Часть 8

Каждую ночь, Такемичи беспокоили кошмары прошлого или будущего? Он так запутался. Его юное тело не выдерживало такие психологические атаки. Воспоминания - они могут дарить радость, ностальгию, легкую грусть или же ужас, страх, боль, отчаянье. В своих снах Такемичи испытывал отчаянье и боль. Ему вновь снился Манжиро Сано. " Такемичи перестал отсчитывать время. Какой смысл отсчитывать время, если нет надежды на спасение? Последняя надежда угасла, когда его вывели из той чертовой комнаты. Манжиро как - то странно улыбался, он буквально тащил Такемичи за локоть, втолкнув того в кабинет, вошел вслед за ним. На огромном экране крутились новости: - На заброшенном складе в прибрежном районе Кото нашли обезображенный труп неизвестного. В результате расследования, выяснилось, что это был Такемичи Ханагаки двадцати лет, он вернулся в Токио из Америки и пропал в тот же день. Близкие люди надеялись на возвращение любимого человека и сына. - телеведущая еще что-то вещала про него, но в голове стоял шум. Он пошатнулся и осел на колени. Все его надежды бесполезны. СПАСЕНИЯ НЕТ!!!! Глядя в пустоту он начал бессвязно бормотать: - За что?? За что я тебя спрашиваю? За что ты меня так ненавидишь? Разве я мало для тебя делал? Разве я не поддерживал тебя всегда? Разве не я был рядом с тобой? Почему я не могу жить своей жизнью? Я отдал тебе всю свою юность... я я просто хотел жить для себя.. Разве это плохо, а Манжиро? Его резко вздернули вверх и подняли на ноги. Черные словно самые глубокие омуты глаза Манжиро со злостью смотрели в отчаянную синеву глаз. - А разве ты не ЗНАЕШЬ? - его встряхнули как тряпичную куклу. - Я любил тебя не как брата!!! Доверял тебе все свои мечты, а ты просто БРОСИЛ МЕНЯ!!! ТЫ УШЕЛ ОТ МЕНЯ!!! РАЗВЕ Я РАЗРЕШАЛ УХОДИТЬ ТЕБЕ ОТ МЕНЯ!?? - Нет нет... Как ты такое можешь говорить? Ты знаешь, что мне всегда нравились девушки... Я любил тебя, как брата и всё, ты, Шиничиро и Изана, вы мне как братья...Были... Особенностью Такемичи было то, что он не обращал пристального внимания на чувства других, нет он был внимательным другом и товарищем, который всегда приходил на помощь. Но во всех тех, кто окружал его он видел друзей и товарищей. Любовный интерес он рассматривал только от девушек. Это стало роковой ошибкой. Слово брат стало спусковым крючком для Манжиро. Схватив Такемичи за волосы он притянул его, вовлекая в поцелуй. Требовательный и напористый, он сминал губы, второй рукой он сдавил горло и Такемичи пришлось разжать зубы, его оппонент провел кончиком языка по зубам. - Ммм ты такой сладкий, - прохрипел Манжиро - высунь свой красивый язычок и мы не зайдем дальше поцелуев... Такемичи ничего не оставалось делать как подчиниться. За эти полгода, его тело стало реагировать на прикосновения, что дарил ему Манжиро. Даже если в голове он противился такой связи. Жар внизу живота стал разливаться по всему телу, возбуждение постепенно настигало Такемичи, а так как он был только в рубашке, то все стало видно Манжиро. Резко оттолкнув от себя парня он усмехнулся: - Если тебе так не нравиться, от чего сейчас твой член так возбужден? Ты вынуждаешь меня не сдерживать свое слово. Дальше была только боль и унижение. Посередине кабинета лежало скрюченное тело, оно не подавало признаков жизни. Высокий мужчина со шрамом на половину лица, выносил едва дышавшее человека, босс в этот раз сильно переусердствовал." Еще полностью не отойдя от сна Такемичи брыкался как мог, но сквозь пелену отчаянья и боли он почувствовал человеческое тепло. Чувство безопасности накрыло его с головой, он расслабился. Ему хотелось нежиться в этом тепле вечно. Открыв глаза Такемичи увидел как Хару наклоняется и касается его губ своими губами, мягкие обветренные мальчишеские губы, трепетно касались и исследовали губы Такемичи. Он растерялся, его впервые целовали нежно не напористо, а как бы спрашивая разрешение. Нет, такое уже было. " Такемичи не помнил, когда он пришел в себя, сколько времени прошло? Его худое тело пробивал озноб, он лежал завернутый в груды одеял. В комнате где он очнулся, было светло, через небольшое окно пробивался солнечный свет, он залюбовался танцами крошечных пылинок. Дверь комнаты открылась, на пороге появился высокий