Экстра. ч. 15. Еще один прыжок

      После того как Терренс скрылся за дверью каюты, выждав пару минут, из своей выбрался Эрик, вид у него был помятый. Он пытался поспать, но куда там? Эти двое точно не пытались вести себя потише, чтоб их…       Тринадцатый зашёл в кают-кампанию и рот открыл: Хью предстал перед ним буквально во всей красе, демонстрируя широкоплечую фигуру с очень узкими бёдрами, и мягкий рельеф под идеальной чуть загорелой безволосой кожей. Он замер, невольно сглотнув, и наклонил голову набок, безвольно глазея. Оторваться было сложно, мало того, он находил в этой фигуре какую-то невыразимую прелесть, Хью казался идеальным, но не рафинированным, как вылизанная картинка, а именно что… совершенным.       — Эрик! —Девятый отложил посуду и, широко улыбнувшись, сгрёб того в крепкие объятия, — спасибо… спасибо за всё. За помощь на Марсе, за то, что заставил рассказать всё Терри, и главное, за его спасение. Ты не представляешь, как я тебе благодарен, если ты что-то захочешь, только скажи…       — То, что я хочу вот прямо сейчас, упёрлось бы в тебя колом, если б я намеренно это не убрал.— Эрик медленно вдохнул и выдохнул, не отказав себе, впрочем, в том, чтоб погладить синтета по спине.       На Девятого обрушилось вязкое тепло влечения, что сейчас бурлило внутри голубоглазого метаморфа, порождая смутные образы из нежных прикосновений и грубого проникновения.       — Тем более что я теперь точно знаю, что это у тебя собственные потребности, а не потакание человеческим.       — Оу, прости, — от показанных ощущений по телу прокатилось тепло, Хью отодвинулся и отвёл взгляд, смутившись, — С моей стороны было нечестно так поступать. Я ведь знал, что у тебя давно никого не было, а мы тут… — Он посмотрел на диван, и на лицо наползла глупая улыбка, — но я не смог удержаться. Я правда так благодарен. Ты не представляешь, как я рад, что ты тут. — Девятый облокотился руками на стол, — может, хочешь что-то выпить?       — Если ты меня напоишь, то я точно тебя трахну, поэтому не надо. И, заклинаю тебя, прикрой задницу. — Бентинк рассмеялся, обошёл стол и поставил чайник.       — Серьёзно? — Он растерянно нахмурился и осмотрел себя, впервые услышал подобное от собрата и пришёл к новой для себя мысли: что раз Тринадцатый ранее был человеком, то нагота его всё же смущает. Он шире улыбнулся и, проходя мимо Эрика, погладил того по плечу, — конечно.       Синтет натянул штаны.       — Так лучше?       — Да, определённо, спасибо. — Только теперь Бентинк обернулся, прошёл через кают-кампанию и устроился на диване. — Для меня много значит твоя благодарность. И я рад, что у тебя с Терри всё так… так хорошо. На самом деле рад.       Пару минут висела тишина — не неловкая, просто спокойная, Девятый отправил тарелки в мойку и заварил чай.       — Не волнуйся, — он уселся рядом и подал кружку, — ты замечательный и обязательно найдёшь себе кластер… — он сделал пару глотков из своей и добавил, глядя в сторону: — Может, когда Кая найдём, получится разобраться со всем этим недоразумением, и вы будете вместе…       — Я не хочу быть с Каем, он меня уже дважды бросил, и я прекрасно понимаю, что… В общем, меня тянет, но романтических чувств я в его сторону не испытываю. Скорее хочу спросить с него всё: «Какого хрена, Серый?» — Он обнял кружку ладонями и ссутулился, уперев локти в колени. — Эта тяга как наркотическая. Она нездоровая, и я это хорошо понимаю. Иногда даже думаю, что предпочёл бы, чтобы его вообще не было в моей жизни…       — Я не знаю всей вашей истории… И, возможно, тогда действительно тебе было бы жить легче, — он закусил губу, — но тогда бы я потерял Терри. Это эгоистично, знаю… Но я безумно рад, что ты тут сейчас… Терри, наверно, спит, но я обещал прийти… Ты как? — Он положил ладонь на колено голубоглазому и наклонился к нему, чтобы коснуться виска.       