Недевственик с обеих сторон

Келлан встречал альфу в пеньюаре и с размазанным по лицу макияжем. Розовый блеск немного уполз на щеки и подбородок, стрелки поплыли и почти стерлись, превратившись в небольшие черные разводы возле глаз. С ног омеги стекала естественная мазка, сочившаяся сзади, спереди тоже виднелись липкие следы из-за обильных выделений того, с кем ранее проводил время невинный юноша. Большой полувставший член парня будто не понимал пора вставать и совершать еще один сексуальный подвиг или все-таки не стоит, ведь вроде как никакого действа нет. Зато соски гордо торчали под прозрачной тканью, и явно не от холода, на брачном ложе очень даже жарко. — Ты вовремя, Вик. — Улыбнулся блондин, подхватив мужчину под руку, чтобы подвести его к кровати, где лежал уж очень уставший, но весь залюбленный омега, покрытый следами от помады, что сейчас пачкала лицо Келлана. — И половины ночи не прошло. Не врут все же люди о величии рода Мортон в делах любовных. — Уорвик принялся рассматривать последствия бурного исполнения супружеского долга. Годдард с выпирающим животом, сонно поглядывал на вошедшего в комнату, его руки блуждали по бугорку, размазывая сильнее блестящую помаду по рукам и туловищу. Член омеги приобрел иной оттенок от того, который помнил альфа, и немного сверкал на свету из-за все той же помады, что использовал Мортон. Яички Годдарда, так же оказавшиеся помеченными следами губ новоиспеченного младшего мужа, приковывали к себе взгляд. Первая брачная ночь Годдарда с альфой все же заполнилась не страстью в положении лежа, даже не взаимным вожделением, наполненным нежной любовью, а удивительно глупыми совпадениями. Слуги забыли закрыть окна, и их выбило сильным ветром во время страшной бури, взявшейся буквально из ниоткуда. Молодоженам пришлось сменить комнату, но по нелепой случайности именно там решила заночевать кошка альфы, свернувшаяся в клубок за какой-то из подушек. И когда подступал момент близости, молния ослепила все вокруг на несколько секунд, а потом раздался гром, разбудивший ранее спящую зверушку. Она, явно не ожидавшая увидеть рядом с собой людей, да еще и напуганная громом, пришла в ужас, переросший в агрессию. Кошка бегала по комнате, шипела, кидалась и испортила всю романтическую атмосферу, отрезвляя парочку окончательно. И видимо, вторая "первая брачная ночь" Годдарда прошла куда удачнее. — Нравится, как он выглядит после меня? — С игривым огоньком в глазах спросил юноша, заметив пристальный взгляд Уорвика, блуждающий по омеге. — Очень. — Не пытался скрыть восхищения альфа. Если уж Келлан может сотворить такое, пока является "невинным", то что же он будет вытворять через несколько лет, когда приобретет куда больше опыта? Мужчина явно не прогадал с выбором младшего мужа, с таким они с Годдардом точно не соскучатся. — Но меня сейчас больше интересует, как будешь выглядеть ты после меня. — О... — Почему-то ранее уверенный в себе парень резко уставился в пол, будто смутился от такого заявления супруга, хотя секундой ранее горделиво красовался первыми сексуальными подвигами. — Я не... Мм... Уорвик, я знаю, что мои родители говорили о моей девственности, пытаясь меня выгоднее выдать замуж, но... В роду Мортон все проходят уроки полового просвещения, и я... Ну, секса у меня до этой ночи ни с кем не было, но я сам с собой... — Юноша резко прикрыл руками лицо и выпалил. — Я далеко не такой узкий, как другие омеги! Но я правда девственник, честно! — Пф... С одной стороны ты уже не девственник. — Фыркнул омега на ложе, пытающийся не уснуть от усталости. — Почему-то ты совершенно не стеснялся, когда лишался невинности со мной и дразнил, что имеешь "большие достоинства", а теперь смущаешься перед Виком своих размеров. — С альфой все иначе! — Парировал Келлан, убирая руки от лица, чтобы зыркнуть на обнаженного сонного мужчину. — Мне пора начинать ревновать? — Уорвик улыбнулся, видя то, как взаимодействуют его супруги. На