Вернутся к фанфику
2.Коломбина
10 сентября 2023, 19:51Девана тяжело вздохнула. Она устало потерла глаза двумя пальцами и оторвалась от изучения японского. Он давался ей уже легче, но точно не так легко, как Базилю. Ее друг мог уже говорить цельными предложениями, тогда как она едва могла произнести «как мне добраться до Намимори». Это раздражало. Захлопнув словарь, Девана раздражённо буркнула:
— Итальянский мне давался легче!
«Конечно легче» — ответил вредный голос в голове — «Тебе было десять, детский разум гораздо гибче разума подростка»
Девана нехотя согласилась с доводами разума и посмотрела на наручные часы. Почти восемь. Скоро Орегано позовет их на ужин. У шестнадцатилетней Деваны оставалось ещё пятнадцать минут. Откинувшись на старый, скрипучий стул, Девана оглянулась. Она жила в комнате наверху, за стенкой находилась комната Базиля, а внизу располагались комнаты взрослых и агентов CEDEF. Так было сделано специально. Если к ним ворвутся враги, то дети успеют сбежать через окна, пока взрослые будут прикрывать их тыл. Страшная, опасная жизнь мафиози никогда не пугала девочку, которая выросла в этом мире. Больше её пугала необходимость переехать в Японию и защищать будущего босса Вонголы. Возможно она станет его хранителем тумана, возможно нет.
Деване не нравилась эта мысль, она сроднилась с Венецией, куда её и Базиля перевёз Иемитсу из Рима. Тут было красиво, прохладно летом и безопасно. В Венеции находился главный штаб CEDEF, поэтому тут не было никаких мафиози, кроме мафии Вонголы. Поэтому девочка могла гулять по узким улочкам допоздна, посещать старые храмы и просто кушать мороженое, сидя на пристани около Базиля, пока закатное солнце садилось за горизонт. Они часто ездили в Рим, где Девана обязательно посещала все места, которые были связаны с античным временем.
Ей всё ещё нравилась мифология и она лелеяла надежду поступить на факультет искусствоведения и преподавать, но мир мафии диктовал свои правила. Как только Деване исполнилось тринадцать, Лар Милч и Иемитсу сели с ней серьёзно поговорить:
— Ты должна будешь подписать договор между собой и девятым боссом Вонголы, чтобы получить кольцо, — хмуро произнёс Иемитсу, — Не волнуйся, его подписывают все, кто не связан родственными узами с семьёй, однако есть кое-какая подковырка…
Девана заметно напряглась.
— Какая?
Кольцо у неё уже было, но она знала, что оно было ненастоящим, ведь её силы кольцо не передавало на все сто процентов, оно немного сдерживало её. Особенно это ощущалось на тренировках. Девана знала, что могла гораздо больше.
Иемитсу замялся, но его слова уверенно перехватила Лар Милч:
— Ты девушка. Помнишь, я тебе говорила, что если у мужчины с пламенем родится ребёнок, то нет никакой уверенности, что и ребёнку передастся пламя, но если у женщины с пламенем родится ребёнок, то нет никаких сомнений в том, что и ребёнок будет одарён?
Девана, будучи в замешательстве, кивнула.
— Поэтому меня и похитили. Русская мафия хотела сделать из меня инкубатор.
Иемитсу поморщился, ему было всё ещё сложно вспоминать тот день. Девана знала, что он с удовольствием всадил бы ещё пуль сто в того насильника. Она была ему благодарна за эти мысли.
Лар Милч продолжила:
— Ну так вот, загвоздка заключается в том, что ты не можешь создавать семью с хранителем вне альянса.
Девана замолчала. Она попыталась переварить услышанное. Значит даже тут у неё не так много свобод?
— А если я вообще не захочу создавать семью? — неуверенно спросила девочка.
Иемитсу тяжело вздохнула:
— Хотя бы одного ребёнка ты должна родить. Даже если вне семьи. Партнёра ты сможешь выбрать сама, разумеется, но…
Иемитсу не закончил, а Деване и не требовалось. Она отлично знала, что это значит.
