Часть 2

Где я? Потребовалось несколько секунд, чтобы Акито вспомнил все произошедшие. Он все еще находился в мастерской отца. Видимо, он так и не нашел сил встать и вернуться к себе в комнату и просто вырубился на холодном полу. Голова раскалывалась, а шея ныла, как и все тело: заснул он не в самом удачном положении для сна. Акито попытался аккуратно встать. Но только очутившись на ногах, то все стало плыть. Поэтому парень попытался ухватиться за что-нибудь, а под рукой оказался лишь мольберт. Зацепившись за него, Акито моментально рухнул на пол: мольберт не был никак закреплен. Зашипев от боли, Акито осмотрел руку, на которую упал. Повезло, что хотя бы не поцарапался ни о что. Однако мольберту не так сильно повезло. Одна из ножек была повреждена, на которую вес Акито упал больше всего. На ней образовалась трещина, не большая, но все же заметная. С такой поломкой мольберт вряд ли сможет нормально стоять и упадет при первой же возможности. Возможно, немного ранее Акито перепугался бы и попытался исправить свою поломку, что не прихватить от отца еще больше. Уж больно сильно тот печется о своих инструментах. Но сейчас—нет. Он не может себя заставить. Глубоко в груди тянулось мерзкое чувство. Каждое слово въелось в его кожу, напоминая постоянно о себе. Все, что сказал вчера отец, сейчас ощущалось как предательство. Будто он пытался найти поддержку в последнем родном человеке, а меня словно воткнули нож в спину. Или же нет? «Может меня не унизили, а просто открыли глаза на правду?» Акито не хотел поддаваться этим губительным чувствам, но практически все слова отца были сказаны кем-то ранее. Ему говорили всегда, что таланта он лишен напрочь. Лучше уже найти какое-нибудь новое хобби. Реакция публики тоже о многом говорила. Они никогда не были так рады ему как остальным. Даже были случаи, когда фоткались с Ан, Кохане и Тоей. Но никогда не было отдельно с Акито. Только на групповых фотках. Но это не то. Эна. Она всегда говорила, что он никогда не поймет ее и ее стремлению к искусству, что ему никогда не стать дилетантом. А Акито впитывал все это, словно губка. А сейчас будто он переполнен этой грязной водой, и все это начинает вытекать из него. Неосознанно ногти начали впиваться в его ладони, оставляя розовые полумесяца. Хотелось опять упасть на пол и заплакать от ненависти к самому себе. Но нельзя. Нельзя, потому что Эне было хуже. Он точно уверен в этом. Поэтому он не может себе позволить страдать на пыльном полу, как последний неудачник. Повторив попытку встать, которая в этом раз увенчалась успехом, Акито направился на кухню. Сначала было бы славно найти что-нибудь от боли в голове. А дальше, если будут силы, то надо поесть. Все-таки ел он последний раз еще вчера вечером, перед тренировкой. К сожалению, сумел найти он только таблетку от головной боли. Акито уже совсем забыл, что еще вчера пришел к выводу, что еда в этом доме-очень редкое явление. Для доставки еды денег не было, как и на поход в магазин за продуктами. Поэтому снова не поевший Акито направился к себе в комнату. Не сказать, что он хотел есть, скорее это было для галочки. Что-то, что надо обязательно сделать для дальнейшего существования. Наконец-то добравшись до комнаты, Акито сразу же завалился на кровать, которая так манила своим комфортом, особенно после ночи на холодном полу. Но желудок парня стал предательски урчать, требуя от хозяина хоть немного еды. Поэтому Акито ничего не оставалось, как только окинул помещение взглядом в надежде зацепиться за что-нибудь съедобное. Однако единственное, что привлекло его внимания оказалась, забытая, но такая манящая пачка Winston. Вообще не курил Акито месяц, а может даже два. Уж слишком сильно он не хотел, чтобы Тоя и остальные прознали о его зависимости. Да и вообще, причина, по которой он начал, совсем идиотская и слишком банальная: просто попал не в ту подростковую компанию. Где курение показывало твою крутость. А Акито жаждал, чтобы его любили, пусть это будет даже компания глупых подростков. Он был готов на многое, лишь бы его ценили, считали кем-то значимым, а не просто пустом местом. Может, хоть там он смог бы найти свое место. Поэтому будучи наивным ребенком, Акито, не подозревая, во что это превратиться, сделал первую затяжку. Прошел год, когда курение стало частью рутины. И только тогда Акито осознал, во что он вляпался. Сигареты слишком хорошо давали в мозг, помогая заглушить накопившиеся переживания. Акито долго пытался бросить, но оказалось это слишком проблематично. Эти несчастные попытки быстро заканчивались. Все вокруг начинало раздражать еще больше, поэтому сигареты выглядели как единственная отдушина в этой кучке проблем. Но с образованием Vivid bad squad завязать получить как-то слишком быстро. А все потому, что Тоя один раз упомянул, что терпеть не может запах сигарет. Возможно, это был его своеобразный намек, а может, это действительно не несло никакого смысла. После этого Акито так и не притрагивался к упаковке. Первое время было невыносимо трудно—все те же и уже привычные побочные эффекты. Но ему так не хотелось огорчать Тою, что Акито сумел замазать на время. Но сейчас не было Тои, а лишь гора переживаний и непонятных эмоций. Хотелось хотя бы на секунду ощутить, как по горлу ударяет резкий вкус дыма, а по мозгу проходит волна расслабления. Казалось, это было единственное, что сможет его спасти сейчас. Устав гипнотизировать пачку, Акито резко схватил ее, будто вот-вот, и она убежит от него. Ловко открыв пачку, парень принялся пересчитывать количество сигарет. Раз, два, три, четыре… двенадцать. Идеально. Столько, сколько он и оставлял. Значит, никто не трогал их. Хотя кому было дело до его вещей в этом доме. Отец уже давно не заходил на второй этаж: там были только спальни Акито и Эны. А его это не особо интересовала. А Эна.. Надо срочно закурить. Но чего-то еще не хватало для полного успокоения. Ну конечно же, это наушники. Самый главный и эффективный предмет для ухода от проблем. Взяв телефон, который, в связи с последними событиями, уже успел покрылся царапинами. Но для Акито это, пожалуй, самое последнее, о чем он хотел бы переживать. Только разблокировав телефон-куча сообщений и пропущенных звонков сразу начали приходить. В основном они были от Тои, но и от Ан с Кохане тоже было немало. Укол вины раздался где-то в области сердца. Как он мог игнорировать самых близких ему людей. Они заботились о Акито, а он даже не может элементарно написать, что с ним. Стыдно, но в тоже время тяжело. Сил общаться не было напрочь. Поэтому Акито принял самое мерзкое решение: просто опять никому не отвечать. Изначально промелькнула мысль, чтобы удалить соц сети, хотя бы на время, но он так же быстро и отмел ее. С наушниками мир чувствовался совсем по другому. Все звуки притихали и практически не ощущались. А при включении правильной музыке, то казалось, что все вокруг нереально. Акито всегда мог часами сидеть и вслушиваться в вокал разных исполнителей, восхищаясь их творением. Даже если обычно внутри разгоралось чувство зависти, которое он так усердно пытался заглушить. Открыв окно, Акито поднес зажженную сигарету к губам. Первая затяжка. В горло ударил мятный клубок дыма, но мозг определенно расслабился. Вторая затяжка, третья. Он пытался затянуть как можно больше, чтобы не пропадал эффект расслабления, как можно дольше. Перед глазами немного плыло, но это ощущалось так правильно. Казалось, что все проблемы мигом испарились. В голове не было ничего, кроме строчек из песни, которые сейчас проигрывал телефон.