самом деле он ожидал провала и готовился к тому, что зайдет в комнату и увидит там погром, скандалящих омег и, возможно, скорый развод. Но перед ним сейчас расслабленный и полностью удовлетворенный Годдард и Келлан, который так очевидно отдает предпочтение больше омеге, чем альфе. — Тебе пора начинать зачатие нашего ребенка. — Пробурчал Годдард. — Не я один тут должен лежать с животом. — Пытаясь взять в кулак последние силы и не заснуть, омега приказным тоном выдал. — Если в течении года у меня на руках не окажется младенца, я выгоню вас обоих из поместья. — Как пожелает мой омега. — Усмехнулся мужчина, а потом перевел взгляд на юношу, пытаясь уловить его настрой. Насколько тот действительно готов к беременности и родительству? Уорвик брал его в мужья и просчитывал наперед, как в течении нескольких лет будет плавно мирить двух омег, чтобы наконец-то добиться рождения наследника, после которого Годдард не прибьет младшего мужа, а наоборот разрешит тому участвовать в жизни ребенка. И это произошло бы лет через пять, как минимум, но точно не сейчас. — Мм... Я пойду умоюсь, пока раздеваетесь. — Келлан быстро прошмыгнул за дверь, оставляя супругов наедине. Альфа действительно разделся, оставляя одежду на небольшом кресле, но приметил кружевные трусики, валяющиеся на полу. Годдард сразу понял и закатил глаза, как только Вик поднял их. Ну, конечно же, мужчина натянул их на голого омегу, чтобы тот якобы не застудился... в теплой комнате, отапливаемой камином. Да, тонкие кружева точно спасут от холода. Рассматривая снова то, как красиво выпирает животик его любимого, у Уорвика появилась замечательная мысль. Не может же Годдард пропустить такое важное событие, как зачатие их ребенка, нельзя позволить омеге заснуть. А Келлану нужно отвлечься от мысли, что прямо сейчас он займется сексом с альфой. Парня явно смущает контакт с противоположным полом из-за того, что незамужним омегам с дальних земель часто внушают, якобы девственность и следовательно узость — это главные критерии, по которым будут их судить альфы. Так считают лишь необразованные люди, и выйди Мортон за кого-то не большого ума, нарвался бы на обвинения в распутстве до свадьбы. Забавно, что история, которой уже больше половины тысячелетия до сих пор блуждает в умах народа. Когда-то один не самый благородный барон решил взять себе мужа из довольно знаменитой графской семьи, как-то он их там шантажировал и вынудил тот род действительно отдать омегу замуж. Но вместо того, на кого рассчитывал барон, ему привезли совсем другого, причем альбиноса. И это настолько взбесило альфу, что он придумал, как отомстить и опозорить все равно этот род. Якобы омега был распутен, не узок из-за огромного количества половых партнеров. И тот барон так распинался, пытаясь всем доказать свою "правду", что некоторые действительно поверили, якобы омегу может "растянуть" из-за количества секса с разными альфами. Глупость та еще, конечно, но ведь в умах людей осталось до сих пор. Помнится, как Годдард, услышав этот миф, так разбушевался, что заставил многих известных гувернеров внести в свои программы обучения принудительные уроки анатомии, рассказывающие, что омегу ни членом, ни узлом нельзя так растянуть, тем более, что омеги даже после рождения детей приходят в норму и не становятся, настолько растянутыми, насколько какие-то идиоты описывают. И в принципе та самая "растянутость" может быть только от слабого тонуса мышц, а не из-за количества половых партнеров. Возможно, Годдард так остро отреагировал именно из-за того, насколько же эта чушь разнится с его опытом. О, как же они маялись каждый раз, когда пытались заняться сексом. Даже во время течки, когда омега весь истекал смазкой, им было тяжело, не смотря на то, сколько раз они занимались сексом в это время. Даже после нескольких раз подряд на следующий же день снова становилось невозможно войти без предварительного растягивания пальцами. Но возраст все же