— И заниматься я могу только мафией?
Взрослые обречённо кивнули.
— А образование?
Лар Милч ответила:
— Тебе дадут поддельный диплом, сама выберешь направленность, но от миссии к миссии он будет меняться.
Девана, всё же, подписала тот контракт. Она видела Девятого босса Вонголы. Это был добрый на вид старикан, но внешнему виду Девана давно научилась не доверять. Этот контракт был ужасен, но он был ей необходим. Настоящее кольцо Тумана Вонголы на её пальце говорило всем семьям, что они не имеют права её трогать, а если попробуют, то будут безжалостно убиты. Принадлежность к семье Вонголы была приятна, ведь своей семьи у Деваны не было, не считая ребят из CEDEF.
Тяжело вздохнув, девушка оглянулась вокруг. Уже стемнело, солнце ушло за горизонт, облака стали наливаться ночным свинцом. Её комната в тосканском стиле погрузилась во мрак, на каменных стенах были приклеены (именно приклеены скотчем, потому что такие стены не пробить, да и жалко) изображения всяких групп, в старом, благородном шкафу стояло много книг по мифологии и истории, а ковёр защищал от холодно плиточного, оранжевого пола. Полукруглое окно было открыто, лето же все-таки, из него дул ветер, принесённый с заливов. Пахло застоявшейся водой и вкусными специями от ресторанчиков на воде. Не самое лучшее сочетание, но желудок Деваны требовательно заурчал. Посмотрев в последний раз на закатное солнце, которое скрывалось за крышами старинных домов пятнадцатого века, Девана поднялась из-за стола. Включив свет в комнате, она подошла к большому зеркалу и попыталась привести свои волосы в порядок. Турмерик старых порядков, он не любил, когда дети садились за стол растрепанными. Поэтому, взяв в руки расчёску, Девана прошлась ею по свои светлым волосам пару раз. Убрав волосы в косичку, девушка улыбнулась отражению, показала ему язык и, дождавшись зова Орегано, вышла из комнаты.
В коридоре её уже дожидался Базиль. Он улыбнулся ей и они вместе пошли к лестнице, ведущей на первый этаж.
— Какова вероятность, что сегодня опять заказная пицца? — с усмешкой спросил Базиль, спускаясь с ней вровень.
— Думаю стопроцентная, учитывая, что сегодня готовила Лар Милч и я могу её понять, — пожала плечами Девана. Поймав любопытный взгляд Базиля, девочка улыбнулась. — Никто не любит готовить, когда на улице такая жара.
Они не прогадали. На столе действительно стояли три коробки, а во главе стола сидела Лар Милч. Негласное правило их семьи — кто готовил, тот и сидит во главе стола. Взрослые всеми силами пытались создать видимость семьи для детей, они завтракали, обедали и ужинали в одно время, вместе. Не всегда удавалось этого достичь, кто-то мог быть в разъездах, кто-то отсыпался после долгой ночи, а кто-то (Иемитсу) мог быть у своей семьи. Но сегодня был тот самый вечер, когда все были вместе.
Дети присоединились к взрослым, помогая им раскладывать тарелки и класть бокалы со стаканами на стол. Дома у Деваны тоже старались есть вместе, но такая вольность, как вино каждый вечер для взрослых была непозволительной роскошью. Её родители пили по праздникам, и то немного. Однако итальянцы есть итальянцы, так ещё и мафиози. Таких сложно исправить, да и надо ли?
Столовая тоже была в тосканском стиле. Белые стены и охристый пол в ромбовидную плитку. Круглые, почти в пол окна и веранда, выходящая в сад на заднем дворе. По середине длинный, дубовый стол в окружении стульев, а у стен стояли шкафы с кухонной утварью и, разумеется, с вином. Столовое вино лежало здесь, но вино для особых вечеров было в винном погребе. Особыми вечерами считались либо дерьмовые вечера, либо очень уж хорошие, либо дни рождения. На четырнадцатый день рождения Деване даже дали бокал сладкого, пряного и лёгкого вина из особой коллекции. Ей оно очень понравилось!