Эрик хотел ответить про то, что его в живых бы не было, повернул голову, и сухой тёплый поцелуй пришёлся в губы. Он смутился и закусил внутреннюю сторону щеки, не сводя с Хью глаз.       Внезапный поцелуй оказался неожиданностью, черноглазый не собирался целовать в губы, но он бы соврал, если бы сказал, что было неприятно. Это было чертовски приятно, настолько, что член стал упираться в ширинку. Морф решил сделать вид, что ничего не произошло.       — Я… Хью, я не думаю, что уместно меня сейчас спрашивать. Я не хочу тебе врать, а мысли и желания мои сейчас слишком сконцентрированы на некоторых вещах.       — На некоторых вещах? — Девятый закусил губу и отодвинулся. — Понял… Тогда я пойду, не буду тебе мешать.       — Можно ты ненадолго останешься? — негромко попросил Эрик. — С тобой… — Он глубоко вздохнул, подбирая правильные слова. — С тобой легко, знаешь… Как будто мы давно знакомы, и даже то, как ты зажимаешься, этому не мешает. С тобой я не чувствую, что я сам по себе.       — Мне с тобой тоже легко… Даже удивительно, будто так и должно быть… Прости, — он, смущаясь, покосился на Эрика, а потом нырнул ему под руку, — ты не будешь больше один. Мы тебя не оставим, пока ты не найдёшь себе кластер… и не отпустим.       — Спасибо. И ты не должен извиняться.       Эрик чувствовал контакт, как через тонкую ткань рубашки просачивается тепло доверчиво прижавшегося тела. Было хорошо. Просто и без затей, похоть ушла, оставив только пушистое, обволакивающее, уютное чувство.       Девятый расслабленно потягивал чай, если бы с другой стороны сидел Терри, согревая правый бок, то было бы совсем прекрасно. Но и сейчас было хорошо. В очередной раз в голову пришло, что так и должно быть…       — Расскажешь о себе? — поинтересовался Девятый, посмотрев на Эрика и допивая чай. — Детство, юность, самое любимое воспоминание… — Он пожал плечами. — У меня ведь этого не было. Интересно…       — Так сразу сложно рассказать, — он сделал пару глотков и посмотрел на Хью, — я поздний ребёнок, единственный. Родители меня любили, ждали многого. Но они умерли, когда я заканчивал университет, — ничего особенного, просто возраст. Вроде как все: старался, работал, разве что пренебрегал личной жизнью, ну, то есть было разное, но с постоянными партнёрами не клеилось, всё уходило в работу. С другой стороны, благодаря этому я был одним из самых молодых докторов, заработал несколько грантов и получил собственный отдел. Ну… почти получил. Мне должны были дать помощника, но вместо него явился Кай, и… на этом история Эрика Бентинка на его родной планете кончается.       — Это здорово… — мечтательно проговорил Хью, допил чай и поставил на стол чашку, — родители, чувствовать любовь, заботу… Приятно было, наверное. — Он посмотрел на Бентинка. — Я всегда считал, что не справляюсь, и поэтому меня часто в стазис клали… И чем больше я старался, тем дольше в нём держали… Верил слухам по поводу Кая и, когда его отправили меня вытаскивать, даже испугался… а потом узнал его. Ну, мне так казалось. — Девятый облокотился на спинку, опустив взгляд. — А потом узнал, что он убил Сэла, и теперь я не знаю, чему верить…       — Я его знаю как очень заботливого, пусть и не особенно сообразительного в том плане, что рассчитывать наперёд он умел со скрипом и слишком легко поддавался эмоциям… — Эрик отставил чашку и улёгся головой Хью на бедро, сцепив руки замком на животе. — Если тебе важно моё мнение, то есть всего два варианта, почему он это сделал.       — Я думал… — Девятый закусил губу, грустно глядя на свои руки, — помню состояние Сэла, когда последний раз его видел… С каждым моим посещением ему было все хуже… Когда я узнал, что меня хотят на его место поставить, то… — Хью обнял себя руками, — я бы не выдержал и половины того, что с ним делали, и такого оптимизма во мне точно нет… Я бы сам попросил, чтобы меня убили… — Он красочно представил, как его поймают и поставят в производство, он лучше тогда сам себя сожрёт и убьёт, нежели допустит такое… — Или Кай просто спятил, — истерически хохотнул морф, печально глянув на Эрика, — а твои какие варианты?       — Мои варианты в том, что у него не было выбора или это сделал не он, — Эрик смотрел на него снизу вверх и завёл одну руку, приобняв его за поясницу, — а вот в то, что он спятил, я не верю. Это бы случилось гораздо раньше, если б было возможно.       — Твои варианты мне нравятся больше…       — Может, он вспомнил, кем был на самом деле?       — Вспомнил, кем был? Интересно кем? — Хью запустил руку в короткие волосы.       — Таким же наивным балбесом, в этом я уверен. — Эрик прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями. Он понял, что это то, чего ему не хватало, — не перемывать кости общему знакомому, а это. Вот такой контакт, просто быть рядом, чувствовать.       Не то чтобы он был одинок и неприкаян всё время, после той памятной встречи с Эндрю у него были партнеры, были попытки построить отношения. Но… никто не понимал его по-настоящему, он ни к кому из своих партнеров не мог подойти и поговорить по душам, несколько раз он пытался открыться, но… кто поверит, что ты не человек, а если и поверит, то кто примет такую природу, кто поймёт?       Таких он найти не смог.       — А… — грустно усмехнулся Девятый, — Сейчас хочу думать о том, что ты и Терри мне подарили, — он посмотрел на Эрика, нежно улыбнувшись, — и я счастлив, как никогда не был. Значит, не всё так плохо. — Он продолжал массировать голову, и взгляд упал на губы, к которым потянуло, чуть покраснев, он отвёл взгляд. — Как тебе каюта? Если чего-то не хватает, говори.       — В бытовом смысле всё в порядке, а уж после того, что мне с таким трудом удалось получить в Долине, вообще отлично, не волнуйся. — Ладонь на пояснице стала мягко поглаживать спину. — А тебе чего-то не хватает?       По спине пробежали мурашки, Девятый закусил губу, обдумывая, что же это, и решил, что он реагирует на близкий контакт с собратом. Хотя сам не помнил, чтобы рядом с другими метаморфами такое было.       — Да нет, мне тоже всего хватает, — наконец заговорил Хью, — даже больше, чем у меня когда-либо было. Я почти два месяца в стазис не ложился.       Голубые глаза мягко смотрели на постепенно расслабляющегося Девятого. Да, выглядели они на примерно одинаковый возраст, но разница в восприятии и опыте ощущалась хорошо.       — У тебя очень ласковые руки…       — У тебя тоже.       Эрик улыбнулся сильнее и поманил Хью к себе указательным пальцем.       — Мм… Что такое? — Девятый нагнулся, подставляя ухо, думая, что Тринадцатый хочет что-то сказать.       Мягкие губы коснулись угла его челюсти, шеи под ухом, а потом прихватили нежную чувствительную мочку. Голубоглазый не держал его, поманившая рука снова легла на живот, позволяя отстраниться тогда, когда Хью захочет.       Девятый прикрыл глаза, застонав. Непонятно почему, но всё внутри отзывалось на Эрика, и очень хотелось поддаться этому желанию и провалиться. Но тут же в голове возник Терри, который его ждал и которому он недавно признался в любви.       Стало стыдно: у людей такое не принято, и он ни за что не причинит боль любимому человеку. Хью подскочил, так резко, что спихнул Тринадцатого на пол.       — Извини, я не могу…       Девятый поспешно покинул кают-кампанию, а Эрик так и остался лежать на полу, беззвучно посмеиваясь, услышав, как быстро открылась и закрылась дверь в каюту.       Ладно, значит, он попробует зайти с другой стороны.