взял свое, после тридцати Годдард стал податливее, а сейчас в него можно войти и без такого труда, как раньше. — Даже знать не хочу, о чем ты сейчас думаешь. — Пробормотал мужчина. — О, нет-нет. Скоро все равно придется узнать. — Альфа достал из шкафа с постельным бельем несколько подушек, чтобы уложить их на кровать в форме небольшой горки, а после уложить туда мужа. — Не смей. Сегодня у тебя будет только Келлан, не вздумай в меня входить. — Бедра омеги стали намного выше уровня головы и грудной клетки, Годдард не сопротивлялся, но был не шибко доволен, что его уложили в такую позу. — И не собирался. Я же знаю, как ты не любишь, когда я трогаю тебя перед самой течкой. Она же у тебя через два дня, верно? — Уорвик явно что-то задумал. — Замечательно. — Закатил глаза Годдард. — Так и представляешь уже себе, как Келлан заполнит мою матку до краев, пока ты вбиваешься в него сзади. — Омега сразу понял, к чему вел его супруг. Шейка матки перед течкой и во время нее приоткрывается, поэтому-то Годдард сейчас с выпирающим животом, наполненным обильным количеством семени младшего супруга. — А мое мнение вообще учитывается? — Все должны участвовать в зачатии общего ребенка. — После этих слов так вовремя раздался звук шагов, вошедшего в комнату юноши. — Вот и наш Келлан. — Альфа быстро подошел к парню, на чьем лице не осталось и следа макияжа, и повел его прямо за руку к кровати. — Жаль, что я не видел, как вы развлекались тут без меня. И кажется, внутри Дара еще осталось много места... — Мужчина сразу опередил смущение Келлана, чтобы тот даже не успел отреагировать на наготу альфы подле себя, а сразу переключился на игривое доминирование над другим омегой. Очевидный намек заставил юношу возбудиться. Парень явно мог быстро завестись, ему много и не нужно, чтобы стояло колом в его-то возрасте. — У него такие широкие бедра, а шейка матки такая податливая и приоткрытая, хотя он внутри ужасно узкий. Мне интересно, смогу ли я протолкнуть пробку поглубже, чтобы заткнуть ею его матку наполненную моей спе... — НЕТ! Не можешь! — Крикнул Годдард. — Вы охренели там?! Если я к вам спиной лежу, то это не значит, что я вас не только не вижу, но еще и не слышу. — Не слушай, Дар драматизирует. Помню, как впервые на нем порвал нижнее белье, так он обиделся и назвал меня извращенцем с фетишем на порчу имущества. А теперь для него это не проблема, так что лет через пять он сам будет тебя просить заполнить его до краев во время течки, а потом заткнуть пробкой. — Усмехнулся Уорвик, понимая, что на самом деле так оно и будет. — Что у вас за сравнения у обоих?! Ладно, трусы порвать, но в шейку матки мне затычку пропихивать — это чересчур! — Омеге явно не хотелось участвовать в таких экспериментах. Он в принципе был против продолжать сексуальные игрища, когда он так измотан после нескольких раз с молодым муженьком, а тут такие фантазии хотят воплотить, где он в главной и очень унизительной роли. — Хорошо, тогда никаких пробок в шейке матке. — Келлан невинно озвучил то, что говорил Дар в таком контексте, будто бы тот согласился на все, кроме пробки. И ведь действительно юноша забрался на кровать и ухватился руками за ягодицы мужчины в кружевных трусиках. — Они мне так жали спереди, а тебе, наверное, жмут сзади. У тебя очень милый маленький член, но такие сочные ягодицы с широкими бедрами, которые сжимают эти трусики. На твоей нежной коже могут остаться следы от такого белья. Ох, бедный-бедный, но я тебе помогу. — Мортон резким движением порвал кружева, оголяя снова кожу Годдарда, чтобы было лучше видно пробку внутри него. — Как же я вас обоих ненавижу. — Недовольно буркнул омега, уткнувшись лицом в подушку. Его задница торчала вверх, и все семя стекало все глубже в матку. Келлан аккуратно, но с пошлым хлюпающим звуком, вынул перепачканную смазкой и спермой пробку, чтобы сразу же заткнуть течь своим членом. Входило на этот раз без такого яростного сопротивления, видимо, из-за