— Девана, Базиль! — улыбнулся Турмерик и махнул рукой, подзывая детей ближе к столу. — Садитесь, почти всё готово!
— Так, — обычно серьёзная Орегана в кругу Их семьи становилась доброй, игривой и ласковой. — Тут пицца с ананасами, — Базиль поморщился. — Тут с пепперони, — теперь поморщилась Девана, — А тут не вкусная пицца для Иемитсу!
Иемитсу по-доброму закатил глаза и фыркнул:
— Она называется вегетерианская!
— А я что сказала?
Все весело засмеялись от этой перебранки и семья села за стол, беря себе кусок пиццы, который он хотел.
— Девятый решил устроить в честь твоего отбытия бал-маскарад, Девана, — во время ужина внезапно поделился Савада.
— Не много ли чести? — хмыкнула Девана и получила осуждающий взгляд от Турмерика. — Нет, ну правда! Очевидно же, что он хочет познакомить меня с моим будущем мужем, — Девана закатил глаза и откусила кусок от ананасовой пиццы.
— Никто не будет заставлять тебя выходить замуж без твоего желания, мелкая, — хмыкнула Лар Милч, тоже жуя ананасовую пиццу. — И да, скорее всего там будет дохрена мужчин Вонголы и не только. Отдави им всем ноги во время танцев и никто к тебе не подойдёт. — Лар Милч ей подмигнула, вызывая улыбку на лице Деваны.
— Милч! Вдруг девочке кто-то понравится, — осадила Орегано.
— Рано ей ещё с кем-то любиться, — тут же проворчал Иемитсу, вызвав улыбку у всех.
— А мне? — встрял Базиль, подхватив всеобщее веселье.
— Тебе особенно, — с усмешкой ответил Турмерик и потрепал мальчишку по волосам.
В такой тихой, семейной обстановке Деване нравилось находиться. Семья продолжила разговор о маскараде, но Девана уже не принимала в нём участия. Она отлично понимала для чего он был создан, но никто не мог бы её там заинтересовать. Пальцы девочки сами собой опустились на подснежник и мягко его огладили. Её человек далеко отсюда, ему снятся тёмные воды и чёрные своды лабораторий, он там, где пахнет лекарствами и кровью.
Подснежник отозвался ласковой пульсацией. Девана прикрыла глаза и улыбнулась. Ей было интересно, какой цветок растёт на запястье её суженого. Ей представлялась незабудка или красная гвоздика. Незабудка означала искреннюю любовь, а красная гвоздика буквально говорила «моё сердце стремится к тебе». Но чтобы не цвело на руке Её человека, а он сейчас тоже касался пальцами запястья. Девана чувствовала это так, словно между ними находилось тончайшее стекло.
На том маскараде ей будет скучно. Она надеялась, что Базиль будет рядом с ней, но и у него на запястье цвел цветок, а это означало, что и он был в поиске своей любви.
Улыбнувшись толкнувшему её в плечо Базилю, Девана продолжила есть.
***
Девана была права. Это был скучный маскарад. Под шатрами, которые поставили во внутреннем дворике их дома в Венеции, стояло множество столов с закусками и напитками, гости танцевали тарантеллу, гальярду, пиццику и много других народных танцев прямо под открытым небом. На фоне оранжевого, закатного солнца и освещаемые желтыми огнями факелов, люди в масках выглядели инородно, почти иноземно. В этом было своё очарование. Мафия любила и чтила традиции, если бал, то в старом стиле эпохи Возрождения. Никаких тебе джазовых исполнений, танго, качания под успокаивающую музыку и электрического света. Некоторые гости ходили в масках чумных докторов, музыканты были настоящие и играли очень разные, но часто активные композиции, а вместо ламп и фонарей в уличных очагах горел самый настоящий огонь.