***

      Агент разбудил настойчивый ритмичный попискивающий звук и жёлтый огонёк, мигавший над кроватью, — сигнал от ИИ корабля.       — Джей, что случилось? — Гордон только один глаз приоткрыл.       — Неизвестный корабль поднимается с поверхности, расстояние тысяча двести тридцать километров, направление неизвестно. Ионный след совпадает с тем, что мы преследовали ранее.       — Вот чёрт! — Агент выкатился из кровати и тут же влез в штаны. — Давай за ним и дай мне картинку.              — Как это поднимается? — Девятый тут же подскочил. — Зачем же они сюда прилетали?       — Перед отлётом был сигнал извне? — Гордон выскочил из каюты и пробежал в отсек управления, даже не услышав вопроса. — Все частоты.       — Был сигнал корпоративного аварийного маяка, модель, якобы пославшая сигнал, утилизирована не позднее две тысячи сто первого года, я решил, что это сбой систем приёма.       — Вселенский дух, Джей, мы гоняемся за тем, кто с две тысячи сто первого года скрывается! — гаркнул Терренс и плюхнулся в пилотское кресло. — Дай мне картинку!       На экране появился огромный корабль, сюрреалистичный в своём величии, он неспешно поднимался из рваного марева электростатической бури, не боясь вспыхивающих совсем близко лиловых разрядов. Это творение инопланетных инженеров казалось живым звёздным зверем, огромной мантой, которая может преодолевать межпланетное пространство так же легко, как манты морские и песчаные движутся в своей родной среде. Гордону на секунду показалось, что транспорт Двенадцатого, а это был он, без сомнений, взмахнул крыльями.       — Что за… — Хью не успел моргнуть, как видение исчезло.       — Неизвестный корабль ушёл в прыжок с минимально возможной высоты, — констатировал ИИ, — фиксирую переход в CS-355-148.       — Это точно Кай, больше некому, гони за ним! — скомандовал Терри. — Хью, пристегнись!       Двигатели загудели громче, и «Хорёк» стал подниматься из верхних слоёв атмосферы, чтобы выйти на вектор для перехода в Прокол. У дверей отсека появился сонный Эрик.       — Что случилось?       — Это Кай, — проговорил Хью, усаживаясь в кресло второго пилота, и повернулся к Эрику. — Мы идём за ним. Пристегнись.       Не придумав ничего лучше, Тринадцатый просто вцепился в дверной проём. БоИИ набрал скорость и включил счётчик обратного отсчёта на бортовом «Акросе».       …3 …2 …1       По ним ударило перегрузкой, и без того тёмный космос провалился в абсолютную густую черноту.       У Бентинка скрутило желудок, и он закашлялся, согнувшись пополам.       — Время прыжка сорок семь часов девятнадцать минут, — объявил Джейсон, и на проекторе между сиденьями пилотов появились цифры обратного отчёта.       — Знакомое название прокола, — проговорил Хью, посмотрев на Терри, — очень знакомое, но не помню откуда… Я там точно не был.       — Может, кто-то рассказывал… — Эрик выпрямился и, подавив рвотный позыв, прикрыл рот рукой, но вновь согнулся пополам.       — Нет… У нас как-то не принято было делиться впечатлениями о миссиях…       — Тогда либо кто-то показывал, либо протокол читал, — морф упёрся рукой в проём, а другой в бок, пытаясь прийти в себя, — давно не прыгал, отвык уже. Хотя казалось бы…       — Показывал… — тихонько себе под нос пробормотал Девятый, и тут он вспомнил, как Кай показывал, какими могут быть люди. Глаза расширились. — Это прокол, куда его ссылали. Дом человека, с которым он был синхронизирован… Зачем ему туда?       — Его позвали. — Гордон постучал пальцами по панели, равнодушный к страданиям третьего в их компании, а вот Бентинк замер, как олень в свете фар, услышав про синхронизацию с человеком. — Видимо, там даже спустя столько лет у него кто-то остался.       — Минимум лет сто… Кто-то всё ещё жив?       — Пу-пу-пу… щас прикинем… — Терри прошёлся по кнопкам и открыл данные из бортовой системы. — Там… судя по коэффициенту, прошло девяносто два года с момента, как Кай покинул этот прокол и вернулся.       — Я готов поверить, что у него или его партнёра там внуки, — задумчиво пробормотал Эрик.       — Внуки… — прошептал синтет, — может… — Он посмотрел вначале на одного, потом на другого. — Лететь сорок семь часов, чем будем заниматься?       — Я бы выпил, с такими-то новостями. — Эрик вздохнул.       То, что Серый оказался совсем рядом, странно отозвалось внутри: стало не по себе и появился страх, захотелось спрятаться, совсем по-детски, когда прячешься за юбку матери, только сейчас так же хотелось спрятаться за Терренса. Какого чёрта за Терренса? Эрик тряхнул головой и его взгляд упёрся в затылок агента. Он пытался понять почему, но смог только предположить, что то, как Хью опирается на этого человека, передалось и ему.       — У вас есть кедровая водка?       — Я… Я не знаю… Я только два раза пил и… — потерялся черноглазый, — он покупал. — Хью посмотрел вначале на Эрика, потом на Гордона, отчего-то стало неловко из-за произошедшего накануне, и, отведя взгляд, направился к выходу.       — Мне кажется, я пропустил между вами больше, чем думал. Так? — Гордон поднялся из пилотского кресла и прошёл мимо в сторону кают-кампании. — Пошли, док, посмотрим, что у нас есть.       — Док?       — Ну ты же доктор Бентинк, все дела.       — Ну, если только…       — Так что я пропустил?       — Ну… вероятно, если не скажу я, то скажет большой брат, который смотрит из каждого угла? — вкрадчиво поинтересовался морф.       — Верно.       — Я вчера позволил себе поцелуй, ну… понимаешь, не такой, как при первой встрече.       — Ты что сделал?! — резко обернулся Терренс, он угрожающе двинулся на Тринадцатого, и тот, несмотря на то что был крупнее, отступил и прижался спиной к стене.       — Прости, я… Это больше не повторится.       — Не смей к нему прикасаться без прямого явного разрешения, понял? — Гордон ткнул пальцем в грудь Эрика. — Если ты его обидишь, я тебе затылок прострелю.       — Ты… Так ты ревнуешь или нет? — Морф вылупил глаза.       — Я достаточно уверен, что он от меня не откажется, — агент вздёрнул подбородок и с вызовом посмотрел снизу вверх, — а вот в тебе я не уверен. Было бы проще, если б ты сразу был таким, как сейчас. Но ты был человеком, а люди меня слишком часто предавали.       — Я понял, — Эрик поднял руки вверх и чуть расслабился, — обещаю, что этого больше не повторится без твоего разрешения… Должен заметить, он сразу к тебе убежал. Это было очень мило… Не повторится, — повторил Бентинк и показал пальцем на выход. — Ну так выпьем?       — Без его разрешения, придурок, — рыкнул агент. — Я ему не хозяин и быть им не собираюсь. — Он наконец отступил и пошёл к кухонному блоку, где был спрятан небольшой бар.       — Без его? — улыбнулся Эрик и пошел следом. — Понял. Учту. Вы так заботитесь друг о друге. Это подкупает…       — Да сколько угодно. Кедровой водки нет, есть текила и бурбон, ещё немного пива осталось. — Терри стал выставлять бутылки на стол, потом достал роксы. — Со льдом или с камнем?       — Со льдом, — ухмыльнулся морф, вспомнив, как те же напитки они пили с Каем, когда летели в Альфа. Они по уставу, что ли, положены?       Бентинк уселся за стол, рассматривая Гордона: крепкие мышцы, красивые черты лица, милая улыбка, которой сейчас не было, но она запомнилась.       — Так чем тебя зацепил Хью? — спросил он, наблюдая, как человек разливает напитки. — Его жидкости наркотическую зависимость не провоцируют. Значит, дело в нём самом…

***

      Пока двое разговаривали в кают-компании, Девятый, ополоснувшись вернулся в свою отдельную каюту. Достав коммуникатор, сделал запрос Карпину по поводу Эрика Бентинка и его версии событий в отношении Двенадцатого.       Хью вернулся в кают-компанию и невольно чуть улыбнулся, увидев вместе Терри и Эрика, вновь ощутил целостность. Бентинк это почувствовал и, улыбнувшись, отсалютовал бурбоном. Синтет смутился и отвёл взгляд.       — О чём говорите? — Девятый подошёл к напарнику.       — О том, что кто-то больше не будет приставать к тебе без разрешения, о том, хочу ли я стать одним из вас, и том, что с моей стороны нецелесообразно вас выдавать… — Терри приобнял синтета за пояс и задрал голову, послав ему поцелуйчик. — А ещё мы выяснили некоторые забавные физиологические реакции.       — Ой, да иди ты… — фыркнул Бентинк.       — Чего? Кажется, я зря уходил.       — Может быть. — Терри бросил взгляд на Эрика и увидел неприкрытую зависть. — Каждый из нас пропустил сегодня что-то интересное, да, Сердце? Можно попробовать наверстать, если хочешь.       Хью резко посмотрел на Эрика, запоздало догадавшись, о чём говорит Гордон.       — Я собирался сам рассказать. Зачем ты?..       — Он мне угрожал! — На лице показалась глупая улыбка. — Я показать могу!       — Нет, угрожать тебе я начал сразу после, — Гордон показал на него стаканом, — и я тоже могу показать, что тут произошло, как и посмотреть, если посчитаю нужным. — Он поднял взгляд на Девятого. — Тебе не надо оправдываться, Сердце. Знаешь, бывают вещи, которых ты хочешь, потому что это заключено в твоей природе, и, даже если ты привык думать, что остальным это не понравится, это не значит, что надо себя сковывать. Просто надо отыскать тех, кто воспринимает и приветствует это. Понимаешь, о чём я?       Хью затаил дыхание и влюблённо посмотрел на Терри, закусил губу и закивал.       — Я понял. — ещё раз чмокнув в нос своего человека, синтет со счастливой улыбкой пошёл к кухне. — Я могу закуски достать. Будете?       — Нет, спасибо, я обойдусь без закуски.       — Какие интересные речи ты толкаешь, агент Гордон, — поддразнил его Эрик, — а что такого было у тебя, что заключено в твоей природе, раз ты говоришь об этом так… уверено?        Терри перевёл взгляд на Эрика, янтарные глаза блеснули по-звериному.       — Я любил того, кому это было не нужно. И он не мог и не хотел принимать меня третьим, хотя… хотя я был с ним до того, как он женился. — Он стал загибать пальцы. — А до этого были сложности из-за предпочтений в постели, как будто бы это меня характеризовало как-то на службе, а до этого были вопросы несостыковки интересов, херня для меня взрослого, но тогда, подростком, я считал это очень важным. А ещё у меня был напарник-людоед. Продолжать?       — Не надо, я понял.       Девятый отвернулся и нахмурился, поджав губы, от услышанного он почувствовал ревность. Головой он понимал, что это прошлое, ещё и далёкое, но то головой… Прикрыв глаза, он глубоко вздохнул и, достав стакан, налил себе текилы, выпил залпом и скривился.       — Как жжет, как жжет. — Он открыл рот и замахал рукой.       — Сердце, пить вот так с налету — идея так себе. — Терри поднялся и похлопал Хью по плечу. — Давай, раз уж ты хочешь это продолжать, я сделаю тебе коктейль. Алкоголь должен приносить удовольствие.       Хью быстро закивал, пытаясь отдышаться.       — Я не подумал, что так будет.       — Сейчас посмотрим, что у нас есть… — Терри обошёл кухонный островок и нырнул вниз, набрав льда в большой стакан, туда же отправилась порция текилы, после он нажал несколько кнопок и получил порцию синтезированного сока — в «Хорьке» стоял пищевой принтер, но Терри предпочитал готовить сам, а из принтера получать ингредиенты.       Пока он возился, Эрик встал с дивана и пересел за стол к остальным, вытянув ноги под столешницей. Он обновил себе бурбон, с интересом наблюдая за агентом.       — Ещё и коктейли, да?       — Ну, у меня есть некоторые пристрастия, — пожал плечами Гордон, доставая тёмно-красный сироп и наливая его по стеночке, отчего напиток приобрел мягкий градиент, как рассветное небо.       — Как красиво, — Девятый, чтобы случайно не перемешать коктейль, подняв его, присел рассмотреть градиент и поднял глаза, — его пить жалко…       — А ты не жалей, — Терри улыбнулся, — вообще не жалей.       Они вернулись за круглый стол, расположившись как-то само собой примерно равным треугольником, посередине стояли снеки и бутылки, бывший бодигард, а теперь, кажется, и бывший агент, цедил текилу, закинув босые ноги на столешницу, и улыбался. Это комфортно воспринималось, как ни странно, Эрик вписывался, пусть и выкидывал странные фортели. За столом морф посматривал то на одного, то на другого и пытался скрыть довольную улыбку. Он сам не понимал, что вновь почувствовал, что именно так и должно быть. Хью понимал, что это просто инстинкт метаморфа в необходимости кластера, но всё равно было приятно вот так сидеть вместе.       Хью взял стакан в руки и, подняв ещё, посмотрел на свет, улыбнулся и отпил, удивлённо расшив глаза.       — Как вкусно, — он вновь посмотрел на Терри, — алкоголь не чувствуется.