розоволосый мужчина. - Пришел в себя? видел бы ты себя Ханагаки, таких как ты даже убивать не весело, сами подохнете еще и других прихватите за компанию, твоей унылой рожей можно отпугивать ворон на свалках. - ведя свой маленький монолог Санзу прошел и сел на край кровати. - Ну как ты? - Санзу был обеспокоен, его взгляд метался из угла в угол, он старался не смотреть в лицо своему собеседнику. - Ты не под таблетками? - это первое, что спросил Ханагаки. - Пока ты был в отключке, я решил повременить с этими развлечениями. - Почему? Нет ответа. А потом Санзу резко повернулся к Ханагаки, сгреб его с одеялами в свои объятья и поцеловал. Нежно, робко, он просил разрешение? Нет, он молил в этом поцелуе о прощении. Он так же внезапно оторвался от губ Ханагаки, быстро, словно сам страшась того, что он хочет сказать протараторил: - Давай уедем, давай все бросим и уедем? Мне ничего не нужно, просто уедем... - Давай - у Ханагаки не было сил спорить, да и сам он хотел исчезнуть. Санзу резко встал, прошелся по комнате, вышел. Вернулся он с какими-то бумагами. Посадив Ханагаки он протянул ему листы, это оказалась карта местности - Вот изучи, если со мной что-то произойдет, просто воспользуйся этими знаниями и беги, я сам тебя найду. Это были прекрасные недели, они жили в лесном домике, в основном жил Такемичи. Санзу приезжал три раза в неделю. Но все хорошее заканчивается. Когда все пошло не так? Когда за ним стали следить более тщательно? Он все также продолжал работать, убивать, пытать, заключать сделки. Все ради короля. Да, он стал меньше употреблять, но сам король был не в восторге, от количества таблеток принимаемых Санзу. То, что он перестал везде таскать с собой Ханагаки? Король говорил, что он портит настроение своим безразличием. Все для короля. Или же всех беспокоили отлучки Санзу? Разве тот не имел права отдохнуть? Ну и что, что шлюхи в этом борделе хороши? Они мне приелись, я стал слишком уставать. Его проверяли, что-то беспокоило Манжиро. Нет, его пес был так же предан, выполнял все, что скажет ему король. Преданно смотрел своими глазами и ловил каждое слово. Все встало на свои места, когда на стол легли фотографии, на которых был изображен Санзу. На фото он счастливо улыбался и смотрел влюбленным взглядом на его собственность. Вот он смотрит как его пес и собственность уютно сидят в кресле - качалке на крыльце, пес обнимает Такемичи, тот улыбается Санзу. В глазах потемнело от гнева. План созрел моментально. Они достали самые мощные наркотики и вызвали Санзу к себе. Король приказал испытать их на себе, опасно, но если сейчас Санзу откажется, то весь план пойдет насмарку. Они сели по машинам и поехали, голова плохо соображала, он находился в розовом тумане. Его организм, который был привычным ко множеству наркотиков едва с справлялся, приходилось прилагать все силы и оставлять крохи разума. Он понял, что все пропало, когда заметил знакомый лесной массив, даже сквозь розовую муть, стало страшно. Лихорадочно шаря в карманах он достал кучу разнообразных таблеток и когда машина остановилась, он рывком открыл двери и буквально влетел в домик. Схватив Ханагаки и не давая ему опомниться всунул в его рот горсть таблеток и зажал рот рукой, при том быстро пристегивая его к кровати. Гости вошли в дом. - Ну здравствуй любовь моя - Манжиро улыбался, скалился. Таблетки уже начали действовать и Ханагаки тоже улыбнулся, ему стало до жути смешно, он стал хихикать. - Привет, хихи, давно не виделись хихи... - Что же ты не встанешь и не поприветствуешь меня? Ханагаки выразительно потряс прикованной рукой. Манжиро протянул руку в неё лег ключ от наручников. - Любовь моя, тебя нужно наказать, ты был плохим мальчиком. Расстегнув наручники он перевернул Ханагаки на живот и вновь приковал, только теперь за обе руки. Сняв с себя массивный ремень, он стал самозабвенно хлестать хрупкое тело Ханагаки. - Как ты посмел улыбаться другим, разве ты не моя собственность? -Значит со мной ты строил бесчувственного и безжизненного манекена, а с псом ты радовался? Ты обманывал меня!!! Лжец! Разве те годы проведенные со мной, не дают мне больше прав на твою улыбку??? Войдя в своеобразный транс, он продолжать хлестать уже не сопротивляющееся тело. Санзу внутри себя выл, словно раненный зверь, он не знал что делать! Громко закричав: - Король!!! Король !!!