обилия жидкости внутри. Но вот двигаться все равно было трудно. — Откуда в тебе столько упорства и сил... — Годдард не пытался скинуть с себя младшего супруга, который навалился на его спину, но продолжал делать вид, что ему все это действо противно. — Мне нужно сливать много спермы, чтобы не было застоя, а я так долго пренебрегал этим... так что мне просто необходимо приучить себя выплескивать все накопившееся, но я же не хочу испачкать всю кровать... — Шептал парень, периодически останавливаясь на то, чтобы поцеловать или провести мокрую дорожку между лопаток омеги. Его руки с бедер переместились под живот и находились сейчас между ним и подушками. — Кажется, внутри тебя действительно полно места, твой животик может стать еще больше. Пока Келлан наслаждался тем, как горячие и влажные стеночки сжимают его в теле другого омеги, Уорвик наблюдал за смазкой, стекающей по ляжкам юноши обильным потоком. Раскрытый и очень возбужденный, шепчущий пошлости и наслаждающийся сексом... Мортон действительно не был похож на "чистого и невинного" омегу, чье стереотипное представление культивировали в обществе на окраинах. И Уорвик не из тех, кто придает большое значение девственности, но он понял именно сейчас, почему же именно ему с Даром так сильно пытались втюхать Келлана. Графская семья, приближенная к столичным нравам без тех закостенелых заблуждений, да еще и желающая сразу получить наследника, а не играть в долгосрочные притирки друг к другу и любовь. И ведь да, они не отнеслись бы к "распутному" девственнику с негативом. Уорвику даже нравится то, что он видит перед собой. Возможно, будь Келлан тихим и кротким, сейчас бы альфа наслаждался не тем, как омеги занимаются сексом, а пытался остановить кровопролитие. Мужчина смотрел, как юноша наваливается на спину Годдарда и начинает покусывать того за шею. Член альфы уже налился кровью от развратного аромата, витающего по всей комнате, и от вида его трахающихся мужей. Если бы не подушки, он мог бы даже забыть обо всем на свете и пялиться на виднеющийся между ног в такой позе округлый живот Годдарда, но он скрыт, и глаза сразу же находят иную цель. Пора наконец-то зачать наследника. Келлан настолько занят заполнением матки омеги своей спермой, что даже не заметил, как почти вплотную к нему подкрался альфа, желающий погрузиться глубоко в его истекающее смазкой нутро. И... он действительно так легко оказался внутри? Не пришлось вылизывать на протяжении получаса, а потом растягивать пальцами? Никакой резкой боли и мучительных минут ожидания для того, чтобы омега наконец-то привык к размеру, распирающему изнутри? Там так влажно, а стеночки не настолько сильно давят, ощущения совсем другие. Вот вам и "узкие девственники" и "растраханные давалки за тридцать". Похоже, омега даже не понял, что член альфы погрузился внутрь него, ведь никакой реакции ответной не последовало. Из-за огромного количества жидкости внутри член оказался будто в водном пузыре, отделяющим его от чувственной плоти омеги. И видимо из-за этого барьера из смазки юноша не почувствовал вторжения. Мортон продолжал двигать бедрами, одновременно и насаживаясь на член альфы сзади, и задавая темп для фрикций внутри Годдарда. Он действительно...? У всех омег разная чувствительность, да и смазки очень много, и Келлан сейчас в неком трансе, поэтому не замечает все вокруг. Ну не может же быть член Уорвика для него маленьким, и из-за этого не чувствоваться. Альфа настолько привык к сопротивлению Годдарда, что было непривычно чувствовать такой простор. Но, когда омега, начинал испытывать оргазм и заливать своим семенем утробу супруга, его стеночки начинали вибрировать, сжиматься и доставлять удовольствие альфе. Грязные разговорчики, которые, как оказалось, так любит Келлан не прекращались. Омега описывал, как внутри Годдарда тесно и жарко, насколько он будет сексуален, когда его пупок начнет сильно выпирать от того обилия спермы внутри