Но несмотря на все это мрачное очарование, Девана стояла одна в тёмном углу до куда не доставал свет. Базиль убежал пару часов назад, он хотел перетанцевать с каждой девчонкой на балу и узнать есть ли тут его суженная. Его связь с ней не была такой пространственной, как у Деваны и Её человека. Базиль не чувствовал свой цветок и очень нервничал из-за этого. Иемитсу объяснил, что это нормально и у каждого по своему. Несмотря на то, что Девана ему сочувствовала, она всё равно была расстроена, ведь теперь никто не мог спасти её от толп ухажёров.
Казалось, что все кавалеры знали, что под маской серебряной коломбины скрывается именно она. Хотя, почему казалось, разумеется все знали! Она перетанцевала уже почти с каждым! И каждый был по своему отвратителен. Кто-то говорил что-то о могуществе своей семьи, кто-то рассказывал о деньгах его семьи, а кто-то и вовсе, в отчаянной надежде, наклонялся к ней и пытался шептать всякие романтические глупости. Таким Девана наступала на ноги особенно болезненно. Лишь один мужчина ей запомнился. Она признала в нём Дино Каваллоне. Он был учтив, аккуратен и станцевал с ней бойкую тарантеллу, а не те танцы, где надо плотно жаться друг к другу, как рыбам в банке. С Дино было весело и он даже наступил ей на ногу, чем вызвал у Деваны весёлый смех.
— Обычно наоборот должно быть, я Вам не нравлюсь? — с игривой улыбкой спросила Девана, кружась, подпрыгивая и хлопая ногами о землю с ним под музыку.
— О нет, конечно, нет! — засмущался Дино, но поняв, что в её улыбке нет никакого осуждения, так же весело ответил. — Я просто надеялся, что так вы запомните меня лучше, чем всех остальных!
Девана вновь рассмеялась. Она бы осталась с ним на весь этот вечер, если бы Дино не пришлось уйти пораньше из-за дел семьи. Он простился с ней по всем обычаям, а Девана даже сняла маску, чтобы лучше его разглядеть. В конце прощания Дино мягко добавил:
— Надеюсь, что этот вечер не принесёт Вам разочарований.
На что она ответила:
— Разочарование уже случилось. Самый весёлый мужчина вечера покинул праздник.
Дино улыбнулся шире и Девана почувствовала, что с ним она точно захочет сдружиться ближе. Веселый, задорный юноша, который остался совсем один в этом мире. Она знала, какую маску он носил. Она носила такую же.
И вот, почти сразу же после ухода Дино, ухажёры вновь начали подтягиваться. Они не трогали её, потому что рядом с ней было Небо, но сейчас Девана была абсолютно беззащитна. Во всяком случае, так они думали. А вот Девана думала иначе. Устав от танцев и ужимок, она выпустила из ладони, затянутую в серебряную перчатку, сизой туман. Он укутал её фигуру, словно сатин, и все ухажеры тут же приняли друг друга за неё.
Обхватив талии мужчин, мужчины неуклюже танцевали и ворковали друг с другом, вызывая у неё и у невольных свидетелей смешки. Да, вечер обещал закончиться на весёлой ноте.
Обещал.
Следя за двумя пижонами, которые уже минут пятнадцать стояли, плотно прижавшись друг к другу, и нашептывали всякие гадости на ухо один другому, Девана и не заметила, как к колонне, у которой она стояла, прислонился незнакомец.
— Занятное зрелище. Мне бы подобное не пришло в голову, — с насмешкой произнёс мужчина и Девана дёрнулась. Её концентрация чуть не дала сбой, но девушка вовремя взяла себя в руки.
Перед ней стоял мужчина в маске вольто. Золото сверху, белая керамика внизу. Он был одет в чёрный костюм венецианского типажа, его руки были затянуты в перчатки, а волосы цвета вороньего крыла доходили до плеч. Девана не могла оценить, красив он был или нет, но он определённо был высок и определённо был немногим старше её. Судя по интонации, незнакомец улыбался, так же забавляясь представлением.