“I feel like I’m drowning I’m drowning You’re holding me down and Holding me down You’re killing me slow So slow”

Акито стал шепотом напевать, но из-за наушников это казалось громче, чем на самом деле. Вдруг появилось ощущение, что на него пристально смотрят. Крайне осуждающим и недовольным взглядом. И не один человек, а все. Казалось, что все прохожие обращали внимание на пение Акито, что осуждали, ненавидели его. Смотрели, будто все всё знали. Будто тоже осуждали за смерть сестры, что он сейчас стоит и поет, как ни в чем не бывало. А где-то находятся его друзья, которым он так не удосужился ответить. Что вообще его голос отвратительный и ему следовало бы заткнуться и вообще не открывать рот. От этих мыслей по коже начали бегать мурашки. В голове крутился непонятный откуда взявшийся страх, от которого руки потряхивало. Акито стал лихорадочно оглядываться вокруг, не понимая, чего он вообще ищет. Дыхание заметно участилось. Ощущение, будто сзади появился отец, которые уже готов отшвырнуть Акито обратно к стенке. Обернувшись в сторону, к двери, как ошпаренный, он никого не заметил. В комнате был только он. Следом наушники полетели на пол. Еще несколько секунд можно было услышать тихие звуки песни, но Акито приостановил их на телефоне. А дальше уже и телефон швырнули на кровать. Потушив сигарету о подоконник, Акито скатился по стенке вниз. Уткнувшись лбом в колени, слезы начали медленно стекать, оставляя соленые дорожки. Он чувствовал себя жалко. Опять. Он пытался выровнять дыхание, но выходило, откровенно говоря, плохо. Чувство беспомощности билось внутри. Сейчас так хотелось забыться. Забиться где-нибудь в угол, где его никто не найдет, никто не услышит, никто не ударит. Но он не заслужил этого.

