужели вы настолько ей доверяете? — Так ты защищал мою честь, Кацу? — рассмеялся Шисуи, — Конечно, доверяю. Хината — моя жена. Моя семья. Если я не буду ей доверять, будет ли она доверять мне? — А вдруг она вас обманывает? — Без доверия нет истинных отношений, а без истинных отношений нет настоящего смысла. И я говорю не только про отношения с женщиной. Любые отношения требуют доверия, я тебе сто раз говорил об этом. К тому же ты плохо знаешь, Хинату. Они уже подходили к кварталу, когда Шисуи остановился. — Спасибо, что присмотрел за ней, если ты сделал это из беспокойства за нее. Но будь так добр доверять и своему наставнику, — он с силой хлопнул парня по плечу так, что он не смог сдержать шумного выдоха, — И заходи как-нибудь познакомиться с Хинатой. — А можно? — Конечно, — улыбнулся Шисуи и пошел обратно в дом, оставляя парня наедине со своей виной. Действительно почему он подозревает жену наставника в каких-то грязных делах? Все правильно, виноват этот придурок, что накрутил его.

***

— Баа-сама, ты не спишь? — Хината с трудом прокралась, старательно скрывая чакру, в дом одной из старейшин. Девушка даже жалела, что на ней нет печати сдерживания. Она была ей близка и многому научила. Особенно после того, как Хината отказалась от главенства. Именно ее назначили для обучения всем премудростям семейной жизни. — Ты так топаешь, что любой проснется, — совершенно не удивилась женщина, — Неужели твое дело не могло подождать до утра? — И как бы я пробралась сюда при свете дня? — виновато улыбнулась девушка. — Мне нужны травы, баа-сама. — Ну а как же, я то думала, что снова придется рассказывать тебе как уложить своего мужа, — ее лицо скривилось от воспоминаний. Это была не самая любимая тема, которой она по приказу делилась с еще юной девушкой. Хината рассмеялась, поглаживая морщинистую руку. За то время пока женщина ее "обучала" премудростям жизни и наставляла про "хранительницу семейного очага", Хината привязалась к ней и даже скучала по ее упрекам и замечаниям. "Одеваешься как служительница храма, — фырчала та на нее, — так никогда мужа себе не найдешь. Только какого-нибудь нукенина, которого повергнешь в своей форме для миссий. И тогда Хиаши хватит удар". — Ты знаешь, где что лежит, — она повернулась к девушке спиной и намеревалась уйти в спальню, — дверь за собой прикрой. А то ходят тут всякие похотливые старикашки и подглядывают за моими переодеваниями. — Спасибо, — ответила девушка, сдерживая смех. Хинате повезло, что в доме были все нужные ингредиенты для косметических масок и кремов, иначе пришлось бы идти в общий сад и рвать там. А это довольно рискованно. Однако ей абсолютно не повезло на обратном пути к тайному проходу, о котором знали только она, Неджи и Ханаби. Как только она вышла на финишную прямую, на встречу ей шли двое патрульных. Она знала обоих и сначала сильно растерялась, поэтому не успела незаметно ретироваться в ближайшие кусты. — Вы были проворнее в детстве, Хината-сама, — издал смешок один из мужчин. Хината стыдливо покраснела. — Извините? — она опустила голову, — Но не могли бы вы не рассказывать отцу? — Ты что-нибудь видел, Тору? — спросил он у напарника. Тот отрицательно покачал головой, — Вот и я нет, — сказал мужчина и ободряюще улыбнулся. — Спасибо, — тихо поблагодарила брюнетка, — и извините еще раз. Она быстро прошмыгнула к скрытому ходу и также быстро вернулась в квартал Учиха, отметив, что постовых не было вообще. Может быть они сменяются? Войдя в дом, она пыталась отдышаться. Сердце бешено колотилось. — Хината, — позвал Шисуи, стоя у лестницы в полной темноте. Она вздрогнула от испуга, — "Нежелательно покидать квартал" не значит, что ты должна вести себя как преступница. Ей было очень стыдно за свое поведение, а Шисуи очень забавно наблюдать за ней. Хината ткнула выключатель и оба поморщились от резкой вспышки света. — Извини, что разбудила тебя, — она была красная от стыда. Ей вообще все это надоело. Все эти запреты и правила. Да, она это заслужила, ну и что? — Ты вышла довольно тихо, я не проснулся, а вот когда настойчиво стучали в дверь, пришлось подняться, — он нежно улыбнулся, подходя к жене. Шисуи забрал из рук тряпичную сумку, довольно увесистую, между прочим, и помог жене снять плащ. Ей он был сильно велик, полы волочились по земле. — Ты хочешь что-то приготовить? — Шисуи учуял запах трав, исходящий от сумки и от самой девушки. — Угу, — сказала она с опущенной головой, — Меня кто-то заметил? — Постовые, — беззаботно отозвался парень, — решили, что ты удумала сбежать от меня. Хината покраснела еще больше. В целом, это конечно была плохая идея. Шисуи итак устает на работе, а она побеспокоила его своими глупостями. — Ну ты же так не думаешь? — она подняла глаза на него полные сожаления, на уголках глаз даже скопилась влага. С Шисуи моментально сошло все веселье, она принимает все слишком близко к сердцу. Он сел на корточки, помогая снять обувь, коря себя за то, что довел ее. Иногда его глупое поведение не играет ему на руку. — Конечно нет, — он выпрямился и взял ее за руку, ведя на кухню, — Просто жаль, что ты веселилась без меня, — Хината замерла, не понимая шутит он или нет, — Давай в следующий раз пойдем обворовывать Хьюга вместе? — Я не воровала, — возмутилась брюнетка, — хоть это может быть и выглядит так со стороны. Хината, помолчав, рассмеялась, представляя, как они вдвоем воруют любимую дорогую ручку отца глубокой ночью, и расслабилась, осознавая, что он не подумал про нее ничего плохого. — Тебе помочь? — Нет, тебе нужно поспать, — слишком быстро ответила Хината, все еще чувствуя себя не в своей тарелке из-за случившегося, — Давай я тебя уложу? — игриво предложила девушка, вводя в замешательство мужа. Шисуи фыркнул. — Я что маленький? Он наиграно возмутился, а затем резко подхватил на руки звонко заливающуюся девушку и понес в спальню.