— Я просто решила, что раз они так хотят танцевать, то кто я такая, чтобы их останавливать? — подчёркнуто безразлично произнесла Девана и отпила из бокала сладкое, легкое вино. Сегодня можно.
Во всяком случае, можно, пока не видит Иемитсу.
— О, это действительно было бы жестоко лишать их Такой возможности, — мужчина явно насмехался и Девана подхватила его настрой.
— Тоже хотите станцевать, вон тот юноша просто жаждет внимания, — Девана украдкой указала на парня из неизвестной ей семьи, — Уверяю Вас, я могу сделать Ваш вечер незабываемым.
— Поверьте, — горячо заверил её незнакомец. — Он уже незабываем!
Девана посмотрела вновь в маску мужчины и впервые за вечер растерялась. Как хозяйка тумана, она могла в точности сказать, когда человек лжёт. Мужчина перед ней был отчаянно счастлив. Он чуть склонялся к ней, словно не в силах стоять дальше положенного, и Девана сама не заметила, как потянулась к нему в ответ.
— Станцуем павану? — тихо спросила девушка. За этот вечер она возненавидела этот танец, но сейчас ей совсем не хотелось прыгать и весело кружиться. Она растерянно оглянулась на музыкантов и тихо произнесла. — Только музыка неподходящая…
— Это легко исправить. — мужчина сказал это, словно для него не было никаких преград в принципе. Наверное, так оно и было. Он едва заметным движением дёрнул пальцами и музыканты внезапно вздрогнули, замолчали и живой ритм песни сменился на более меланхоличный.
— Оу… — удивлённо выдохнула Девана и была почти тут же утянута в водоворот пар, которые сама же и создала.
— Ах, Девана, как пахнут Ваши волосы — пробормотал один из кавалеров, проплывающий мимо них в объятиях другого кавалера.
— Должен с ним согласиться, пахнете Вы действительно замечательно, — весело прошептал ей на ухо незнакомец, заставляя Девану улыбнуться.
Они вошли в ритм музыки, плавными движениями танцуя павану. Девана знала все эти танцы, в неё их вдалбливали сразу, как она выучила итальянский, но сейчас девушка умудрялась путаться в самых лёгких движениях. И не удивительно, ведь она не сводила с маски незнакомца глаз, пока он не сводил глаз с неё. Этот неловкий, неправильный танец был наполнен чем-то очень важным для них двоих, абсолютно сокровенным и точно волшебным. Солнце, почти упавшее в залив, освещало их, оно путалось у них под ногами, стараясь не мешать им разглядывать друг друга.
Хотя из-за масок ничего рассмотреть толком и не получалось. Во всяком случае Деване. Ее коломбина никак не могла соперничать в анонимности с его вольто. Коломбина прикрывала лишь половину лица, пока его вольто все лицо. Срывать маску было моветоном, но Девана была в шаге от этого решения.
— Кто Вы? — тихо произнесла девушка. Из-за расстояния между ними он отлично её слышал.
— Разве эта загадочность не возбуждает Вас? — так же тихо спросил её незнакомец, наклонившись почти к самому её уху.
— Скорее вызывает нетерпение, — Девана коснулась губами щеки его маски пока говорила и они оба вздрогнули.
Они замерли в центре кружащихся пар, глядя друг на друга в почти отчаянном порыве. Она, чтобы узнать. Он, чтобы запомнить. Солнце тонуло в воде и Деване казалось, что стоит ему захлебнуться, как незнакомец исчезнет, а вместе с ним её внезапная целостность. Она чувствовала себя завершённой, полной, абсолютно счастливой.
— Вы уйдёте, когда погаснет солнце, — прошептала она внезапную догадку и коснулась его волос у лба.
— Да, — с ощутимым разочарованием ответил он, касаясь пальцами её маски и скользя ими ниже, к щеке.