***

Сказать, что Тоя был обеспокоен, то ничего не сказать. Он был на взводе. Акито будто бы испарился. Он пытался писать, пытался дозвониться, но ничего. Ответа не было. Осталось только домой прийти и напрямую выяснить. Но только проблема в том, что Акито никогда не говорил, где он живет. Они часто захаживали домой к Тое, но у Шинономе никогда. Акито не приглашал, а он и не настаивал. Их двоих устраивало находиться у Аяноги. Кохане с Ан тоже переживали, пытались написать, но результат такой же как и у Тои. Ничего. Даже сообщения не просмотрены. Да и в сети уже второй день не появляется. Хотя Акито и сказал, что он заболел. Но это выглядело как-то неправдоподобно. Все из них знают, что Акито никогда не останавливали проблемы со здоровьем. Пусть температура будет под сорок и ели как держаться на ногах, но репетицию он никак не может себе позволить пропустить. Особенно с учетом того, что у них на носу выступление, до которого осталось чуть больше двух недель. Поэтому Акито наоборот вторую неделю подряд пытается поставить себе как можно больше тренировок. Ан хотела попробовать выпытать что-нибудь у Мидзуки. Чтобы тот через Эну прознал что-нибудь. Но он тоже не появляется в школе. Конечно, для Миздуки это не было чем-то новым. Для него отсутствие в школе неделю или даже больше, более чем нормально. Что даже все учителя привыкли и не обращают никакого внимания на его отсутствие Но последние полгода не наблюдалось никаких прогулов от него. Поэтому это настораживало еще больше. Звонок вырвал Тою из его мыслей. Давно ему не приходилось сидеть на обеде одному. Обычно его всегда вылавливал Акито, и они вместе направлялись в столовую. Он заглушал тишину своими разговорами, постоянно рассказывая то о музыке, то о учебе, то просто о каких-то повседневных делах. Но в тоже время всегда внимательно выслушивал Тою, будто тот рассказывал мировые секреты, а не свои обычные и скучно будни. Акито часто забывал свой обед дома. Поэтому Тоя, как только это просек, стал всегда носить дополнительную порцию специально подготовленную для Шинономе. На которую Акито всегда виновато улыбался, но никогда не отказывался. Даже сейчас Тоя взял еще два онигири для Акито. Тишина давила. Было как-то непривычно и некомфортно. Акито редко вообще болел, поэтому сидеть в одиночестве стало непривычно для Тои. Еще несколько лет назад, одиночество было его лучшим другом. Единственный человек, с которым он общался был Цукаса, но только тот никогда не сидел с ним во время обеденного перерыва. Тоя не обижался на него. Никак нет. Цукаса итак сделал для него очень много. После встречи с Акито его жизнь перевернулась с ног на голову. Поэтому ему казалось неправильным оставлять Акито. Он всегда замечал привычку Акито к саморазрушению и всегда пытался остановить его. Но не всегда удавалось. Перерыв тянулся медленно, а каждая минута ощущалась, как час. Изначально Тоя хотел позвать Ан или поискать Цукасу, но как бы он не любил своих друзей, все равно понимал, что Акито они не заменят. Поэтому из-за скуки он стал только больше погружаться в свои мысли, а чувство тревожности только росло и росло. Он открыл снова свой телефон, только чтобы убедиться, что Акито сообщения даже не просмотрел, не то что бы ответил. Отправил еще одно короткое сообщение, и положил телефон на стол предварительно выключив его. Тоя взял онигири приготовленное для Акито. Сам парень не особо не наелся своей порцией обеда, а нетронутая часть Акито выглядела так заманчиво. К тому же его все равно нету, но Тоя не мог позволить съесть ее. Просто это ощущалось неправильно. Поэтому просто покрутив в руках еду, он положил ее обратно в контейнер. Через пять минут должен был начаться урок, потому Тоя тяжело вздохнул и начал собираться, но его внимание привлекло внезапное сообщение. Разблокировав телефон, Тоя сначала обрадовался увиденному, а после слегка напрягся. В их общей группе «Vivid Bad Squad» появилось новое сообщение от Акито

«Завтра, давайте встретимся после школы в WEEKEND GARAGE»