матки. Каждый человек, увидевший Дара, сочтет его беременным и, как минимум, на пятом месяце. Юноша продолжал шептать, как выведет мужа на улицу в облегающей одежде, подчеркивающей живот, чтобы каждый прохожий счел, что в их семье скоро появится наследник, и все бы подходили и гладили живот Годдарда, поздравляя его с беременностью. Это сводило с ума, и вибрация внутри совсем не тесного омеги, и грязные разговоры вкупе с тем, как мужьям альфы сейчас хорошо. Уорвик себя излишне чувствительным не считал, да и мог выдерживать жаркие пытки узких стеночек Годдарда в течении долгих минут, но все равно не смог устоять под натиском сексуального давления Келлана, который даже не был направлен напрямую на него. Альфа все же, не решаясь коснутся парня и вывести его из некого транса, схватился за собственные волосы, чтобы не застать врасплох омегу своими прикосновениями во время оргазма. Они кончили почти одновременно, но Келлан все же раньше. Хотя блаженство омеги длилось куда дольше, он замолк в какой-то момент и плотно сжал зубы, начал вытягиваться вверх и немного назад, приподнимая грудную клетку с лопаток Годдарда. В этот момент альфа почувствовал, как узел начинает набухать у основания его члена, и быстро вышел, чтобы не допустить сцепки. Но, видимо, и этого парень не заметил, потерявшись в собственном удовольствии. Молодой омега заскулил, пока только-только выработавшееся семя выходило полностью в утробу другого омеги, оставляя снова его яички пустыми. Но мультиоргазм заставлял его судорожно еще в течении нескольких секунд стрелять вхолостую, принося уже не удовольствие, а явный дискомфорт. Накрывшее недавно перевозбуждение принесло свои не самые приятные последствия. Теперь оба омеги были уставшие и измотанные. Жаль, Уорвик только приступил к своему плану, а все так быстро закончилось. Похоже, что жара на брачном ложе для альфы не осталось, что несколько разочаровало. Но в груди все равно приятно грело от вида мужей, которые даже перевыполнили план по сексуальным игрищам в первую брачную ночь. Келлан, похныкивая от неприятных ощущений в уже изрядно натруженных яичках, слез с Годдарда и заткнул его обратно пробкой, чтобы ничего не вылилось. Юноша увалился на спину рядом с супругом, прикрыл левой рукой лоб и частично глаза в попытке отдышаться. — Ой, какой бедный. Перетрудился. — Лица не было видно, но Уорвик сразу понял, что Дар закатывает глаза, когда говорит. — Надеюсь, у тебя есть вторая пробка. — А? — На осмысление вопроса затуманенному разуму потребовалось несколько секунд. Парень тяжело дышал, но все же ответил. — Д-да, мне несколько передали. Есть еще одна побольше... — Но после паузы на размышление добавил. — Мне кажется, в тебя не войдет. — А мне и не надо! — Недовольно вскрикнул Годдард, а потом обратился к альфе. — Вик, не дай из этого мальчишки всему вытечь. После всех этих страданий я рассчитываю на ребенка. — Я и обидеться могу. — Беззлобно прокомментировал Келлан заявление, что якобы секс с ним — это страдания, а не сплошное удовольствие. Но омега начал немного больше улавливать суть сказанных слов. — Что...? Когда успел? — Мортон убрал руку с лица и немного напрягся, действительно почувствовал, как из него что-то вытекает. Уорвик оказался у младшего супруга между ног. — Ловкость рук и никакого мошенничества. Мортон сам вскинул бедра и немного задрал ноги, согнутые в коленках, чтобы альфа смог вставить в него пробку. Но юноша приметил неполностью разбухший узел мужа. — Ох... Спасибо, что вытащил до того... С пробкой менее неловко, да. Альфа заткнул течь парня, чтобы повысить шансы на оплодотворение. — Если не получится в этот раз, будем пробовать с узлом и несколько раз, чтобы наверняка. — Фу, тиран! — С ноткой веселья выразил свое притворное "фи" Келлан. — Во-во, и я о том же. Два сапога — пара. А теперь заткнитесь, тираны, и дайте мне по-человечески отдохнуть. — Фыркнул Годдард, утыкаясь лицом в подушку, чтобы провалиться в сон.