— Это не честно, я не знаю, кто ты, — Девана отбросила этикет и ухватилась за его руку, как за соломинку.
Незнакомец улыбнулся. Ей показалось, что он точно улыбнулся. Вымученно, очень грустно. Ей бы ещё пару минут, ей бы прыгнуть с головой в этот бушующий океан, ей бы вновь оказаться под сомкнутыми громадинами-волнами, в полной б е з о п а с н о с т и.
— Знаешь, — кивнул он и наклонился ещё ниже. Их дыхание стало прерывистым, тяжёлым. — Ты отлично знаешь меня, Коломбина.
Она сглотнула, слюна прошлась по горлу, как наждачка. Поддавшись ещё ближе, Девана сократила между ними расстояние до минимума. До захода солнца оставалась пара секунд, не больше.
— Ты не сказал мне третье правило, — сбивчиво прошептала Девана.
Они поддались навстречу вместе. Она коснулась губами холодной керамики. Он уложил ладонь ей на щеку. Это был почти поцелуй, а потом мир погрузился во тьму.
Девана открыла глаза.
Она тяжело дышала и не могла отдышаться.
Она была совершенно одна, не считая пар вокруг, которые, лишившись тумана перед глазами, сейчас не понимающе смотрели на своих партнёров.
Прижав к груди руку, девушка обнаружила, что её сердце заходится в бешеном темпе.
На запястье незнакомца, под дорогой тканью костюма, расцветала мальва.
— Истерзана любовью, — почти обречённо прошептала она значение цветка.
***
Она ещё долго думала об этом вечере. Это был точно Её предназначенный, она почувствовала это, почти так же отчётливо, как и целое ничего, которое она испытывала к остальным мужчинам. Сколько ему лет, как зовут и остальные ответы на важные вопросы она не знала, но, однако, Девана могла с точностью сказать, что незнакомец был хранителем, но какого пламени уверена не была. Она надеялась лишь на то, что мужчина был из семьи альянса, потому что иначе их история обещала закончиться, как история Джульетты и Ромео, только более кроваво.
Девятый вызвал её к себе на следующий вечер. Приторно улыбаясь, старик мягко спросил:
— Ну, девочка, кто-нибудь приглянулся?
— Нет, — честно ответила Девана. Врать рядом с Тимотео нельзя было.
Как и любой другой хранитель Неба, он отлично чувствовал ложь.
Тимотео тяжело вздохнул:
— Ну, может кого-то запомнила?
— Да, Дино Каваллоне, — всё так же честно продолжила Девана.
— О! — оживился старик, чуть наклоняясь в своём кресле. — Босс семьи Каваллоне? Хороший юноша, весёлый и забавный. Хорошая наследственность.
Девана едва удержалась от того, чтобы не скривиться. Наследственность. Ну, разумеется. Тимотео уже представил блондинистых карапузов, ползающих по поместью Дино, и Девану, которая безостановочно их рожала.
Нет, Дино ей нравился. Не будь у неё цветка на запястье, она бы может и согласилась, но то, как Девятый воспринимал их, как породистых лошадей — это было ужасно.
— Он…добрый, — уклончиво ответила девушка, сложив руки на коленях.
Они сидели в кабинете Иемитсу, который Савада с почтением отдал в пользовании Девятому, пока тот в Венеции. Девана любила сидеть в этом большом, старом кресле, пока Иемитсу был чем-то занят и болтать ему под руку. Мужчина иногда отвечал что-то невпопад, улыбаясь, а комнату заливал солнечный свет и вдалеке раздавались крики чаек. Но сейчас Деване хотелось быть подальше от этого кабинете.
Ей хотелось утонуть в море, сгинуть под его надёжными волнами и укрыться жемчужиной в большую раковину.
Тимотео посмотрел на неё сложным взглядом:
— Ты должна понимать свою ценность, Девана, пламя тумана редкое пламя. Нам нужны люди, подобные тебе.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!