***

      «Хорёк» вышел из прыжка, и Бо-ИИ направил его по ионному следу «Ската», совсем ещё свежему.       — Охренеть они шустрые, конечно, — ворчал Терренс, сидя у штурвала.       Меж небесных тел были натянуты тонкие жгуты красноватых проксионных тоннелей, но корабль избегал их, а уже на подлёте к нужной планете стало понятно, что эти путеводные линии перекрыты.       — Что у нас в эфире? — поинтересовался Гордон, и Джей стал выводить текущие новостные сводки до тех пор, пока внимание агента не зацепилось за одну, которую и так и эдак смаковали все новостные платформы системы. — Сука, серьёзно?       «ВГКД проводила рейд города в поисках бездомных детей, чтобы помочь в поисках семьи, пристанища, цели жизни, так как, по статистике, девяносто пять процентов из них становятся на кривую дорожку и в конце концов оказываются в тюрьмах.       С подростками разговаривает психолог, помогает разобраться, что же произошло в их жизни и почему они теперь тут. Помогают поступить на обучение или находят работу.       Но сегодня эта миссия была прервана бывшим бойцом Владом Ортегой, который, ворвавшись на территорию трущоб, где искали беспризорных детей, по неизвестной причине, вытащив свои модификации, стал убивать всех на своём пути: солдат, командующих и даже детей. В общей сложности погибло…»       — Это не может быть Кай… — Хью всматривался в экран, новости продолжались, появилось сообщение.       «Просьба убрать от голоэкранов детей и слабонервных. Присутствуют сцены насилия».       На экране возник Влад с мёртвым хищным взглядом и выпущенными когтями. Он разрывал бежавших от него солдат, некоторые бросали оружие и поднимали руки вверх, что сдаются. Но синтет будто не видел этого, он бросался и рвал их на куски…       — Нет… это Кай… — Девятый сглотнул и закусил губу, — это абсолютно точно Кай. — Он посмотрел на напарника, спросив, при этом понимая, что Терри знает ровно столько же, сколько и он, но ему надо было это спросить вслух: — Что происходит? Он не мог напасть на детей… Может, ему голову прострелили…       Рядом с Владом появилась невысокая фигурка — ещё одна оболочка, которой пользоваться Серый. Взмах руки — и ветвистая молния прошила нескольких нападавших, зацепила дрон с камерой, и трансляция прервалась.       «Срочное объявление, — продолжил диктор, — власти объявили эвакуацию в центральной больнице шестого района для спецоперации по задержанию опасного террориста.       Сообщается, что его сообщник, известный в прошлом преступник Зейн Громов, убит, остальным удалось скрыться, ведётся преследование. Распознан третий человек в преступной группе — Эйден Ковач, ранее разыскиваемый за нападение на…»       — Это просто сюр какой-то, — покачал головой Гордон, выключив звук, — и они перекрыли всё, мы не попадём на планету.       — Это не понадобится, — раздался голос Эрика, который, в отличие от пары, смотрел не в экраны, а в визор, где с планеты под обстрелом поднимался «Скат», стоило ему достаточно отдалиться от планеты, как он исчез в яркой вспышке, — понадобится ещё один прыжок.