- черные омуты глаз обратили свой взор на пса. - Король, разве вы не отдали мне его? Я собирался вернуть его вам, как только он поправиться - Санзу стоял на коленях. - Прости меня король, ноно я никогда бы не притронулся к вашей собственности! Разве я подводил своего короля? Манжиро остановился, а ведь и правда, пес его ни разу не подводил. - Я верну его вам, как только он придёт в себя я верну его, вымуштрую, он будет улыбаться только вам. Это мой провал, король, я позволил себе немного лишнего! Бессознательное тело лежало на кровати, его раны кровоточили. Всем казалось, что Ханагаки без сознания. Он был в сознании, благодаря смеси таблеток, что Санзу запихнул в его глотку. Он все слышал. Ему было больно. Санзу делал все, что бы Манжиро отвлекся от Ханагаки. Он был готов сказать любую ложь, что бы спасти любимого. Они поехали развлекаться в Роппонги. Перед этим, Санзу освободил прикованного к кровати Ханагаки и засунул ему в рот еще пару таблеток, они должны были облегчить боль... Манжиро не отпускал от себя своего пса, чем очень нервировал Санзу. Пес всячески пытался накормить таблетками своего короля, но Изана постоянно забирал разноцветные штучки. Санзу не знал, что пару часов назад Изана отправил братьев Хайтани, что бы те забрали Ханагаки. Он ещё тешил себя надеждой на то, что он отвяжется от Манжиро и рванет обратно, заберет своё и сбежит так далеко, где никто их не найдёт. Все надежды рухнули. Обеспокоенные братья Хайтани влетели в комнату и быстро прошли к Изане, тот поменялся в лице. - Ханагаки сбежал. Все рухнуло. Такемичи так и не узнал, что Харучие Санзу любил его искренне, что он почти всё приготовил к их побегу." Воспоминания об их поцелуе нахлынули на Такемичи с новой силой, эти прикосновения: нежные, трепетные, успокаивающие, дарящие тепло и надежду, были до невыносимости приятны. Такемичи неосознанно прохныкал: - Пожалуйста Хару...не отпускай меня...пожалуйста можно я так посижу Он начал ерзать и поудобнее устраиваться в объятиях подростка. Они просидели в объятиях друг друга очень долго, тишина больше не была давящей или устрашающей, она казалась умиротворенной. Двое одиноких людей, которые отчаянно нуждались в теплоте человеческих чувств и объятий, наконец обрели друг друга. - Можно задать вопрос - первым прервал молчание Хару. - Ммм какой? - хрипло произнёс Такемичи. - Почему ты спишь связанным в шкафу? Это конечно очень оригинально, но почему? - Когда-то, один мой знакомый посоветовал мне это. Он сказал, что если проберутся в дом то, с вероятностью в один к трем никто не будет искать в шкафу, а связанный я потому, что часто хожу во сне и оказываюсь в неожиданных местах. - не говорить же Хару, что он как-то очнулся в луже собственной крови с ножом в руках. - Тебе кто-то угрожает? - подросток засопел словно разъярённый бык. - Нет - нет, сейчас мне ничего не грозит, это старые привычки. Хару так и не смог понять, о каких старых привычках говорит этот щуплый подросток. - Хочешь поесть? - Такемичи, повернул голову к Хару и тот не удержался, оставив легкий поцелуй на губах синеглазого парня. Он помог развязать руки и растер запястья. А потом подхватив парня на руки понес из мрачной душной комнаты прочь. Для себя Харучие Акаши решил, что Такемичи Ханагаки больше не вернется в эту удушающую нору. Кухня встретила молчаливым одобрением. Поставив Такемичи на пол Хару внезапно растерялся, что делать дальше он не знал. Поняв смятение подростка, Такемичи сжал его руку и произнес. - Спасибо Хару, ты мне очень помог. Ты не против, что я так обращаюсь к тебе? - внимательные синие глаза смотрели в аквамариновые глаза. Харучие Акаши не был против, но его приятно удивило то, что Такемичи спросил его согласия, и ждал ответ. Его подкупало то, что за не полные сутки, этот парень постоянно уточнял, спрашивал и всячески интересовался его мнением и всегда, ВСЕГДА дожидался ответа. Он просто кивнул. - Что ты желаешь на ужин? - вновь сбивающий с ног вопрос. В последний раз, только мать интересовалась, что Хару хочет на ужин.- Знаешь Хару, давай поедим яичницу с беконом, а чуть позже я приготовлю все чего ты захочешь.